Огонь, полыхающий в воде
- -
- 100%
- +
Одним словом, бог-гиня!
Зачем? Зачем ей понадобились эти минуты?
Помнится, Древяна упомянула, что каждая из них дороже тысяч лет. Янс же дал своё объяснение:
– Боги живут, пока их почитают и помнят, – и, помявшись, добавил: – Может, и интриги закручивают, чтобы о них не забывали.
Из-за отнятых семи минут с почитанием Древяны у меня не заладилось, а вот помнить…
О! Я о ней помню.
Хорошо помню!
Всегда!
Не только днём, но и ночью вспоминаю, когда сплю. Кажется, за шестнадцать лет богиня должна уже захлебнуться теми словами и мыслями, что я чуть ли не ежеминутно посылаю в её адрес.
И все эти шестнадцать лет моя душа не может принять то испытание, а скорее издевательство, которому коварная богиня подвергла нас с Шайриз.
Встретившись в далёком Бормите, мы с женой даже не успели как следует узнать друг друга и насладиться супружеской жизнью. Тот короткий промежуток времени, что мы провели вместе, был заполнен скитаниями по чужой стране, а иной раз выживанием на грани жизни и смерти. Да, о предсказании жена рассказала почти сразу, когда уверилась, что я и есть тот самый рогатый супруг, но мы с ней всё-таки рассчитывали на какую-то долю семейного счастья.
Да мы даже помечтать не успели!
Из всех планов только и наметили имя для будущей дочери. Тем более заручившись обещанием богини, что наш ребёнок обязательно появится на свет. А Светлояр даже поклялся, что женится на малышке, когда она вырастет. И эту клятву богини приняли. Правда, не знаю, которая из сестёр.
Иногда я думаю, не вмешался ли их паскудный братец Трослин – бог троллей и орков? А чем ещё объяснить ту череду напастей, которые на нас буквально просыпались?
Не говоря обо всех опасностях, которые мы лишь чудом пережили, Шайриз даже не дали нормально разродиться как и положено женщине. Она погибла на моих глазах по дурной прихоти Сивала – троллева сына, которому не удалось получить княжескую силу, несмотря на все ухищрения его родного отца, гнусного предателя Тимофеичера.
В момент гибели любимой я не мог думать ни о чём другом: ни о том, что вокруг враги, ни о том, что сам сижу в хитрой ловушке, из которой при всей своей магической мощи был не в силах выбраться. Опасаясь, что нечаянно могу нарушить условие предсказания, я сосредоточился только на том, чтобы любым способом успеть уложиться в клятые три минуты.
В момент осознания смерти Шайриз я забыл обо всём: о друзьях и недругах, о себе и боли, которой обжигала магическая структура ловушки… Некого и нечего было беречь, и я обрушил свою магию на окружающее пространство, стремясь дотянуться до тела жены.
Мощная ловушка ожидаемо отразила удар. А так как я ударил тем самым «Драконьим огнём», то почти весь этот огонь вернулся ко мне, сжигая… Да что там сжигая?.. Пострадали трава, земля, моя одежда, но не я.
Как потом пояснил Янс, я каким-то образом впитал в себя откат и с новой силой возобновил атаки. Мгновения истекали с немыслимой быстротой, а я неистовствовал в стенах ловушки. И в какой-то момент она не выдержала. Или случилось то, что я впоследствии неоднократно пытался вспомнить и осознать.
В воспоминаниях смутно маячил странный момент, когда после отчаянного всплеска что-то внутри меня лопнуло, и магическая сила буквально хлынула со всех сторон, словно прошивая меня насквозь. Мало того, мощь её не стихала, а наоборот набирала обороты. Взбурлила кипящей лавой в тесном пространстве, ограниченном мощными плетениями. Неведомо как и во что преобразовалась магия…
Это потом в мыслях я мог вспомнить и обдумать каждый момент отдельно, растянув во времени. А тогда весь процесс занял совсем немного времени… Столько, что никто не успел даже осознать, что случилось.
В те страшные мгновения вся сила моей магии мощным потоком хлестнула вовне, руша прочный остов ловушки, и тут же следом прокатилась огненным валом в сторону тела жены.
По инерции огненный вал накрыл почти всё войско тролля, не щадя никого. Ни людей, ни животных… Мгновенная смерть запечатлела их в недолговечных формах тел из пепла, который вскоре разметали ветер и ноги моих соратников.
