- -
- 100%
- +
Поклонившись всем сразу на прощание, я вышла в холл, большой и прохладный, после душной коморки. За мной сразу же зашла Аника, уверенным шагом и с улыбкой на красивеньком личике, но подрагивающие пальцы рук, всё равно, выдавали её волнение. Люсиль явно нервничала сильнее. Нервно заламывая руки, она ходила вперёд-назад, постоянно оглядываясь на дверь.
– Не волнуйся ты так. – Я решила всё же поддержать страдающую девушку, – не съедят тебя, максимум пару вопросов спросят.
Подбадривающе, как мне казалось, улыбнувшись ей, с чувством исполненного долга, я решила повнимательнее осмотреть холл Академии.
«Ты чего ждала, Ника? Что здесь как в Эрмитаже будет? Лепнина на потолке, картины на стенах, статуи и вазы, и всё в позолоте?»
Ну, может и не такого я ждала, но явно не настолько простого и незамысловатого интерьера. Стены каменные, гладкие и серые. Потолки такие же, но на пару тонов светлее. Полы тоже каменные, но коричнево-бурые. Вдоль стены с большими входными дверями, широкие и высокие окна, по пять на каждую сторону. У дальних стен лестницы, спиралью уходящие на второй этаж. И да, они тоже каменные. У окон низкие кушетки-лавочки, единственное за что может зацепиться взгляд, если не считать скучающего студента за одинокой партой. В стене напротив входа, помимо двери в малый-ритуальный(буду так называть эту коморку), ещё три двери, две справа и одна слева. Вот и вся обстановочка. Скучновато, так-то.
Пока я занималась изучением обстановки вокруг, из коморки вышла Аника, а Люсиль на подгибающихся ногах зашла внутрь.
– Как прошло?
Можно было конечно, не спрашивать и по довольной улыбке понятно, что неплохо, но тишина давила с особой силой в этом огромном и пустом пространстве.
– Всё отлично! – Что ж, молодец что спросила, Анике явно хотелось поделиться своими впечатлениями. – Три из шести! Сама не ожидала, я ведь никогда не чувствовала в себе стихии воздуха. А оказалось, что она есть!
Искренне рада за тебя. Теперь даже если тебя не зачислят, то хотя бы поедешь домой с радостной новостью.
Не прошло и двух минут с того момента, как Люсиль зашла в зал, но двери вновь открылись и она вышла к нам. Ещё более бледная и, кажется, готовая потерять сознание.
– Вы можете идти, – обратился к нам «вахтёр» у ритуального зала, – завтра в полдень вывесят списки зачисленных и объявление для студентов.
После чего парнишка сам удалился в ритуальный зал, прихватив наши анкеты, а нам не оставалось ничего другого, кроме как двинуть на выход.
На улице было всё также много народа. Глазеющие зеваки, трясущиеся кандидаты, и уже прошедшие смотр счастливчики, по какой-то причине решившие задержаться. Следующая тройка быстренько прошмыгнула в закрывающиеся за нами двери, ждать своей очереди оставалось ещё около десятка таких троек.
Пока я думала, стоит ли прощаться с моими новыми знакомыми или свалить «по-английски», они сами ушли, о чём-то увлечённо переговариваясь. Ну, и ладно. У меня тоже свои дела есть. В «Некроманте» сегодня точно будет много работы, а муж Эвы ещё не вернулся. Помощь им явно не помешает, да и хлеб насущный нужно отрабатывать. Надеюсь, не придётся опять до ночи печь «пироги от Ники», всё забываю предложить Эве, оставить их только для завтрака. Топая к таверне, я размышляла о будущем. Конкретно, о предстоящих пяти годах обучения в Академии… если уж на то пошло, сближаться с кем-то не входит в мои планы. Чем больше общаешься, тем больше открываешься, а для меня это может стать смертельно опасным. Я иду учиться. Буду зубрилкой и заучкой, замкнутой и нелюдимой, выходящей из библиотеки только ради обедов. Как и в школе, короче. Интересно, в Академии большая библиотека? Мне хватит пяти лет, что бы прочитать каждую книгу? Ну, или хотя бы просмотреть оглавления.
За час до полудня следующего дня, у закрытых ворот Академии стала собираться взволнованная и не очень молодёжь. Наблюдая за всё увеличивающейся толпой из окна на своём чердаке, я понимала, что идти туда сейчас бессмысленно и даже опасно. Если и пробьюсь к воротам, то меня затопчут за минуту. Поэтому, логически решив провести время с пользой, и действуя на опережение, я направилась в ателье, со звучным названием «Модница», чтобы заказать несколько комплектов формы. Самонадеянно, знаю.
