Мир в миниатюре. Долины вечности

© Алексей Клыков, 2020

ISBN 978-5-4498-3853-7

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Алексей Клыков

Балтийская писательская организация

«Остров вдохновения»

МИР В МИНИАТЮРЕ. ДОЛИНЫ ВЕЧНОСТИ

Сборник миниатюр

– — – — – — – — – — – — – — – — – — – — – — – — – — – — – — – — – — ДОЛИНЫ ВЕЧНОСТИ

Сиюминутный триумф, власть над людьми, всевозможные почести и восхваления. Возможность утолить жажду сладострастия и жажду духовных озарений.

Всё превращается ни во что, оказываясь в бесконечных долинах вечности. В долинах, которым нет начала и не может быть конца, в месте, где бродят миллиарды теней и раздаются миллиарды звуков.

И спят, спят самым крепким сном разрушенные города и поверженные страны, высохшие моря и вырубленные чащи, всесильные правители и униженные рабы, сбежавшие с поля брани трусы и великие воины.

И на всё это смотрят века, смотрят холодно и безразлично, как на что-то слишком знакомое, почти надоевшее, не возбуждающее никакого интереса.

Нудно и протяжно поскрипывают ворота, те самые ворота, через которые проходили мудрецы и кликуши, бродячие артисты и крупные сановники, морские разбойники и слагатели саг про океанские путешествия.

И, кажется, что сюда, как и прежде привозят золото и меха пряности и вино, экзотических животных и доселе невиданных птиц.

Призрачны и причудливы стены некогда стоявших домов, с их лепниной и узорами, окнами и балконами. Ныне с ними происходят удивительные превращения, то они кажутся крепостными стенами, что достают до самого неба, то мутными зеркалами, в которых появляются самые неожиданные лики.

И время от времени тьма озаряется отблесками давно ушедшего солнца, солнца которое несло надежду и жизнь, вселяло в души и сердца силу и веру.

Ночная трава покрыта холодной влагой, ощутив которую можно почувствовать нежданный страх, страх перед чем-то неведомым, странным, и в чём даже страшным.

Старые аллеи напоминают своды старинных замков, здесь тоже живут свои духи и призраки, здесь то и дело оживает прошлое.

Вечная зелень высоких деревьев навевает мысли о том, что секрет вечной молодости всё-таки есть и он кем-то раскрыт, и есть те счастливчики, которым позволено пользоваться этим секретом.

И эта возможность есть не только у цариц и царей, и прочих представителей знати, но и у всех других обитателей долины вечности.

В залах огромных замков, где раньше шумели пиры и балы, и теперь продолжается веселье, произносятся тосты и кружатся пары, бесконечно звучит музыка.

Повсюду не зная стали, горят огромные камины, кажется, что их огонь вот-вот вырвется наружу и взметнётся до самого потолка. Каминное пламя красиво и полно огромной силы, и при всём при этом, от него не исходит ни капли тепла.

Со стен на всё это взирают бесконечные картины, лики, изображённые на них, утратили и былые краски, и всякий интерес к происходящему, словно говоря: и от вечности можно устать!

На тёмных от копоти стенах замков постоянно появляются таинственные тени, словно некто наблюдает за происходящим в зале, думает, стоит присоединяться к этому странному веселью.

Герои былых войн теперь не сражаются, они лишь вспоминают прошлые битвы, воздавая должное храбрецам, и тем, с кем плечо к плечу шли в атаку, и тех, с кем приходилось сразиться.

Уже неважно кто был прав, а кто нет, неважно кто получал награды за совершённые подвиги, и кому были возведены помпезные монументы.

Рёв войн стих, их пламя потухли, лишь время от времени из прошлого доносится эхо давно отзвучавших салютов.

Боевые горны больше не призывают готовиться к бою, всё уже свершилось, всё уже позади.

А на шикарных виноградниках вновь появляются спелые и сладкие плоды радуя детей, а взрослые гурманы живут предвкушением того момента когда их губы ощущать прикосновение самых изысканных вин.

Всё выглядит так, словно после долгих лет процветания, эти места не поглощались пустыней, чей песок слой за слоем занёс цветущий и плодородный край.

Словно не торжествовала в этих местах свою победу пустота и тишина, словно не накладывало на эти места свою пяту забвение.

