- -
- 100%
- +
– Да, Николай Борисович… Да… Я как раз с ним… Мне это не известно… Давайте я включу громкую связь… Николай Борисович, вы на громкой.
– Добрый день, мои переговоры продвигаются успешно, но и вы не стоите на месте, судя по информации, которая опубликована в интернете. Вадим, расскажи, как обстоят дела с местными.
Вадим кратко изложил всю суть происходящего.
– Это хорошо, но что-то не сходится. С кем-то из Москвы ты общался?
– Да, – Вадим рассказал про «Либро-ком».
– Я пробиваюсь непосредственно к самому руководству, но тут некоторые личности довольно аккуратно начали муссировать вашу тематику, и только то, что местные власти молчат, им не даёт превратить это в ажиотаж. Но теперь понятно, откуда ветер дует. Вадим, тебе были озвучены условия моей помощи?
– Да.
– Они тебя устраивают?
– Да.
– Хорошо, тогда я, чтобы не наломать дров, торопиться не буду, продолжайте работать.
Вадим, прекратив разговор, пытался в себе подавить злобу.
– Смотрю, ты вернулся весь в работу, поехали обратно, – сообразил Алексей.
– Да, поехали, мне надо кое-что обмозговать.
«Так продолжаться не может», – думал про себя Вадим. Он понял, что кто-то из его ближайшего окружения опять слил информацию.
***
Ранним утром Вадим направлялся в лабораторию. К зданию подъезжали скорые, дежурили люди, которые были родственниками поступивших больных.
Вадим припарковался, надел респиратор, очки и перчатки, вышел на улицу и направился к двери бокового входа.
Ввиду повышенного риска заболеваемости Вадиму настоятельно рекомендовали надеть маску и комбинезон. Он послушно переоделся и направился в помещение ангарного типа с койками, на которых лежали заболевшие в лёгкой форме.
Вадима встретила Элла и пригласила движением руки следовать за ней в «красную зону». Пройдя немного дальше, Вадим оказался в коридоре из оргстекла, где было множество палат, но лишь в некоторых люди лежали на ИВЛ.
В одном из коридоров они остановились. Эллу и Вадима обдуло паром со всех сторон, после чего девушка открыла дверь в следующее помещение, которое больше напоминало прихожую со шкафчиками. Элла сняла маску и очки.
– Дальше в этом нет необходимости, – заверила она, – пойдёмте, Вадим Николаевич.
Миновав маленькие лаборатории, они зашли в кабинет Эллы.
– Элла, почему так много заражённых?
– Городская больница полностью заполнена. Сейчас за городом строят два подобных госпиталя, за десять дней управятся и прекратят направлять сложных нам.
– Какова заполняемость средних?
– 40 больных, и в красной зоне всего трое.
– Каковы наши успехи?
– Мы регулярно тестируем новые образцы и находим всё больше вариантов вакцины, но постоянно сталкиваемся с тем, что, когда мы вводим компоненты от злосчастного механизма, вакцина действует не только на вирус, но и на полезные бактерии.
– А хорошие новости?
– Нет единого варианта, который бы действовал на всех, так как вирус поражает наиболее доступные органы… Мы добавляем белки, воспроизводимые вирусом с разных компонентов, и комбинируем их в вакцине. Смотрим, что создаёт антитела, а что вредит. Мы рискуем вывести суперустойчивый вирус, необходимо создать вакцину именно с противозенитной составляющей. При её вводе организм начнёт вырабатывать антитела. Они прекратят жизненный цикл вируса и не дадут возможности перестроиться.
– Элла, сколько времени вам на это потребуется?
– Сложно даже предполагать, пока недостаточно материала, с которым можно работать. Птицы – это не люди.
– Вам людей подавай! Как у вас с персоналом, достаточно его?
– Более чем, Вадим Николаевич, и даже в случае нехватки мы быстро доберём.
– У вас тут фабрика, что ли?
– Не фабрика, а медицинский университет, где учатся студенты более чем из сорока стран. Они только рады набраться опыта и поработать на передовой, – она улыбнулась и добавила: – Ведь и я к вам попала так же.
– Точно, – подметил Вадим.
В комнату вошёл парень с продавленным следом на лице от маски.
– Семён, что у нас? – спросила заинтересованно Элла.
– Мы теряем пациента, ввели его в кому. И ещё двоих переводим в красную зону.
