Что между нами осталось

Глава 1

Я ожидала, что живот у неё будет меньше.

Когда мы договаривались, Карина сказала, что на седьмом месяце, и я, сославшись на собственный опыт, представляла её себе иначе. Но к делу это отношения не имело.

– Проходите, – приветливо улыбнулась я, пропустив клиентку в арендованную студию. – А где ваш супруг? Вы же сказали, что фотосессия будет семейная.

– Ой, – она махнула рукой. – Он подъедет сейчас. Вечно со своими контрактами, партнёрами… Оказалось, что у него сегодня какая-то там сделка. Но он скоро будет.

– Понятно.

Я украдкой глянула на часы. Студию я арендовала на два часа – этого было достаточно, чтобы отщёлкать «беременную» пару во всех ракурсах, но на задержку я не рассчитывала. Карина ясно дала понять, что в финансах не стеснена, и я арендовала свою любимую студию – дорого, но это того стоило. И свет что надо, и расположение, и комфорт.

– У вас есть чай?

Вопрос Карины вывел меня из задумчивости. Я посмотрела на неё и опять помимо воли отметила, что живот у неё не на семь месяцев тянет, а на девять. Возможно, дело было в её субтильности – оттого и живот казался больше.

– Да, конечно. Простите, что сразу не предложила.

Я включила чайник. Ещё один плюс этой студии – здесь было предусмотрено всё не только для фотографа, но и для моделей. Когда-нибудь у меня тоже будет студия. Собственная. Но до этого ещё как до луны.

– Уже дождаться не могу, когда дочка родится, – сказала Карина, погладив себя по животу. – Боже… Я буду сумасшедшая мать!

– Мы все сумасшедшие матери, – вырвалось у меня.

– Вчера такое платье видела, как у принцессы… – засмеялась Карина. – Чуть не купила. Но пока она до него дорастёт…

Я улыбнулась. Карина была настолько воодушевлена, что не слышала ничего. Платье принцессы. Я с трудом наскребала на подгузники и смеси, какие уж там платья! Но всё это в прошлом.

Карина продолжала щебетать.

– …теперь не знаю, когда удастся ещё куда-нибудь вырваться.

– Простите, Карина. Я отвлеклась. Куда вы летали?

– На Мальдивы, – улыбнулась она. – Даниил сделал мне подарок на двухлетие нашего брака. Это так прекрасно – лежать на шезлонге и ни о чём не думать! А вокруг океан… – Она закатила глаза и тут же ахнула: – Пинается. Уже всю печень мне отбила.

Я опять улыбнулась. Чайник закипел, и я залила пакетик, запоздало вспомнив, что не спросила у Карины, какой чай она хочет. Одета она была просто, но со вкусом, и это выдавало финансовое благополучие. Длинные волосы собраны в хвост простой резинкой, зато обручальное кольцо переливается бриллиантами.

– Может…

– Даня, – махнула она рукой.

Я обернулась. Всего один взгляд, и сердце, пропустив удар, полетело в пропасть.

Этого не может быть! Просто не может быть! Нет, нет и нет! Кто угодно, только не он!

Спадающая на лоб каштановая прядь волос, строгий взгляд из-под густых бровей… Раньше он никогда не носил костюмы, сейчас же на нём были серые брюки, рубашка и пиджак.

Я стояла, как вросшая в пол.

Карина подошла к нему и, привстав на носочки, поцеловала в подбородок. Он приобнял её и опять посмотрел на меня. Голос Карины разносился по студии, только я не слышала слов. Шесть лет…

– Добрый день, – сказал Даниил, подойдя. – Прошу прощения за задержку. Важная встреча.

– Ничего страшного, – выдавила я не своим голосом. – Ваша жена предупредила.

Наши взгляды встретились на несколько секунд. Я отвернулась первая и сделала вид, что готовлю аппаратуру к съёмке, хотя что делаю, не соображала.

Сглотнула вставший в горле ком и заставила себя посмотреть на пару. Карина держала в руках пиджак мужа. Моего бывшего мужа…

Вдох и новый выдох.

– Вы можете переодеваться, Карина, – сказала я, собрав в кулак всю выдержку. – Вы тоже, Даниил.

– Разве так не пойдёт?

Я опять посмотрела на него. Белая рубашка расстёгнута на пару пуговиц, на широком запястье – часы.

– Рубашку лучше поменять. Белый цвет нежелателен для фотосессии. Но выбор, конечно, за вами.

