Девочки в тайге

7

Время пролетело незаметно — когда они выбрались из тайги, уже близился ужин. Прощаясь с девочками, Катя еще раз пообещала хранить их тайну.

К ее досаде, за ужином к ним с отцом присоединилась Елена. Но поскольку именно она принесла еду, выражать недовольство было бы как минимум невежливо. Кроме того, к чаю она припасла такой вкусный пирог, что Катя смягчилась и даже разделила на всех шоколадку из своих запасов.

— А как образовалась эта деревня? — спросила она, пододвигая фольгу с ровно поломанными кусочками. — Ее ссыльные построили?

— Вот спасибо, люблю шоколад, а здесь он стоит бешеных денег… Нет, эту деревню построили местные. Сама ведь видишь, тут одни якуты да эвенки. Но когда именно и как она появилась, никто точно не знает. Скорее всего, люди просто охотились в этих краях, да и осели в конце концов. Как обычно.

— Но работы как таковой тут нет, верно? — спросил Сергей Васильевич.

— Немного есть. Ну вот учителя в школе работают, продавцы, на почте пара человек. Кто-то плотничает, кто-то шьет. Некоторые уезжают на заработки в город. А остальные в основном охотятся и рыбачат. Понравилось тебе у нас, Катя?

— Ну, в принципе… Ребята у вас милые. И тайга красивая.

Лицо Елены неуловимо изменилось — последняя фраза явно ее насторожила.

— Ты ходила в тайгу?

— Нет, — на всякий случай ответила Катя. — Но вообще-то собиралась. А что? Мне сказали, животные к деревне не подходят.

— Ну, бродить одной по лесам все равно последнее дело, — сказал Сергей Васильевич. — Потом вместе сходим, ладно?

Катя хотела возмутиться, что она уже не маленькая, но тут вмешалась Елена:

— Давайте сделаем так. Я попрошу Федора Степановича, он держит оленей неподалеку, и он вас отведет. И по тайге пройдетесь, и оленей посмотрите. А сами лучше не ходите. Места тут довольно опасные, мало ли что…

— Чем опасные?

Елена замешкалась с ответом, и Сергей Васильевич осадил дочь:

— Перестань, Катя, сказано же — одним лучше не ходить. Лес вообще потенциально опасное место, а тайга — тем более.

— Да, конечно, — поддакнула Елена и снова потянулась за шоколадом.

Сергей Васильевич вернулся к обсуждению уроков. Кате неинтересно было слушать о различных методиках, но она не хотела оставлять отца наедине с Еленой и сидела рядом, медленно прихлебывая остатки чая и думая о своем.

Странное место в тайге не выходило у нее из головы. Что скрывалось в земле? Кому принадлежал этот предмет? Почему девочки вообще решили зайти так далеко и как обнаружили лаз?

Вспоминая нависающую вокруг чащу суровых деревьев, Катя внутренне содрогалась, однако ей все равно хотелось вернуться. Она решила, что поможет девочкам достать лопату. Откопают штуковину — и дело с концом.

Наконец Елена засобиралась домой.

— Приходите завтра ко мне в гости, к обеду, — пригласила она.

— Спасибо, обязательно придем.

Катю не обрадовала перспектива похода в гости, хотя других дел у нее, конечно, не было.

Вымыв посуду, она по просьбе отца просмотрела планы завтрашних занятий — ничего сложного, — затем позаимствовала ноутбук в надежде отыскать какой-нибудь сносный фильм — Сергей Васильевич сказал, что предусмотрительно скачал штук двадцать.

Их вкусы заметно отличались. Он любил документальные фильмы об истории и войне и психологические драмы. Катя предпочитала приключения, а если документалки — то о животных или экологии. Видимо, отец решил угодить им обоим, но вместо того, чтобы загрузить и того, и другого, выбрал третье — мистические триллеры, детективы и мелодрамы. Кате совсем не хотелось пугаться на ночь глядя, а мелодрамы она не любила, потому продолжила поиск. Так она набрела на папку с названием «Для Як.». Катя расшифровала это как «Для Якутии» и подумала, что это файлы, подготовленные отцом к урокам в Симилэхе. Там могли отыскаться англоязычные фильмы, и, действительно, в папке нашлось несколько видеофайлов. Только вот почему-то ни один из них не желал открываться. Катя кликнула на один, другой. Ошибка формата.

