Магия оборотня

Пролог

– Что ты такое говоришь, уважаемый Ашртамган? Разве такое бывает?

– Истинно молвишь, достопочтенный Имансут, не бывает. Но звёзды говорят, что жить твоя любимая дочь будет долго после того, как умрёт во цвете лет. А звёзды создал Великий Шаунхаш, и они, сам знаешь, уважаемый Имансут, никогда не врут. Так вот, звёзды пророчат, что твоя дочь примет свою смерть во цвете сладостных лет, а после будет жить долго и… счастье у неё тоже будет.

– Это как же так, почтеннейший, разве такое бывает? Как можно помереть и жить долго и счастливо?

– Я всего лишь ничтожный и глупый звездочёт…

– Не говори о себе так плохо, досточтимый Ашртамган! Ты самый знающий звездочёт во всём Бормите и за пределами его. И слава твоя обширна. Много уважаемых людей только тебе и доверяются.

– Слова твои сладки, как мёд…

– Мои слова недостойны твоей славы и твоего умения, дорогой Ашртамган!

– Ты могучий маг, высокочтимый Имансут, и нет предела твоему уму и удаче. Вот и жена у тебя самая лучшая. Очень умная у тебя жена, много знает… и это она родила тебе дочь, которую возьмёт в жёны потомок из рода Горящего Ящера.

– Подожди, уважаемый Ашртамган. Точно ли звёзды говорят, что муж моей дочери будет из рода Горящего Ящера?

– Звёзды прямо указывают, величайший Имансут, что быть твоей дочери женой тому самому, про которого волшебный камень Осияна рассказал, да только нечестивые вещуны предсказание проспали. Зря боги допустили завладеть Осияну волшебным камнем. Бормитские звездочёты никогда бы не упустили волю богов…

– А что звёзды ещё говорят про мужа моей дочери?

– А ещё звезда Шавраззур ярко горит. А это, достопочтимый Имансут, указывает, что муж твоей дочери под её покровительством. А ещё Шавраззур для мужа твоей дочери подружилась со звездой оборотней. И это хорошо. Очень редко Шавраззур дружит со звездой оборотней. Ой, редко! Мне о таком рассказывал только мой учитель, да упокоится его дух среди звёзд. А он сам не встречал, но слышал от своего учителя, которому поведал его учитель, который слышал это от своего учителя. И так семь раз по семь мудрейших учителей передавали рассказ от учителя к ученику об оборотне под покровительством Шавраззур…

– А что звезда, почтенный Ашртамган?

– О! Звезда Шавраззур – очень сильная звезда. Очень-очень сильная! Да… Все подопечные Шавраззур, как бы тебе сказать, великий Имансут, э-э… с рогами.

– Погоди, уважаемый. Не хочешь ли ты сказать, что мой зять будет э-э… с рогами?

– Как же ты всё хорошо понимаешь, мудрейший Имансут. Как приятно разговаривать с умным человеком!

– Это кто ж такой будет? Баран, разве? Ай-я-яй, зять-баран…

– Очень сильный э-э… баран, уважаемый Имансут. Из рода самого Горящего Ящера!

– Ну, разве что из рода Горящего Ящера… Ай-я-яй, зять-баран…

Часть 1. Хлопоты

Алескины «сокровища»

– Алес, вот скажи. Чего ты сразу в первый день не сказал про сокровища?

Мальчишка красный, как рак, пыхтел и молчал.

– Признайся, сам хотел добраться?

– Ну, хотел. И что?

– Не получилось?

– А то б я к тебе прибежал? – цыкнул через зубы. – Заколдовали тут всё, а простой народ мучайся!

– Так для того и заколдовали, чтобы не мучились. Или ты про то, что до сокровищ добраться не смог?

– А то! – мальчишка огорчённо сопел.

Вместо сокровищ под хохот толпы обнаружились туалетные комнаты – тоже своего рода сокровища.

Процессы подвода воды, отвода использованной и гм… продуктов жизнедеятельности были хорошо организованы Замком. Вода из подземного источника подавалась по трубам в туалетные комнаты и на кухню. И даже горячая, подогретая неведомо где, поступала по второй трубе. По трубам же отводилась уже использованная. Куда, пока не знаю.

Все купальные комнаты были оснащены купелями или ванными – где попроще, где побогаче – в зависимости от статуса покоев, к которым принадлежали эти самые комнаты. А для гм… нужд стояли сооружения, похожие на кресла. Удобно! В деревнях-то такое не водилось.

