Магическая дискотека

Тяжёлые грозовые тучи нависли над маленьким городком, угрожая проливным дождём. Июнь выдался на редкость холодным месяцем. Долгожданное лето не собиралось одаривать людей своими прелестями, и в ответ получало недобрые упрёки за неудачный сезон отдыха. Сам же город шумел и выражал красоту в любую пору.

У каждого жителя имеются какие-то обязанности, и они не у кого не отменялись, несмотря на природный дискомфорт. Люди торопятся по своим делам. В основном на работающего человека значилось именно так, а куда идёт путь жизни, если к не определённой цели? Обычный семьянин и тот стремится обеспечить своих близких и родных ему людей или просто поддержать в моральном и духовном плане. Но холодное лето меняет настроение у многих и путает все намеченные дела. Наступают также школьные и студенческие каникулы, и вдруг, такая досада… Больная мысль занимает голову, вгоняет в глубокую печаль свободных молодых людей и уводит в неведомое пространство. Как правило, не всех, но, к сожалению, великое множество. У кого к чему лежит душа, неизвестно. Иногда самая страшная западня поджидает нас, казалось бы, из дружелюбного весёлого места и тем временем затягивает в тиски. Крепко и надолго.

Глава 1

Поезд наконец-то приближался к родному городу, и Феликс Скалов подумал, что уже всё чёрное позади, осталось в частях военной службы. Теперь он в полной свободе и сам себе господин жизни.

– Вот ты и дома! – весело проговорил его попутчик, молодой темноволосый мужчина.

– Даже не верится!– выразил свой неописуемый восторг Скалов.

Ему повезло. Случайный знакомый оказался отличным собеседником и профессиональным психологом. По дороге домой он смог многому научить. Как себя вести в критической ситуации и не очутиться в дураках, иметь правильный подход к вспыльчивым людям, а также к подросткам со сложной психикой.

Скалов тоже являлся глубоким мыслителем, но от дополнения психологических способностей он никогда не отказывался. Он считал, что в практике может сгодиться любой метод.

– Всего доброго Валентин Николаевич, надеюсь, мы ещё с вами увидимся?– с надеждой спросил Скалов.

– Я буду в городе долгое время. Жаль адреса не могу дать. Не определился пока. Вообще-то чуть чего опирайся на маленькие недорогие домики. Там дешевле снять жильё. Я слышал здесь немного таких районов.

Скалов кивнул и пожал ему руку.

Он осмотрелся по сторонам. На перроне вокзала было совсем мало народу и это понятно. Время очень раннее. Скалов поправил на плече спортивную сумку и медленно двинулся к жилой площади.

Приезжие в одном поезде с ним люди, глядя на серое небо, быстро разбегались, и в течение пяти минут, порядком никого не осталось за исключением миловидной девушки девятнадцати лет. Её плохо прибранные светло-русые волосы растрепались по ветровке. Аккуратные туфли подчёркивали стройность её ног и выражали правильность женского вкуса. Она была несколько небрежна, но это ничуть не портило её приятную внешность. Девушка выглядела расстроенной, и казалось, как будто бы боялась кого-то упустить из виду. Однако опасения были напрасны. Интересующего ей человека не оказалось.

– Что милая, уж не солдата ли своего ждёшь?– дружелюбно крикнул пожилой служащий железной дороги.

Та только поморщилась и сделала равнодушный взгляд.

– Да,– продолжил он,– сейчас дембельские поезда ходят, а сегодня дочка не твой день. Не сегодня, так завтра твой друг обязательно приедет. А зонтик ты зря с собой не прихватила. День обещает быть дождливым. Беги скорее домой!

Скалов невольно вздрагивал от его слов и думал, ждут ли его родные ему люди или нет. Из всех близких это были всего лишь единственная тётя Катя и любимая подруга Аля. То-то радости будет, когда он их разбудит в столь утренний час. Он шёл мимо кровных мест, где родился и вырос, любовался округой, словно приезжий из другого города. Ничего особенного не изменилось, только частные постройки ум

ножились и улицы стали несколько оживлённей. Жизнь текла своим чередом.

Скалов добрался до нужного пятиэтажного дома и вышел на тротуар вдоль подъездов. Здесь вырисовывалась мрачная картина. Неприятная глушь, вместе с пасмурной погодой давили на голову и внутреннее сознание. По краям тротуара росло много зелени, вязы, дичка и даже черёмуха, едва успевшая скинуть с себя белое цветение.

