Академия семи стихий. Пробужденная

Глава 1. Знакомство

Я во все глаза смотрела на Эрмина. Сходство между братьями было поразительным. Они, конечно, не близнецы, но вполне могли бы сойти за двойняшек.

Рослый, жилистый мужчина, с копной каштановых волос, разбавленных тонкими косами с продетыми в них оберегами, карие глаза, прямой нос, выразительные подвижные брови, четко очерченная челюсть и ямочка на подбородке. Стиль у них разительно отличался, да и комплекция тоже, но вот черты лица, мимика… Когда кто-то так сильно похож на родного тебе человека – опасаться его становится очень сложно.

Ослепительно улыбаясь, он раздавал указания снующим вокруг людям, то и дело поглядывая в нашу сторону, хитро улыбаясь и подмигивая.

Его поведение было до того беззаботным и по-детски игривым, что это сбивало с толку.

«Доверять ему нельзя, Кхаири. Что бы он ни сказал…».

«Ты цел? Я беспокоилась, что перенос опустошил тебя».

«Все в порядке, по-настоящему из меня тянет силы это место. Нам нужно как можно скорее убраться отсюда».

Я нахмурилась и кивнула.

«Почему мы оказались здесь?»

«Увы, это не моя заслуга…» волк устремил свой взгляд на лучащегося радостью мужчину.

А тот, в свою очередь, то ли из-за нашего повышенного внимания, то ли от того, что указания кончились – соизволил направиться в нашу сторону:

– Что-то мы как не родные! – всплеснул руками Эрмин. Наигранно задумавшись, он подпер кулаком подбородок и начал усиленно насвистывать какую-то мелодию, подыгрывая в такт бровями. – Ах да! Я же должен что-то вам предложить! Чаю, печенья, холодной расправы за предательство? – его лицо резко посерьезнело, чтобы через секунду он расхохотался, запрокинув голову, прервавшись лишь, чтобы озвучить: – Шучу. Не люблю холодное! Бррр… – усевшись в позу лотоса, мужчина приставил к вискам указательные пальцы: —…стой! Ничего не говори! Я догадаюсь…ммм, черный кофе! Я прав? Скажи, что я прав! – он практически взвизгнул, начав хлопать в ладоши.

Я взирала на него в немом замешательстве – это врожденная эпатажность или расшатанная психика? Создавалось впечатление, что он из тех, кто сначала радостно рассказывает тебе сказку и дарит собаку, сделанную из воздушных шариков, а сразу после – вонзает нож по рукоятку в грудь, не прекращая радушно улыбаться. Появилось ощущение липкости, захотелось уйти и не вспоминать об этом знакомстве. И почему я решила, что оно может что-то изменить?

Прочистив горло, спросила:

– Как вы узнали?

Он надул губки, обхватив ладонями лицо и начав качать головой из стороны в сторону:

– Слааденькая, это же так скучно – отвечать вопросом на вопрос! Испортила мне все шоу! Попробуем снова, но теперь будь хорошей девочкой, ладно?! – его улыбка застыла, в глазах мелькнула ярость, но Эрмин продолжил как ни в чем не бывало:

– На-на-на-на… Ты хо-оочее-еешь… – выдержал мужчина многозначительную паузу, – ..цитрусовый пудинг?! Прекрасно, я тоже большой любитель подобных лакомств, прямо как па… Идрис, да спасут древние боги его душу! – он раздраженно поправил ворот рубашки при упоминании дедушки, – О-ох.. я что-то отвлекся… Итак, каков будет твой ответ?!

Решив сыграть по его правилам – мало ли у нас получится сблизиться и он посвятит меня в свои планы? Ответила:

– Ты просто волшебник! Обожаю апельсиновый пудинг!

Его улыбка стала ещё шире, а глаза вмиг потемнели, мужчина зловеще прохрипел, не меняя выражения лица:

– Момент, девочка…

И в его руках появилась милейшая тарелочка в цветочек, на которой красовался ярко оранжевый пудинг в виде половинки апельсина. Выглядело это до того аппетитно, что я сглотнула слюну. Услышав про себя: «Будь осторожна. Что-то не так».

Эрмин молча протянул мне угощение, помедлив, я приняла блюдце из его рук и на нем тотчас появилась чайная ложечка.

Дядя не отрывал от меня взгляда абсолютно злых глаз, продолжая улыбаться. Я отломила небольшой кусочек из серединки десерта, внутри он был насыщенно красным.