Пепел Шайриз я всё же успел собрать, брезгливо отпихнув прах её убийцы.
Каково же было обнаружить в останках жены нашего ребёнка!
Риссолин…
Никто из всех живущих в прошлом, настоящем да, я думаю, и в будущем, никогда не появлялся на свет таким образом.
Во время скитаний и невольных приключений я обучал свою жену разным видам защиты. И как-то раз застал Шайриз за странным занятием – она накладывала плетение щита на свой живот. Пояснила, улыбнувшись:
– Пусть будет на всякий случай.
Я лишь пожал плечами и потом не раз замечал, как жена вновь и вновь накладывает защиту на плод. Даже попенял: все эти щиты нужно было поддерживать, они тянули из неё магию, а, значит, и силы, которые нужны были ей самой для выживания в тяжёлой дороге.
Видимо, эти щиты и уберегли нашу малышку от моего драконьего огня, превратившись в мягкие стенки… как его назвать-то… шара или мешка. Поразительно! Магия буквально материализовалась в этих стенках. Янс потом сокрушался, что не видел этого чуда, и всё пытался его повторить.
Удивлялись мы потом, а тогда я слой за слоем убирал плетения, высвобождая малышку. Таким вот образом моя Риссолин появилась на свет!
Малышке срочно требовалось материнское молоко. Довольно быстро нашлась кормилица. Удивительно, что ею оказалась Оррина. Та самая Орринка, которая ещё год назад по глупости пыталась влюбить меня в себя с помощью коварной травы *чиримы.
Концентрация чиримы оказалась слишком высокой даже для меня, одного из самых сильных оборотней, и я, не сдержавшись, жёстко изнасиловал девушку. Так, что Орри выжила лишь чудом. Да и мне досталось – провалялся с отравлением несколько дней.
На суде стаи Орри хватило решимости признать свою вину. С тех пор я её не видел. Да что лукавить?! Даже не вспоминал о глупой девчонке, закружившись в водовороте событий, которые в результате и свели меня с предназначенной парой – Шайриз.
И как насмешка богинь, Орри же и вскормила своим молоком нашу с Шайриз малышку. Откуда у неё оказалось молоко?
Я, остолбенев от открывшейся перед глазами картины – Орри с крошкой Риссолин на руках – даже не сразу осознал этот факт. Потому что у моих ног ползала, деловито пыхтя, другая малышка. Ар-Сагрида – наша с Орри дочь, закономерный результат сумасшествия, наведённого чиримой.
Так в один день я потерял любимую жену и обзавёлся сразу двумя дочерями. Сагрида была всего лишь на семь месяцев старше Риссолин и сразу же завоевала моё сердце наравне с младшей сестрой.
В довесок к дочерям шла Орри. Да, она была матерью одной из них, но лишь по случившемуся недоразумению с приворотной травой. Я был благодарен Орри за всё, что она делала для малышек, но оставался совершенно равнодушным к её прелестям, на что она, кажется, всё-таки надеялась.
Устроив в замке малышек с Орри и разобравшись с неотложными вопросами, я приступил к поискам дерева Шайриз.
Казалось, главное испытание удалось пережить. Да, Шайриз умерла согласно предсказанию. Да, нам удалось уложиться в три минуты… а нам удалось, потому что я был жив.
– Связь предназначенных предполагает их одновременную смерть, – пояснил Янс и добавил: – точнее, настоящую бесповоротную смерть. Раз ты жив, значит, жива и твоя жена. Ищи её.
Да, я считал, что самое трудное и страшное из предсказания произошло. Главное, что в результате все живы. Я быстро найду Шайриз, и мы будем жить дальше: долго и счастливо…
Наивный! Что такое «самое трудное и страшное» мне ещё только предстояло узнать!
Пару месяцев я с энтузиазмом обшаривал окрестности в поисках дерева Шайриз, даже подумывал смотаться в Бормит. И впервые задумался: сколько же деревьев растёт только в окрестностях замка? А в княжестве? В соседних странах? И где оно – дерево Шайриз?
*Чирима – растение, сильный афродизиак, почти без запаха. Применима только к мужчинам в микродозах, на женщин не действует. Превышение дозы может свести мужчину с ума.
Подсказки. Отступление, Ар-Лагор из рода Драконоящеров
Первое время после того, как я сжёг троллево войско Тифчира, оборот в дракона не получался, что слегка досадовало. Казалось, стоит мне подняться на крыло, как дерево Шайриз найдётся в два счёта.
