Психологические лифты

1. Место сохранения

В баре царствовал Led Zeppelin. Их музыка, словно вихрь, захватывала пространство, проникая в каждый уголок и щель. Звуки гитары Пейджа, тягучие и виртуозные, переплетались с мощным вокалом Планта, создавая неповторимую симфонию рока.

Гена лениво помешал трубочкой в стакане с «Космополитеном». Кислый вкус клюквы немного отрезвлял, но тоска, скребущая когтями где-то в районе солнечного сплетения, оставалась. Бар «Берлога» был его любимым местом, чтобы растворить свою печаль в паре выпитых рюмок и расслабиться.

– Опять кислятина? – Саша, возникший из ниоткуда, плюхнулся на соседний стул и подмигнул бармену. – Мне, как обычно, двойной «Jack» и колу.

Саша – его одноклассник, друг детства и, по совместительству старожил Берлоги. Работал он здесь, кажется, со времен динозавров. И получал, надо сказать, неплохо. Но работал ради хорошей з/п не покладая рук

– Представляешь, опять завтра на работу, – простонал Гена, не отрывая взгляда от догорающей свечи на столике. – Как же меня все это достало! Эти звонки, дедлайны, совещания… Просто тошнит.

Саша хмыкнул, отхлебывая свой виски.

– Да ладно тебе, Гена. Работа – она и есть работа. Ты вон, восемь лет пашешь, уже привыкнуть должен был.

– Привыкнуть? – Гена фыркнул. – Да я каждый день как на каторгу иду! И что в итоге? Зарплата – как слезы комсомолки, повышения никакого не светит, перспективы – как в тумане. Хоть увольняйся.

Саша понимающе кивнул. Он-то понимал. Хотя сам редко жаловался. Наверное, потому что давно смирился.

– А знаешь, что было бы сейчас круто? – Гена вдруг оживился, забыв на секунду о своей меланхолии. – Плюнуть на все и улететь куда-нибудь! Прямо сейчас! Похер на все эти отчеты!

Саша усмехнулся.

– Мечтать не вредно. Куда лететь-то собрался? На Луну?

– Ну, не знаю… – Гена задумался, глядя в потолок. – На какой-нибудь остров. С пальмами, белым песком, лазурным морем… Чтобы никого не видеть и не слышать!

Саша вдруг помрачнел, помешивая виски льдом.

– Ну, ты мечтай, мечтай. А я вот скоро улетаю.

– Куда? – удивился Гена. – Ты же вроде никуда не собирался?

– На Бали, – небрежно бросил Саша, словно речь шла о поездке в соседний супермаркет.

Гена опешил. Бали! С пальмами, белым песком и лазурным морем. Мечта.

– На Бали? Ты серьезно? Откуда у тебя деньги? Там же, наверное, целое состояние нужно!

Саша пожал плечами.

– Накопил. Откладывал потихоньку. Да и премию в этом квартале хорошую дали. Решил себя побаловать, да и Машка давно хотела.

Гена молча смотрел на друга. Накопил… Премию… Звучало как сказка. Для него это всегда были какие-то недостижимые материи. Все деньги уходили на ипотеку, коммуналку и прочие «радости» взрослой жизни.

– Ну, счастливого пути, – выдавил он из себя. – Хорошо тебе отдохнуть, за нас, за трудоголиков.

Саша улыбнулся.

– Спасибо. Может, как-нибудь и ты сорвешься. Главное – захотеть.

Гена вздохнул. Захотеть? Да он давно хотел! Но между «хотеть» и «мочь» пролегала целая пропасть, заполненная ипотеками, отчетами и вечным чувством безысходности.

– Пустые разговоры, – пробормотал он, снова мешая трубочкой в стакане. – Я как обычно никуда не поеду.

Саша промолчал, понимая, что сейчас любое слово будет лишним. Он знал Гену, как облупленного. Знал его мечты и его страхи. Знал, что Гена, как и Сизиф, обречен вечно толкать свой камень на вершину, зная, что тот все равно скатится вниз.

Бармен поставил перед Геной еще один «Космополитен». Кислый вкус снова отрезвил, но лёгкую грусть не унял. Завтра снова на работу. И так – каждый день.

Саша допил свой виски, поставил стакан на стойку. И, будто издеваясь, сказал:

– Ладно, Гена, не кисни. Встретимся еще перед моим отлетом, посидим, поболтаем. Может, ты и сам надумаешь сбежать куда-нибудь.