– Ничего не напоминает, детка? – саркастично произнес он.

Пудинг начал булькать и дергаться, из него полилась красная теплая жидкость, сначала она окрасила всю тарелку, потом начала стекать по моей руке, одежде, она всё текла и текла…

– Столько крови ты отдала, чтобы предать меня?! Или больше?! – он дико расхохотался, поток усилился, практически фонтанируя, несколько капель попало на мои губы.

Я рефлекторно облизала их, чтобы в следующий миг онеметь – это и правда была кровь. Тягучая, солоноватая, с легким металлическим привкусом. Я в ужасе отбросила от себя плод злого перфоманса, сделав несколько шагов назад.

Марк увеличился в размерах, отгораживая меня от родственника своим телом.

Эльсевар Савди Фон Савлазар:

Я не спал несколько дней, конечно же, оправдывая это поисками Левиафар Фон Кираза.

Мы с Гарэном перепробовали буквально всё. Он молча снова и снова помогал мне воплощать самые смелые идеи в жизнь – если бы они хоть чего-то стоили…

Эрмин словно запер себя в самом безопасном месте, казалось, что он сидит в прозрачной коробке, невидимой ни глазу, ни чарам, ни кровным узам.

Ни один из ныне известных поисковых ритуалов на крови – не работал. Черт побери, ничего не получалось – ни его найти, ни её забыть…

Лицо Кирриады стояло у меня перед глазами, стоило мне их закрыть.

Вот и сейчас – я всего на минутку сомкнул веки, устало растянувшись на кровати, а она тут как тут, смотрит на меня, воинственно задрав подбородок, искушает своей близостью, манит ароматом шелковистых волос…

Я сжал переносицу двумя пальцами, уставившись в потолок, стараясь прогнать невыносимый образ. Мое, как мне казалось, непоколебимое нутро банально изнывало по этой девушке, требовало ее близости, хотело искупаться в ее эмоциях, подталкивало день и ночь искать любые зацепки, хотя бы косвенно связанные с ней.

Древние боги, сколько нужно времени, чтобы эта связь хотя бы истончилась?!

Сдавленно рыкнув, я рывком поднялся с кровати, чтобы в следующий момент на нее же и опуститься – до того яркая вспышка изумления меня накрыла.

Что-то внутри заворочалось и довольно заурчало, словно зверь, напавший на след своей самой желанной добычи. Неожиданно для себя я понял, что расплылся в улыбке. «Попалась!» – торжествующе билось в голове.

Ведь эмоция, буквально на секунду выбившая меня из равновесия – абсолютно точно не была моей…

Значит она снова здесь.

Она почему-то вернулась не смотря на ещё недавно бывшее таким острым желание попасть домой.

Интересно, что же ее переубедило…?

Эльсевар, совсем скоро ты сможешь спросить ее об этом сам. Но для начала – хоть помойся, что ли. Непонятно во что превратился, помешавшись на своих поисках! Вняв доводам рассудка, поспешил в купель. Кровь словно бурлила, хотелось прямо сейчас броситься к Кирриаде, все внутри горело от азарта и предвкушения встречи, да и не только внутри, если быть честным.

Намыливая, напряженное как струна, тело, я против воли представлял маленькие пальчики на своей коже. Как будто это она омывает меня, словно исследует, словно хочет… Со стоном я прикоснулся к твердому, как камень, члену. От резкого удовольствия вперемешку с видениями, меня выгнуло, и я глухо простонал, двигая ладонью с сомкнутыми пальцами все резче и жестче.

Кирриада, прижатая мною к стене, Кирриада в нерешительности закусывающая губу, Кирриада, впивающаяся зубами в мои пальцы, пока я двигаюсь внутри нее.

Образы были настолько яркими, что я не продержался и пары минут. Кончив, я грузно опустился на колени под струями, продолжающими орошать мои плечи и грудь.

Найти ее – это одно, но что я буду делать после? Как мне держать себя в руках и вдали от неё, если я даже с собой справиться не могу?

Она будто под моей кожей… Как я не понял? Как упустил этот момент? Как мне говорить спокойно с той, кто разрушает мою выдержку взмахом ресниц?

Домывшись, я обтерся полотенцем и его же повязал на бедра, вернувшись в спальню.

Взъерошив мокрые волосы, открыл шкаф, чтобы взять свежую одежду, но тут раздался настойчивый стук в дверь, а следом: «Магистр Савлазар…».

