Lancelot et Guinevere

Эдинбург, Шотландия. Именно здесь Новый Год празднуется так же как и три столетия назад: огромные ярмарки на площадях, музыка, звучащая со всех сторон, танцующие люди, детский смех и простая вера в чудо.

На ярмарках продавали различные новогодние и рождественские украшения, вкусные пряники и национальные сладости. Для детей – костюмы рыцарей, фей, эльфов, принцесс. Взрослые и сами ходили в разных образах. Вот мужчина, одетый в синий камзол, явно, пародируя, герцога, а вот и женщина в платье, так сильно напоминающем наряд Марии Стюарт. Рядом весело играли в салочки мальчик и девочка, юный рыцарь и маленькая принцесса.

Да, всё это чудо было только в канун Рождества и Нового Года. Увы, в остальные дни люди, даже дети, утратили веру в чудо и волшебство. Раньше малыши и взрослые имели способность удивляться миру, видеть фей и эльфов, рождественских духов и даже легендарных волшебников. Но сейчас, уже, нет.

Наша эпоха современности просто стёрла это с лица Земли. Технический прогресс уничтожил фей, королей, эльфов, духов, магию… Наука и обнажённые факты. Так обыденно и скучно, так просто и пусто…

Шотландия для меня – последний притон волшебства в мире. Да, конечно, оно царит только в праздники, но люди чтят память о былом. И всё же, это всё иное – простое развлечение, красивые костюмы. Нет истинной веры в волшебство.

Я не последний, конечно, эльф, есть и другие, в разных уголках мира, но проблема в другом. Не рождалось больше молодых среди нас – магических существ. Люди разучились видеть нас, а это, попросту, уничтожило возможность для появления молодых.

Моё имя – Ланселот, меня назвали в честь известного рыцаря из легенд о короле Артуре. На земле я живу уже около двухсот лет. И часто я наблюдал за людьми, верующих в чудо. Век технологий меня огорчил, и мне, пришлось, надолго уйти в свой мир, не желая возвращаться, но всё же меня что-то заставило вернуться в мир людей.

Здесь, в Эдинбурге, есть один замок, в нём живут потомки герцога Лотианского. В семье был всего один ребёнок – маленькая девочка, с именем, так тесно связанным с легендами о великом короле Артуре. Гвиневра. Так звали малышку.

В канун Рождества, я заглянул в окно этого замка. Моё удивление было таким огромным, что я до утра просидел на подоконнике, у окна, комнаты девочки.

Семейное застолье. Все родственники собрались за праздничным столом, обсуждая дела минувшего года и планы на будущий. Малышке Гиневер, я буду звать её так, скоро должно исполнится шесть. Она сидела в гостиной, у камина, в красивом красном платье принцессы, но на поясе у неё был деревянный меч рыцаря. Девочка играла с куклой, которую ей подарил отец. Я залюбовался. Малышка, нежным, детским голоском рассказывала куколке историю, которую придумала сама. Да так, будто бы это действительно было правдой. Уже много лет я не встречал таких детей. Так трепетно верующих в сказку, сочинённую собой.

"– Она вырастет и забудет это",-подумал я и было хотел улететь. Но я продолжил наблюдать.

Вдруг, отец Гиневер поднял дочь на руки и покружил. Девочка звонко засмеялась и крикнула:

– Папа! Папа! Папа похитил принцессу-рыцаря! – маленькая герцогиня, казалось посмотрела на меня. Огонёк в карих глазках. Волшебство? Чудо? Вера в магию? Да. Я понял, что заставляло меня наблюдать за этой семьёй.

Прошло двадцать долгих лет. Сначала я каждый раз в канун Рождества и Нового Года наблюдал за герцогской семьёй, но потом и в другие праздники. Моё чувство меня не обмануло. Малышка Гиневер была из тех детей, которые верили в чудеса. В школе, она рассказывала всем легенды о королях и рыцарях, там же она начинала их писать сама. Тогда, ещё тогда, я представил в этой маленькой девочке образ взрослой девушки, который не выходил из моей головы. И я ждал, ждал, когда увижу его.

