«Космос живет во мне…»

Меня разбросало по городам…

Меня разбросало по городам и делится сердце на части.

Мне чудится: Мир прозрачный, как шар, холодный к гадалочьей страсти.

И кажется, будто на каждом углу лицо можно встретить родное.

Что это легко, прилетев хоть куда, найти для души дорогое.

Что время и место – всего лишь слова. Важнее любимые люди.

Мне верится, что расстоянье слабей свои забивает гвозди,

Когда где-то там, и на самом краю, есть люди, которые помнят.

И ценят моменты от дружеских встреч, и ждут с нетерпеньем, и ценят.

И это нормально – очень скучать, хоть скучно совсем не бывает.

Меня разбросало по городам, и это меня закаляет.

***

Друг. Море

Знаешь, друг, я сегодня увидела море.

Волны с шелестом камни толкали к ногам.

И как камень я в воды закинула горе,

Отпуская его в путешествие по берегам.

Я плутала глазами в глубоких просторах,

Обжигающий бриз не по-южному остужал.

Показатели детства шкалили на приборах

И мой внутренний цензор в кои-то веки молчал.

Я себя очищала от тонн и от рек негатива,

Оседающих илом у кромки в защитный ров.

Море севера, друг, аскетично красиво.

Оголяет невольно ценностей вечных покров.

Я с собой забрала его гладь, обещая вернуться

И на память взяла фотографий штук сто.

Я увидела море, мой друг, и боялась проснуться.

Обрела часть себя я сегодня в водах его.

***

Сказка. Рыцарь уснул

Рыцарь уснул, клинок упокоился над камином. Там же припрятали щит и запас золотых монет.

Старый король теперь не воюет с драконом – старшую дочь он удачно отдал под венец.

Принцы ведут борьбу: меж собой и своими прыщами. Все, как один, посещают лишь гульбища, да балы. Им не дают напрягаться – министры решают все сами. Их не волнует политика и состоянье страны.

Младшая дочь по ночам пищит в колыбели, режутся зубки – спать не дает никому.

Время идет. Ничего не меняется в мире. Принцы гуляют, министры распродают страну.

Рыцарь храпит. Сталь стареет, огонь затухает в камине. Тихо, но верно на полках копится пыль.

Принцы разъехались, старый король давно помер. Страхи ночные теперь превращаются в быль.

Младшей принцессе исполнилось восемнадцать. Девица выросла, замуж давно ей пора.

Взмолился народ о явлении нового принца. И приглашенья, как пыль улетели во тьму со двора.

Время пришло, и сваты собираются в замок. Да заставляют с упорством себя развлекать. Только принцессу все это порядком достало, собрав узелок, она предпочла убежать.

Ей, ведь отнюдь не торопится замуж. Грезит девчонка о вечной и сильной любви. Вечной, какая бывает в романах.

В жизни такую найти единицы смогли.

Ну а ночами принцессе снятся драконы. С ними летает, крылом обмахнув пол земли… Мало кто знает, что снятся ей вещие сны.

Утром ненастным, однажды, принцесса исчезла. Над полем созревшим, мелькнула крылатая тень.

У государства возникла такая проблема:

Ловят дракона, тогда исчезает принцесса. Схватят ее – исчезает на время дракон.

В этих бегах протекают неспешно полгода. СватЫ разъезжаются, бросив пустующим трон.

Нежданно-негаданно, вдруг, да случается чудо: дракон исчезает, принцессу везут во дворец.

С ней только парень, по виду не знатного рода, он говорит: их союз, как подарок Небес.

Не верит никто, что принцесса смирилась с судьбой, наконец!

Народ встрепенулся, ведь в парне узнали соседа, чье королевство лежит прямиком через лес…

Рыцарь проснулся: «Насколько все может быть худо?»

Все хорошо, ведь Дракона ведут под венец!

***

Когда замерзнешь…

Когда замерзнешь, приходи на чай…

Кофе, коньяк, шоколад или сбитень.

Зима опять нагрянет невзначай.

А с ней мороз, как старый злыдень.

