- -
- 100%
- +
© АНЕМОНА @ КЛЕВЕР, 2022
ISBN 978-5-0059-4078-0
Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero
НЕОБЫЧНОЕ СВЕЧЕНИЕ
Это московское летнее утро было настолько серым и хмурым, что, когда Олег проснулся, он совсем не хотел вставать из постели. Он лежа смотрел через прямоугольник окна, как низко плывут серые ватные облака. Как будто среди летнего жизнеутверждающего марафона жарких солнечных дней один по ошибке был выдан осени.
Зазвонил будильник на телефоне, и Аня, даже не открывая глаз, одной рукой отключила нарушающую тишину мелодию.
– Так, еще пять минут и встаю – сказала Аня то ли себе, то ли подушке, в которую было погружено ее лицо.
Олег выждал пять минут, которые так были нужны его любимой женщине, вставать из постели все еще не хотелось:
– Ань, давай сегодня не поедем в офис, а? Давай «с удаленки» поработаем? Смотри какая там погода «нелетная».
Аня вынырнула головой из подушки и посмотрела в окно:
– Да. Печальное небо сегодня, еще и заплачет, наверное. А я же с ребятами разобрать контент-план в офисе договорилась, всех туда позвала приехать. Живая встреча в разы сокращает время на обсуждение. Блин, неудобно. Побегу я все же. Еще минут пятнадцать поваляемся, а завтракать дома не буду. В офисе кофе возьму и что-нибудь перекусить.
Аня легла на спину и стала смотреть в прямоугольник окна вместе с Олегом.
– А ты оставайся, раз уж тебя тоска накрыла. Но сильно ей не предавайся! Что-то ты задумчивый сегодня такой, что с тобой?
– Знаешь, вот думаю сейчас лежу. Мы с тобой уже два года эти переходы на новый уровень людям производим, неужели так и вся жизнь наша будет проходить?
– Как так?
– Ну так. Работа эта, на которую, не скажу, что совсем скучно ходить… но, не горит уже глаз, понимаешь? И миссия наша с черной картой… Нет, но тут еще бывает гордость и радость от проделанного, но в целом-то одно и тоже… С первого уровня на второй, и снова с первого на второй. Блин, как в начальной школе. Монах, хитрый жук, себе комплексную программку для транзитников придумал – кто пройдет весь путь, того принимаем на четвертый. Да еще куражится, каждый раз.
– Конечно! Это же Монах.
– Я и говорю. И живет на стыке старой и новой реальности, а не в этом сотни раз перепрограммированном городе.
– Так! Я уже начинаю сомневаться, что надо тебя тут одного оставить…
– Нет, ты беги, как и задумала. Мне надо побыть со своими мыслями наедине, что-то важное напрашивается в голову. Может в обед еще прогуляюсь возле дома, если дождя не будет. На свежем воздухе и мысли свежие!
И оба переглянулись с ухмылкой по поводу свежести воздуха в мегаполисе.
– Ладно, вечером обсудим все это в деталях – сказала Аня, выпрыгивая из постели. И быстрыми движениями отыскав только один тапочек под диваном, почти бегом отправилась принимать утренний душ.
– Конечно, любовь моя, – улыбаясь подтвердил ее предложение Олег, отслеживая быстро удаляющиеся в ванную яркие шортики с бабочками.
«День начался, приветствую тебя прекрасная новая жизнь!» – Олег, потягиваясь, прокрутил привычную мантру в голове. «Нет, она еще не стала шаблоном! И это хорошо!» – отметил он в своих ощущениях, – «Пора заняться планом на день».
Аня, как ураган прокрутившись по квартире в быстрых сборах, очень скоро из нее выпорхнула.
Все – тишина и порядок. Олег приготовил себе кофе и включил компьютер.
Рабочий день прошел на одном дыхании.
Погода к вечеру стала лучше, ветер разогнал облака, и на небе были видны легкие бирюзовые просветы. Олег закончил все, что планировал. Оставалось несколько общих встреч с коллегами по онлайн звонку, но на них можно было просто «повисеть». Самое нелепое времяпровождение – это общие встречи с нечеткой повесткой. Можно их в дороге одним ухом через наушник слушать, вероятность, что тебя там о чем-то спросят близка к нулю. Лучше потратить время с большей пользой: погулять и «поохотиться» на «транзитников».
