- -
- 100%
- +
Глава 1
Он слышал, как билось ее сердце. Ровными, размеренными ударами, едва слышными, но они атомным взрывом вспарывали его голову, ведь для острого слуха зверя – даже толстые стены особняка не были преградой.
Он слышал ее дыхание.
Чувствовал тонкий аромат, от которого его зверь с каждой секундой все дальше уходил за грань, а после – начиналось его безумие.
Когти вспарывали ровную поверхность толстых стен, за которыми он остался, боясь приблизиться к ней.
Боясь и отчаянно желая увидеть ее.
Однако в сознании настойчиво зудела единственная мысль: рано, нужно ждать, должно пройти время.
И вдруг на крыльце появилась пожилая женщина. Старуха, отринув страх, приблизилась. В суховатой руке золотом сверкнул небольшой кулон на цепочке.
Он знал, что именно спрятано внутри неброского украшения. Знал и сходил с ума, учуяв каплю ее крови.
Старуха протянула ладонь, на которой, свернувшись змейкой, лежало украшение.
– Возьми, – шепнула она, глядя в безумные глаза оборотня. – Чем ты дальше от нее, тем будет легче.
Рыча, он собрал волю в кулак. Понимал, что уйти нужно. Иначе оборвется не только его нить жизни, но и близких ему оборотней.
Крохотный кулон спрятался в широкой ладони, кожу обожгло теплом, и мужчина шагнул назад.
– Ты справишься, – донеслось ему в спину, когда он рванул со всех ног, не разбирая дороги.
Набатом звучали удары ее сердца, а дивный аромат смешивался с запахами ночного леса, растворялся в нем, манил, но зверь упрямо бежал вперед.
Старуха оказалась права, ему стало легче. Но спокойнее дышать он смог, оказавшись на другом континенте. И только крохотный кулон, обретя свое место под рубашкой, прожигал на коже дыру, доставая до сердца. Высохшая капля крови больше не будоражила тонкий нюх зверя, но служила напоминанием о том, кто он есть: волк с бракованными генами.
***
Восемнадцать лет спустя
– Это удивительно, бесповоротно, однозначно, определенно ужасная идея, па! – сквозь зубы прошипела девушка, бесстрашно глядя на родителя, выше ее на целую голову.
Мужчина стоял, созерцая рыжеволосую непослушную принцессу снисходительно и даже едва заметно улыбаясь.
– Но ты сама этого хотела, Фина, – напомнил отец, скрестив руки на груди.
– В моем доме попрошу не ругаться! – из соседней комнаты раздался недовольный окрик мамы.
Отец семейства картинно закатил глаза, а его дочь и не думала сменить гнев на милость.
– Да! Когда мне было лет пять, не больше! – парировала девчонка уже тише, едва ли не прыгая на месте от ярости и злости на любимого папочку из-за того, что он, даже не спросив мнения дочери, позаботился о ее зачислении в вуз.
– Брось, Руфина, тебе там понравится, – подмигнул папа, а рыжеволосая девчонка громко фыркнула.
– Я ненавижу комаров! Ты ведь знаешь, па! А их там ну просто тьма! – принялась канючить и ныть девушка. – Там лютые зимы! Да там даже интернета нет! И никаких телефонов! А студенты спят в чертовых шалашах!
– Руфина! – уже громче рявкнула мама.
Девочка почти шепотом, хлопнув длинными бронзовыми ресницами, добавила:
– Папочка! Ну это ведь за тысячи километров! Мы же будем редко видеться, – уговаривала она грозного родителя.
– Вот и отлично, отдохнем от тебя, – раздался громкий гогот из-за спины.
Фина тут же оскалилась и попыталась двинуть кулаком прямо в солнечное сплетение непрошенному свидетелю беседы. Но тот, гад, увернулся.
– Мелочь блохастая! – прошипела девчонка, глядя на верзилу, по ошибке считавшимся ее родным братом.
Хам и тот еще гад. Пусть и довольно сильный волк. И моська смазливая. Да и сам Ник удивительно добродушный парень. Но все равно – гад.