Да, несмотря на все пережитые злоключения, моя наивность зашкаливала…
И всё-таки оборот в дракона со временем мне удалось освоить. Оказалось, что такой оборот требует прорву магии и того состояния души и тела, про которое говорят: «Гори оно всё огнём!»
Когда до меня дошло, что беспорядочными поисками дерева-элифика, я вряд ли что-то найду, то, подумав и посоветовавшись со старшими, отправился в Лес Дриад. Логика подсказывала, что если кто и знает, где искать дерево, то только тот, кто заключил с этим деревом договор, то есть мама Шайриз – дриада Олилинь.
В Лес меня пропустили без проблем. Проблемы появились чуть позже. Верховная владычица Великого Леса Айтлана дала дуба… то есть безвременно померла окончательно и бесповоротно.
Подлый полутролль Тимофеичер сам или руками своих приспешников успел повредить её договорное дерево. Вогнал в ствол дуба блокиратор и качал через него магию владычицы, потому-то на памятной встрече с нами женщина выглядела усталой и измождённой.
Сами дриады опасались вытащить блокиратор, боясь нарушить магическую структуру и тем самым ещё больше навредить правительнице. Мы с Янсом могли бы помочь в этой проблеме, когда всей компанией явились в Лес навестить высокопоставленную бабушку Даруны-Шайриз. И владычица прекрасно это понимала, когда внимала рассказам внучки.
Но вот досада, щепетильность и осторожность владычицы оказались для неё важнее собственной жизни. Или Айтлана понадеялась на силу собственных магов? Зря.
Потому по прибытии в Лес меня огорошили сообщением, что теперь у них новая владычица – Олилинь. И она спит.
А когда проснётся? Неизвестно…
Давно спит? Давно…
Дриадам тоже пришлось переоценить это слово «давно». К моему появлению в Великом Лесу Её Владычество Олилинь «спала» немногим больше трёх месяцев. И до сих пор не «проснулась».
Со временем выяснилось, что Олилинь не просто спала, она находилась в бессознательном состоянии, потому что её магия куда-то уходила. Дриады поначалу не волновались. Такое бывало, что кто-то из них впадал в оцепенелое состояние.
Значит, в этот момент кто-то из родственников дриады переходит в стадию элифика, а ему или ей в начальный период адаптации в новом состоянии требуется магическая поддержка. Чаще всего такое происходило в связке мать-дочь или отец-сын. И оцепенение могло растянуться до недели.
Дриады знали, что у новоявленной владычицы есть дочь, потому окружающие отнеслись к ситуации с пониманием и оставили Олилинь в покое на несколько дней. Да уж… Оцепенение Олилинь длилось уже шестнадцать лет. И это означало, что жизнь Шайриз в значительной степени поддерживается магией матери. И без неё моя пантера погибнет.
Я сам чуть не впал в оцепенение, когда понял безвыходность ситуации, а Янс рассуждал:
– По предсказанию нужно сжечь тело сразу же после смерти, собрать прах и закопать его в корнях договорного дерева. Первые два пункта условий ты исполнил. Они-то как раз и включили механизм перехода в элифика, который сейчас поддерживается за счёт владычицы. Остался последний этап – найти дерево и закопать прах тела Шайриз в его корнях. Думаю, тогда же проявится твоя жена и закончится оцепенение владычицы.
В этом-то и была засада. Где оно – дерево Шайриз?!
Через год бесплодных поисков я решил обратиться к богам. Благо, всем известная Скала Сияния располагалась возле столицы нашего княжества. Заодно можно было осмотреть и деревья в окрестностях скалы.
Не мешкая, отправился в Окреш.
Богини редко отказывали просителям, обратившимся к ним именно через Скалу Сияния. На вопрос о местонахождении дерева Шайриз мне ответили…
Огненными буквами по каменной поверхности полыхнула короткая фраза: «Береги дочерей». Полыхнула и погасла, а меня будто в тот самый огонь швырнули.
Вот тогда-то и случился мой второй оборот в дракона. Я даже не сразу осознал случившееся, как уже смотрел на Скалу сверху, и, наплевав на непривычные ощущения крыльев за спиной, рванул в сторону Гнезда, махом покрыв огромное расстояние за какой-то час.
