Тёмный маг. Книга 8. Рискованный путь

Глава 5

К спустившемуся по трапу Гаранину сразу же подбежал Ожогин и крепко обнял его. После этого слегка отстранился, пристально разглядывая своего друга и начальника.

– Ты чего? – опешив, произнёс Роман, впервые видя у Жени такое проявление чувств.

– Ты не поверишь, как сильно я волновался. Выглядишь, кстати, отвратительно, – похлопав Рому по плечу, Ожогин отстранился. – Ты должен был вчера прилететь.

– Погода нелётная была, – хмуро ответил Роман, отходя в сторону, давая возможность Боброву и Шехтеру спуститься на землю и встать рядом с ним. – Как дела?

– Пока не спрашивай, – поморщился Ожогин, внимательно разглядывая сопровождение Гаранина. – Есть несколько неотложных дел, которые решить можешь только ты.

– Я понял, – серьёзно кивнул Роман, поворачиваясь к Боброву. – Спасибо ещё раз.

– Рома, – Андрей протянул несколько визиток Гаранину. – Тебе нужна помощь, поверь мне, сам ты не справишься. Но пока ты не придёшь к пониманию, пока сам не осознаешь, мы не сможем тебе помочь. Это мой личный номер, вот это номер Рокотова. Он просил его тебе передать. Когда поймёшь, что тебе нужна помощь, звони.

– Да, мой номер тоже возьми, вдруг до остальных дозвониться не сможешь, – с лёгкой улыбкой добавил Залман, сунув Роману в руки свою карточку.

– Эм, спасибо, конечно, но вряд ли я к полковнику Рокотову или к вам когда-нибудь обращусь напрямую, если у меня будут какие-то проблемы, – неуверенно проговорил Гаранин, но визитки всё-таки взял.

– Никогда ни о чём не зарекайся. Ты с ним справишься? – Залман повернулся к Ожогину. -Ты с ним справишься, или нужно сопровождение?

– Постараюсь справиться. Если что, надену поводок, прикреплю маячок и установлю на телефон следящее устройство, – задумчиво проговорил Женя, не обращая внимания на вскинувшегося Гаранина. – Ну а в случае чего серьёзного буду звонить Наумову, Новаку и вам на вот эти номера, если вы не против. Я же не маг и даже не убийца, – тихо добавил Ожогин и, открыв ежедневник, который постоянно таскал с собой, быстро переписал в него номера с карточек, бесцеремонно выхватывая их из дрогнувшей руки Гаранина.

– Отлично, – Залман ухмыльнулся и протянул Роме руку. Гаранин довольно долго смотрел на неё, а потом довольно неуверенно пожал. Он всё ещё не знал, как относиться к ребятам Рокотова, да и к самому Ивану Михайловичу, и слегка недоумевал, видя их отношение к нему.

Пока «Волки» легко поднимались по трапу в самолёт, Роман следил за ними внимательным взглядом, и лишь когда трап поднялся и дверь закрылась, он отошёл в сторону припаркованного внедорожника и опёрся на него спиной, глядя, как самолёт берёт разгон и взлетает.

– Рассказывай, что там за срочное дело, о котором ты вчера обмолвился, – он посмотрел на Женю, вставшего рядом с ним.

– Министр финансов Юдин просил о личной встрече с тобой ещё до твоего отлета во Фландрию.

– И я его деликатно послал, потому что не беру правительственные заказы, – ответил Роман, складывая на груди руки, чтобы скрыть от Ожогина дрожь, усилившуюся после отлёта самолёта с «Волками».

– Это да. Но он проявляет удивительную настойчивость, – Женя покачал головой. От него не укрылось резкое ухудшение состояния Романа. – Неизвестно откуда он узнал, что ты возвращаешься в столицу, но он требует чуть ли не немедленной встречи с тобой.

– Меня замещает Новак, он мог бы встретиться с ним, – пожал плечами Роман, думая над тем, что делать дальше и с чего вообще начинать.

Диме он позвонил, когда только вылетел, но тот сказал, что у него назначено совещание и он вряд ли сможет его встретить. И попросил никуда не лезть и лучше всего оставаться на частном аэродроме, куда приземлился самолёт, пока он не приедет за ним.