В ателье, где давно привыкли к летним наплывам студентов, в наличии даже имелись заготовки. Примерив на себя тёмно-фиолетовый костюмчик, состоящий из юбки до щиколоток, белой блузки и под цвет юбки жилета, мне оставалось только, дождаться пока мастерица с помощью иголок подгонит его до нужного размера. Так же поступили с брючным костюмом. Всё же зимы в этой части континента морозные и снежные, а я мерзляк. Поэтому, наплевав на удивление швеи, я попросила подобрать мне мужской костюм и подогнать по размеру. Кстати, для парней форма подразумевала чёрные брюки и тёмно-фиолетовый пиджак. Дома, в своём мире, мы жили на юге, зимы у нас были ветряными, но не морозными и редко когда надолго задерживался снег. Попав на Ардон, мне повезло оказаться в том уголке, где летом было не очень жарко, а зимой ни разу за пять лет температура не опускалась ниже нуля. Теперь же придётся утепляться по полной. Оставив форму для ушивки, с собой я уносила несколько шерстяных лосин, плотных тёплых рубашек, готовых белых блузок под форму и новую сумку через плечо. Не удержалась, она была под цвет формы и даже с вышитой золотой ниткой небольшой эмблемой Академии. Остаётся забрать форму через три дня и приобуться, и я полностью готова грызть гранит науки.
По дороге к «Хромому некроманту» я всё же подошла к воротам Академии, уже опустевшим. Для того что бы убедиться в своих предчувствиях. Внутренне я ещё вчера поняла, что пройду. Во-первых, шесть стихий не «хухры-мухры». Во-вторых, по выражению лица магистра Мартин после слов о моей наставнице. А Марианна сомневалась, что её ещё хоть кто-то помнит в Академии, но видимо она и правда была одной из лучших учениц.
Я в пятёрке первых. Приятно. Пробежавшись глазами по списку, нашла имя Аники, но не имя Люсиль. Видимо, об этом они говорили, уходя вчера. Скорее всего, Люсиль сразу поняла, что провалилась, либо же, волнение было слишком сильным и её попросили прийти в следующем году. Рядом со списком абитуриентов, висел листок с объявлением для первокурсников о том, что заселение в общежитие будет происходить в первый день последнего месяца лета до обеда, в полдень состоится общее собрание для всех студентов Академии, занятия начнутся на следующий день. Коротко и ясно. Чувствуя, для разнообразия, приятное волнение и предвкушение, напевая попсовый мотивчик, я направилась в ставшую уже родной таверну. Впереди шесть недель свободы.
Глава 5. Курс первый
Говорят, время, когда ты счастлив, проходит быстро. Никогда не сомневалась в этом высказывании, но и подумать не могла, что учёба может относиться к «счастливому». Заканчивается первый месяц зимы, приближаются первые каникулы. И учёба, и жизнь в Академии оказались настолько интересными, насыщенными и увлекательными, что я всё никак не могла поверить, что это не сон.
К собственному удивлению и неожиданной радости я сдружились с соседками по комнате. Думаю, этому поспособствовали наши противоположные характеры и разные цели в жизни. Ни то, ни другое не пересекалось. Но всё, же мы уважали мнение друг друга и старались по мере своих возможностей поддерживать и помогать. С другими одногруппниками дела обстояли по-разному, с остальными девушками мы познакомились, но общались в основном только на темы занятий. Ну, я точно. Элен ни разу не была мной замечена в общении с кем-то кроме нас. Аника же… ну, она стала нашей связью с большим миром. Все последние новости и сплетни мы узнавали от неё, а она, кажется, у всей остальной Академии, и от преподавателей в том числе. С парнями всё было ещё проще. Только одна «морда барская» мне и была знакома, потому как раздражала и выводила из себя. В Академии он вёл себя ещё хуже, чем в таверне, не обладая ни каплей уважения к окружающим, грубил даже преподавателям.
