- -
- 100%
- +
ПРОЛОГ
Я неслась вперед, не разбирая дороги, лицо и руки горели, уже не раз трагично пережив встречи с кустами, ветками и даже мелкими пташками.
Казалось бы, последние могли быть и порасторопнее, не из неоткуда же я перед ними взялась?
Впрочем, критично никто не пострадал, да и, как всегда, говорил отец, намазывая мои синяки и ссадины: цела ли та поверхность, которой не повезло со мной встретиться?
Так, о чем это я…
Удивительно, какие мысли приходят на ум в самые отчаянные моменты жизни.
А причины отчаяться были и даже несколько: резерв почти на нуле, ещё немного и даже мое «ясновидение» уже не сможет мне помочь, что толку от глаз, если тело в отключке?
Да еще и это промозглое чувство внутри, возникающее всякий раз, когда нас с Марком разделяют миры. Хоть бы справиться без него, хоть бы успеть добежать. Будь мой верный амарок сейчас со мной – проблемы с наполнением резерва бы не стояло, но он сейчас нужнее там, рядом с родителями, кто—то должен их уберечь…
Вокруг было неестественно тихо, в огромном лесу, полном нежити, птиц, животных и зачарованных растений, самый громкий звук – грохочущий пульс в моих ушах.
Словно все вокруг замерло в ожидании.
Стоило бы уделить этой тишине больше внимания, но тут невидимая чужому глазу нить пути, ведущая к последнему известному, а от того и надежно скрытому, источнику магии в этом мире начала становиться все толще, ярче, словно дрожала от силы, которая ее питает.
Замечательно! Значит я уже почти на месте.
«Ещё чуть-чуть, Эльсевар, ещё немного и я буду рядом, дождись меня, не наделай ошибок, прошу!»
Я требовала, умоляла, кричала о том, что нужно придерживаться плана, что нам нельзя разделяться, что все получится.
«Но, когда он меня слушал?!»
Этот мерзавец запер бы меня в самом глухом подземелье (что он, собственно, и сделал), чтобы уберечь.
Интересное дело: засыпать под звездами, окутанной горячим телом своего мужчины, желая, чтобы это ощущение длилось вечно, чтобы проснуться прикованной цепью, выточенной темными эльфами (прочная, ага, как же), за лодыжку в одной из пещер подземного мира.
«Вот те на – патриархат!»
Клянусь, притащу ему на поток отряд феминисток в следующем семестре, посмотрим, как запоет все отделение, атакуемое инициативными и, что самое главное, неприкосновенными адептами.
А ведь обещал, что ментальное внушение никогда больше в отношении меня не использует, свежо придание!
А как ещё я бы не почувствовала все произошедшее?!
Перенос в другой мир ещё ладно, портал. Пристегивание тоже – ну, да, крепко я сплю, но ведь не все 48 часов!
Спасу его и убью, а потом попрошу Лео воскресить его и снова убью, но сначала спасу!
Упрямая душа отказывается жить в мире, где его нет, в любом из миров.
Нет, я не позволю ему так поступить, мы найдем выход, он должен жить, вертела я такое геройство!
Не нужна мне безопасность такой ценой, пусть потом и не взглянет на меня, в монастырь пусть отправляет, да я даже согласна на летние каникулы отправиться к его чопорной матери на «перевоспитание», лишь бы остался цел…
Углубившись в мысли, только краем глаза уловила смазанное движение, но ещё до того, как успела затормозить и прислушаться – тело словно прошибло насквозь.
На миг все вокруг озарилось фиолетовым свечением. Теплая, влажная рубашка прилипла к телу, неестественно выгнутому, мир смазался, чтобы вскоре взорваться болью.
Лежа на земле, судорожно пытаясь вдохнуть выбитый из легких ударом в спину воздух – я увидела её.
Вместо удивленного вдоха – рваный хрип. Вместо чувства облегчения – осознание.
Собрав крохи сил, сжимаю предусмотрительно взятый с собой, артефакт, зажмуриваюсь, ожидая воронки переноса, но ничего не происходит. Сжимаю снова и ещё. Неужели разбила при падении? Нет… Открыв глаза, упираюсь взглядом в ее лицо, ставшее таким родным, однако теперь искаженное гримасой из отвращения и предвкушения.
Прежде чем сознание окончательно ускользнуло, сердце пропустило удар – человек, которому я доверяла больше всего на свете – предатель…».
