- -
- 100%
- +
В этом вся Бел. Главное самой не пострадать, а что мне теперь разбираться с драконом – это мелочи. А для пущей убедительности она угрожала мне смертью в кострах инквизиторов, чтобы добиться своего. Даже уже и злиться на неё не выходит.
Всё звучит логично, но меня не покидает любопытство. Если бы я была обычной девчонкой без магических способностей, она швырнула бы меня в пасть дракона или нет?
Как-то некрасиво приобщиться к хорошей жизни за мой счёт. Будто бы у неё есть ещё какой-то мотив.
– Тебе нравится Адалард?
– Ну он ничего такой. Симпатичный. Нет, даже красивый, – сестра мечтательно улыбается, но потом становится серьёзной. – Но скучный жуть. Молчит всё время, веселиться не любит, а уж про то, чтобы устроить какой-то праздник, можно даже не заикаться. Не будь он принцем, вынужденным участвовать в светских мероприятиях, по-любому жил бы где-то в горах и нос в городе не показывал. Я думаю, вы с ним поладите.
Вообще я его понимаю. Меня тоже до мурашек пугает то, что придётся публично заявлять о том, что я теперь жена принца. Слава богу, младшего, а то я бы умерла. И не только от страха перед масштабностью гуляния.
– А ты что, уже ревнуешь? – отвлекает Белинда.
Вздрагиваю. И правда, что это я?
– Нет, просто…
– Думаешь, как же так? Она довела мужика до церкви и бросила у алтаря и теперь не будет покушаться? – подначивает она и смеётся. – Ну вот так. Я, если честно, сама не ожидала. Он жуть какой внезапный. Я, условно говоря, рассчитывала мило погулять с ним в королевских садах, но он не признаёт уединения до свадьбы. Извращенец, наверное.
М-да. Хоть и знакома с Адалардом всего ничего, но уже узнаю его.
– Про него столько всего рассказывают.
– Ну да. Но это и удобно. Соперниц меньше. Всё, вставай, – Белинда сгоняет меня со стула. – Идём обедать. Тебе ещё с мужем насчёт меня разговаривать.
– Я спрошу его, – уклончиво отвечаю я. – Но обещать ничего не буду.
– Мне большего-то и не надо, – подмигивает Бел. – Только найти себе достойного кавалера. Сама знаешь, папе такое доверять нельзя. Как сосватает кому-то из своих знакомых, а там все поголовно старые толстяки. Маменька бы ему плешь проела, если бы жива была.
Я вспоминаю намёки служанки. Уже собираюсь спросить сестру, как она относится к Сиджисвальду, раз про них ходят слухи, но тут в дверь стучат, и я, вспомнив про гарпию, практически подпрыгиваю от неожиданности. Первая мысль почему-то – позвать Адаларда.
Стук повторяется, и Белинда, не получавшая психотравмы, спокойно разрешает:
– Войдите!
Только сейчас до меня доходит, что будь это гарпия, стучать она не стала бы. Просто впорхнула, размахивая когтями. С принцем мне было бы спокойнее.
Ненадолго.
В спальню входит наследник престола собственной персоной. Одет, что называется, с иголочки. Бело-золотой наряд, похожий на военную форму. На груди какие-то значки и медали, хотя я что-то не припомню, чтобы принц Сиджисвальд участвовал в каких-либо битвах. Он был слишком ценен для страны и оставался в безопасности, максимум добираясь до тыловых лагерей и прохаживаясь по палаткам раненых. В гуще событий оказывался Адалард…
– Леди Ландеберт? – неприятно улыбается наследник. – Вас так долго нет, что я решил, вы заблудились в стенах этого замка. Девушки вечно здесь теряются, верно, Белинда?
Моя сестра приседает в реверансе и кокетливо хихикает:
– Ой, ну полно вам. Иногда можно попасть именно туда, куда нужно.
– Главное, об этом не жалеть.
– Как жалеть о том, за что испытываешь только благодарность? – моя сестра нездорово облизывается.
Какая резкая перемена в её поведении. Она всегда такая здесь? Помнится, и с Адалардом была излишне вежливой, а сейчас и вовсе будто ручная болонка, готова свалиться на пол и перевернуться на спину, весело виляя хвостиком. Ну конечно, её-то он в стену явно не кидал. Только на кровать, судя по слухам.
Мне вдруг вспоминается та злость, что я почувствовала рядом с Адалардом. Если эти двое и правда сблизились, неужели они даже на миг не задумались о том, как больно ему сделают? Неудивительно, что он так зол. Чудо, что вообще сдержался.