Всё опять вернулось, всё опять ожило, и снова звучат песни и гимны в честь славного урожая.

И вновь шумят давно высохшие моря, и вновь накатывают их волны на бесконечные берега, разбрасывая повсюду солёные капли.

Вал воды, который нёсся, как казалось от самого горизонта, и мог снести всё на своём пути, достигнув суши, вдруг умерил свой пыл, словно сказал сам себе: хватит разрушений, хватит горя.

Лишь дюны, услышав шум волн, пробуждаются на какое-то время и начинают опять и опять рассказывать сами себе волшебные легенды, одну удивительней другой.

И все былые бури, и все былые потрясения остаются позади, уступая место невиданному до того покою.

А вот красавицы пленявшие сердца юношей и благородных мужей, как и прежде, привлекают к себе восхищённые взоры.

В прошлом осталась одна пора, прекрасная, яркая, но мимолётная, и наступала другая пора, более спокойная, предсказуемая, но бесконечная.

Иногда кто-то из красавиц может и взгрустнуть о том, что ушло, но это грусть о уже прошедшем дожде, о уже оставшимся позади лепете ребёнка. Такая грусть не тяготит, она возвышает.

Над головой проносятся тучи, рядом пролетают листья, но нет душевной обречённости, есть душевная радость, и душевный покой.

НА ИСХОДЕ ЛЕТА

Волна вновь и вновь билась о берег, напоминая истеричку, которой внезапно овладел припадок. Невдалеке визжали дети и лаяли собаки, в воздухе висело странное возбуждение.

Небо наблюдало за происходящим с холодной отстранённостью, подобные сцены разворачивались перед ним каждый день и уже не могли порадовать новизной.

Крики, лай, чуть натужный шум моря, наверное, многим подобная какофония показалась бы чрезмерной, хотя без сомнения есть ценители, которые нашли бы свою прелесть и в этом гвалте.

Волна вынесла на берег небольшой кусок янтаря, и он увяз в мокром песке, попытки вернуться обратно ни к чему не привели и представитель янтарного братства смирился со своей участью.

Вскоре над янтарём склонился огромный пёс, который на время оставил беготню с детворой, обнюхав находку, он побежал дальше, не сочтя её достойной внимания. Что поделать, пёс не оценил красоту морского сокровища и вернулся к прежним играм, они были для него интереснее, чем всё остальное.

Пляжный праздник жизни продолжался, всем хотелось в полной мере насладиться тёплым солнечным днём короткого балтийского лета. Тот, кто подарил всему живому подобные дни, был добродушным фантазёром, умеющим радоваться сам и любившим радовать других.

В такие минуты меньше всего хотелось смотреть на часы, ведь в этом случае в голове начинала крутиться мысль: подобное блаженство продлиться недолго, пройдёт не так много времени, и это почти райское место будет напоминать холодную пустыню, покрытую наростами льда.

Наблюдающее за всем этим небо, наверное, думало: как же мало нужно людям для счастья, как легко они находят повод для радости, впрочем, и унынию они предаются с не меньшей лёгкостью. Август подходил к концу, позволяя радоваться тёплой погоде и давая повод подумать о грядущих ветрах и ливнях. И подобная перспектива не могла не вызвать определённую грусть.

Прогулка у моря была приятной, но кто-то стал подумывать о том, что пора возвращаться домой. Одних ждал далёкий путь, других не очень, но почти все отправлялись домой в довольно благостном расположение духа. Собаки с радостным лаем помчались к дорожке, по которой покидали пляж, животные вовсю резвились, сопровождая детей, одна из девочек сжимала в руке кусочек янтаря, который она нашла в мокром песке. 12—15 8 18

НОЧЬ

Ночь бывает благородной дамой в дорогих одеждах, она идёт не спеша, поглядывая на всё оценивающе, чуть надменно, замечая любые недочёты и промахи.

Далеко не каждый может заслужить её расположение и хотя бы снисходительный кивок в свою сторону, но если кому-то удастся расположить к себе эту высокородную особу, он может рассчитывать на то, что она посвятит его во многие свои тайны и секреты.

Ночь бывает испуганной девчонкой с простодушным сердцем, оказавшись на пустой тёмной улице, она чувствует как от каждого звука, от каждого шороха, замирает её душа.

Ей хочется, чтобы рядом вдруг оказался кто-то умный, надёжный, добрый, тот, с кем можно пройти по любой тьме.

