Незаконный наследник. Стать сильнее

Глава 1

Я проснулся от чувства, что на меня кто-то смотрит. Просыпаться окончательно, или даже просто открыть глаза – не хотелось. Судя по ощущениям, спал я от силы пару часов, и этих часов мне определённо не хватило, чтобы почувствовать себя бодрым и полным сил. Поэтому я послал чувство, разбудившее меня подальше, и попытался снова уснуть.

***

Накануне мы долго просидели с дедом, разбирая дела клана. Хоть я и успел сунуться только на не самый крупный промышленный объект из принадлежащих клану, да слегка пошуршал в лабораториях, разборов полёта хватило на остаток дня, вечер и половину ночи.

Особенно много времени заняло обсуждение лаборатории. Когда речь пошла про предательство Борзова, дед ненадолго замкнулся в себе и замолчал. Я не мешал ему обдумывать ситуацию, и воспользовался этим временем, чтобы навестить белого друга в сортире и нормально пожрать. Пришёл в себя дед достаточно быстро.

– Ну что же, рано или поздно, это должно было случиться. Все продаются и покупаются, абсолютно всё, нужно только с предложенной ценой угадать. Для Борзова дорогие шерстяные штаны оказались дороже, чем всё то доверие, которое он получил от меня. – Он покачал головой и плеснул себе выпить. – Думаешь, его цирковое представление со сменой кабинетов при наших встречах оставалось для меня неизвестно? – я пожал плечами. Откуда мне знать, я только-только начал вникать в дела клана. – Да всё я знал, я же зарплатные ведомости каждый месяц подписывал. И довольно часто их просматривал. Уж секретаря главного бухгалтера и постоянно растущий штат финансового отдела сложно не заметить. Всё думал, ну пускай удовлетворит свои генеральские амбиции, главное, чтобы работу свою делал как надо, а оно вон как оказалось.

– Ты сейчас сократишь этот отдел? – мы разговаривали в библиотеке, и мой взгляд постоянно останавливался на книге о Морозовых, которую я забыл здесь на диване и за всё это время так ни разу о ней и не вспомнил.

– С чего бы? – дед отставил стакан с виски. Он выглядел в этот момент настолько поражённым, что я попытался незаметно себя осмотреть. Мало ли, может, у меня ширинка расстёгнута и из неё торчит всякое. Я же торопился все свои дела сделать, пока дед в прострации сидел. – Нет уж, дорогой мой. Раз ты эту кашу заварил, то ты ею до дна нахлебаешься. Навести порядок в лабораториях – это твоё поручение от главы клана, то есть от меня. Я и так-то не слишком любил всю эту братию, а теперь моей ноги там не будет. Как оказалось, я не могу со всем справляться. Что-то пускаю на самотёк. Да и все управляющие активы лабораторий на тебя легче всего перевести, они отдельно оформлены, и клану как таковому не принадлежат. Лаборатории были детищем твоей бабушки. Кто-то из жён глав кланов любит отелями да ресторанами заниматься, вон, на мать свою посмотри. А кто-то любил игрушки посложнее и позатратнее, как моя Настя. Как оказалось, эти игрушки в далёкой перспективе могут приносить существенную прибыль, и это позволило мне с ними в итоге смириться, но не более. Так что увольняй, принимай на работу, направляй всю эту учёную братию в нужную сторону как хочешь. Это уже не мои проблемы. Да, если финансирование выйдет за положенный бюджет, будешь выкручиваться как хочешь, – добавил он, а я в это время с тоской думал о том, что лучше бы у меня ширинка расстегнулась, чем вот это вот всё.

– У каждого клана есть лаборатория, – я сделал попытку отвертеться.

– Ни у одного клана нет отдельного лабораторного комплекса. Все лаборатории связаны с производствами. И именно поэтому сейчас, когда работа налажена, нам поступают заказы от самых сильных кланов на проведение кое-каких работ, включая испытательные, – дед поставил точку в этом разговоре, обрубив на корню все мои попытки вяло сопротивляться.

***

Чувство, что на меня кто-то пристально смотрит, не проходило. Более того, оно начало усиливаться. Поняв, что уснуть больше не удастся, я приоткрыл правый глаз. И тут же закрыл его, потому что вид сидевшего возле моей кровати Вольфа был явно не для людей с расшатанной психикой, как, например, у меня.