Эти двое меня злят.
– Можете не беспокоиться, от вашего этажа я предпочту держаться подальше, – огрызаюсь я неожиданно даже для себя. – Уже знаю, что гостеприимства и помощи, в случае чего, я не найду.
Дракона мой ответ веселит.
– Ну отчего же. Просто нужно найти подход, – и опять бросает улыбочку на Бел, которая тут же заливается краской.
Она всегда так себя тут ведёт? Что-то я уже не горю желанием делать её своей придворной.
– Как интересно, – наклоняет голову к плечу дракон. – Значит, так работает божественная привязка? Удивительно!
Я поднимаю бровь. Что он несёт?
– Ты совсем не реагируешь на провокации, – поясняет дракон. – Я слышал о подобном. Запечатлившись с одним, женщина перестаёт замечать не только других мужчин, но и драконов.
Эм… Я чего-то не так понимаю? Кого замечать? Сиджисвальда? Он флиртовать со мной пытается, или как?
Может, я бы замечала его активнее, не швырни он меня в стену в первую встречу.
– Не знаю, о чём вы, – натянуто улыбаюсь я.
Принц ухмыляется, глаза его коротко вспыхивают. Мой висок будто иголками укалывает, а метка на руке становится горячей, и я морщусь. Белинда неожиданно срывается с места и уже через секунду вешается на шею принца.
Мои глаза становятся круглыми. Это что сейчас было? Он её… магией приманил?
А что, если принц и до этого так делал? Я стою на месте, потому что замужем?
– Интересно, – губы Сиджисвальда растягиваются в той же маньячьей ухмылке. – Я сказал, подойди!
Виски пронзает уже не игла, а как минимум нож. Шиплю от боли и хватаюсь за запястье. Белинда, которая стояла ближе, отвлекает принца поцелуем, выигрывая для меня секундную передышку.
Проклятье… ну и что мне делать? Мы как-то странно к свадьбе готовимся!
Глава 21. Спасение
Ирма
Голова раскалывается, рука сейчас волдырями покроется. В ушах странный писк, и я, не выдерживая, сжимаю виски пальцами и морщусь.
– Хватит, – прошу я. – Пожалуйста…
– А ты сделай то, что я хочу, и тебе мигом станет легче, – издевается наследник.
Что делать-то?! Тоже на шею ему прыгнуть?
А не пошёл бы этот чешуйчатый лесом? Я замужняя дама!
И он не так неотразим, как хочет думать!
Нет, я бы могла, в теории, потешить самолюбие мужика, но не такой же ценой! Я сейчас в обморок упасть готова, а не изображать из себя влюблённую дурочку. Что за манеры вообще?!
Звон в ушах усиливается. Я со стоном опускаюсь на колени, в глазах темнеет.
– Мне больно, – сжимаю голову руками. – Хватит!
Садисту хоть бы что.
Уложив бесчувственную, но живую (я очень на это надеюсь!) Белинду на пол, он подходит. Мне же сразу захотелось убежать, потому что боль стала сильнее. Будто бы чем ближе я к нему, тем разрушительнее воздействие. Увы, не вышло, двигаться не получалось. Хотелось провалиться сквозь пол, лишь бы стало легче.
Воздух будто пропитан ядом и кажется очень тяжёлым. Не получается себя контролировать. И ощущение такое, что моё тело жидкость, а может, даже газ.
– Как интересно, – тянет дракон, садясь передо мной на корточки. – Сопротивляешься. Так отчаянно. Но зачем? Ради чего? Что такого ты чувствуешь к моему брату, чего, как думаешь, не почувствуешь ко мне?
Пока я чувствую только боль, но напоминание об Адаларде кажется мне сейчас спасительной соломинкой. Мой единственный защитник здесь. Он же уже помогал с гарпией. И не дал мне умереть в огне. Даже не ругался за разгром гостиной.
Я вдруг чётко осознаю, что спасения от ненормального садиста я не дождусь. Сиджисвальд в день знакомства швырнул меня в стену просто ни за что. С чего бы ему беспокоиться о моей целости и сохранности сейчас? Он реально не понимает, что флиртовать пытками – провальная идея? Удивляется так искренне.
В голове ни одной мысли. Я пытаюсь отползти от него, но тело не слушается. Все мои мышцы будто затекли и потеряли чувствительность. Даже попытайся я сейчас воспользоваться магией, чтобы защититься, дракон определённо в ней искуснее и быстро оборвёт мои попытки.