Катя была в недоумении. Отец неплохо разбирался в компьютерах и перед занятиями всегда тщательно все проверял во избежание казусов. Видеофайлы и презентации у него обычно запускались. Да Катя и сама знала — конкретно этот формат всегда воспроизводится.

На всякий случай она снова щелкнула на один из файлов — наугад. И тот вдруг открылся.

Видео было в серых тонах и, похоже, без звука — из динамика доносились лишь тихие щелчки и потрескивание. Сначала Катя совсем не понимала, что происходит, затем различила серое небо и такую же серую колышущуюся траву.

Какое-то время ничего не происходило, потом на горизонте замаячила фигура. Зернистая и подрагивающая съемка не позволяла рассмотреть ее как следует, но, по впечатлениям Кати, на человека это было мало похоже. Непонятное существо с темной шкурой и длинными тонкими руками передвигалось на четырех конечностях, осторожно, как зверь. Только морда была совсем не звериная — с двумя круглыми черными глазами и длинным острым клювом, опущенным вниз.

Видео оборвалось, когда существо приблизилось к оператору. Но расстояние между ними все еще было порядочное, поэтому Катя так и не смогла понять, что это за создание. И что вообще было снято — жуткий маскарад? Отрывок из ужастика об инопланетянах или зомби?

Кате это совсем не понравилось. Она сделала наугад еще несколько кликов, но ни одно видео больше не открылось.

Вставать и идти к отцу за объяснениями не хотелось, поэтому Катя оставила вопросы на потом. Она отложила ноутбук, взялась за книжку и вскоре задремала.

Ее разбудил странный звук — как будто рядом что-то скреблось, негромко, но настойчиво. Этот звук в конце концов вытянул ее из глубокого сна и заставил вздрогнуть.

Было темно. Катя хотела включить свет, но рука, потянувшаяся к выключателю, отяжелела и самовольно вернулась в спальник.

Прислушиваясь к глуховатому звуку, Катя поняла, что скреблись за окном. Это продолжалось от силы полминуты, затем все стихло.

«Зверек какой-нибудь», — решила Катя и перевернулась на другой бок.

Она закрыла глаза и приготовилась уснуть, как ночь вдруг прорезал рев. Точно такой же, как вчера, только теперь он доносился с другой стороны.

Скоро стало тихо, но Катя еще долго ворочалась, прежде чем смогла уснуть.

8

Утром Катя с трудом заставила себя умыться и прибрела на завтрак бледная и не выспавшаяся. Сергей Васильевич выглядел ненамного лучше.

— Плохо спала? Может, кофе?

— Давай, — Катя широко зевнула и принялась за приготовление овсянки, хотя предпочла бы яичницу или тосты с ветчиной и сыром. Но ни о том, ни о другом здесь мечтать не приходилось — по словам Елены, яйца и сыр привозили редко, и стоили они огромных денег, ну а о ветчине местные вовсе не слышали.

— Слышал рев ночью? — спросила она, когда они уселись за стол.

— Да, слышал. Такое впечатление, что кого-то резали, — Сергей Васильевич без аппетита поводил ложкой по вязкой овсянке.

— Ребята мне вчера сказали, что это, наверное, олень.

— Елена тоже так говорит.

Катя пристально всмотрелась в лицо отца, но оно оставалось бледным и безучастным. И то хорошо — ей совсем не хотелось, чтобы он заинтересовался этой Еленой.

— Слушай, я вчера у тебя на ноуте нашла папку «Для Якутии», там куча каких-то видео…

— Это мне отсюда скинули — как я понял, для знакомства с местом назначения. Но я не успел посмотреть. Что-то интересное?