– Не помогает лечение? – она взяла ручку и начала делать записи в блокноте.
– Помогает, но они приехали слишком поздно, неделю лечились от простуды.
– Семён, допроси родню, пусть перечислят все препараты, которые они принимали, и передай данные в лабораторию. Потом отдохни, у тебя слишком замученный вид.
– Всё сделаю.
Парень снова надел маску, респиратор и, натянув капюшон, вышел.
– О чём и говорю: четвёртый курс, а уже работает, как полноценный врач, – подметила Элла.
– Нам повезло, что рядом с нами есть такой замечательный университет с таким замечательным руководством, в котором учатся такие замечательные молодые специалисты, которых обучают замечательные преподаватели…
– Хватит, – улыбнувшись, прервала Элла иронию Вадима.
– Но я действительно благодарен и действительно считаю, что нам повезло.
Выйдя на улицу, Вадим сел в машину и направился к офису.
В своём кабинете он подошёл к окну. Увиденная картина его удручала, опустевшие улицы и дороги напоминали фильмы о конце света.
Раздался телефонный звонок, Вадим принял его.
– День добрый, Эдуард Петрович.
– Добрый, мне надо с тобой переговорить.
– Конечно, куда подъехать?
– Подъезжай на площадь к Совету.
– 15 минут – и я на месте.
– Я уже тут, жду тебя.
В обычное время этот маршрут мог занять до получаса, но сейчас Вадим дольше добирался до машины. Он припарковался у здания Совета. Изредка проезжали автомобили, пустые автобусы, лишь люди в камуфляже и масках патрулировали улицы.
Вадим вышел из машины и направился к аллее. Завидев его, Эдуард Петрович спрятал телефон.
– Вадим, посмотрите на это ужасное зрелище! – воскликнул он.
– Да, пугающее. Какова причина встречи?
– Ситуация складывается совсем не хорошая, – начал чиновник. – Как видишь, мы не только проявили нейтральную позицию в отношении твоего строительства, но и всячески тебе помогаем, разрешили прихватить ещё больший кусок, снабдили ресурсами. Ты включён в реестр компенсаций, получаешь их. Но когда мы вели переговоры, ты говорил про вакцину, и вот твой Павел на брифинге заявил, что у вас есть образцы, которые проявили себя очень хорошо, – он вздохнул, немного помолчал и продолжил: – Мы думали, что ты блефовал по поводу мутаций, но сегодня из Москвы пришли ужасные вести. Оказалось, что ты прав. Индия полностью закрылась на карантин и ввела комендантский час, поскольку вирус перестал реагировать на препараты, – он указал рукой, что стоит пройтись.
Вадим кивнул.
– Вадим, нашему народу просидеть сезон по домам – смерти подобно. Если мы не выполним обещание и не откроем сезон в июле, то неизвестно, от чего больше пострадаем: от вируса или от безденежья. На сегодня назначены переговоры по поводу того, чтобы открыть проезд по мосту, но также стоит вопрос о том, чтобы начать массово вакцинировать людей. Если ты говоришь, что московская вакцина не работает, то можно взять у французов. Они тоже выпустили свою на рынок. Надо дать народу заработать себе на жизнь.
Вадиму не совсем было понятно, что именно от него хочет услышать Эдуард Петрович, но он всё-таки заговорил:
– Я сказал, что в моём учреждении вы получите помощь. Панацею я не предлагал и не гарантировал, что найду вакцину по взмаху волшебной палочки. У нас есть множество пациентов со стандартным вирусом, которых мы удачно лечим, они выздоравливают. У нас есть вакцина, мы можем запустить её в производство, и она будет в разы эффективнее, чем у конкурентов, поскольку распознаёт вирус не по одному, а по шести маркерам. Но у нас нет пациентов с мутированным вирусом, нет людей, с которыми можно проводить эксперименты. Вы хотите открыть сезон и снять карантин? Пожалуйста! Получите прирост заболеваемости! Хотите закупить вакцину? Ради бога, закупайте, но не нашу, поскольку любая из них запустит процесс появления нового вируса, а наша вернёт нас в самое начало. Посмотрим, что нам даст французская вакцина, каков будет исход от неё. Любая вакцина в момент пандемии будет бесполезна…
– Я понимаю это, – прервал Вадима Эдуард Петрович. – Но если мы не снимем карантин и не дадим людям заработка, начнутся протесты. Мы вынуждены запустить людей. Вопрос: как – с вакцинированием или без?