Мне конец. Боги! Я почти согласна изобразить увлечённость принцем, жаль только двигаться не могу. Даже обнять его готова, если ему так сильно хочется.
В глазах уже темнеет. Адалард…
Будто по волшебству, стоило подумать о муже, губительное воздействие принца резко прекращается. В глазах немного светлеет, и я понимаю, что прижата к чему-то, напоминающему распалённый солнцем камень.
Звон в ушах тоже стихает, сквозь угасающий гул слышу страшный рык. Наверное, другая нормальная девушка выбежала бы в коридор с визгом, но я лишь теснее прижимаюсь к шершавой тёмной поверхности. Сил на страх не осталось.
– Лард, что ты творишь, – слышу я усмешку Сиджисвальда. – Обратился в помещении. Ты же генерал армии, должен лучше контролировать эмоции. Там девчонка лежит. Раздавить хочешь? Снова потерял самоконтроль? Я не хочу делать ремонт в замке.
Я отлепляю голову от «камня». Так это драконий бок… Со спины меня прикрывает сложенное кожистое крыло.
Не сожрал. Снова. Видимо, уже привыкаю, что мой муж может стать большим зубастым чудищем, поэтому так спокойно отношусь к его появлению.
Успел. Пришёл спасать.
Интересно, дракон почувствовал, что мне плохо, так же как я чувствовала его гнев?
Адалард немного отводит крыло и поворачивает голову. Я вижу выразительный красно-оранжевый глаз. Хочет убедиться, что я цела? С благодарностью прижимаюсь к его тёплому боку и снова оказываюсь спрятана под крылом. Как птенчик. Кому расскажешь – не поверят.
Слышу, как Адалард снова рычит.
– Брат, тебе стоит успокоиться, – лениво тянет Сиджисвальд, на что чёрный дракон рычит громче, и я невольно вздрагиваю.
– Сбавь тон, – злится наследник. – И помни, с кем говоришь.
Чёрный дракон издаёт странный, похожий на усмешку звук, после чего его кожа на миг становится горячее. С удивлением наблюдаю, как младший принц меняется и парой ударов сердца позже я оказываюсь прижата не к дракону, а к широкой груди с тренированными мышцами.
– Тебе лучше уйти, Сиджи, – Адалард рычит словами, но большой разницы по звучанию с драконьим голосом я не слышу. – Я сейчас на грани того, чтобы бросить тебе вызов.
Наследник поднимает бровь.
– Дуэль? Ты хочешь крови родного брата из-за какой-то человечки?
– Из-за своей жены, – опускает подбородок Адалард и задвигает меня за спину. – Если ты ещё раз к ней приблизишься, встретимся в вызове. И мы оба знаем, чем кончится дело.
Я понятия не имею, о чём они говорят, но судя по выражению лица наследника, угроза достаточно существенна, чтобы он прислушался и оставил меня в покое. Как минимум, пока Адалард видит.
Вот и подружились…
– Ладно, я тебя услышал, – поднимает ладони Сиджисвальд. – Твою женщину не трогать.
На его лице примирительная улыбка, когда он переводит взгляд на меня и вдруг… кланяется.
– Я приношу свои глубочайшие извинения, леди Ландеберт, и обещаю впредь не подвергать вас воздействию подобного рода. Видите ли, я беспокоюсь за судьбу младшего брата и хочу знать, что рядом с ним достойная и верная супруга, которую не привлекут сладкие речи, магия или чужой статус. Мой братишка эмоциональнее, чем хочет показать…
Адалард снова гортанно рычит, но Сиджисвальд не обращает на это внимания и продолжает:
– Пусть это станет уроком и для вас. Вы обречены на его компанию до конца своих дней. Других мужчин у вас не было, – наследник усмехается, – если, конечно, вы не схитрили во время свадебного ритуала, полагаясь на силу дара и способность тела сопротивляться пламени, и не будет. Не всех мой брат удостаивает чести получить предупреждение. Другие поклонники, выражающие интерес к вам или вызвавшие его у вас, могут не успеть даже отследить момента, когда лишатся жизни. Подумайте об этом и сделайте выводы.
Он снова кланяется, а я только глазами хлопаю. Меня пугает то, что принц Сиджисвальд, будущий правитель Аратара, извинился передо мной, простой девчонкой из не самого знатного рода. Он ещё и поклонился. Дважды!
Наследник протискивается к выходу. Адалард провожает его глазами и, как только тот закрывает за собой дверь, вонзает острый взгляд в меня:
– Как прикажешь это понимать? Я отправил тебя готовиться к свадьбе, а ты решила флиртовать с моим братом?
