Случайный беглец с того света

Глава десятая. Не моё дело.

Дима перенёсся к дому родителей Лены. Ему было не по себе от произошедшего с Андреем, но решил что сейчас тот что меньше всего должен волновать его. Дима размышлял, куда пропал Вик: он обещал дать что-то его семье и не появлялся уже больше суток. Не мог же он про Диму забыть.

Рядом с домом Лениных родителей стояла припаркована машина Диминого друга. Это его порадовало: Дима знал, что друг возьмет на себя немалую часть хлопот и поможет Лене.

Дима зашёл в дом – ему не терпелось увидеть своего старого друга – и довольно быстро всех обнаружил в зале. За столом сидел его старый друг Леонид, его супруга Саша (их дочь была в комнате с Кристиной), рядом сидели Лена и тесть. Леонид и Саша молча просматривали документы, которые собрала Лена. Стояла полная тишина.

– Эх, Лёня, ты в своём репертуаре, крыса канцелярская: тебе только бумажки и подавай, – сказал добродушно Дима.

Тишина продлилась еще насколько минут, Дима встал над ними, и смотрел как его друг с супругой стали фотографировать документы, а после Леонид обратился к Лене:

– Лена, давай так: вы с папой займитесь похоронами, а Саша пойдет в соцстрах и пенсионный, у неё там знакомые. Она сможет выбить тебе выплату: единоразовая, но уж не повредит. – Он посмотрел на Сашу вопросительно, та утвердительно кивнула. – Я займусь страховкой на машину. Её, конечно, не починят, но выплата будет. В общем, я освободил время, и помогу всем чем смогу. Если нужны деньги, не стесняйся.

– Значит вот так, чтобы ты нашёл время на меня, мне надо было сдохнуть? – усмехнувшись сказал Дима.

Леонид, был юристом, как и его супруга, они много работали, и времени на друзей у них часто не хватало, лишь иногда на праздники.

– Лёня, спасибо. Деньги вроде есть. Да: пособия будут не лишними.

– Ладно, я Сашу с мелкой оставлю у вас пока, а сам мотанусь узнаю, что эксперт скажет насчёт машины. И потороплю их, чтобы не затягивали, – Леонид поднялся из-за стола и направился к выходу.

– Лёнь, мы на такси домой поедем, – сказала Саша.

– Ладно. Лена, я отзвонюсь тебе. Если какие вопросы звони мне.

– Хорошо, – кивнула Лена.

Леонид вышел из дома. Дима молча следовал за ним провожая его по привычке. Тот сел в машину и завел её.

– Лёнь, спасибо дружище, что помогаешь Лене, – шепнул с благодарностью Дима.

– Дима, как тебя угораздило?! – недовольно буркнул Леонид.

– Ох брат, если бы ты только знал, – отвечал Дима, прекрасно понимая, что друг его не слышит.

Леонид закурил сигарету и поехал к страховщикам. Дима проводил его взглядом и вернулся в дом, где Саша с Леной переместились на кухню. Лена была в слезах, а Саша её успокаивала. Диме стало не по себе, и он решил отправиться в комнату к детям.

***

Андрей открыл глаза и обнаружил над собой белый потолок и лампочку без плафона. Стены были наполовину выкрашены масленой краской. Запах, ударивший ему в нос, сразу дал понять, что он в больнице. В этот момент, в голове взорвались воспоминания о произошедшем, и Андрей нервно подскочил с кровати. Резко почувствовал боль в руке, которая сразу отрезвила его. Машинально он едва не вырвал из вены катетер от капельницы. Медленно отлепил скотч, и приложив ватку извлёк катетер из руки. Поняв, что ему поставили капельницу с физраствором, Андрей с силой прижал ватку к месту укола. Встал и подошёл к окну.

– Я в психушке! – воскликнул он, – Да что за бред? – взмолился он в пустоту.

Андрей занервничал и сделал пару кругов по своей одиночной палате, пытаясь осознать произошедшее. После присел на кровать.

– Андрей проанализируй всё, что ты видел, что слышал, – заговорил он сам с собой.

