История одного сталкера: записки Деда Миши
- -
- 100%
- +
Вернулись к машинам. Доехали до местного магазина, рядом с рестораном, имеющим пугающее название «Санус», где пополнили запасы воды и… совсем немного – водки.
Развернулись в сторону Биракана. На перекрестке трассы Хабаровск – Чита с проселком Кульдур – Биракан встретили догнавших нас биробиджанцев Олесю и Евгения. Немного поколесив длинной, хвостатой колонной машин по Биракану, вышли на лесную дорогу и поехали искать пещеру. Ну а поскольку гаишники в этих местах отсутствуют и как класс, и как краснокнижная живность, тяпнули по рюмашке. Да не по одной, как ты понимаешь! Места-то глухие, разве что леший какой или изюбрь на дорогу выскочит…
Дождь! Он влупил так неожиданно и так мощно, что казалось, мы просто въехали под какой-то водопад! Лесная дорога сразу покрылась слоем воды, укрывшим все ямы и прочие препятствия! Но когда это останавливало нашего предводителя? Неоднократный призер соревнований, он поступил как в эпилоге известного анекдота: «„Ни черта не вижу“, – молвил русский и прибавил газу!». Лично я чувствовал себя маленькой подводной лодкой, которая на скорости 60 км/ч летела в струях воды по лесной дороге. Как только мы там групповое ДТП не устроили?! Для этого были все возможности!
Тем не менее, проехав около часа, мы остановились. «Промахнулись!» – сказал Руслан. Развернулись на узкой дороге. Пропуская вперед Леху с прицепом, мы оказались позади всех, поэтому, когда развернулись, оказались первыми. Ура! Схватив навигатор и по-скорому забив в него широту-долготу, рванули в авангарде колонны! Точку с координатами пещеры нашли довольно быстро, минут за десять. Зашли на склон как могли ближе – метров на восемьдесят. «Выбрасываю» на разведку штурмана (Дениса). Когда он скрылся в лесу, в затылок «СталкерДжиму» подъехал Тарас. Дождь хлеще-е-ет… Тарас и говорит: «А давай по одной!» – «А давай!» Запрашиваю штурмана: «Что там?» – ответ: «Тропу вижу, идет вверх, склон скользкий, подниматься – в напряг».
Ну, слава Богу – вроде нашли. Только замахнули с Тарасом и его штурманом «по второй» – тут и мой штурман вернулся. Вода с неба льет – не перестает! Палатки ставить реально негде! Решили ехать назад и искать более-менее свободную от растительности площадку. Но… в десяти минутах от пещеры дождь как будто выключили. Прям вот взяли и… разом прекратили! Он не утих, он не перестал, он не кончился – он исчез. Мгновенно, как будто мы просто пересекли его границу. Мистика…
Примерно в получасе езды от точки с пещерой нашли старый гравийный карьер. В принципе, ничего лучшего и желать не стоило! Развернули лагерь, Олеся с Тарасом замутили целое ведро ухи, Таня с Лерой, как всегда, начали резать бутеры и прочую снедь.
Так незаметно наступил вечер. Потихоньку наш лагерь стал наполняться весельем. Не знаю, сколько мы к тому времени уже употребили внутрь, но прямо посреди карьера начался невероятный «батл», кто кого перетанцует в нижний брейк, перепьет и переиграет! Играли в «крокодила», мальчишки против девчонок, короче, весело проводили время!
К слову сказать, «брейк-батл» мы продули, Евгений из Биробиджана был неподражаем!
Маленько подустав от этого веселья, решил я прогуляться по окрестностям. Обошел лагерь в одну сторону, потом начал обходить в обратную и… прямо в полуметре от машины Руслана обнаружил могильную табличку. Ровный, прямоугольный кусок алюминия с присутствующими на нем атрибутами умершего (ФИО, годы жизни). Еще не до конца осознавая, что это, решил пройти от лагеря вдоль склона по карьеру и… наткнулся еще на три похожих прямоугольника… ОЧЕНЬ быстро протрезвев, начал соображать: откуда? Мыслей как бы не было. Очень не хотелось убеждаться в том, что мы разбили лагерь и веселимся на каком-то заброшенном кладбище!
