Сердце Дракона. Книга 6

© Клеванский Кирилл

© ИДДК

Глава 423

– Я знал, что найду тебя здесь.

Хаджар сидел на краю обрыва. Он болтал ногами в воздухе, а внизу стелились облака, над которыми лишь изредка пролетали птицы и странные крылатые твари. Позади него чернел провал внутри горы, служившей входом в подземный город.

С момента беседы с Рахаимом прошло уже два месяца. За это время Хаджар успел достаточно свыкнуться со своим новым статусом Небесного солдата. Осознать новые силы и возможности. Особенно сложно приходилось привыкать к еще более обострившимся чувствам.

Теперь часто бывало так, что при взгляде на какой-то объект мысли Хаджара сбивались и отправлялись в какое-то глубоко философское русло. Даже простой полет птицы был способен заставить его задуматься о глубине пути духа меча и духе ветра.

Еще живы в его голове были слова Рахаима о том, что он, несмотря ни на какие свои старания, никогда не сможет вернуться на путь духа ветра. И для этого были две преграды.

Одна – печать духа меча – пусть и очень трудно, но преодолима. Вторая же – невозможность использования «истинного пути развития», внешней энергии Реки Мира.

– Вижу, ты справился. – Хаджар пододвинулся.

Он достал из кармана своего нового шелкового синего кафтана трубку и табак. Щелкнуло огниво, и к небу (хотя если подумать, он и так сидел на этом самом небе) взвился тонкий столбик серого дыма.

Рядом уселся Эйнен. Островитянин стал чуть шире в плечах, выше и… суше. Он будто бы стремился внешностью к своему излюбленному оружию – шесту-копью.

От него теперь тоже веяло аурой Небесного солдата. Всего за четыре месяца с момента битвы с Рагаром Эйнен, используя те озарения и вдохновения, что получил за время путешествия к библиотеке, смог отыскать свой путь и пробиться на уровень истинного адепта.

Весьма, кстати, впечатляющее достижение.

– Извини, что заставил тебя ждать, друг мой.

– Какие счеты между друзьями? – Хаджар хлопнул товарища по плечу. – К тому же наши пути пока не расходятся. Ты ведь тоже собирался побывать в империи.

Эйнен молча смотрел в пустоту бескрайнего неба. За эти годы Хаджар научился различать эмоции своего друга. Большинство его каменное выражение лица и вечно закрытые глаза вводили в заблуждение, но не Хаджара.

И сейчас он понимал, что островитянин был чем-то обеспокоен.

– Тебя что-то тревожит, – не спрашивал, а утверждал Хаджар.

Эйнен ответил не сразу. Он вообще редко говорил. Лишь иногда от Эйнена можно было услышать весьма объемную тираду, которая обычно заканчивались недельной тишиной, разбавляемой скудным набором фраз.

– Меня беспокоит наш поход в Даанатан.

– И чем же отважного Эйнена с пиратских островов пугает столица несчастной империи Дарнас?

Уголки губ островитянина слегка дернулись. В его манере это обозначало крайнее раздражение и сдерживаемую улыбку.

– Твой сарказм, варвар, когда-нибудь доведет тебя до дома праотцев. Надеюсь, меня в этот момент не будет рядом и я не отправляюсь следом за тобой.

– Вот так вот, да? – наигранно печально вздохнул Хаджар. – Верно говорят – друзья познаются в час беды.

На этот раз Эйнен «улыбнулся», хотя для многих его лицо с момента начала разговора вообще не выказало ни единой эмоции.

– Меня беспокоит не Даанатан и не Дарнас, а школа Святого Неба.

– Рахаим уже написал нам рекомендательные письма. С ними мы сможем участвовать в экзамене на ученика внутреннего круга.

По информации, добытой у Париса и Мудреца, в империи существовало великое множество школ и сект. Все они делились, в зависимости от престижа и силы, на различные эшелоны. Их, в свою очередь, тоже было столь огромное количество, что Хаджар и не утруждался запомнить.

Ему было достаточно знать того, что школа Святого Неба считалась одной из лучших, если не лучшей. И, разумеется, за звание «лучшие» постоянно шла борьба. Школа Святого Неба, школа Талой Воды, школа Быстрой Мечты, секта Лунного Света, секта Последнего Дня и еще семь кланов.