Олег и Аня были вместе более двух лет. Встреча их состоялась, когда Олег уже открыл для себя реальную картину мира, в котором они жили. «Новая реальность» была некоторой программой, грамотно навязанной человечеству и транслируемой через специальные небольшие устройства, встроенные в новые средства связи и бытовую технику. Приборы, которые навязывали реальность, назывались боксами. Монах, рассказавший Олегу, как реально обстоят дела, часто делал отсылки к известному фильму «Матрица». Только в текущей «новой реальности» нельзя было все решить победой над машинами, да и Нео в рядах знакомцев Монаха тоже не было. Ребята решали несколько иную задачу, чем спасение всего человечества. Они помогали людям, нуждающимся в развитии, но из-за работы программного обеспечения «новой реальности», не имеющими такой возможности. Развернутое на большой масштаб программирование внедряло так называемые «заглушки» в сознание людей. И люди, в ком назрела активная необходимость сделать шаг, и выйти на новый уровень себя, топтались на месте, откладывая важные решения и действия из-за страха, несобранности, погружения в какие-то бытовые рутинные вопросы.
Миссия Олега и Ани была в том, чтобы найти таких людей, идентифицировать их потенциальный уровень для перехода и ликвидировать «заглушку». Дальше человек, освобожденный от вирусной программы, сам свободно шел к своим изменениям.
Поисковым инструментом для идентификации людей, требующих перехода, которых ребята называли «транзитники», был светящийся камень в кулоне Ани. Этот артефакт Аня получила лично от Монаха. Откуда сам Монах брал такие предметы было для всех тайной, которую объяснять всерьез он не хотел.
При приближении к «транзитнику» камень в кулоне начинал светиться. От цвета свечения можно было делать вывод, какой человек попал в его зону действия. Инструктаж гласил, что в обществе существует три варианта «переходников».
Первый тип перехода указывался оранжевым свечением. Такой человек созрел для расширения коммуникаций и поля деятельности в социуме. Как правило среди таких кандидатов были люди, переходящие от наемного труда к собственному бизнесу, либо начинающие лидеры каких-то небольших групп людей, ориентированных на совместную активную деятельность, без какой-либо глубокой идеологии. Примером таких групп могли бы служить сообщества домохозяек или объединения экспертов по цепочкам поставок в фармацевтике. Эти люди на новом уровне должны были научиться активному взаимодействию с новыми людьми и получению из этого «выгод», включая деньги. А деньгами и ресурсами далее нужно было научиться правильно управлять.
Второй тип перехода можно было определить по желтому свечению. Желтые «переходники» уходили из мира чистого потребления, удовольствия и денег в сторону долгосрочной миссии, организации крупных проектов, влекущих изменения общества. Ответственность не только за свое ближайшее личное окружение, но и за общество, в котором они живут – вот вызов для этого уровня транзитов. Сюда попадали люди, которые должны были возглавить крупные управленческие структуры, общественные лидеры, несущие идею в массы, либо герои, в привычном нам смысле.
Третий тип перехода, самый редкий, показывал свечение изумрудно-зеленого цвета. На данную ступеньку обычно попадали люди, которые уже достигнув успехов в своей миссии, имея немалое уважение и власть, должны были отбросить все свои страхи, забыть про свои заслуги и начать жить в гармонии собой в своем личном творчестве. Как говорил Монах, главное было в том, что эти люди должны были сбросить с себя ценностную «шелуху» социума и начать слушать свою душу. И если на желтом переходе, люди должны были научиться ответственности и контролю, то на зеленом им нужно было отказаться от контроля и доверить свою судьбу течению жизни. В социуме этих людей по каким-либо регалиям или видам занятий различить было нельзя, каждый после такого перехода шел сугубо своей дорогой. Но все, кто сталкивался в жизни с людьми, перешедшими на зеленый уровень, чувствовали их глубокую любовь к миру, добро и мудрость.
Кулон четко светился, если в его поле попадал «транзитник». Но если рядом были люди стабильные по своим текущим положениям сознания, то свечения не было. Также в мире присутствовали люди, запутавшиеся в уровнях, живущие социально не в соответствии со своим состоянием сознания и от того крайне несчастные и неудовлетворенные, попавшие в ловушку чужих ценностей и несущие на себе этот крест, осознавая, что он тяжелый и чужой. Кулон их тоже не идентифицировал. Таким помочь ребята не могли, разве что провести психологическую беседу, авось сам поймет, что чужое надо оставить.