Скалов передвигался не спеша. По правой стороне что-то захрустело. Какой-то высоченный мужик, в замусоленной одежде стоял и испражнялся на чёрный свёрток. Заметив Скалова, он заправил рубаху в штаны, и как ни в чём не бывало, направился по тротуару в противоположную сторону. Миновав два подъезда было не лучше. В полном одиночестве на стуле как на троне сидела бабка с закрытыми глазами.

«Уж не мёртвая ли?»– в ужасе подумал парень.

Она слегка шевельнула ногой и приоткрыла один глаз. Было видно, помирать она ныне не собиралась.

Скалов ускорил шаг и наконец, дошёл до последнего подъезда. Внутри сильно отдавало нечистотой. Уборку делать было некому.

Он поднялся на третий этаж и увидел дверь квартиры тёти Кати. Что-то здесь определялось не то. От удивления он растерялся и подумал об ошибке адреса. Не похоже. С каких пор тётя решилась поставить железную дверь, на какие доходы, а ещё его привлёк интерес импортный звонок.

«Богатый родственник приехал»,– с досадой подумал Скалов и нажал кнопку звонка.

Никто не открывал. Он позвонил повторно.

Чей-то недовольный голос пробурчал изнутри квартиры уже у самого порога.

Дверь открылась.

Мерзкая физиономия высунулась наружу и начала пристально его рассматривать. Неизвестный тип, занявший тёткину квартиру, был старше Скалова на десять лет.

– Тебе чего?– спросил он.

– То есть как чего?– не понял Феликс.– Здесь живёт моя тётя Катя, а я её родной племянник. Мы до моего призыва в армию жили вместе. Квартирой я не мог ошибиться, это уж точно.

– Ну да, жила когда-то,– смягчился он.– Жильё передаётся по наследству теперь нам с женой. А ты что демобилизовался что ли?

– Да,– буркнул Феликс и тут же застыл как столб. Дело складывалось непонятно.

– Подождите. А где она сейчас?

Неизвестный вышел на лестничную площадку и немного прикрыл дверь. На нём красовался роскошный мужской халат и мягкие тапочки под один цвет. Редкая на макушке шевелюра придавала невыразительность лица.

– Умерла три месяца назад!– ответил незнакомец.

Внутри у Феликса всё рухнуло. Земля стала проваливаться под ногами, захотелось куда-то упасть. Вероятно, наследник прочитал его боль и сказал:

– Послушай парень, я немного припоминаю, она когда-то говорила мне о каком-то племяннике. Может быть, она тебя имела в виду?

Он говорил так просто и бесчувственно, как будто речь велась о малознакомом человеке.

– А вы извините, кто ей будете?– засомневался Скалов.

– Сын! Неужели она обо мне не рассказывала?

– Нет.

– Странно. Я просто тогда жил с отцом.

Он лениво почесал затылок и зевнул.

Феликс рассчитывал на приглашение в квартиру, и в любом случае у него должны там сохраниться личные вещи, но тёткин сын пока что умалчивал.

Откуда-то из далёкой комнаты, возможно из спальни послышался капризный женский голосок.

– Митя!? Кто там притащился с утра пораньше? Люди ещё глаза не продрали, а они в квартиру бессовестно вламываются. Если ты сейчас же не выпроводишь гостя за дверь, тогда я тебе помогу!

Видимо, Митя серьёзно испугался вмешательства жены и тут же обернувшись, прокричал:

– Успокойся дорогая! Уже иду!

– Сию минуту!– кипела она.

– Ай, да ну тебя!– отмахнулся он и снова переключился на Феликса.

– Послушай, тебя как звать?

– Феликс,– ответил парень.

– Надо же…,– тот мотнул головой,– редким именем тебя окрестили, я раз…

– Как там мои вещи?– перебил его Феликс.

– Я их не трогал, словно чуял твой приход.

– Я хотел бы их забрать.

Наследник нехотя оглянулся назад.

– Знаешь, давай это после укомплектуем, ты подойди завтра, я буду дома один. Я бы тебя пустил к себе, но боюсь, моя баба встанет и выпустит когти, понимаешь, да, и мне тогда несдобровать.

– Абсолютно,– холодно буркнул Скалов и подумал о своём месте проживания. Его ещё надо было найти.

– Завтра я приду к вам. Точное время сказать не смогу.

