- -
- 100%
- +
*****
– Ника, – на кухню впорхнула Эва, – ради всех богов, прошу тебя, иди на верх и поспи!
Я с трудом оторвала голову от стола, на котором, кажется, уже вмятина от неё осталась. В голове что-то протестующее загудело.
– Послезавтра начнутся занятия, а ты вместо отдыха на каникулах заработала полное физическое истощение!
Силы нашлись только что бы кивнуть. Поднявшись, слегка пошатываясь, двинула в зал. Уже привычно, не смотря на посетителей, спотыкаясь на каждой ступеньке, направилась наверх. Что бы, не умывшись и не раздеваясь, упасть на такую родную и дорогую моему сердцу кроватку. И проснуться через несколько часов от очередного «кошмара». Эти сны преследовали меня весь месяц. Со дня первого снегопада. Теперь и вспоминать глупо, как я радовалась, когда прошлой весной мне наконец-то начали сниться сны! Уйдя с головой в работу, показываясь в зале, только когда приходила Элен, чтобы немного с ней поболтать, я вполне успешно избегала пронизывающего и осуждающего взгляда. Но грёбанный темноглазый демон преследовал меня во снах. Весь месяц похожие сны, сводившие с ума и накаляющие нервы до предела. Просыпаясь задолго до рассвета, я больше не могла уснуть и, умывшись ледяной водой, направлялась на кухню, где старалась забыться, занимаясь привычными и однотипными вещами. Так просто было месить тесто и ни о чём не думать. Чистить овощи и напевать песни. Резать мясо и представлять, что это разные части демона…
«И что будешь делать сегодня? Эва запретила тебе работать в последний день каникул, велела отдохнуть хоть немного»
Что делать? Мучиться, что же ещё мне остаётся. Завтра доберусь до мед кабинета в Академии и вымолю снотворного у прекрасной и добрейшей Динары. Я бы и сама сварила нужный отвар, но душица и пустырник у меня закончились ещё на первой неделе каникул. А пока можно постараться расслабиться подручными средствами. Сбегав на кухню, раздобыла чайничек с травяным чаем и немного мяты, вернувшись в комнату, наполнила ванную. Нагрев воду почти до кипения, добавила туда мяты. Релакс, Ника, полный релакс! Лежим, попиваем чай и ни о чём не думаем. Что ж, немного, но это помогло. Я проснулась с ванной, когда вода уже совсем остыла. И не заметила, как отключилась. Повезло, что не «пошла ко дну» пока спала. Зато снов не было. Это самое чудесное событие за весь последний месяц.
Вдохновлённая сим прекрасным событием, я всё же направилась на кухню. Порадуем посетителей пирогами от Ники напоследок? Неизвестно, когда они будут вновь. Вообще, за этот месяц запах корицы, кажется, навечно впитался в мою кожу, но как ни странно, любовь к штруделю у меня не прошла. А наблюдая за тем, как часто их заказывали и с каким удовольствием их поглощали гости, и вовсе гордость пробирала. Это же надо так отметиться в этом мире! Теперь, когда я вернусь в свой, здесь меня ещё долго будут вспоминать по моим пирогам.
– Ты что здесь делаешь?
Эва вошла в кухню с улицы и, кажется, была удивлена меня увидеть. Опять так рано.
– Не ругайся, матушка, – всем своим видом я старалась показать, что со мной всё в порядке, настроение отличное, я бодра и полна сил, – я только с завтраком помогу, а потом буду заниматься таким прекрасным ничего не деланьем!
– Смотри мне, – она уже ставила котелок с кашей в печь, – не пойдёшь отдыхать, я тебя сама выгоню.
На том и договорились. Вчера вечером должны были вернуться Аника и Сэм. Элен обещала привести подругу на завтрак.
– О, Ника, а ты чего здесь делаешь? – В кухню из зала влетел Нил, немного красный с мороза. – Там один постоялец завтрак ждёт, и пришла Элен с Аникой, сидят у стойки.