Гена лишь кисло усмехнулся в ответ.

– Не дождешься. Я застрял здесь навечно.

Саша хлопнул его по плечу. В этом жесте сквозило что-то вроде жалости, что только усугубило мерзкое ощущение внутри Гены. Саша направился к выходу. Гена проводил его взглядом, полным зависти и злости. Чертов счастливчик. Бали, солнце, пляж… Пока он будет гнить в своем офисе, копаясь в графиках и отчетах, Саша будет загорать под пальмами. Жизнь… мерзкая, грязная, несправедливая штука.

После ухода Саши в баре стало не просто тихо, а гнетуще. Гена допил свой «Космополитен», не почувствовав ни капли облегчения, и заказал еще один. Бармен, уже привыкший к его вечерним посиделкам, понимающе кивнул. Понимающе… словно знал, насколько безнадежен Гена.

В голове крутились мысли, безысходные и вязкие, как смола. Бали… Как, черт возьми, Саша умудрился накопить на такую поездку? Он, конечно, не бедствовал, но и миллионером не был. Неужели все дело в этой его скучной, правильной жизни? Гена попытался вспомнить, когда он последний раз отказывал себе в чем-то. Вроде, и не транжирил, но и лишать себя маленьких удовольствий – подержанной приставки, бутылки хорошего алкоголя – не мог. Наверное, в этом и разница. Саша копил на мечту, а Гена просто увязал в болоте повседневности.

Ипотека, конечно, душила. С ней было невозможно что-то откладывать. Но, с другой стороны, сам же полез в эту петлю. Сам хотел свою клетку. Сейчас это казалось не просто ошибкой, а приговором. Лучше бы снимал дыру и хоть иногда путешествовал, пытаясь убежать от себя. Но теперь уже поздно.

Гена достал телефон и машинально открыл сайт с авиабилетами. Бали… Ради отвратительного любопытства вбил даты, совпадающие с примерным временем отпуска Саши. Цифра на экране не просто больно ударила по глазам, она словно выжгла их. Действительно, целое состояние, недостижимое, как звезда на небе. Нет, это не для него. Никогда не было и не будет. Как неприятно считать чужие деньги и следить за чужим счастьем.

Он закрыл приложение и уставился в пламя свечи. Огонек, дрожащий и слабый, казалось, насмешливо подмигивал ему, напоминая, что мечты существуют для того, чтобы оставаться мечтами. Гена залпом выпил своё пойло, пытаясь смыть с себя эту гадкую грусть. Нужно было возвращаться в реальность. В свою унылую, безнадежную реальность.

Вдруг в голове промелькнула предательская мысль. А что, если…? Он снова достал телефон. На этот раз открыл приложение банка. Зашел в раздел «Кредиты». Посмотрел условия. Нет, это безумие. Еще одна кабала, еще одна веревка на шее. Но…

Он на секунду представил себя на Бали. Теплый песок под ногами, шум океана, прохладный коктейль в руке. Никаких отчетов, никаких звонков, никаких этих вечно недовольных лиц. Только он и солнце. И обманчивое ощущение свободы.

В голове зароились отравленные мысли. А вдруг? Вдруг он сможет обмануть себя, хотя бы на время? Вдруг он рискнет, чтобы потом еще глубже погрузиться в отчаяние?

Гена с отвращением отложил телефон. Слишком рискованно. Слишком глупо. Завтра на работу. Нужно хорошо выспаться, чтобы хоть как-то пережить этот день. Но мысль о Бали, о призрачном побеге, уже прочно засела в его голове. И, как бы он ни пытался её отогнать, она продолжала сверлить его мозг, словно маленький, злобный паразит.

Может быть, стоит просто поговорить с Сашей еще раз? Узнать все подробности, чтобы окончательно убедиться в собственной никчемности. Как он копил, где покупал билеты, какие отели выбирал. Может быть, это и правда реально… для кого-то другого.

Время было 22:16. Гена допил, встал из-за стола и, стараясь не смотреть ни на кого, направился к выходу. На улице было холодно, промозгло и мерзко, как и у него на душе. Разгоралась весна. До дома оставалось идти минут пятнадцать-шестнадцать. Да, он любил точность. Засунув руки в карманы куртки, он пошел вперед, против ветра, который, казалось, пытался сбить его с ног.

