Золотой пергамент

Так или иначе, на сегодня с него было достаточно приключений, и Юан стал торопливо пробираться сквозь колючие кусты, стараясь припомнить путь до стоянки. Ему так не терпелось рассказать всем о подслушанном разговоре, что он уже не обращал на темноту никакого внимания – ветки, скользящие по рукам и лицу, теперь вызывали не ужас, а раздражение.

Но через несколько минут Юан остановился и растерялся. Ему казалось, что он уже должен видеть костер, но не замечал ни единого проблеска. Может, огонь погас? – подумал мальчик в панике.

Он прошел в одну сторону, потом в другую. Ничего. Совершенно одинаковые черные силуэты деревьев. И вдруг снова послышались шорохи! Юан в ужасе замер. Если те люди наткнутся на него…

Внезапно чья-то рука схватила его за шиворот. Юан от неожиданности вскрикнул.

– Поори у меня тут! – прогремели ему на ухо, вслед за чем довольно сильным пинком отправили на встречу с ближайшими деревьями. Мальчик по инерции пробежал несколько метров, споткнулся о выступающий корень и буквально вывалился из леса.

Костер все еще горел. Кристиан и Артур спали. Оказывается, Юан был совсем рядом с ними, просто умудрился вернуться совсем с другой стороны, где деревья росли плотной стеной.

Юан обернулся. Из леса, вне себя от ярости, выходил Балиан, на ходу вытягивая из ножен меч.

– Ну, сейчас получишь, – пообещал он.

– Не надо, Балиан! – поторопился оправдаться Юан. – Я просто хотел проверить…

– Проверил! – рявкнул Балиан так, что Кристиан и Артур, вздрогнув, проснулись. – А меч почему не взял?! Что мы могли подумать?

– Балиан, убери оружие! – забеспокоился Артур за Юана.

– Да ничего страшного, это он так проявляет беспокойство, – зевнул Кристиан. – Что случилось?

– Он ушел один в лес! – заявил Балиан. – Его не было почти час!

– Так долго? – удивился Юан. Ему показалось, что прошло от силы минут двадцать.

– Сейчас я тебе покажу «долго»! – Балиан, мстя за доставленное волнение, несильно вдарил младшему брату рукоятью меча по макушке. Тот сдавленно вскрикнул.

– Ладно, Балиан, прекрати, – вмешался Кристиан. – Юан?

Чувствуя на себе пристальные взгляды, Юан, мужественно терпя боль, возникшую от удара, потупился и пробормотал:

– Я просто хотел себя проверить… Чтобы темноты не бояться…

– А почему не взял меч? – строго спросил Кристиан.

– Чтобы не хвататься там за него, как Балиан… – Балиан возмущенно фыркнул, Кристиан и Артур с улыбками переглянулись. – Я… я не хотел уходить так надолго, просто так получилось… – Юан почувствовал, как к глазам подступают слезы, и умолк.

– Достойный поступок, хотя и небезопасный, – вынес вердикт Артур.

– Хорошо, – свернул воспитательную работу Кристиан. – Юан, запомни раз и навсегда: если уж таково твое желание, иди куда хочешь, но ни в коем случае не оставляй себя беззащитным. Понял?

Юан молча кивнул. После встречи в лесу со странными людьми он и сам осознал, что хватил лишнего, когда оставил меч.

Балиан еще немного поворчал, но, в конце концов, было заключено общее перемирие и сделан вывод, что уснуть еще некоторое время никому из них не удастся, а до рассвета довольно далеко. Кристиан предложил перекусить, однако Артур, отрицательно покачав головой, сообщил, что у него почти не осталось припасов.

– А вот об этом не беспокойтесь! – воодушевился Балиан и, подтянув к костру свой мешок, первым делом вытащил оттуда огромный окорок.

– Мда, – Кристиан смерил взглядом внушительную провизию. – Я подозревал что-то такое.

– Ты украл это из гостиницы?! – набросился на Балиана Артур. – Это серьезное преступление!

– Да иди ты, – никогда не брал на себя лишних проблем Балиан. – Мы старухе оставили такую кучу золота, что она нам предлагала полгода у нее жить. Ну, а мы пробыли-то… Я в счет этого и взял.

– Кучу золота? – явно не поверил Артур. – Зачем?