ГЛАВА 1. Тайны семьи
Просыпалась я долго и с наслаждением, лучики солнца пробивались сквозь ажурные занавески, отскакивая солнечными зайчиками от хрусталиков на медленно покачивающейся от ветерка люстре, еле слышно поскрипывали половицы на первом этаже – наверняка мама опять проснулась ни свет ни заря и вовсю хозяйничала на кухне.
Сладко потянувшись в постели, я поплотнее закуталась в одеяло и наконец окончательно разлепила глаза.
Как же все-таки здесь красиво – из окна виднелись верхушки деревьев, активно населявших сад, раздавалось пение птиц, пол медового оттенка украшал вязанный ковер, привезенный некогда дедушкой из экспедиции в Чили, чуть поодаль кресло-качалка, в которой много лет назад маленькая я, сидя на коленях у бабушки, слушала сказки о далеких магических мирах, где стихии были живыми, звери и птицы – разумными и волшебными, а мир населяли колдуны, маги, нежить, русалки, драконы, грифоны…
Напротив стоял стеллаж, заполненный книгами, но я так и не нашла той, где были бы все те истории, что она мне рассказывала.
Бабушкино воображение, конечно, выше всяких похвал, а уж какая память – все это держать в голове!
В груди заныло – бабушка и дедушка покинули нас в одночасье, в то утро мы нашли их в объятиях друг друга, мирными и заснувшими вместе навек.
С тех пор прошло три года, родители решили не возвращаться в город, остались здесь в родовом поместье, ведь такой дом требует присутствия жизни.
Как бы мне не хотелось остаться здесь – все же приходилось довольствоваться не слишком частыми приездами на выходные и, если получится, проводить с родными часть каникул.
Студенческая жизнь требует городского ритма жизни.
Вот и сегодня была вторая суббота наступившего лета, и я наконец могла спокойно поваляться в кровати, никуда не спеша и не зубря очередной конспект по гражданскому праву.
С этими мыслями я обняла подушку, собираясь перевернуться и ещё немного подремать, вдыхая пьянящий загородный воздух, как…
– К-и-ира-а-а-а! – раздался протяжный мамин крик снизу.
– Кира, вставай! Ты же так весь день проспишь! А кто говорил, что хочет испачкать руки в бабушкином саду? А мы ещё хотели найти твои старые вещи на чердаке!
«Если не отзываться, она успокоится ещё на какое-то время и перестанет меня дергать» – мелькнула мысль, но тут же была безжалостно раздавлена звуками приближающихся шагов мамы по лестнице, а в следующую минуту дверь распахнулась, явив мне пышущую бодростью и «великими» идеями родительницу, которая, по-видимому, не собиралась сдаваться в своих начинаниях по моей скорейшей побудке.
– Мам, ну пожалуйста, дай мне ещё полежать полчаса-час, у меня давно не было такой возможности!
Воинственно-жалко пропищала я, пытаясь укрыться от пытливого взора госпожи Левиаф.
А сейчас к ней по-другому и не обратиться, стоит, воздуха побольше в грудь набрала и явно готовится выдать мне тысячу и один аргумент о пользе «ранних» для меня и, слишком «поздних», по ее мнению, просыпаний. По глазам вижу – не сдастся!
– Кирриада Фемида Левиаф, ты сейчас же встанешь, приведешь себя в порядок и спустишься к столу! Мы с отцом неделями тебя не видим, нет, месяцами! Ты хочешь мне сказать, что из тех двух жалких дней, которые ты выделила на встречу с семьей, один ты проспишь?! Если через двадцать минут тебя не будет внизу, пеняй на себя, милая!
Выслушав эту отповедь, выразила немое согласие, со стоном откинув одеяло, свесила ноги с кровати, собираясь встать. Получив короткий поцелуй в макушку, была в итоге предоставлена самой себе, дождавшись хлопка двери – натянула легкий халатик и таки отправилась в ванную.
Мой завтрак = родительский обед прошел мирно, поделившись последними новостями с учебы, получила гордый папин взгляд и порцию наисвежайших сплетен от мамы. Улучив минутку, накинула на плечи плед, взяла пузатую чашку с недопитым травяным чаем и отправилась в сад.
Это место всегда было визитной карточкой нашего поместья, удивительно, но сад словно жил своей жизнью – он ничуть не изменился с тех пор, как бабушки не стало, а мама клянется, что у нее не хватает ни времени, ни сил им заниматься.
