Хронариус

Хронариус

Том 1 Глава 1 – Пролог

Мир изменился задолго до того, как Франц впервые взял в руки оружие.Потеряв родителей, он замолчал. Закрылся от тех, кто пытался протянуть руку. Отстранился от друзей, исчез для учителей. Он не хотел продолжать. Не хотел взрослеть. Не хотел даже просыпаться.

В его взгляде больше не было детства – только холод.

Но у каждого человека есть момент, который меняет всё.

И момент Франца настал.Судьба не спросила разрешения – она просто вошла без стука.С оружием, с кровью, с выбором.

В мире, где технологии взяли верх, закон утратил вес.

Он больше не управлял людьми – лишь стоял рядом, как призрак прошлого.

Улицы частично превратились в зоны анархии, где силу определяли не присяга и честь, а нейронные импланты, кредиты и имя в криминальных базах.

Полиция?

Почти ничего не решала.Отделения закрывались.Рапорты терялись.Влияние корпораций росло – и вскоре «закон» стал чем-то, что покупают на бирже.

Том 1 Глава 2 – Девочка

Франц возвращался домой, как всегда, около 18:50.

Работа находилась недалеко – один автобус в обе стороны, без пересадок, и он давно знал расписание наизусть.

От остановки до дома он шёл пешком по знакомому тротуару, протоптанному за годы до механизма. Этот путь был простым, почти успокаивающим: тени деревьев, глухие заборы частных домов и редкий лай собак, охраняющих своё спокойствие.

Он жил на окраине города, в районе, где много старых частных домов,

Где улицы редко патрулируются,

А окна чаще всего светятся неоновым синим светом телевизоров и усталых ламп.

Всё было как обычно.

Франц прошёл мимо частной академии —

Высокий, отшлифованный до блеска корпус с забором, покрытым глянцевым покрытием.

Эту школу построил один из местных богачей – якобы “для поддержки талантливых детей”,

Но все знали: здесь учились только дети избранных.

Маленькие вундеркинды с планшетами в руках, с охраной у ворот,

Вылепленные под будущее, которого их родители ещё даже не поняли.

Франц взглянул на ворота мимоходом и быстро отвёл взгляд.

Он знал цену этим местам. И знал, как мало у них общего с реальностью.

Как раз в это время школа закрывалась.

Огромные стеклянные двери с мягким шипением распахнулись,

И поток учеников хлынул наружу.

Дети, одетые в одинаковые тёмно-синие куртки с логотипом академии,

Смеялись, переговаривались, хлопали друг друга по рюкзакам.

Некоторые сразу прыгали в жёлтые школьные автобусы,

Стоявшие у ворот в идеально ровный ряд.

Других встречали родители – в чёрных машинах с тонированными стёклами,

В сопровождении личной охраны.

А кто-то – и вовсе уходил, сопровождаемый собственным водителем,

Словно деловой партнёр, а не ребёнок.

Франц прошёл мимо всей этой сцены, не замедляя шаг.

Он был как тень среди глянца.

И в этот момент – среди света, движения и дорогой одежды —

Он заметил одну фигуру,

Стоящую отдельно от остальных.

Среди всей суеты Франц заметил девочку —

Примерно десяти-двенадцати лет.

Светлые волосы, аккуратный рюкзак,

Ровная походка, уверенная для её возраста.

Она шла одна,

Не спеша, будто знала, куда идёт.

Она подошла к автомобилю, стоявшему чуть в стороне от основной зоны высадки.

Это была тёмная машина без опознавательных знаков.

У неё не было ни школьной эмблемы, ни родительской спешки.

Рядом с ней стоял мужчина в строгом чёрном костюме,

С прямой спиной и сдержанным выражением лица.

Он открыл заднюю дверь и вежливо кивнул.

– Госпожа Вайс. Я прибыл по распоряжению вашего отца. Пожалуйста, проходите, —

Сказал он с идеально ровной интонацией, как будто заранее выученной.