– Я взяла всё. – Карина потянула его за руку. – Пойдём, Дань. Ну какая белая рубашка? Ты бы ещё смокинг надел.

Через минуту они ушли переодеваться, а я наконец выдохнула. Может, мне всё это снится?

***

Фон для фотосессии Карина выбрала светлый. Что и говорить, вкус у неё был. Милая мордашка, большие глаза…

– А можно вот так? – спросила она, встав к мужу лицом. Обняла его и приподняла ногу. Ракурс был паршивый, учитывая объёмы её живота, поза – тоже.

– Конечно.

Я подкорректировала позу.

– Даниил, можно вас попросить положить руку вот так?

Я взяла его за руку и положила Карине на бедро. Если бы до раскалённых углей дотронулась, и то проще бы было.

Он повернул ко мне голову.

– Ненавижу фотографироваться, – сказал, глядя на меня. – Но ради такого дела…

– Ради такого дела можно и потерпеть, – ответила я.

А у самой в голове только и было: «У него скоро родится дочка». Дочка, дочка, дочка… Он всегда этого хотел.

Я отошла и взяла фотоаппарат.

– Повернитесь ко мне, – скомандовала я, снимая бывшего мужа и его новую жену. – Вот так. Даниил, руку выше. Карина, посмотрите на Даниила. Отлично.

Щелчок – как выстрел. Ещё один щелчок, и ещё один. Дочка… Я думала, он вернулся в Пермь. Я придумала себе его историю и поверила в неё. Но его история сложилась иначе. Он возит новую жену на Мальдивы, ходит с ней на фотосессии, и у него скоро будет дочь. А я… А я для него просто Мария. Просто Маша, да и та из прошлого.

***

Весь день я была сама не своя. Двух часов, на которые я арендовала фотостудию, хватило сполна. Во всех смыслах. Отсняла всё как на автопилоте, стараясь думать, что передо мной самая обычная пара. Что бы было, если бы я сказала, кто я?

А кто я?

На Невском я влилась в плотный людской поток и превратилась в невидимку без имени. Нигде так остро не чувствуется одиночество, как в толпе. Когда-то я любила гулять по Невскому – давно, как только мы переехали в Санкт-Петербург. Тогда разнообразие красок, запахов и великолепие проспекта поражали.

А рядом был Даниил.

– Вы потеряли.

Я обернулась на голос. Мужчина протягивал мне шейный платок, не успев ступить на переход.

– Это не мой.

Я хотела пойти дальше, но он снова остановил меня.

– Ваш. Я точно видел, что его потеряли вы.

Я посмотрела на платок и опять на мужчину. Интересный: решительные черты лица, волевые, выдающие характер. Глаза тёмные, волосы тоже. Чем-то похож на Даню…

– Не я, – ответила спокойно. – Но попытку я оценила.

В уголках его губ появилась улыбка.

– Владимир, – сказал он.

Светофор мигнул, и машины преградили мне путь. Вот же! Теперь нужно было снова ждать. Ещё три часа назад я бы улыбнулась в ответ, а сейчас хотелось просто уйти. Только на пятачке в пару метров идти было некуда, а ожидающие перехода люди окружали нас всё теснее.

– Маша, – ответила я скорее от безысходности. Опять посмотрела на платок. – Попытка хорошая, Владимир, но безрезультатная.

– Почему?

– Потому что я одиночка.

***

Как плотно я ни задвигала шторы, свет всё равно просачивался. У романтики белых питерских ночей была обратная сторона: в их период город в прямом смысле прекращал спать. День и ночь у туристов, старшеклассников, ушедших на каникулы студентов перемешивались, людей в центре полно было всегда, да и на окраине лавочки во дворах не пустовали. Но я всё равно хотела жить в старом районе Санкт-Петербурга, откуда можно было быстро добраться до центра. Квартиру выбирала долго и всё-таки выбрала. Именно такую, как и хотела: маленькую студию с выходящими в тихий двор окнами. Большего позволить себе я не могла. По крайней мере, сейчас.

На столешнице в кухонной зоне завибрировал телефон. После девяти я всегда отключала на рабочем звук и верила, что когда-нибудь настанет день, когда я смогу вообще отключать его на ночь и в выходные.

– Фотограф Мария Островская, – сказала, ответив на звонок. – Слушаю вас.

– Надо же, как официально.

Говорят, что телефон искажает голос. Неправда. Я узнала его с первой же буквы. Да даже если бы Даниил молчал, всё равно узнала бы.

– Откуда у тебя мой номер?

– Посмотрел у Карины.