Каким-то чудесным образом бабушке удалось создать здесь что-то вроде самостоятельной экосистемы.
Иначе как объяснить то явление, что он не зарос сорняками, растения не увядают, а наоборот пышно цветут круглый год, невзирая не отсутствие подкормок/прополок/подсадок?
В детстве мне нравилось думать, что он волшебный, что каждая травинка, цветочек, паучок и деревце растут здесь со специальной целью, что чай из собранных здесь трав – убережет от всех болезней, а мед местных пчел – вылечит даже душевный недуг.
Да—да, всё бабушкины сказки.
Погрузившись в эти мысли, вдохнула поглубже, словно пытаясь сохранить частичку всего этого у себя внутри и присела на ступеньки крыльца.
Наслаждаясь видом, не сразу заметила подошедшего и севшего на ступеньку выше отца.
Этот рослый, суровый на вид мужчина, с большими теплыми ладонями был для меня примером, опорой и оплотом безопасности всю мою жизнь.
Улыбнувшись, он притянул меня к себе так, что я оказалась в коконе его объятий.
– О чем задумалась моя малышка? Уже хочет от нас сбежать? –усмехнулся он.
– Вспоминала детство, пап. Ты знаешь, я ведь правда верила, что это место волшебное и живое, когда была совсем маленькой. Помнишь, как бабушка рассказывала о том, что здесь все неспроста чудесное? Порой мне кажется, что они с дедушкой до сих пор здесь, погляди, ведь ничего не изменилось! – сбивчиво проговорила в ответ.
– Я тоже чувствую их присутствие, дочка, и даже больше – знаю, что они рядом. – подмигнул он мне.
Это было непривычное для него откровение. Шумно втянув носом воздух и протерев глаза, он выпустил меня из объятий, встал и спускаясь по лестнице сказал:
– У меня остались дела в мастерской, мама просила тебя забраться на чердак и поискать вещи, которые мы могли бы отдать соседкой семье, у них подрастают маленькие детки.
– А где она сама?
– Ушла к тете Аглае, отнести выпечку. Но мы то знаем, что на часах полдень, а значит настало время мыть кости – хохотнув, бросил он на прощание.
Проводив удаляющуюся фигуру взглядом, я встала и прошла в дом, собираясь с силами, чтобы выполнить данное вскользь обещание…
Разразившись серией чихов и несколько раз едва ли не получив инсульт, в очередной раз наткнувшись на липкую паутину, я совсем потеряла счет времени, перебирая одну за другой коробки со своими детскими вещами.
Чего тут только не было: плюшевый кролик Боб – мой преданный партнер по былым приключениям, разноцветные речные камешки, которые я собирала, когда мы с дедушкой ходили ранним прохладным утром на рыбалку, книги, меж страниц которых сохранились засушенные садовые растения, рисунки, фотокарточки с указанием даты и происходящих на момент съемки событий, одежда и даже бирка из роддома, гласившая «04:12 29.02.2000г., К. Левиаф».
Мама обожала рассказывать о том, что ее девочка родилась в момент, когда взошла луна. Никогда не могла понять, что в этом примечательного, однако многочисленные родственники лишь посмеивались в ответ на все мои расспросы.
Взгляд зацепился за что-то поблескивающее в тени шкафа, подойдя поближе, подняла с пола кожаный ошейник с тяжелой металлической застежкой. На жетоне была гравировка «Марк. Адрес: Поместье Левиаф, тел. 8-567-7-…».
Поглаживая потертые временем буквы, вспомнила нашего огромного лохматого пса. Никто не знал откуда он взялся – просто пришел к дому одним осенним вечером, мокрый и могучий, разлегся на веранде. Дедушка пожалел его, накормив, поставил миску с водой, которая так осталась там по сей день.
Пес никогда не ночевал в доме, предпочитая проводить время на воле, не сидел на цепи, а потому время от времени отсутствовал, но всегда возвращался. Когда бабушки с дедушкой не стало – он ушел на очередную прогулку, но так до сих пор и не появился.
В глубине души мне хотелось верить, что с ним все в порядке, что однажды я приеду навестить родителей, а Марк как ни в чем не бывало будет лежать на веранде, приветливо помахивая хвостом.