После появления цветового свечения в дело вступал второй артефакт, выданный Монахом. Это была пластиковая черная карта с прозрачным окошечком внутри. Картой управлял Олег. Карта, если ее навести на «транзитника», через окошечко показывала визуальный образ стоящей на человеке программы-заглушки. Это еще раз подтверждало точность работы кулона. Через оконце, вообще-то, можно было рассмотреть не только «переходников», но и всех остальных. Люди стабильных первого, второго и третьего уровней обычно отображались с ярким визуальным украшением соответствующего им цвета. Первый был красным, второй – оранжевым, третий – желтым. Четвертый уровень не менялся в визуальном варианте при наведении карты, так как эти люди становились сами собой. Запутанных людей через карту смотреть было опасно, так как нередко их путы могли причинить вред смотрящему. От этого поиск «транзитников» не делали напрямую картой, а использовали кулон. Карта при этом служила более значимой цели, она уничтожала «заглушку». Прямое наведение Олегом оконца карты на выбранного «переходника» разрушало корявые наросты «заглушек» в образе человека. Сознание освобождалось, человек начинал свой новый путь.
Ощутив в этот вечер желание посодействовать переходам, Олег решил прогуляться, о чем и написал Ане в мессенджер. Аня тоже была готова стартовать из офиса на вечернюю охоту. Договорились погулять на ВДНХ.
На этот раз место было выбрано верно, сразу после выхода из метро ощущалась живая атмосфера вечернего отдыха, свойственная ВДНХ. Яркая иллюминация, много людей и потоки уличной музыки. Настроение объективно улучшилось.
– Аня, спорим, мы еще не успеем дойти до трамвайных рельсов, как найдем нашего первого клиента? – Олег подмигнул.
– Ты уже, хитрец, нашел кого-то, видимо – улыбнулась Аня – с тобой только спорить.
– Вон смотри, парень со скрипкой, видишь?
Недалеко от выхода из метро стоял высокий крепкий парень лет двадцати. Вокруг него собралась достаточно большая группа людей, они снимали парня на телефон. Парень на скрипке играл зажигательные кельтские мелодии, и был настолько в это погружен, что кажется не замечал любопытства окружающих. Играл он действительно хорошо: легко, гармонично и в тоже время напористо. Звуки скрипки уверенно обволакивали все пространство вокруг парня, и, казалось, погружали слушателей в другую эпоху и страну.
Группа молодых людей поодаль уже перешла в пляс. Танец, как у нас часто водится, был произвольный – что-то среднее между ирландской джигой и кадрилью. Все это добавляло эмоции присутствующим.
Послушав еще пару мелодий, Аня и Олег решили переходить к действиям. Для начала надо было убедиться, что парень застрял в переходном периоде – в транзите. Косвенные признаки были. Во-первых, у него совсем не было каких-либо табличек, чтобы можно было найти его аккаунт в социальной сети или сделать онлайн перевод за понравившийся номер. Во-вторых, он, как будто немного смущался и совсем не поддерживал контакт с публикой.
– Ну что Аня, запускай свой кулон в действие, а потом уже я включу свою «тяжелую артиллерию».
Аня достала из сумочки черный длинный кожаный шнурок, на котором в лихих завитках проволоки поблескивал камень сантиметра три-четыре в диаметре. Камень походил на кусок кварца без окраса. Он был неровный, его стенки не были отшлифованы до зеркального состояния, потому камень не казался прозрачным. При этом он был очень притягателен, внутри него горел легкий перламутровый огонек.
– Ну вот, как и положено – оранжевый – указывая на камень, сказал Олег – с первого на второй уровень. А!
– Прекрасно! – улыбаясь, подтвердила Аня – у тебя на них нюх, на «оранжевеньких».
– Да нет, просто в нашей необъятной родине, очень много людей, которые умеют делать виртуозные вещи, а деньги зарабатывать на своем таланте не могут.
– Ну так естественно же, заглушки стоят.
– Естественно или нет, но сейчас мы ее вышибем!
Олег навел оконце черной карты на парня. Внешне, как обычно, в мире ничего сверхъестественного не происходило. Парень все также прекрасно играл, люди снимали его на свои телефоны, группа танцоров «зажигала» в очередном творческом порыве.
– Как считаешь, он сам дальше догадается, что делать? Или лучше подойти и рассказать элементарное? – обернулась Аня к Олегу.