– Отлично, как раз первая порция готова, – с улыбкой я кивнула Нилу и приступила к сборке завтрака на троих, Эва занялась заказом постояльца, – я тогда пошла. Не будете справляться, зовите.
– Иди и не показывайся на этой кухне минимум месяц!
С таким напутствием и подносом в руках я вышла к подругам.
– Привет, красотки! Кто голодный?
Аника, соскучившись и накопив кучу историй, болтала без умолку, нам с Элен оставалось лишь слушать и стараться не подавиться во время очередных приступов смеха. Наблюдая за подругами, слушая их болтовню, смеясь вместе с ними и над ними, я всё же продолжала работать. Быть без дела – это не моё. Я наполняла кружки, а Нил разносил по столикам. Пару раз сбегала на кухню, но каждый раз была обругана Эвой. Позавтракав, девочки ушли на прогулку, расстроившись от новости, что эту ночь я ещё проведу в таверне, вернусь завтра перед занятиями. Что поделать, я хочу позавтракать чем-то съедобным и вкусным, перед началом нового семестра.
Эва, закончив на кухне и передав бразды правления ложками и поварёшками мужу, вышла на разлив. Мне, после общения с подругами, не хотелось одиночества, поэтому присев напротив, я развлекала её разговорами. Ближе к обеду вновь почувствовала холод и по спине пробежали мурашки. Видимо, демоны тоже проголодались. Мне не нужно было оборачиваться, что бы понять, кто сверлит меня взглядом. Ещё немного и я затылком смогу определять степень раздражённости и злости его взглядов.
«И чего уставился? Пусть на любимого смотрит. Или он переживает, что я теперь всё знаю? Так про них и так вся Академия говорит. Даже не я эти слухи пустила. А может Рик не отдаёт ему ножницы?»
Настроение резко упало, и я уже собиралась совершить марш-бросок в свою комнату, когда справа ко мне подошёл парень и приобнял за талию.
– Чего скучаешь? – Лучезарно улыбаясь, спросил Эрик. – Почему одна? Неужели ваше трио распалось?
– Да, не дождёшься, котик!
Ответила я на его улыбку. Вот есть же такие нелюди, прекрасные, добрые и весёлые. С которыми легко и просто общаться на любые темы. Почему такие мне не снятся? Почему щекочет нервы только, тот, что недосягаем и смотрит злобно? Эрик ведь, тоже очень интересный экземпляр, красивый, широкоплечий и подтянутый. Не знаю, это цвет кожи или загар, или вторая сущность отображается так, но на Земле его бы назвали мулатом. В противовес тёмной коже, глаза его небесно-голубые, с вертикальным, кошачьим, зрачком. Чёрная пантера его души смотрела озорно и по-детски беспечно. Как я рассмотрела его звериную сущность, сама не знаю. Возможно это моя особая связь со всеми животными, которая пугает всех, кроме меня. А возможно я неосторожно посмотрела на него магическим взором. Но в качестве благодарности за сокрытие этой информации, Эрик обещал познакомить меня со своим внутренним зверем. Немного пошло звучит, нет? Да, только я в этом ничего такого не вижу. Это же не демон…
– Что ты, мы бы очень расстроились, узнав такую новость. – С другой стороны на стул присел Сэм, закрыв меня от слишком пристальных глаз широкой спиной. – Я бы сошёл с ума, выслушивая свою сестрёнку. Я её, конечно, очень люблю, но иногда она не выносима. Особенно, когда расстроена.
– Как каникулы? Успела отдохнуть?
– Отдыхала она, как же. – Эва поставила перед парнями по кружке чая. – Первый день сегодня.
– Неправда, – ради справедливости решила уточнить, – самый первый день каникул, помнишь? Не работала!
– С таким похмельем ты бы и не смогла.
И она удалилась на кухню. Вот зачем напоминать? До сих пор забыть не может? Да, не сделала я ничего плохого. Кроме того, что к демону ночью заявилась. Полураздетая. Но какая разница, если его девушки не интересуют? Да, и не знает об этих похождениях Эва.