Кристиан вкратце поведал ему, что, собственно, были оставлены не деньги, а золотая награда Балиана. Конечно, он упомянул в рассказе Юана, который некогда подобрал брошенный знак отличия, и тем самым вызвал у младшего брата непреодолимое желание срочно рассказать о подслушанном разговоре. И, так как все были заняты уничтожением позднего ужина, поспешил воплотить желаемое в действительность.

К большому удовольствию Юана, его рассказ произвел на всех довольно сильное впечатление, особенно на Артура. Ему тут же припомнились последние реплики Кристиана и Балиана перед сном – они говорили, что за ними следят. Артур прикинулся, что слышал что-то такое сквозь сон и спросил об этом. Но братья только пожали плечами.

– Мы думали, ты и сам заметишь, – равнодушно проговорил Балиан. – Но глаз на затылке у нас нет, и мы без понятия. Я думал, это этот ваш… Которому я врезал.

Кристиан молча кивнул, подтверждая его слова. Но Артура такая версия не устроила.

– У Камиля нет ни одной причины идти за нами! – возразил он. – Он вообще, насколько я знаю, никогда не покидал деревни. С чего бы ему затевать бесцельную слежку?

– Но следил же, – робко заметил Юан.

– Ну, поначалу – да, – вынужден был признать Артур. – Но ведь мы уже довольно далеко ушли. Сначала он мог захотеть добраться до Балиана, но теперь уж должен был понять…

– Хорошо, оставим пока Камиля, – сказал Кристиан. – Интереснее то, что не ему, а в любом случае кому-то стороннему мы показались интересными. Это очень странно.

– Пошему штранно? – проговорил Балиан с набитым ртом. – Может, хотят нас завербовать. В первый раз, что ли? Слава впереди бежит!

– Особенно это очень вяжется с тем, как он поразился, когда узнал, что мы – воины, – усмехнулся Кристиан. – Ведь так, Юан?

– Да, – закивал мальчик. – Этот, с полоской на голове, очень удивился, сказал, что мы – всего лишь дети.

Балиан поперхнулся от возмущения.

– Ты портишь нам имидж! – толкнул он Юана. – Расти давай быстрее.

– Прошу прощения, а чем вы известны у себя на родине? – вмешался Артур. – Неужели воинскими успехами?

– По-моему, больше поведением Балиана, – ответил Кристиан.

Балиан проворчал что-то невнятное. Конечно, это было не совсем так, но он не представлял себе, как рассказывать реальное положение вещей Артуру, который ничего не знал об Этериоле. Но если Балиан и Кристиан промолчали, то Юан любезно пояснил:

– У нас очень часто бывают показательные бои, и на них все видят, как Балиан сражается. Обычно на воинов внимания мало обращают, потому что интересен сам бой, но Балиан молча не может, поэтому его с самого начала запомнили.

– А потом уже за успехи, – улыбнулся Кристиан. – Впрочем, мы ведь уже разобрались, что они тут не при чем, и о нас никто ничего не знает.

«Это пока», – подумалось Артуру. Подобные бои затевались иногда и при дворе короля Роланда, и теперь ему не терпелось как можно скорее развеять последние сомнения, найдя таинственный Эндерглид на карте.

– Если будут продолжать следить, кто бы они ни были, удачи им, – зевнул Балиан. – Лично я спать.

Он, заняв вакантное место Артура у дерева, с удовольствием растянулся на траве. Здесь было холоднее, чем у костра, зато гораздо мягче. Юан тоже стал клевать носом – на этот раз по-настоящему. А Артур и Кристиан еще долго молча сидели у полыхающего огня, каждый на свой лад обдумывая приключение маленького мальчика. Артур подозревал, что это связано с нерадивыми солдатами из его деревни. Кристиан же не переставал думать о давнем пожаре, уничтожившем их дом. С годами воспоминания должны были притупиться – и, он знал, Балиан уже не помнит все так хорошо, как раньше. Но у него чуть ли не каждая минута того дня по-прежнему ясно вставала перед глазами.

Тогда они с Балианом жили на отшибе, и до деревни было добрых полчаса ходьбы. Тем не менее, после смерти их матери многие вызывались забрать Юана к себе, понимая, что иначе ребенок просто не выживет. Но Кристиан и Балиан, не сговариваясь, поставили жесткое условие – или благодетели дадут приют всем, или никому. Разлучаться они не намерены.

Однако никто в деревне не мог позволить себе взрастить трех приемышей.

– Ведь вы уже большие и вполне сможете прожить сами, – втолковывала им пожилая женщина, вознамерившаяся забрать Юана под свое крыло. – А он еще совсем крошка.