Наш этаж, первого курса, оказался самым верхним. У парней так же, но они жили в северной башне. Лестница выводила сразу в круглую небольшую гостиную, из которой четыре двери вели в спальни, на четверых каждая. Но так как в этот год поступили всего девять девушек, комнаты были заполнены не полностью и только мы жили втроём. С верхнего этажа открывался прекрасный вид на территорию академического парка и город, даже «Хромого некроманта» можно было рассмотреть с нашего окна, но я бы взвыла уже через неделю от каждодневного подъёма/спуска, да и не по одному разу, по многочисленным лестницам. Ведь рядом с общежитием находился учебный корпус и, пусть там было всего три этажа, высоту и обилие лестниц это не отменяло. Спасибо Сэму, брату-близнецу Аники, впервые же дни в Академии он научил нас маленькой хитрости. Начиная подниматься, необходимо было начертить в воздухе руну нужного этажа, активировать её, и, поднявшись всего на один пролёт, ты оказывался на месте! Это было первое, что мы с Аникой выучили ещё до начала занятий, а после научили и Элен.
– Ты чего, спишь ещё что ли?
Хриплый и удивлённый голос Элен, только что севшей на своей постели, нарушил тишину нашей уютной спальни.
– Не сплю. Просто валяюсь.
– На тебя не похоже, – она потянулась и, зевнув, продолжила, – обычно твой день начинается с нашей побудки, зарядки и угроз, что нас выгонят из Академии, потому, что мы лентяйки!
– Сегодня же последний учебный день! – Как не радоваться такому событию? – Впереди месяц свободы и сладкого ничего не деланья!
– Так мы тебе и поверили, – Аника тоже решила подключиться к нашей беседе,– ты и ничего неделанье? А как же работа? Как же твой план по прочтению всей библиотеки?
– Планы можно отодвинуть, а работа мне в радость. Моя голова отдыхает только в то время, пока я готовлю.
Показав язык заспанной белобрысой моське, я ушла в ванную. Раз уж зарядку я сегодня осознано решила пропустить, а подружки проснулись сами, пора готовиться к новому дню.
– Что у нас сегодня по расписанию?
Элен уже в форме, собирала сумку для занятий.
– Не уверена, что нам сегодня понадобятся книги и записи. Магистры Вейл и Шевалье обещали устроить первую проверку практических знаний.
– Конспекты лучше взять, – Аника, наконец, тоже решила принять вертикальное положение, встав с кровати, направилась в ванную, – Сэм говорил, что магистры любят их проверять в самые непредсказуемые моменты.
Спустившись через полчаса на первый этаж, вклинившись в поток сонных студентов, мы отправились в столовую. Меню, надо сказать, надоело до одури. Есть каждый день одно и тоже на завтрак, обед и ужин, ещё и жутко пресное – сводило с ума. От полного сумасшествия меня спасло только то, что я уходила каждую пятницу после занятий и возвращалась поздно вечером в воскресенье. Как и договаривались с Эвой, я продолжала помогать в таверне, а она продолжала меня вкусненько кормить.
– Беру как обычно?
Протягивая мне свою сумку и дождавшись наших кивков, Аника направилась к столу раздачи провизии, где ужасная мадам Олдер-старшая, уже пыталась испепелить всех взглядом, за то, что мы опять припёрлись. Пока Аника, строя глазки пробиралась вперёд за нашим завтраком, мы с Элен уселись за облюбленный столик у дальней от кухни стены. Аника вернулась спустя пару минут с подносом. Три миски овсянки и три стакана кипятка. Всё как всегда. Достав с сумки мешочек с травами, сыпнула в каждый стакан по щепотке. Пока доедим кашу, чаёк заварится. Пока я заваривала чай, Элен достала небольшую деревянную баночку, открыв крышку, насыпала в каждую миску немного сушеных ягод. Вот так и выживают бедные студентки. Хочешь жить – умей вертеться!
Сегодня мы в аудитории земли для практических занятий. В оранжерее то есть. Второй раз за семестр, кстати, но первый поход был ознакомительной экскурсией. Нашим же первым практическим заданием стало проращивание семян льна. Кто мог, делал это с помощью стихии, остальным предстояло сделать это с помощью призыва. Выслушав получасовую речь магистра Вейла, все приступили к выполнению строго поставленной задачи. Росток должен соответствовать определённому сроку, и размеру, не больше и не меньше. Мы с девочками, от скуки, выполнили задание обоими способами и под одобрительную речь магистра, были свободны до окончания занятия.
– Не могу никак понять, что за набор стихий у меня? – Закидывая сумку на подоконник в холле учебного корпуса, куда мы вышли с оранжереи, спросила Элен. – Некромантия, воздух и земля. Где связь?