– А крестов не было?
– Нет. Но не то чтобы мне страшно было, не подумай, но… мы все же христиане, и нарушать покой ушедших в мир иной – как бы грех… Начал думать, сказать ли остальным, – если бы не девчонки, обязательно сказал бы, а так – только панику поднять. В общем, решил до поры до времени молчать. Ежась от жути, стал переставлять палатку ближе к остальным, а то она у меня в пяти метрах от лагеря стояла, на самом сухом месте! Смех смехом, но воображение у меня хорошее! И это воображение услужливо вытаскивало из памяти всякие картинки виденных ранее фильмов ужасов. В общем, переставился. Народ к этому времени уже совсем раздухарился, и пугать его табличками не хотелось! Лишь часа в четыре, когда все уже готовы были с ног упасть, показал табличку мужикам. Судя по эмоциям – очень хорошо, что я не рассказал о ней всем раньше! В общем, улеглись. А к рассвету сморило и меня.
Утром, едва открыв полглаза, побрел посмотреть на остальные таблички. Каково же было мое удивление, когда вместо еще трех табличек, лежавших, как и положено могильным – на равном расстоянии друг от друга, я увидел три выцветших на солнце пакета из-под сока! А-а-а-а-а-а… вот это да-а-а… Предчувствуя, что сейчас наслушаюсь от друзей за вчерашние страшилки, все равно обрадовался: не кладбище! Да и первая табличка была именно табличкой и лежала на характерном для нее холмике. Загадка… Хотя места глухие, кругом «зоны» да прочие ИТУ. «Тайга – закон, медведь – прокурор», мало ли чего.
Вставшее солнце отвлекло проснувшуюся компанию от грустных мыслей, заставило позавтракать и распланировать весь день. Поскольку вчерашние полеты на «Джимах» под дождем оставили в баках бензина только-только до заправки, решили разделиться: одна группа, слив из канистр к себе в баки весь оставшийся бензин, двинется продолжать поиски пещеры. А вторая, собрав пустые канистры, ломанется на ближайшую заправку. А потом соединится с первой группой. Так и сделали.
Вернулись на то место, где днем ранее штурман нашел тропу. Разгрузились, экипировались, снарядились. Ну в смысле ЗАБЫЛИ каски, перчатки, респираторы и воду. Хорошо, что взяли кевларовый трос.
До середины склона поднялись вчерашним маршрутом штурмана, довольно быстро. А вот дальше просто пошли вслед за Евгением по едва угадываемой тропе. Еще четверть часа, и Женя вывел нас на небольшую площадку перед пещерой. Кстати, координаты немного не совпали. Очевидно, из-за своей крутизны склоны сопки становятся естественным экраном для сигналов GPS. Потому и точность низкая.
Прямо у входа в пещеру, на камнях, нас ждал щитомордник. Очень аккуратно растревожив его, мы заставили змею уползти в камни на склоне. Обычно он не нападает, если ты не добыча и не наступил на него. Привязав трос к дереву потолще, по одному спустились в черную дыру пещеры.
Она встретила нас густой прохладой и вязкой темнотой. Несмотря на то, что практически у каждого были налобные фонари, размеры пещеры и переход со света в темень делали невозможным даже окинуть ее взглядом. Только через десяток минут, когда глаза уже привыкли к темноте, мы стали открывать для себя ее тайну.
Вообще пещера состоит из двух залов – верхнего, в который нам удалось пробраться, и нижнего. Посреди верхнего зала находится большой ледник, который своим телом закрывает лаз во вторую пещеру. Причем не каждый год этот лаз скрыт ледником. Говорят, что пещера получила свое название после того, как спелеологи проникли в нижний зал и обнаружили там огромный скелет медведя. Очевидно, в какой-то год лето было очень жарким, и ледник отступил сильнее обычного. Лаз во вторую пещеру открылся больше, чем когда-либо, позволив медведю пролезть в него осенью и устроиться в такой берлоге на зимовку.
Но весною лаз остался запечатанным, медведь не смог выбраться и… погиб.