Такое поведение Наумова беспокоило Романа, но он даже не мог представить, с чем это может быть связано. Как ни крути, а Дима сейчас глава его Рода, и должен как минимум прислушиваться к его просьбам.

– Юдин хочет именно тебя. Ни меня, ни Новака, ни Гаврилова, как твоего заместителя по исполнительной части, – выдохнул Женя. – Этот гад прямо сказал, что если ты не придёшь на встречу с ним, то он натравит на тебя налоговиков, и буквально с завтрашнего дня добьётся того, чтобы ты платил полную налоговую ставку, и никаких больше минус десять процентов с прибыли для Гильдии. Ну, там ещё было что-то насчёт закрытия ресторана, приюта и конюшни, но я вслушиваться особо не стал, напоминая ему, что в нашем мире убивают и за меньшее.

– Он мне угрожает, что ли? – Гаранин даже опешил от такой наглости. – Мне? Какой-то мелкий министр финансов?

– И в целом у него это получается, – хмуро подытожил Женя. – Тебе лучше с ним встретиться, чем потом разгребать всё, что этот гадёныш может устроить. И убить ты его просто так не сможешь, особенно после того как он притащился в Гильдию.

– Когда? – процедил сквозь зубы Роман, доставая телефон и глядя на часы.

– Через час в «Радости Волка».

– Он совсем бесстрашный – назначать встречу мне на моей же территории, – Рома посмотрел на Ожогина и моргнул.

– Понятия не имею. Это его условия, и я их тебе передал. Дальше сам решай, что будешь делать, – ответил Женя, открывая дверь автомобиля. – А ты куда собрался? В таком состоянии я тебя за руль не пущу, – нахмурившись, Ожогин кивнул на открытую дверь, которую открыл специально для него. Сам же сел на водительское место, заводя мотор.

– Поехали, – буркнул Роман, садясь в машину, тут же набирая номер Ванды.

В трубке послышались короткие гудки, и приятный голос сообщил, что номер временно не доступен. Набрав этот же номер ещё несколько раз, он невидящим взглядом смотрел на дорогу, даже не замечая, где они в это время едут. Телефон был выключен. Тогда Рома, особо не раздумывая, набрал номер, сохранённый перед отлётом к Моро, и немного приободрился, услышав длинные гудки.

– Слушаю, – раздался надменный женский голос.

– Госпожа Вишневецкая, добрый день, – поприветствовал Роман Агнешку. – Гаранин беспокоит.

– Здравствуй, Рома, – горестно вздохнула бабушка Ванды. – Я рада, что ты вернулся. Плохо, что так поздно.

– Что-то случилось? Что-то с Вандой? – напряженно спросил он, ощущая разрастающееся в груди беспокойство. – Я второй день не могу до неё дозвониться…

– Роман, у меня нет больше внучки. Сегодня для меня она умерла, – холодным, безэмоциональным голосом проговорила Агнешка.

– Что? – Рома чуть не выронил трубку из дрогнувшей сильнее обычного руки. – Агнешка, если это шутка…

– Какие здесь могут быть шутки…

– Мама! – раздался голос Ветты. – Что ты такое говоришь? Алло, Рома, не слушай её.

– Пускай готовится к тому, что и для него она тоже навсегда умерла. Ему будет так проще принять неизбежное, – где-то в отдалении донёсся голос Агнешки.

– Что происходит? – тихо проговорил Роман, приложив ладонь ко лбу.

– Ничего непоправимого, – вздохнула мать Ванды. – Всё хорошо, Ванда жива. Не могу сказать, что здорова, но Дима Наумов говорит, что всё можно исправить.

– Ветта, где Ванда? – уже совсем ничего не понимая, спросил Рома.

– Полчаса назад была в Москве…

Гаранин сбросил вызов, осознавая, что чем дольше он будет разговаривать с родителями Ванды, тем сильнее запутается. Набирая номер Димы, потом Егора, он слышал только длинные гудки. Скорее всего, они всё ещё находились на упомянутом Димой совещании. Лео тоже на вызов не ответил, и это было вдвойне странно.