– Ты старше меня всего лишь на год, тетя! – хохотнул Ник.
– Салага! – усмехнулась Руфина, показала брату язык и вновь повернулась к отцу, – Пап! Ну не хочу я там учиться. Вот, правда, не хочу. И потом, у нас с Мишкой все серьезно.
– Это с тем, которого едва соплей не перешибло? – улыбающийся Пит, самый младший из детей семейства Кьелл, тоже появился в просторном холле родового особняка.
Руфина только вздохнула. Ну вот что за братья ей достались, а? И шагу не дают сделать.
Наверное, отец прав. Учиться вдали от этих оболтусов – довольно неплохая идея. А потому, почесав переносицу, послав братьям убийственные взгляды, Руфина все же отправилась собирать вещи.
Кстати, отец просил не бросать учебу, а вот об отчислении по инициативе педагогов академии «Белые Воды» речи не было.
Настроение у Руфины Кьелл вмиг улучшилось.
Что ж, поглядим, какие нервы у преподавателей. Если что, Фина не виновата. Сами напросились!
***
Еще вечером, во время телефонного разговора, Мишка вызвался ее проводить в аэропорт. Руфина совсем не планировала устраивать долгие прощания. Все равно ведь совсем скоро Фина заявится в родной городок. На все про все юная волчица предположительно отвела около месяца. Как раз хватит времени, чтобы показать свой скверный характер, натворить чего-нибудь незабываемого и вернуться домой, к бойфренду Мишке и друзьям.
Однако парень ее удивил, когда ранним утром появился на крыльце дома родителей Руфины с огромным рюкзаком и чемоданом.
– Ты представляешь, Рыжик! Отец меня тоже устроил в «Белые Воды»! Подергал за ниточки, поднял свои связи. И меня зачислили! Круто, да? – радостно заявил молодой оборотень.
Руфь так и тянуло отвесить парню подзатыльник. Нет, ну ни в какие ворота! Она ведь даже не все нужные ей вещи собрала, планировала вернуться уже к первому снегу! И что теперь делать, если она хотела бросить учебу, чтобы быть здесь, в родном городе, вместе со своим парнем?!
– Угу, круче не бывает, – натянуто прошипела Руфина и впихнула в руки оборотню свой милый, крохотный, розовый чемоданчик.
На самом деле, мерзкий цвет, по мнению девушки. И его Кьелл взяла из одной лишь вредности, чтобы кислотным оттенком аксессуара лишний раз помозолить глаза преподавателям. Хорошо, что она догадалась все самое необходимое сложить в свой любимый рюкзак поистине необъятных размеров.
– Готовы, детки? – поинтересовался папа, легко сбежав по лестнице второго этажа.
Отец собирался сопровождать дочь и, как выяснилось, Михаила до места назначения. Судя по разговору между мамой и папой, случайно подслушанному рыжеволосой вредной принцессой, Освальд Кьелл намеревался встретиться со старым другом, который то ли проживал неподалеку от академии, то ли работал там.
Признаться, Руфину такой конвой не радовал. Не хватало еще, чтобы о ней пошли слухи по всему учебному заведению. Якобы она – папенькина принцесса. Пф!
Но спорить с отцом было бесполезно. Все говорили, что упрямство Руфь унаследовала от папы – вожака Северной стаи. И еще ни разу за свои восемнадцать лет у девушки не получилось переспорить грозного волка.
– Готовы, – отчитался Михаил, а Руфина не сдержалась и подтолкнула парня в спину в направлении машины.
Иногда волчицу бесил ее парень, стремящийся угодить вожаку. Что-что, а вот подобных «прогибов» Фина не уважала.
***
Перелет до небольшого аэропорта, расположенного на плато в горах, был весьма изматывающим. Руфина устала, была невероятно раздражена занудными разговорами между ее отцом и ее парнем. А еще девушка поняла, что в академии много чего изменилось. Если верить новому буклету, который невзначай прихватил отец, учебное заведение было… крутым, да.