Вот эти организации составляли двенадцать столпов, на которых держалось могущество Даанатан в частности и Дарнаса в целом. Именно из этих организаций выходили лучшие из адептов, которые впоследствии руководили страной.

В школах и сектах при этом существовало строгое деление. Любой желающий, будь то даже простолюдин, мог принять участие в экзамене на поступление. Но простолюдин имел право биться только за звание ученика внешнего круга.

Фактически, пройдя испытания и получив жетон школы или секты, он становился слугой. За возможность приобщиться к самой крохотной крупице знаний и ресурсов расплачивался выполнением черной работы и поручений более успешных учеников. И именно слуги составляли большую часть населения школ и сект.

Второй уровень ученичества – полноправные ученики. На эту позицию могли претендовать те, кто обладал дворянским титулом или имел рекомендацию от уже получившего жетон полноправного ученика.

На десять учеников внешнего круга обычно приходился один полноправный.

При этом оставалось еще два уровня. Ученики внутреннего круга – только по рекомендации персон, имеющих немалый авторитет в империи или от преподавателя школы. Причем получить последнее считалось практически невозможным. Ибо от рекомендации учителя было рукой подать до самого престижного ранга – личного ученика.

Такие получали в свое распоряжение не только самые редкие знания и ресурсы, но и наставничество у лучших из лучших – преподавателей школы или секты. А надо учитывать, что несмотря на то, что большинство учителей давно отошли от дел, в прошлом они являлись весьма известными и видными фигурами. Их авторитет был наравне с высокими дворянами империи.

– Ты действительно настолько наивен, друг мой?

Хаджар снова вздохнул, потер переносицу и, перевернув трубку на ладонь, вытряхнул пепел. Его тут же подхватил веселый ветер и унес куда-то на запад. Туда, где лежали бескрайние земли империи.

Удивительно, но раньше Даанатан, да и сам по себе Дарнас, казался Хаджару чем-то недостижимым и даже непостижимым. А теперь… теперь он даже не мог вспомнить имена всех тех людей, которых повстречал на своем пути. И на фоне этого особо грустно было осознавать, что, даже пройдя столько, сколько иным не отмерено, он все еще оставался в самом начале своей дороги.

– Я знаю, Эйнен, что даже со всеми нашими ухищрениями мы никак не потянем на шестнадцатилетних подростков.

Эйнен «кивнул».

– К тому же, друг мой, – добавил он, – твой костный возраст едва превышает двенадцать лет. В то время как мой не дотягивает и до девяти.

Сердце дракона подарило Хаджару третье по счету перерождение. Оно обновило его тело и дух. И отсчет его возраста, как еще подсказывала работающая нейросеть, начался с нуля.

Похожая история произошла и с Эйненом. Его нечеловеческие фиолетовые глаза являлись не чем иным, как подарком юной Радужной Рыбы. Заслужил он такую честь тем, что вытащил из рыболовной сети малька, который оказался одним из детей этой самый Рыбы. А у зверей, идущих по пути развития, потомство было такой же редкостью, как и у людей.

И именно эти глаза, кстати, позволяли Эйнену видеть сквозь тени.

– Я уже проходил подобный тест. – Хаджар припомнил свой экзамен в армию Лидуса. – Артефакт, который там использовался, мог лишь определить – старше или младше, но не точный возраст.

– При всем уважении к дому твоих предков, но Лидус воистину варварское королевство. Уверен, лучшая школа Дарнаса располагает немного более лучшим устройством. – Островитянин специально сделал акцент на слове «немного».

Хаджар посмотрел на друга исподлобья, но промолчал. Он не мог спорить с Эйненом. Несмотря на всю резкость произнесенных слов, они были правдивы. По сравнению со школой Святого Неба, армия Лунной Лин действительно была не более чем ползущим по ветке жуком.

– Знаешь, я, наверное, просто устал, – покачал головой Хаджар, – и когда появилась возможность воспользоваться легким путем, я…

Удар ребром ладони по голове заставил Хаджара замолчать.

– Эй! – возмутился он.

Эйнен убрал руку. Оставаясь все с тем же непроницаемым выражением лица, он продолжил смотреть вдаль.