– Он тоже станет большим и сможет сам, – авторитетно заявил Балиан.

– Но пока он еще маленький!

– Ну, так пока он будет с нами.

Взрослые упрекали братьев, говорили, что они погубят дитя, за которое их мать отдала жизнь, но мальчики не слушали. Они были уверены в своих силах и, к всеобщему удивлению, неплохо справлялись с поставленной задачей. По нескольку раз на дню Кристиан и Балиан носили Юана в деревню, чтобы его могли покормить, а потом возвращались домой и там оберегали младшего брата. Им, в основном, занимался Кристиан, а на Балиана легла более тяжелая работа – он рубил дрова, таскал воду, выпрашивал еду, пытался криком заставить овощи расти быстрее и возился с остальными домашними делами. А в часы отдыха, когда все было сделано, и Юан мирно спал в материнской постели, Балиан и Кристиан любили поиграть в свою старую игру и подраться на «мечах» – тогда их заменяли обычные ветки. В общем, они проводили время весело, хотя и не беззаботно. Единственное, что их отличало от взрослых – они не думали о будущем. И даже предположить не могли, что жизнь в один день может круто измениться.

В тот день Кристиан вернулся из деревни один – Балиану предложили немного поработать в обмен на еду. Уложив Юана в постель, одиннадцатилетний мальчик побродил немного по дому, надеясь избежать потребности спуститься в погреб, но, увы, все припасы подошли к концу, и ему все же пришлось приблизиться к ненавистной дверке. Пошире открыв ее, Кристиан огляделся, но путей отступления не нашел, а потому набрал в легкие побольше воздуха и шагнул за порог. Тьма распахивала перед ним свои пугающие объятия. Сердце замерло. Дышать стало сложно. Закружилась голова…

Кристиан с самого раннего детства панически боялся темноты. И только забота о младших братьях могла заставить его добровольно шагнуть в годами лишенное света мрачное, сырое помещение.

Один шаг. Еще. Кристиан обернулся. Дверь была распахнута, и спасительный прямоугольник обнадеживающе белел во тьме. «Ничего не случится», – в тысячный раз сказал себе Кристиан. Он убеждал себя в этом каждый раз, когда ему приходилось иметь дело с ненавистной тьмой. И, действительно, ничего не случалось.

Но на этот раз Кристиан ошибался.

Кое-как дойдя до дальней стенки погреба, мальчик протянул дрожащую руку к одной из корзинок. В этот момент раздался громкий хлопок. Кристиан вздрогнул и обернулся.

Дверной проем исчез. Кто-то закрыл дверь.

Не веря в случившееся, мальчик упал на колени. Темнота обступала со всех сторон, давила на него, уничтожала его. Кристиан хотел закричать, но голос пропал. Лоб покрылся испариной. Все в груди, казалось, превратилось в лед. Руки и ноги почти не двигались.

– От… Откройте, – прошептал Кристиан, не думая о том, что его никто не услышит. В этот момент он не мог мыслить здраво.

Он не знал, сколько времени прошло; помнил только, как вдруг прорезался голос. Почти безотчетно, задыхаясь и плача от душившего страха, Кристиан попытался доползти до двери. В конце концов ему это удалось. Но дверь была заперта. Он изо всех сил барабанил в нее ослабшими руками, однако все было бесполезно. Ему оставалось только кричать, понимая, что никто не поможет ему. Никто не спасет. Сам он не выберется. Темнота сильнее – еще немного, и она убьет его…

И вдруг случилось чудо. С другой стороны послышался стук! Кристиан, сам не зная почему, отпрянул, и вовремя – в следующий момент дверь едва не разлетелась в щепки от страшного удара. В темный погреб хлынул свет. Мальчик от неожиданности зажмурился, а потом в необычайно ярком свечении разглядел чью-то фигурку.

– Кристиан!

Это был Балиан. Вытащив смертельно бледного Кристиана в светлую комнату, он еще долго пытался успокоить старшего брата. Тот весь дрожал и все еще плакал – но как он был рад увидеть Балиана!

– Ты сломал дверь, – улыбнулся Кристиан сквозь слезы.

– Она была заперта! – заявил Балиан. – Можно было открыть, но ты так кричал, что я об этом не подумал. Кто тебя запер? Я его убью!

Кристиан только покачал головой. Он даже не подумал о том, как и почему так внезапно закрылась дверь.