Он молча сидел на кровати, и думал, перебирая все варианты приходившие в голову.

– Ну а ты как бы отреагировал, если бы тебе такое заявили? – спросил он сам себя, – Естественно вызвал бы дурку, так как заявлять подобные вещи без доказательств нельзя.

Андрей рассуждал сам с собой, объясняя, почему здесь оказался. Главное – он понял, что о Сергее рассказывать нельзя. Если он будет утверждать, что видел исчезающего в воздухе мужчину, максимум, что ему светит, это попасть в передачу про экстрасенсов. Причём телевизионщикам придётся разговаривать с ним в этой палате, где ему придётся провести очень долгое время.

– Но что сказать врачу?

Этот вопрос поставил Андрея в тупик: он понимал, что врач не поверит, что у него все прошло. Андрей долго просидел в раздумьях, стараясь взять себя в руки.

В палате из предметов мебели была лишь кровать. Андрей подошёл к окну и, сложив руки за спиной, спокойно посмотрел наружу. Уже смеркалось.

За металлической дверью раздались шаги. Андрей понял, что идут к нему.

Звук открывающегося металлического засова был пугающим. В палату вошёл пожилой седовласый мужчина, а с ним молодой крепкий парень.

– Добрый вечер, Андрей, – сказал врач.

– Добрый вечер, – немного волнуясь ответил студент.

В комнату занесли стул, и врач присел.

– Присаживайся Андрей, в ногах правды нет, – добродушно пригласил врач.

Андрей кивнул и с улыбкой присел, покрывшись румянцем.

– Как твои дела, Андрей? Как чувствуешь себя?

– Дела мои плохи, по всей вероятности. А самочувствие сейчас нормальное, – сказал, пряча взгляд, парень.

– Что плохого с делами твоими? – заинтересовался доктор.

– Я не представляю, как мне группе в глаза смотреть и преподавателю своему после того, что я сегодня отчебучил, – признался Андрей.

– Так, а что ты отчебучил?

– Как вас зовут?

– Юрий Петрович.

– Юрий Петрович, я студент физико-математического факультета. Сейчас конец учебного года, и так как мне хочется поступить в аспирантуру я набираю публикации. В конце года времени катастрофически не хватает. Последние несколько недель я писал ночами доклад, который отослал преподавателю, чтобы он дал мне свои замечания и я, учтя их опубликовал бы работу как научную статью.

– Так, – понимающий кивнул Врач.

– Сегодня под утро я закончил свой доклад, он у меня о формуле Ингланда. Было очень сложно: я просчитывал, как поведет себя группа атомов в замкнутой системе, применяя его формулы и результаты его экспериментов в замкнутом пространстве, и сравнивал результаты рассеивания энергии…

– Прости Андрей, это и правда очень сложно, объясни, пожалуйста, более понятно.

– Да… Так вот, я не спал толком эти недели, делал расчёты. Согласно теории Ингланда, всё в мире должно развиваться и совершенствоваться в целях более совершенного поглощения тепла и увеличения рассеивания. И пока пиком эволюции является человек, но предположительно может появиться и следующий этап.

– Какой, например?

Андрей скривился и, закрыв ладонями лицо, сказал:

– Ну, например, призрак.

– А чего ты спрятал лицо?

– Потому что понимаю, как это выглядит, и вспоминаю, что было сегодня днём.

– Так, а что было днём?

– Я закончил работу и пошел на пары. Меня жутко клонило в сон. Высидел четыре пары, последняя была у преподавателя, которому я хотел отдать свою работу на рецензию. Пара закончилась, я подошёл к нему и попросил, чтобы он с ней ознакомился.

– И?

– Он сказал, чтобы я отправил ему по почте. Я вместо того чтобы отправить её по почте выпил очередную порцию энергетиков и отправился в парк. Там присел на лавочку: я хотел пробежать текст взглядом, доработать момент-другой. А потом отправил преподавателю эту долбаную статью…

– А много было энергетиков?

– Ну последнюю неделю, я кроме кофе и энергетиков ничего не пил: времени на сон не хватало, я хотел только закончить работу.

– Так. И что было дальше?