– Это же логично! – По лестнице, ведущей на верхние этажи и в подвал, поднимался Эрик, лучший друг и сокурсник Сэма. – Чтобы не копать могилки самой, щёлкнула пальцами и земля сама поднялась!
– А воздух тогда зачем?
– Ну, это ещё проще, – Эрик закинул свою сумку рядом с нашими и пристроился между мной и Аникой на скамейку, – что бы проветривать помещения после вскрытия трупов!
– Логика твоя хромает на обе ноги. – Элен всё же улыбнулась. – А где Сэм?
– А тебе меня одного мало? – Положив голову мне на плечо, этот котик состроил такую милую мордашку, что Элен начала краснеть.
– Тебя всегда слишком много, – Аника решила спасать подругу, кажется, только на неё во всей Академии не действовало обаяние Эрика, вернее, на неё единственную, он его не направлял. – Просто волнуемся за моего брата. Кажется, утром в столовой ты обещал его убить.
– Он сам виноват. Так ему и надо. Прибить его – моё законное право. Он увёл мою девчонку!
– А ты же так расстроился, да, котёнок?
Меня разбирал смех, но я старалась сдерживаться. Про второкурсника Эрика Деко уже ходили легенды. Он подкатывал ко всем девчонкам, со всех курсов, всех направлений, любой расы, любой внешности и формы. Строя милые моськи, осыпая комплиментами и приглашая на прогулки под луной. Парни считали, что он не разборчив и слишком любвеобилен. Девушки же таяли от его комплементов и милой мордашки, но не воспринимали его в серьёз, зная, что флиртуя с одной он может тут же переключиться на следующую. Всех объединяла мысль, что Эрик Деко – просто бабник. И все они ошибались.
– Совсем не расстроился, – Эрик, не поднимая головы с моего плеча, повернулся так, что бы заглянуть мне в глаза, – они ведь не ты, крошка!
– Ты уже совсем страх потерял, приятель? – От лестницы к нам подходил Сэм, за ним поднимались остальные второкурсники. – Уже средь белого дня целоваться лезешь.
– Завидовать плохо, ты знал? – Эрик всё же поднял голову с моего плеча, что бы посмотреть на друга. – Как зачёт? Нашёл селезёнку той бедной хрюшки?
Сэм, кажется, позеленел, а проходящие мимо наши однокурсники, заинтересовано стали прислушиваться и притормаживать. Почти все. Компашка во главе с Купером, той самой «мордой барской», посмотрев на нас взглядом полным превосходства и надменности, прошагали мимо, пробубнив что-то вроде «шут гороховый». Ну, и неразлучная парочка демонов, как всегда с широко расправленными плечами и уверенными спинами, прошествовала к лестнице. Почему спинами? Да, потому что лиц их лично я как-то не замечала, но взгляд всегда притягивали именно спины. Кстати, те самые, за которыми, я пробиралась к Академии в день отбора.
– Вроде да, но возможно это был аппендикс. – Сэм втиснулся на скамейку между Эриком и Аникой. – Сестрёнка, у тебя всё в порядке?
Аника, смотрела на лестницу, не отводя взгляда, не моргая и, кажется, не дыша. Мы с Элен переглянулись. Да, новая влюблённость нашей соседки оказалась сильнее предыдущих. Первые месяцы в Академии Аника «западала» на всех красавчиков. Один был высокий и красивый, другой стройный и подтянутый, третий был умён и имел идеальные манеры, а четвёртый, кажется, очень красиво улыбался. Но перебрав половину всех парней Академии, после лёгких, однодневных, симпатий, она остановила свой выбор на одном, который включал в себя все цепляющие её факторы. Он был высок, строен, красив, умён и вежлив. И он был демоном. Что добавляло ему шарма и экзотики, со слов Элен. А ещё он был одной из тех спин, что недавно прошли на второй этаж. Слава богам, на занятиях они садились всегда за последнюю парту, и Аника могла хоть немного сосредотачиваться на занятиях, но стоило ей повернуть голову назад и она подвисала так же, как сейчас.
– Аника, очнись, – Элен слегка тряхнула подругу за плечо, – он уже ушёл.
– Это те рогатые, что ли? – Эрик переключил своё внимание на сестру друга. – Ты сестрёнка это брось. Все же знаю, что они парочка.