– Ты напилась? – Неподдельно удивился Сэм.
– И меня не позвала? – Опечалился Эрик.
– Это была индивидуальная и закрытая вечеринка.
Подшучивая друг над другом и над знакомыми, ребята приступили к обеду. Было так просто сидеть с ними и смеяться вместе. На долгое время я забыла и перестала чувствовать прожигающий взгляд.
«Что ж, отличный способ спрятаться. Берём на заметку»
Вернулась в свою комнату я только после ужина. Щёки болели от долгого смеха, на душе была приятная радость и лёгкость. Собрала вещи, которые необходимо было отнести в Академию и немного прибралась, а то Эва сама придёт наводить порядки. Стыдно. Приняв горячую ванную, почувствовала сонливость такую сильную, что так и уснула в одном полотенце.
Он снова был в моей комнате. Таинственный, дикий и манящий. Смотрел на меня, лежащую перед ним в одном полотенце, и я видела настоящий огонь в таких обычно тёмных глазах. Он медленно приблизился и опустился рядом, и его аромат, терпкий и пьянящий обволакивал меня всю в кокон желания и томной неги. Рука-искусительница, едва касаясь моего тела, начала свою мучительную пытку, дразня медленно поднимаясь от колена всё выше и выше. По бедру, на талию, ещё выше, немного царапая, слегка надавливая. Когда его ногти царапнули мою кожу у края полотенца, и легко забравшись под него, потянули на себя, последняя преграда пала, я не смогла сдержать стон. Неожиданный для меня самой, он стал спусковым крючком для Арса. Издав полу стон, полу рык, он впился в мои губы обжигающим, и сметающим всё на своём пути поцелуе. Выгибаясь всем телом навстречу ему, я желала лишь одного, что бы, он не вздумал остановиться.
Как и весь месяц до этого. Стоило его губам коснуться моих, я проснулась. Полотенце подо мной. Я голая. И несчастна. В теле неудовлетворение. В голове тоска. На душе скребут кошки. В животе сдохли все бабочки. За окнами близился рассвет. Привычно умывшись холодной водой, оделась и, забрав сумку, спустилась вниз. Эва уже хлопотала на кухне. Плотно позавтракав, взяв из рук Эвы небольшой свёрток с провизией и выслушав напутственные слова, резко сорвалась с места, услышав, как сверху кто-то спускается. Кто бы это мог быть, в столь ранний, час не было загадкой. Видеть его и так пытка, а по утрам особенно жестокая.
В нашу комнату в общежитии влетела как раз, когда девчонки собирались выходить и идти на завтрак. Вручив им свёрток, передала привет от Эвы, и умчалась в ванную переодеваться в форму. К ещё закрытой аудитории целительства мы втроём подошли первыми и довольными жизнью. Вкусная еда всегда отлично поднимает настроение. Этому меня научила одна из девочек, работающих у Нади в магазине. На Земле с этим справлялись кофе и хороший шоколад. На Ардоне шоколад был редким, не все умели его делать, а кофе – дорогим. Кстати, мысль родилась, если Эва раздобудет порошок какао, можно ещё немного разнообразить меню. Шоколад я делать не умею, а вот сладкие булочки с шоколадной глазурью, должны понравиться посетителям.
Демоны явились перед самым приходом магистра Мартин и не успели поучаствовать в обсуждении того, кто и как провёл каникулы.
– Чего стоим и не заходим? – Словно не она только что сняла запирающую печать с двери, поприветствовала нас магистр. – Проходите и занимайте места. Ника, – она остановила меня перед дверью, – задержись после занятия.