Что бы там ни было – сейчас это неважно, отмахнулся я мысленно, надевая белье.

Стук повторился и зов тоже, уже более уверенно и иным тоном.

Я просунул руки в рукава рубашки, начав застегивать маленькие пуговки. Снова стук и практически крик.

Да что ж такое?! Они в конец уже охамели все?! Мало мне Левиаф, что ли?!

Преодолев расстояние до двери, с грохотом распахнул ее, устремив свой взгляд на незваного гостя.

Вот только он оказался не один, а целых пятеро – Оллиндира Ше Патрис, близнецы Вайзсман, Альвиатта Дер Орлесс и, конечно же, Корлиаз.

Отойдя от не слишком радушного приветствия самой первой, Оллиндира твердо произнесла:

– Магистр Савлазар, нам нужно поговорить.

Вздохнув, я открыл дверь шире, жестом приглашая компанию в кабинет. Рассаживаться адепты не пожелали, столпившись на ковре, они виновато смотрели на меня.

– В чем дело? Я слушаю.

– Ректор… Мы до последнего надеялись, что сможем отыскать… Что она откажется в таверне или вернётся ещё откуда-то вместе с Марком, но её до сих пор нет. – оборотница была не на шутку перепутана, я отчетливо это чуял, но хорошо держалась. – Кирриада пропала, магистр. Ее нет уже больше трех дней. Мы не знаем, к кому ещё обратиться. – сухо произнесла она, прямо взглянув на меня.

Тут в разговор вклинился Лиаз:

– Дядя Эльсевар, помоги, прошу. Где бы ни была Кирриада, я готов нести наказание за нее. Но это – после. Сейчас мы должны найти ее. – я смотрел на некогда импонирующего мне юношу и не мог справиться с растущим раздражением.

Наказание он решил на себя взять, каков герой…

Встряхнувшись, я прогнал ребяческую ревность и молча проследовал к своему столу.

Устроившись на рабочем месте, спокойно и четко произнес:

– Адептка Левиаф не пропала. – присутствующие изумленно выдохнули, ловя каждое мое слово. – Ее срочно вызвали домой. Я лично присутствовал, когда она отправилась туда порталом. Беспокоиться не о чем, она со дня на день вернется. – я испытал больное удовольствие, произнеся последние слова. И ведь не словом не соврал, я прекрасно понимал, чем это чревато в обществе банши.

До этого молчавшая Альвиатта подала голос:

– Случилось что-то серьёзное?

– В подробности меня не посвящали. Ввиду беспокойства семьи, я сделал исключение. Ещё вопросы?

Молодежь переминалась с ноги на ногу:

– Нет, спасибо, что разъяснили ситуацию. Мы пойдем. – проговорил лекарь, увлекая за собой оборотницу и остальных.

Один только Корлиаз не торопился уходить и, сев в кресло, в котором я уже привык наблюдать отнюдь не его, он дождался ухода друзей, чтобы озвучить:

– Дядя Эльсевар, ты правда ничего не знаешь? Если есть хоть что-то – расскажи мне. Я должен знать.

Я сцепил руки в замок, не желая терять контроль:

– Я уверен, что Кирриада сама расскажет тебе всё, что нужно. Как я уже сказал – подробностей я не знаю. А тебе не мешало бы с таким же рвением относиться к учебе, а не тратить мое время. Я занят.

Молодой полудемон отшатнулся, как от пощечины:

– Ты странно себя ведешь. Я чем-то огорчил тебя?

Я вздохнул:

– Лиаз, отправляйся к себе, у меня много дел, правда. Поговорим в другой раз. – я не имел ни сил, ни желания беседовать с ним. Даже смешно, в какой ситуации я оказался – конкурирую с сыном лучшего друга. Да он на моих коленях ещё недавно уплетал печенье с молоком!

Юноша встал, легко поклонившись:

– Хорошо, не буду отвлекать. Всего наитемнейшего.

– Пока.

Как только за спиной Этьена младшего захлопнулась дверь, я выскочил из-за стола, обращаясь к нашей с Кирой связи.

Она окрепла и объемно пульсировала, но складывалось впечатление, что прерывалась какой-то преградой. Будто растение, проросшее в камень до середины. Я мысленно шел по ней, но никак не мог добраться до девушки, казалось, она была за стеклом, но отражающим.