Из воспоминаний меня выдернул мамин окрик, оповестивший о ее возвращении домой, промокнув глаза, я подалась было по направлению к выходу и со всего размаху шлепнулась прямо на коробки, зацепившись краем кофты за резной выступ шкафа.
Сдавленно кряхтя и глотая ругательства, попыталась встать и, запнувшись о коробку, впечаталась в дверь.
Тут же снизу донеслись взволнованные голоса родителей, сдавлено ворча и потирая ушибленные конечности, зло захлопнула дверь и поспешила в гостиную.
Не дойдя пару ступенек, замерла, услышав:
– Кира, это что, кровь?! Как ты умудрилась? Тебе просто нужно было рассортировать вещи! Пойдем скорее, нужно тебя обработать. – обеспокоено засуетилась мама.
– Я услышала, как ты пришла и хотела спуститься на перерыв, а там шкаф и коробки и в общем, вот. – путано начала я объясняться.
– Наверху-то все цело? – участливо поинтересовался папа.
– Папа!!! – обвинительно воскликнула я, на что получив лукавый взгляд и поцелуй в висок, обиженно пыхтя проследовала за мамой.
– Габриэль, эти твои шуточки…выйдут тебе боком, так и знай! – начала было мама, но осеклась, стоило рукам отца обвиться вокруг ее талии.
– Дорогая, таков уж я, а что я могу поделать? Ты родила мне смелую и бойкую дочь, однако это не гарантирует безопасность всему, что ее окружает. – в полтона посетовал отец.
Удостоившись укоризненного взгляда супруги, он, подняв руки, словно сдаваясь, оставил нежный поцелуй на ее плече и с довольной улыбкой удалился, кинув напоследок: «Если что – я в кабинете».
Как выяснилось – упав, я обо что-то распорола тыльную сторону ладони.
Выслушав не одну гневную тираду о своей «уклюжести» с перерывами на заботливые отеческие реплики и объятия, тему пришлось исчерпать, ведь мое тело начало подавать недвусмысленные намеки громким и требовательным урчанием желудка.
– Золотце, ты же с самого утра ничего не ела! – всплеснув руками, воскликнула мама, спеша к холодильнику.
Она начала выкладывать на стол многочисленные закуски, пирожные, напитки, салаты, рассуждая вслух о том, что совсем ничего нет на горячее. Нам с отцом пришлось в четыре руки ее оттягивать от плиты, чтобы не вздумала готовить на ночь глядя.
– Хорошо, дорогой, я обещаю не готовить, если ты разведешь камин… – хитро промурлыкала мама.
– Но Эллайда, на дворе лето! В доме дышать будет нечем! – возмутился он.
– Габриэль, ну пожалуйста, это навевает мне воспоминания о былых днях, когда вся семья была в сборе и расположившись на ковре под звуки потрескивания поленьев, мы играли в настольные игры, обсуждали все на свете, смотрели кино… – жалостливо начала она
– Хорошо, сейчас принесу дров, любимая… А вы пока накройте на ковре, устроим домашний пикник! – согласился он и под восторженным взглядом мамы удалился во двор.
Вечер прошел замечательно, дом был наполнен теплом и смехом, расположившись у камина и вооружившись подушками, мы почти прикончили все содержимое холодильника, разговаривая обо всем на свете.
Перебирая кисточки на пледе, в который меня завернул отец и глядя на отблески языков пламени, я задумчиво спросила:
– Мама, папа, а Марк не возвращался пока меня не было?
– Нет, детка, мы и сами его очень ждём, уверен, что он в порядке. Может это просто пес, но ему тоже нужно время пережить утрату… – нахмурившись проговорил отец.
– Родные мои, я никогда не думала, что так люблю животных, пока у нас не появился Марк. Я до сих пор благодарна ему за твою жизнь, милая… – прошептала мама.
– Благодарна за мою жизнь? Ты о том недоразумении на рыбалке?
– Недоразумении?! Кира, тебя тянуло на дно! Дедушка при всем желании не успел бы до тебя доплыть, а мы это видели с другого конца озера, я тогда молилась всем богам о чуде! И тут Марк появился из-под воды и потащил тебя на себе с неимоверной скоростью… А тот случай, когда он рычал и не выпускал из дома бабушку, она не могла понять в чем дело, ругалась на него, замахивалась, а через пять минут крыша веранды обвалилась! Если бы она успела выйти… Это самая умная собака на свете! Никак не пойму, что это за порода и не представляю, сколько ему лет. Но все, чего я хочу – чтобы он жил как можно дольше. – срывающимся голосом выпалила она.