Когда замерзнешь, приходи под плед.

Я книги буду вслух читать неспешно.

Не будет надоедливых бесед

И настроенье будет безмятежным.

Когда замерзнешь, приходи ко мне,

Снежинки ртом ловить, как в детстве.

Смеяться в небо, лежа на спине,

Кататься с горки, с домом по соседству.

Когда замерзнешь, просто приходи.

Станцуем вместе что-то заводное.

Согреемся при минус тридцати,

В шкафах найдем все тепло-шерстяное.

Когда замерзнешь, знай, я буду ждать,

Готовить плед и чай на всякий случай.

В колонках будет музыка звучать,

Тепло души побьет мороз трескучий.

***

Про осень

Лёгким бы кислорода. Осень, подкинь тепла?

Свитер, пальто и пледы.

А после придёт зима.

Деревья желтеют в парках, реки как зеркала.

Парочки всюду. И нежность.

Разлита словно чума.

Пар изо рта облачками, ветер студит до костей.

Шарфы, зонты и кеды.

А чай заменён на глинтвейн.

Время меняет планы. И, может, меняет людей.

Сердечные ритмы и раны, надеюсь, подлечит портвейн.

К осени даже кошки, греются у батарей.

Киты уплывают на север, туристов не выгнать с морей.

Все подчиняется циклу. Ночи намного темней.

И сложно свыкнуться с мыслью, что это период потерь.

***

Август

У августа вкус уходящего лета, с горчинкой от дыма сгоревшей травы.

Далек от июля с горячими крышами, он пахнет дождями по мостовым.

Он делится с нами созревшими фруктами, срывая их щедро ветрами с кустов

И запахом сена, что греется кипами, в полях, в ожидании грузовиков.

У августа цвет золотистых колосьев и звезд, покидающих небосвод.

Холодные ночи бодрят нас как осень, а солнце уже не торопит восход.

Ещё в нем витает память о прошлом: как бабушка утром будила с зарёй,

Как пятки чернила сланцев подошва и дни проходили за беготнёй.

А осень встречали в цвет шоколада, окрашены ровно по линии шорт.

В горах любовались вовсю звездопадом и, в облаке сидя, ловили восторг.

Мы август рисуем мгновением лета и теплые в памяти ищем цвета,

Для тона хватает нам силуэта – ребенка, который как птицы летал.

У августа запах соленого моря, на память об отпуске взятого в плен.

Внезапно проходит он с шумом прибоя. А точки рисует в нем звон перемен.

***

О Москве (виды)

Прогуливаясь по Тверской, я наслаждаюсь видом. Ещё немного и Страстной, потом дойду до МИДа.

Пройду пешком через Арбат и на метро на Горы. У МГУ опять народ, с площадки смотрит город:

Красивый вид на Лужники, на башни Москва-Сити, на панорамы вдоль реки и провода, как нити.

А похитителем сердец Санкт-Петербург зовётся, но знает ли какой «мудрец», зачем в столицу рвётся?

У города своя стезя. Как мотыльки на пламя, себя орлом вообразя, летим творить желания.

Москва не манит красотой – огромный город денег. Но я любуюсь мостовой, как будто тайный пленник.

На понаехавших толпу, с вокзала, что с вещами. Что бьют защиты скорлупу при встрече с москвичами.

Как приезжают «покорять» чудес аэродром. И я, не в силах устоять, мечты включила: «On».

***

Пейзажное

Прозрачной рябью по воде целует ветер

И свежескошенной травы доносит аромат.

Милее дачная пора всего на свете,

Когда задушенный людьми побегу рад.

Крепчает сон, все раньше укрывая мягко,

А лёгкость снов и птичий пух не отразит.

К обеду на веранде чай заваришь с мятой

И свежей ягодой с куста пробудишь аппетит.

В саду, в тени деревьев запасаешь силы,

Нетороплив, размерен этот летний ритм.

Никто не тянет с упоением твои жилы,

И телефон с утра звонками не разбит.

В кустах у дома громко топотит ежонок,

Напоминанием звеня, что все вокруг живёт.