– Пошли, пообщаемся, как раз у него смена мелодии.
Олег уверенно направился к музыканту, громко и нарочито хлопая в ладоши.
– Браво! Вот это музыка! – сказал Олег парню, а далее повернулся к толпе – ну как, отблагодарим парня за прекрасный концерт? Не убирайте телефоны!
– У тебя есть номер телефона с привязкой к счету? – подоспела к парню Аня.
Парнишка смутился, но продиктовал номер.
– Уважаемая публика, давайте отблагодарим, кто сколько может, любой комфортный вариант – продолжил подбадривать толпу Олег.
Люди делали переводы. Все-таки русский народ умеет и веселиться от души и благодарить.
Далее подсказав парню, что в следующий раз все свои реквизиты лучше сразу выставить рядом, и это будет честный обмен с миром, ребята пошли в сторону арки Главного входа Выставочного центра.
– Слушай, Олег, вот я все думаю, а может это вовсе не прогресс, что мы учим их брать деньги за свою хорошую работу? Ну играл он для удовольствия, это же не отнять. А есть деньги или нет, талант-то остался.
– Во-первых, ты сейчас смотришь на это через наше социалистическое наследие – и Олег провел рукой вдоль возвышающейся впереди арки – это в советской стране, талант не обменивали на деньги, он просто был для людей, но это время ушло и подкосило его отсутствие сформированного слоя людей второго уровня.
– Почему ты так думаешь?
– Все просто, второй уровень нарабатывает разнообразие связей, товаров, услуг. Да, они работают за деньги, барыги – как сказали бы раньше, или предприниматели – как сейчас. Вот разнообразия, элементарного бытового разнообразия, в советской стране и не оказалось. А капитализм нам его вывалил. И что в результате? Порушил нестройную идеологическую систему потоком импортного шмотья и продуктов в цветных фантиках, по которым тосковало сердце советского человека. Вывод: в гармоничном обществе должны быть все уровни – один, два, три, четыре.
– Поняла. А во-вторых, что?
– Во-вторых? А! Давай вернемся к конкретному парню. Вот, например, вышел он на незнакомый круг людей себя показать, а денег брать не стал, связи не наработал. Раз вышел выступил, второй… А потом думает, да ну такое выступление, лучше дома посижу поиграю. Никакой радости, да и родня потешается. То есть не восполнил он свои трудозатраты ничем. И уже дальше играть родным настроения нет…
– Почему ты так думаешь? Может он получил душевное удовлетворение от того, что проявляет себя миру, людей радует, живет в соответствии со своим предназначением? Что скажешь?
– Странный вопрос от тебя, если честно. Если реально получил удовлетворение, как ты говоришь, то это уже не «оранжевенький», а «зелененький». Только четвертый уровень восполняется тем, что делает предназначенное и в том числе бесплатно.
– Ну да. Все время считаю, что люди также себя ощущают, как я сама – улыбнулась Аня – продолжай про нашего парня.
– По мне все просто. Сидит парень на первом уровне, оттачивает мастерство, опереться на это мастерство страшно, хоть друзья и родственники могут хвалить и гордиться. Страшно сделать шаг в неизвестное, жутко страшно – вдруг неудача, все родные и близкие посмеются. Да и «заглушки» отрабатывают свое, конечно, чтобы не дать шагнуть вперед. Переход на второй уровень – это осознание, что за твой талант тебе готовы платить совершенно незнакомые люди, это как выход из кокона своего ближнего круга на простор. А там дальше начинаешь осваивать этот простор. Это ведь тоже надо иметь устойчивое желание продолжать, даже если есть периоды неудач. В итоге деньги появляются, их можно потратить на развитие, освоить еще что-то. Увидеть третье-четвертое, а там гляди и цель жизни выстроить – и уже старт на третий уровень.
– Да, все логично. Ну что, у нас еще кто-то сегодня попадется для транзита?
– Так ты свой поисковый камень вытаскивай, вон сколько народу. Может что-то другой расцветки выдаст нам судьба.
– Да, не особо надейся. У нас общество «деток», если смотреть на осознанность. Что есть, то есть. И знаешь, это ведь не плохо и не хорошо. Просто условия, в которых мы сейчас находимся. Наша работа с тобой в детском садике человечества.
– Не боись, всех вырастим! Интересная аналогия про детский сад, мне бы не пришло такое в голову. Значит будем учить их есть кашу и завязывать шнурки!