– Когда рыба устает, она засыпает и поднимается пузом кверху. Мне кажется, так же и среди адептов. Теперь мы Небесные солдаты, друг мой. И если сойдем с нашего пути, то исчезнем в Реке Мира. Так что еще не время для усталости.

Хаджар вновь не стал спорить. Эйнен был прав. Вот только от осознания этого легче не становилось.

– Ну и какой у тебя план, мой лысый напарник?

– Поступим во внешний круг, а оттуда будем постепенно пробираться к внутреннему, и, если повезет, найдем личных наставников.

Хаджар подпер подбородок рукой и уныло промямлил:

– Высокое небо, это будет до проклятья длинный путь.

Эйнен промолчал.

– Но видят Вечерние Звезды! – рявкнул Хаджар. – Я не уйду отсюда без этого клятого рекомендательного письма! И еще можешь обвинять меня в бесчестии, но я стрясу с Рахаима приличную сумму!

С этими словами Хаджар вскочил на ноги, развернулся и отправился обратно в подземный город.

Эйнен продолжил сидеть на краю обрыва. Он слегка улыбался.

Глава 424

– Наверное, нам надо попрощаться.

У подножия горы на песке стояло несколько человек. Тилис крепко обняла Хаджара, а тот ответил тем же. Они простояли так несколько мгновений, а когда разомкнули объятья и разошлись, то в глазах каждого светилось сожаление. Сожаление о тех днях, неделях и месяцах, что они упустили.

– Возьми. – Ведьма протянула Хаджару небольшую плетенку фенечек.

Он бережно принял их и аккуратно вплел в волосы. Теперь с правой стороны его лица свешивались три нитки миниатюрных бусин. Две от шамана бедуинов, которые берегли его от злых духов. А одна, не менее драгоценная, от той, кому бы он мог стать братом, но не успел.

Третью нитку он ценил, пожалуй, даже больше первых двух.

– Я рада, что знала таких славных воинов. – Кариса протянула руку и произнесла: – Живите свободно.

– Умри достойно, – ответили на жест Хаджар с Эйненом.

Парис и Рамухан просто улыбнулись и отсалютовали. Получив схожий ответ, они развернулись и пошли к скале. С колдуном у Эйнена с Хаджаром изначально отношения не сложились, а с Парисом после похода к библиотеке как-то не заладилось.

Друзья не могли отделаться от ощущения, что начальник отдела исследований подземного города как-то их обманул. Может, обмана-то и не было вовсе, но ощущение от этого не исчезало.

На песке остался один только Шакх. Встреченный мальчишкой, теперь он выглядел прошедшим через многое молодым мужчиной. Его лицо пересекали глубокие шрамы, а в глазах блестела крепкая воля.

– Ты уверен, что не хочешь отправиться с нами?

Шакх обвел двух друзей пристальным взглядом и отрицательно покачал головой.

– Я вернусь в родной город, – сказал он, – расскажу отцу о том, как погиб его брат. Передам родителям Ильмены, что она их любила.

– А потом?

– Потом, – протянул Шакх, – думаю, Рахаим не откажется отдать мне свой караванный путь. А может, я отправлюсь путешествовать по Морю Песка. Побываю в Жемчужине и других городах.

Шакх внезапно улыбнулся и протянул руку.

– Для меня было честью сражаться рядом с вами, Эйнен с островов и Хаджар из Лидуса, но это мой дом и на этом наши дороги расходятся.

– Что же, – Эйнен с Хаджаром ответили на жест и вскочили в седла пустынных воронов, – пусть Вечерние Звезды освещают твой путь, Шакх из Моря Песка.

Не оборачиваясь, они пришпорили тварей и сорвались с места в карьер. Шакх еще какое-то время смотрел вслед ускользающим песчаным облакам. Может, когда-нибудь и он отправится к западной границе и начнет свое путешествие по бескрайнему миру, но не сейчас. Не сейчас…

Пригладив завязанную на запястье алую ленту, – ею некогда Ильмена подвязывала волосы, – он развернулся и пошел следом за Парисом и остальными.

– Внушает, не правда ли? – Хаджар толкнул локтем Эйнена.