– Когда я отправил преподавателю работу, откуда ни возьмись появился… появилась эта галлюцинация, – с горечью ответил Андрей.

– Почему галлюцинация?

– Иного объяснения быть не может. Думаю вы сейчас всё поймете.

– Хотелось бы.

– Я стал с ним говорить. Он убедил меня, что его послал преподаватель: он знал моё имя, знал преподавателя, знал про последнюю лекцию и про мой с ним разговор. И я поверил. Значит, либо он плод моего воображения, так как он знал то, что знаю я, либо он сказал мне правду, что невозможно. После этот… человек стал задавать вопросы, полностью бредовые, про концепцию мироустройства в каком-то будущем фильме. Поначалу мне казалось, что он несёт чушь, но потом… – Андрей ударил себя ладонью по колену. – Вот тут я и должен был понять, что брежу.

– Что случилось потом? – уже с любопытством спросил доктор.

– Потом его вопросы стали приближаться к теме моего доклада. И я ему стал рассказывать о нём, сказал, что концепция его фильма подходит под теорию Ингланда.

– Концепция фильма или нашей вселенной?

– Конечно, фильма! Призраков не существует.

– Так. И что дальше было?

– Дальше я ему подсказал, что в фильме надо показать и других существ, похожих на главного героя, и представить их как следующий этап эволюции. Он меня заверил, что так и будет. Меня понесло, и я стал ему рассказывать про свой доклад… И внезапно я увидел, как он исчезает.

– Как исчезает?

– Рассеивается в воздухе.

– Так, а ссадины на лице откуда? И почему ты был грязный?

– Я не верил своим глазам, перепугался… Понимал, что это нереально, но мне надо было в этом убедиться, и я побежал к преподавателю.

– И?

– Когда я вбегал в здание, я был так взволнован, что не заметил, как наткнулся на группу студентов, едва не сбив их с ног. Тот на которого я наткнулся схватил меня за шиворот и потребовал извиниться. Но мне было не до извинений. Я хотел вырваться, он повалил меня на пол и ударил ногой два раза. Друзья его оттащили, и они ушли, а я побежал дальше к преподавателю.

– Ты нашёл преподавателя?

– Ну конечно! Я пошёл сначала, к расписанию, посмотрел где у него проходит лекция и направился прямиком туда. Я понимал, что моя история прозвучит бредово, поэтому не стал заваливаться в аудиторию и позвал его в коридор. В коридоре я, похоже, ошарашил его своими заявлениями, и он вызвал скорую. А я был потрясён, когда узнал, что он никого не посылал ко мне…

– Разве ему не стоило вызывать скорую?

– Да что вы, стоило, конечно! Спасибо ему за это. Представьте, если я бы кому заявил, что видел, находясь в этом бреду, – Андрей схватился за голову, и у него потекли слёзы, – Ох, а мама! Она же меня убьёт! Она говорила мне чтобы я успокоился с этим докладом.

– Не переживай. Родители, конечно, очень волнуются за тебя. Но твоё состояние их обрадует.

– Чему же тут радоваться доктор?

– А вот чему. Учитывая, слова твоего преподавателя, твоих родителей, и твой рассказ, плюс характеристики из твоего личного дела, и то, что всё получается очень складно, я могу сказать, что это не шизофрения, а сильный стресс, на фоне хронического недосыпания и злоупотребления кофеином, которого в энергетиках в десять раз больше, чем в обычной чашке кофе. Ты умный парень, и стремиться к учёбе похвально, но насиловать себя не стоит. Это может иметь последствия, вот такие, – он обвёл рукой палату психиатрической больницы.

– Можно позвонить маме?

– Твои мама с отцом тут, – улыбнувшись ответил врач, – я дам тебе рецепт: пропей лекарства. И воздержись от кофе.

– Доктор, это кофе так повлиял?

– Всё в комплексе.

– Спасибо вам.

– Благодари родных. И могу добавить от себя: аспирантура не стоит того что бы лишаться рассудка.

– Спасибо.