Ночь бывает гулёной и распутницей, то и дело уходящей в загул, ей нужны кабаки и притоны, она охотно употребляет вино, наркотики и готова отдать своё лоно во власть любого бродяги.

Ей не нужны разговоры о завтрашнем дне, с их красивыми витиеватыми словами, лучше предаться сиюминутному веселью, слыша и произнося самую отборную брань.

А иногда, ночь превращается в преступницу, со своими сообщниками она подкарауливает прохожих в тёмных углах, и с помощью пистолета, ножа или камня лишает бедолаг имущества, а то и жизни.

Совершая свои злодеяния, наша преступница уверенна в своей безнаказанности, нет такого сыщика, чтобы её поймать, нет такого прокурора, чтобы выдвинуть против неё обвинения, нет судьи, способного вынести ей приговор, и палача готового привести вердикт в исполнение.

А ещё, ночь это душа творца, пространство полное тайн и откровений, взлётов и падений, тут совсем рядом гениальные озарения и полное затухание разума, затухание, похожее на последние отблески погрузившегося в море солнца.

Ночь, это время, которое бог отвёл для собственных раздумий, когда миром овладевают сон и тишина, создатель всего сущего думает о том, чем же в итоге стал этот мир, и стоит ли давать ему шанс существовать дальше.

ФАНТОМ

Вилен шёл и шёл, даже не заметив того, что город кончился.

Впереди появился странный силуэт, был это человек, или только фантом, оставалось неясным. К тому же пошёл сильный дождь, и разглядеть незнакомца стало ещё сложней.

Сперва он показался толстым, потом худым, а после стал напоминать нечто бесформенное, и находился в таком состояние довольно длительное время. То, незнакомец начинал проворно двигаться, не зная устали, а то, застывал в воздухе, смотря на всё с довольно большой высоты.

Его лик то и дело менялся, выражая удовлетворение, смятение, разочарование и тысячи других эмоций. Гладкая выбритость щёк внезапно сменялась длинной бородой, которая доставала до самой земли.

Уже было далеко за полночь, что придавало всему происходящему особый мистический налёт.

Разум пытался призвать к себе в союзники здравый смысл, но это не слишком помогало, эмоции оказывались сильней.

Может Вилена, разыгрывал странный фокусник? Но в чём мог быть смысл этого аттракциона? Чем всё это должно было кончиться?

Во время очередного превращения фантом предстал солидным господином, который важно посматривал сверху, напуская на себя весьма задумчивый вид.

В нём было что-то, от телепроповедника, казалось, что он вот-вот заговорить о суетности мира и тщетности земных желаний.

Хмурость на лике фантома сменилась улыбкой сперва едва заметной потом ехидной, а после по-детски наивной.

Если бы подобное показали в цирке, публика пришла бы в полный восторг, издав гром бесконечных оваций, но данное представление наблюдал только Вилен, а ему совсем не хотелось аплодировать.

Время от времени в голове появлялись мысли, что всё происходящее

сон или галлюцинация, но в следующее мгновение становилось ясно всё это, правда, невероятная но, правда.

Фантом не издавал ни звука, но при этом у Вилена было ощущение, что минуту назад ему довелось услышать громогласную тираду.

А через какое-то время мужчине стало казаться, что между ними начинает устанавливаться некая странная связь, словно их связали невидимые нити.

Если сначала Вилен был очень изумлён подобной встречей, то постепенно он стал привыкать к фантому и ко всей этой странной ситуации.

Как знать может быть это «явление» было неким предупреждением высших сил, оставалось только понять, о чём именно они предупреждали. Все «наставления» были слишком туманны и не могли подвигнуть ни к чему конкретному. А возможно разгадка была в чём-то еще, но в чём оставалось лишь гадать.

Внезапно в голове Вилена промелькнула странная мысль: а если через мгновение фантом исчезнет не оставив после себя никаких следов сможет он, Вилен, жить как прежде словно ничего не случилось? На этот вопрос у мужчины не было ответа, что только добавило беспокойств в его душу, в которой итак царило смятение.

Но будущее неизбежно оно всегда наступает, отодвинув как прошлое, так и настоящее, причём не рано или поздно, а в свой законный и положенный срок.