В голове все еще мелькали пальмы и лазурное море, но теперь они казались не мечтой, а издевательством. Впервые за долгое время Гена не почувствовал ничего. Его жизнь дерьмо. И он ничего не может с этим поделать. Почему все зарабатывают больше него? Неужели он такой неудачник?

Завтра на работу. И в этот раз Гена шел домой с ощущением не просто печали, а полной, окончательной безнадеги. В его голове не было мечты. Была лишь бездна. И он знал, что рано или поздно она поглотит его целиком. Он шел в свою клетку. И знал, что никогда из неё не вырвется.

2. Баг

Будильник, как всегда, заорал в самый неподходящий момент. Гена с трудом разлепил веки, чувствуя предательскую пульсацию в висках – эхо вчерашнего алкоголя. Из динамиков телефона булькал утробный бит «Хикка-лайф» МЦ «Жёсткое ограничение», словно подвывающий из-под двери ванной, где второй день не мыли пол.

Подняться с кровати было подвигом. Комната была погружена в мягкий сумрак, за окном мучился хмурый день. В холодильнике, как обычно, пусто. Быстро проглотив вчерашнюю булочку, Гена кое-как почистил зубы и, натянув на себя мятую одежду, вышел из квартиры.

Торопиться смысла не было. Никто, конечно, не заметит, если он задержится на 5—10 минут. На работе он давно свой человек. Однако ради чего торопиться? Ведь впереди его всё равно ждало лишь унылое продолжение рабочего дня.

В метро было как всегда душно и людно. Гена уткнулся в смартфон, просматривая новостную ленту, пытаясь хоть как-то отвлечься от давящей скуки. А вот и его давно знакомая остановка, а вот и его офис, в который он мог пройти даже с завязанными глазами.

Колл-центр бурлил, словно огромный улей. Операторы, как пчелы, щебетали, собирая нектар информации, телефоны трезвонили, словно предупреждая об опасности, а компьютеры жужжали, перерабатывая данные в нескончаемом потоке.

Здесь кипела жизнь, полная суеты и бессмысленной активности. Гена занял свое место, натянул гарнитуру и погрузился в привычный мир роутеров и Wi-Fi. Он, наверное, и во сне мог рассказать, как подключить интернет или объяснить разницу между ADSL и оптоволокном. Наверное, даже лучше всех в этом колл-центре. И что с того?

В перерывах между звонками его взгляд часто цеплялся за яркие баннеры на экране монитора. «Горящие туры в Сочи!», «Все включено!», «Только 3 дня!» – кричали они, словно издеваясь. Гена машинально кликал по крестику, закрывая заманчивые предложения, но через пару минут очередной баннер снова появлялся на экране, как назойливая муха.

Он знал наизусть все эти предложения: «Вылет из вашего города», «Прямой перелет», «Отель 5 звезд». Особенно раздражали фразы «Успей купить!» и «Осталось 2 места!», словно специально созданные, чтобы бередить его тоску по путешествиям.

Иногда, когда звонков было мало, он позволял себе задержаться взглядом на фотографиях лазурного побережья, белоснежных пляжей и пальм. Всего на секунду, чтобы тут же закрыть вкладку и вернуться к работе. Эти короткие мгновения были похожи на глоток свежего воздуха в душном помещении, но оставляли после себя лишь горький привкус несбывшихся мечтаний.

А потом снова звонок, снова «Здравствуйте, Геннадий Тенебрисов, чем могу помочь?», и снова рутина поглощала его целиком, не оставляя места мечтам о путешествиях..

В перерывах между звонками Гена, по старой привычке, подходил к коллегам. Обсуждали вчерашний матч «Спартака» (опять проиграли), последние новости (в основном плохие) и сплетни из жизни офиса (бесконечные и неинтересные). Особенно часто он общался с Никитой, парнем лет двадцати пяти, который тоже, как и Гена, уже давно протирал штаны в этом колл-центре.

Никита казался незаметным в этом муравейнике колл-центра, но если присмотреться, детали выдавали его увлечение. Среднего роста, худощавый, с немного сутулой спиной, будто придавило грузом однообразных звонков, но в движениях иногда проскальзывала какая-то неловкая грация, словно он подсознательно повторял движения любимых аниме-героев. Коротко стриженные русые волосы обычно торчали в разные стороны, словно пережили бурный бой. Глаза у него были безжизненные, спокойные, но иногда в них вспыхивал азарт, когда речь заходила о новых сериях или релизах манги. Одет он был скромно: джинсы, футболка, но сверху – неизменная толстовка с капюшоном, на которой красовался небольшой, но узнаваемый принт с изображением его любимого персонажа. И, конечно же, на рабочем столе всегда стояла небольшая фигурка одного из его любимых героев, словно оберег от скуки и звонков.