Среди первокурсников прошёл шепоток, кое-кто понимающе закивал, а кто-то, воскликнув «Бред!», выражал крайнее несогласие с данной новостью. Конечно же, несогласными оказались девушки. Вот так и появляются сплетни?
– Это не мы так решили, это про них старшие говорят.
Сэм поднялся и, потянув за собой Эрика, направился к оранжерее, из которой сейчас выходили отстающие студенты-первокурсники. Мы же направились к лестнице, до обеда нам предстоял ещё один зачёт.
– Вообще, логика есть, – начал один из парней, – они не сближаются с другими студентами, даже не общаются, да? А ещё всегда только вдвоём. Кто-нибудь видел хоть одного из них с девушкой?
Шепотки среди одногруппников усилились, девушки тоже начали сомневаться.
– Они спят вдвоём, – все обернулись к Викару, рыжеватому мальчишке полу-оборотню, будущему стихийнику огня, – ну, в смысле, вдвоём одну спальню занимают.
Сомнения в ориентации наших одногруппников-демонов стали усиливаться. Честно сказать, мне было сложно смириться с подобным, но на Ардоне не разделяли любовь по полу и возрасту. Не скажу, что однополая, встречалась часто, данный феномен был скорее исключением, но относились к такому все совершенно спокойно.
– Твоя логика, – серьёзно посмотрев парнишке прямо в глаза начала Аника, – хромает так же, как у Эрика. Мой брат тоже везде ходит с другом, но он совершенно точно заинтересован в девушках. А то, что они в одной комнате живут, говорит только о том, что они хорошие друзья. Если я не ошибаюсь, – она повернулась к Викару, – вы с Денисом тоже вдвоём одну спальню занимаете? И что, нам теперь и вас парочкой считать?
Покрасневший Викар неистово замотал головой и видимо потерял дар речи, встретившись с взглядом разъярённого ангела. Так всей толпой уже не такой шумящей, мы ввалились в аудиторию магистра Шевалье. Разговоры стихли сами собой, так как не принято сплетничать о людях, и о демонах тоже, в присутствии самих объектов сплетен. А они вот уже сидят за ближайшим к выходу, последним столом крайнего ряда. Опять лишь спины и чёрные макушки, с хаосом на них. Мы направились к своему ряду, поближе к окошку, Элен сидела за вторым столом в гордом одиночестве, мы с Аникой заняли стол чуть выше, сразу же за ней.
Магистр Шевалье, приятная женщина преклонных лет, я даже боялась представить, сколько же ей на самом деле, если она выглядит на шестьдесят «земных», преподавала нам основы стихии воды. Вообще, первые два курса нам предстояло учить основы всех шести стихий, вне зависимости, обладал ли ты этой стихией. Стихийники развивали свои способности, учась контролировать силу. Не обладающие, учились основам и призывам. В дополнение к стихиям шли занятия верховой ездой, физической подготовки, по принципу «в здоровом теле – здоровый дух», уроки истории, экономики и руны. С третьего курса и до окончания Академии предстояло углублённо изучать выбранную основную стихию, можно также выбрать ещё одну дополнительную, в обязательном порядке изучение мирового права и законов всех четырёх государств, руны и артефакторика. Но первый семестр первого курса все магистры практиковали нас в чистописании. Одни сплошные лекции, конспекты и рефераты «на дом».
– Добрый день, студенты. Сегодня у нас первое практическое занятие. Уверена, что все водные стихийники справятся с ним легко и просто. Остальным же, кто ни разу не использовал призыв стихий, будет немного интереснее.
Магистр отлеветировала каждому студенту по прозрачному стакану, после чего начертив на доске руну призыва воды, долго объясняла, как не ошибиться и вложить нужное количество силы. После чего, обрадовав и воодушевив студентов заявлением, что любой справившийся с заданием тут же может покинуть занятие, занялась своими делами, что-то записывая в разные журналы и изредка поглядывая на аудиторию.
Что ж, приступим. Начертив в воздухе руну, я представила себе стакан холодной, кристально-чистой, артезианской воды, после чего на выдохе высвободила немного магии. Готово. Можно уходить. Элен пыхтела над своим стаканом, скорее она наполнит его своим потом и слезами, чем у неё получится правильно начертить нужную руну. У других дела обстояли по-разному, у кого-то воды было слишком много и они старались стереть её рукавами пиджаков, а кто-то смог заполнить свой стакан лишь наполовину. Аника, сидящая рядом со мной, даже не приступала к выполнению задачи. Полулёжа на парте, она смотрела на дверь аудитории. Это что же там такое интересное в дверях застряло, что у неё взгляд такой мутный?