Тот лишь промычал в ответ что-то нечленораздельное. Они стояли на границе небольшого оазиса. Такого маленького, что скорее напоминал пруд, нежели озеро пресной воды. И все же достаточно глубокого, чтобы напоить сотни раскрашенных красной краской слонов.

За неделю безумной скачки Эйнен и Хаджар сумели догнать дворянский караван. Стоимость проезда, даже по меркам приграничья империи, была баснословной. Две имперских монеты за человека.

Безумие, не иначе.

Но после того, как Хаджар решил, что Рахаим не отделается простым рекомендательным письмом (которое, по сути, оказалось им без особой надобности), он смог выжать из Повелителя огромную сумму. Полсотни монет.

Каждому.

Так что теперь Эйнен с Хаджаром были весьма состоятельными путешественниками. А учитывая, что у одного из них в пространственном кольце плавало состояние патриарха, то к слову «состоятельный» можно было смело добавить «очень».

– Кто такие? – одновременно со скрипом натягиваемой тетивы спросил стражник каравана.

Коренастый пустынник, завернутый в белый кафтан и тюрбан того же цвета, он излучал энергию пикового практикующего. От этого, разумеется, практически не испытывал трепета перед двумя истинными адептами начальной стадии.

– Путешественники, – ответил Хаджар, – хотели бы купить места пассажиров в вашем караване.

Стражник усмехнулся.

– Как-то вы не похожи на тех, кто сможет себе позволить не то что место, а хотя бы кусочек навоза моего слона. Проваливайте отсюда!

Хаджар с Эйненом переглянулись и, пожав плечами, продемонстрировали наличие необходимых сумм.

Стражник что-то недовольно проворчал и указал им направление к ответственному за продажу пассажирских мест. К вечеру все формальности были улажены и друзья получили в свое распоряжение личный дилижанс. Только в отличие от каравана Рахаима его тянули не пустынные мулы.

По сути, его вообще никто не тянул.

Повозка покоилась на горбу огромного слона. И таких вот «дилижанс-носителей» в караване насчитывалось несколько десятков.

Путь, на который в простом караване ушло бы не меньше двух лет, в этом занял всего полтора месяца. Наутро сорокового дня, спустившись из дилижанса, Хаджар с Эйненом оказались на границе пустыни и восточных провинций империи.

Поблагодарив караванщика за приют, они отвязали от общей упряжки своих пустынных воронов и поехали в сторону видневшихся на западе холмов. Песок постепенно сменялся на просто сухую землю. Постепенно на ней появлялись мелкие кустарники, потом высокие кусты, а в какой-то момент путники очутились в простом хвойном пролеске.

Оказавшись среди деревьев, Хаджар на пару минут остановил своего «скакуна». Прикрыв глаза, он втянул воздух полной грудью. Наслаждение, которое он в этот момент испытал, сложно описать словами. Оно было сродни тому, когда после долгой разлуки зарываешься лицом в душистые волосы возлюбленной.

Из пролеска путники выехали на широкое плато. Под ним раскинулось укрытое ровным зеленым ковром ущелье. Его разделяла на две части быстрая горная река. Она омывала пологие берега и крутила мельничное колесо. Вдалеке клубился черный дым кузни. Многочисленные деревни окружили утес приграничного имперского города.

– Высокие Небеса…

– Великая Черепаха… – одновременно с восторгом выдохнули друзья. Город был настолько велик, что легко мог вместить в себя две столицы Лидуса. Его огромные башни и массивные стены украшали длинные красные флаги. Вместо шпилей раскинули крылья каменные изваяния драконов.

Вереницы повозок, груженных самыми разными товарами, медленно ползли по откидному мосту. Огромное количество людей на тварях всех мастей стояло в соседней очереди.

– Проклятье, – выругался Эйнен.

Делал он это очень редко, так что Хаджар тут же проследил за направлением «взгляда» друга. Тот внимательно следил за медленно увеличивающейся черной точкой в небе.

По мере того как точка увеличивалась, проступали ее очертания. Все яснее и яснее становилось видно, что точка была ничем иным, как небольшой парусной лодкой. Летающей по небу, клятой парусной лодкой, которая за считанные секунды преодолела расстояние, превышавшее километр.

Вскоре она, оставив двух друзей стоять разинув рты, скрылась за стенами города.