– Лучше с вакцинированием, – немного подумав, сказал Вадим.
– Почему?
– Это интересная идея, – отметил он. – Если вы запустите вакцину, мы выведем такую же, как в Москве, и начнём прививать. Как только вы дадите добро, мы станем проводить полноценные исследования в период, когда вирус начнёт бороться в теле организма. Это ускорит получение результата. Вы ведь при любом раскладе запустите людей и откроете мост?
– Нам необходимо это сделать, Вадим.
– Тогда лучше уже с вакциной. Достраивайте быстрее госпитали за городом, а я поговорю со своими специалистами.
– Ну что же, мой друг, на этом и остановимся. Вы говорите со своими специалистами, а мы будем говорить со своими.
Они разошлись, Эдуард Петрович отправился в здание совета, а Вадим к машине.
– Алло, Элла, я подъеду к лаборатории через пять минут, мне надо с тобой поговорить, – сказал Вадим по телефону.
Вадим подъехал к чёрному входу госпиталя и прождал девушку около десяти минут. Когда Элла вышла, он вышел ей навстречу.
– Прости, но у меня срочные новости.
– Мы же с вами чуть более часа назад виделись. Какие важные новости могли появиться? – спросила она.
– Дела обстоят так… – немного замявшись, начал Вадим, после чего посмотрел в сторону машины. – Давай присядем в машину.
Элла согласилась. Вадим открыл ей дверь, а после сел за руль.
– Сейчас снимут карантин, откроют свободный заезд, хлынет поток людей, вирус начнёт распространяться в ускоренном темпе.
– Но зачем принимают такое решение?
– Пойми, это не от меня зависит. Вопрос был лишь в том, что они не могли определиться, вводить вакцинацию или нет.
– Конечно, не вводить! – воскликнула она.
– Почему?
– Вадим Николаевич, я же вам говорила! – затараторила она. – Это бесполезно и только усугубит ситуацию. Вакцина наших коллег действует лишь по одному маркеру и сможет затормозить вирус лишь в случае полной изоляции. Все сядут по домам, их вакцинируют, они две недели дома просидят, пока выработается иммунитет. А они предлагают вколоть вакцину, которая станет стимулятором изменения вируса, и через три недели мы получим новый штамм вируса!
– Элла, – он улыбнулся и постарался сказать как можно мягче, – ты просила людей утром, вот тебе люди.
– Но не так! – воскликнула она.
– Успокойся, решение принято. С первого июля снимут ограничение. Вакцину пустят в ход в самое ближайшее время. Ты говорила, что устала от куриц, вот вам с Баожэй возможность. Берите точно такой же образец, как у конкурентов, и начинайте проводить эксперименты на тех, кто у нас в госпитале. Не тяните, а воспользуйтесь ситуацией.
– Как вы себе это представляете?
– Элла, не моя задача представлять, – возразил ей Вадим. – Вы хотели получить возможность? Вот она! Вы кто, в конце концов? Врач, учёный или же пацифист? Мы так и будем сидеть на месте, пока сюда не придёт новый вирус, потому что вы посчитали это неправильным. Элла, придите в себя! – Вадим сорвался на крик. – Идите и поговорите с Баожэй Вэн, используйте те возможности, которые у нас есть!
– Если мы вызовем мутацию внутри, то человек обречён!
– Если вы боитесь это делать, то я сам буду вводить им нужные препараты!
– Я поговорю с профессором, – выпалила она и открыла дверь. – И незамедлительно дам вам знать!
Вадим смотрел ей вслед. Ему было не по себе от собственных слов, но он понимал, какова его цель, и знал, что один мир уже погиб от вируса и неправильного решения.
Вадим заскочил в ресторан и расположился на террасе. Спустя минут двадцать в ресторан забежал Максим.
– Вадим Николаевич, вам никто не может дозвониться.
– Максим, что тебе надо?
– Нам принесли финансовые отчёты, и хотя мы ожидали огромнейшего минуса, наши отработали почти в ноль, игровые проекты принесли колоссальные доходы.
– Хорошо, оставь меня, пожалуйста. Скажи всем, что я в командировке или на переговорах, трогать меня сегодня не надо.
Максим кивнул. Он увидел, что Вадим сегодня не в духе.