Кате хотелось рассказать о единственной открывшейся видеозаписи, но она просто не нашла слов.

— Там ни одно видео не открывается. Ошибка формата.

— Странно… Гляну потом.

— Ты сказал, отсюда? Тут разве есть интернет?

— Проводной, в кабинете у школьного директора. Но сейчас он не работает.

На уроке Катя смогла отвлечься от мрачных мыслей. Целый класс подростков, перед которыми приходилось стоять навытяжку, заставлял ее чувствовать себя как на экзамене. Хотя она прекрасно понимала, что уровень английского у нее гораздо выше, чем у них, ей все равно казалось, что ребята ждут каких-то особых знаний, которых у нее нет.

Впрочем, вскоре напряжение отпустило. Почти все вели себя достаточно свободно — выкрикивали ответы с места, перешептывались друг с другом, передавали записки. Наблюдая за этими маленькими нарушениями, Катя расслабилась и даже бросила пару-тройку укоризненных взглядов. Кое-какие лица были уже знакомы. Эргис сидел на первой парте, Арылхан устроился позади и периодически тыкал его ручкой в спину. Лена и Айяна, как и в прошлый раз, спрятались в самом конце класса и были поглощены беседой друг с другом.

На первой половине урока от Кати особо ничего не требовалось — она только раздала работы, проверенные вчера отцом. Оценок он не поставил, что немало удивило ребят, просто указал на неверные ответы. Большую часть занятия посвятили работе над ошибками. Зато потом Сергей Васильевич без обиняков предложил Кате начать беседу на английском и попытаться разговорить хоть кого-нибудь.

Она чувствовала себя глупо, стоя перед классом и тщетно дожидаясь ответов на простые вопросы — «как у вас дела», «что нового» и на откровенную просьбу — «скажите мне что-нибудь». Те, кто не хихикал и не перешептывался, только задумчиво смотрели на нее и даже не пытались составить ответ.

Тогда Кате пришло в голову, что гораздо проще ответить на что-то более конкретное, и она спросила:

— Who lives in the forest?

Арылхан тут же выкрикнул со своего места:

— Deer!

— Bear, — добавил Эргис.

— Birds, — включилась девочка с третьего ряда.

— Girls, — тихо проговорила ее соседка.

Сергей Васильевич рассмеялся.

— Отлично, зверей вы знаете. Только давайте отвечать полностью — «в лесу живет олень». What is your name? — обратился он к девушке, которая высказалась последней.

У нее были красивые волосы пепельного оттенка, бледное лицо и печальные серые глаза. Вид — совершенно отстраненный. Она словно пребывала в другом мире и заглянула сюда по ошибке.

— Мичие, — сказала она так же тихо, не глядя на учителя. — My name is… Мичие.

— Мичие, твой ответ меня немного удивил. Girls — я не ослышался?

Мичие молча кивнула.

— Как переводится это слово? — не отставал Сергей Васильевич.

— Девочки.

— В лесу?

— Да.

Ситуация казалась вполне комичной, но в классе воцарилась полная тишина. Кто-то смотрел в парту, но большинство — на Мичие, и их взгляды отнюдь не были добрыми.

Эргис поднял руку и, не дожидаясь разрешения, сказал:

— У нас просто что-то вроде местной страшилки есть, про девочек в тайге.

— Ах, вот оно что. Это все объясняет, — Сергей Васильевич улыбнулся. — Ладно, теперь давайте научимся разговаривать как следует, а не только перечислять зверей… и других обитателей леса.

Он через ноутбук вывел на проектор простой диалог. Они с Катей озвучили его, затем Сергей Васильевич заставил учеников говорить и не успокоился, пока вопросы и ответы не стали отскакивать у них от зубов.

Катя слушала рассеянно, все ее мысли были заняты тайгой. Какая страшилка может быть о девочках? В отличие от отца, ответ Мичие не показался ей странным — в конце концов, вчера девочки в тайге были — Саина, Уйгуна, Варя, Милена, да и она сама. И вдруг — страшилка.