Неспешен список дел и трудишься без гонок.

А крылья крепнут, чтоб опять поднять в полёт.

***

Уйти? Остаться?

Октябрь…

Уйти? Остаться?

Не плачь, моя осень. Держись.

С иллюзией время расстаться

И выстелить листья вниз.

Собрать чемодан ожиданий,

Закинуть их в пыльный чулан.

Забыть про тропу из желаний,

Пусть снегом укроет «вулкан».

Разбитая, серая осень…

Дела передай с ноябрём.

Остаться?

Если попросят.

А нет? Не тянись за ружьем.

***

На руинах сказки

Семь гномов и Белоснежка,

Открыли весной бордель.

А принц до неё не доехал —

В тот год была куча дел.

И чаще, чем это нужно,

К ним в гости заходит Белль.

Чудовище, ставшее мужем,

Зациклено лишь на себе.

А Золушка ныне в разводе

И туфли пылятся в углу.

Она продержалась довольно,

Но принц её сел на иглу.

Русалочка, выбравши ноги,

На браке поставила крест.

Жених перед свадьбой признался:

Его привлекал её хвост.

Рапунцель отрезала косу

И муж её здесь не причём.

Она так боролась с депрессией

Прекрасным октябрьским днём.

Аврора. Та спит и поныне,

В терновом, у замка саду.

Филипп до неё не добрался

Он в ведьму влюбился в лесу.

Вот так, на развалинах сказки,

Отныне покоится мир.

Реальность размазала краски,

Испортив чудес эликсир.

***

Всё было создано…

Всё было создано до нас и было создано не нами.

Мы пропустили век эпох, родившись в веке «пониманий».

Не пишем мы с нуля картин, как делал это Боттичелли.

Все больше любим повторять, на пике модных увлечений.

Остались в прошлом, далеко, Барокко или Возрождение.

А современных мастерство, на этом фоне – преступление.

Открытий сделано, не счесть, за много лет, что перед нами.

Мы опираемся в трудах, на прошлых лет багаж из знаний.

Прописан каждый наш закон Эйнштейном, Ньютоном и Бором

И с детства в курсе, что наш вид прошёл естественным отбором.

Нам остаётся повторять и углублять все то, что знаем.

Уж если наш удел – копать, то мы хотя бы не скучаем!

***

Не сука

Ты, говорит, не сука – в этом твоя беда.

Стервозности не хватает, а без нее никуда.

Где эгоизм с расчетом, сердце с арктическим льдом?

Не нужно быть доброй, открытой и путь освещать лучом!

Нам нравятся жесткость и лживость, умение скрыть себя.

Мы ценим самовлюбленность, которой полны погреба.

А ты никуда не годишься: стоический альтруист…

И нервы трепать не любишь, не шлешь в смс прайс-лист.

Не строишь трагедий впустую, смеешься вместо обид.

Ты всё и всегда понимаешь и хвалишь, забыв про быт.

Придется тебе стать сукой… Мы любим только таких.

Не ярких, кто может стать другом. Далеких и ледяных.

***

Тише, тише…

Тише, тише…

О главном всегда молчат.

Расскажи, как Волчица вчера принесла «волчат».

И под окнами слышится их возня,

Этим звуком комнату заслоня.

Как на версты вокруг колокольный звон

И снежинки сыплются в капюшон.

Как соседи ссорятся за стеной,

Развернуться хотят по двойной сплошной.

Как купила вчера в магазине тетрадь,

Но еще не решила, что в ней писать.

Поделись неважным, из мелочей.

До деталей.

Подробностей не жалей.

Что урок взяла верховой езды,

До того, как реку сковали льды.

Что мозоли натерла, пытаясь понять,

Как красиво линии рисовать.

Что пошла учиться на сомелье.

Как смешно философствовать, сидя в белье.

Что недавно сделала маникюр.

Как во сне сегодня гоняла кур…

А в письме опиши все, что правда болит.

То, что важно и ценно.

Что пульсом стучит.