Но девочка не сделала ни шага.

Она осталась стоять на месте – ровно, прямо, уверенно.

В её голосе не было паники, но было недоверие.

– Я вас не знаю, – ответила она спокойно.

– 

Где Ханс?

Франц приостановился, притормозив шаг.

Он ничего не знал о девочке,

Но в её взгляде было слишком много осознанности

Для обычного школьного дня.

– 

Ханс сегодня не приедет, – сказал мужчина чуть тише,

На шаг приблизившись. Его голос был вежливым,

Но вежливость эта давила, а не успокаивала.

– 

Пожалуйста, проходите. Мы теряем время.

– 

Мы не можем стоять на виду.

Он оглянулся по сторонам.

Слишком резко, как будто чувствовал,

Что кто-то наблюдает.

И он был прав – Франц уже замедлил шаг,

Не спуская с них глаз.

Алиса стояла, как вкопанная.

– 

Я не поеду. Я буду ждать Ханса. Хоть до ночи.

Или позвоню маме. —

В голосе не было ни слёз, ни страха.

Только холодная уверенность, выросшая явно не за один день.

Рука мужчины чуть дёрнулась,

Словно он на мгновение колебался —

Сделать шаг вперёд или притвориться дальше.

Мужчина понял – он загнан в угол.

Огляделся по сторонам:

Все родители уже уехали, автобусы почти скрылись за поворотом.

Во дворе академии стало тише.

Он больше не играл роль водителя.

– 

Простите, – тихо бросил он,

И резко выхватил у Алисы телефон,

Сжав его так, что экран тут же треснул под пальцами.

Затем —

Одним движением

Перехватил её рукой за рот,

Второй начал заталкивать в машину.

Алиса начала вырываться, но он держал её крепко,

Перешёл на силу,

Одним плечом прижав её к сиденью, уже занеся колени внутрь машины.

Она дёргалась, но была слишком мала, чтобы вырваться.

И в этот момент

Раздался удар.

Глухой, быстрый, выверенный.

Мужчина даже не успел понять, что произошло.

Он отлетел назад,

Ударившись спиной о дверцу машины,

А телефон, который он держал, пролетел по асфальту, искрив углом.

Перед ним стоял Франц.

Молча.

Холодно.

С одной рукой, уже сжимающей куртку мужчины на уровне груди.

– 

Она сказала “нет”, – тихо сказал Франц.

– 

Ты не слышал?

Мужчина попытался что-то выговорить – оправдаться, объяснить,

Но Франц уже не слушал.

Следующий удар был в живот – не убить, но выбить дыхание.

А потом – локтем в плечо,

Чтобы рука, державшая девочку, онемела.

Мужчина упал.

И только тогда Алиса смогла снова вдохнуть полной грудью.

Франц повернулся к ней, опускаясь на одно колено.

– 

Ты в порядке?

Она кивнула.

В её глазах – тревога, но не страх. Она видела насилие раньше.

Но сейчас рядом был кто-то, кто остановил его.

Мужчина, валявшийся на асфальте, зашипел от боли,

Но всё же поднялся.

На его лице была не паника, а ярость.

И тут —

Из передней части машины,

Из-за водительской двери,

Вышел ещё один.

Высокий.

Молчащий.

Он до этого сидел тихо, даже не шелохнувшись.

Теперь же он стоял плечом к плечу с первым —

И оба начали двигаться синхронно,

Словно готовились к хорошо отрепетированной драке.

Франц замер.

Оценил: двое против одного.

Массивные, обученные, не новички.

В открытом бою – он мог выстоять.

Но не без ущерба.

А рядом была девочка, которую нельзя было бросить.

Он чуть шагнул назад. Не от страха – от расчёта.

Поставил себя между ними и Алисой.

Почувствовал, как её пальцы сжали его пальто —она инстинктивно пряталась за его спиной.

Он тихо наклонился к ней, не сводя глаз с противников.