На обеде они встретились в столовой. Никита взахлеб рассказывал о вчерашней игровой сессии, о каких-то новых уровнях и боссах. Гена слушал вполуха, кивал, поддакивал. Ему было неинтересно. Никита, как обычно, жил своей жизнью, но Гена и не осуждал.

Обычный рабочий день казался нескончаемым. Монотонная работа выматывала.

Вдруг раздался звонок.

– Здравствуйте, Геннадий Тенебрисов, чем могу помочь?»

– Ой, милок, здравствуйте! Тут у меня беда приключилась, прямо беда-беда! – запричитала в трубке старушечий голос.

– Что случилось?

– Да тут у меня интернет пропал! Совсем пропал! А я как без интернета? У меня ж там «Одноклассники», со внуками хотела пообщаться как раз! Как я переписываться буду?

– Хорошо, сейчас посмотрим, что можно сделать. Компьютер включен?

– Включен, включен! Он у меня всегда включен! Он у меня, как родной уже! Только вот… картинки не показывает!

Гена вздохнул. Чувствовал, сейчас начнется.

– Что значит, картинки не показывает? Экран черный?

– Да какой черный! Экран-то нормальный! Просто… ну, как бы это объяснить… Там все так меееееедленно! Как улитка ползет! Хоть бы кто её пнул, а то совсем заснет!

Гена попытался удержать серьезное лицо.

– Какая у вас операционная система установлена?

– Операционная… что? А, вы про это? Ой, милок, да я в этих ваших операционных системах ничего не понимаю! Там у меня какая-то… ну, синенькая такая… с окошками!

Гена прикрыл глаза. Windows 98, не иначе. Или, боже упаси, 95-й.

– Хорошо, – как можно спокойнее ответил Гена. – А компьютер давно выключали?

– Да я ж говорю, он у меня всегда включен! А зачем его выключать-то? Он же работает! – возмутилась старушка.

– Понимаю. Просто, знаете, компьютеру иногда тоже нужно отдыхать. Это как… как будто ему нужно поспать.

– Поспать? Ха! Моему компьютеру уже лет двести! Ему бы не поспать, ему бы могилку пора копать! – захохотала старушка.

Гена не выдержал и прыснул в трубку.

– Ну, не двести, конечно, – с трудом проговорил он, давя смех. – Но вы, наверное, правы. Ладно, давайте попробуем его перезагрузить. Видите кнопку такую, большую, на системном блоке?

– Вижу, милок, вижу! Большая такая, кругленькая!

– Вот на неё и нажмите. И подержите несколько секунд.

Через несколько минут старушка снова вышла на связь.

– Ой, милок, спасибо! Заработало! Картинки появились!

– Рад был помочь, – ответил Гена, от души улыбаясь. – Но, знаете, я бы вам посоветовал все-таки иногда выключать компьютер. Ему, как и вам, нужен отдых.

– Ладно, ладно, уговорили! Буду выключать! А то он у меня, как динозавр, совсем скоро вымрет! – снова захохотала старушка и положила трубку.

Гена откинулся на спинку кресла, с улыбкой вспоминая разговор. Кто из них динозавр? Но спасибо ей, заставила его от души посмеяться. Хоть какое-то разнообразие в этом болоте. Поставила бы еще хорошую оценку за работу.

Он посмотрел в окно, о чём-то задумался, как неожиданно услышал со спины, как руководитель отдела, вечно недовольная женщина средних лет, объявила, что сегодня у них появится новый сотрудник. Гена равнодушно пожал плечами. Новичок – это всегда суета, обучение, помощь. А ему и своих проблем хватает.

За окном неожиданно пошёл дождь. Серый день стал еще серее. Кто-то из клиентов влепил ему плохую оценку после разговора. «Некомпетентный сотрудник» – было написано в комментарии. Гена закрыл глаза и включил в наушниках музыку. Хорошо бы сейчас оказаться где-нибудь далеко, на берегу моря, под тёплым солнцем. Он зачем-то снова вспомнил вчерашний разговор с Сашей.