Она хотела расспросить Эргиса и остальных, а, может, и Мичие, но едва Сергей Васильевич объявил урок оконченным, класс опустел с фантастической быстротой. Катя вышла в коридор — никого.

Пришли малыши. Как и вчера, урок с ними прошел бодро, весело и практически безрезультатно.

Только на этот раз класс тоже быстро опустел. Катя удивилась, что даже Саина, Уйгуна, Варя и Милена не задержались, чтобы с ней поиграть. Они вместе с другими выбежали на улицу и быстро пошли прочь от школы.

Как будто все единогласно решили держаться подальше от учителя и его дочки.

9

Елена жила на центральной улице в самой середине деревни. Ее дом выгодно отличался от прочих: двухэтажный, сложенный из толстых отесанных бревен, с треугольной крышей и даже красивыми завитками по ее краям. Похоже, его отстроили совсем недавно, и он резко контрастировал со стоящей в углу двора неказистой банькой, которая, казалось, была готова развалиться на части от малейшего дуновения ветра.

Настроение у Кати упало еще сильнее. Она помнила о предложении посетить баню и очень на него рассчитывала, но в это строение даже заглядывать не хотелось.

— Пришли! — Елена встретила их на крыльце. Она радостно улыбалась. — Заходите, у меня как раз все готово.

В доме оказалось уютно: светлые стены без обоев, все чисто. Наверх вела крутая лестница. Все двери, кроме одной, аккуратно прикрыты. В большой комнате — накрытый стол. Рядом — диваны и пара кресел. Вдоль стен — полки с книгами и поделками из валяной шерсти. Катя подошла поближе, чтобы их посмотреть. Больше всего было животных, довольно милых, но ее взгляд сразу зацепился за три странные фигурки, стоящие рядком. Олень с перекошенной мордой, непонятное существо с огромными темными глазами, похожее на инопланетянина, и мамонт. Вместо глаз на его морду были нашиты две большие черные пуговицы, и это неприятно напомнило Кате чучело в гостинице.

— Вы садитесь, садитесь, — суетилась Елена.

Катя подошла к столу. Он был накрыт на троих.

— Вы что, живете одна?

— Да.

— В таком большом доме?

— Ну, это не совсем мой дом… Я приехала работать в школе, и меня поселили сначала у реки, а потом здесь. Раньше тут жила учительница географии и рисования. С семьей, конечно.

— А что с ней случилось? С этой учительницей?

— Катя, — Сергей Васильевич тяжело вздохнул. — Ну почему сразу случилось?

— Потому что дом вроде новый, — сказала Катя, усаживаясь за стол. — А учительницы нет.

— Могла переехать в город.

— Зачем тогда дом строила?

Елена рассмеялась.

— Ты, Катя, прямо как следователь. История и правда невеселая, поэтому давайте я расскажу ее попозже.

Она разлила по тарелкам горячую уху — густую, наваристую, с большими кусками рыбы и умопомрачительно вкусную. На второе была оленина с вареньем из брусники. Катя жалела несчастного оленя, но не могла не признать, что блюдо замечательное.

Беседовать стали о работе — Елена интересовалась процессом обучения, спрашивала об успехах и поведении учеников. Катя слушала молча. Ей хотелось узнать о девочках в тайге, но она не решалась встревать в разговор, думая, что отец снова ее осадит, а Елена сошлется на невеселость истории или на что-нибудь еще.

К счастью, Сергей Васильевич взялся за дело сам. Он рассказал о случае на уроке как о забавном моменте и прямо спросил, что за история с девочками.

Катя ясно увидела — вопрос Елене не понравился, но она скрыла это за натянутой улыбкой.

— Это и впрямь страшилка… Но вы же, Сергей Васильевич, не любите мистические истории.

— Не то чтобы не люблю, просто я по натуре скептик. Но расскажите, мне интересно.