Поняв, что в этот год нам не удастся проникнуть во второй зал, где и есть самая красота, мы принялись изучать то, что было нам доступно. К сожалению, нам везде попадались следы вандалов, которые поотламывали все, даже мало-мальски сформировавшиеся сталактиты-сталагмиты… Варвары…
В это время одна из радиостанций, хрюкнув, закашляла и что-то невнятно прошипела. Догадавшись, что вторая группа на подходе, отправил наверх штурмана, корректировать маршрут. Ну и сам, еще немного полазив, с остальными выбрался наверх. Связавшись со второй группой, попросили их захватить побольше воды и взять забытые перчатки. Дождавшись группу, сфотографировались.
А затем показали все то, что успели разведать. Каждый старался показать именно то, что поразило именно его. Мелкие капельки влаги выступали из пород и висели правильными полусферами. Если направить на них луч налобного фонаря, они светятся искрами света, который фокусируется в своеобразной линзе капли. Я показывал друзьям сто миллиардов ярких звезд на потолке и стенах пещеры! Самое прикольное – когда ты просто говоришь «смотри вверх!». Человек смотрит, но… ничего не видит. Если свет немного сбоку – он отражается именно туда, откуда светит. Ты смотришь на его непонимающее лицо, затем предлагаешь прислонить ко лбу свой фонарь и наблюдаешь как меняются глаза человека после увиденного. Прикольно!
– Да уж. Это, наверное, стоило бы увидеть!
– А то! Все время, пока мы находились вблизи пещеры, вдоль всей гряды погромыхивало громом. Вроде и солнце светит, и в то же время гром гремит. И только мы спустились – тучи настолько плотно закрыли солнце, что казалось, сейчас ливанет, как вчера. Быстро собравшись, мы в спешке покинули окрестности горы с пещерой, и… через пять минут над нами снова сияло солнце!
– Мистика?
– Ну… все зависит от того, во что мы верим, внук. Я думаю, это дух старого медведя охраняет свою последнюю берлогу.
– А что говорят местные жители?
– Именно в это верят «местные древние»… Наскоро перекусив перед обратной дорогой, двинулись домой. Но через пару километров «СталкерДжим» наш захромал, отдавая вибрацией на руле.
– Шимми?
– Нет. Не как шимми, а что-то… что-то такое непонятное. Остановился, залез под машину – …ть! Панара… Ослабла регулировка, а там ключи рожковые нужны на 26. Именно такие я и не взял… Хорошо, есть Руслан! Покричал предводителю в рацию, догнал колонну и двумя небольшими газовиками затянул. Юра «FSO 85», спасибо ему, тоже выражал явное желание помочь. Надо заметить, он всегда оказывался там, где возникала потребность в помощи! Ценю таких людей!
В общем, доехали до Биробиджана. Там наши друзья покинули нас, и мы взяли курс на Хабаровск. Расстояние всего каких-то 350 км, но как же отличается природа! От крутых отрогов Хингана в Биракане, через бескрайние болотные равнины Биробиджана, до степенных, пологих сопок Хабаровского Хехцира – предгорий Сихотэ-Алиня…
Да, и… «не надо бояться медведей!»… Во-от… А ты говоришь – «руками не потрогать»!
– Не, дед, ну так-то конечно, вживую увидеть – это даже не в 3D посмотреть!
– Ну так! А я об чем? А представляешь, какие появляются ощущения, когда ты не просто «природные ландшафты» на «Джиме» объезжаешь, а когда реально к старине прикасаешься?! Особенно когда собираешься прокатиться и вдруг чуть ли не из-под земли на тебя тайна сваливается!
– Расскажи, дед!
Устраиваясь поудобнее на расстеленном вблизи костра, прямо поверх сухого песка, самонадувающемся спальнике, дед, сладко затягиваясь запрещенной сигаретой, продолжил…
Подземный СССР
– Было это в последний день лета 2014 года. Евгений, Алексей, RuslanShu, iFlanker (я) и RBEMS разведывали маршрут для проводки Хабаровского «Джимни»-клуба через местные красоты и интересности.