Разуму хотелось ясности хотелось чёткой определённости, а вот душе было страшно расставлять все точки над «и» она боялась утратить предчувствие чего-то особенного и возможно желанного, что могло ожидать впереди.

Внезапно фантом показал язык, после чего его окутало туманом, словно мантией и он стал походить на повелителя ночного мрака, правда, высунутый язык навевал мысль о том, что повелитель не

совсем в себе.

После всего этого фантом и прикрыл глаза и, похоже, задремал, наверное, его утомили все эти мудрёные превращения.

Вилен подумал: в моей жизни ещё не было такой странной ночи возможно, и сменяющий её день будет очень отличаться от других прожитых мною дней.

И если произойдёт нечто подобное, это уже не станет для Вилена невероятным сюрпризом, после всего увиденного он был готов ко всему.

Быть может теперь он станет толкователем снов прорицателем или кем-то ещё в этом роде.

Фантом вновь раскрыл глаза и спрятал язык обратно в рот, после чего обнаружил интерес к происходящему. Вилену уже ничто не казалосьстранным, он просто ждал очередного превращения фантома.

У фантома были собственные соображения, и поступал он исходя из них, не слишком учитывая волю Вилена.

Фантом стал превращаться в разных людей, сперва это были те, кого Вилен хорошо знал, кто-то из них продолжал жить и здравствовать, кого-то уже не было на свете, к кому-то Вилен относился хорошо, кого-то ненавидел, но все эти люди повлияли на его жизнь.

Вдруг мужчина ощутил, что он поднимается над землёй и движется в сторону фантома, который в свою очередь сильно разросся, и стал напоминать туннель, попав в который, Вилен ощутил себя свитером в центрифуге. Его крутило и переворачивало, казалось, что душа его несколько раз покидала тело, возвращаясь назад уже несколько изменённой, нечто подобное происходило с его разумом.

Так продолжалось, пока Вилен потерял сознание, словно провалившись в глубокий сон. Когда он очнулся уже рассвело и ничего не напоминало о произошедшем, а может и не было ничего, Вилен просто потерял сознание и стал свидетелем странных видений.

Шло время, и мужчина почти забыл о том, что произошло, но однажды возвращаясь с работы, он попал под дождь, который становился сильнее с каждой минутой, именно тут, Вилен почувствовал, что с ним происходят странные вещи, он начал принимать разные обличия, сам превращаясь в фантом.

Август 2017-ноябрь 2018

НОЧНАЯ ПРОГУЛКА

Был поздний вечер, Роберт шёл по улице, лента которой петляла куда-то вниз.

Перед ним были лишь пустая дорога и темнота.

Эту прогулку он наметил для себя ещё вчера и теперь реализовывал намеченное.

Он вновь вспомнил реакцию Жанны на его предложение составить ему компанию, она дёрнула плечами и назвала это странной затеей.

Потому сейчас Роберт шёл один по уже ночной улице.

Вокруг не было ни людей, ни машин, редкое дело в нашем перенаселённом мире.

С одной стороны это порождало ощущение вселенского одиночества, с другой было гарантом того что ты ни на кого не налетишь, и не угодишь под колёса машины.

Улица казалась довольно чистой, быть может, так оно и было, благодаря стараниям дворников, а возможно, все неприглядности просто скрывала темнота.

Звёзды на небе тоже были скрыты, их заслонили тяжёлые облака.

Улица эта была не слишком знакома Роберту, а темнота лишь добавляла отчуждённости.

Возможно, если бы кто-нибудь шёл рядом, прогулка принесла больше радости, но Роберт был один, и с этой данностью нужно было смириться.

Его тень причудливо изгибалась в свете фонарей, которые освещали улицу.

Дул прохладный ветер, но благодаря тому, что он был не слишком сильным, особого холода не ощущалось.

Прогулка уже продолжалась какое-то время, и Роберт стал проникаться атмосферой этой улицы, её ритмами и запахами.

Внезапно из мрака на свет вышла незнакомая женщина, она взглянула на Роберта с удивлением, словно его появление здесь нарушало некие устои. Казалось, что свершилось нечто невиданное и невозможное.

Но спустя какое-то время, женщина взглянула иначе, мол, случилось так, как случилось, что ж теперь делать.

Казалось, что она ждёт от Роберта неких слов, но он понятия не имел, что она хочет услышать.