– Я вернулся, а тут все верх дном, – продолжал Балиан. – И ты кричишь. Ну тебя! Я испугался.

Кристиан огляделся. Действительно, повсюду был жуткий беспорядок. Вещи перерыты, многое повалено на пол. Значит, тут действительно кто-то был! И, похоже, что-то искал.

– Где Юан? – вдруг перепугался Кристиан.

– Он спит, – сказал Балиан. – Нормально все. Ладно, черт с ним, с грабителем! Все равно тут брать нечего, небось, злющий ушел. Но пусть еще только сунется. Я его палкой!

Оставшееся время до обеда мальчики провели во дворе, залитом солнечным светом – Кристиану после пережитого не хотелось возвращаться в дом. Вскоре им предстояло нести Юана в деревню, но перед этим Балиан предложил подкрепиться: из-за волнующих событий они остались без завтрака. Кристиан согласился. Он с Юаном на руках остался во дворе, а Балиан пошел в дом.

Только он скрылся за дверью, Кристиан увидел, как к дому приближается человек. Гости здесь были не такими уж редкими – люди из деревни, бывало, приходили проведать маленьких братьев. Поэтому Кристиан, не подозревая ничего дурного, поднялся на ноги, чтобы посмотреть, кто к ним идет.

Человек подходил все ближе. Он был очень высок и всем своим видом внушал ужас. На нем была одежда черного и темно-синего цветов, какой Кристиану еще не приходилось видеть. На поясе у незнакомца красовались внушительные ножны с мечом, с другой стороны – с кинжалом. Сразу стало понятно, что это воин. Но что ему могло здесь понадобиться? Вывод напрашивался один – он просто ошибся. Или хочет спросить дорогу до деревни. В любом случае, несмотря на ужасный вид, намерения его казались вполне безобидными.

Однако второй раз за день Кристиан ошибся и очень скоро понял это – на ходу человек вытащил из ножен меч. Мальчик ничего не успел сказать, как на него был направлен острый клинок. Он попятился, споткнулся и упал, едва не уронив Юана.

– Есть ли у тебя в доме золото? – спросил человек – он говорил хрипло и отрывисто.

Перепуганный Кристиан покачал головой. Было непонятно, зачем такому богато одетому человеку понадобились деньги, но, в любом случае, ценностей ни в каком виде здесь действительно не хранилось.

– Ты уверен? – воин явно не поверил. Его губы скривились в жестокой ухмылке.

Кристиан не ответил – голос наотрез отказался ему подчиняться. Тогда человек поднял свободную руку. На указательном пальце было внушительное кольцо черного цвета. В воздух тут же взметнулась вспышка темного света, похожая на черную молнию. Кристиан почувствовал знакомый холод, затем головокружение. Тьма. Он в первый раз видел такое и все же был уверен – это Тьма, которая так его пугает.

Воин указал Кристиану на дерево. Едва мальчик перевел на него взгляд, пространство снова прорезала черная молния. Дерево заполыхало темным пламенем, но почти тут же сменилось обычным. Человек навел руку с кольцом на Кристиана…

Мальчик похолодел. Ему очень хотелось закричать, убежать, упасть в обморок – что угодно, только не ждать, когда тебя заживо поглотит Тьма, пусть даже потом она сменится огнем. Но он не мог себе этого позволить. На его руках лежал крохотный младший брат. Он должен был его защитить.

– Ну? – прохрипел мужчина.

Кристиан боролся с диким ужасом, и воин снова не услышал ответа. Черная вспышка… Кристиан зажмурился и отвернулся, прикрывая собой Юана. И тут же услышал за спиной яростный крик, а затем – громкие проклятия воина.

Мальчик обернулся и не поверил своим глазам. Перед ним, широко раскинув руки, стоял Балиан! Вокруг него плясали черные искры – очевидно, молния попала прямо в него, но почему-то не причинила ему вреда.

– Отвали от моих братьев! – грянул басом Балиан, подхватывая с земли палку.

Воин, явно раздраженный, взмахнул рукой, но промахнулся. Молния попала в дом, и тот мгновенно вспыхнул. Еще одна попытка – черный поток устремился прямо на Балиана… Кристиан испуганно вскрикнул. Палка в руках Балиана загорелась, черное пламя, казалось, целиком обхватило мальчика – но он с яростным криком взмахнул своим догорающим оружием, и черный огонь снова разлетелся на множество крохотных искр.