Папа крепче приобнял ее, шепча что-то на ушко, она прильнула к нему, заметно успокоившись.
Как же я их люблю подумала я и сказала это вслух, подползая к ним, чтобы утонуть в их объятиях, как в детстве.
Полежав ещё немного, мы решили расходиться спать.
– Милая, ты все вещи перебрала? Спусти их вниз, пожалуйста, утром за ними заедет сосед. – сказала мама перед уходом.
Кивнув ей, я поспешила наверх.
Поднявшись на чердак, я потянула за цепочку светильника, так как за окном уже давно стемнело и чердак окончательно погрузился во мрак.
М-да, несмотря на всю свою хрупкость, бардак я устроила знатный всего одним падением – одна коротка порвалась и примялась, другая перевернулась и из нее высыпались вещи, шкаф сдвинут, на двери вмятина (а нечего было долбить по ней ногой в ярости). Вздохнув, я приступила к наведению порядка.
Переложив вещи из порванной коробки в целую и поставив ее поближе к двери, я подняла следующую и начала собирать в нее рассыпавшееся по полу содержимое и тут поняла, что пара речных камешков провалилась в половую щель. Попробовала приподнять половицу, про себя отметив, что пол в этом месте ощутимо теплее… деревяшка поддалась, камни были под ней, собирая их задело рукой что-то под полом, просунув руку чуть дальше нащупала гладкий, плоский предмет и вытащила на поверхность.
Это оказалась книга, удивительно, но на ней совсем не было пыли, как будто кто-то только что ее туда положил.
Но я точно знаю, что сюда до меня минимум год никто не заходил.
Покидав оставшиеся вещи в коробку, я нашла глазами кресло, стащила с него защитный чехол, устроилась поудобнее, чтобы получше рассмотреть находку.
Итак, темно синий переплет тисненый золотом. Названия нет. Покрутила, повертела – пусто. Попыталась открыть – не вышло.
Да как же это… Попробовала снова – ничего. Что за дела?! Предприняв попытку открыть книгу руками/зубами/ногами/об пол/об шкаф/силой мысли и не достигнув желаемого результата, сдаваться я не собралась – даже наоборот, азартно взглянула на лежащий неподалеку канцелярский нож.
Вскочив, метнулась к нему и схватила, конечно же, за лезвие. Пальцы обожгло болью.
Черт, не одно так другое! Повезло, что успела быстро отдернуть руку, порезы вышли неглубокими.
Теперь уже наверняка вознамерившись открыть книгу во что бы то ни стало – мрачно и решительно двинулась к находке.
Но стоило мне прикоснуться к ней на этот раз – комната внезапно озарилась золотисто-голубым свечением и так же быстро все погасло.
Я проморгалась, мелькнула мысль о том, что я, наверное, потеряла сегодня слишком много крови и переутомилась, да и поздно уже… Нахмурившись, перевела взгляд на книгу, которая теперь пестрела обложкой, расшитой вензелями, а в середине читалось: «Наша история» и подпись: Карнелия Левиаф.
Я зажмурилась, чтобы прогнать наваждение. Я была готова поклясться ещё пару минут назад обложка была пуста и эта вспышка света. В голове всплыло: а вдруг это та самая книга бабушкиных сказок? Бабуля ведь всегда умела творить чудеса, может и здесь тоже она постаралась. Может это особые чернила, которые проявляются на свету? Или от трения? Или я просто не сразу разглядела второпях?
Задержав дыхание, я вновь попыталась раскрыть книгу, и она поддалась.
Первый лист оказался пуст, проведя по нему рукой нащупала выемку, как если бы это было ответная часть очень тонкого пазла, попробовала перелистнуть – опять ничего. Господи, эта книга упрямее моей матери!
Пораскинув мыслями, стала перебирать коробки в поисках карандаша – если попробовать закрасить выемку, может удастся понять, что это за изображение такое?
Спустя полчаса и ещё больший разведенный бардак, мне удалось найти коробку старых карандашей.
Приблизившись, уселась поудобнее и легонько заштриховала всю область предполагаемой выемки, взяв книгу, подошла поплотнее к свету, чтобы рассмотреть получившееся.
Да это же львиный зев!