Вадим пил кофе и смотрел на телефон в ожидании звонка. Он думал о том, что сказал ему Максим, но прибыль его не интересовала вовсе.
– Дружище, ну ты совсем раскисаешь, – услышал Вадим голос Эльнара.
– Привет, Эльнар.
– Привет, привет, поехали!
– Куда?
– Поехали, нас на двадцатом этаже ребята ждут.
– В СПА? – удивился Вадим.
– Да, да, поехали, там Радик уже нервничает. Ты представляешь, что такое военный под нервами? Не представляешь, а мы терпим его все.
Вадим нехотя поднялся с кресла и направился за Эльнаром.
Пройдя в СПА-комплекс, Вадим обнаружил, что работники наполняли бассейн и подключали парилки.
– Вадим, смотри какая организация! – крикнул ему Алексей, указывая на Радика, который занимался нарезкой овощей.
– Макс пожаловался на твою усталость. Мы согласились, что нам нужен отдых, каких-то двадцать минут, – усмехнулся он. – Наливай, все на месте уже.
– При чём тут моё состояние, я звонка важного жду! – со смехом сказал Вадим. – Мне позвонят, а я в сопли тут с вами. Да и время раннее. Кто же день с пьянки начинает?
– Мы! – подошёл Эльнар и предложил ему рюмку. – Мы, братанчик! – повторил он со смехом.
Они выпили. У Вадима раздался звонок, он быстро ответил.
– Да, Элла.
– Вадим Николаевич, Баожэй Вэн полностью разделяет ваше мнение и в течение часа приступит к вводу препаратов тем, кто с поражёнными органами. Она требует, чтобы… тела были кремированы.
– Хорошо, я думаю, этот вопрос решите без моего участия, объяснив родственникам необходимость.
– Я вас поняла, Вадим Николаевич.
Вадим положил трубку. Ему стало легче. Он обрадовался тому, что профессор согласилась с ним, но решил не думать об этом и принять предложение друзей повеселиться.
Глава девятая. Новая ступень
Марк направлялся в кабинет инспектора, прочитывая параметры очередной симуляции, в которой он думал запустить ещё один эксперимент с вирусом. Он увидел, что инспектор стоит у окна-экрана с наставником, в чьём ведении находится 3689-й проект, подошёл к ним и сказал:
– Инспектор, я подобрал проект 2070, что-то среднее между 2151 и 3689. Они справятся достаточно быстро, у них есть опыт работы с вирусами, поскольку там военизированное общество и биохимическое оружие у них было в ходу.
– Марк, мне как раз Изи докладывает, что в 3689, получив данные 2151, сделали правильные выводы и уже имеют варианты, которые можно ввести в организм оболочек. При выработке антител вирус умрёт быстрее, чем сработает его адаптация, и вариант генетической памяти исключён.
– Так что, эксперимент прекращается? – спросил Марк.
– Нет, они на этом не остановились. Посвящённый принял очень хорошее решение. Он начал намеренную мутацию вируса в проекте, чтобы получить образец, который справится наверняка.
– Вадим? – удивлённо спросил Марк у Изи.
Наставник согласно кивнул.
– Это действительно интересно, учитывая, что Вадим при первой встрече чуть не кинулся на Лика, услышав судьбу их проекта.
– Интересно, к чему всё приведёт. Может, мы прервём проект и выведем его вместе с результатом?
– Инспектор, но проект тогда не дойдёт до финала! – воскликнул Изи.
– Наставник, проект либо прекратится, либо пойдёт собственным курсом, учитывая, что посвящённым был задан правильный вектор направления. Их игры будут развиваться как с ним, так и без него, и появление полноценной симулированной реальности лишь дело времени.
– Инспектор, Лик может передавать проект Мыши обратно? – поинтересовался Марк.
– Да, пусть передаёт. Изи, проследи. Можете зайти собрать данные, или направь Мышь, пусть порадуется.
– Сейчас всё сделаем.
Инспектор кивнул наставникам, и те направились к администраторам.
***
Алексей припарковался и направился к беседке, где ожидал его Николай Борисович.
– Добрый день, Николай Борисович.
– Добрый, Лёша, присядь.
– Я рад вашему возвращению. Как поездка?
– Не моя, а наша, Алексей, наша, – поправил Николай Борисович. – Что касается поездки, то результат более чем приемлемый.