— Ничего особенно, на самом деле. Пару лет назад в тайге кто-то увидел огни. Подумали на охотников, но на следующий день заметили эти огни снова, и Анатолий Власович, слесарь наш, пошел посмотреть. Заявил, что по лесу бродили девочки с фонарями в руках. Не современными, а старинными, знаете, такие фонари… Керосиновые.

— О господи! — Сергей Васильевич даже руками всплеснул. — Только не говорите, что этот Анатолий Власович бросился бежать, оставив детей.

— Он сказал, если правильно помню, что думал к ним подойти, а они — от него в чащу. Он тогда всех перебудил… Ему мало кто поверил, он пил много. Но на всякий случай проверили все дома, где жили дети. Все были на месте, кроме одной девочки, Жени Улановой. Она была приезжая, у нее тут тетя жила — та самая учительница из этого дома. Не маленькая уже девочка, Катина ровесница… Пошли в тайгу искать, но ни следа не нашли. С тех пор и пошли разговоры, что Женю забрали эти девочки. В свое призрачное сообщество, — Елена невесело улыбнулась.

— Значит, эту Женю не нашли? — спросила Катя.

— Не нашли, но она могла в реке утонуть или в самом деле потеряться в тайге, безо всяких призраков. К сожалению, иногда такое бывает.

— Значит, вы не верите в эту историю?

— В эту — нет, не верю. Может, Анатолий Власович и видел девочку в тайге, вот только в глазах у него могло двоиться. Напугал небось своим криком ребенка… Да мало ли. — Елена пожала плечами. — В общем, вот почему вам не стоит бродить по тайге. Потеряться очень легко.

— Значит, эта Женя жила здесь? — спросила Катя. — Это ее игрушки?

— Это в основном Натальи, тети ее. Женины, кажется, только эти, — Елена махнула рукой на ту полку, где стояли три жутковатые фигурки. — Наталье было не по себе после исчезновения племянницы. Тоже говорила о девочках в тайге. Все мерещилось, что Женя где-то поблизости ходит. Директор школы нашел ей место в ближайшем городе, и она уехала.

Елена принялась собирать пустые тарелки. Катя хотела помочь, но она сказала не беспокоиться и стала готовить стол к подаче десерта — огромного пирога с брусникой.

Катя подумала, не из-за этой ли страшилки Милена сказала пугающее «Сюда никому нельзя»? Может, Женя Уланова пропала где-то поблизости. Хотя, конечно, Елена права — детям в любом случае не стоит ходить по тайге.

За ароматным чаем разговор зашел о грядущем походе к оленям.

— Я уже договорилась с Федором Степановичем, он вас отведет, — сказала Елена. — На это стоит посмотреть, больше такого нигде не увидите. Добраться туда нетрудно, да и сама дорога очень красивая. Уверена, вам понравится.

Закончив с обедом, они с Сергеем Васильевичем еще обсудили учебу, потом Катя с отцом собрались уходить. Елена отправилась с ними — сказала, забыла что-то важное в кабинете директора, но Кате показалось, что это просто предлог. По пути она держалась чуть позади и напряженно прислушивалась к разговору, однако, к счастью, он по-прежнему шел об уроках.

Самой Кате было не до этого. Она не понимала, как можно так беззаботно болтать после по-настоящему невеселой истории об исчезновении девочки. Было что-то особенно жуткое в том, что она пропала бесследно. Катя представила, как учительница, тетя Жени, прислушивается к безмолвной тайге и ждет, ждет… А где-то наверняка лежит тело, уже давно обглоданное дикими зверями.

Катя снова вспомнила рев с другого берега и содрогнулась. И как Елена могла жить в этом доме? Кате казалось, что если бы ей пришлось там ночевать, она бы и глаз не сомкнула — тоже прислушивалась бы, вдруг кто-то идет…

До школы оставалось совсем немного. Катя увидела, как во двор свернул высокий парень в джинсах и темно-синей футболке, и поневоле отвлеклась от мрачных фантазий. Никого не застав, парень вышел обратно и едва не столкнулся с ними.