Немного поплутав по полям, мы въехали в лесной массив. Двигались фактически по азимуту, поэтому выбирали в основном направления, а не дороги. Хотя дороги тоже были вполне проезжабельны, потому как целый месяц не было нормальных дождей. Да и мы – на «Джимах»! Зачем нам дороги?! При трех полных сил и энергии штурманах! Двигаясь «на запах координат», мы свернули с дороги и аккуратно углубились по негустому подлеску в чащу. Через некоторое время, выйдя на заросшую колею и двигаясь по ней через глубокие длинные лужи, мы уткнулись в целую цепь бетонных блоков. Они перегораживали колею на добрых два десятка метров по обе стороны – громадные бетонные блоки. Дивясь такому чуду, неведомо откуда взявшемуся посередь леса, мы нашли место с не очень толстыми деревьями, которые можно было отогнуть с пути машин. Двигаясь аккуратно, чтобы не побить, не пробить и зря не поцарапать «Джимов», мы примерно через полчаса-час без потерь провели обе машины через блоки и снова вышли на колею дороги. Вернее, теперь это уже было чистое «направление», а не дорога. Бетонные блоки «работают» исправно. Приятно находиться в местах, где нет ни бутылок, ни пакетов, ни прочего «культурного слоя цивилизации».
– Видишь, дед, в твое время тоже съезды с дорог ограничивали, только не законами, как сейчас, а бетонными блоками! Так?
– Так, да не так! Ты слушай дальше! Минут через десять движения в выбранном направлении мы оказались на одной из многих желто-серых полян, распластанных по тамошним склонам рёлок. Вышли перекурить и осмотреться. Каково же было наше удивление, когда один из нас, подняв с земли камень, обнаружил, что это… серый асфальт! Оглядевшись более внимательно, мы с некоторым трудом нашли также бетонные столбики, которыми в годы советской власти обычно обозначали края дорог и дорожек.
Озадачившись, решили пройтись по остаткам дорожек. Примерно угадали очертания старого солдатского плаца, а на его противоположной стороне прямо у склона сопки обнаружили вход в какое-то подземное сооружение.
Поскольку мы больше готовились к штурму бездорожья, чем к исследованию подземелий, оценили нашедшееся в «Джимах» и карманах все, что могло светить. Запасы фонарей порадовали: на пятерых нашлось три налобных штурманских фонаря, один ручной и один фонарь, совмещенный с сотовым телефоном. С батареями было чуть похуже, но ведь мы же не собирались там провести много времени?! Так, оглядеться…
В общем, зашли внутрь. Ты можешь себе представить полукруглый, «рифленый» гражданский ангар для хранений каких-нибудь машин/механизмов/материалов?
– Ну… Представил, – протянул внук.
– А размером примерно двадцать метров в ширину и метров пятьдесят в длину? Ну и, поскольку он «круглый», высота потолка примерно метров десять. Представил? А теперь представь, что длинный, метров двадцать от входа, коридор сменился именно таким внушительным «ангаром». Подземным…
Из этого ангара в разных направлениях через низкие едва ли полутора метров высотой, двери тянулись вереницы коридоров, выходящих в такие же (или меньше) ангары и через них – снова далее. Мы шли недолго, минут десять, осматриваясь в каждом ангаре и стараясь не прикасаться к замшелым, покрытым плесенью стенам коридоров. Всего в этом подземелье я насчитал шесть «ангаров» и три каких-то непонятных помещения в середине соединяющих их коридоров. Судя по увиденному, этот бункер представлял из себя некое подобие солдатской казармы, со своими туалетами, столовыми, учебными классами, оружейной комнатой и душевыми. Выбравшись наверх через выход в иной от входа стороне, мы разыскали «Джимов» и потихоньку двинулись дальше, по выбранному ранее «направлению»…
Вскоре «направление» сменилось дорожкой, а через некоторое время на ней из-под растительности вынырнул асфальт. Осознавая, что «асфальтовые дорожки» просто так среди леса не появляются, мы стали двигаться осторожнее, не желая нарваться на каких-либо «вежливых людей». Примерно через пару десятков минут от первого бункера дорожка стала совсем уже «дорогой». Даже трава по бортам перестала шаркать.