Роберт присмотрелся к женщине, ей было около сорока, в её взгляде и походке чувствовались уверенность и твёрдость, хотя проскальзывали и сомнения.

Видимо женщина о чём-то размышляла, и на это требовалось некоторое время.

Наконец женщина сообщила, что она ни разу не видела здесь Роберта и хотела узнать, что его сюда привело.

Вопрос казался Роберту странным, но избегать общения он не собирался, сказав, что просто решил прогуляться по улице, на которой давно не был.

Женщина усмехнулась, мол, у каждого своя отрада, и каждый ищет своё среди ночного мрака, особенно если прошедший день у него не слишком задался.

Роберт не считал, что провёл неудачный день, но спорить не стал, возможно, даме просто нужно выговориться, зачем же ей мешать.

Женщина сказала, что всё вокруг напоминает ей плохой цирк, скучно, банально, не смешно.

И уже немного прохладно, заметил Роберт, он взглянул на тёмное здание закрытого на ночь кафе, и сказал, что охотно зашёл бы в заведение, если бы оно работала.

Женщина призналась: её отношение к подобным местам зависит от конкретных обстоятельств, впрочем, раз кафе закрыто, то и говорить об этом не стоит. Да, это тот случай, когда отсутствие выбора избавляет от проблемы.

Роберту показалась занятной эта ситуация, многие в эту пору летают в лабиринтах своих сновидений, оставив на время реальность, а он стоит посреди улицы и ведёт странные разговоры с незнакомой женщиной.

Время текло неспешно, вязко, напоминая весьма насыщенный напиток. Иногда возникало ощущение, что эти двое находятся в неком затерянном городе, в котором на время замерла жизнь.

Темнота, лёгкая прохлада, странность встречи на ночной улице, всё смешалось в этот час. Стал накрапывать дождь, мелкий, едва заметный, похожий на частицы сумерек.

Роберт, вдруг осознал, что потратил на непредвиденный разговор слишком много времени. Видимо, стоило продолжить прогулку, но перед этим общение с женщиной должно было прийти к некому финалу.

Несмотря на дождь, на небе появилась звезда, бросив тусклый свет на землю. Женщина назвала это отблеском вечности, Роберт подумал, что сравнение это красивое, хоть и вполне книжное.

Роберт, взглянул на женщину, не понятно, какая от меня польза, и что она от меня хочет, а ждать развязки можно было и до утра.

А она вдруг заявила, что если он хочет продолжить прогулку, она его не держит.

Ветер подул сильней, отогнав тучи, и свет от звёзд стал сильней, а несколько звёзд засияли особенно ярко.

И вдруг Роберт подумал, не захотела Жанна отправиться с ним на прогулку и не надо, её право и её же проблема, а он не будет торопиться домой, он просто стоять здесь до утра, болтая со странной женщиной.

Незнакомка же вдруг заявила, что прошедший день был днём её рождения, и она провела его в полном одиночестве, такое с ней случилось первый раз в жизни, но ей исполнилось сорок лет, и она решила никак не отмечать это событие.

Наглядный пример того, как самый желанный день может стать самым тоскливым.

Роберт ещё раз взглянул на небо, потом на дорогу, после чего предложил женщине прогуляться вместе с ним, естественно, если подобная идея не кажется женщине неуместной.

В её взгляде промелькнула светлая, почти детская радость, похожая на ту радость, что приходит, когда ребёнок получает желанный подарок. Ей понравилось предложение Роберта, и она его приняла.

Тучи разошлись и на помощь уличным фонарям, пришла луна, освещённая дорога словно приглашала к ночной прогулке. Оставалось поблагодарить ветер за то, что он разогнал облака и подарил вполне приемлемую погоду.

Торопиться было некуда, и они спокойно пошли по пустой улице, почти не разговаривая и не думая о том, куда их приведёт дорога. Не было нужды в суетности, что давало ощущение невероятной свободы.

Ничто не препятствовало их прогулке, и ничто её не омрачало.

Время от времени из уст женщины выходили неожиданные вопросы, но они были обращены не к Роберту, а к природе, небу и пространству.

Мужчина иногда тоже что-то говорил, но речи его касались вещей отвлечённый, даже абстрактных.

Было приятно, что они не предъявляли друг другу претензий и упрёков, для которых ещё попросту не было поводов. Как же это хорошо, когда сердце и разум не терзают негодования и обиды.