Холодное блюдо

– Думаешь, я буду тормозить расследование просто потому, что мне не нравится Картер? Серьёзно? Такого ты обо мне мнения? Я профессионал!

Эльза мягко улыбнулась.

– Не сомневалась в этом.

Лиз кинула взгляд на часы – пора выходить. Крис как раз уже должен подъезжать. Проглотив остатки кофе, она, стуча шпильками по коридорам, вышла из здания. Пасмурная погода и дождь подошли бы больше настроению Лиз, но вдобавок ко всем неприятностям сегодняшнего утра погода тоже решила поиздеваться. День выдался тёплым и солнечным, лёгкий прохладный ветерок путался в кронах зелёных деревьев и волосах прохожих. Люди пребывали в добродушном настроении и улыбались, чем раздражали Лиз ещё больше. Центр её ненависти стоял у новенького «Шевроле Делюкс» бежевого оттенка, одетый, как всегда, в костюм-тройку, и улыбался.

– И без цветов? Что вы за мужчина такой? – пробурчала Лиз, подходя к пассажирской двери.

– Утро не задалось?

– Ага. Сегодня особенно. Будет чу́дно, если не станете раздражать своим хорошим настроением.

Она хлопнула дверцей машины. Мелочь, а приятно.

– Куда едем, офицер?

– К богатеям.

– Конкретный адрес подскажете или будете направлять по пути? Ну, налево, направо, прямо.

Тяжёлый вздох.

– Едем в Кенилворт.

Крис кивнул, вывернул с парковки на дорогу и через десять метров встал в пробку.

– Да не может быть! Серьёзно?! – Лиз легко ударила по двери и сползла по сиденью. – Вот поэтому я предпочитаю мотоциклы! Мы же теперь и до второго пришествия не доберёмся до места!

– Успокойтесь, офицер. Нам нужно только выехать на 94-ю. Сейчас там движение в другом направлении. К десяти должны успеть.

– Ага, вот только до неё сначала добраться надо. – Она посмотрела на тянущуюся пробку впереди и тихо проговорила: – Надо было ехать на байке.

– Вы всегда так пессимистичны?

– Ненавижу опаздывать.

Крис лишь покачал головой.

Вырвавшись из плена городских улиц, они выехали на автомагистраль, уходящую на запад. Крис нажал на педаль, и машина, благодарно урча за пробежку, заметно набрала скорость. С опозданием в пять минут они всё же добрались до особняка четы Хилл. Выбравшись из машины, Лиз и Крис осмотрели дом.

– Чтоб мне так жить!

– Осторожнее со своими желаниями, офицер. Как показывает практика, иногда чем больше дом, тем менее счастливый человек в нём живёт.

– Ой, подумаешь. Сами-то, наверное, не теснитесь в маленькой квартирке на окраине.

Крис улыбнулся.

– Вы правы, не теснюсь. Но и жить здесь бы не захотел.

Перед ними с тихим скрипом открылась дверь в мир роскоши и богатства четы Хилл. В этом доме было всё: и опасная мраморная лестница, ведущая на второй этаж, и вазы со свежими благоухающими цветами, и золотые подсвечники.

– Чем больше денег, тем меньше вкуса, – тихо выдохнул Крис.

Лиз удивлённо повернулась к напарнику.

– Бог мой Триединый, что это я слышу из ваших уст? Кто вы и где этот дипломатичный, который не признаёт конфликтов?

Крис усмехнулся:

– Вы плохо на меня влияете.

Горничная встретила их и проводила в гостиную, которая напоминала французский салон со всей этой отделкой и мебелью Позднего Ренессанса. Светлые стены с нишами, в которых стоят бронзовые статуэтки, цветочный орнамент на потолке и ковёр, покрывающий начищенный паркет. На небольшом диванчике сидела хрупкая женщина, непрерывно утирающая катящиеся по её лицу слёзы, мать Адама. У окна в позе мыслителя могучим изваянием застыл его отец.

– Добрый день, детективы. – Мать грациозно встала и проплыла к гостям пожать руки. – Прошу, садитесь.

Она махнула в сторону двух кресел, стоявших сбоку у дивана, на котором сидела сама. Отец повернул голову и кивнул, не удостоив гостей приветственным словом. Лиз и Крис сели и представились. С этих мест они могли видеть обоих родителей; наверное, кресла специально переставили к их приходу.