Доктор указал медбрату, что тот свободен, и когда медбрат ушёл, доктор выглянул за дверь и обратился к кому-то:

– Можете забирать вашего сына. Всё как я вам и сказал: у вас очень умный парень, и он сам себя насилует наукой. Пусть отлежится пару дней дома.

В палату ворвалась мать Андрея в слезах, и стала его обнимать. Следом вошёл отец, который нёс вещи сына.

– Андрюша, поехали домой! – говорила мать, обнимая Андрея.

Андрей поднялся с кровати, и пошёл за матерью. Он пересказывал свою историю врачу, кое-где привирая для достоверности, он послушал, как это звучит, и поверил сам, что это всё от напряжения.

***

Наставница стояла возле сферы-анализатора и глядела на увеличенный фрагмент карты. Линии двигались по сфере; в какой-то момент она снова мигала, и линии начинали движение заново.

– Что ж, я этого не хотела, но, пожалуй, придется, – сказала себе Наставница.

В этот момент перед ней материализовался коммутатор.

– К вам посетитель, Проводник Лир. Цель визита – неопределенность события.

– Да, пригласи.

Наставница уменьшила сферу до таких размеров, что линии стали едва заметны.

Раскрылся сиреневый портал, и из него вышел юноша, держа в руке свиток.

– Наставница, – сразу начал юноша, – вмешательства беглеца становятся всё более существенными. Одна из вверенных мне душ меняет свою дату смерти: смерть приблизилась на десятки лет, но она то будет, то не будет.

– Покажи мне.

Юноша вывел карту на своем свитке и продемонстрировал Наставнице. Та внимательно изучила изменения в таймере жизни.

– Всё понятно. Можешь быть свободен. Занимайся работой.

Юноша немного удивился, что аудиенция уже закончилась, но спорить не стал и без лишних вопросов шагнул в портал, раскрытый ею. Наставница, оставшись вновь в одиночестве, материализовала коммутатор.

– Пригласи Бура ко мне.

– Отправляю запрос.

Когда коммутатор исчез, Наставница сложила руки на груди и двинулась вокруг сферы. В этот момент сфера начала темнеть, как и всё вокруг. Наставница оказалась в абсолютной, черной пустоте.

Наставницу пустота не встревожила: в отличие от Димы, она была здесь не в первый раз. Она остановилась и стала ждать. Через мгновения прямо перед Наставницей раскрылся огромный портал багрового цвета. Оттуда стал доноситься гул, и Наставница обратилась к порталу:

– Приветствую, Наставник.

– Приветствую, Смотрительница.

– Чем я могу быть полезной?

– Почему ты приняла такое решение?

Наставница помедлила с ответом. Она понимала, почему появилась сущность высшего порядка: Наставница вызвала к себе Бура, в чьи обязанности входило прекращение существования видов.

– Я считаю это правильным.

– Последствия вмешательства не столь критичны.

– Вмешательства тут ни при чем. Показатели человечества свидетельствуют о его безнадежности. Они взяли за основу ценности, которые заставляют их развиваться в обратном направлении. Когда в их мир приходит чистая душа, она неизбежно деградирует. Это неправильно. Подозреваю, что число душ, переходящих на следующий этап эволюции, равно нулю. И наше развитие тоже прекратилось! Мы работаем как на конвейере, занимаемся только поставкой душ к распределителю. Считаю, что следует истребить девяносто девять и девять процентов людей, оставив только чистых, и начать развитие с нуля. Любо нужно дать планете отдохнуть, отчистив её от существ, и закрыть сектор на восстановление, а персонал распределить по другим секторам.

– Но такова их суть. Здесь нет вашей вины. И ваша работа нам нравится.

– Если так, их суть влечёт за собой подтверждается множество обнулений! Поэтому я и рассматриваю вариант полного уничтожения вида.

– Они любопытны и способны. Это чрезвычайно важные свойства.

– Вы заинтересованы в этом виде?

– Да.

– Что мне делать?

– Делай что делаешь. Но приказ отдай, только когда будет очевидно, что этот путь верен.