– 

Слушай внимательно.

– 

Когда скажу – беги. Не назад. Не к школе. В переулок. Там, направо, потом снова направо.

– 

Увидишь людей – прячься. Звони в “911” и скажи, что ты была похищена.

– 

Я их задержу.

– 

Но ты?.. – начала Алиса,

Но Франц уже напрягся.

– 

Я справлюсь.

Он не смотрел на неё.

Он смотрел на цель.

И в следующее мгновение сделал первый шаг вперёд.

Франц уже готовился к схватке.

Мышцы напряжены, дыхание ровное,

Он чувствовал, как его тело входит в режим боя.

Но… бой так и не начался.

В следующее мгновение оба мужчины в чёрном резко дёрнулись

И рухнули на асфальт – почти одновременно.

Первый – с глухим хрипом, второй – с приглушённым стоном.

Их тела судорожно дрожали,

А на руках и плечах расплывались тёмные пятна,

Сквозь которые проступали пробитые мышцы.

– 

Шш-шпах! —

Последний звук эхом отразился между стен.

Из переулка вышли двое.

Высокие. Сильные.

Одетые в чёрные костюмы с белыми деталями – не классические, а функциональные,

Созданные не для показа, а для работы.

Они держали в руках травматические пистолеты,

Ещё дымящиеся от выстрелов.

Лиц не было видно —

На них были маски со встроенной оптикой и нейтрализатором дыхания.

Один коротко кивнул Францу.

– 

Цель нейтрализована. Без летального исхода.

– 

Девочка в порядке?

Франц слегка опустил руки,

Но не сразу расслабился.

Он кивнул.

– 

В порядке.

– 

Почти.

Один из бойцов подошёл к нападавшим.

Наклонился, проверил пульс.

– 

Живы. Успеем допросить.

– 

Вызовем транспорт.

Франц молча посмотрел на Алису.

Она держалась, но в глазах – смешанные чувства: тревога, растерянность… облегчение.

Франц ещё раз взглянул на тех, кто лежал на асфальте. Один из мужчин всё ещё стонал, другой уже почти потерял сознание.

К нему подошёл один из бойцов – тот, что был повыше и, похоже, старше. Он снял маску, приоткрыв резкие черты лица и взгляд, от которого трудно было отвести глаза – спокойный, но не пустой. Скорее… профессионально уставший.

– 

Парень, не звони в полицию, – сказал он спокойно. – Они здесь не помогут. Даже если приедут – только испортят картину.

Он вынул из внутреннего кармана чёрную визитку. Минимализм, гладкая поверхность, только имя, логотип и номер.

– 

Если это повторится – позвони нам,

– 

Сказал он, протягивая карточку. – Только не медли.

Франц взял визитку и внимательно посмотрел на неё.

Никакой фамилии. Только инициалы: PLC // Division 9.

В этот момент с конца улицы подъехал транспорт.

Глухой рёв двигателя – и чёрный фургон остановился точно напротив.

Он был тяжёлый, бронированный, с затемнёнными окнами.

Мягко открылись задние двери, и ещё двое солдат вышли,

Молча подхватив обезвреженных мужчин в чёрном и погрузив их внутрь.

– 

Контакт устранён. Свидетели – свои.

– 

Цель под защитой, – бросил один из новых бойцов.

Фургон закрылся с глухим звуком и тронулся, растворяясь в темнеющей улице.

Без сирен, без звуков. Без следов.

Франц остался с визиткой в руке и Алисой рядом.

Он долго молчал, глядя в ту сторону, где исчез автомобиль.

Потом опустил глаза на девочку.

– 

Всё в порядке, – тихо сказал он. – Они не вернутся. Но…

Он сжал визитку.

– 

Теперь у нас есть чей-то номер. И, похоже, новая дверь в этот мир.

После того как чёрный фургон скрылся в сумерках, на улице снова стало тихо.