– Простите, что не приняли вас вчера. – Она развела руками. – К сожалению, в этом доме есть свои правила и традиции, которые не принято нарушать. Смерть – это лишний повод высказать своё почтение и заверение в поддержке. И неважно, сколько лет усопшему, восемь или восемьдесят.

Пф… парад лицемерия.

– Не беспокойтесь, мы всё понимаем, – с мягкой улыбкой проговорил Крис. – Расскажите, пожалуйста, нам об Адаме.

– Адам чудесный. – Она улыбнулась. – Я знаю, каждая мать так говорит о своём ребёнке, но это правда. Он необычайно добрый и отзывчивый мальчик. Мухи не обидит. – Она промокнула белоснежным платком слёзы.

Отец молча поджал губы.

– Вы не согласны с этим? – обратилась к нему Лиз.

– Мямля он был! Слабак, воспитанный женщиной!

– Не говори так! – вскинулась мать. – Он рос бы более мужественным, уделяй ты ему хоть каплю внимания!

– Замолчи, женщина! – взорвался отец. – Что ты понимаешь?! Я работаю! И оплачивал, между прочим, его дорогое обучение и любые игрушки!

– Ах, работаешь?! Играя в гольф и отдыхая в мужских клубах?!

– Давайте все успокоимся, – попробовал воззвать к здравому смыслу Крис.

Лиз попыталась отвлечь мать следующим вопросом:

– Скажите, в какую школу ходил Адам? Как он учился?

Но ту было уже не остановить. Видимо, со смертью Адама в ней что-то надломилось. В такой момент держать лицо, играя примерную жену и мать, не получилось – подавленные ранее эмоции вырвались наружу, снося любые преграды и маски. Она стремительной тенью метнулась к отцу, ударяя его кулаками по груди.

– Это ты во всём виноват! Постоянно гнал от себя! Ты ненавидел его! Возможно, он был бы жив, научи ты его, как себя защищать!

Крис и Лиз не успели её перехватить, а отец легко поймал хрупкую жену и встряхнул её, словно тряпичную куклу:

– Что ты несёшь! Угомонись!

И, дабы закрепить превосходство, залепил ей такую пощёчину, что та упала. Крис кинулся к матери Адама, помогая ей встать, а Лиз – к отцу, не давая тому приблизиться к жене и ещё как-нибудь ей навредить.

– Успокойтесь! – твёрдо проговорила Лиз, глядя снизу вверх прямо в глаза отцу Адама.

Она упёрла ладонь в его грудь, сдерживая натиск наступающей маскулинной силы. Он возвышался над Лиз и сделал шаг вперёд, угрожая:

– Не лезьте не в своё дело!

Лиз продолжала твёрдо стоять на своих шпильках, не сделав ни шагу назад. Такие, как он, могут запугивать только слабых. Храбрости выступить против равного себе противника им не хватает. Думал, если Лиз маленькая и худенькая, тоже получится? Чёрта с два! Характера в ней на добрую роту солдат. Она смотрела на отца вся напряжённая, с идеально ровной спиной и высоко задранным подбородком. Попробуй подвинуть, подонок! Лиз своей спиной закрывала мать, которую Крис вновь усадил на диван и, стоя перед ней на коленях, что-то тихо говорил.

Отец лишь презрительно взглянул на жену через плечо стоящей на страже Лиз и вновь отвернулся к окну. Как будто и не было ему дела до смерти сына.

Лиз отступила на шаг и, убедившись, что отец больше не представляет опасности, вновь села в кресло.

– Простите за это, детективы. – Мать снова взяла себя в руки. – На чём мы остановились? Адаму был очень интересен этот мир. Я не могу представить, что кто-то мог так с ним поступить. Это чудовищно… – Она вновь коснулась лица платком. – У Адама были хорошие оценки, а недавно он стал посещать театральный кружок, который есть в школе.

– У него были друзья? – поинтересовался Крис.

Мать покачала головой.

– Мне об этом неизвестно. Отношения с одноклассниками у него не складывались.

– Почему? – спросила Лиз.

Мать пожала плечами.

– Он был мягким и добрым. А дети, они, знаете, очень злые.

Крис понимающе кивнул. Лиз же удивилась этому кивку, поставив себе мысленную галочку позже спросить, что это было.

– На приёмах, конечно, ничего такого не происходило, но когда я спрашивала Адама о школе, он закрывался и отвечал неохотно.