Шум хлопков разбудил его. Приветствовали новенькую. Гена окинул её взглядом: симпатичная, да. Но чего тут удивляться? Все они одинаковые. С этими мыслями он вернулся к своему монитору.

Звонки, консультации, отчёты за месяц. Гена работал на автомате, думая о чём-то своём, о чём-то далёком и недостижимом.

По окончанию работы он зашёл в раздевалку. И там увидел ее. Новую сотрудницу. Впервые их глаза пересеклись. Она улыбнулась. Улыбка её была тихой, словно пробуждающаяся от сна – робкая и чуть смущённая. Гена быстро отвёл взгляд. Как-то непривычно. Неловко.

Он быстро схватил старый зонтик, случайно оставленный здесь еще с пятницы, и торопливо покинул раздевалку. Метро нравилось ему больше всего – пеший путь занимал бы гораздо больше времени.

Всего пара остановок до выхода, но даже за это короткое время можно было успеть вздремнуть, упустив свою станцию. Но даже эти несколько минут были для него желанной возможностью забыться сном, пусть и с риском проехать свою станцию

Выйдя из метро, Гена обнаружил, что дождь закончился. Мокрый асфальт блестел огнями города. Мимо, визжа и смеясь, пролетела ватага школьников на самокатах. Одна парочка умудрилась уместиться на одном – обнявшись, как два дурачка. «Хоть бы где упали», – зло подумал Гена, глядя им вслед. Он зашёл в ближайший магазин, купил кефир и батон. Унылый ужин для унылого человека.

Запивая батон кефиром, Гена от усталости закрыл глаза. И почему-то вспомнил её глаза. Глаза новой сотрудницы. Интересно, как её зовут? Надо будет завтра узнать. Может быть, стоит поискать её фотки в интернете? Нет, это глупо. Что, если она найдет его поиск? Завтра узнаю. Если, конечно, хватит смелости. А смелости у него уже давно не было. После всего.

Затем последовала долгая ночь попыток заснуть, но безуспешно. Ворочался с боку на бок, то скидывая одеяло, то кутаясь в него обратно. Сон был тяжёлым, тревожным, полным каких-то неясных обрывков воспоминаний и смутных предчувствий.

Вдруг, неожиданно, раздался оглушительный удар грома. Откуда? Было только начало апреля, весна толком еще и не началась. Гроза в апреле – какое-то нелепое, противоестественное явление, словно сама природа бунтовала против этой бесконечной серости.

Он сонными глазами глянул в телефон, автоматически открыв привычные чаты. Бесконечный поток бесполезной информации: мемы, гифки, политические споры, фотографии еды. Ничего интересного, ничего важного, ничего, что могло бы хоть как-то развеять этот гнетущий мрак.

Неохотно выбравшись из постели, Гена нащупал тапочки и, пошатываясь, подошёл к окну. Он жил на шестнадцатом этаже – очень высоко. Престижный район, как гордо говорили риэлторы. Ипотека, которая высасывала из него все соки, давала право на эту «престижность».

Он редко подходил к окну. Обычно, после работы, он просто падал без сил на диван, уставившись в телевизор, пытаясь выключить мозг. А сейчас, посреди ночи, он вдруг обнаружил, что за окном существует какая-то жизнь.

Гена видел, как высоко в небе пролетает самолёт, оставляя за собой узкий белесый след, слабо мерцающий в темноте. Куда он летит? Кто сидит внутри? Кто-то сейчас направляется к морю, к солнцу или даже океану? Зависть болезненным уколом пронзила сердце.

Внизу, словно муравьи, сновали машины, а их фары разрезали ночную темноту. Куда они едут? Кто их ждёт дома? У всех ли есть хоть какая-то цель, хоть какая-то надежда, мечта?

Гена прислонился лбом к холодному стеклу и задумался о своей жизни, о своей работе, о своих мечтах и целях. Работы у него хватало, но вот мечт и жизненных целей совсем не было.

Восемь лет в колл-центре. Восемь лет пыльных будней, бессмысленных разговоров и дежурных улыбок. Восемь лет топтания на месте, без перспектив, без шансов на что-то большее. Давно он об этом не задумывался. Почему сейчас? Он словно застрял в каком-то бесконечном дне сурка, где каждый новый день – это точная копия предыдущего.