Алиса стояла рядом с Францем, всё ещё крепко держа в руке телефон. Её пальцы дрожали, но голос, когда она заговорила, был спокойный:

– 

Мне нужно позвонить маме.

Франц кивнул, убрав руки в карманы.

Он не стал ничего говорить – только смотрел в сторону дороги.

Алиса нажала номер. Несколько гудков.

– 

Мам, это я… Всё в порядке, но… тут был человек… он хотел увезти меня, но один мужчина помог…

– 

…да, я в порядке… да, сейчас… жду…

Франц услышал голос на другом конце провода. Звонкий, тревожный. Но потом – облегчение.

Алиса положила трубку.

– 

Мама скоро приедет, – тихо сказала она.

Франц посмотрел на неё. Он кивнул.

– 

Тогда… жди здесь. Не отходи от ворот.

– 

Если кто-то подойдёт – кричи.

Она кивнула.Он развернулся. Шагнул в сумерки.Прошёл пару кварталов, пока не остановился у поворота.

Обернулся – и увидел:чёрная машина остановилась у ворот школы,и женщина – элегантная, тревожная, сильная —вышла из салона, подбежала к дочери и крепко обняла её.

Франц смотрел на них, словно убеждаясь, что завеса опущена.И только тогда позволил себе уйти окончательно.

Прошло два дня с того вечера.Никаких звонков. Никаких повторений.Жизнь, казалось бы, вернулась на круги своя.

Франц закончил последнюю смену и, как обычно,шёл домой по той же тропе, что и всегда.

Знакомый тротуар. Те же фонари. Те же дома с кривыми крышами.Но в голове – никакого “обычно” не было.

Сцена, где девочка храбро отказалась сесть в чужую машину,где он стоял между ней и опасностью,всё это прокручивалось в голове, будто чьё-то чужое воспоминание,но с каждой секундой становилось всё более его собственным.

Он даже не заметил, как мысли увели его дальше —в далёкое, давно забытое… детство.

Он вспомнил, как однажды в начальной школе одноклассники снова набросились на него после уроков.

Он не умел сдерживаться, но и не умел драться тогда.Они были грубы, как всегда.

Смеялись, унижали.

И тогда – вдруг – одна из девочек встала между ним и толпой.Тихо, но уверенно.

Словно говорила не с детьми, а с будущими преступниками.

– 

“Оставьте его. Он умнее вас.”И они отступили.

Он забыл её имя, или нет. Неизвестно. Но должно быть судьба их встретить еще.

Но никогда не забыл это чувство —когда кто-то стал твоей защитой,в тот самый момент, когда ты не мог справиться сам.

Теперь он понял, почему вмешался тогда,два дня назад.

Франц заметил дым, когда уже почти свернул к дому.Он остановился.

Поднял глаза —над крышами поднимался плотный, тёмный столб,заполняя вечернее небои искажая закатный свет до тревожных оттенков.

Он не хотел вмешиваться.

Честно.

Это был не его бой, не его адрес, не его дело.

Но внутри —что-то сжалось.Как тогда, две ночи назад.

Как будто сам воздух начал давить,и он не мог просто пройти мимо.

—«Чёрт…»

Он сжал кулаки, глубоко вдохнул —и побежал.

Поначалу быстрым шагом,а потом – уже по-настоящему,обгоняя прохожих,петляя через тротуары.

Вокруг – крики.Шум.Кто-то снимал на телефон.

Кто-то кричал в трубку:

– 

Горит! Это коттедж на Таррен-стрит, трёхэтажный! Там кто-то есть, кажется! Пожарные, быстрее!

Когда Франц подбежал ближе —он увидел его.Тот самый дом.

Огромный, массивный, словно особняк.

Белый фасад – теперь покрыт сажей.

Пламя вырывалось из одного из окон второго этажа,разбивая стекло и выплёскиваясь, как живая змея.

Огонь плясал по крыше,а внизу собрались десятки людей —кто в панике, кто в растерянности.