«С этой девочкой всё ясно. Остаётся ждать, пока она не разочаруется сама или не найдёт новый объект обожания»
Аника смотрела не на дверь. Она смотрела на последнюю парту крайнего ряда, где склонившись над стаканами, кажется, плевались демоны. А что, тоже вариант чтобы их наполнить.
– Слушай, так тебе, который нравиться-то? – Вернув свой взгляд к подруге, шёпотом поинтересовалась.– Тот, что покрупнее или тот, что поменьше?
– Рик Эверхард, – томным голосом ответила она, – тот, что симпатичнее.
Беда. Как спасать будем, ума не прилажу. Я встала с места, взяв стакан с уже запотевшими от конденсата стенками, стала спускаться вниз к столу преподавателя. Проходя мимо второй парты среднего ряда, услышала «выскочка», произнесённое противным голосом Купера. Это он что, в честь последнего учебного дня и предстоящих каникул, в хорошем настроении? Обычно, ничего кроме мата из его уст в нашу с подругами сторону не звучит. После предположения Элен на одном из занятий некромантии, что Купер это кикимора болотная, замаскировавшаяся под человека. Вся группа тогда сходство нашла, но обиделся он именно на нашу троицу. Ни на миг, не замедлив своего движения, я снова начертив руну призыва воды и, довольно большое её количество, направила на его штаны. Конечно же, в область паха. Эх, жаль кипяток призывать не могу! Мне воду проще нагревать огнём…
Настроение подскочило ещё выше. Спустившись к столу преподавателя и поставив перед магистром Шевалье стакан, поймав её одобрительный взгляд, улыбнулась и стала подниматься обратно. Подходя к столу Элен, которая всё также пыхтела и делала непонятные махи руками, я почувствовала на себе чей-то тяжёлый взгляд. Подняв голову и бегло пробежавшись взглядом по аудитории, встретилась глазами с двумя провалами абсолютной тьмы. Демон, тот, что покрупнее, смотрел на меня в упор и, даже встретившись с моим взглядом, не отвёл своего.
«Спина была посимпатичее»
Стало моей первой мыслью. Нет, он, бесспорно, был красив как божество. Смуглая кожа, чёрные с синим отливом волосы, маняще-дразнящие губы, прямой нос, чёткие скулы, густые брови. Наверное, можно было бы даже влюбиться, если бы не этот прожигающий насквозь взгляд. И кокетливая родинка под нижним уголком левого глаза не спасала ситуацию. Пристальный взгляд, словно говорящий «я вижу тебя насквозь и знаю все твои секреты», под которым сердце начинает в панике пропускать удары, но от которого невозможно отвести глаз. По спине пробежали мурашки.
«Так, Ника, бери себя в лапки и сделай хоть что-нибудь!»
Время тянулось как жвачка, прилипшая к подошве в жаркий день, но ведь прошла пара секунд, пока я поднялась на ещё один уровень, до нашего с Аникой стола. Поэтому, приподняв напоследок левую бровь и одарив демона ироничным взглядом, я отвернулась. Дышим, соображаем по-быстрому. Где ты могла спалиться? Нигде, вроде. Значит, неправильно интерпретировала взгляд? Может, это была зависть? Он вот до сих пор не смог руну нарисовать, стакан так и стоял пустой. Точно, просто, его съедает зависть. Значит, успокаиваемся, забираем свою сумку, безнадёжно, но всё же, напоминаем подруге, что нужно хотя бы попытаться выполнить задание магистра, (так-то, у неё вода основная стихия!) и направляемся на выход. Демон обратил свой взор на друга, который что-то ему объяснял, изображая руками нечто похожее на руну призыва (ну, или посылал кого-то на языке жестов), поэтому спокойно поднявшись наверх аудитории, я направилась к двери. Проходя мимо последнего стола крайнего ряда, я обернулась на подруг. У Элен, наконец, получилась руна, но, не рассчитав силы, она залила весь стол и теперь не знала, что делать. Аника продолжала смотреть на демонов, так и не приступив к заданию. Не удержавшись, я поставила «рожки» двум демонам и, поймав удивлённый взгляд подруги, показала ей язык. Всё это произошло так быстро, что кроме Аники никто ничего не увидел. Я так подумала.