– Теперь я знаю, почему Парис так улыбался, когда мы рассказали о сотне монет, – проворчал островитянин. – Что-то мне подсказывает, Хаджар, этой суммы нам едва хватит, чтобы оплатить путешествие до Даанатан.

Хаджар сглотнул и слегка заторможенно кивнул. Парис рассказывал, что путешествие, которое их ожидает, будет весьма простым и быстрым, но захватывающим дух. Он обещал такое зрелище, что им позавидовал бы любой смертный.

– Пойдем. – Хаджар пришпорил пустынного ворона.

Они пересекли ущелье и въехали в город. Стражники взяли с них плату размером в четверть монеты! С каждого! Грабеж средь бела дня пришлось оставить без ответа.

Въехав под огромную арку, друзья оказались на проспекте столь широком, что на нем могли свободно разъехаться шесть карет. Количество людей самых разных национальностей и ступеней развития поражало воображение.

Хаджар, искавший по выданной им Парисом карте порт, заранее предполагал, что им нужно будет проплыть по реке или нечто в этом роде. Но буквально полчаса назад его уверенность в этом несколько уменьшилась.

Полностью же она исчезла, когда они действительно доехали до порта. И за исключением маленького нюанса в виде пришвартованного к причалу, летающего на плотном кучевом облаке парусного фрегата, это действительно был самый обычный порт.

Поднявшись (не без страха) по трапу, они спросили у боцмана, во сколько обойдется путешествие до столицы.

– Шестнадцать монет, – будничным тоном, гоняя при этом матросов, ответил он. – С каждого.

Помянув недобрым словом Париса и Рахаима, друзья взошли на корабль. Выбора у них особого не было. На пустынных воронах путь до столицы через все земли империи, с учетом, что они не сделали бы ни единого привала, занял бы около двадцати одного года.

Во время полета Хаджару с Эйненом пришлось помогать матросам и служивым защищаться от гарпий, отражать налеты небесных пиратов, преодолеть два шторма, один из которых создало существо столь могущественное, что капитану пришлось использовать артефакт силы Повелителя. Они справились с болезнью, похожей на цингу, едва не свалились с края корабля и пережили еще несколько весьма опасных приключений.

И все это – за первую неделю полета.

На третью неделю их новые одежды превратились в изорванные лохмотья, фрегат едва-едва держался в воздухе, и на прекрасные изумрудные купола Даанатана он не приземлился, а едва не упал.

Скряга капитан отказал в выплате хоть небольшого вознаграждения за посильную помощь.

В итоге, поплутав по лабиринтам кажущегося бесконечным города, друзья оказались перед огромными вратами.

Глава 425

Еще будучи на борту, Хаджар смог в полной мере оценить великолепие столицы Дарнаса. Город раскинулся на бескрайней равнине, покрытой лугами и цветочными озерами.

Его стены возвышались не меньше чем на двадцать метров, а шириной были таковы, что на их парапете можно построить несколько домов. Величественные дворцы и замки возвышались внутри города, а по центру находился запретный регион. Накрытый волшебной облачной пеленой, он был сокрыт от глаз, но именно это и придавало Даанатану еще больше величия.

Улицы города были шириной с проспекты, а проспекты – с торговые тракты. В небе парило несколько десятков летающих кораблей, сотни парусных лодок. Неисчислимое множество адептов взлетало и приземлялось на разнообразных крылатых тварях.

По улицам ходили горожане настолько разношерстные, что порой Хаджар видел даже те народности, о которых Южный Ветер упоминал лишь в своих, забытых всеми легендах.

Все школы, которые располагались на территории Даанатана, обладали не только массивными и красивыми воротами, но и находились на возвышенностях. Выглядело это чрезвычайно волшебно. Огромные куски земли были будто выдавлены из общего массива. Внезапно улица упиралась в десятиметровую скалу, на вершине которой на ровной глади плато стояли многочисленные павильоны и замки.

Нетрудно догадаться, что город был настолько велик, что у простого смертного не получилось бы пересечь его пешком из одного конца в другой и за две недели.

После приземления, когда Хаджар с Эйненом пошли по улочкам, они порой останавливались около разных лавок и магазинов. В основном – около книжных, оружейных и алхимических.