Вот и испарилось моё хорошее настроение. Следующие два часа я провела в волнении. Что она мне скажет? Что ректор не разрешил дополнительные занятия? Что тот случай был трагичным и всё очень плохо? Я долго не протяну? Или что такой дар раньше встречался только у странников? Меня выгонят? Сегодня же передадут магам Лиги? И так по кругу…
К концу занятия у меня дёргался глаз. Подходя к столу магистра на ватных ногах, но стараясь держать спину прямо, я не сдержалась и всё, же посмотрела на Арса, последним выходящего из аудитории. Хоть полюбоваться на его спину перед неминуемым концом. Так я размышляла. А ещё думала о том, что я дура. Ну, узнала, что он не такой как все, потеряй надежду, но любуйся сколько влезет! Можно было бы даже по заигрывать. Пока Рик бы не приревновал и не оторвал тебе бошку… но я даже такой мелочи себя лишила! Зато вдруг поняла чувства Аники. Она тоже ни на что не надеялась, но продолжала любоваться Риком, скорее всего, в тайне, всё ещё, мечтая о нём.
– Ника, – магистр начала из далека, – как каникулы? Прошли не очень, да? Я частенько видела тебя за работой в «Хромом некроманте».
– Нет, это было здорово, отвлечься от труда умственного и переключиться на труд физический.
Она улыбнулась и понимающе кивнула. А я вот-вот упаду, между прочим. Спину держать всё сложнее, ноги всё слабее. Что же она тянет? Хотя, если бы было что-то серьёзное, она бы не улыбалась мне, верно? И про каникулы не спрашивала.
– Я не займу много твоего времени, тебе ведь нужно идти на следующее занятие. – Мы наконец-то подходили к делу. – Я разговаривала с ректором, он дал добро на наши занятия, однако поставил небольшое условие.
Даже страшно было подумать, в чём оно заключалось.
– Дело в том, что я вкратце описала ему твою ситуацию, – наверное, я побледнела и не упала только из-за шока. Теперь ещё и за это переживать? Ректор в курсе? – Ничего невозможного, он просто будет присутствовать на некоторых занятиях. Он так же обещал помочь с поиском информации. Его очень заинтересовал твой дар.
Не дождавшись от меня реакции, магистр добавила, что будет ждать меня в своём кабинете на первое занятие сегодня после ужина, и отпустила на следующее занятие.
Кровь вновь побежала по моим венам, но чувства были в смятении. Меня совсем не радовал его интерес. Мало ли до чего доведёт его заинтересованность. Стараясь дышать глубже, я шагала к аудитории ветра, и в ускоренном темпе пыталась осмыслить новый поворот в свое судьбе. Интуиция молчала. Логика твердила, что я паникёрша. Я же уже рассказала магистру, этот дар или простая особенность моей магии, никак не связали меня со странниками, а это значит, дыши, Ника! Живём и барахтаемся во всём этом дальше.
– Что хотела магистр Мартин?
Мы топали на обед в самом конце процессии из уже проснувшихся, но теперь немного пришибленных первокурсников. Да, с этого семестра жизнь станет веселее и заиграет новыми красками. Начинается практика и, вкратце обрисовав сегодня, чему нам предстоит научиться к концу года, одногруппники пребывали в лёгком афиге, с нотками истерики. Ведь занятия прошли только по двум стихиям…
– С сегодняшнего дня у меня начнутся дополнительные занятия. Об этом она хотела сказать.
Девочки переглянулись.
– А я знала, что ты особенная!
Кажется, позитивному настрою Аники никогда и ни что не помешает. Вот Элен сразу поняла, чем грозят дополнительные занятия.
– Ты не станешь отставать по остальным предметам?
– Думаю, что справлюсь, – не совсем уверенно протянула я, – но я ещё не знаю, как часто будут эти дополнительные занятия.
– Я думаю, ты больше переживаешь, что не останется времени на чтение! – Аника не переставала гордо улыбаться, словно я её дитя родное. – И не успеешь перечитать всю библиотеку до окончания Академии.
– Да, это будет настоящим провалом. Придётся устроиться работать в Академию, что бы всё дочитать.
– Было бы восхитительно, учиться в Академии, когда тут работает повар Ника. Вкусная выпечка и мясо каждый день… мечта!