Решив ориентироваться на точку прерыва, я сосредоточился, раздвигая пространство для телепортации.

Меня выбросило у подножия гор, передо мной простирался лес. По ощущениям – я был где-то между эльфийскими государствами, как бы на границе с дроу. Что она здесь забыла?

Повинуясь инстинктам, я пошел налево, вдоль горы. Мне открылась небольшая расщелина – тропинку разрезал узкий ручеек, весело струившийся по мелкой гальке. Чутье толкало меня к направлению его истоков, пройдя около тридцати шагов внутрь, я наткнулся на преграду.

Внешне – мне ничего не мешало, по бокам – камни, под ногами влажная трава, смоченная тонкими струйками, впереди – просвет и виднеется небольшая поляна, но пройти я не мог, словно сам воздух сгущался, образуя стену.

Переключившись на магическое зрение – я воочию узрел причину вынужденной остановки.

Мощнейшая, и, к моему стыду, абсолютно незнакомая мне, защита отгораживала пространство, уходя далеко вверх.

Они что, сетью всю гору накрыли? Но для чего?

Это было похоже на какую-то безумную вышивку – плотное плетение стандартной охранной защиты, накрытое сверху вуалью из всевозможных чар, присущих различным расам, какие-то символы, словно выведенные поверх всей этой вакханалии кровью. И я не мог определить, чьей именно – как будто у множества разномастных существ ее выкачали, влили в большой чан, перемешали и только после использовали.

Что бы они не пытались защитить – вышло качественно и вскрыть это нужно так же искусно, привлекать внимание к себе пока рано.

Я битый час возился с защитой: находя контрзаклятие для одного узла, понимал, что если зацепит ближний – все взлетит на воздух, находя край плетения знакомых чар, осознавал, что расплести только одно не получится, нужно обезвредить и то, что вплетено выше, но как безопасно распутать то, что изначально работает только атакующе?!

Тут поработал либо гений, либо психопат, не иначе.

Я уже терял терпение и думал о том, с какой стороны лучше ударить, чтобы обойтись меньшим уроном для того, что вокруг и, особенно – для того, что внутри.

От размышлений меня отвлек очередной сюрприз – серебристые щупальца чар в двух шагах от моих ног. Они просачивались изнутри, как бы приподнимая защиту, формируя некий ход…

Как я сам не догадался? Не могу открыть – надо обойти!

Присев на корточки, я наблюдал за действиями безымянного мага, ещё хотя бы восемь сантиметров – и я смогу физически пролезть под барьером. Странно, но мне казалось, что я уже сталкивался ранее с тем, чья магия сейчас активно искала выхода из этого места.

Присмотревшись, я собрался с мыслями, чтобы вспомнить… Серебристая, густая, с легкими всполохами, не действует нахрапом, а ищет лазейку – значит, мудрая, нечеловеческая, обладает звериным чутьем.. стоп! Амарок!

Я нашел, я их нашел!

И, действительно, прислушивавшись к себе, я понял, что моя душа сейчас полна эмоций и не только моих, однако, я нахмурился, почувствовав липкий холод – она испытывает страх?

Не имея сил больше ждать, я решил объединить усилия с волком, сформировав собственную плеть силы, направил ее параллельно щупальцу – мягко поддерживая барьер, стал легонько подталкивать его выше. Не сразу, но преграда начала поддаваться, силы уходили куда быстрее, чем можно было бы предположить, словно защита питалась моей магией. Как только лаз стал примерно подходящего размера, я лег на живот и начал ползти, одежда в миг промокла, в нос полезли травинки, энергия таяла, но мне было все равно, все о чем я думал – они там. Она там.

Пробравшись, я, не отряхиваясь, сконцентрировался на нашей связи, вслепую труся вперед, как ищейка, ведомый только ее страхом, когда наконец моего слуха коснулся знакомый голос:

– Я не предавала тебя, дядя, а только хотела попробовать спасти…

Дядя?! Так вот, что за защита такая – Эрмин здесь. В моих руках моментально появилась плеть Акаши. Объясняться будем потом, Кирриада, а сейчас – я разберусь с ним. Вот только спасти кого бы то ни было, у тебя вряд ли получится.

Я медленно обходил дом, стоящий в тени деревьев, идя на источник звука. Осторожно выглянув из-за стены, увидел ее, укрытую телом Амарока, пытающуюся беспристрастно глядеть на родственника, вот только ее истинные чувства наполняли все мое нутро – опасение, непонимание, грусть, потрясение.