– Ты ещё и её телефон проверяешь?

– Нет. Мне нужен был твой номер.

– И что же ты его у неё не спросил? – Я сама от себя такой язвительности не ожидала.

Даниил промолчал.

Разговор был до предела тупым. Да какая мне разница, почему он не спросил?! И до его отношений с новой женой мне тоже дела нет. И до их будущей дочки! Прошла от стенки до раковины – ровно три шага в одну сторону. Пальцы сжались сами собой.

– Нам нужно встретиться, – отрезал бывший муж.

– Зачем? Вас не устроило качество снимков, Даниил?

– Прекрати, – процедил он. – Говори адрес, я подъеду.

– Мне не нужно с вами встречаться. Если дело касается работы…

– Прекрати, – прорычал он, и я как-то сама собой замолчала. – Говори адрес, я приеду, Маша, – повторил Даниил. – Не скажешь сама – найду. Но для этого мне потребуется время. Так что не усложняй.

– Шесть лет мой адрес тебе был не нужен, и тут потребовался? Неужели соскучился?

Он опять промолчал. Почему сдалась – не знаю, но адрес я всё-таки назвала. Если Даниил сказал, что найдёт меня – действительно найдёт, в это я верила. Он всегда был упёртый, порой не в меру.

Осмотрела квартирку, задерживаясь на мелочах: белая кружка с розовым сердечком, открытая шоколадка на столе, угол пледа, свисающий на пол, зазор между шторами.

«Буду через 20 минут», — прислал Даниил.

Я прочитала сообщение и с раздражением отложила телефон. Они с Кариной были красивой парой – одной из самых красивых из числа моих заказчиков. Как же ему идёт костюм! Хотя джинсы и футболка ему идут ещё больше. Только в памяти совсем другие картинки: узкий балкон съёмной квартиры, молочная пелена июньской ночи, и мы – нищие, как два оборванца, покрытые испариной и почти голые.

***

Даниил стоял возле подъезда. Светлые джинсы, рубашка с короткими рукавами, тяжёлый взгляд.

– Что тебе нужно от меня? Мы с тобой развелись шесть лет назад, забыл?

– Не забыл.

– Тогда в чём дело?

– Не каждый день приходишь на фотосессию с новой женой и натыкаешься на старую.

– Всякое случается. Только ты не ответил, какого лешего тебе понадобилось от меня. Мы с тобой разбежались, наши прямые стали параллельными, что ещё?!

– Можешь считать, захотел на тебя посмотреть.

Его непробиваемость выводила из себя. Я обратила внимание на чёрную иномарку, припаркованную рядом.

Даниил перехватил мой взгляд.

– Чем ты занимаешься? – спросила я и мигом пожалела. – Хотя мне неинтересно. Так что не отвечай. Я не хочу это знать.

– Могу ответить.

– Не нужно. Мне не интересна твоя жизнь, и что тебе в моей понадобилось, тоже не интересно. У тебя скоро родится дочка. Ты же хотел дочь, и…

Он схватил меня за плечо и развернул к себе.

– Всё равно тебе? – Он хмыкнул. – Что же ты тогда побледнела, как меня увидела?

Я вырвалась.

– Потому что не каждый день с призраками встречаюсь.

– С призраками?

– С призраками! – повысила голос. – Из прошлого.

Он обжёг меня взглядом. На плече тоже как ожог остался. Только несколько часов назад его руки лежали на теле другой женщины, и это мне было не забыть.

Я потёрла плечо, словно могла стереть след его прикосновения. Даниил смотрел на меня неотрывно, мне казалось, что он видит меня насквозь.

– У тебя красивая жена. Уверена, что и дочь будет красивая. А между нами с тобой ничего не осталось, Даня. И…

Дверь подъезда скрипнула.

– Мама!

Я порывисто обернулась.

Вероника подошла ближе, а я так и ощущала направленный на нас взгляд бывшего мужа. Он всегда хотел дочку…

– Ты как вышла?!

Ника проигнорировала мой вопрос. С интересом посмотрела на Даниила.

– А ты кто?

Я поймала её за ворот домашнего платья и заставила притормозить. Всё случилось слишком быстро, чтобы я могла хоть что-нибудь сделать.

– Вероника, я тебя спрашиваю, как ты вышла из квартиры?!

– Ты дверь не закрыла. Сама же сказала, – ответила дочь, и я чуть не застонала.

Я же и правда не заперла дверь! Дом у нас был маленький и спокойный, а я думала, что минуты не пройдёт, как вернусь обратно. Отошью бывшего, пошлю его на все четыре и всё на этом.