– Ладно, сначала разберусь с этим жирным боровом, потом начну искать ответы на свои вопросы, – тихо проговорил Роман, откладывая в сторону телефон. – Где Новак? – спросил он у напряжённо закусившего губу Ожогина. Женя пристально следил за дорогой, не поворачиваясь в сторону Гаранина.

– В Воронеже. Там с местным филиалом Гильдии какие-то проблемы. Томаш сказал, что сам со всем разберётся, чтобы тебя сразу по приезде не грузить, – тихо ответил Женя, всё ещё не поворачиваясь к Роману.

– Ты что-то знаешь, не так ли? – вкрадчиво поинтересовался Гаранин, не сводя тяжёлого взгляда с Ожогина.

– Нет, то есть, не совсем. До меня дошли некоторые слухи, поэтому разбирайся сам, – отрезал Евгений, подъезжая к ресторану.

– А ещё другом называешься, – процедил Рома, выходя из машины и громко хлопнув дверью.

Он быстро поднялся по ступеням своего ресторана, который открыл практически сразу, как только стал главой Гильдии, на свой страх и риск, и на последние деньги. Он не скрывал, что является владельцем «Радости Волка», но почему-то многие, да практически все, были не в курсе этого, и он решил, что отдельно афишировать это не станет.

Ворвавшись в зал, Гаранин прямиком направился к столику, стоявшему чуть ли не в центре, где сидел посмевший угрожать ему министр финансов. Уже подходя к поднявшемуся на ноги невысокому тучному мужчине, Гаранин поймал себя на мысли, что не может не только посчитать количество посетителей, но даже не может сфокусироваться на лицах присутствующих в зале людей.

– Роман Георгиевич, я рад, что вы нашли время для встречи со мной, – мерзко улыбнулся Юдин, протягивая руку.

– Что вам от меня нужно? – холодно поинтересовался Роман, присаживаясь за столик. Руку министру он не пожал. Рома всегда избегал контактов с посторонними и при общении с ними не проявлял никаких эмоций. Вот и сейчас, ему нужно было взять себя в руки и не отвлекаться ни на какие посторонние мысли.

– Ну что ж, если вы хотите сразу перейти к делу, то приступим, – недовольно проговорил Юдин, садясь напротив главы второй Гильдии и протягивая ему папку.

***

Совещание с офицерами Службы Безопасности и аналитическим отделом шло уже пару часов. Ничего особо важного не обсуждалось, скорее шло подведение итогов той эпопеи с демонами и артефактом призыва, который я уничтожил.

Я украдкой бросил взгляд на часы. Судя по всему, Ромка уже должен был прилететь. Надеюсь, Женя прислушался к моим словам и покатает его по городу, чтобы он первым делом домой не сунулся, где сидит Ванда под Сониным надзором.

– На этом совещание объявляю закрытым. Наумов и Дубов, останьтесь, остальные свободны, – проговорил Громов, постукивая пальцами по столешнице.

Дождавшись, когда все выйдут, он посмотрел на меня.

– Дима, я хочу поговорить с тобой о Клещёве. Я понимаю, что он слишком часто стал лезть к тебе и твоим близким, принося им вред, но мне бы не хотелось, чтобы он случайно умер, если опять перейдёт тебе дорогу, – Громов говорил совершенно серьёзно.

– Почему это «умрёт случайно»? – я холодно улыбнулся. – Если он ещё раз полезет ко мне и к моим близким, и не дай Прекраснейшая, мы не сможем исправить всё, что он наворотил с разумом Ванды, то умрёт Клещёв очень даже не случайно, – резко ответил я. – Мне не понятно, почему вы с ним так носитесь, и мне, как офицеру Службы Безопасности, он пока совершенно не интересен.

– Что ты знаешь о «Детях Свободы»? – немного подумав, спросил Громов.

– То же, что и все, – пожал я плечами. – Группировка, состоящая преимущественно из магов, ведущая не совсем законную деятельность, устраивающая погромы и теракты. Не понимаю, почему эта организация вообще до сих пор существует? – равнодушно ответил я. Егор посмотрел на меня и утвердительно кивнул, соглашаясь с каждым моим словом.