Скалов поправил на плече сумку и лёгкими прыжками ринулся вниз по лестнице.

Митя почувствовал некую неприязнь от своего поведения по отношению к племяннику матери, всё-таки кровный человек. Но, представив, что это может повлиять на тёплые отношения с женой, внезапное чувство вины вдруг исчезло бесследно. Выражение лица приняло надменную оболочку. Равнодушие и презрение заставило его без всякого сожаления шумно закрыть дверь.

Глава 2

На улице у Феликса еле-еле не потекли слёзы. Вовсе не от того, что ему, стало быть, некуда пойти, просто до боли души жалко было тётю Катю. Ему никто не удосужился сделать срочный вызов из военной части, чтобы проведать её и проститься с ней в последний раз. Такой удар был особенно жестоким.

Боль помаленьку отпускала при воспоминании об Але.

Феликс пересёк главную дорогу напротив его теперь бывшего дома и направился вдоль по асфальту к центру города. Дождь начинал помаленьку моросить. Делалось неуютно. Феликсу вернулись к памяти встречи с Алей, здесь они часто гуляли, загадывали желания, строили планы на будущее. Вот и остановка, на которой они часто садились в автобус, чтобы добраться в любимые места развлечений.

Вскоре он вышел на её улицу и понял, что утро уже было далеко не раннее. Сильно на него не обидятся, если он их потревожит. Тем более горе успело его сжать в тиски, когда он едва успел освободиться от армейских обязанностей.

Внутри в подсознание намечались новые сюрпризы, которые следует волей-неволей пережить.

Аля жила на первом этаже, и Феликс был уже у двери её квартиры как штык.

Он позвонил.

Шаги послышались очень быстро, значит, хозяева проснулись давно.

Интеллигентный мужчина открыл дверь и, завидев, давнего гостя улыбнулся.

Это был Ален отец. Весёлый и жизнерадостный человек, он всегда уважал Феликса и радовался его приходу.

– О-о-о, да к нам дорогой солдат приехал. Два года не видели. Почему в отпуск не приезжал? Не хотели отпускать?– сразу посыпались вопросы.

– Механики-водители у нас постоянно в дефиците,– также улыбаясь, ответил Феликс.

– Ну, заходи. Ты практически свой человек.

Феликс прошёл в зал и осторожно опустился в кресло.

Из соседней комнаты выпорхнула молодая женщина Ольга Александровна и с бурными овациями начала восхвалять приезжего парня.

– Как время бежит!– восхищалась она.– Жалко Аля не встретила с нами.

Феликс заметил хмурое лицо Юрия Георгиевича. Он хотел было что-то высказать, но видать его жена тоже обратила внимание на недовольство мужа и поэтому резко сменила тему.

– Что-то Феликс ты не написал, когда тебя дожидаться?– волнуясь, спросила она.

– Ольга Александровна, это совершенно бессмысленно. Почта у нас слабо работала, да и время почти не было. Ночью и то строго. Отбой, и никаких хождений.

Скалов чувствовал, что у них не всё в порядке по отношению к дочери. Что-то недоговаривают. Может быть она больна, увезена в поликлинику, а может ещё страшней. Но нет, это наверняка маловероятно. Он решил пока о ней не спрашивать.

– Голодный, наверно? Не заглядывал к себе домой?– озаботился Юрий Георгиевич.

– Почему, заглядывал.

– Как дела у Екатерины Васильевны?

– Ничего помаленьку,– солгал Феликс.

Он захотел утаить её смерть, пока не узнает точные сведения о девушке. Ведь всё равно он им никто и тем более не зять родной.

– Да, хорошая женщина. Такого парня вырастила,– хлопотала Ольга Александровна.– Юра пока займитесь чем-нибудь, а я отлучусь на кухню. Необходимо кормить гостя.

– Давно пора!– махнул он ей.

Ален отец раскрыл перед Феликсом свои изобретения каких-то деловых структур. Он подробно рассказывал технологию производственной деятельности и давал правильно понять, как содержать экономию в покупке нужных материалов.

Для Скалова это было скучным слушаньем, мысли не отпускали от их единственной дочери, но перебивать её отца он не хотел. Он от души его уважал и дорожил его мнением, интересом.