Франц задержался на краю толпы,взгляд его метался по окнам.

Тени. Где-то там кто-то был. Он чувствовал.

Франц остановился у ворот, тяжело дыша. Пламя ревело, будто живое. Он смотрел на горящий фасад – белый, трёхэтажный, с каменными балконами и высоким остеклением – слишком знакомым.

– 

Чей это дом?! – крикнул он. – Кто знает?! Чей это дом?!

Его голос прорезал гул толпы, перекрывая чужие разговоры, плач, звук сирен вдалеке.

Никто не ответил сразу. Но потом, почти одновременно, несколько голосов сказали:

– 

Это дом семьи Вайс.

– 

Вайс. Да. Той самой.

Франц застыл.

Он чувствовал, как у него внутри всё сжалось —

Словно сердце в попытке сбежать прижалось к рёбрам.

Он хотел ошибиться. Хотел, чтобы это был просто похожий фасад. Просто совпадение. Но судьба решила иначе.

Это был тот самый дом.

Алиса.

Без раздумий, без оглядки – Франц бросился вперёд.

Через ленту. Через толпу. В самое сердце пылающего здания.

По мере приближения к дому,

Франц заметил движение на земле.

Он резко остановился.В пламени, в отблесках дыма и хаоса —тела.

Трое. Нет, четверо.

Одеты одинаково – строгие костюмы, защитные гарнитуры.

Охрана.

Лежали неровно, кто-то лицом вниз, кто-то с залитым кровью воротником.

Некоторые ещё слабо шевелились —но большинству уже было не до помощи.

Франц стиснул зубы.

Он всё понял: это не просто пожар.Это – нападение.Спланированное. Хладнокровное.

Но сейчас было не время считать погибших.

Дверь дома была открыта.

Просто распахнута, будто сама смерть ждала гостей.

Франц шагнул внутрь – и ударился в стену дыма.

Он кашлянул, тут же накрыл рот рукой.Дышать – больно.

Воздух будто сжигал лёгкие изнутри.

Он опустился ниже, почти на корточки.

Сквозь клубы дыма – знакомые очертания мебели, лестницы, коридоров.Этот дом он уже видел однажды.

На фото, в досье, мельком во время сопровождения.

Но теперь – он горел.

Где-то в глубине – крик.

Тонкий. Детский. Сдавленный.

– 

Алиса… – прохрипел Франц, и сорвался вперёд.

Франц прижался к стене, закрывая лицо от жара,и именно в этот момент его накрыло:

Почему полиция не поможет.

Здесь не было времени на протокол.

Здесь каждая секунда – смерть.И если бы он позвонил полиция—когда те приедут, от Алисы останется только имя в отчётах.

И он вспомнил.Визитка.

Он судорожно начал шарить по внутреннему карману пальто,задев что-то твёрдое, обожжённое по краям – она.

Чёрная. Без имени. Только инициалы: PLC // Division 9.

Он вытащил её, достал телефон.

На экране мигали искры сигнала – дым мешал приёму,но связь была ещё жива.

Он нажал вызов.Один гудок. Второй.

– 

PLC, приём. PLC, приём. Вы слышите меня?!

Шум в трубке. Потом – щелчок.

– 

…1.0… 9900.01.. Вас слышим, говорите.

Голос был ровным, профессиональным.

Не удивлённым – будто они знали, что этот звонок случится.

– 

Это Франц Дарк.Дом Вайс. Таррен-стрит. Пожар. Нападение. Внутри девочка. Живая. Возможно, другие.

Короткая пауза.

– 

Принято.Время прибытия – 2 минуты.Не пытайтесь героизма, если риски превышают допустимые.

Франц усмехнулся криво, даже не отвечая.

– 

Поздно. Я уже внутри.

Маленькое тело Алисы лежало на полу,

Почти скрытое клубами дыма.