Николай Борисович открыл папку, лежащую на столике, вытащил первый лист и протянул его Алексею.
Алексей, не понимая, что за бумага ему попала в руки, взял её с осторожностью, после чего развернул. В глаза первым делом бросились размашистая подпись и гербовая печать председателя правительства.
– Ого! – воскликнул Алексей.
– Ты читай содержание! – рассмеялся Николай Борисович.
Земельный участок, захваченный Вадимом, изымался из республиканской собственности. Он переходил в федеральную собственность, в безвозмездное, бессрочное пользование научно-исследовательского бизнес-центра «Параллель».
– Николай Борисович, круче не придумаешь, – проговорил потрясённый Алексей, когда к нему вернулся дар речи.
– Да, Лёша, да. Вадим попал в высшую лигу, за местный уровень он может не переживать.
Николай Борисович встал из-за стола, кинул перед Алексеем папку с другими бумагами, к нему вернулась прежняя серьёзность. Сварив себе кофе, он посмотрел на Алексея и спросил:
– Лёша, я надеюсь, ты понимаешь, что такие вещи не делаются просто так?
– Конечно, понимаем, и Вадим ответил, что он согласен с вашими условиями.
– Сейчас ни у кого сомнений нет, что Вадим не блефовал. Он набирает популярность и становится известной личностью. Он хорошо известен как на территории республики, так и на территории страны, его знают и за её пределами, но он бесхозен, а это, Лёша, непорядок.
– Не понимаю вас.
– Лёша, он вне политики, пора бы ему войти в чей-либо эшелон.
– Николай Борисович, у нас не так много эшелонов, – отметил Алексей.
– А зачем другие? Пускай присоединяется к партии власти и входит в игру.
– Вадима совсем не интересует политика, его вообще мало что интересует, от него вам не будет никакого проку.
– Надо, чтобы он показал своё участие и поддержку, чтобы он ввёл, допустим, тебя как своего зама на политическую арену.
– Меня? – удивился Алексей. – Николай Борисович, это, конечно, интересно, но Вадим костьми ляжет, но меня не отпустит. Да и мне нравится то, что я делаю, и я не намерен останавливаться. А почему бы вам не пойти от него? Он хорошо к вам относится и всячески будет оказывать вам поддержку!
– Лёша, ну что я тебе плохого сделал?
– Вы опытный, всех знаете…
– Нет, я наигрался, я хочу время и внукам уделить, и себе. Скоро на восьмой десяток пойду, поэтому я отпадаю. А вот если бы он начал продвигать тебя, я бы помог, подсказал, но, согласен, – он махнул рукой, – ты тоже юнец, и башка твоя мальчишечья.
Алексей улыбнулся.
– Ладно, передай Вадиму папку, занимайтесь оформлением, скажи, что ему пора перейти на новую ступень. Я не вечный, в Москву по каждому вопросу бегать не смогу. Ему необходимо начинать работать с местными не из-под палки, а на партнёрских отношениях, или же его просто проглотят.
– Спасибо, Николай Борисович, я переговорю с Вадимом, обязательно.
Алексей встал и, попрощавшись, направился к машине.
***
К госпиталю подъезжала очередная машина скорой помощи. Люди в масках стояли около входа. Вадим понимал, что это родственники больных, которые ожидали врачей.
Он увидел, как немного поодаль из внедорожника вышел Алексей, держа в руках папку.
– Лёша, что такого срочного? – спросил Вадим.
– Держи, любуйся! – Алексей положил папку на капот и открыл её, демонстрируя документ, который читал у Николая Борисовича.
Вадим прочитал первый указ, потом посмотрел следующие бумаги, сфотографировал на телефон указ о передаче ему земельного участка и передал папку Алексею.
– Это просто отлично, – проговорил Вадим спокойно, но потом указал рукой на вход в госпиталь, – но вот этот вид омрачает любую новость, даже хорошую.
– Вадим, это временно, мы же близки к решению этого вопроса.
– Да, близки, но количество погибших ужасает, – он замолчал и, указав на папку, добавил: – Передай, пожалуйста, папку Сергею, пускай производит регистрацию.
– Да, сейчас поднимусь к юристам и отдам, но это не всё.
– Что ещё?
Алексей рассказал про разговор с Николаем Борисовичем в отношении того, что Вадиму пора прибиться к чьему-то лагерю.