И обнаружил своих малышек мирно играющими артефактными куклами, которых им недавно подарили. Только и успел отдать распоряжение Сувору, чтобы усилил присмотр за Сагридой и Риссолин, а сам свалился от перерасхода сил. Ну, да не привыкать!..
Напуганный божественным предостережением, едва очухавшись, я потребовал у Янса разработки кровной клятвы, исключающей все возможные виды предательства, и заставил пройти обряд всех обитателей замка. Мы создали строгое охранное разграничение для жителей и временных обитателей замка. Мало того, внесли поправки непосредственно в защитный контур замка.
И все эти меры не сработали, когда пропала Риссолин вместе с Орриной. Малышке не было и трёх лет. Кто и как поспособствовал их исчезновению?
Потом кто-то вспомнил, что Орри на принятии клятвы вроде запиналась, да и говорила тихо. Помнится, я был рядом с ней в тот момент, потому что пытался проконтролировать весь процесс прохождения обряда, но меня отвлекли новостью о недавно найденном дереве-элифике где-то у границ с эльфами.
То ли было какое-то упущение в клятве, то ли ещё что-то неведомое, но Орри с маленькой Риссолин пропали.
Свидетели рассказывали, что в тот день Оррина с девочками отправилась на прогулку в замковый парк. И уже меньше чем через час один из охранников наткнулся на Сагриду, играющую с огоньками, которыми дух замка приманивал девчушку к жилому зданию. Запах Орри вёл в сторону одной из калиток в замковой ограде, но след прервался, не доходя стены, возле самого обычного и неприметного булыжника.
Янс, исследовав камень, буквально побелел:
– Портал… вроде того, над которым мы с Лагейном работали.
Мы уже знали, что все записи и наработки бывшего главного мага князя Светломира и его помощника пропали. Не мудрено… Больше тридцати лет прошло. Мы предполагали, что бумаги ушли на растопку, но, видимо, они нашли нового хозяина, который использовал их по назначению.
Как Янс ни бился, но так и не смог прояснить, куда сработал портал. Даже направление не определил. Одно было ясно – портал куда-то перенёс Оррину с Риссолин. То же самое показала картинка, спроецированная духом-хранителем замка. Да, но на картинке хранителя было ещё кое-что.
Вот женщина усаживает Сагриду под куст, вручает ей куклу, а сама подхватывает на руки Риссолин. Малышка капризничает, и ей тоже суют в руки куклу. А потом Орри направляется в сторону крепостной стены. Пару раз пинает булыжники, встреченные по пути. Видимо, ошиблась камнем, потому недовольно хмурится. На третьей попытке фигура женщины с ребёнком исчезла во вспышке портала.
Орри знала, куда шла…
Как она сумела обойти клятву? Я был в бешенстве. Как я мог так ошибиться и доверить мою драгоценную малышку предательнице? И почему Замок не почувствовал её намерений и не остановил обманщицу? Потребовал ответа у духа-хранителя замка.
Дух-хранитель… та ещё насмешка провидения.
Больше шестисот лет назад великий Ррус Трёхлапый создал величайший Замок-артефакт, равного которому просто невозможно было найти. Трудно перечислить все возможности этого чудесного артефакта, легче рассказать, чего нет. Но самое замечательное его свойство в том, что артефакт был саморазвивающимся. С оговоркой: для такого рода развития требовался дух-хранитель.
Духи-хранители были редкостью, и просто так их было трудно заиметь. Самым известным был белый кот, обитающий в княжеском дворце. Светляк – довольно капризный дух, и проявлялся не перед всеми. Например, полутролль Тимофеичер никогда его не видел, хотя умудрился продержаться на посту главного княжеского мага, а соответственно и во дворце, почти тридцать лет. Мне же повезло лицезреть белого кота в первое же посещение княжеских хором – именно его облик я использовал в невольном путешествии по Бормиту. То-то тогда ещё княжич Светлояр удивлялся схожестью моей ипостаси с дворцовым духом.
Не знаю как, но ещё при создании чудесного Замка Ррус Трёхлапый умудрился заложить условие для привязки духа-хранителя. Им должен был стать первый же посторонний, не из кровных наследников Рруса, который сможет добраться до сердца Замка и попытается пройти инициацию. Конечно же, злоумышленник погибнет, но его дух станет духом-хранителем Замка.