– А знаешь, какой оборот продукции пойдёт, если вступить с рубля на рубль,– восхвалялся загадками Юрий Георгиевич и его глаза горели адским огнём.– Я смог лишний раз убедиться, что любой отход может также пригодиться в производственном деле. Немцы практичные люди есть ещё массы подобные им, а нам необязательно равняться по чужим следам. Мы можем сотворить куда масштабнее. Запоминай и учись парень!

Скалов немного заинтересовался. Тема действительно принимала занимательную науку технологии и экономики.

Он хитро подмигнул и спросил на засыпку:

– Так это в технологических процессах, а что, например в каких-нибудь там юридических конторах, в правоохранительных органах, аварийной службы?

– Здесь она идёт и идёт работа своим чередом,– ответил Скалов.

– Ха-ха. Мальчик совсем, но это с возрастом пройдёт, коли сейчас не догадался,– шутил мужчина, изворачиваясь не попасть впросак от собственных слов.– Слушай меня внимательно, Феликс. Думаешь, я буду экономить там один чистый бланк, нет уж. Пусть этим занимаются девушки-студентки. У них время многого значит, тогда только успевай. Каждый работник обязан заниматься лишь своим делом. Меньше дёргать его будут по пустякам. Не надо соваться туда, где от тебя всё равно мало толку. Отвлёкся не по делу, получай минусы. Понижение репутации, потеря идёт во всём. Теперь лично для тебя Феликс. Первое – не делай того что тебя не просят. Второе – на чужой каравай рта не разевай, это не связываться с юристами, и не спорить за чужой кусок, а иначе и без зубов можно остаться, а что касается аварийной службы и чтобы ей меньше пользоваться, то я тебе раньше говорил, набирай опыт жизни на чужих ошибках. Кроме этого слушай всех, но бери для себя нечто полезное, тогда нигде не пропадёшь.

Юрий Георгиевич шумно выдохнул.

В момент молчания Скалов не выдержал и вставил:

– Вас послушаешь, и весь мир останется без работы или все превратятся в единоличников.

Тот отрицательно помотал головой.

– Наоборот! Усилится прогресс развития.

– Учёных и так хватает.

– Было бы больше, но уже люди совсем другого сорта. К тому же у любого простого человека, пусть он даже без образования и проработал всю жизнь грузчиком или продавцом, может скрываться внутри его непредсказуемый божий дар, понял да, нежели чем у твоих нынешних учёных. Бесполезное занятие ужасно отнимает доброе время на светлый путь, а иногда всю жизнь перекрывает. Не исключено, что мир мог изобрести бессмертную органическую вещь.

Предложения Юрия Георгиевича были сказаны откровенно. Феликс понимал его суть речи и согласился с его мнением, однако, для людей это всего лишь пустая теория.

Ален отец работал энергетиком и старался хотя бы в своём окружение осуществить личные планы действия и чтоб его конечно поддерживали.

Феликс снова отступился от разговора. Где же Аля? Почему он о ней молчит? Почему я сам не могу спросить?

– А где Аля?– наконец спросил он прямо.

– Не беспокойся Феликс, с ней всё в порядке,– успокоил Юрий Георгиевич и продолжал философствовать.– Ну, ты намотал на ус мои идеи?

– Без них мне не прожить.

– Тогда молодец, не лыком шитый.

Приглашение Ольги Александровны было вовремя:

– Мужчины! Пожалуйте на завтрак!

Юрий Георгиевич хлопнул парня по спине.– Идём скорей. Наверно отвык от домашней кухни?

Ольга Александровна готовила на славу. До армии Феликсу часто предоставлялся случай у них обедать. И Аля, видать запоминала премудрости блюд кулинарии родной матери. Уж очень они были у них схожи.

А тут после завершения чаепития оживлённое лицо Юрия Георгиевича омрачилось. Он почувствовал себя чересчур озадаченным, словно признавал выполнить некие обязанности по отношению к Феликсу.

Парень замешкался, давая намёк, что ему пора уходить.

– Спасибо вам Ольга Александровна!– поблагодарил он.

– Что ты Феля! На здоровье!

Он встал из-за стола.

– Уходишь?– насторожился её муж.

– Вообще-то пора.

– Подожди немного. Разговор не окончен. Пройдём в отдельную комнату, и я тебе дам объяснения, которые ты так давно ждёшь.

У Феликса затрепетало сердце. Вот сейчас он услышит нечто пренеприятное для него. Лучше заткнуть уши.

В комнате Юрий Георгиевич усадил Феликса на мягкий стул, а сам сел, напротив на стоящий рядом табурет.