– Да, я понимал, конечно, что особняком долго держаться не получится, но в политику я точно не пойду. Ты верно подметил, тебя я тоже не могу отпустить, поскольку дополненная реальность пойдёт именно с твоего крыла.
– Тем не менее через год предстоят выборы, ты обязан будешь кого-то открыто поддержать. Игра в одни ворота продолжаться не будет. Либо введи своего кандидата и начни работать в этом направлении, либо поддержи действующих.
– Я пока не готов.
– С бухты-барахты такие решения не принимают, но работать в этом направлении необходимо.
– Хорошо, я подумаю и решу.
Вадим, немного подумав, позвонил Эльнару:
– Алло, давай увидимся через двадцать минут в ресторанчике на первом этаже.
Ресторан был закрыт для посетителей, как и любое другое заведение общественного питания, но по договорённости он продолжал работать исключительно для руководства. Вадим открыл дверь электронным ключом, прошёл внутрь и сел за столик. Официант принял заказ.
– Привет, Вадим, – поздоровался Эльнар, усаживаясь напротив.
– Привет.
– Что случилось, какой вопрос?
Вадим вкратце обрисовал сложившуюся ситуацию, после чего поинтересовался:
– Скажи, как обстоят твои дела?
– Через полгода можно будет вводить в эксплуатацию здание.
– Эльнар, у меня есть только одна кандидатура, кому я полностью доверил бы лоббирование наших интересов в местном правительстве, и это ты.
– Вадим, а как же стройка? – удивлённо спросил Эльнар.
– Константин прекрасно справляется, он самостоятельно может обеспечить переговоры между фирмами, контролировать подрядчиков. Мы сейчас тебя начнём внедрять. Алексей через своего Николая Борисовича введёт тебя в партию и обеспечит место в списке кандидатов. Эльнар, ты мой друг, который с самого начала со мной. Ты станешь связующим звеном и обеспечишь партнёрские отношения «Параллели» и местных чиновников.
Эльнар смутился.
– Вадим, спасибо, это круто и интересно, но я понятия не имею, как там всё устроено, – признался Эльнар.
– Ладно, ты обдумай, а то мне просто сложно смех сдерживать. Ты, дядька бородатый, ломаешься тут, как молодая девица.
– Я согласен, но моим наставникам придётся меня учить.
– Не переживай, научат, – заверил его Вадим.
Они пообедали, и Эльнар направился на встречу с Константином, а Вадим подошёл к машине, чтобы поехать обратно в госпиталь. В этот момент раздался звонок, ему звонила Элла.
– Да, Элла, я направляюсь как раз к вам.
– Вадим Николаевич, я хочу лечь спать, позвольте, вечером я сама к вам подъеду.
– Конечно, Элла. А в чём вопрос, зачем звонишь?
– Нам удалось извлечь новые белки из активной части вируса. Каждый из них лёг в вакцину. Выработанные антитела распознавали как основной вирус, так и изменённый! – её голос звучал торжественно и устало одновременно.
– Нам удалось найти действующую вакцину, которую можно пустить в производство? – Вадим старался сдерживать эмоции.
– Да! – восторженно воскликнула она.
– Я вас умоляю, никому ни слова, и профессора попросите о том же. Ни одна душа не должна её видеть, вечером я жду вас у себя в кабинете.
– Не переживайте, нам требуется три дня, чтобы подтвердить всё и подготовить первые образцы.
***
Фёдор сидел напротив начальника в кабинете и слушал, как тот говорит по телефону.
– Почему мы узнаём от местных чиновников, что Вадим получает кусок земли по прямому распоряжению председателя правительства, а вы, находясь там, на месте, нам ничего не сообщаете?.. Что значит, только сегодня узнали?.. Хотите сказать, что сам Вадим это сегодня утром узнал?.. Так, а как дела с поиском вакцины, ваши специалисты смогли получить какие-либо результаты?.. Вы знаете, от вас уже давно нет полезных новостей. Мы, находясь тут, узнаём больше, чем вы там!.. Мне это неинтересно, я вам сказал, мне не важна эта земля, мне важна вакцина. Мне надо знать: на каком этапе у вас работа с вирусом?.. Вам никто не обещал, что будет просто, вы получаете немалые деньги. Держите меня в курсе исследований, и, как только будут результаты, я должен о них знать не из новостей или сплетен, а от вас!.. Да уж, постарайтесь… До свидания.