– Да, а ещё разнообразное меню по временам года, десерты и напитки на выбор.
Так шутя и посмеиваясь, мы дошли до столовой. И толи хорошее настроение, толи мысли и составление будущего меню для академической столовой, но в этот раз даже безвкусная еда показалась не такой плохой. После обеда пришлось двигать обратно в учебный корпус на последнее сегодня занятие. Магистр Бейор, преподававший некромантию, так же начал занятие с получасовой лекции, посвящённой тому, что нам ещё предстоит освоить и чему научиться к концу первого курса. Не обладающие стихией никогда не смогут поднять покойника, допросить труп. Но различать виды нежити, а так, же обезвреживать их, мы должны научится. На экзамене в конце года, стихийники должны будут поднять скелет, а остальные – обезвредить. Очень увлекательно, меня даже подташнивать стало. От восторга, не иначе.
– Ника, – госпожа Холс, наша библиотекарь, как всегда была рада меня видеть, – я так давно тебя не видела! Думала, не уж то тебя отчислили?
Живя в своём книжном мире, она, наверное, и не в курсе, что у студентов бывают каникулы. Хотя она не всегда была мне рада. Первые недели обучения, когда я на первых порах, бежала в библиотеку на каждой перемене и проводила здесь всё свободное время, а так как библиотека не закрывалась даже на ночь, зачастую девчонкам приходилось меня отсюда вытаскивать силой, она смотрела на меня с подозрением и недоверием. Так продолжалось, пока однажды не спросив у неё, где историческая секция, я не навлекла на себя беду и её расположение заодно. Следующие два месяца мы разбивали книги на различные тематики и организовывали картотеку для каждой секции. Это было интересно, а главное, через мои руки прошло очень много книг, и теперь я точно знала на какие не стоит тратить время.
– Что Вы, госпожа, каникулы же были.
Она, кажется, удивилась новому слову, но, быстро взяв себя в руки, поинтересовалась, что я буду читать на этот раз. В этот раз мне было всё равно, я и вовсе не уверенна, что смогу сейчас сконцентрироваться на книге. Через полчаса меня ждёт первое занятие с магистром Мартин. Все мысли были только об этом. Но библиотека всегда успокаивала меня своей тишиной и постоянством. Книгам некуда спешить, им неведомы людские страсти, в отличие от своих читателей, они вечны, надёжно храня в себе секреты мироздания, жизни и смерти, но готовые открыть эти тайну любому, кто способен понять.
Прохаживаясь между рядами, бегло читая заголовки, я не думала ни о чём и думала о вечном, пока в разделе художественной литературы, да, такая тоже была, не увидела Анику. Вот уж неожиданный гость в этих стенах. Даже, когда нам предстояло писать рефераты, она предпочитала делать это в гостиной или спальне, редко составляя нам с Элен компанию. Сейчас же, она стояла тихо, и не шевелясь, вчитываясь в какую-то книгу.
– Что читаешь?
Моё удивление, увидеть здесь подругу, было неподдельным, но мне на самом деле было не интересно, что именно она читала. До тех пор, пока моя подруга, не подскочив от неожиданности, не покраснела, как спелый помидор и не спрятала за спиной книгу. Вот теперь интересненько стало.
– Н-ничего…
Всё такая же красная, заикаясь, произнесла Аника.
– Странная у тебя реакция на «н-ничего», – подшучивая, произнесла я, – Ну, покажи. Я никому не расскажу!
– Хорошо, – она подозрительно быстро согласилась, надо ждать подвох, – только тогда, ты мне поможешь, идёт?