– «Детей свободы» можно назвать террористической организацией, ты прав, – согласился начальник Службы Безопасности, – но это не совсем правильно. Это организация, которая, кроме проводимых время от времени терактов, занимается внедрением своих членов в самые верха существующей власти. Но, если о первом амплуа наши власти знают, то на второе предпочитают закрывать глаза.

– Почему? – нахмурился я. – Маги редко занимают высокие должности в нашем обществе, только если они не являются представителями Древних Родов. Но с этими просто никто ничего сделать не сможет, силёнок не хватает, противостоять сильным магам с огромным потенциалом и кучей родовых проклятий.

– Ты вообще представляешь, насколько выгодно существующему правительству, а также их оппонентам, наличие такой вот страшилки в виде этой группировки, состоящей именно из магов? Ты даже представить не можешь, сколько денег выделяется на якобы борьбу с ними, – поморщился Громов, словно увидел перед собой нечто мерзкое. – Я даже не могу сказать, кто является большими мразями, «Дети Свободы» или наш кабинет министров.

– Ну, ничего нового вы нам сейчас не сказали, Андрей Николаевич. Так какая вам, точнее нам, выгода от Клещёва и его группировки? – я, кажется, начинаю понимать, куда клонит Громов, и мне это совершенно, просто категорически не нравится.

– А ты разве сам ещё не догадался? – Андрей Николаевич смотрел на меня устало. Похоже, вся эта история с Клещёвым тяжело ему даётся.

– Вам не кажется, что это слишком масштабно? – наконец, произнёс я. – Вы реально думаете, что сил Службы Безопасности хватит, чтобы провернуть подобное? У нас даже силового блока нет!

– Силовой блок будет, может, не в ближайшее время, но я сдвинулся с мёртвой точки, – решительно произнёс Громов. – И именно поэтому я всеми силами торможу любые активные начинания Клещёва, оставляя ему лишь небольшой коридор для развлечений. Именно поэтому мне нужен Гаранин и твоя связь с Бойко, чтобы не дать ему возможности заполучить власть в Совете Гильдий и приручить убийц, и самое главное, чтобы банды сохраняли хотя бы нейтралитет. Именно поэтому Гаранина, как единственное, как они думают, препятствие захотели убрать, – откинулся на спинку стула Громов. – Они не знают про Лиса и тебя, и это странно, потому что сам Лис вообще ни от кого не скрывает, что обязан своим местом, а то и жизнью, Мите Наумову. Может быть, думают, что это однофамилец, не знаю. А Варис не был уверен до конца, мало ли кто с кем на сходке у Муратова общался, ты вот за команду самого Муратова выступал, но вас с Русланом ничего не связывает.

– Да и никто не думал, что Вишневецкий выйдет из тени, чтобы подстраховать парня своей любимой и единственной дочери, – хмыкнул Егор, о котором, как мне показалось, Громов уже забыл.

– Это было неожиданно даже для меня, – усмехнулся Андрей Николаевич. – Поэтому пока за Совет я спокоен. Тем более, что Клещёв большую часть времени проводит во Фландрии и пока, как мне известно, не планирует никаких масштабных провокаций.

– Убрать всех придурков из правительства, действуя руками Клещёва – это очень рискованный план, Андрей Николаевич, – я покачал головой. – А вы не думаете, что ситуация может однажды выйти из-под контроля?

– А вот для этого мне и нужно внедрить своего человека в его организацию. Его задачей будет не столько сбор информации, это, конечно, тоже, но уже вторично, сколько в определенный день и желательно в определенный час собрать все тухлые яйца в одну корзину.

– А затем уронить её? – я почувствовал, как у меня пересохло горло.

Серые глаза впились в мои.

– Да. И мало кто сможет это сделать, особо не колеблясь, – тихо подтвердил Громов. – Если мы не сделаем этого сейчас, когда у меня практически развязаны руки и когда у меня есть самое главное – информация, то последствия могут стать катастрофическими. После Клещёва придёт кто-нибудь ещё, а затем ещё, и ещё. Ни Гаранин, ни Бойко, ни ты – не вечны. У кого-то однажды получится вывести на улицы банды, и это станет началом гражданской войны. Сейчас же у нас есть возможность сократить потери, сделать их минимальными.