– Можешь больше не притворяться, я видел, что ты уже не спишь, – нудно протянул Юрка, а я в ответ натянул на голову подушку.

– Только не говори, что зашёл ко мне, открыв дверь отмычкой, – пробурчал я, и из-за подушки мой голос звучал глухо.

– Хорошо, не буду говорить, – согласился мой личный кошмар. – Тем более что ты не запер дверь, и я просто вошёл, не используя дополнительные средства.

– Скажи, что ты мне всего лишь снишься, ну, пожалуйста, – простонал я, всё ещё не вытаскивая голову из-под подушки, начиная постепенно ощущать нехватку воздуха.

– Мне очень нравится слышать, как ты говоришь «пожалуйста», но, надеюсь, ты не слишком разочаруешься – я тебе не снюсь, – язвительно сообщил Вольф моему затылку. Я мужественно пропустил его реплику мимо ушей, стараясь выровнять дыхание, чтобы подольше хватило воздуха в моём таком хрупком убежище.

***

– Что ты скажешь про назначения, которые я сделал? – задал я вопрос деду, когда стрелки уже перевалили за полночь.

– Алёна Иванова – хорошая девочка. Она племянница Назара Борисовича, и он за неё ручался головой, когда просил куда-нибудь пристроить по специальности. Ну и то, что она на себе волокла весь объём работы по лабораториям, пока Борзов свои делишки прокручивал, говорит о её профессионализме. Но я бы на твоём месте как следует допросил её по поводу того, что она ничего не доложила о делишках шефа. Видя изначальные цифры, она просто не могла не знать о том, что что-то здесь не так. Если её ответы тебя удовлетворят, то оставляй на назначенной должности, я не против. – Дед провёл рукой над свечой, зажигая огонь. Мы сидели в полумраке, но активировать большее освещённость никому из нас не было охота.

– А инженер, которого я так внезапно для него самого повысил? – я смотрел, как длинные тени пляшут на стенах, изумляясь про себя из причудливости.

– Костя мне всегда импонировал, – я вздрогнул, услышав своё имя, но потом сообразил, что он говорит именно про инженера. – Но я всегда знал его как отличного исполнителя, как он проявит себя в роли руководителя… Не знаю. Утром поедем туда, и я приму окончательное решение.

– Что тебя заставило принять на должность директора эту гниду Светлова? – невольно вырвалось у меня.

– Это долгая история, – после почти минутного молчания ответил, наконец, дед.

– А я никуда не спешу, – я откинулся на спинку дивана, продолжая наблюдать за тенями. – Поверь, меня не шокирует даже то, что он окажется твоим предположительным сыном. Точнее, шокирует, но не до такой степени, чтобы начать рыдать над памятью так нелепо покинувшего нас дядюшки.

– Ты, почти прав, – дед усмехнулся. Я удивлённо вскинул брови.

– Ты соблазнил молоденькую горничную, а когда она призналась, что беременна, твой жестокосердечный отец выкинул её из дома? А потом ты нашёл её, дал мальчишке образование и пристроил на работу? – предположил я, переводя взгляд с особо длинной тени на него.

– Нет. Но если ты всё это запишешь и опубликуешь под именем мадам Сильва, то озолотишься. Домохозяйки будут рыдать, – дед снова усмехнулся. – Хотя ты опять почти угадал. – У меня был младший брат. Очаровательный повеса, который нравился всем женщинам без исключений. Как твой приятель Вольф, но у того харизма почти убийственная. Татьяна Светлова не была служанкой, это была девочка из хорошей и довольно обеспеченной семьи. К кланам она не имела никакого отношения, поэтому эта история дальше порога нашего дома не пошла. Мой брат ушёл из жизни так же, как и жил, легко и случайно. Он утонул, попав в шторм на яхте друга. Татьяну нашёл не я, а мой отец, и да он дал мальчику образование, а я уже принял его на работу. Вот такая история.

– Хм, похоже, заводить детей вне брака – это является в нашей семье своеобразной традицией, – дед бросил нам меня хмурый взгляд, а я отсалютовал ему своим бокалом, из которого тянул глоток вина уже в течение нескольких часов.

***

Воздух поступал в лёгкие с большим трудом. Я сунул подушку под голову и открыл один глаз. Вольф демонстративно убрал часы.

– На рекорд пошёл. Жаль, чуть-чуть недотянул. Тебе, Керн, лёгкие нужно развивать. Тогда ты точно рекорд сможешь побить. – Проговорил он, скрещивая руки на груди. – Скажи, ты снова забыл обо всём на свете?