М-да, бабушкины уроки в саду не прошли даром, не знаю, мечтала ли она вырастить из меня ботаника, но вот чего я точно не могла предполагать – так это того, в какой именно ситуации эти знания мне помогут!
Так-так… Возможно, я схожу с ума, но вдруг это и есть ключ??
Ну, бабуля, не перестаешь меня удивлять!
Я почти сорвалась в сад, как меня остановило осознание – сейчас же только начало июня. А эти цветы распускаются ближе к середине лета, это что, столько ждать, чтобы подтвердить свои догадки?
Кусая губы, я меряла шагами комнату, размышляя о том, как поступить.
Положить книгу на место и вернуться в середине лета? Нет, это слишком долго.
Взять ее с собой в город? Шестое чувство подсказывало мне; что книга не должна покидать пределов дома.
Практически отчаявшись, я рухнула в кресло, мучительно перебирая мысли… Погодите-ка, книга с засушенными травами!
Я ведь только утром видела ее, может там есть и нужное мне соцветие?!
Стремглав бросившись к только недавно перебранной коробке, я почти по пояс провалилась внутрь нее и недолго прокопавшись, выудила на свет необходимый сборник рассказов.
Наспех пролистав страницы, не поверила своей удаче – вот он!
Дрожащими руками взяла хрупкий цветочек и приложила аккурат к обнаруженной выемке и замерла на месте – лист сам собой перелистнулся и на глазах начали появляться рукописные буквы, складывающиеся в слова:
«Моя дорога внучка, Кирриада!
Если ты читаешь это, значит я не зря посчитала твое рождение предзнаменованием, уверена, что ты сейчас читаешь это своими круглыми от удивления глазами и практически не дышишь!
Кира, я достаточно хорошо тебя изучила, чтобы знать, что я права, а ну ка вдохни!»
Я судорожно сделала вдох, в голове было непривычно звеняще пусто, медленно осев в кресле, постаралась выровнять дыхание и вернулась к прочтению.
«У тебя наверняка много вопросов, пожалуй я отвечу на самый значимый из них – нет, это не фокус, не чудо и не химический эксперимент. Тебе сейчас сложно это принять, большую часть времени ты росла в логически доказанной модели мира, это нормально, этот мир не привык к магии, ее здесь органически никогда не существовало, не считая тех частичек, что принесли с собой жители иных миров, но…»
Стоп, что?! Магии?? Иных миров?? Наверное, я сплю. Как ещё это объяснить? Нет, я, конечно, занимаюсь таро, верю в энергетическое поле, в силу природных стихий. Но магия? Наличие других миров?
Это невозможно! Хотя, появляющиеся сами собой буквы, обложки и цветочные замки мне до этого тоже показались бы невозможными. Но что я тогда делаю? Это какой—то кривой сеанс спиритизма? А свечи, а доска Луиджи не нужны, не? Так, надо сохранять спокойствие. Завтра утром я проснусь и все это откажется невероятным сном, если только я смогу его запомнить. Успокоив себя этими мыслями, продолжила, ммм… Диалог с бабушкой…?
«Спасибо, что решила перестать перебивать меня своим недоверием!» – саркастически гласила книга.
«Пока ты не начала искать дополнительные рациональные объяснения – я продолжу, хорошо? Итак, твоя тяга к трезвому взгляду на мир – это нормально, тебя ведь так воспитали, но все же и нам с дедушкой удалось внести свой вклад во время твоего взросления. У тебя есть навыки травницы, а это 85% успеха при зельеварении или занятиями алхимией, дедушка познакомил тебя со стихиями – водой, воздухом, природой и ее обитателями, да-да, не зря именно с ним вы так часто отправлялись в походы. В этом мире практически нет магии, однако мы воспитали в тебе уважение к ее природным носителям и дали знания о том, как с ними взаимодействовать».
Я перевела дыхание, если верить всему, что здесь написано, то из меня пытались вырастить ведьму?!
«Ага, скоро на метле летать начнешь и курам лапы обрывать для постройки избы, может дослушаешь прежде, чем строить выводы, недоверчивая моя?» – беспардонно прервала книга мои размышления.
Она что, читает мои мысли? Осенило меня.
«Не она, а бабушка и если ты ещё раз отвлечешься, то разговаривать с тобой мы будем в другом тоне, дорогая!»
Все-все, я вытянулась по струнке и приготовилась покладисто внимать.