К основе темы разговора он начал подбираться не сразу. Сходу огорчать парня было жестоко.

– Феликс, ты должен понять её, конечно, я Алю не оправдываю, виноваты и мы, родители, не смогли её уговорить, вразумить ей верное решение…

– Не тяните кота за хвост, Юрий Георгиевич,– с нетерпением проговорил Феликс.

– Отлично,– взбодрился мужчина.– Скажу прямо, по-мужски. Дело в том, что она вышла замуж и уехала жить с мужем к нему на Родину.

У Скалова засушило в горле, стало жаль не её, что она его не дождалась, а наоборот себя. В этот миг он показался себе потерянным и никому не нужным человеком. Второй шок за утренние часы.

– Я что-то в этом роде и предполагал,– эти слова он сказал с трудом, едва сдерживая боль.

– Даже если бы Аля и дождалась тебя, всё равно могло ничего не получиться,– предупредил Юрий Георгиевич.

– Почему?

– До армии одно, а потом люди взрослеют и вкусы меняются.

– Не у всех!

– Возможно.

Юрий Георгиевич умолчал о том, что его дочь была одна не больше месяца, после того как он уехал в армейскую часть. Потом пошло всё как по маслу и кончилось скорой свадьбой.

– И кто он?– с упрёком спросил Скалов.

– Теперь не имеет значения.

– Вы правы Юрий Георгиевич.

Скалов решительно встал со стула.

– Ладно. Ответ я получил, больше меня здесь ничего не ждёт.

Он направился в прихожую.

– Феликс!!– крикнул Юрий Георгиевич.– Наша дверь для тебя всегда открыта.

– Спасибо. Я учту.

Уже на лестничной площадке Феликс ощутил за собой бестактную резкость в поведение. Он остановился.

– Мы не хотели тебе сразу говорить, и на голодный желудок куда вреднее познавать плохие новости, ибо это приводит к болезням,– услышал за спиной ответ парень.

– Ничего Юрий Георгиевич, я спокоен. Спасибо вам за гостеприимство и за всё остальное.

– У тебя как с работой?– как бы, между прочим, заикнулся Ален отец.

– Есть кое-какие мысли.

– Может помочь устроиться ко мне? Требуются люди.

– Нет. Я запланировал свои действия.

– Что ж давай Феликс, жми вперёд и дай бог тебе постоянной удачи!– пожелал Юрий Георгиевич.

Скалов кивнул и бегом спустился вниз по лестнице.

Ален отец зашёл в квартиру и встретился с взглядом жены.

– Злится наверно на Алевтину,– сказала она.

– Нет. Держит себя в руках или просто не подаёт виду.

– Крепко обидели Фельку,– Ольга Александровна всплакнула.– Упёрлась наша стрекоза в Омск. Оставила парня одного.

– Найдёт новую девчонку.

– Ты хоть сказал ему, чтоб он к нам заходил?

– Сказал. А что толку? Я не сомневаюсь, что он попрощался навсегда.

Глава 3

Ласковое солнце осветило омрачённое лицо Феликса, когда он буквально выскочил из подъезда. Погода всё-таки развеялась, и летнее небо раскрыло свою синеву. Внутри всё перемешалось, отчего было трудно, что-либо предпринять. Он даже забыл напоследок спросить время из-за шокирующих новостей. Охота было сказать в ответ гадкую вещь, но это было не в его характере, да и притом некому.

– Феликс! Феликс!– кто-то громко его окликнул несколько огрубевшим голосом, отдалённо напоминающий близкого знакомого.– Ты что вообще сдурел? Своих узнавать перестал?

Светловолосый парень подбежал к Скалову и стал разглядывать его во все глаза.

– Ну, здорово друг!– он поймал его руку и крепко пожал.

– Ух, ты! А я тебя и не узнал! Владислав!– угадал Скалов.

– А то кто же! Давай быстрее рассказывай. Как там, в частях армии?

– Более, менее порядок,– сказал Скалов.

– Вот и прекрасно!

Влад Лунин радовался искренне.

Они дружили ещё со школьной скамьи, а после пошли в техникум, откуда потом Скалов спустя четыре года призвался на военную службу, Лунина отстранили по состоянию здоровья.

– Ты заходил домой?– спросил его друг, глядя на его одежду.

– Заходил.

– Так ты не в парадной форме?