– О чём, например? – я продолжал наблюдать за ним одним глазом.

– Например, о нашем проекте. Ну, таком, санкционированным самим императором. Мы там ещё планировали компактные телефонные трубки продавать, чтобы люди всегда оставались друг с другом на связи, а мы получили приличную прибыль? Вот что ты за человек? Ты постоянно всё забываешь! – патетично взвыл Вольф. Как ещё руки не заломил, а то, с него станется.

– Нет, вот об этом я не забыл, – я открыл второй глаз. Всё равно этот… этот… Вольф всё равно не даст мне даже поваляться и подремать. Так что надо уже понемногу вставать и ехать на производство, где я должен встретиться с дедом.

– Тогда ответь мне на маленький вопрос, вот такой малюсенький, – и он показал пальцами, насколько маленьким будет интересующий его вопрос. – Где прибор?

– На столе коробку видишь? – Вольф оглянулся и кивнул. – Прибор в ней. Вместе с матрицей. А вся необходимая документация под шкатулкой.

Вольф встал и пошёл проверять, я же спустил ноги с кровати и сел, отчаянно зевая и потягиваясь, пытаясь прогнать сонную одурь.

– Так отлично, вот это хорошо, о, а это что они придумали? Надо же, я и не думал, что подобное можно сюда запихнуть, – бормотал Вольф, разглядывая, то сам прибор, то продираясь сквозь заумные формулы в документации. Я поддержать его восторгов не мог, каюсь, у меня просто не было времени, чтобы разобраться со всеми нюансами. Понимаю, что это необходимо сделать, чтобы иметь представление о том, как там всё работает. Но точно не сейчас.

– Рад, что тебе нравится и всё устраивает, – я встал и сделал несколько энергичных движений, чтобы прогнать слегка застоявшуюся кровь по сосудам.

– Да, маги твоего клана постарались на совесть. Никогда не поверю, что ты лично принимал во всём этом участие, – Вольф уложил прибор обратно в коробку. Проверил на месте ли матрица и закрыл крышку.

– Кстати, а что это за идея с секретаршей? – спросил я его, решив проделать небольшой комплекс несложных упражнений.

– А что тебе не нравится? Вполне симпатичная куколка, – Вольф оторвался от последнего листа лежащих на столе документов, который всё ещё продолжал просматривать.

– Как бы тебе помягче сказать, – я поднялся с пола и встал напротив него. – Мне не нужна на работе красотка, радующая глаз и неспособная даже разобрать мою корреспонденцию.

– Ой, – Вольф закончил читать и положил лист к остальным документам. – Давай ты не будешь меня посвящать в свои извращения, ладно? Я сторонник того, что у человека должны оставаться его личные маленькие грязные секретики. А с секретаршей сам разбирайся, мне больше делать нечего, только пытаться искать кого-нибудь, соответствующего твоему странному вкусу. Захочешь – уволишь и примешь ту, которая тебя во всех позах устроит. Я так понимаю, ты сегодня к нам на производство не пойдёшь?

– Меня дед в промзоне ждёт. Будем разбирать то, что случилось во время его незапланированного отдыха. Если время останется, то заскочу, – пообещал я ему, с тоской подозревая, что времени у меня будет только до постели поздним вечером доползти.

– Хорошо, тогда ещё один последний вопрос, где договор?

– Какой договор? – что-то я сегодня плохо соображаю, всё-таки бессонная ночь сказывается.

– Такой, в котором ты и я – мы вместе партнёры. Ну почему ты такой безответственный? Нам уже скоро презентацию устраивать, рекламную кампанию запускать, начинать продажи, в конце концов, а он спрашивает у меня, какой такой договор? – Вольф шлёпнул об стол той стопкой технической документации, которую в руках держал. Я аж вздрогнул от этого хлопка.

– Он у моих юристов. Когда они мне его вернут, я подпишу и сразу же отдам тебе, не переживай, – Вольф покачал головой и принялся снова собирать бумаги. Сунув коробку под мышку, он окинул меня скептическим взглядом.

– Ну-ну, конечно, надежда умирает последней и в жутких мучениях, так что, я продолжаю надеяться, что в тебе когда-нибудь всё-таки проснётся совесть, – сообщил он мне и убрался наконец из комнаты.