Еще минут пять, и мы увидели… порушенную деревянную «солдатскую курилку», именно в том виде в каком каждый служивый человек ее себе представляет! Ну то есть стоящие по незамкнутой окружности штакетниковые стены, с крышей на деревянных столбах и ямой под колесный диск от грузовика в центре вместо большой пепельницы. По периметру стен – лавочки. На против этой курилки, через дорогу, по которой мы ехали, был «карман», в который мы загнали «Джимов» так, чтобы их не было видно с дороги.
Оглядевшись повнимательнее, мы обнаружили, что прямо в этом кармане, куда мы загнали «Джимов», скрываясь в зарослях кустарника, оказался такой же вход, как и в предыдущий бункер. Только этот вход был оснащен толстенными дверьми.
Это подземелье, так же как и предыдущее, начиналось длиннющим, уходящим в глубь земли коридором, в конце которого был уже знакомый нам набор «ангаров». Первый «ангар», похоже, был некой комнатой охраны или бюро пропусков, поскольку на неплохо сохранившемся стенде были образцы этих самых пропусков. Даже фамилии были еще читаемы.
Но, в отличие от предыдущего, этот бункер так быстро не кончился. В общей сложности мы шли под землей в одном направлении не менее сорока минут! Антураж очень напоминал видеоряд игры S.T.A.L.K.E.R., поклонником которой, как ты знаешь, внук, я до недавнего времени и являлся.
– Да уж знаю, дед! Давай дальше! Интересно!
– Ну вот. Косматые, свисающие с потолка лохмотья, неидентифицируемый мусор на полу и постоянное ожидание «аномалий»… Только в виде торчащего гвоздя, а не в виде «Жарки» или «Холодца» с «Электрой»…
– Это аномалии так называются, да?
– Да. Ангары сменяли коридоры, коридоры – перекрестки коридоров, ответвления и «переулки» тянулись и ветвились во всех проекциях и направлениях. Но мои спутники как-то не потеряли направление, и мы достигли (как нам показалось) практически самого «главного» коридора подземелья. В этом «рукаве» ангары были не просто «большими». Практически каждый из них содержал внутри себя ДВУХЭТАЖНЫЙ ДОМ! Представляешь? То есть потолок в них был плоским, а стены вертикальными. С внешней стороны, между стеной дома и стеной ангара, образовывались своеобразные коридоры. Один из них (чаще правый), нам показалось, был «техническим», поскольку часто был завален какими-то металлическими конструкциями и остатками коммуникаций.
Левый же был, похоже, пешеходным и практически всегда был доступен для беспрепятственного прохода.
Но были и более «компактные» ангары, как будто с более толстыми стенами. В одном из таких «тяжелых ангаров» мы обнаружили, что поперек своей продольной оси ангар был примерно на четверть перегорожен металлическим уголком, образующим правильные квадраты. В одном из них сохранились остатки толстого оргстекла. В смутных очертаниях рисунка на этом стекле угадывалась… Камчатка с Курильской грядой! Во дела… Похоже, мы забрались куда-то очень глубоко, туда, где бывал далеко не каждый военнослужащий этого объекта…
– Ого!
– Да! И в этом же помещении мы нашли старую, сохранившуюся только благодаря слою модного в восьмидесятых годах тонкого полиэтилена карту. Да какую! «План противовоздушной обороны фронта в оборонительной ситуации»!
– Дед, а если бы там охрана была – вас бы арестовали?
– Ну, наверное, да. Но тогда об этом не думалось. Мы все находились в таком адреналинистом состоянии от внезапной тайны, что просто дыхание перехватывало! Кстати, карта, наверное, была учебная. Но на ней явно угадывался остров Хоккайдо (Япония), Сахалин, Приморье, а также Хабаровск, Комсомольск, Биробиджан и Благовещенск. Различимы были символы аэродромов, взлетно-посадочных полос и какие-то «облачка» вокруг городов и прилегающих к ним районов. Наверное, зоны действия ПВО…
Стены в этом «укрепленном ангаре» были покрашены защитной зеленой краской и, как и в остальных, покрыты «дырчатым» асбестоцементом. После отключения несколько десятилетий назад вентиляционных установок плесень и сырость сделали свое дело: асбестоцементные плиты осыпались на пол кусками строительного мусора. А вот стены остались стоять как памятник метрострою! На стенах ни единого изъяна! Как будто только вчера бетон залили. Умели же качественно строить, если надо было…
В коридорах рядом с этим ангаром разветвители проводки были с легендарной надписью «Сделано в СССР» и выбитым 1954 годом.