Взросление. Из маленькой девочки, Гиневер, стала превращаться во взрослую леди, герцогиню Гвиневру Лотианскую. С возрастом она стала более закрытой, холодной, серьёзной. Я боялся потерять это чудо, я боялся, что она перестанет быть той принцессой-рыцарем, которой была всегда. Но нет, магия не исчезала в ней, она росла, с каждым годом.

Гвиневру изменила жизнь вокруг. Сверстники не признавали странность девочки, её веру в светлое завтра и убеждения, что феи и эльфы живут среди нас. Ох, как же мне хотелось в эти моменты кричать на этих бестолковых детей! Непринятие, отвержение и многочисленные предательства, стали причиной ледяного сердца, когда-то счастливой девочки. Гвиневра стала скрытной. И даже в новогодние праздники, она, практически, не смеялась, только в полночь, выходила на балкон своего замка и смотрела на звёзды, загадывая желание. Каждый год, одно желание, напоминающее крик души:

"– Пожалуйста, Звёзды, Эльфы, Феи, я прошу у вас всего одного: пусть все, кто рядом со мной, кто близок мне, пусть будут счастливы они!".

Какое светлое желание, такое чистое сердце и душа. Такие желания не загадывают просто так. В последние годы жизнь вокруг Гвиневры начала сильно изменяться. А вера в магию и чудо не исчезала в ней. Такое редкое и чистое качество в юной девушке в жестоком современном мире. Я совсем забыл о своей другой жизни, наблюдая за этой герцогиней. Влюбившись в её взрослую версию, влюбившись в Гвиневру герцогиню Лотианскую.

И вот её двадцать пятый Новый Год и Рождество. Я как обычно подлетел к её дому. Холодный свет гирлянды на окне покоев. Я осторожно прошёл в помещение через открытое окно. Да, как многое изменилось с тех пор, как я побывал здесь впервые. На потолке висела средневековая люстра, украшенная красной мишурой, прямо перед окном и входом на балкон, стояла белая искусственная ель, украшенная синей звездой, с синими и бордовыми шарами, мишурой и гирляндой. Под ней – старая, детская, музыкальная шкатулка с балериной, она работала, играла красивая новогодняя мелодия, а балерина танцевала свой танец. Большой Санта Клаус держал красный мешочек в своих ватных руках. Я знал что в нём, всегда, лежало красивое золотое кольцо из её детства. Рядом с ним, переодетая в белое платье, стояла куколка, да, та самая, которая была в руках маленькой Гиневер. А рядом, выполненная на заказ для молодой герцогини статуэтка из дорогого фарфора, стекла и позолотой. Мужчина стоял на коленях перед королевой, а та посвящала его в рыцари. Внизу подпись скульптора и название "Ланселот и Гвиневра".

Я осторожно взял тяжёлую фигурку в руки. Как этот мужчина был похож на меня… Такие же русые волосы, стройное тело и зелёные глаза. И это имя… Ланселот. А королева? Чёрные волосы, карие глаза и красное платье? Гвиневра… Так звали её.

Меня поразило это всё. Что это? Злая шутка или совпадение? А может… А может чудо?

В погоне за людьми верующих в чудеса и магию, ты и сам перестаёшь в это верить, воспринимая, скорее, как должное. За столько лет я и сам поверил в магическое чудо, в новогоднюю и рождественскую магию. Сейчас, касаясь чёрных фарфоровых волос, герцогини, которую полюбил всем сердцем.

"– Ланселот и Гвиневра…" – пронеслось в моей голове.

"– Известная история история любви, на равне с Ромэо и Джульеттой, Тристаном и Изольдой. Ланселот и Гвиневра… Рыцарь и королева. Но я не рыцарь, я эльф… Образ который она даже не видит…" – я осторожно поставил статуэтку обратно и тяжело вздохнул. Повернув голову я заметил огромную кровать, застеленную бордовым шёлковым постельным бельём, с балдахином. Да, бордовый, всегда был её цветом.

Я пригляделся, но постель была пуста. Где же сама хозяйка этих покоев? Замок давно опустел, не считая слуг и помощников, неужели Гвиневры нет? Нет, шкатулка не может играть сама по себе, она бы не оставила её… Я снова огляделся. Посмотрев в окно я заметил девушку, стоящую на балконе.