Меня будто кипятком ошпарило.
Вот ведь… гадёныш!
Я только сейчас поняла, насколько двусмысленно звучало «извинение» Сиджисвальда! Он же извернул всё в обратную сторону! Будто это я к нему клеилась!
– Я… – нервно растягиваю губы в улыбке. – Это не то, что ты подумал…
Глава 22. Доверие
Ирма
Жёлтые глаза Адаларда сужаются, и передо мной проносится вся недолгая жизнь. Даже жалко, что воспоминаний так мало.
Отца я не знаю. Он бросил маму почти сразу после моего рождения, а может, и раньше. Она едва сводила концы с концами, бралась за любую работу, но у женщины без связей и знакомых не так много вариантов, если не продавать саму себя, а мама этого не хотела.
В конце концов она сильно заболела и нам пришлось перебраться в город к её сестре, которая к тому времени успела удачно выйти замуж за дядю Фестера. К сожалению, болезнь победила, и я осталась одна под их присмотром. Старалась не мешать им и была постоянной спутницей в играх Бел…
Потом, когда она увлеклась мальчишками, у меня неожиданно проявились магические способности и я зарылась в книги, чтобы поступить в академию и спастись от возможных вопросов инквизиторов.
Необученный маг опасен для общества. Я прекрасно понимала, что дядя не станет тратиться на меня, и надеялась поступить сама, чтобы не обременять его ещё сильнее.
– Что ж, тогда проясни, – хмыкает дракон, не выпуская меня из объятий.
Мне одновременно страшно и волнительно рядом с ним. Если бы я была преступницей, а он дознавателем – не задумываясь, выложила бы всё, что знаю.
Отчасти поэтому из меня и вырвалось то, чего не следовало говорить принцу.
– Всё было не так. Его Высочество Сиджисвальд что-то сделал, и Белинда… она побежала к нему. Ластилась. Он говорил о нашей связи, запечатлении и прочее… мне стало очень больно, а потом…
Дракон не перебивает. Его глаза будто душу мою видят и проверяют её на наличие тёмных пятен лжи. Возможно, читай я на его лице хоть что-нибудь, нервничала бы меньше. Дракон непроницаем как скала, и вероятность того, что он может откусить мне голову в следующую же секунду, путает мысли, а речь делает сбивчивой.
Надеюсь, он хотя бы понимает, что я несу. Почему-то кажется, что со стороны – это полный бред. Может, в обморок грохнуться? Или расплакаться? Его тронут слёзы?
– Значит, свадебный обряд удержал тебя от желания броситься на шею моему брату? – медленно проговаривает принц, когда я прерываюсь.
– Д-д-да, – пищу я.
– Какое везение. Для меня, само собой. Тебе, наверно, так хотелось?
Страх притупляется, а моя левая бровь ползёт вверх. Кашлянув, я хмурюсь:
– Что? Нет.
– Да ну? – ухмыляется Адалард. – Он же старший принц, наследник трона Аратара. Неужели не хочется стать королевой однажды? Получить власть? Внимание? Богатство?
Я хмурюсь сильнее и упираюсь ладонями в рельефную грудь дракона. Хорош, зараза, но наглый до невозможности.
– Не слишком ли поздно вы начали придираться к жене, ваше высочество?! – фыркаю я и пытаюсь отстраниться.
Дракон не пускает. Насмешливо всматривается в моё лицо, будто его забавляет протест. А может, так и есть. Я прекращаю попытки, решив не тратить на него силы.
– Вам следовало задавать эти вопросы до того, как взяли в жёны первую встречную. Наш брак и для меня стал неожиданностью. У меня были планы, я собиралась поступать в магическую академию и учиться управлять своей дурацкой силой, а не ввязываться в череду придворных интриг и скандалов!
– Ты не ответила на вопрос, Ирма, – вклинивается в мой монолог Адалард. – Тебе хотелось его?
На миг мне хотелось сказать «да». Ну а что этот чешуйчатый себе позволяет?!
Потом меня накрыло отчаянием. На что я рассчитываю вообще? Что он поверит «человечке», которую едва знает, а не брату, с которым живёт не пойми сколько?
С другой стороны, я бы скорее поверила ему, чем Бел, но у нас другая ситуация. Она меня в пасть этому маньяку с улыбкой кинула, сразу видно крепость семейных уз.
– Ты ответишь, жена? – в низком хрипловатом голосе слышится угроза.