Не жалея бумаги, часов и чернил,

Делясь счастьем, чудовищ гони из могил.

Также тихо, о главном письмо (в обед),

Запечатай в конверт с адресатом: «Тебе».

***

Тишина

Это просто тишина, даже если ты в ней одна.

Даже если за дверью темнеет вечер и тебе в нем никто не укроет плечи.

И на кухне тихонько вскипает чайник. Его свист прогонит твое отчаяние.

Тусклый свет двух свечей согревает ужин. Ждешь Его, потому что больше никто не нужен.

Тихий вздох о былом. Что с ним будет? Вырывает признание: Он забудет.

Глянешь грустно в зеркало и отметишь: А другой такой он не встретит.

И не будет никто ждать и верить, что в любой момент он откроет двери.

Нежно пальцами проводить по коже, вызывая волну мурашек, порой до дрожи.

И кричать не в истериках, а от страсти, изливая эмоций шторм в его власти.

Отдавать предпочтение не скандалам, и трепать ему нервы только в подарок.

Каждый день без него – словно пытка. Ты срываешь голос, посредством рыка.

Это лучше, чем плакать, скулить и жаться, ко всему, что помнит с ним ваше счастье.

День за днем ставишь крестик (а время лечит). Ты не сдашься и гордо расправишь плечи.

И в награду, однажды, воскресным утром, твое сердце найдет себе новый ритм.

Ты с улыбкой, резко откроешь двери и увидишь, нос к носу свою потерю…

***

Друг. Космос

Так у дерева стынет кора,

Растекаются трещин гримасы.

Знаешь, друг, мне пожалуй пора

Излечиться от этой заразы.

Я отчаянно верю в друзей

И вселенную в лицах любимых.

Млечный путь и у самых дверей

Для романтиков неисправимых.

Серпантином уходит вверх,

Вырастает из терний крепость,

Но нежнейший внутри мохер

Устилает камней свирепость.

Пусть слеза, застывшей смолой,

На щеке порой застывает.

Мне киты кивнут головой,

Меня море собой умывает.

Нитью раны сшивает игла

Шрамы вязью пустив по спине.

Только, знаешь, я поняла:

Друг мой, космос живёт во мне.

***

А я курю…

Знаешь, а я курю.

В воздухе дым повисает.

Может быть к январю…

стану из тех, кто бросает.

Ем шоколадки в ночь,

стала срываться чаще.

В фильмах герои – точь-в-точь,

только вот я в настоящем.

Пью перед сном бурбон,

кошку ищу повсюду…

Лишь бы улучшить сон,

Мысли скатились к абсурду.

Утром включаю макбук,

на завтрак – ирландский кофе.

Помнишь типичных сук,

смеющихся на Голгофе?

Ты удивишься, мам,

теперь я одна из «этих»…

Шагающих по головам,

закованных в жуткие цепи.

Помнишь, какой была?

С косичкой простая девчонка.

Такая б не дожила,

уж слишком она была ломкой.

Мне сорок сегодня, мам…

В душе, как и в комнате пусто.

Я пью, избегая драм

и верю, что джаз – искусство.

Ночное

Жёлтым светом настольной лампы освещается коридор.

Вновь не спится.

Из окон квартиры видно снегом усыпанный двор.

Ветер носит по кругу снежинки, в хороводе изящном кружа.

Кружка с чаем мне греет руки, я смотрю на тебя, чуть дыша.

Разметались сны по подушке, одеяло скаталось в ногах,

Крепко спишь и дышишь беззвучно.

Без пятнадцати три на часах.

В семь разбудит звонкий будильник, но сейчас до него далеко.

Ты во сне удивительно хрупкий. Днём с тобой всегда нелегко.

В полутьме декабрьской ночи, пролетела по небу звезда.

У тебя день рождения сегодня и я знала, что загадать.

Проскрипел ламинат в коридоре, тень закрыла дверной проём.

Папа твой без меня спать не может…

Завтра утром поздравим вдвоём.

***

Детям снится…

Поезд мчит по подземным тоннелям,

К рассекающим дно параллелям.