– Мы нашли эту игрушку на месте преступления. Она вам знакома? – Лиз протянула фотографию дракончика матери.

Та покачала головой.

– Впервые вижу.

– А вам? – Лиз повернулась к отцу.

Тот лишь фыркнул.

– Откуда я знаю, в какие куклы играл мальчишка?

Лиз подавила в себе гнев. Семью, конечно, не выбирают, но такого отца врагу не пожелаешь. И толку, что Адам родился в богатой семье? Возможностей больше, но любовь за деньги не купишь.

– Как он обычно добирался в школу? – спросила Лиз.

– Его отвозил и забирал наш водитель.

– А в этот раз?

– Он настаивает, что я позвонил ему и сказал, что заберу сына сам, – вдруг вклинился в разговор отец.

– А вы ему звонили? – повернулась к нему Лиз.

– Нет. В это время я играл в гольф со своими партнёрами. Мы обсуждали начало поставок нефти в Европу. Можете их спросить, они подтвердят.

– Обязательно спросим, – кивнула Лиз.

Мать лишь усмехнулась, как бы показывая: «Я же говорила».

– Можно нам поговорить с водителем? – спросил Крис.

– Конечно, – отозвалась мать. – Мы подумали, что он вам может понадобиться, и попросили подождать на кухне.

Она поднялась, мягкой поступью прошла к двери и попросила позвать водителя, а потом так же мягко вернулась на место. Уже через минуту в гостиную вошёл мужчина в чёрном костюме и с фуражкой водителя в руках. Он прошёл к гостям, не переставая нервно теребить головной убор.

– Не волнуйтесь. Мы здесь не для того, чтобы обвинять, – Лиз доброжелательно улыбнулась. – Расскажите, почему вы не забрали Адама из школы?

Водитель покосился на отца и затем вновь перевёл взгляд на Лиз.

– Мне позвонил мистер Хилл, мисс.

– Какой из?

– Не Лидер Хилл, мисс. Мистер Хилл. – Он вновь посмотрел на отца, который не обращал на происходящее никакого внимания, продолжая разглядывать пейзаж за окном. А может, мысленно раздевал горничную, которая утром накрывала ему завтрак.

– И что он вам сказал?

– Мистер Хилл сказал, что не нужно ехать за Адамом, он сам заберёт сына.

– И как вы это восприняли? – спросил Крис.

– Я очень удивился, сэр.

– Почему? – решила уточнить Лиз.

Водитель немного замялся и взглянул на мать. Та молча кивнула.

– Мистер Хилл никогда не забирал Адама, мисс. Я ни разу не видел, чтобы мистер Хилл вообще когда-либо общался с сыном.

Лиз и Крис кивнули.

– Вы уверены, что звонил мистер Хилл?

– Да, мисс. Это, несомненно, был его голос.

– Хорошо. Что случилось дальше?

– Когда в назначенное время они не приехали, я начал волноваться.

– Почему? – удивился Крис.

– Как я уже сказал, сэр, мистер Хилл не проводил много времени с Адамом. Подумал, вряд ли они вместе поехали в магазин игрушек.

– Что было дальше?

Он вздохнул.

– Я позволил себе пройти в дом и рассказал всё миссис Хилл.

– Да, я сразу позвонила в офис мужа, но там мне ответили, что его нет на месте. Тогда я начала звонить в другие места, где он мог появиться. В гольф-клубе мне сказали, что мистер Хилл только что уехал. Нам оставалось только ждать его возвращения. По приезде Адама с ним не оказалось, и мы забили тревогу.

– Как именно? – уточнила Лиз.

– Я поехал в школу, мисс. Но там мне сказали, что Адам ушёл сразу после уроков. Я ещё раз медленно проехал весь путь и заглянул везде, где он любил останавливаться. Никто его не видел. Из магазина мороженого позвонил сюда в дом, сообщить о результатах, и поехал обратно.

– Почему вы позвонили? Всё равно же ехали сюда.

– Так быстрее, мисс. Пока я по пробкам сюда добрался, два часа прошло. А они могли быть решающими.

– После звонка я связалась с Рэем Эггерсом, капитаном центрального управления. Он пообещал отправить патрульных на поиски. А утром уже нам сообщили… – она сделала паузу, собираясь с силами. – …что Адам мёртв.