Такое решение Рруса можно было бы назвать жестоким. Однако Великий хорошо знал человеческую натуру и понимал, что невозможно предусмотреть все случайности. Фактически при любой изощрённой охране найдутся умельцы, желающие обманом завладеть чужой собственностью. Выставляя коварное условие, он предполагал, что только очень сильный и хитроумный маг сможет добраться до Сердца Замка. Но магию крови Тристола невозможно было обмануть – она принимала кровь только потомков Рруса, а посторонних просто убивала: сразу и безоговорочно. Потому решение использовать дух злоумышленника казалось наиболее подходящим, даже остроумным, если бы на месте предполагаемого недруга не оказался десятилетний Райнар – признанный внук Рруса Трёхлапого.
Признанный, но не кровный.
Именно Райнару выпал жребий фактически бессмертного существования в виде духа-хранителя Замка Гнездо Дракона. Дух уже не ребёнка, но ещё и невзрослого человека. А если учитывать, что взросление духа замедляется в соотношении с длительностью существования, то становилось понятным, что значительных результатов саморазвития Замка-артефакта придётся ждать очень и очень долго.
Не удивительно, что при всей гениальности создателя врагам удалось обвести вокруг пальца даже такой умный артефакт…
Ох, как я рвал и метал!
В горячке досталось многим, даже духу-хранителю. Тот обиделся и надулся в полном соответствии с поведением мальчишки подростка и с тех пор старался не попадаться мне на глаза. Я же плюнул на наличие такого хранителя – толку с него ещё долго не будет – и усилил защиту замка охраной из оборотней и дополнительными артефактами.
В предупреждении богини упоминались обе дочери…
Самое паршивое, что богиня не давала больше подсказок. Будто издевалась! Я несколько недель провёл возле Сияющей Скалы. Мог до посинения вопрошать богинь… даже на коленях молил, выпрашивая малейшую подсказку, где и как найти малышку Риссолин и Шайриз.
Древяна молчала. Молчала и Зверяна… И лишь обиняками, через бабку Мьяру пришла весточка от покровительницы оборотней.
Не знаю, какие слова нашла бабка, обращаясь к Зверяне, но так уж случилось, что прабабка уснула возле камня богини. Ещё бы не уснуть старой оборотнице!
Ближайший к Волчикам камень Зверяны располагался как раз посередине меж трёх деревень. На плёвом расстоянии для обычного оборотня, но не настолько близком для немощной женщины.
Вот после трудного для неё пути присела и придремала бабка Мьяра, привалившись спиной к боку божественного камня, уютно разогревшегося от солнца. И во сне ей явилась сама Зверяна…
– Слышь, Горушка! Зверяна-то… Сама баба бабой, а башка-то звериная! И такая… то кошкой лыбится, а тут глянь, волчицей скалится иль медведицей супится. А то вдруг совсем страхолюдная морда явится… Одно слово – Зверяна!.. Но ласкова, что мамка, – у бабки аж глаза увлажнились от умиления. – А как же… мать она всем нам – оборотням-то!.. И слышь, внучек, повелела она тебе сказать, чтоб ты не приставал больше к ейной сестрице. Вишь, энта Древяна-то характерная! Кабы ещё чего тебе не подсуропила. Она и Зверяне наказала ничего тебе не сказывать, так ведь матушка тоже хитра. Тебе ни словечка не мявкнула, а мне вот поведала. Да. Так и выдала: пусть, мол, внук твой не докучает моей сестрице, а подождёт, когда его младшенькая подрастёт, да сама его к мамке приведёт. Так вот и сказала…
Бабке Мьяре я сразу поверил. Как-то домыслить и приукрасить услышанное она могла, а вот специально придумывать что-то не стала бы. Даже для моего спокойствия.
Не стал я дожидаться неведомого времени, когда моя младшенькая сама меня к мамке приведёт. Не забросил поиски Риссолин и Шариз, только перестал молить богинь о подсказках.
А уже через какой-то год после исчезновения Риссолин объявилась первая самозванка…
Не выделяться
Да что это за место такое – Драконий Замок? Всего-то два дня здесь пробыла, и ни один из этих дней не обошёлся без приключений. Вот и третий грозился отсыпать недоразумений.
Началось всё вроде совсем неплохо.