– Весьма непредусмотрительно, – вставил Даниил.

Я зло глянула на него, готовая зашипеть, если он скажет ещё хоть слово. У моей дочери моя фамилия, я сама подняла её, мы прошли через все трудности. А сейчас Громов смотрел на меня в упор, и деваться мне было некуда.

– Мы уходим, – сказала я и развернула Нику лицом к подъезду.

– Мам, кто этот дядя?

– Этот дядя тоже уходит.

– Дядя никуда не уходит, – пресёк меня Даниил. – Дядя теперь будет часто к маме приходить.

– Ты не будешь к нам приходить, – решительно возразила я. – У тебя жена беременная. Вот и катай её по Мальдивам, развлекай. А мы без тебя обойдёмся. На всех стульях не усидишь, Громов.

– Значит, правда моя.

– Не твоя, – отрезала я.

Это было бессмысленно. У дочери были такие же светлые, как и у меня, волосы, разрез глаз, овал лица, но… Любой генетический тест показал бы, кто её отец.

Даниил шагнул к нам, и я напряглась всем телом.

– Значит, ты – Вероника?

– Да, – бойко ответила дочь. – А мама – Маша. У меня есть подруга – Катя, завтра я пойду к ней в гости, и…

Ника без умолку выкладывала ему всё, и с каждым её словом в глазах Даниила сильнее разгорался недобрый огонёк. Он повернулся к Веронике, и я инстинктивно вцепилась в неё.

– Мам, отпусти.

Дочь стояла рядом, в её глазах были обида и непонимание.

Даниил выпрямился.

– Говоришь, ничего между нами не осталось? – медленно произнёс он.

– Моя дочь тебя не касается.

Огонь в его глазах так и вспыхнул. Вероника всё-таки замолчала, видимо, поток слов иссяк. Я держалась за неё, как за спасительную соломинку, потому что в этот момент она была куда увереннее и спокойнее меня.

– Моя дочь меня касается, – сделал он упор на слово «моя».

К продолжению разговора я была не готова совсем. Из подъезда вышла женщина, домофон пропищал и затих, дверь захлопнулась. Я крепко взяла Нику за руку и повела обратно. Даниил нас не остановил, но я понимала, что это ничего не значит. Сбежать от него? Уехать? Нет, конечно.

– Мам, а зачем дядя приходил к тебе?

– Дядя Даниил, – поправила я на автомате и прикусила язык.

– Дядя Даниил, – повторила дочь. – А моего папу тоже дядя Даниил зовут?

– Да.

Что делалось в голове у дочери, я не знала. До квартиры она больше меня ни о чём не спрашивала. Её ладошка лежала в моей, и это было единственное понятное мне ощущение – её маленькие пальчики, она рядом. Внутри же у меня царил Армагеддон.

Только мы зашли в квартиру, мне пришло сообщение.

«Между нами осталось всё», — написал бывший муж.

Я буквально отшвырнула телефон на диван. Отвечать ему я не собиралась. Встала на колени напротив Вероники.

– Никогда так не делай, – сказала я строго. – Никогда не выходи из квартиры одна, Ника.

– Я вышла к тебе.

– Ты вышла одна. Я тебе разрешала выходить?

Она мотнула головой.

– Пообещай мне, что одна выходить больше не будешь. Обещаешь?

– Обещаю, – сказала она.

Я вздохнула и приобняла её, поцеловала в висок. Закрыла глаза, а когда открыла, увидела наше отражение в зеркале напротив. Я и она – как две капли воды похожая на меня. Я думала, так будет всегда.

– У нас в садике тоже есть Даниил, – беззаботно сказала дочь, высвободившись. – Он маленький и противный. И мама у него мерзкая. Он говорит…

Она начала рассказывать про мальчика, переключилась на рассказ про поделки, потом пошла за любимой игрушкой. Я прислонилась спиной к стене и упёрлась в неё затылком. Три раза потихоньку ударилась головой и застонала. И что теперь?! Будем по парку гулять втроём? Или лучше впятером! Мы с Никой, Даниил и его новая жена с дочерью! Вначале прогулка, потом семейный обед в кафе с детской комнатой, а потом ещё что-нибудь!

На пятерых!

Телефон опять пикнул. Ника нашла его на диване и принесла мне.

– Спасибо, солнышко, – сказала я и отложила его.

– Тебе что-то прислали. Посмотри, – потребовала она.

– Потом.