С силой, скоростью инфразвука,

Отдаляя людей друг от друга.

Детям снится, что стали взрослее,

Ростом выше, солидней, умнее.

Не играют они больше в кукол,

За проказы не ставят их в угол.

Постаревшие, грустные дети,

На покинутой принцем планете.

Среди цифр плутают глазами,

Приручают друг друга сами.

Плачут горько, ночами, в подушки,

Нет, не розы, не лисы – игрушки.

Среди тысяч таких же безликих,

Превращаются снова в диких.

***

Что осталось? Копыта и хвост

Нимб?

В ломбард заложила давно.

И рога…

Мне нужны были деньги!

Помню, вкусное было вино…

Конденсатом сползало по стенке.

Крылья?

Лысыми стали они!

Перья дергала безнадёжно.

Мне же ручкой писать не с руки!

Да и просто бывает тревожно…

Что осталось?

Копыта и хвост!

Ну немного сарказма. На сдачу.

Предлагаю за это – тост!

И ещё, небольшой…

За удачу.

Открываю агентство

Открываю агентство:

«Гребаный купидон».

Вызываю у парня желание жениться.

Вы хотите, чтоб замуж скорей предложил он?

Приводите ко мне вашего принца.

Он со мной поживет,

Поиграет, что любит.

Через месяц уйдёт, да и вашим до гроба будет.

Вы не бойтесь, ко мне не сбежит. Я гарантию дам – 100%.

В этом шансы равны нулю. Знаю тысячи аргументов.

Обожаю такой момент: ещё тёплый после ухода,

Парень сам меня к черту послав, тяготится уж словом «свобода».

За все время, что помню себя, я была талисманом любовным.

Прямо сразу же после меня люди женятся.

Безусловно.

Открываю агентство брачных услуг. Может это сейчас не престижно,

Зато многим поможет вокруг,

Переженятся скоропостижно.

Помню, читала книгу одну

Помню, читала книгу одну. Психолог в ней говорила: Если мужчина в 30 один, то это ни капли не мило.

Если к своим 30 годам женат он ни разу не был, значит, придумал себе идеал и требований до неба.

Или, возможно, встретили вы вечного Питера Пэна. Летает в мечтах всю свою жизнь, реальность второстепенна.

Есть и такие – замкнется в себе и комплексами обрастает. Кто-то обидел мальчишку давно и вот, он теперь страдает.

Но самый ужасный тип – Дон Жуан. Копит коллекцию женщин и гордо, как марки готов показать. От карликов до манекенщиц.

Женщины? С ними та же беда. Тридцать и одинока? С большой вероятностью принца ждёт, на десять лет позже срока.

Другой вариант – когда серая мышь верит в миллионера, папика, чтоб содержанкою стать. Согласна на пенсионера.

Или такая же жертва обид. Помнит, хранит и лелеет. Жаждет отмщения всем вокруг и от того холодеет.

Были ещё там, особняком, тип: женщина-карьеристка. В бизнесах босс, в работе живёт и, может быть, феминистка.

Мы так ужасны, рабы ярлыков и в чёрное с белым красим. Мир разноцветный, в нем сотни тонов, и он в них людей всех окрасил.

Вспомните, сколько в палитре цветов. Из опыта, чувств – пробега. Прежде, чем взяться смело судить поступки и жизнь человека.

***

Рассказать тебе сказку?

Рассказать тебе добрую сказку?

Где конца, как такового нет?

Принц с принцессой, по-прежнему, счастлив. А минуло немало лет. Рядом с ними цветы расцветают и погода, как будто, теплей.

Правда ль, нет? Так молва утверждает, с парой старых-добрых друзей.

Проживают они в отдалении. От всех нервов, сплетен, тревог. Дом их с аурой единения. Не пускают её за порог.

Говорят, они ссорились раньше. Выясняли, кто больше прав. Притирались, потом стали старше, словно силу друг друга вобрав. Несмотря ни на что, были вместе, даже в сложные времена. Повидали немало жести. От того и любовь им ценна.