Я выспалась. Даже чуть понежилась в постели, пока не расслышала за дверью своей спальни шаги и какое-то звяканье. Прямо в ночной рубахе выглянула в проходную комнату и увидела Яссша… Тьфу на такое имечко!.. Ясшу уже возле выхода. Та только рукой махнула:
– Я на утреннюю разминку.
Несколько мгновений я ошеломлённо смотрела ей вслед и бегом бросилась одеваться, раздосадованная тем, что как и накануне чуть не проспала, а теперь опаздывала. Напялила подготовленные кем-то штаны и рубаху – как раз в такие же была обряжена Ясша – и припустила на улицу.
Плутать не пришлось. Учеников, выстроившихся в ряд на ровной травянистой площадке, увидела сразу, едва вылетела из дверей здания. Где там затерялась Ясша, гадать не стала, потому что увидела Царуша.
Слёту ввинтилась между рысем и каким-то парнем, зло зашипевшим на меня. Я в долгу не осталась, оскалилась в ответ. Парень недовольно нахмурился, невольно принюхиваясь к наглой особе, и зло рявкнул:
– Проваливай отсюда, бездарная человечка!
– Кто бездарная?! Это ты про меня? – взвилась я.
Ну, я ему сейчас покажу! Только нас прервали.
– Прекратить свару!
Взрослый оборотень строго зыркнул на моего недруга, потом обратил внимание на меня. Привычно затрепетали крылья носа, подсказывая, что ко мне в очередной раз принюхиваются. Да я и не в обиде, сама частенько так делаю – похоже, от Царуша переняла привычку. Но стоило только этому оборотню сменить выражение лица со строгого на снисходительно-насмешливое, как мне тут же захотелось стукнуть его. Или свой дым на него напустить.
– Что делает девушка среди парней?
Вопрос огорошил и поставил в тупик. Я быстро огляделась по сторонам и убедилась, что действительно влезла в шеренгу парней. Немногочисленные девушки стояли отдельно, и при них обреталась молодая женщина-оборотница, с любопытством поглядывающая на нас. Я покраснела от неловкости и ухватила рыся за руку.
– Я рядом с братом хочу быть!
Вздёрнутая бровь и насмешливый взгляд сверху донизу невольно заставили оскалиться. Я зло уставилась прямо в глаза наставника, а внутри всё рычало и клокотало.
Знала ведь, что прямой взгляд и оскал – это вызов для оборотня. И сама поняла, что творю, когда взор напротив стал тяжёлым настолько, что парни рядом со мной прерывисто вздохнули. Я же наоборот передвинулась на полшага вперёд. Взрослый удивлённо откачнулся чуть назад.
Это потом я пойму, что оборотень давил своей силой так, что парней рядом прижало. Я же, ступив вперёд, вроде как обострила вызов оборотню. Ага… только оборотни с самками не дерутся, потому мужчину откачнуло. А ещё, пожалуй, то огорошило, что против него выступила обычная человечка, и сила зверя её не пригнула.
Ага, щас! Обыкновенного человека сила оборотня и пригнёт, да у меня своя есть, которую никто не ощутит, пока её я не выпущу.
Эх, как оборотню не понравился свой же невольный жест. Вроде как слабину дал перед бессильным человеком. Усмехнулся вредно:
– Что ж… с братом так с братом. Только если не удержишься на той позиции, в которую влезла, я подам представление на твоё отчисление из школы.
Я пожала плечами и кивнула, ещё не зная, что оборотни, вставая в шеренгу, сами непроизвольно выстраиваются по уровню силы. Я же невольно затесалась в ряды сильнейших учеников школы с первого по последний год обучения, а потом согласилась удержаться среди них.
Это я-то – простая человеческая девушка без магии по их ощущениям, когда редко какая женщина-оборотень в силах выдержать конкуренцию среди самцов! Сама не понимая, что делаю, я бросила им вызов.
– Что ж, парни, пропустите девушку вперёд? – глумливо и в то же самое время учтиво пригласил меня взрослый.
Ох, как хотелось оскалиться, а то и пламенем запустить в насмешливые гляделки, а таких вокруг было немало. Обеспокоенным выглядел только Царуш. Сочувствующие взгляды были, но мало. В большинстве насмешливо-любопытные и откровенно весёлые. Но больнее всего резанула презрительная реплика, донёсшаяся из девичьих рядов:
– Да это же самозванка! Она в первый же день пробралась в замок. Даже до наших с Риссолин комнат добралась! А потом отцу заявила, что она его дочь. Представляете?!