"– Как я мог её не заметить…" – и вновь я вышел на холодную улицу, встав рядом с ней.

Гвиневра стояла ровно, словно королева. Бордовое длинное платье, с туго затянутым корсетом, лишь подчёркивало величие и красоту юной герцогини. В руках она держала букет красных роз и эти же цветы украшали локоны её чёрных волос. Она явно кого-то ждала, спокойно в сматриваясь в заснеженный сад.

Я встал рядом, облокотившись на поручни из белого мрамора, повернув голову в её сторону. Губы герцогини приоткрились и я услышал утверждение:

– Он не придёт, – голос девушки звучал уверенно и так красиво, напоминая осенний шелест, но слишком холодно, да так, что я поёжился.

Зима в Шотландии очень холодная. Как она не мёрзнет? Холод в её сердце и душе был гораздо больше, чем на улице. Вокруг стояла тишина, я слышал как играет музыка из шкатулки, как внизу суетятся слуги, как падают снежинки в чёрные волосы Гвиневры, покрывая их белым слоем, так сильно напоминая звёздное небо. Я слышал как вдали люди праздновали, смеялись. Но я не слышал одного: стука её сердца. Она стояла как статуя, ни живая, ни мёртвая. Ледяная статуя.

Я осмелился дотронуться до её волос. Заправив локон за человеческое ухо. Вдруг она шевельнулась и обернулась назад. Карие глаза не скрывало удивления и вопроса. Да, Гвиневра всё чувствовала, ледяное сердце умело чувствовать. Но стука я всё ещё не слышал.

"– Как мне хочется чтобы она увидела меня…" – опустив голову я повернула к небу и поднял взгляд вверх. На пасмурном небе был маленький просвет и маленькая, но такая яркая звезда светила прямо мне в глаза. Я закрыл их и вздохнул.

"– Если она просит у Рождественских звёзд, могу ли я просить? Просить, чтобы она увидела меня, просить, чтобы её сердце растаяло. Я хочу видеть как улыбается, моя Гвиневра. Я готов отдать свою жизнь, свою веру, своё чудо, чтобы в душе жила она!" – я произнёс эти слова лишь одними губами.

В этот же миг, Гвиневра обернулась к своей звезде и её губы заговорили:

– Звезда, я прошу у тебя, у Фей и Эльфов, как тогда в пятнадцать лет, я прошу у вас одного: позвольте быть счастливой, хотя бы в эту ночь! – голос герцогини стал не ледяным, а наполнился болью, отчаяньем и простым желанием. Её сердце забилось. А в уголках карих глаз, бриллиантом засияли слёзы. Чище этих слёз я не видел никогда. В этой девочке, в маленькой Гиневер, хранилось Последнее Волшебство в эпоху технологий. Я это понял, когда увидел как погасла звезда и стала так холодно, что я начал замерзать. Я посмотрел на Гвиневру и обнял её, прижав к себе, зарывшись носом в чёрных волосах герцоги. Этот Новый Год и Рождество – рассвет Последнего Волшебства в этом мире.

Сейчас я как никогда верил в чудо, в новогоднее чудо, равно как и она. Возможно никогда за всю историю мироздания, никто так трепетно и искренне не верил в простое волшебство желанного счастья и некой любви.

Погасшая звезда вновь загорелась, так ярко, как никогда раньше. Я не заметил этого, как не заметила и Гвиневра. Вспышка. Свет. Я почувствовал как меня прижимают к себе тонкие и нежные руки. Открыв глаза я увидел, что меня крепко обнимает герцогиня.

– Вы… Вы видите меня? – это единственное, что я смог спросить.

– Да. Вы Эльф из моих легенд… Звёзды умеют исполнять желания…

Никто из людей не увидел как вспыхнула Звезда и как снова вернулась на своё место. Чудо для тех, кто верит в него с рождения. Ланселот и Гвиневра – история другой любви. А в Новый Год, даже самое холодное сердце и самая разбитая душа, способна обрести свет истинного счастья, нужно лишь открыться "своей" Звезде.