Да что в деревнях! Янсель говорил, что система, конкретно, этого замка является эталоном не только для нашего княжества, но и для других стран. Откуда о такой диковине разузнал Ррус Трёхлапый ещё шестьсот лет назад, неведомо. Но говорят, что такую до сих пор настолько безотказно работающую систему не смогли нигде построить.

В общем, очень ценные комнаты оказались. Их после так и прозвали – Алескина сокровищница.

Только Алеска…

Вот что он делает в замке? После того, как отворилась закрытая часть, Замок взял под контроль всю огороженную территорию вместе со стенами. И во многом избавил от проблем обслуживания.

Знаменитый оборотень Ррус Трёхлапый вместе со своим неизвестным другом драконом планировали этот замок целый год, а, может, и больше. А построили всего за день! Опутали целым ворохом заклинаний с условиями. Какими? Никто не ведает в полной мере.

Потихоньку, методом тыка мы исследовали замок, в основном, я и Янсель. Тот же Алеска где-то лазал. И как его Замок пропускал?

Я – Ар-Лагор, вроде как особенный оборотень из старого предсказания, да ещё в дополнение ко всему прочему неожиданно оказался хозяином этой каменной громадины и целого лордства. Янсель же – ныне главный маг лордства Лесного края, ранее бывший ближайшим помощником бывшего главного мага княжества.

Почему бывший? Потому что вместе со своим другом главным магом княжества графом Лагейном Гилоном оказался жертвой коварства полутролля Тимофеичера Нола. Который впоследствии подколодной змеёй проник в княжеский дворец и ухитрился заполучить должность главного мага, его поместье и титул. А Янс приходил в себя долгие тридцать лет из-за коварной «пиявки», сосущей из него магию для Тифчира.

Гениальная конструкция под названием «Замок Лесной» и тут оказалась на высоте. Замок с моей помощью избавил Янса от «пиявки». С перепугу, что маг окочурится у меня на глазах, я кинул в него сырой силой, которая и доделала начатое Замком, вытолкала из тела остатки «пиявки» и закрыла рану, попутно подпитав истощённый организм мага.

Замок… Замок… Эта магическая конструкция с одной стороны помогала, спасала и защищала меня и моих друзей, вернула к жизни моего брата. С другой – чуть не убила меня в кровавом ритуале. Зачем он это сделал? Мы не находили ответа.

И ещё Замок очень облегчал быт совсем немаленького количества обитателей.

Перестали быть нужными горничные, уборщики, прачки… Замок сам наводил чистоту в помещениях, поддерживал порядок в парке. При необходимости провожал, куда и кому нужно, если просьба озвучивалась вслух.

Мало того, отпала необходимость в патрулировании стен и территории замка. Стражники на воротах присутствовали в качестве «украшения» или антуража, как в разговоре с двусотником Весёлым выразился Янсель.

От всевидящего присутствия Замка не могли избавиться и посетители. Замок каким-то образом определял намерения входящего и мог просто не впустить. Не помогали никакие ухищрения.

Было, как-то стражи нашли у такого «посетителя» яд какого-то редкого растения. И хотя задержанный горячо убеждал, что это его собственное лекарство от сердечной болезни, но от предложения полечиться прямо сейчас, мужественно отказался.

И какого-то тролля Замок ни в какую не пропускал во двор повозку торговца Чвадла, приезжающего сюда торговать неизвестно с каких времён.

Хотя Янс говорил:

– Не торопись судить, Лагор! Замок ничего не делает без причины. Он выполняет определённые условия, заложенные создателями. Вспомни о молочнике и поварах – мы же выяснили, почему Замок перестал их впускать.

Да, любопытная история тогда приключилась.

Молочник Митрус исправно поставлял в Лесной замок всевозможные молочные продукты. И как-то раз привёз молоко, а Замок его не впустил. Оказалось, что в одном из кувшинов обосновалась гадюка.

У нас в деревне клали ужей в кувшины с молоком, чтобы оно не скисало. Похоже, и в Лесном хранили молоко таким же образом. Только как, скажи на милость, домашние молочника смогли перепутать ужа с гадюкой? Да если нечаянно и перепутали, как же сама змея им память не подправила? Молочник, говорят, напился и тёщу поколотил.