– Мне это очевидно и сейчас! Мои сотрудники пошли на поводу у беглой души…

– Ситуацию с душой мы наблюдаем. Пусть Проводник и дальше занимается им. С вашей стороны не нужно вмешательств. Точка отчета зафиксирована. Продолжайте работу.

– Вам просто любопытно?

Повисла пауза, и Наставница поняла, что попала в саму суть. Ответа не последовало. Портал закрылся, и на его месте снова зажглась сфера анализатора.

Наставница была не вправе спорить с высшими сущностями. Но она понимала, что помощи от них не дождёшься: сложившаяся ситуация для них не нова, и они развлекаются, наблюдая за ней.

Появился коммутатор.

– К вам Бур.

– Да. Впусти.

Портал раскрылся, и вошел сотрудник, который своим видом давал понять, что зона его ответственности не радужная. Его плащ был черного цвета, и в отличие от коллег, с виду юных, он выглядел взрослым человеком.

– Да, Наставница. Чем я могу служить вашему сектору? – сложив ладони и склонив голову поинтересовался Бур.

– Бур, вышестоящее руководство приказало ждать. Но я предполагаю, что ждать придётся недолго. Это связано с миром, вверенным нашему департаменту.

– Понял вас, Наставница. Я сделаю заготовки.

– Да, подготовь всё. Как только им надоест, и они дадут добро произведи зачистку.

– Какую именно?

– Готовь два варианта. Первый тотальный, без восстановления.

– Вспышка на Солнце? Планета сгорит, возобновления жизни не будет.

– Хорошо, это подойдет. Второй вариант – минимум вреда планете, и максимальное уничтожения человеческого вида.

Бур помолчал, немного подумав.

– Должны остаться какие-то следы?

– Этот вид настолько испорчен, что он ничего не создал, что могло бы простоять тысячелетия. Пускай останутся строения прошлых видов.

– Сколько должно выжить?

– Чтобы было возможно заново заселить планету.

– Я вас понял. Всё будет готово в самое ближайшее время. Когда решите какой из вариантов вам нужен дайте знать, я приступлю к исполнению.

– Хорошо Бур, ступай.

Наставница осталась одна. Она принялась размышлять, чем мог беглец заинтересовать вышестоящих сущностей. Она была недовольна, что ей приказали ждать. Она не верила в людей, населяющих Землю, и считала их существование пустой тратой энергии.

– Ладно, не моё дело. Верят в них – пусть верят. Они ещё разочаруются.

Глава одиннадцатая. Плод.

Дима, стоял во дворе возле дома. Он провел очередную ночь рядом с женой и дочкой. Сегодняшний день был для него самым неприятным: он собирался с Леной в морг, где она получит его тело.

Лена с тестем сели в машину, Дима проводил их взглядом и перенёсся к моргу, решив подождать их там. Он оказался у входа в морг. Понимая, что Лена приедет не раньше, чем через двадцать минут, он решил пройтись по территории.

Направляясь по тропинке, которая соединяла морг с основным зданием больницы, он заметил въезжающую во двор скорую помощь с включенной сиреной. Из приёмного покоя уже вышли санитары с кушеткой и ждали машину. Диме стало любопытно, и он подошёл ближе.

Когда машина остановилась, санитары открыли задние двери и переложили тело на кушетку, которую подвезли. Один из медбратьев проводил вентиляцию лёгких. Тело было всё в крови.

– Это как тебя так покромсало? – спросил Дима.

Санитары быстро повезли кушетку в здание. В тот момент, когда они уже приблизились к дверям, тело свалилось с кушетки и распласталось на земле.

– Вы что на приколе?! Вы пострадавшего потеряли!

Дима понимал, что его никто не услышит. Он бегом бросился к дверям.

Но падение пострадавшего никто не заметил кроме Димы. Приблизившись, он обратил внимание, что на теле пострадавшего не было никаких ран, кровь тоже исчезла. Внезапно этот человек приподнялся на локтях и стал удивлённо оглядываться по сторонам. Фигура его замерцала.

Дима понял, что это такая же душа, как и он. Он хотел что-то сказать, но в этот момент перед новой душой раскрылся портал, такой же, как он видел у себя во дворе. Из портала вышел парень, одетый точно так же, как Вик. Дима замер: он боялся подойти ближе, не зная, как на него отреагирует парень, который явился за душой.