От неожиданности Катя оторопела. Ему было, наверное, лет семнадцать или восемнадцать, нестриженые черные волосы красиво обрамляли смуглое лицо. Глаза — серо-зеленые, неяркие, колючие, пронзительные. Парень посмотрел прямо на Катю, и она поневоле опустила взгляд.

— О, Саллаат! — обрадовалась Елена. — Молодец, что зашел. Как раз с Сергеем Васильевичем тебя познакомлю. Собственно, Саллаат, это Сергей Васильевич. А это его дочь Катя.

— Рад познакомиться, — ответил парень. По-русски он говорил гораздо лучше, чем старшеклассники, совсем без акцента. — Елена Юрьевна, просили вам сказать. Звонил Лев Константинович, надо передать какие-то документы со следующей лодкой. Сказал, вы знаете, какие.

— Да-да, как раз за ними иду. Сергей Васильевич, Саллаат уже закончил школу, но было бы здорово, если бы вы могли немного с ним позаниматься. Хотя бы просто поговорить. Он изучает язык сам, но практики не хватает…

Саллаату явно было неловко. Сергею Васильевичу — тоже.

— Гм-м, — промычал он. — А зачем тебе английский, позволь спросить? Экзамены, как я понял, ты уже сдал.

— Еще хочу. Нужен балл повыше. Чтобы в университет поступить.

— Похвально, но…

— А у меня идея! — встряла Елена. — Катя, может, ты с Саллаатом поговоришь? Расскажешь потом отцу, как успехи, и он решит, заниматься с ним или нет.

— Ну… Почему бы и нет, — сдался Сергей Васильевич.

— Прямо сейчас и побеседуйте. Сергей Васильевич, пойдемте, как раз покажу кабинет директора, наверняка пригодится…

Она увлекла его за собой в школу.

Катя осталась на крыльце с пронзительноглазым Саллаатом.

10

Какое-то время они молчали, потом Саллаат моргнул и тепло улыбнулся.

— Что, увела Елена у тебя отца?

— Пока еще нет. Но, похоже, пытается.

— Даже не сомневайся. — Он как будто хотел еще что-то добавить, но передумал и сменил тему: — Ну что, будешь меня экзаменовать?

Катя молча пожала плечами. Не хотелось ляпнуть какую-нибудь глупость.

— Знаешь что? Пойдем, покажу классное место.

— Куда? — занервничала Катя.

— Да здесь же, во дворе.

Они свернули за угол и подошли к недостроенному зданию на краю школьной территории. Уже угадывался фасад небольшого домика, рядом лежали бревна.

Саллаат первым пролез внутрь. Там была лестница, ведущая на пол будущего чердака. Он уверенно ступил на нее.

— А не рухнет? — осторожно спросила Катя.

— Ручаюсь, что нет. Сам в стройке участвую. Все закрепили на совесть.

Катя поверила ему на слово и следом за ним забралась наверх. Высота была небольшой, но вид открывался приятный. С одной стороны — деревенская улица, с другой — тайга, которая тянулась до самого горизонта. Кате еще не приходилось видеть столь дремучего леса. Отец был прав — вид был суровый, но по-своему красивый. И этот густой лет понравился бы ей еще больше, если бы она не знала, что где-то в его дебрях навсегда заблудилась ее ровесница.

Однако вслух Катя сказала:

— Здорово.

— Мне тоже нравится. Присаживайся, — Саллаат указал на грубо сколоченную табуретку, а сам по-турецки уселся на полу.

— Так ты строитель?

Катя хотела спросить это по-русски, но почему-то вышло по-английски. Она собралась извиниться, но Саллаат неуверенно ответил, тоже на английском:

— Не совсем. Занимаюсь разной работой. В школе обычно.

— А что здесь строят?

— Дом для учителей. Для людей из города, чтобы ехали. Кто-то должен учить детей, — Саллаат пожал плечами. — Кто может, уезжает отсюда. Кто не может — тоже иногда уезжает…