Ну, что я говорила? Вот и подвох. Долго посмеяться над подругой и очень уж откровенным романом в её руках с зефирным названием «Я вся твоя», у меня не вышло. Потому как эта самая подруга, (а друг ли ты мне теперь?) попросила меня вынести эту книгу из библиотеки. Ей она, значит, понравилась, зацепила своим сюжетом (ага, охотно верю), но подойти к госпоже Холс, что бы она занесла её в журнал взятых почитать, Аника стеснялась. Ну, а вдруг Сэм узнает? Маменьке доложит? И будут её ругать и обязательно накажут! А меня никто не накажет и вообще, я уже слово дала, пообещала помочь.
Раз слово дала, пришлось выполнять. Наверное, только осознание того, что я не собираюсь эту ересь читать, не смутило меня перед библиотекарем. А та, надо отдать ей должное, спокойно внесла её в журнал и, подмигнув, сказала «хороший выбор». Вот в тот момент я бы покраснела, если бы в библиотеку не зашёл Арс. Один, что удивительно, но не так как то, какую реакцию вызвала у него книга у меня в руках. Вот там была ядерная смесь из удивления, отвращения, несогласия и разочарования. Он что, тоже за этой книжкой шёл, а я первая забрала? От этой мысли мне вдруг так смешно стало, что с улыбкой до ушей и с гордо поднятой головой, я прошагала мимо него. Еле сдержалась, чтобы не подмигнуть.
Недалеко от входа в библиотеку, у окошка мило беседовали Аника и Рик. Что ж, вот и нашёлся вечный хвост «просто Арса». Месть это, конечно, бесполезно, но зато весело. Подойдя к ним, я протянула Анике книгу, обложкой вверх.
– Вот, держи, как просила.
Ух, как она покраснела. Прям очень-очень спелый помидорка. А глазки как засверкали! Где бы сегодня переночевать? Спать с ней в одной комнате может быть опасным, может к демонам попроситься? С ними безопаснее будет. Но, не скрывая своей радости, от проделанной гадости, напевая песенку, я ушла в сторону лестницы.
– Входи.
Прозвучало из-за двери в личные комнаты магистра Мартин.
«Ну, Ника, не ссы! Что бы, там не было, ты справишься!»
Спустя два часа, направляясь в общежитие, я мечтала просто уснуть и забыть хоть ненадолго этот вечер. Я даже, буду рада Арсу во сне, с его вечными приставаниями, но думаю, сегодня он не придёт.
В личном кабинете магистра Мартин было довольно тепло и уютно. Большой зажжённый камин, напротив диван и два креста, в одном из них ректор Эмери, на полу ковры с мягким ворсом, на стенах подсвечники с зажженными свечами, у окна большой стул и стол. На столе «пациент». Большой рыжий кот Счастливчик, которого обожали все студентки, постоянно подкармливали (при чём, едой не из столовой), служивший чем-то вроде талисмана удачи для всех к кому подходил, сейчас лежал на чистой простыне, постеленной на стол, рвано дышал и истекал кровью.
– Его нашли студенты сегодня возле конюшни, – магистр говорила тихо, видимо понимая моё состояние и видя назревающие слёзы, – мы собирались просто поговорить и обсудить, как будем проводить занятия, но возможно, ты продемонстрируешь нам, что бы мы лучше понимали, с чем имеем дело?
Продемонстрировать, говорите? Сейчас мне было плевать, кто и что поймёт или подумает. Видя беззащитное раненное существо, всё внутри кипело от ярости. Это не могли с ним сделать собаки или дикие животные. Их нет не территории Академии. Это не было похоже, на то, что он попал под копыто, неосторожно забравшись в стойло. Это была рана от ножа. Так поступить мог только конченный поддонок. Закрыв глаза, я вновь увидела магию. Сейчас она не текла, она бурлила и искрилась недовольством от бессмысленной жестокости. Не открывая глаз, я волной тепла и сожаления укутала раненное животное. Через мгновенье я на себе испытала всю боль, перенесённую маленьким, беззащитным существом. Боль, от разочаровании в тех, кому он доверял, стала для него сильнее, чем боль от ножа.