После того случая Замок стал ему меньше платить за молоко. Каким образом? А так…

Эконом платил деньги молочнику по прежним расценкам, а Замок каким-то образом часть монет выдёргивал прямо из рук мошенника. И ведь так подгадывал, что итоговая сумма получалась из расчёта городских расценок за молоко. После возмущённых воплей молочника и разборок вдруг выяснилось, что Митрус изрядно завышал стоимость своего товара для замковых обитателей. А то, бывало и такое, что иногда подкисшее молоко пытался подсунуть вместо свежего. И теперь пришлось мерзавцу уносить ноги, когда Замок всю его доставку ему же на голову и вылил.

И вот скажи после этого, что у Замка нет чувства юмора.

А потом и вовсе молочника-прохиндея перестал впускать. Как тот не тужился, а переступить границу замкового двора не смог. Зато его конкурента Сливунца, едущего с товаром мимо замка, неведомая сила сама завернула в ворота.

И выяснились интересные вещи…

У молочников-то, оказывается, город был поделён меж собой на районы – кто и где имел право торговать. И на территорию другого молочника можно было сунуться, ну разве только в том случае, чтобы проехать мимо, что Сливунц всегда и делал. А иначе можно было и огрести! Нравом же этот Сливунц был тихим и небоевым. И все свои силы отдавал уходу за небольшим стадом. Зато и результат был налицо! Молоко вкусное, сливки и сметана жирные, масло сладкое. А сыры! М-м…

И в итоге, из-за кроткого нрава Сливунца самое вкусное в городе молоко продавалось дешевле себестоимости на бедных окраинах города, потому как другие молочники гнали его со своих территорий. Беднякам, конечно, тоже кушать хочется, да только Сливунц от такой торговли в убыток уже подумывал сократить своё немногочисленное стадо, а может и чем другим заняться. Жить-то чем-то нужно!

Тут его Замок и перехватил.

Как ни понукал хозяин, но запряжённый в повозку ослик, повинуясь волшебной силе, развернулся и зашагал прямо в ворота замка. Бедный Сливунц сначала остолбенел от вида кувшинов, что сами собой взлетели и последовали к чёрному ходу замка, где их подхватили поварята, а потом упал на колени и принялся бить поклоны неизвестно кому. А уж, когда эконом отсыпал ему монет, и ещё две сами откуда-то сверху шлёпнулись в руку бедного молочника, то мужик, не таясь, заплакал. Никогда он ещё не получал за своё молоко такие деньги!

Митрус от злости только зубами скрипел. Попытался, было, с конкурентом счета свести, но и тут Замок вмешался. В тот самый момент, когда Митрус привёл нанятых бандитов под стены замка, чтобы показать им будущую жертву, Замок устроил ему «несчастный случай».

Почему мы решили, что Замок устроил? А что тут думать?! Разве может быть случайностью, когда человек вдруг спотыкается на совершенно ровном месте и откусывает себе половину языка? Совсем! Напрочь!

Мало того, Митрус с перепугу ещё свой язык и проглотил. Заново вырастить новый язык можно, но только магам уровнем не ниже нас с Янселем. Ясно, что мы даже не подумали лечить мерзавца.

А бандитов переловили стражники. Суд лорда постановил, что они угрожали спокойствию лордства, а, следовательно, и княжества. Внезапно выяснилось, что замковый эконом с Митрусом – родственники. И это насторожило.

Проверили счета и обнаружили, что эконом хорошо ворует. Погнали в шею того эконома, предварительно изъяв сумму денег, которую удалось доказать, что их он точно украл. А наворовал явно больше изъятого, потому что у него ещё много оставалось. Видимо, чтобы не искушать судьбу, бывший эконом по-быстрому слинял из Лесного, что навело на мысли о недостаточной тщательности проверки.

Слава Сиянию, вернулась из гостей тётушка Авинья. Да не одна. С мужем – ясно дело, оборотнем. Им оказался гончар Дарус из наших Волчиков. Вот тётушку Авинью на должность экономки и утвердили.

За тётушку и Янсель слово замолвил, потому как много лет с ней в замке проработал. Да и вожак её кандидатуру одобрил. Он ещё по дороге в Волчики оценил хозяйственность тётушки. Правда я не понял, каким образом можно проявить хозяйственность в дороге и, соответственно, оценить, но дядькиному мнению доверился.

А повара…

Один мало того, что готовил невкусно, так ещё оказался неряхой. Все волосы, что попадались в готовой еде, были с его головы. Он ещё и волосы отращивал по моде эльфов. Нам не до того было, а Замок решил, что такой повар не нужен.