То изобилие, что было в них представлено, оставляло в тени аукцион подземного города. Здесь, казалось, можно было найти все, что только может себе представить практикующий (ныне адепт), вылезший из колодца под названием «окраинные королевства».

Но если товары глаз радовали, то цены заставляли сердце замирать. За некоторые свитки техник продавцы могли запросить до сотни монет, за артефакты уровня Неба – от полутора и выше, а алхимические лавки и вовсе заставляли жмуриться. Ценники там частенько обладали тремя нулями.

– Сегодня пятый день экзамена… – звучало со всех концов улиц.

– Предпоследний день! – восторгались люди.

– Адепты со всех концов страны приехали в город, чтобы испытать удачу!

И это не было везением со стороны Хаджара и Эйнена, что они успели к концу шестидневного экзамена. Еще покидая подземный город, они рассчитали время пути так, чтобы выехать с запасом.

Если бы все прошло гладко, они бы приехали за неделю до начала. Но, как говорится, человек предполагает, а Вечерние Звезды насмехаются. Из-за многочисленных задержек в пути они едва не опоздали.

Величественные врата школы Святого Неба напоминали лицевую половину военного замка. Массивные и тяжелые, вделанные в стену, покрывшую часть скалы, на вершине которой и расположилась территория школы.

У подножия, на мощеной камнем площади собралось немало народа. Все они ждали полудня. Часа, когда врата откроются и любой желающий сможет попасть во внешний двор школы, где и пройдет испытание.

– Впечатляет, не правда ли? – с придыханием спросил Эйнен.

Хаджар уже собирался ответить, как ему в затылок что-то мягко ударилось. Он обернулся и увидел покатившийся по площади кожаный мяч. Дети, так неудачно распорядившиеся игрушкой, куда-то пропали.

Нагибаясь, Хаджар вновь ощутил, как что-то приземлилось ему на голову. На этот раз «чем-то» оказалась капля дождя. Сначала одна, потом другая, третья, пока на открывших зонтики людей не обрушился настоящий ливень.

– Дождь… – произнес Хаджар. – Дождь!

Раскинув руки в разные стороны, будто глупый мальчишка, он стоял под проливным дождем и подставлял ему лицо. Позволял смыть всю грязь, всю пыль и весь песок, что попали ему глубже, нежели просто на лицо.

Долгожданный дождь, которого он не видел на протяжении трех долгих лет. C тех самых пор, как покинул Лидус, он не видел ни единой капли, упавшей с неба. И сейчас он с наслаждением окунался в эту прохладу, от которой большинство людей прятались под зонтами и навесами.

– Друг мой, – позвал Эйнен.

Хаджар открыл глаза и в этот же момент обнаружил островитянина, занятого знакомым Хаджару занятием. Эйнен, стоя на одной ноге, второй подбрасывал в воздух мяч, набивая его таким образом, чтобы он не касался земли.

Нет, земного футбола в этом мире не существовало. Его заменяла популярная среди детей игра «Солнце». Суть ее была проста. Нужно было, набивая мяч, пасовать его другому игроку. Тот же, кто первым не сможет принять, набить и отправить обратно – проиграл.

Некая помесь футбола, бадминтона и тенниса.

Ни Хаджара, ни Эйнена, также радующегося дождю, не волновало, что с ливнем их край площади тут же превратился в грязевое месиво. Они, смеясь, падая в грязь в самых сложных пируэтах, перебрасывались мячом.

Абитуриенты школы Святого Неба смотрели на это с неприкрытым презрением. Зрители и провожающие поддерживали своих друзей, детей и «хозяев» теми же взглядами.

Какое-то время Хаджар даже не замечал, что за их игрой наблюдают. Не потому, что людям было интересно, а просто в ожидании открытия врат заняться было абсолютно нечем.

Хотя вскоре внимание толпы отвлекло более завораживающее зрелище. В противоположной от Эйнена и Хаджара стороне два абитуриента устроили драку. Оба находились на средней стадии Небесных солдат. И несмотря на то, что выглядели они как молодые люди в расцвете сил, возраст их мог ограничиваться двенадцатью годами.

Слишком сильно процесс становления истинным адептом влиял на телесную структуру. Он приводил ее в настолько идеальную форму, насколько только позволяли гены.