– Нет. Ваш брат мне совершенно не интересен! – огрызаюсь я.
Дракон продолжает прожигать во мне дырку, а потом подаётся чуть вперёд и спрашивает тише:
– А я?
– Ну знаете! – вспыхиваю я и вырываюсь из его хватки. – Это уже слишком! Вы оба невыносимы! Только один издевается физически, а второй – морально!
– Так перестань сопротивляться, Ирма, – усмехается дракон, поправляя воротник.
– Ваш брат сказал то же самое, – обиженно фыркаю я и отворачиваюсь.
В комнате повисает напряжённое молчание. Мне становится так обидно. Я же не сделала ничего плохого…
Всегда! Всегда так было! Мне не верят! С детства! Что бы ни произошло, я остаюсь виноватой! Уже давно пора привыкнуть, что мне всю жизнь придётся извиняться за то, чего я не делала, за вещи, на которые я не могу повлиять.
За Бел, которая сваливала на меня все свои ошибки. За магию, которая, должно быть, досталась мне от отца. За миллион случайностей, к которым я не имею отношения. Иногда кажется, что мир был бы лучше, если бы меня просто не было.
Некоторое время за спиной тихо, а после на мои плечи ложатся горячие ладони. Вздрагиваю от неожиданности, когда три простых слова разрезают сгустившиеся надо мной чёрные тучи.
– Я верю тебе, – говорит Адалард над моим ухом, вызывая табун мурашек. – Тебе придётся привыкнуть к подобному.
– К подозрениям, которые невозможно опровергнуть? – сглатываю колючий ком в горле.
– К провокациям. Не всё из того, что говорит мой брат, правда. Но он был прав, когда сказал, что я не потерплю других мужчин рядом с тобой.
– Даже если это Сиджисвальд, который нарочно провоцирует?
– Особенно если это он.
Адалард обнимает меня, и почему-то этот простой жест прошибает на эмоции. Не сдержавшись, я поворачиваюсь и прижимаюсь к его груди, пряча лицо и неожиданно взмокшие глаза. Он спокойно позволяет это сделать и обнимает, будто защищая от всего мира.
Некоторое время мы просто стоим. Принц немного скованно, но нежно и осторожно гладит меня по волосам, пока я пытаюсь совладать с собой. Когда у меня получается, я медленно запрокидываю голову и смотрю на него с вызовом:
– Тогда и тебе нельзя.
– Нельзя что?
– Держать рядом с собой других женщин.
– Ну это уж слишком, – фыркает он и качает головой, обнимая меня крепче. – С моей-то репутацией. Как ты вообще это представить смогла?
– Заведёшь любовницу, сожгу ей лицо!
– Звучит грозно, – усмехается дракон. – Думаю, ты справишься с ролью моей жены. А теперь приводи в сознание сестру. Вас ждут внизу.
– Распорядители? – поджимаю губы. Сейчас я совсем не готова заниматься организацией.
– Нет, – Адалард целует меня в висок.
– А кто?
– Увидишь.
– Ты пойдёшь со мной? Вдруг Сиджисвальд снова придёт меня провоцировать?
– Мне нужно закончить с наведением порядка. Если брат опять пристанет, можешь сжечь ему лицо.
Ага, конечно. Отличный совет, конечно, вот только я не исцелюсь, если лягу спать!
Глава 23. Недопонимание
Адалард
Какого демона мы с драконом делаем?
Это ему была нужна девчонка. Ради него я согласился связать себя узами брака. Перед богами и народом пообещал провести жизнь с девчонкой, о которой знаю только имя. А по итогу мне пришлось защищать её от себя же.
Дракон болезненно отреагировал на повторение истории. Если с Белиндой нам было обидно, но терпимо, то на Ирме внутри будто булаву провернули, сминая внутренности и нервы.
Она моя. Навсегда. Нравится это человеческой душе или нет, уже неважно. И даже мысль, что её коснётся ещё кто-то, вызывает ярость.
Дракон мыслит категоричнее. Почувствовав, что Ирма в опасности, рванул на выручку, а потом будто забыл о той панике и страхе, что эхом отзывались во мне. Увидел, послушал Сиджи и чуть не сорвался. Вот почему дракону не выжить без человеческой ипостаси, мы дополняем друг друга.
Благо Ирма молодец, если бы запаниковала, начала кричать или, того хуже, убегать, я бы не сдержал его.