– Сейчас посмотри.

– Потом, Ника, – сказала я строго. – Сейчас тебе пора спать. Давай, раздевайся и иди в ванную. Умоемся и в постель.

Глава 2

Маша

Ника уснула, и я, выключив свет в спальной зоне, перешла в кухонную, где у меня был устроен собственный рабочий уголок. Заварила травяной чай и включила ноутбук. Сбросила фотографии с сегодняшней съёмки, но не смогла пролистать до конца. Так и зависла на третьей. Карина на ней стояла вполоборота к камере, мой бывший муж – позади неё. Она была выше меня ростом, но на его фоне выглядела миниатюрной и по-женски слабой. Её голубое платье и босые ноги только усиливали это ощущение, как и округлый живот. Когда ещё женщине быть слабой, как не во время беременности?

У меня возможности побыть слабой, правда, не было. Приходилось крутиться как белка в колесе, чтобы оплачивать съёмную квартиру и медицинские расходы. Об излишествах речи тогда не шло: вместо магазинов для беременных я ходила в секонд-хенды и покупала вещи на несколько размеров больше своего, брала продукты с максимальными скидками и экономила буквально на всём. Казалось, я забыла об этом, а вот сейчас смотрела на снимки и переживала снова.

Открыла страницу социальной сети и вбила в поисковике имя. Страна, город, возраст… Пролистала вниз, в глубине души желая, чтобы меня что-нибудь остановило. Чтобы проснулась дочь или на улице начался ураган, чтобы кто-нибудь позвонил или вдруг завис ноутбук. Но не случилось ничего.

С аватарки на меня смотрел Даниил: аккуратная бородка, уверенный взгляд в камеру, расстёгнутая косуха. Позади него – чёрный байк, такой же шикарный, как и он сам.

Я открыла страничку. На крайнем фото он был снят вместе с несколькими мужчинами. Дорога, угрожающего вида мотоциклы.

«На коне», – гласила подпись, а ниже шло множество комментариев. Я прочитала несколько и открыла следующую публикацию.

Он, его новая жена и океан…

Фотография за фотографией я отлистывала назад время. Где-то он был с друзьями, где-то с Кариной. Остановилась на снимке с их свадьбы. Если верить дате публикации, поженились они больше двух лет назад. Шикарная свадьба, шикарная невеста, шикарное платье. Наше свадебное путешествие состояло из часовой прогулки по Фонтанке и Неве, её он возил в Венецию.

Я пролистала публикации от конца до начала. Они оборвались на лете, за которым начинались мы. Самый первый снимок Даниил выложил через неделю после нашего развода. Тёмные очки, руки в карманах. Он опирался на капот покорёженного автомобиля и смотрел в камеру.

«Жизнь не чтобы прогибаться, а чтобы прогибать», – был подписан снимок, и у меня появилось стойкое ощущение, что это относилось не к машине.

Прошлое. Маша

– Ты уверен, что знаешь, что мы делаем? – спросила я Даньку, осматриваясь по сторонам.

После полутора суток в поезде я была очумевшая, а тут ещё с ходу закрутившая нас суматоха большого города.

– Не ссы, прорвёмся, – ответил Даня и показал на автобус. – Давай бегом, это наш.

Я без мыслей рванула за Даней. Тяжеленный рюкзак оттягивал плечи, пакет бился об ногу, но самое последнее, чего мне хотелось – потеряться в толпе.

– Подожди! – запыхавшись, крикнула я. – Блин, Дань…

– Давай. – Он подхватил меня и разве что не закинул в салон. Сам прыгнул следом.

Я выдохнула и осуждающе глянула на Даню.

– Мы следующего подождать не могли?

– Зачем ждать следующий, если есть этот?

– А куда нам спешить?

– В смысле? Я договорился с хозяином квартиры.

Я округлила глаза.

– Какой ещё квартиры?! Ты мне ничего не говорил.

– Квартиры, в которой мы жить будем.

– В смысле?! – Я смотрела на него в полнейшем недоумении. – Мы же в хостеле будем жить. Мы же…

Даниил самодовольно смотрел на меня. Я замолчала, и в уголке его губ появилась улыбка.

– Ты хочешь сказать, что снял квартиру?! – воскликнула я. – Ты…

Взвизгнув, я повисла у него на шее. Он обхватил меня за талию, автобус притормозил, и мы едва не упали.

– Держитесь лучше, молодёжь, – беззлобно сказал пожилой мужчина.

Я поняла, что на нас смотрят, и смутилась, но улыбаться не перестала.