– Вот же гад. – Сказал я, обращаясь к закрытой двери. – Припёрся ни свет ни заря, разбудил… Как так получилось, что он действительно моим единственным другом стал? – я даже затылок почесал, пытаясь найти ответ на этот весьма сложный вопрос.

Так ничего и не придумав, я пошёл в душ, чтобы быстренько привести себя в порядок и уже ехать на предприятие. Подозреваю, что дед давно там. Лично мне бы не терпелось бы проверить всё самому.

***

Уже перед тем, как разойтись, я задал интересующий меня больше всего на этот момент вопрос.

– Ну что? Я не слишком напортачил? – дед, услышав мой вопрос, глубоко задумался, а потом ответил.

– Знаешь, лучше принять решение и сделать что-то сразу, чем пустить всё на самотёк и получить в итоге кучу проблем. А насчёт того накосячил ты или нет, понятия не имею, посмотрим. Время покажет. Ты мне лучше скажи, почему сам не решился разобраться с этими тварями Снежиными? – деда аж перекосило всего, когда речь в очередной раз зашла про Снежиных.

– Тут было несколько причин, – я снова начал рассматривать тени на стене. – Я не знал, как меня воспримут наши силовики. Всё-таки я… всё-таки меня ещё не объявили наследником клана, – выкрутился я, помня, что деда весьма раздражает, когда речь идёт про мою незаконнорожденность. – К тому же когда сразу несколько человек, абсолютно не связанных друг с другом говорят, что Снежиных покрывает кто-то весьма высокопоставленный, то начинаешь вполне резонно сомневаться в своих силах. А с Ушаковыми таких проблем нет. Насколько мне известно, у них чуть ли не целая армия личная имеется.

– Это да, – кивнул дед. – Клан большой. Там и самих Ушаковых на хороший полк наберётся. Те, которых ты видел – это самый костяк, прямые наследники, прямее уже некуда. Мужики у них все как один плодовитые, заразы. Но всё-таки отдавать им на съедение Снежиных – это как-то, хм, слишком жестоко. Особенно если учитывать тот факт, что Ушаковы любят устраивать показательные наказания. Но, надо отдать им должное, если преступления как такового нет, то, чтобы наказать глупость, они своих боевиков отзывают, и в дело вступают юристы и финансисты. Хорошего тоже немного, но, хотя бы все живы остаются.

– Со мной свяжется Егор. Он обещал взять меня с собой, если примется решение о, хм, силовом наказании, – я зевнул. Спать нужно было идти. Ещё наговоримся, тошнить будет друг от друга.

– Егор – хороший мальчик. – Кивнул дед. – Думаю, Андрей отдал ему это поручение, чтобы от Снежиных всё-таки кто-то остался. Но, тебе пойти следует. У них есть чему поучиться.

– Ладно, это всё перспектива будущего, – я не стал говорить, что и у меня есть чему поучиться абсолютно всем магам этого мира. Ни к чему это. Только разные ненужные подозрения вызывать. – Я спать пойду.

– Иди, – дед сделал ещё один небольшой глоток. – Да, перед тем как пойдёшь, расскажи мне ещё раз, что с Женькой Водниковым Машка на пару с Паразитом сотворили?

– Да иди ты лесом, – я вскочил с дивана, махнул рукой и поспешил к выходу в сопровождении здорового дедовского хохота. – Мать приедет, вот у неё и спрашивай, пускай она тебе всё подробно расскажет, – высказавшись, я выскочил за дверь, оставляя деда наедине с его мыслями.

Глава 2

Когда я приехал на производство, дед уже посетил лабораторный уровень, в котором произошёл тот самый неудавшийся эксперимент, поговорил с магами клана и пообщался с помолодевшим рабочим. Он к тому моменту, как попал под действие флюктуаций, был уже вдовцом, дети разъехались, кто куда искать счастье, так что в его жизни всё прошло без особых потрясений, если не брать во внимание тот факт, что его бросился подруга.

Женщина не смогла смириться с молодой внешностью партнёра и, пока он был на работе, собрала вещи и ушла. Приятели рабочего пытались его успокоить, предлагая вечерком дойти до бара, перемежая успокоительные речи высказываниями вроде того, что все бабы суки и падлы просто от природы, и что им всё никак не угодишь. Оставив рабочих, которые меня, похоже, даже не заметили, я тихо вышел из цеха, в который в прошлый раз так и не попал.