Другой оказался вором. Его Замок одним из первых выкинул.

А вот почему третьего погнал, мы так и не поняли. Замок ведь делает, но ничего не объясняет.

Алеска ищет настоящие сокровища

И теперь вот Алеска…

Работа у него была поди-подай-принеси-убери. Теперь все эти функции выполнял сам Замок. Чистил, убирал, мыл, приносил, что требовалось, подкладывал дрова к камину, даже топил его, если считал нужным. Так что почти всех горничных пришлось рассчитать за ненадобностью.

Но женщины не остались без работы. Факт того, что горничная работала в Лесном замке, повышал её востребованность в других домах и поместьях. Да за одно то, что женщина могла рассказать о творящемся в замке, а ещё больше придумать, их моментально разобрали по домам в городе. А кто-то и в столице умудрился устроиться.

Вроде Алеска теперь был не нужен. Только Замок почему-то пропускал его внутрь. А у этого шельмеца хватало совести ещё и приходить за еженедельной оплатой!

Мало того, он повадился ходить на наши уроки по немагическим дисциплинам. И нередко отпускал на лекциях замечания иногда глупые и смешные, а порой звучало и что-то разумное.

В результате Янсель взял настырного мальчишку в секретари-порученцы. На недоумённые вопросы парней – зачем магу в порученцах обычный мальчишка, не имеющий совершенно никакого, даже слабого дара – Янсель философски отвечал:

– Никогда не знаешь, кто где пригодится. А насчёт Алески есть у меня соображения…

А мне по секрету рассказал, как однажды наблюдал такую сцену.

Алеска стоял перед закрытой дверью замка и плакал. Людей поблизости не наблюдалось – дверь была не центральной, а одной из боковых. Сам Янсель был прикрыт заклинанием отвода глаз, и заметить его смог бы только маг. Потому мальчишка считал, что свидетелей его разговора с Замком нет.

Пацан выговаривал закрытой двери, всхлипывая и утирая слёзы:

– Ну, куда я пойду? У всех мамки, папки есть, а мои помёрли от лихоманки. И брат помёр. А жёнка братнина меня выгнала-а-а… Если б не дядька Клишин меня-а собаки на улице съели бы-ы-ы… Он меня сюда привёл. Я какой-никакой угол имел, кусок хлеба… А зимой дядька помер. Его Грахишев жеребец лягнул, такой же злой! Дядька Клишин и загнулся. Я ему попить дал, а лекарь потом орал, что ему пить нельзя было. А я не зна-ал! Я дядьку люби-ил. А теперича мы совсем одни-и. И куда я пойду? Пуусти-и-и! Пусти! Ы-ы-ы-ы…

И дверь… открылась, проскрипев.

Вот после этого Янсель и взял Алеску секретарём. Правда, долго читал ему лекцию про ответственность должности. На всякий случай пригрозил, что выгонит, если Алеска не будет стараться.

К чести пацана, он проникся важностью работы секретарём-порученцем главного мага лордства. Это тебе не просто мальчик на побегушках! Хотя по сути весьма похоже.

Янс пытался исподволь выяснить, кого Алеска имел в виду, говоря «мы». Но мальчишка, ничего не отрицая, просто отмалчивался. Что убеждало мага, что пацан что-то или кого-то скрывает.

Маг обрядил Алеску в форму, отличную от униформы замковых служащих. Придумал и сделал ему нагрудный знак, которым мальчишка страшно гордился. И отправил… учиться.

Пацан попытался возражать, но Янсель указал, что его секретарь-порученец должен быть грамотным, учтивым и знать много такого, чего простые люди не знают, а учат этому только лордов. Последний довод доконал мальчишку.

Это ж какое счастье! Простые пацаны ничего такого знать не будут, а он наравне с лордами!..

Только, вот беда, Алеска был совсем неграмотным и мужественно пытался это скрыть. Поначалу мы даже ничего не поняли. Да что мы, Янс не понял!

А что? Сидит пацан, вместе со всеми строчит в тетрадке. Если преподаватель что-то спрашивал по теме урока, Алеска бойко отвечал – память у него хорошая. Только как-то, отлучившись в «сокровищницу», оставил на столе свою тетрадь открытой. Сувор из любопытства и сунул туда нос. Каково же было его удивление, когда увидел только ровные строчки крючочков и кружочков – такие мы рисовали ещё в детстве, в первый год обучения в деревенской школе. Помню, вечно эти крючочки норовили завалиться то вправо, то влево и никак не хотели становиться прямо. А тут одна к другой ровнёхонько выстроились, и почти вся тетрадь этими крючочками исписана.

Неудивительно, что на пацана, возвратившегося в учебную комнату, мы смотрели как на диковину. Алеска сначала смутился, но быстро оправился и набросился уже на нас:

– Чего таращитесь? Невидаль увидали?

Тарис задумчиво протянул:

– Ну да, невидаль, – показал Алеске его же тетрадь и спросил: – А ты это сможешь прочесть?

Пацан озадачился:

– Зачем?

– Ну, как? Мы пишем, чтобы потом читать написанное. А ты что с этим делаешь?

Мальчишка смутился.

– Читать?.. Я думал, пишут – это так играют. А читают книги.

У нас рты и пооткрывались. Да Алеска-то неграмотный! А мы, такие тут умные, только на третий день это поняли!

***

Урус восстанавливался медленно.

Янс сказал, что это из-за жидкого состояния «пиявки». Жидкий блокиратор проник не только в кровь, но и в другие ткани организма. Основную часть вместе с механизмом управления Замок вытащил из тела оборотня, распялив на «жертвенном столе» и укутав в целебный золотой туман. Но, видимо, остатки до сих пор «гуляли» по телу брата.

Каждый день Урус, просыпаясь поутру, находил на столе возле кровати чашку с целебным питьём. Он ни о чём не спрашивал, просто выпивал настой. Скорее всего, считал, что это Лийса подсовывает ему укрепляющие отвары. Только Лийса не имела к этому никакого отношения. Питьё поставлял Замок. Из чего он его делал и где – было непонятно.

Янсель утверждал, что питьё довершало начатое – выводило остатки отравы из организма Уруса. Из-за этих остатков магия брата восстанавливалась медленно.

Из-за этого же душевное состояние Уруса… Да никакое оно у него!

Брат стал медленным… как старик. Всё время мёрз. Молчал. И был равнодушным!

Он, когда очнулся, даже Лийсу поприветствовал как-то дежурно, будто и не разлучался с горячо любимой женой на два месяца! Вяло поздоровался со мной и парнями. Равнодушно скользнул взглядом мимо Янса. Чуть более живо среагировал на отца и Ррыка. И… ушёл в себя.

Я попытался его растормошить, но Янсель отвёл меня в сторону.

– Не трогай его, Лагор. У него жизненных сил очень мало. Твой брат ещё близок к грани. У меня было такое же состояние, когда я очнулся здесь в замке. И на эмоции его тоже не хватает. Потерпи с неделю.

– А если ему напрямую магии дать? Ну, помнишь, как тогда у колонны?

Янс аж поперхнулся.

– Лагор, ты сейчас своей магией его просто испепелишь! Думаю, если это понадобилось бы, то Замок нашёл способ дать нам это понять. Вспомни, как он меня с Сувором притащил?

Наверно, маг прав.

А эта неделя, да и последующие оказались у нас плотно заняты постоянно возникающими проблемами и… поисками сокровищ! Не теми, что Алеска нашёл, а самыми настоящими.

Всё началось опять с Алески. Мальчишка не оставлял попыток найти сокровища.

Пацан ходил по коридорам и взывал к Замку:

– Эй, волшебный Замок, покажи сокровища!

Замок не запирал двери перед мальчишкой, но и не скрипел и не подсказывал. А на просьбу «покажи» в пятнадцатый раз, стал показывать картинку с сокровищами.

Изображено было красочным и завлекательным. Как раз таким, как и положено было рисовать сокровища на картинках в книгах со сказками. Сундуки, переполненные монетами и драгоценностями, некоторые почти полностью скрыты под грудами золота.

Когда Алеска в первый раз увидел эту картинку на стене, то бросился к ней и стал истово царапать штукатурку, пытаясь обнаружить тайную дверь, ведущую к сокровищам.

Картинка растаяла.

Мальчишка остановился, отирая пот, и завёл прежнюю песню: «Покажи сокровища!».

Замок показал. А чего не показать, если просят!

Только уже не на стене, а на двери комнаты, которая свободно открылась от сильного толчка. Мальчишка кубарем влетел и шлёпнулся на ковёр перед диваном, осмотрелся ошалелыми глазами. В комнате была обычная богатая обстановка, как и везде в замке, но на драгоценный клад не тянула.

На очередную просьбу показать сокровища, картинка появилась уже на стекле окна. Но стоило мальчишке приблизиться, мигнув, исчезла. Пацан взвыл и побежал к Янселю жаловаться на Замок. Он теперь на всех своих обидчиков, явных, а больше мнимых, жаловался магу.

Янс не спешил ни с кем разбираться, чего в первое время, видимо, ожидал Алеска. Он садился и подробно расспрашивал мальчишку о случившемся, постепенно подводя его к оценке действий – своих и оппонента.

Жалобы Алески на Замок в этот раз не нашли отклика в отзывчивой душе мага. Он холодно проронил:

– Сокровища, если и существуют, то принадлежат только хозяину замка и его семье. Будь это иначе, Замок давно бы их отдал. Потому он тебе показал картинки, как ты просил, но сокровища никогда не отдаст.

Парни из стаи, узнав про Алескины «картинки», заинтересовались и по примеру пацана воззвали к Замку.

Сначала Рьян:

– Замок! Покажи сокровища!

А как же? Показал!

Парням картинка понравилась. Стали то по очереди, то вразнобой взывать. Замок исправно и без устали мигал картинками. Теперь его не приходилось упрашивать. Озвучь просьбу да рассматривай заманчивое изображение.

Только интересно – очередная картинка всегда изображала одно и то же место, одну и ту же груду сокровищ, но каждый раз в разных ракурсах. То издали, то вблизи. Сверху, справа, слева, наискосок, а то просто фрагментами – чеканную золотую чашу, наполненную до краёв разноцветными каменьями, или массивный подсвечник, обвитый сверкающими ожерельями да цепочками…

Янсель, улыбаясь, рассказал мне про Алескины поиски сокровищ и развлечения парней. Я с интересом выслушал, посмеялся и с изумлением вытаращился на предложение мага попросить у Замка сокровищ. Посмешищем становиться не хотелось.

Однако, Янсель серьёзно разъяснил:

– Замок никогда не отдаст сокровища чужим людям. Вспомни, только ты смог открыть закрытую часть. И только тебе Замок отдаст богатства. А они должны быть, прав Алеска.

Я задумался. А ведь верно Янс говорит, правильно советует. Только вот… неловко так-то, как несмышлёныш Алеска взывать к Замку на глазах у всех. А вдруг не получится? Я ж вожак всё-таки.

Впрочем, здесь только Янс. Он смеяться не станет в случае неудачи. Начнёт анализировать ситуацию, искать решение. А смеяться? Нет, не станет.

Решено! Прямо сейчас и скажу Замку.

Открыл рот… и закрыл.

В комнату влетел Алеска с докладом, что теперь сокровища ищут все присутствующие в замке – стражники, повара, конюхи… все дружно лицезреют картинки и бурно их обсуждают. Блеск золота привлекал даже на картинке!

Люська, беги!

А меня заинтересовало – зачем так яростно ищет сокровища сам Алеска? Сколько денег в представлении мальчишки помещается в «сокровищах»? У меня, например, по мере осознания стоимости нужд лордства сумма постоянно менялась в сторону увеличения.

Исподволь задал этот вопрос Алеске. У того сразу заблестели глаза, зарумянились щёки.

– О, много!

У парнишки перехватило дыхание от восторга обладания пусть и «туманными сокровищами». Алеска крутанулся на месте, раскинув руки.

– Столько!.. Построить дом, чтоб там много чего было. Еды вкусной, одежды всякой… и Люську вылечить! – и присел, зажав рот ладонью, в ужасе глядя на меня и понимая, что проговорился.

– Люську? А кто это?

Пацан развернулся и припустил прочь из комнаты. Странно. Что такого преступного в желании вылечить какого-то Люську? И любопытно.

Простому взрослому человеку очень трудно убежать от оборотня, а что говорить о ребёнке… Только и напуганный мальчишка, если увидит преследование, ещё больше может наломать дров. И я решил использовать «отвод глаз» и следовать за Алеской до тех пор, пока не выяснится – кто ж это такой, таинственный Люська?

Мальчишка мчался по коридорам, лестницам и переходам замка не просто так, а похоже, чтобы сбить предполагаемую погоню со следа. И это ещё больше меня заинтересовало. Смотри-ка, а пацан быстро освоился. Я едва половину из этих переходов исследовал, а мальчишка ориентировался настолько хорошо, будто это он, а не я – хозяин замка.