Проводник, встав на одно колено, положил руку на плечо умершему, и тот перестала мерцать, стал цельным. Он что-то спросил у юноши и тот ему ответил. Дима обратил внимание, что Проводник, положив руку на душу стал поглощать её энергию, и понял, что у души нет шансов отказаться следовать за ним: она совсем не понимает, на что способна.

Юноша о чем-то поговорил с душой и поднялся на ноги. Взял точно такой же свиток как у Вика, он поднял его перед собой, раскрыл портал, и пригласил пройти туда душу. Душа послушно проследовала внутрь портала. Юноша хотел было пройти следом, но тут заметил Диму.

– Ты меня видишь? – спросил юноша Диму.

Дима испугался: он не знал, стоит ли ему отвечать и что именно сказать. В растерянности о только и мог, что закрыть глаза и представить дом, родителей супруги. Там он и очутился, когда отрыл глаза.

***

Андрей проснулся в паршивом состоянии: он чувствовал себя разбитым. Он остался сегодня дома, и никуда не стал идти. Вчера Андрей убедил родителей, что у него был просто нервный срыв, и постарался убедить в этом и себя.

Ему становилось не по себе, стоило представить, как на него будут смотреть преподаватели. И еще более ужасно – как поведут себя его сокурсники. Андрей был согласен с тем, что сейчас лучше посидеть пару дней дома, пока всё не забудется. По крайней мере он надеялся, что, все забудут о том, что он вытворял.

Отец, отправился на работу, мать тоже. Андрей остался в одиночестве. Он решил поискать в интернете информацию о своём состоянии: он хотел, выяснить как распознать галлюцинации. И только укрепился в мысли, что всё что он видел вчера было реально. Теперь он задавался вопросом как ему быть с этим пониманием.

Чтобы хоть как-то отвлечься Андрей решил сходить на любимый сай, где публиковались научные статьи и где он мечтал увидеть свою работу. Он стал пролистывать статью за статьёй, в поисках той которая будет близка его теме. Наткнувшись на что-то похожее, он стал было читать, но в этот момент пришло оповещение: «Новая публикация по теме: Термодинамика. Автор: Самойлов Виктор Андреевич. Желаете ознакомиться?»

– Что за дела?! – возмутился Андрей, переходя по ссылке на статью.

Он стал читать и с каждой минутой приходил в ярость.

– Ты скотина! – крикнул он, поняв, что преподаватель, нагло украл его статью, не потрудившись в ней ничего изменить, кроме имени автора.

Андрей, вскочил на ноги. Он был возбуждён до предела, дрожали руки: его переполняли ненависть к преподавателю, злость и обида. Подступил ком к горлу, свело скулы, и Андрей расплакался от горькой обиды. Гадкий преподаватель присвоил себе его работу, доказывать администрации сайта, что это статья принадлежит ему, уже поздно… К тому моменту как он это сделает, вся актуальность статьи пропадет. Все её уже прочитают, и те, кого она заинтересует, уже свяжутся с вором и будут работать с ним. Так думалось Андрею, ведь он хотел всё и сразу.

Андрей пытался взять себя в руки, но слёзы текли, и он не мог успокоиться, ему было больно. Он взял телефон и набрал номер преподавателя.

В трубке раздались гудки.

– Мальцев, как ты? – услышал он удивлённый голос преподавателя.

– Виктор Андреевич, как вы могли?! – со слезами закричал Андрей.

– Мог что?

– Украсть мою работу! – выпалил Андрей.

– Ох, ну скажешь тоже – украсть. Мальцев я сделал тебе одолжение, дал твоей работе имя. А так кто был бы её автор – псих, который общается с привидениями?

– Я докажу, что это моя статья! – с ненавистью и злобой сказал Андрей.

– Конечно докажешь, только не забудь сказать, что статья публиковалась в тот момент, когда ты находился в психиатрической лечебнице, и общался с призраками, – раздался смех в трубке, – вот я думаю они заинтересуются твоим гением.