В очередном «усиленном» ангаре мы нашли еще какой-то документ, с какими-то инструкциями и правилами.
Кстати, все они были написаны ТУШЬЮ! Смекаешь?
– Нет. Не понимаю. Что из того?
– А то. Принтеров и компьютеров в те года еще не было, значит, если мы нашли писанные тушью документы – объект был совершенно нетронутым! Возможно, за много лет мы были первыми его посетителями!
Длинный, более узкий, чем остальные, коридор, с явными признаками С.Т.А.Л.К.Е.Р.ского «Жгучего пуха», уводил нас все глубже под землю. К этому времени мы провели под землей уже более тридцати минут.
Глубоко под землей, на очередном «перекрестке» мы повернули в левый коридор и… оказались явно в апартаментах для комсостава. Может, даже и «высшего», хотя вряд ли.
– Неужто в генеральские палаты попали?!
– Ты не ерничай! Слушай дальше! Стены здесь были вертикальные, покрытые панелями и до середины покрашенные голубой краской. Первое помещение коридора, по всей видимости, было приемной, поскольку содержало остатки мебели в виде столов, кресел, диванов и тумб. На одной из них сохранилась табличка производителя: год выпуска 1969. Во втором помещении, очевидно, была спальня и смежно с нею – душевая, с туалетом и раковиной. Представляешь? Под землей! Душ и раковина с унитазом!
– И что тут такого? Не понимаю, дед!
– Эх ты… Канализацию куда из-под земли выводить-то? Ну да ладно. В общем, в двух других коридорах все было аналогично. Из этого же коридора были еще два выхода, один к очередному перекрестку, а второй еще глубже. По нему и пошли. Каково же было наше удивление, когда минут через десять непрерывного движения через вереницу «ангаров» и «домов» мы вышли на улицу! Замерив точку, где мы оказались, поняли, что она находится в двух километрах от места, где мы оставили машины. А раз мы их оставили практически на входе, то получается, что под землей мы прошли более двух километров! Да-а-а… Реальный такой объектище!
Хотели вернуться к машинам «по верху», но, пройдя небольшое расстояние, узрели еще один вход. На улице было душно, а в подземелье – прохладно. Решили зайти, чтобы вернуться к машинам «по холодку». Примерно через пару «домов» обнаружили несколько очередных «тяжелых ангаров», с характерными документами, пультами и плакатами.
Чуть позже наткнулись еще на один «тяжелый ангар», в котором среди прочего мусора на полу обнаружили какие-то тоже писанные тушью (!) инструкции с указанием «наличия» каких-то ракет, их дальности, времени на перезарядку дивизионов и прочее.
В соседнем «доме» были обнаружены стенды отслеживания состояний экипажей поисково-спасательных служб.
Длинный коридор вывел на улицу недалеко от «Джимов». Тем не менее мы провели под землей еще около трех-четырех десятков минут.
Проехав на «Джимах» пару сотен метров вверх по склону, мы нашли еще один вход. На этот раз нашему взору предстал некий бункер связи. Дверь в него была менее толстая, а в первом же помещении была обнаружена оружейная пирамида. В оном из помещений нашли маленькую, разрисованную фломастером карточку с текстом «Отче наш»…
Как и положено всякому бункеру связи, нашлось масса «ненужного ЗИПа».
При движении по коридорам подземелья набрели на уничтоженную электроподстанцию, усилительный пункт, радиоцентр, коммутатор, а затем и линейно-аппаратный зал.
Стойки для оборудования были разбросаны как будто рукой коротышки Бюрера.
– Кто это, дед?
– Бюрер-то? Ну, в «мире S.T.A.L.К.E.R.’а» так звался толстый старик-коротышка, владеющий телекинезом. Он прятался в индустриальных заброшках и бросался в сталкеров бочками, кирпичами и целыми бетонными блоками. Очень вредный старикашка.