Решив, что скрывать свое присутствие больше не имеет смысла, я вышел на свет, громко объявив:

– Эрмин Калеб Левиафар Фон Кираз, отойдите от девушки. Сопротивляться бес… – не успел я договорить, как раскатная вспышка накрыла территорию, рванув к Кире, я вновь перестал ориентироваться на зрение.

Когда свечение рассеялось, девушка оказалась лежащей на спине без сознания, вся в крови. Втянув носом воздух подле ее лица, Марк громко завыл, запрокинув голову.

Кирриада Фемида Левиафар Фон Кираз:

Лицо мужчины исказила злоба, но улыбка до сих пор его не покидала.

Он трясся в немом хохоте, абсолютно жутко выглядя. Его глаза почернели, кожа мерцала и натягивалась, грозя лопнуть, если он не придет в себя.

Я пятилась назад, не зная, что делать. В голове лихорадочно проносились мысли, в висках пульсировало, внутри нарастала необъяснимая решимость.

Марк, припав к земле и глухо рыча, по-прежнему заслонял меня собой.

«Что делать?!»

«Тяни время, я почти все. Похоже, что подмога уже здесь».

«Подмога?!»

«Тяни время, Кхаири. Мы сейчас ограничены только в нем».

Собравшись, я попыталась придать спокойствия голосу. Мне отчаянно хотелось воззвать к его разуму.

От этого человека можно было ожидать чего угодно:

– Я не предавала тебя, дядя, а только хотела попробовать спасти…

Его страшные глаза вперились в меня, он ломаным движением наклонил голову к левому плечу, проведя пальцами по губам. Оскалив ставшие заостренными зубы, Эрмин переспросил:

– Спасти? Девочка, ты совсем ничего не знаешь! Похоже, умом пошла в папашу… – наигранно грустно протянул он, состроив расстроенную гримасу.

Выхватив из кармана брюк небольшой кинжал, он провел острием по своей шее, оставляя кровоточащий порез, который, впрочем, затянулся в считанные секунды.

Слизав собственную кровь с лезвия, он облизнулся, весело воскликнув:

– Я – единственный, кто меньше всех в этом мире нуждается в спасении, дитя. Спасать нужно не меня, а остальных, хотяяяя… Идрису и Карнелии это не помогло! – он широко развел руки в стороны, кожа местами рвалась и снова зарастала, воздух наэлектризовался от бушующей в нем силы.

Я задохнулась от накатившей боли, что он имеет ввиду? Он причастен к смерти бабушки и дедушки? Но как же так…? Они ведь его родители!

Что-то внутри лопнуло, высвобождаясь, в голове крутились незнакомые слова, пульсируя, желая быть сказанными.

Все вдруг замедлилось, тело словно стало более легким, отрицая гравитацию. Я почувствовала, как внутренности начало распирать, а сердце – наполняться такой яростью, какая доселе не была мне знакома.

И прежде, чем я услышала голос, отчасти ставший уже таким родным, прошептала:

– Permitto. – меня скрутила судорога, голову словно прошибло раскаленным прутом, из последних сил выговорила отчаянно просящееся:

– Exalare.

Все вокруг полыхнуло белым светом. Сознание стало покидать меня и последнее, о чем я взмолилась – хоть бы Марк и Эльсевар не пострадали.

Я очнулась раньше, чем решилась открыть глаза. Слушая ровное дыхание спящего рядом мужчины, я ощущала на себе его руку, подгребшую меня под большое горячее тело. Его сердце ровно билось где-то в районе моей щеки.

Это было одновременно и странное и новое и приятное чувство – лежать рядом с ним вот так, словно это в порядке вещей. Все-таки разлепив веки, я посмотрела в сторону окна – на дворе была глубокая ночь, освещаемая лишь светом Октара.

Меня явно переодели – так как лежала я в одной, хоть и огромной, но футболке. Пошевелившись, я размяла шею и затекшие от лежания над головой, руки.

Эльсевар, потревоженный моими манипуляциями, завозился на кровати еще плотнее прижимая меня к себе.

Я замерла, когда в тишине раздался сонный голос:

– Кира, не уходи. Останься, я люблю… – пробормотал мужчина и нахмурился.

– Я здесь. – тихонько проговорила я, погладив его лицо и убрав упавшие на лоб, непослушные пряди.