– Что ж, раз так, – трясясь от злости, воин поднял руку с мечом. Балиан, упрямо смотря на него, сделал несколько шагов назад.

Внезапно мимо него пронеслось что-то темное. Один удар – и Балиана отбросило в сторону, к горящему дому. Послышались крики и металлический лязг. Кристиан, как мог быстро, подобрался к Балиану и помог ему отойти подальше от пожарища. Уже стоя поодаль и успокаивая Юана, который вдруг расплакался, они наблюдали за тем, как воин в точно такой же черно-синей одежде борется с их обидчиком.

Он тоже был очень высок, и его длинные черные волосы развевались на ветру.

– Я думал, преследователям запрещено носить мечи и уж тем более обороняться! – крикнул он.

– Не твое дело! – его соперник взмахнул рукой, но черная искра угодила в одно из деревьев.

Бой продолжался недолго. Обладатель кольца начал уступать и, в конце концов, сделал обманный выпад, воспользовался замешательством противника и бросился бежать. Очень быстро он скрылся вдалеке, но противник и не думал его догонять. Он обернулся, посмотрел на перепуганных детей, убрал меч в ножны и подошел к ним.

– Что было нужно этому человеку? – спросил он.

– А черт вас всех знает! – рявкнул Балиан. – Оставьте нас в покое!

– Балиан! – Кристиан дернул его за рукав, призывая не грубить их спасителю, и быстро сказал: – Он просил золото, но у нас его нет.

– Это наверняка он нам весь дом перерыл! – продолжал возмущаться Балиан. – А теперь!.. А теперь! – он в отчаянии посмотрел на горящий дом.

– Я – Тристан, – сказал воин. – Пойдемте со мной. Я дам вам приют. Братья изумленно переглянулись.

– Всем троим? – враз сменив тон, уточнил Балиан.

– Всем троим, – кивнул Тристан.

Измученные приключениями мальчики, не долго думая, согласились. Все равно им было некуда идти – их единственное пристанище догорало, уничтожая прошлое и добрую часть настоящего…

Кристиан встряхнулся. Увлекшись воспоминаниями, он умудрился задремать. Как и Артур – тот давно уже опустил голову и размеренно дышал.

Подкинув веток в костер, Кристиан подумал, что тогда, шесть лет назад, когда они с Балианом бросили прощальный взгляд на догорающий дом, никто из них не мог представить, что следующим утром они проснутся в одной из башен Эндерглида, прекрасного города, в котором царит вечный день, и где они ни в чем не будут нуждаться. Гволкхмэй сказал им только, что им придется освоить какое-нибудь дело. Они с удовольствием начали обучаться боевому искусству и очень скоро стали хранителями Врат Рассвета.

Но никто так и не рассказал братьям, что тогда случилось, и почему вдруг Гволкхмэй приказал доставить трех беспризорных мальчишек в Эндерглид. Оставалось тайной и то, что же таинственный воин искал у них в доме. Теперь Кристиан был уверен, что деньги тут были не причем. Он хорошо помнил воина, его одежду, его кольцо. Без сомнения, это был человек из Градерона. Но зачем градеронцу направляться в Дилан и искать что-то в бедном доме, стоящем на отшибе? Почему сила кольца преследователя (теперь-то он хорошо знал, что это такое) не подействовала на Балиана? Кристиан мог спросить об этом Гволкхмэя, но не был уверен, что хочет знать. В солнечном Эндерглиде воспоминания, хотя и не забывались, не тревожили его.

С момента той встречи с загадочным воином многое изменилось. Юан вырос настолько, что мог сражаться с Балианом. Кристиан научился держать свои страхи в узде. Темнота до сих пор была его единственной слабостью, но ответственность перевешивала все прочие чувства, и спокойствие никогда не покидало Кристиана – никто даже не подозревал о его страхе. Кроме, разумеется, Балиана. Что касается него, он будто бы остался прежним – только стал гораздо сильнее. Так утверждали Тристан и Гволкхмэй, но Кристиану казалось, что уже тогда – когда его младший брат смело заслонил его собой – Балиан уже был сильнее всех.

В общем и целом, все прочно устоялось на своих местах и вроде бы не собиралось возвращаться к прошедшему. Но Кристиан не мог отделаться от ощущения, что они неспроста снова оказались в Дилане. И это неизбежно приводило его к давнему пожару и встрече с Тристаном.