Она была в углу,рядом со стальными шкафчиками у стены,

– 

С открытыми дверцами, чёрными от копоти.Видимо, она пряталась внутри.И только потом – выползла.

Но сейчас она уже не могла встать.

Руки дрожали.Кожа блестела от пота, ресницы слиплись.Лицо было грязным, губы пересохли.

Глаза – открыты, но мутные.Она ещё была в сознании. Но едва.

Франц не думал.

Он рванул вперёд, почти на карачках.

Каждый вдох – как ожог.

Пламя лизало потолок.

Сверху обрушилась балка – но он проскользнул,

Как будто его вёл кто-то свыше.

Он подполз к Алисе.

– 

Алиса! Алиса, ты меня слышишь?

Она моргнула.С трудом.

– 

Ф… Франц?..

Голос – хриплый. Сломанный. Почти беззвучный.

Франц обнял её, почувствовав, какая она лёгкая.Слишком лёгкая.

Он сорвал с себя пиджак и обмотал её,

Прикрывая голову, плечи, руки.

Как можно плотнее.

Поднял на руки – и встал.Огонь уже обходил комнату кругом.Скоро потолок рухнет.

Выйти с человеком на руках оказалось в разы тяжелее,чем прорваться туда одному.

Франц чувствовал, как жар пробирается под кожу,как ноги заплетаются,как тело – несмотря на адреналин —становится тяжёлым, как свинец.

Он пригибался, маневрировал,закрывал Алисину голову локтем,плечом принимал на себя удары падающих щепок и углей.

Каждый шаг – как битва.Воздух будто состоял из огня и стекла.

Он кашлял, задыхался,в глазах темнело.

Всё внутри кричало: “Оставь. Отпусти. Не дойдёшь.”Но он шёл.

И вот —резкий свет. Свежий воздух. Гул голосов.

Он вышел.

Сквозь раскалённый дверной проём,

Словно из пасти чудовища —вынес Алису наружу.Дальше он не мог.

Колени подогнулись.Он рухнул рядом, аккуратно укладывая девочку на асфальт.

Они оба лежали.Дышали.Жадно, неровно, будто вынырнули с самого дна океана.

Алиса не плакала.Она жила.

Франц отвернулся, вгрызаясь взглядом в тлеющий фасад,и снова понял:

Он не мог не вмешаться.И теперь – уже никогда не уйдёт.

Гул двигателя вывел Франца из полубессознательного состояния.На улицу въехала та самая машина.

Чёрная. Матовая. Без номеров.Тяжёлые колёса, бронированный кузов.

Толпа начала шептаться —одни думали, что это спецслужба,другие – секретный отдел полиции.

Но ни тем, ни другим эта машина не принадлежала.

Она шла отдельно,но – к удивлению всех – прибыла с полицией и пожарными одновременно.Как будто координация заранее отработана.

Двери распахнулись.Из машины вышли люди в бело-чёрной форме.Логотип на груди – PLC Division 9.

Они не бежали – шли быстро, но точно,словно уже знали, что произошло.

Алиса, лежащая на асфальте, еле слышно шептала:

– 

…Папа… мама…

Франц посмотрел на неё.В глазах девочки – вопрос, отчаяние, надежда.

И тогда его взгляд метнулся к дому.

Он вспомнил:они были там.

– 

Чёрт…

Он резко попытался встать.Снова туда.Внутрь. За ними.

– 

Там ещё кто-то!..

Но его остановили.

Один из бойцов Проксимы схватил его за плечо.

– 

Ты не пройдёшь. Сейчас уже нельзя.

– 

Ты не понимаешь! – крикнул Франц, задыхаясь.

– 

Это её родители… они могут быть…

Боец кивнул, но не отпустил.

– 

Мы уже вошли.

– 

Если они ещё живы – мы найдём. Если нет… ты не должен умирать вместе с ними.

Франц замер.Он хотел рвануться.Но взгляд Алисы…

Он снова сел рядом с ней.Протянул руку.