Меня, вообще, словно не замечали, принимая за своего. Ну, ещё бы, я ведь сегодня не в белом кашемировом пальто был, а в своей кожаной куртке, рожа вроде знакомая, а на въезде в зону каждый столько проверок проходил, что ни у кого чужого просто шанса не было пройти. Другое дело, если крыса внутри предприятия завелась, но тут уж не угадаешь.

Теперь же дед разговаривал с бывшим инженером Константином Ивановичем. Они засели в кабинете директора, и обоим было явно не до меня. Я открыл дверь, подмигнув бросившейся мне на перехват секретарше, которая узнала меня в самый последний момент.

В этой секретарше сочеталась и сдержанная красота, и потрясающая фигура с пышностями во всех положенных местах, и профессионализм. Мне даже стало жаль, что она меня узнала и ушла на свой пост, осуждающе покачав головой. Я бы с удовольствием её потискал в тот момент, когда она попыталась бы меня от двери в святая святых оттащить. Ну должен же я хоть какие-то бонусы от этой суматошной беготни получать, в самом-то деле?

Прислонившись к косяку, я наблюдал за ходом беседы. Бывший инженер волновался, хотя держался, судя по всему, неплохо. Дед периодически его перебивал, задавая все новые и новые вопросы.

– Кха-кха, – я кашлянул, чтобы привлечь к себе внимание.

– Ты заболел? – дед поднял на меня взгляд, ненадолго прервавшись и дав Константину небольшую передышку. Значит, он меня сразу заметил, просто давал собеседнику почувствовать, что всё внимание посвящено только ему одному.

– Нет, а что так плохо выгляжу? – я вернул ему взгляд.

– На самом деле, ты выглядишь как бандит из полукриминального района города. Тебе только биты в руках не хватает и стрижки покороче, – дед внимательно на меня смотрел.

– Ты думаешь? – я провёл рукой по волосам. – Хорошо, где тут можно поблизости биту приобрести?

– Зачем? – дед устало потёр переносицу.

– Чтобы соответствовать, – я хмыкнул. – Представь, захожу я такой в лабораторию с битой наперевес. Тут все и начнут друг друга закладывать по полной, не будем успевать со Звягинцевым разбираться. Зато потом наступит порядок просто идеальный. Спасибо за прекрасную идею.

– Костя, поезжай в свои лаборатории, не мешай мне, – дед махнул рукой. – Я тут без тебя разобрался, пока ты спал.

– Зачем тогда я сюда приехал? – я удивлённо посмотрел на него.

– Потому что, когда я звонил, чтобы отбой дать, тебя дома уже не было. Так что, вам надо с Вольфом быстрее свой проект дорабатывать, чтобы таких ситуаций как можно меньше стало. Только из-за экономии времени его нужно будет приобрести. – И дед, давая понять, что со мной закончил, снова повернулся к Константину.

– Так мне биту брать? Или длинной цепью можно перебиться?

– Иди уже… – дед зло зыркнул на меня, а я, хохотнув, вышел из кабинета.

В приёмной я целенаправленно направился к секретарю.

– Простите, бога ради, не знаю вашего имени, – я облокотился об стойку над её столом.

– Наталья, – коротко ответила мне молодая женщина, около тридцати лет на вид. – Вы что-то хотели, Константин Витальевич?

– Вас, – ляпнул я и был вознаграждён яростным взглядом и порозовевшими скулами. И то и другое ей очень шло.

– Что? – она даже чуть привстала со своего места.

– Вы меня не поняли, – я улыбнулся. – Видите ли, мне позарез нужен хороший секретарь-референт. У нас с Юрием Вольфом совместное предприятие и скоро стартуют продажи, а я очень редко там появляюсь. Настолько редко, что меня даже не знает в лицо моя собственная секретарша, нанятая Вольфом. Это очень печально на самом деле. Вольф меня ограбит и пустит по миру, а я ничего не смогу ему противопоставить. Мне нужен человек, который сумел бы держать руку на пульсе, так сказать.

– У меня уже есть хорошая работа, – Наталья опустилась обратно в кресло и смотрела сейчас скорее сочувственно, чем злобно.

– Я буду платить в два раза больше, – быстро проговорил я, и тут же, не давая ей опомниться, продолжил. – Не отказывайтесь сразу. Подумайте. – И легко хлопнув ладонью по стойке, направился к выходу.