– И варить кашу тоже научим когда-нибудь, – улыбнулась Аня.
Они прошлись по центральной аллее комплекса до конца и обратно. Аня не убирала кулон и периодически водила камнем вокруг, но гуляющие на ВДНХ люди сегодня были стабильны на своих уровнях, настоящих или запутанных. Камень не мерцал внутри.
– Видимо, нам Олег выпал случай просто погулять сегодня. Как твоя хандра? Развеялась за день?
– Работа всегда отвлекает мысли от развития, в этом ее плюс.
– А почему мысли о развитии вызывают в тебе хандру? Совсем не думала, что так.
– Знаешь, мне один вопрос закрался в голову. Вот мы с тобой ни разу людей на четвертый уровень не переводили. Да и в окружении их нет, только вокруг Монаха. Совершенно не понятно, что такими как мы движет дальше. Четвертый – это предел?
– Ох, вот это вопросы у тебя…
– Нет, я же не просто так. За собой смотрю. Любой переход, он зреет, что-то резко начинает подталкивать тебя из зоны комфорта. Вот во мне что-то зреет, а понять, что это, не могу. И ответов нет. И Монах ничего не рассказывал дальше.
– Может возьмем отпуск и к Валере съездим? Где он сейчас?
– Не знаю. Надо с Мишкой связаться, может он в курсе.
– Да, давай так и сделаем. Ты говоришь, что что-то зреет, как это ощущается? Поделись.
– Знаешь, самое ключевое, это вопрос себе: «А я действительно своей жизнью живу?» Какая-то главная суть неуловимо ускользает. Эта работа на «удаленке» с пустыми созвонами с коллегами, и бешенной трелью сообщений в чатах, эти редкие переводы людей между уровнями – это реально та самая «своя жизнь», это то, что называется «быть собой»?
– Так, ну-ка дай мне карту.
– Держи. А что?
Аня навела оконце черной карты на Олега.
– Ну я так и думала!
– Что там?
– Ты опять оброс шелухой, пора стряхнуть – и она заливисто рассмеялась.
Шутка удалась. Олег, улыбаясь, даже стряхнул рукой что-то невидимое с плеча.
– Ладно, прекрасный вечер, но пойдем уже домой Аня.
Проходя мимо арки, Аня немного задержалась, рассматривая советские барельефы.
– Да, верно ты сказал, не хватало этим людям разнообразия в жизни, не веселы они все. Хотя какую мощь построили!
Все внимание ребят было приковано к арке, как завороженные они рассматривали советские скульптуры, подняв головы вверх. При том машинально, почти как на автопилоте, они продолжали двигаться вперед на выход. В результате их невнимательность не обошлась без происшествий. Олег нечаянно натолкнулся плечом на женщину, которая заходила в арку во встречном потоке.
– Ой! Простите, пожалуйста! – смутился Олег.
В глазах его читалось искреннее сожаление. Он как будто вернулся с небес на землю. Женщина была высокая и статная, как раз схожая с теми барельефами на арке, но только в лице ее, в отличие от каменных советских женщин, жила какая-то особая эмоция.
Женщина улыбнулась:
– Будьте осторожны, внимание в наше время очень дорогая штука. Где ваше внимание, там и ваша жизнь.
– Да, конечно. Еще раз извините, странно как-то зазевался.
Олег посмотрел на Аню, ища поддержки. Аня стояла рядом, широко открыв глаза и приоткрыв рот от удивления. Женщина последовала далее, куда намеревалась.
– Что с тобой? Ты как будто приведение увидела? – тревожно спросил Олег.
Аня, все еще провожая взглядом женщину, протянула в сторону Олега руку с кулоном.
– Смотри!
Кулон светился нереально красивым бирюзово-голубым светом. То ли отблески неба, то ли отблески моря в ясную погоду просвечивали из сердцевины камня.
Пришло время для удивления со стороны Олега:
– Что это? Как такое может быть?
Олег хотел было взять у Ани камень, но искра стала затухать. Женщина удалялась от ребят.
– Аня, пошли скорее следом! Ее нельзя потерять из виду!
Плана у ребят не было никакого, но повторить незнакомый эффект и выяснить его причины можно было только рядом с этой женщиной. Приближаясь к незнакомке, они обсуждали, что делать:
– Тебе не кажется, что странно будет сейчас навязываться со знакомством? И ходить за ней следом, тоже странно будет. Она же заметит нас.