– В ней опасно. Часто пристают на вокзалах,– отметил Феликс.– А ты наверно на выходном? Разоделся весь! Никак на свидание спешишь?

– Свиданий у меня пока нет,– признался Лунин.– Просто для шика. Я недавно мастером крупного участка стал работать.

На нём были хорошо отглаженные тёмно-коричневые брюки и светлая рубашка в крапинку.

Скалов подумал, что раньше Влад бы и на встречу с подругами так никогда бы не вырядился, а нынче захотел покрасоваться.

– Домой бежишь?

– На работу. Отлучался по делам.

– Бывает, свободное время значит,– прикинул Скалов.

– Редко. Ну, ты не рассказал как у тебя Екатерина Васильевна, не болеет?

– Говорить нечего. Ничего весёлого.

Скалов пересказал трагическое утро со всеми подробностями, включая даже то, как он вышел из поезда.

Друг его не перебивал. Лунин выслушал его, молча, стараясь чем-то помочь.

– Знаешь что?– начал он.

– Чего?

– Пойдём ко мне. Тебе повезло, что я до сих пор один. Не женат.

– Понятно. А как же работа?

– Задержусь на часок. Меня всегда поймут.

Через десять минут они были у Лунина дома.

– Неплохо разжился!– осмотрелся Феликс.

– Стараюсь!

Его друг наверно постоянно был оптимистом. Будь у него серьёзные нелады на работе, он бы вряд ли огорчился, однако он не перегибал палку, про ответственность он ничуть не забывал. И самым удивительным являлось, что из каждой мерзкой неприятности он находил забавную вещь, над которой можно смеяться и падать со стула.

– Феликс, давай поступим так. Ты располагайся, а я пойду к себе в цех. Вечером договоримся, как тебе быть и куда пристроиться. Я думаю, тебе придётся пожить у меня. Ты согласишься?

– Всё равно выбора нет,– честно признался Феликс.

– Отлично. Вот ключи. Бери.

Лунин передал ему связку из трёх ключей.

– Если надумаешь куда уходить, долго не задерживайся.

– Ничего Влад, не беспокойся.

Друг ушёл.

Феликс снова внимательно осмотрел квартиру и понял, что у Лунина есть вкус на домашнее благоустройство холостого парня. Ничего лишнего, только необходимое и кое-какие общие увлечения, к примеру, музыка, фото, и, по его мнению, некоторые вещи на основе коммерческой деятельности. Несмотря ни на что, Лунин любил текстуру и просто предметную красоту.

Феликс подошёл к овальному зеркалу, закреплённому в фигурную рамку, выструганную столяром определённо на заказ. И дерево подобранное ценное, орех или что-то в этом роде.

Он посмотрел на своё отражение. За последние два армейских года он прилично изменился во внешности и относительно в лучшую сторону. Смуглое лицо стало мужественным, мягкий пушок на подбородке огрубел, бриться приходилось чаще. Хорошо, он не имел вредных привычек, поэтому он прекрасно сохранялся. Он старался не показывать в себе никаких недостатков. Скалов носил постоянно короткую стрижку. У него от природы были густые чёрные волосы, а пышную шевелюру он не любил.

Рост у Скалова был выше среднего, плотного телосложения, уверенная походка. Он предпочитал дисциплину в жёсткой форме и к тому стремился. Многие говорили ему, не надо сильно напирать вверх, а веди себя ровнее и мягче. Однако он оставался упорным и настойчивым. Может быть, оттого и нападали на него жуткие казусы жизни. Но Скалов об этом не задумывался, и, следовательно, исправляться не желал.

Вдруг зазвонил телефон. Возможно, ошиблись номером. Свои люди знали трудовые будни Влада.

Скалов не стал брать трубку.

Он слушал магнитофонные записи и представлял себе благоустроенную жизнь, но это только впереди. В отличие от Влада ему нужно устроиться на хорошо оплачиваемую работу, а там по обстоятельствам.

В минутных перерывах он ужасался о полосе крупных неудач. Утро наступило весьма неблагоприятное. Зато он встретил близкого друга, который поддержит его в кризисе.

Скалов принял тёплый душ, закутался в халат и машинально посмотрел на настенные часы. От удивления он подпрыгнул на месте. Рабочий день друга пролетел совершенно незаметно.

Глава 4

Около шести часов вечера друзья собрались в зале для обсуждения дальнейших действий. Мирная обстановка в компании хорошего человека радовала Феликса до глубины души.