Всю дорогу до лабораторий я думал над тем, зачем так настойчиво просил её поменять место работы, но ничего так и не придумал. По какой-то не слишком понятной мне самому причине в тот момент мне казалось, что это правильно, что так оно и должно быть. Когда же я заехал на территорию комплекса, то выбросил секретаршу из головы. Мне предстоял тяжёлый разговор, и я хотел на нём как следует сосредоточиться.

Я не предупреждал о своём приезде, поэтому меня никто не встречал. Только охранник в холле центрального входа слегка растерялся и никак не мог понять, что ему надо делать дальше.

Я стоял возле защитного щита, перегораживающего вход в комплекс. К слову, других входов не было предусмотрено. В другие здания комплекса можно было попасть, только пройдя этот своеобразный контроль. Все прошлые разы меня ждал Звягинцев, и я проходил только под аркой определения личин и иллюзий, фактически даже не замечая, что прохожу какую-то проверку.

Арка была установлена сразу над входом и не доставляла входящим никакого дискомфорта. Сейчас же защита работала на полную мощность, и мне по идее следовало пройти через всё то, через что проходят все сотрудники. Вот только узнавший меня охранник засбоил и уже пару минут то сидел, выпучив глаза, то начинал суетиться, путаясь в собственных руках. Я же стоял возле щита, не мешая ему, не окрикивая, и разглядывал ногти на руках.

Ногти были аккуратно подстрижены, и я никак не мог к этому привыкнуть, постоянно стараясь разглядеть мощные когти боевой ипостаси Зелона. Да и в обычном виде они никогда не выглядели столь хрупкими, странно розовыми и совершенно неопасными. Когда-нибудь я обязательно привыкну, иначе и быть не может, но пока стараюсь всё же меньше внимания обращать на некоторые чисто физические отличия моего нынешнего тела от предыдущего.

Минуты шли одна за другой, а я всё стоял перед щитом, рассуждая о том, как несправедливо устроена жизнь, и как плохо, что здесь нет возможности обрести боевую ипостась.

– Константин Витальевич, – в холл выбежал Звягинцев и чуть не упал, оступившись, когда увидел меня за щитом. – Берг, мать твою, немедленно открывай проход, – прошипел он. – Почему Константин Витальевич до сих пор стоит у входа?

– Ну дык, не проверять же его по полной программе? – жалобно проблеял горе-охранник.

– Правильно, зачем меня проверять, когда можно просто не пустить внутрь. Чем меньше начальство шатается по объекту, тем спокойнее живётся подчинённым, – язвительно ответил я за Звягинцева и прошёл в открытый, наконец, проход. – Андрей Юрьевич, я надеюсь, что этот человек здесь работает последний день. Позаботьтесь, чтобы он получил все полагающиеся ему выходные пособия, – я не страдаю человеколюбием. И мне плевать на жену и пятерых детей, ежели таковые у Берга имеются. Устроился на определённую работу, будь добр, выполняй её как положено. А то, что я увидел, на охранника не тянет, максимум садовый сторож, и то, не вариант.

– Да, конечно, – Звягинцев вздрогнул, услышав, как легко я уволил охранника.

– Чтобы не было никаких кривотолков, донесите хотя бы до глав отделов, что Виталий Павлович поручил мне заниматься лабораторным комплексом. Так что теперь любые решения здесь буду принимать я. Думаю, что скоро вам передадут все необходимые бумаги, подтверждающие мои полномочия, – начальник охраны молча кивнул, а я продолжил. – Не нужно меня провожать, я хочу пройтись хотя бы по главному зданию самостоятельно. Хочу попытаться взглянуть на всё под другим углом. Как с вами связаться, если вдруг мне экстренно понадобится ваша помощь?

– Передатчик внутренней связи, – Звягинцев вытащил небольшой шарик, похожий на крупную жемчужину. – Если я вам понадоблюсь, вставьте его в ухо и два раза несильно стукните, для активации. После этого просто назовите имя, к кому хотите обратиться. И я, и все мои подчинённые не вынимают передатчик в течение дня, это предписано инструкцией.

– Какая замечательная и очень полезная вещь, – я задумчиво покрутил в руке шарик и поместил его в нагрудный карман, после чего шагнул к лифту.

На самом деле я не собирался бродить по всему зданию. Меня интересовал пока что только один отдел. Что-то с финансовым отделом было нечисто. Боюсь, как бы ещё парочку сюрпризов ни получили от этих ушлых ребяток.