– Данька, – тихонько засмеялась. – Квартира… Как же я тебя люблю! Боже, даже не верится. А что за квартира? Где?

– Приедем, сама всё увидишь. Не хоромы, но, как говорится, с милым рай и в шалаше.

– Ты, милый, от скромности не помрёшь.

– С какой стати мне помирать? Я приехал покорять этот город, о том, чтобы помирать, речи не идёт.

Я цокнула языком и покачала головой. Растрепала его чёрные волосы и, не сдержавшись, быстро поцеловала в подбородок.

– Люблю тебя, – шепнула я. – Ты супер.

***

Квартира была маленькая, с «бабушкиным» ремонтом, но чистая. Бонусом к ней шёл балкон – узкий и открытый, но выходящий в зелёный двор.

Я с нетерпением ждала, когда Даня подпишет документы и хозяйка отдаст нам ключи.

Наконец мы остались вдвоём. Данька покачал связкой у меня перед носом, а когда я попыталась выхватить её, спрятал за спину.

– Ну хватит, – засмеялась я. – Дай.

– А что мне за это будет? – Он приподнял бровь.

– А что ты хочешь?

Он сделал вид, что задумался, и вдруг схватил меня. Я взвизгнула от неожиданности, засмеялась и обняла его. Даня приподнял меня и крутанул.

– Тише! Снесёшь что-нибудь. Даня!

– Да плевать.

Он опустил меня и поцеловал.

– Тебе нравится?

– Угу.

Даниил сунул руку в карман и достал крохотную статую «Медного всадника» на колечке. Повесил на ключи и дал мне.

Я деланно нахмурилась.

– Можно было бы что-нибудь поромантичнее придумать.

– Я привёз тебя в самый романтичный город России. Что тебе ещё нужно?

– Не ты привёз, а мы приехали, – напомнила я.

– Но идея-то была моя.

Идея и правда была его. Когда Даниил сказал, что хочет переехать в Питер, я не поверила, подумала, что он шутит. Оказалось, что нет. Месяца не прошло, как он купил билеты и поставил меня перед фактом.

Даня открыл дверь на балкон.

– Ну что, покорим этот город, Машка?

– Покорим, – ответила я.

Он повернулся ко мне. Улыбки на его губах больше не было.

– А замуж за меня выйдешь?

Я от неожиданности растерялась. Чтобы мозг включился, понадобилось несколько секунд.

– Я тебе предложение сделал, соглашайся.

– Я согласна, – ответила, а сердце пропустило удар. – Я… – Я отмерла и прильнула к нему. – Я согласна. Хоть завтра! Да хоть сегодня, Данька! Конечно же, я за тебя выйду.

Маша

Даниил не появлялся два дня, и это безумно напрягало. Я превратилась в жертву, так и ждущую, что охотник набросится в любой момент, стоит расслабиться. Ника – и та заметила, что со мной что-то не так. Что бывший муж нарисуется, я была уверена, вопрос в том, когда.

С утра я отвела дочь в садик и планировала заняться работой, но подходя к дому, увидела чёрную иномарку. И Даниила я тоже увидела: он стоял, привалившись к капоту.

Чёрные очки, прямой взгляд на меня. Мгновенно вспомнилась фотография шестилетней давности и подпись.

Я замедлила шаг.

– И? – спросила нарочито грубо, подойдя.

– Мне нужен фотограф.

– Отлично. Я тут при чём?

– Этим фотографом будешь ты.

От его самоуверенности меня так и накрыло.

– Предлагаешь мне твою Карину в других ракурсах поснимать? До откровенной фотосессии дозрели или что?

– Или что, – сказал он и открыл машину. – Садись.

– А ты не офигел, Громов?!

– Не офигел. Садись, говорю.

– Иди к чёрту. Ищи другого фотографа и развлекайся, сколько влезет. Меня к этому не подключай.

– Ревнуешь?

Я резанула его взглядом. Он не усмехался, но я знала, что насмешка прячется за стёклами тёмных очков, во взгляде.

– Я не хочу иметь ничего общего ни с тобой, ни с твоей женой. И хватит меня караулить. В Санкт-Петербурге полно фотографов на любой вкус, цвет и кошелёк. Справишься без меня. И если…

Он схватил меня за руку и пихнул в машину. Я плюхнулась на сиденье, дверца захлопнулась и, не успела я до конца понять, что происходит, Даня сел за руль. Щелчок, и дверь с моей стороны оказалась заблокирована.