Он вспомнил Сашу. Скоро тот будет греться на Бали. А он? Он снова пойдёт на работу, будет выслушивать жалобы клиентов, объяснять бабушкам, как перезагрузить компьютер, и мечтать о чём-то недостижимом.

А что, если…? Эта мысль снова всплыла в голове. А что, если плюнуть на всё и уволиться? Продать квартиру, рассчитаться с долгами и уехать куда-нибудь? Куда глаза глядят? Найти какое-нибудь другое занятие, которое будет приносить не только деньги, но и удовольствие?

Гена оттолкнулся от окна. Бред. Полный бред. Куда он поедет? Что он будет делать? У него нет никаких навыков, кроме умения подключать интернет. А кто он без этой работы? Никто. Пустое место.

Страх, парализующий страх, сковал его изнутри. Страх перед неизвестностью, страх перед будущим, страх перед тем, что он может не справиться.

Он снова посмотрел в окно. Дождь усилился. Капли барабанили по стеклу, словно укоряя его за слабость и нерешительность.

Гена повернулся и побрёл обратно в постель. Завтра на работу. Нужно хоть немного поспать. Но сон не шёл. В голове продолжали крутиться мысли, тревожные и безысходные.

Он снова вспомнил глаза новой сотрудницы. Робкую улыбку. Интересно, как её зовут? Да и зачем ему это? Немного милая, не больше. Все хорошие девушки уже давно заняты. Он привык.

3. Ночь. Улица. Фонарь. Тусовка

Гена, как обычно, проснулся утром с опозданием, с трудом оторвав голову от подушки. Ночные мысли, терзавшие его до самого рассвета, бесследно испарились, словно и не было их вовсе. «Бали», «увольнение», «новая сотрудница» – всё это казалось каким-то далёким, нереальным сном.

Привычно позавтракав растворимым кофе и залежалым печеньем, Гена на автомате собрался и побрёл на работу. Метро, толпа, давка – всё как обычно. В «Форза-Ком» его ждали очередные восемь часов телефонного плена.

И, как назло, на работе оказалось много работы. Квартальный месяц, как никак. То есть это был sk месяц, когда нужно отчитаться за 3 предыдущих месяца. Помимо бесконечных звонков с жалобами на плохой интернет и непонятными описаниями на их сайте, нужно было ещё отчитываться перед начальством. Заполнять таблицы, строить графики, доказывать, что ты не просто так просиживаешь штаны.

Про девушку – новенькую – Гена совсем забыл. В круговороте рабочих будней её просто не было видно. Да и, честно говоря, он даже не пытался её искать. Зачем?

В столовке всё так же он сидел за одним столиком с Никитой, слушая его бесконечные рассказы про компьютерные игры и новые сериалы. Гена кивал, поддакивал, но мысли его были далеко. Где-то между балансом отчётов и поиском идеального тарифа для бабушки с плохим зрением.

Ничего нового и интересного. А что тут может быть интересного? Обычный рабочий день. Но за час до конца работы, Гена неожиданно был вызван к начальству. Вера Петровна, руководитель отдела, женщина строгая, но справедливая, сидела за своим огромным столом, заваленным бумагами, и внимательно рассматривала его исподлобья.

– Гена, присаживайся, – произнесла она своим властным голосом.

Гена насторожился. Такие разговоры обычно не предвещали ничего хорошего.

– Гена, ты у нас ценный сотрудник, – начала Вера Петровна. – Работаешь усердно, звонки обрабатываешь грамотно, с клиентами находишь общий язык. За это тебе большое спасибо.

Гена облегчённо выдохнул. Уже неплохо.

– Особенно мне нравятся твои шутки, – продолжала Вера Петровна, слегка улыбаясь. – Заказчики от них в восторге. Говорят, после разговора с тобой даже проблемы с интернетом кажутся не такими уж и страшными.

Гена смущённо улыбнулся в ответ. Юмор – это, пожалуй, единственное, что помогало ему выживать в этом болоте.

– Но… – Вера Петровна снова стала серьёзной. – В этом году я не смогу предложить тебе повышения. Знаю, ты ждал, рассчитывал, но… обстоятельства сложились не в твою пользу. Бюджет урезали, штат сократили, ты сам знаешь.

Гена похолодел. Ну вот, как он и предполагал. Опять пролёт.

– Не расстраивайся, – поспешила успокоить его Вера Петровна. – Я ценю твой вклад в компанию, и я хочу тебя отблагодарить. В качестве компенсации, так сказать.