Он тотчас расслабился и, кажется, даже причмокнул во сне.

Я все ждала, когда мое сердце дрогнет от нежных чувств, когда по коже побегут мурашки, когда внутреннее ликование от нечаянного сонного признания затопит мою душу.

Но ничего не происходило.

Я знала, что мне нравится находиться рядом с мужчиной, но внутри царила практически гробовая тишина.

Я знала, что мне будут приятны его поцелуи, но желание не будоражило мою кровь.

Я знала, что я очень давно хотела подобной близости с Эльсеваром и вот – мы здесь, а я, кажется, ничего не чувствую.

Мне стало не по себе от происходящего, но и позыва сделать с этим что-либо не возникло.

Решив, что утро вечера мудренее, я повернулась спиной к спящему мужчине и решила попробовать заснуть, но не тут-то было.

Большая ладонь вдруг поднялась выше и, добравшись до груди, мягко ее сжала, словно случайно зажав сосок между пальцами. Сзади послышалось довольное ворчание, шею обожгло дыханием, губы переместились на ухо, нежно лизнув мочку и прошептали:

– Чшш, ничего не говори.

Хм, ну ладно. Не то, чтобы я болтать прямо сейчас вознамерилась…

Приподнявшись на одном локте, Эльсевар легко надавил на мое левое плечо, переворачивая меня с бока на спину и, видимо, предвосхищая комментарии, закрыл рот поцелуем.

Не отрываясь от моих губ, он сменил положение, теперь уже нависая надо мной, будучи сверху.

Раздвинув мои ноги коленом, он уместился между ними, начав поднимать край футболки вверх, чтобы в итоге снять ее с меня полностью.

Оторвавшись от меня, он сел, оглядывая мое тело в лунном свете.

Мне не нужно было смотреть, чтобы знать, что он видит – вытянутая пропорциональная фигура, со среднего размера налитой грудью и призывно напряженными сосками, плоский живот со слегка проступающими косыми мышцами пресса, указывающими путь к зоне бикини, скрывающей в себе уже вполне влажную киску.

Может эмоции меня и подводили, но тело откликалось на него исправно.

Он слегка качнулся, отклоняясь, чтобы провести руками по длинным ногам – начиная от пальчиков и заканчивая бедрами. Припав к моей шее, он проложил цепочку поцелуев до моей груди, по-свойски втянув ртом сосок, в то же время его пальцы нашли мой клитор. Дернувшись от этого прикосновения, я выгнулась ему навстречу, шумно втягивая в себя воздух.

Мои глаза нашли его, когда он продолжил оставлять поцелуи на моей коже – ложбинка, живот, правое бедро, левое… Немного сползя вниз, Эльсевар улегся так, что его лицо оказалось аккурат напротив моих складочек, обхватив мои бедра руками так, что они буквально лежали на его плечах, он приник губами к моему естеству.

Тело моментально среагировало на такую ласку, вплотную подаваясь к нему.

Его язык кружил вокруг клитора, то дразня его легкими постукиваниями, то активно стимулируя ритмичными движениями.

Когда его губы обхватывали чувствительный бугорок – из моего горла вырывались крики. Опустившись ниже, язык проник внутрь, чуть продавливая себе путь и задвигался взад-вперед. Большой палец правой руки тем временем помогал, заменяя покинувший чувствительное место язык.

Я извивалась, ведомая импульсами нервных окончаний и хрипела, когда он вернул язык на законное место и выпустил одну из моих ног из объятий, чтобы погрузить в меня свои пальцы.

Всего несколько движений внутри и ощущение горячей влажности его рта на моем клиторе – и мое тело затряслось в судорогах оргазма. Но на одной победе мужчина останавливаться не захотел, звонко шлепну меня по бедру, он вновь вернулся к моему, все ещё пульсирующему, лону.

После того, как я кончила в шестой раз и обмякла, а за окном начало понемногу светать, он наконец оторвался от меня и поднявшись, лег рядом, собственнически заключая в объятия. Поцеловав меня в висок, он устроил голову поверх моей и затих – то ли думая о чем-то своем, то ли засыпая. Надеюсь, что второе, так как я провалилась в сон моментально, хоть и приятно, но измотанная такими ласками.

Во второй раз я проснулась уже глубоко за полдень, но на этот раз со мной спал уже Марк, как бы заменяя ректора на охранном посту.

Почесав его за ухом, вымолвила: