Магия оборотня

Магия князей Осияна

Уже следующим утром Янс осмотрел стены замка магическим зрением и отметил, что увеличилась интенсивность свечения нитей когда-то наложенных заклинаний. Через неделю при магическом осмотре глаза стало слепить сиянием. Ещё через некоторое время свечение стали видеть все мои оборотни. Через полтора месяца сияние видели уже простые люди. Даже князь, приезжая на обряд, поражался происходящему. Тимофеичер скрипел зубами, потому что Замок издевался над ним.

Ещё в течение полугода сияние то притухало, то расцвечивало небо красками. Кого-то из жителей Лесного такое зрелище напугало, и они спешно покинули город. Кого-то, наоборот, волшебство привлекло. Особенно восторгались дети и молодёжь.

Через полгода свечение над замком пропало. В магическом зрении тоже успокоилось, только магических нитей стало в разы больше и узор заклятий плотнее. Янсель сказал, что Замок запустил в работу заклятия не разом, а постепенно. За полгода они установились и стабилизировались. Дополнительно Замок прикрыл сияние маскировочными заклятиями. И вполне возможно, что некоторые заклятия будут запускаться дополнительно. Может, даже в течение нескольких лет.

Вот это силища! Даже не верится, что Ррус был такой умный, и пусть даже вдвоём с другом осилил такую прорву работы. Янс на мои восторги лишь пожимал плечами и говорил, что возможно что-то узнаем после изучения записей.

Но до книг и бумаг в кабинетах и библиотеке руки никак не доходили. Навалилось столько дел и забот, что мы даже не замечали смены времён года.

Приезды князя были обязательны три раза в год через равные промежутки. Необходимость приезда обуславливались требованиями возобновления того самого обряда, в котором мне пришлось помогать князю в день признания меня лордом Лесного Замка. Да, безопасность княжества Осиян от внешних врагов зиждилась на княжеской родовой магии.

Если выразить несколькими словами, то суть княжеской магии состояла в охране княжества. А точнее, границы княжества не пропускали к нам вооружённых людей ни группами, ни поодиночке. Человека граница пропускала только с одним кинжалом. Ни сабель, ни мечей, ни луков, ни опасных артефактов, даже сильных бытовых через границу пронести было невозможно. Мало того, если магический заслон засекал человека с оружием или сильным артефактом, то ходу в Осиян ему не было в течение двух лет. Интересно, что жителя Осияна граница выпускала к соседям с оружием и артефактами, а возвратиться он мог только с одним ножом. Суровая магия…

Охранная магия была настолько мощной, что маги соседних государств не могли одолеть её никакими усилиями. В течение двух тысячелетий – а именно столько Светлые князи верховодили – границы княжества подвергались неоднократным попыткам взлома охраны, но до сих пор никому этого сделать не удалось.

Мало того, княжество за это время расширило свои границы. Вполне мирным путём. За счёт приграничных земель баронов или графов, которые терпели притеснения от собственных владетелей и, как следствие, просили защиты у княжества.

И если вначале княжество занимало едва пятую часть от нынешней площади, и тогда князья обходились одним обрядом в год у себя во дворце, то с увеличением территории одного обряда стало не хватать, да и длительность его действия изменилось. Правда, Янсель выдвинул предположение, что это сила родовой магии князей ослабла со временем. Только кто её измерял?

Ныне обряд с применением княжеской магии требовалось проводить три раза в году в трёх специальных местах княжества с обязательным участием владетеля земли, на чьей земле проходит обряд. Четвёртый центральный, отличный от региональных, обряд проводился как заключительный аккорд в Окреше – столице княжества.

Одним из таких специальных мест и был Лесной Замок, или правильнее теперь было его называть Замок Гнездо Дракона. А в отсутствии владельца земли на месте по каким-либо причинам, как произошло у нас, его замещал кто-нибудь из тех двух владетелей, на чьих землях проводились такие же обряды. Это были земли барона Вожогры и графа Пли’Статель.

Тогда, в день публичного провозглашения меня лордом, барон и приехал, чтобы за неимением владетеля земель присутствовать на ритуале вместо отсутствующего уже пятьсот лет лорда. Потому, так и торопился, что его ожидали накануне. И конечно, так обрадовался, что теперь ни ему, ни графу Пли’Статель не придётся таскаться в Лесной – чуть ли не на противоположную сторону княжества. Пусть и раз в году, ну, может два, но что за радость переться невесть куда вразрез своим планам.

Очередь на замещение отсутствующего лорда Вожогра и граф по возможности соблюдали. В этот раз была очередь графа, но его жена должна была вот-вот родить. Предполагался давно ожидаемый наследник, и граф никак не мог пропустить столь волнительное событие, а потому он отписал к барону и попросил о внеочередной замене на обряде в Лесном. Пока дворяне списались, договорились, да пока барон Вожогра в путь пустился. В общем, припоздал. Но тут кстати объявился новый лорд, и барон остался не у дел, разве что одним из первых узнал любопытные новости.

Но это извне… От внутренних беспорядков такая магия не спасала. Из-за этого иногда случались бунты вроде «мясного» или гонения на оборотней. Потому войска в княжестве тоже содержались. Для поддержания порядка в городах. Да и за земельными владетелями следовало досмотреть, чтобы чего дурного не замышляли. Потому и у нас в Лесном квартировала двусотня Весёлого. И служивым служба, и в городе относительный порядок.

В следующий раз князь посетил нас ближе к концу зимы и с удовольствием расположился во внутренних покоях, специально приготовленных для его приезда. Ну, кем приготовленных? Замком, конечно. Я просто попросил Замок приготовить комнаты для князя и сопровождающих его лиц.

Честное слово, без всякой задней мысли ляпнул:

– …согласно тому, что они из себя представляют.

Ага! Замок так и сделал.

Я-то имел в виду соответствие статусу при князе – уж чему-то Янсель нас научил. В частности, соблюдении статусности в соответствии с титулами и занимаемой должностью при князе.

А вот что имел в виду Замок?

Князь своими комнатами был очень доволен. Сказал:

– Очень уютно и спокойно. Даже у себя в столичном дворце я не чувствую себя настолько хорошо. Жаль, что приехал на такое короткое время. Всегда ощущал такие разъезды, как принудительную обязаловку. Но в этот раз… м-м-м! Думаю, когда-нибудь погостить у вас хотя бы несколько дней.

Ещё бы! Мало того, что комнаты были светлыми, чистыми, красиво и богато обставлены. Самое главное, здесь никто его не доставал.

Оказывается, даже у себя по дворцу князь передвигался только с охраной. И даже во время сна в его комнате кто-нибудь дежурил. На этом настаивал главный маг, и его поддержали советники. Вроде, когда-то было покушение, вот и подстраховались.

Здесь же Замок дальше коридора, ведущего в покои князя, никаких охранников и советников не пустил, как они ни возмущались и ни ломились. Порученца тоже. Но порученцу Замок выделил самую близкую комнату к пресловутому коридору и скромнее, чем у князя. Как я понял, из соображения нужности князю. Ещё двоим из свиты также повезло.

А вот Тимофеичера, когда он после истории с Урусом заявился как ни в чем не бывало, Замок сразу же подвёл к колонне и опять заставил с нею обниматься, разрядив все накопители. Уж в этот-то раз Тимофеич расчухал, что каверзу с ним проделали специально, а может и какие толковые друзья подсказали. Во всяком случае, наш бывший наставник принялся громко возмущаться, а я только плечами пожимал – мол, знать ничего не знаю, чем там предок Замок нашпиговал, и как оно работает.

Мало того, Замок выделил магу комнатёху, чуть больше прежней конуры Янселя, разве что чистую, да с мебелью. А мебель не как в других покоях – резная и дорогая, а самая что ни на есть простецкая.

И чего тролль орёт? У него в Волчиках такая же по горницам стояла – деревянная добротная крепкая мебель. Подумаешь, без изысков.

И вот разве скажешь после такой насмешки, что у Замка нет никаких чувств?!

А ещё Замок основательно ограничивал передвижения мага по чертогам. По всему видать, Тимофеич решил потерпеть неудобства для того, чтобы полазить по зданию. Что он хотел сделать, не знаю, но Янс подозревал, что тролль на многое способен: ловушки какие-нибудь поставить или шпионские заклинания повесить.

Замок не дал Тимофеичеру ни шанса.

Мы это поняли по возмущённым крикам тролля. Он жаловался:

– Почему, когда я пытаюсь куда-нибудь пройти, то всегда попадаю на двор замка?

Да, да. Если главный маг шёл в сопровождении кого-либо из живущих в замке по вызову князя или на трапезу в столовую, то всё проходило чин чином. Но стоило ему направиться куда-то самостоятельно, как Замок проделывал с ним свою излюбленную шутку – выводил во двор.

По возмущённым крикам тролля мы поняли, что, выходя из своей комнаты, главный маг неизменно умудрялся оказаться во дворе, да каждый раз в новом месте. Даже там, где никаких дверей близко не было. Как Замок умудрялся такое проделывать? Какие-то тайные двери открывал?

Янс с усмешкой пожимал плечами и говорил:

– Магия… Видимо, функция избавления от нежелательного любопытства подозрительных гостей была заложена ещё Великим оборотнем.

Сам Янс довольно оригинально решил проблему того, чтобы ненароком не столкнуться в коридорах с Тимофеичером и другими дворянами из свиты князя. Он просто попросил Замок сделать так, чтобы их пути не пересекались. Этим же способом воспользовались Урус с Лийсой.

Ур и рад был бы ошарашить бывшего наставника своим воскрешением, но Янсель и Ррык отговорили. Сказали, что не время раскрывать все карты. Но и перед князем Янс не спешил раскрываться. Раздумчиво сказал:

– Светлан был чудесным мальчишкой в детстве. Добрым, любознательным… Но время меняет всех. К тому же столько лет рядом с Тифчиром, связанный с ним обрядом… Пока причин для общения нет. Посмотрю на него, послушаю… В конце концов, добудем безоговорочные свидетельства преступлений тролля, тогда и поговорим с князем.

А полутролль упрямо сопровождал князя к нам в Лесной, хотя надобности в его услугах не было. Да и не мог он ничего делать, потому что с упрочением магии Замка, теперь накопители Тимофеича не просто разряжались уже в воротах замка, а рассыпались мелкой пылью до основания.

Троллю понадобилось две поездки, чтобы уловить в какой момент он остаётся без своих запасов. На третий раз приехал без камней и ночевать в замке не остался. Было непривычно видеть его теперь постоянно хмурую физиономию без привычного блеска. Не удивительно, что посещения Тимофеичера стали совсем редкими и непродолжительными. Вернее, в городе его видели, а вот в здание замка полутролль уже не совался.

Отношения с главным магом княжества постепенно портились, перерастая в тихое противостояние. Переходить к открытым действиям Янс и Ррык категорически меня отговаривали.

Каюсь, были у меня мысли, что Янсель напуган тридцатью годами без магии, потому опасается в открытую противодействовать Тифчиру, боится повторения, если не ещё чего похуже. Да Янс и не скрывал своих опасений. Но Ррык… Вожака так просто не напугаешь, а он тоже был категоричен в том, что касалось бывшего наставника.

– Не трожь, Лагор. Маг – он, может, и слабый, если один на один столкнёшься. Только слово даю, ты его одного никогда не встретишь, или не увидишь кого… А если и встретишь, значит, это будет ловушка. Вон, Урусу совсем не маг один раз по башке дал, и ему хватило, чтобы надолго свалиться. Чуть не потеряли твоего брата… Подлость сделать много магии не нужно! Разве что, у вас в замке… Но и убивать тогда придётся там же, пока он без магии. Без явной причины сможешь ли сам с холодным сердцем такое сделать? Даже я не смогу, и Янсель не сможет, хоть и ненавидит люто. А Тифчир за столько лет сторонниками оброс, всех магиков княжества под себя подмял. Без большой силы, лишь умом и хитростью. Его с наскоку не одолеешь… Одно дело – его подозрения насчёт нас, другое дело – прямая война. Тут действительно разразится большая внутрикняжеская война. У тебя из сторонников только оборотни, и то не все – мало кто из них понял его натуру. Люди же и так нас подозревают во всех грехах. А к войне готовиться нужно, её с наскоку не начинают.

Если угроза войны меня не пугала – на тот момент я просто не понимал, насколько это страшно – то упоминания о том, как Урусу прилетело по голове от простого человека, остужали рвение.

– Тимофеич хитрый, за столько времени поднаторел, сторонниками обзавёлся. Куда не ткнись, везде его люди маячат. И нам действовать по-хитрому нужно. Во-первых, выявить его людей, кроме явных, во-вторых, уже их взять под надзор и прояснить, насколько тролль может влиять на ситуацию. Хотя и так скажу. Дар у него слабый, но действенный. И он его использует на всю катушку. Потому народ его любит. Что простой народ, что титулованные. Потихоньку ослабить его, забирая контроль, а там уже и действовать наверняка.

Янс, случившийся при разговоре, своё вставил:

– Хм… Я Тифчира и просто так убить смогу, и рука у меня не дрогнет. Думаю, и Замок нам мешать не станет, а даже выполнит указание завести тролля в ловушку, никто даже не узнает, что случилось. Только делать это было нужно сразу, пока тролль не остерегался заходить в замок. Я другого опасаюсь. Какие последствия повлечёт смерть подлеца? Не забывайте, с ним князь связан. Как по нему ударит вред причинённый Тифчиру?

Да… Мало того, что князь – человек хороший, на нём ведь и безопасность страны завязана.

Первое пополнение и «материнский оборот»

Посоветовавшись с вожаками и магом, мы пришли к решению, что двусотню Тишауша Весёлого стоило бы перевести из замка в город. Для этого необходимо было построить новые казармы, возвести конюшни, оборудовать плац.

Землю под постройки выделили на окраине города со стороны самого неблагополучного района. Двусотник, было, начал возражать, но мы подняли текст договора между князем и лордством о размещении военной части в лордстве.

По сути формулировки были весьма размыты. Договор заключался с владетелем земли и содержал пункты, обговаривающие создание условий для размещения военной части, её применении для поддержания порядка в землях владетеля и запрете использования военных против власти князя. Последняя часть оговаривалась строго и подтверждалась магическими клятвами. Всё остальное на усмотрение владетеля земель с обязательным соблюдением размещения в соответствующих условиях и полноценном питании.

Возражения десятников об охране замка даже сам Весёлый поддерживать не стал. Замок охранял себя так, как никакие стражники не могли его защитить. Особенно, когда вошёл в силу.

С трудом, но с двусотником мы договорились. Самому Весёлому предлагалось проживание в Гнезде. Портить отношения с одним из самых влиятельных двусотников князя, к тому же довольно неплохого и порядочного человека, не хотелось. Просто у всех начинаний были свои цели.

А двусотник… понятно, что в первую очередь он присматривал за новым лордом и тем, что творилось в его владениях. Для этого ему нужен был беспрепятственный доступ в замок. Впрочем, мы были не против.

Постановили, что один десяток, сменяясь, будет постоянно дежурить в замке. Но большая часть стражников сосредоточит свои усилия на поддержании порядка в городе. И в первую очередь, необходимо было навести порядок как раз в том самом неблагополучном районе, с которым казармам придётся соседствовать.

– И десятки, что будут дежурить у нас в замке, требую отбирать тщательно. Не хочу видеть здесь Маниша, помню его делишки…

Делишки десятника заинтересовали Весёлого и Янса. А я в очередной раз удостоверился, насколько мало ещё понимаю в жизни.

– Почему, Ваше Сиятельство, вы молчали, что Маниш обложил данью трактирщиков? Это же преступление! Да он, значит, не только этим промышляет?! – кипятился двусотник.

А я пунцовел под укоризненными взглядами вожаков и Янса, пожимая плечами:

– Не знал, что это важно…

– Гор, – глаза Янса напротив моих, – трактирщики, посетители трактиров, дети, взрослые, старики и даже последняя девка в весёлом квартале – все до единого… они твои люди. Твои подданные другими словами. Ты – их лорд, их последняя надежда. Если они не найдут защиты у лорда, то они её уже нигде не найдут.

Маг замолчал, а мне было жутко стыдно, что я запамятовал о Манише.

– Но я понимаю, Гор, в тот момент ты ничего не мог сделать, – и развернулся уже к Весёлому, – но позже он вспомнил и сказал.

А отец уже после разговора поинтересовался у меня:

– Этот маг смотрит прямо в глаза, и ты не хочешь порвать его? – сам отец, коротко заглядывая мне в глаза, переводил взгляд на переносицу и брови.

– Пап, да он же без вызова смотрит.

– Без вызова, – согласился отец, – но всё ж таки смело…

– Он дал безоговорочную клятву и никак не может мне противостоять.

Отец лишь присвистнул. Выходит, знает про такие клятвы.

Освободить замок от стражников двусотни мы решили по той простой причине, что собирались набрать и обучить для службы молодых оборотней из ареала. Нам были нужны преданные люди и оборотни, для которых лорд не был эфемерным лицом. Необходимо, чтобы они сознательно выбирали службу лордству и не велись на очарование полутролля. А для этого их следовало обучить магии.

Часть из них потом отправится обратно в селения, чтобы уже там представлять интересы лорда и лордства. Другая часть останется служить в замке и в городе. Мы собирались улучшить отношения людей и оборотней. Вернуть оборотней в город, который изначально они же основали, и увеличить количество магов, неподвластных троллю.

А ещё я должен быть уверен, что в ближнее окружение не затесался какой-нибудь Маниш. Замок, конечно, проверяет всех живущих и приходящих, но по каким-то неведомым мне критериям. Молочника с гадюкой не пропустил, а тот же Маниш и ему подобные вполне свободно проходят в границы замковых владений, он их даже в здание пропускает. Недалеко, но пропускает.

Янс говорит, это потому, что против меня они ничего не замышляют. Но мне этого мало. Рядом я хотел бы видеть преданных и хороших людей, а не подлецов, которые просто в данный момент ничего против меня не имеют.

Конечно, следовало изучить бумаги, оставленные предками. Мы с Янсом уже разобрались, что записи о создании замка и его функциях лежат именно в библиотечном кабинете. Но информация была изложена чересчур мудрёно. Да ещё заметки в одном талмуде часто отсылали к записям в другом, а те к третьим, что лично я быстро терял основную мысль и начинал путаться. У Янса дела шли лучше, и его вся эта путаница безумно увлекала. Но времени на изучение архивов требовалось много, а у нас его просто не было.

Разрешение от князя брать оборотней на службу было получено и соответствующе оформлено ещё тогда, когда он впервые обосновался в новых покоях открывшейся части замка.

Не знаю, были ли разногласия у князя с Тимофеичером по вопросу расширения границ полномочий оборотней. Думаю, что всё-таки были. Такого же мнения придерживались и Янс с вожаками.

Я уже вполне чётко понимал, что тролль исподволь саботировал почти все распоряжения князя, искусно переделывая их под себя. Судя по всему, князь в противостоянии со своим главным магом сделал ставку на нас, оборотней.

С одной стороны деваться нам было некуда, вставая между двумя такими силами. С другой стороны, если мы ничего не будем делать, то оборотней в княжестве изведут на нет, оправдываясь угрозой с нашей стороны, на самом деле используя нас, как источники магической силы. Тролль сам вынудил нас вступить в противостояние, и поддержка князя была нам на руку.

А пока уточняли место для военных казарм и договаривались о размерах будущего строительства. Люди в городе оживились. На стройку нужны были работники, а это для многих возможность заработка, с которым в Лесном, оказывается, было не так уж хорошо.