Или все это глупые слухи. И в их доме всегда царил мир. Люди слишком бывают глухи, к тишине, что кричит на эфир.

Ясно только: не кончилась сказка, от того, что пошли под венец. Потому как в жизни развязка, не приходит со словом «конец».

***

Так будет…

Так будет:

бокал вина и тёплый осенний вечер,

Свежая голова и плед укрывает плечи.

Огненный листопад,

Запах листвы опавшей.

Старые имена. Мы лет на сорок старше.

Тихие голоса,

Воздух почти не тревожат.

Сказаны все слова.

Мысли стали дороже.

Где-то горят костры, закат затуманив дымом.

Все, через что прошли,

мы держим на месте видном.

Важное позади.

Выбор квартиры, дома,

Как дети быстро росли

И злил каждый мелкий промах.

Скрипнет тихонько цепь нашей качели старой.

Стали ли мы взрослей?

Расскажут пусть мемуары.

***

Детство

Пробовать капли дождя на вкус,

В лужах искать головастиков.

Вслух заявлять: Я грозы не боюсь!

Трясясь от макушки до пальчиков.

Бегать из дома купаться в пруду,

Тайком, от запрета родителей.

Яблоки лопать в соседском саду,

Играя в злостных грабителей.

С горок нестись на полном ходу,

На стареньком, сломанном велике.

Свешивать ноги, идя по мосту,

С гордостью зваться «бездельники».

В поле огромном костёр разводить,

Младших друзей пугать байками.

Поздно бояться домой приходить

И грязь на лице стирать майками.

Лететь босиком во взрослую жизнь,

Хранить в ней воспоминания.

Детство должно настоящим быть!

Богатым на опыт и знания.

***

Радоваться нужно мелочам

Радоваться нужно мелочам!

Утренней в ответ тебе улыбке.

Вместо кофе если вкусный чай

Или завтрак со второй попытки.

Если: на прощание поцелуй,

На работу вовремя приходишь,

В пятницу с друзьями сабантуй,

Деньги в куртке осенью находишь.

Радостно любимого обнять.

Вместе строить вечерами планы,

Рядышком спокойно засыпать

И сюрпризом получать тюльпаны.

Наслаждение – книжку почитать,

Выходные провести лениво.

Тортик к настроенью выпекать

Или рисовать неторопливо.

Радоваться нужно мелочам,

Именно они рождают счастье.

И не закрывая путь к мечтам,

Помогают пережить ненастья.

***

Возвращение…

В небе белая птица махнула крылом

И прощальный оставила след.

Облака мне закрыли горизонта излом,

Значит, я возвращаюсь к тебе.

Снова вижу крыло в синеве за окном,

А земля в километрах внизу.

Самолёт ловит воздух. Летит под углом,

Сохраняя свою полосу.

С каждой милей пути, я все ближе к тебе.

Предвкушаю уже поцелуй.

И так хочется крикнуть пилоту: Быстрей!

Мой заждался меня обалдуй.

Приземляясь, затронуло землю шасси.

Эйфория укрыла плащом.

Шепчут губы неслышно: Боже, мерси!

– Прилетела? (читаю с теплом)

Не Ассоль

Волны бьются о берег и с шумом сбегают вниз.

У причала корабль качается в высь.

Рыбаки возвращаются, песнь разнося вокруг.

В небе чайки летают, у лодок свой завершая круг.

Сотня лет уж прошла, с тех пор как Эгль,

Рассказал девчонке то ли быль, то ли небыль:

О большом корабле, что придёт за нею,

С капитаном отважным. Когда повзрослеет.

Никому открывать она тайну не стала.

Просто глядя в закат, об этом мечтала.

Проводила тайком, все свободное время,

На горе, чтобы море видеть и в темень.

Но она лишь мечтала о капитане,

Что прибудет за ней под парусами.

А в соседней деревне другая девчонка,

Захотела достигнуть мечты далёкой.

Написала в газеты, кричала к морю.

Переехала. Ближе чтоб жить к герою…

И пока Ассоль грезит встречей с Греем,

Алый парус в нашей гавани реет.