Кажется, я всё же немного выбилась из сил. В себя пришла лёжа на диванчике. Магистр и ректор сидели в креслах и смотрели на огонь в камине. Тишина нарушалась только мурчанием, доверчиво прижимающегося ко мне Счастливчика. Потом последовал долгий разговор. Пересказав все предыдущие случаи использования этого дара, в подробностях описала всё, что чувствовала после. Мне запретили пользоваться этими способностями без присмотра. Договорились о пересмотре старых фолиантов, хранящихся у ректора, он должен был перенести их в кабинет магистра к выходным. Но помимо поиска информации, всё же, было решено не подавлять такую невероятную способность, и во избежание тяжких последствий и сильных «откатов», мне предстояло углублённо уйти в изучении целительства. Развивать и увеличивать резерв. Решив главный вопрос, с кем останется Счастливчик, я забрала кота себе, получив согласие на его временное проживание в общежитии, и двинула в свою комнату.
На вопросы девчонок отвечать не было сил. Просто укрывшись одеялом, я прижала к себе Счастливчика и уснула. Запоздало пришли мысли, что Аника должно быть всё ещё зла на меня, что я обещала Элен помочь с чем-то там, что кот, наверное, голоден… но сил двигаться, говорить, думать в тот момент не было. Утром. Я всё решу и обо всём подумаю утром.
*****
– Аника, я не перестаю удивляться, – Элен нарушила нашу идеальную тишину, – как ты умудрилась сдать все экзамены, если ты занимаешься только тем, что читаешь свои романы?
– Талант он либо есть, либо его нет!
Я хмыкнула. Да, талант у Аники точно было, по пять романов за неделю не каждый прочтёт! И от брата уже не прячется, и к госпоже Холс не стесняясь подходит. Хотя, в чтении романов нашей подругой был один большой плюс. Она забыла о демоне. Но был и немаленький минус. Теперь она доставала нас сюжетом и героями очередного романа. Она снова влюблялась с каждой новой книгой, но только теперь в персонажей своих книг, иногда подолгу отходя от очередного супер-мужчины, умеющего красиво говорить, совершать подвиги и проявлять свою любовь и характер.
– Мне нужно дочитать эту книгу сегодня, – Аника всё же отвлеклась и посмотрела на нас, – завтра мы ведь уезжаем!
Трагедия мирового масштаба. Для Аники. Иначе она не узнает, что всё хорошо закончилось и главный герой (в очередной раз), спас свою любимую из лап злодея.
– Как ты целый месяц без романов проживёшь?
– У нас дома тоже есть библиотека. Надо только постараться, чтобы мама не заметила, что именно я читаю.
– Проще простого, – прикрыв глаза и подставив лицо под летнее солнце, сказала Элен, – возьми две книги, одну почитай при маме и оставляй всегда на виду, а другую держи так, что бы, никто не увидел. Тогда, даже если тебя увидят с твоей книгой, решат, что это та другая.
– Или ещё проще, – продолжила я, – читай только в своей комнате.
Аника, кажется, прислушалась к нашим советам и, вновь углубившись в мир печатный, забыла о мире настоящем. Элен продолжала принимать солнечную ванную, а я наблюдала за студентами, вольготно рассыпавшимися по территории парка Академии. Недалеко от нас, как и мы, развалившись прямо на траве, Эрик и Сэм развлекали своих одногруппников, то и дело, вызывая у них взрывы хохота. Кто-то парочками, кто в одиночку сидел на лавочках. Старших курсов было меньше, многие готовились отправиться на практику или уже отбыли. Во всём и во всех чувствовалась радость и лёгкость. Те, кому предстояла пересдача(на нашем курсе такой был только один), плакали в библиотеке или по своим комнатам, завидуя нам, счастливым и уже наслаждающимся летом и свободой. Весь наш поток, все магистры и половина остальных студентов, мечтали, что Купера отчислят, особенно после того, как стало известно, что это он ранил Счастливчика в первый день второго семестра. Доказать это, к сожалению, не вышло, но его сдал один из его же подпевал, да и больше на такое никто способен не был.