По итогу – пара фраз, и вторая душа готова мурлыкать, устроив голову на её коленях. Будь моя воля, так и не выпустил бы из рук. Маленькая, хрупкая, но храбрится, будто выгнувший спину котёнок. Она забавная.
Трясу головой, отгоняя мысли и дурацкую улыбку. Нужно вернуться к своим обязанностям.
– Ваше высочество, – из правого коридора выбегает солдат. – Выжившую гарпию исцелили и заперли, как вы велели.
– Сколько охранников?
– Пятеро.
– Добавьте ещё двоих. Эти твари умнее, чем могут показаться, – решаю я. – Я позже подойду наложить сигнальный маяк, чтобы прийти на выручку, если что случится.
– Думаете… снова нападут? – парнишка едва поспевает за моими широкими шагами.
– Неважно, что я думаю. Наша задача этого не допустить.
Солдат останавливается и касается сердца кулаком, после чего разворачивается и убегает выполнять поручение, а я продолжаю путь в сторону казарм.
Нужно проверить, сколько мест в стенах замка, и подумать, где разместить армию, когда она прибудет. Ставить шатры я не хочу, люди уже достаточно времени не имели над головой серьёзной крыши.
Нужно осмотреть склады и заставить освободить часть помещений, а затем дать заказ плотникам обустроить там всё.
Гарпии подобрались слишком близко – в город, в замок, и я пока не понимаю как. Самая неприятная часть конфликта. Мы подавили восстание на границах, но получили донесения о беспорядках в столице, и мне пришлось вернуться. На фронте всё по-старому. В той стороне враг, в этой – дом, куда его пускать нельзя ни в коем случае. Всё просто и ясно, а теперь…
Я не вижу, с кем воевать, и меня раздражает то, что из-за этого приходится прибегать к уловкам и хитростям. В этом деле Сиджи и отец понимают больше моего, а мне остаётся лишь мириться с тем, что я ни на что не могу влиять.
* * *
Дела отнимают оставшуюся часть дня. Чудом вспоминаю про гарпию и спускаюсь в подземелье, чтобы убедиться, что всё в порядке. Пернатая забилась в дальнюю часть камеры и, кажется, спала. Её крылья перетянуты проволокой, мешающей расправить их и улететь. Руки скованы и притянуты к крючку над потолком поблескивающей от магии цепью.
– Ваше высочество, – стражники приветствуют поклоном и по очереди касаются сердца кулаком.
– Всё тихо? – прищуриваюсь, разглядывая гарпию.
Та, заметив свой личный кошмар, после утренней беседы пытается просочиться в каменную кладку на стене за ней.
– Так точно, – отзывается старший. – Сидит тихо, покормили.
– Кандалы затянуты?
– Эм… да…
– Я вижу, что нет. Это гарпия, у них же суставы, – качаю головой. – Отопри. Поставлю на неё печать.
Пленница суетится и звенит цепью. По привычке пытается расправить крылья, но скрипяще шипит, когда ей это не удаётся из-за проволоки.
В глазах паника, почти истерика. Загорается желание продолжить допрос сейчас и выудить из неё информацию, но я сдерживаюсь. Я обещал, что вернусь утром, и если она не заговорит, то будет хуже. Слово надо держать. Даже когда дал его такой противной пленнице.
Гарпия замирает в ужасе. Я быстро подтягиваю кандалы и проверяю цепь. Сил у неё сейчас немного, лекари подлатали её, но отдохнуть она не успела. Собираюсь положить ладонь на её лоб, но птица уворачивается. Тогда ловлю её за волосы и ставлю метку силой. Теперь на её лбу красуется золотистый треугольник. Обхожу камеру, касаясь пальцами стены, и замыкаю контур. Теперь, если она выйдет из камеры, я об этом точно узнаю.
– Отлично, – выхожу и запираю решётку. – Будьте настороже. Нам нельзя упустить её.
Закончив, поднимаюсь в замок с чувством выполненного долга. Эмоции Ирмы внимания не привлекали, значит, с ней всё более-менее в порядке. Наверняка заканчивает обсуждение свадьбы, а может, и уже закончила.
Даже интересно, что придумает эта малышка. Если сама примет участие в подготовке и отстоит мнение, а это она умеет, я смогу узнать её лучше.
Знакомство после свадьбы, конечно, не лучшая стратегия. Слишком быстро всё случилось. Надо хоть поужинать с ней. Прикажу накрыть стол на нашей террасе. Там тихо и спокойно. Начнём говорить друг с другом.
– Мой принц! – в одном из залов, который я пересекаю на пути к своим покоям, передо мной появляется Мелл.