– Аня, думаю лучше как-то прямо сказать все.
– Что все? Давай ты сейчас через карту на нее посмотришь, пока близко не подошли? Она ведь «переходница», раз камень горит. Помнишь, ты про чакры рассказывал, за «зеленой» следует «голубая», та, что по центру горла. А это значит у нее есть «заглушка» прямо на шее, ты увидишь сразу.
– С ума сошла? Мы вообще не понимаем, с чем имеем дело. Про уровень выше «зеленого» Монах ничего не говорил, это все мои теоретические выкладки были. Я не буду в карту смотреть. Эдак может шандарахнуть, если ошибочка выйдет. Знаем, проходили.
Камень в кулоне стал снова набирать внутреннее свечение.
– Что ей говорить? Все мысли из головы вышибло! Совсем как идиоты будем за ней с тобой таскаться! – бормотал тихо Олег.
Но женщина сама остановилась, обернулась и, заметив ребят, направилась в их сторону.
– Вижу, столкновение было каким-то судьбоносным – она похоже шутила, – что-то хотели ребята?
– Да. Это сложно объяснить, будет звучать как-то нелепо, наверное. Но у нас стойкое ощущение, что Вы какая-то иная, как будто не отсюда, не с этой планеты, – выдал Олег.
– Вы меня за инопланетянку что ли приняли? – она улыбнулась.
– Да нет, – решила дополнить Аня, – я бы наоборот сказала, что весь народ тут чужой, а Вы, как будто отсюда, с этой планеты, Настоящая.
Женщина еще больше улыбнулась:
– Так и не пойму, что вы хотите мне сказать! Меня зовут Майя. Давайте так, вы запишите мой телефон, и я буду рада с вами пообщаться про эту и другие планеты чуть позже. Сейчас меня ждет подруга, не хотелось бы опаздывать, она из другого города проездом, очень редко видимся, сами понимаете. Можете писать в мессинджерах. Или вот что – приходите-ка на концерт, там поговорим.
И Майя протянула ребятам свою визитку. На том и откланялись.
Визитка гласила: «Майя. Гонг-медитации, звукотерапия и этномузыка», ниже был телефон, мэйл и аккаунты соцсетей.
– Вот как! – подняв брови вымолвил Олег, – что с этим делать будем?
– Пойдем домой, переваривать! – с глубоким вздохом ответила Аня.
– О, да! Я бы что-нибудь уже начал переваривать. Что у нас там дома? Окрошку я всю съел днем, пока работал не покладая рук, а вот вареники можно отварить с картошечкой и грибами! Ух, и лучок поджарить до золотистого цвета!
– Ну так давай скорее уже поедем и поедим! – завершила Аня.
Ребята направились с выставки домой.
МИР НОВЫХ ЗВУКОВ
Визитка Майи содержала ссылки на все социальные сети. И из любого ее аккаунта можно было подчерпнуть достаточно информации о жизни этой необычной женщины. Было много фотографий и видео, где она пела, либо играла на своих экзотических музыкальных инструментах. Были рекламные посты, приглашающие посетить терапевтические, либо просто душевные музыкальные сессии. У Майи было много подписчиков. Концерт, на который она позвала Аню и Олега, должен был состояться, судя по рекламе, в будущие выходные в одном из помещений йога центра на набережной Москвы-реки. Майя должна была петь и играть на большом гонге с названием «AIR COSMO». Как звучит гонг из записей было непонятно, но сама Майя неоднократно говорила в интервью, что этот звук настолько необычен, его невозможно передать через записывающие устройства. Выглядел же этот инструмент очень впечатляюще – как большой золотой глаз бога-великана. Это был металлический золотой диск, с глянцевой круглой сердцевиной-зрачком, от которого по металлу расходились радиальные полосы-бороздки радужки. Майя на фоне своего инструмента на фото выглядела хрупкой девочкой. Кроме Майи с гонгом в концерте должны были участвовать еще два музыканта. Один известный этнический перкуссионист, мастер, освоивший все виды рамочных барабанов всех стран мира. Второй – высокодуховный и глубокий музыкант-флейтист, чьи импровизации соединяли людей с высшим миром, во всяком случае, так писали в отзывах. Купив билеты за некую символическую плату, Олег и Аня стали ждать выходных.