Но волчица не собиралась отказываться от первоначального плана. Решила покинуть ряды студентов, значит, тому и быть. Но энтузиазм Мишки ее напрягал. Было очевидно, что Михаил Ингольф загорелся идеей получить образование именно в Беловодской академии.
И вот, злая, уставшая, хмурая и рычащая, девушка послушно шла вслед за отцом.
Их уже ждал внедорожник с открытым верхом и огромными колесами. За рулем сидел ковбойского вида водитель, в шляпе с полями и сигарой в зубах. Увидев Кьелла, волк выскочил из тачки и ринулся обнимать Освальда.
Приветствие было теплым, дружеским.
– Оба твои? – кивнул головой ковбой на Руфь и Мишу, замерших в сторонке.
– Да нет, моих пацанов сложно не узнать. Два бугая, – пояснил Освальд, – А вот малышка Руфина, моя, да. А это сын Ингольфа. Уверен, ты помнишь его отца.
– Кто же не помнит зануду Ингольфа, – рассмеялся ковбой и хлопнул Мишку по плечу, – Помню, как он умничал на экзаменах.
Руфина незаметно хмыкнула в ладошку. Мда, знакомый отца, как выяснилось, веселый оборотень.
– А девочка красивая. Хорошо, что не в тебя пошла, Ос! – хохотнул ковбой, подмигнув Руфине. – Сто пудово, в Машку. Давненько ее не видел, кстати! Лет сто, не меньше.
– Уж прости, Тео, но еще столько же и не увидишь! – громко расхохотался отец и повернулся к Руфине. – Фин, знакомься, это мой давний друг Теодор Якобсон. Учились вместе.
– Здесь? Ты учился в академии?! – вдруг воскликнула рыжеволосая волчица, – Почему раньше не говорил?
– Говорил. Ты просто забыла, – подмигнул папа, а девушка уже отвлеклась на дружеские объятия ковбоя.
– Зови меня дядюшка Тео! – предложил волк. – Что ж, едем? Нужно успеть до наступления темноты, иначе пропустим все веселье.
– Да-да, – загадочно кивнул отец и помог Руфине забраться на заднее пассажирское сиденье, а сам занял место рядом с водителем.
– Круто! Здесь все такое крутое! – негромко восхищался Мишка, а Руфь отвернулась к окну.
За стеклом пробегал живописный пейзаж. Было действительно красиво. Деревья, отвесные скалы, извилистая речка – все было другим, пусть чужим, но прекрасным.
И вдруг острое волчье зрение выхватило мужскую фигуру, бегущую параллельно извилистой дороге.
Руфь замерла, пытаясь рассмотреть оборотня. Странно, что он передвигался на двух ногах. Но от каждого шага веяло силой и опасностью. А еще волк был обнажен до пояса. И двигался невероятно быстро, обгоняя внедорожник.
Руфина и сама любила скорость. Обожала бегать в облике волчицы, выть на луну, охотиться на мелких зверей. Но бегать человеком – это другое.
Широкие плечи и мускулистая спина мелькнули между деревьев. И вдруг, прыжок, еще один… И волк оказался прямо на дороге, перед автомобилем.
Дядя Тео притормозил, избегая столкновения. Волк, пригнув голову, замер. Он смотрел сквозь лобовое стекло.
Бред, конечно, но Руфине почудилось, будто смотрит он прямо на нее.
– Чертов псих! – негромко выругался Тео.
На лице незнакомца появилось хищное выражение. Казалось, еще секунду, и мужчина все же перекинется в волка. Но оборотень, оттолкнувшись, прыгнул в сторону, скрылся между деревьев и исчез.
– Лютует? – негромко произнес отец, обратившись к Тео.
– По-разному, – хмыкнул ковбой и перевел тему на каких-то давних общих знакомых еще по студенческим временам.
Руфина слушала вполуха, а в мыслях прокручивала происшедшее. Странный он, этот волк. И взгляд у него дикий и безумный. Точно, псих.
Девушка тряхнула головой, будто пыталась избавиться от ненужных мыслей. Хорошо, что Мишка вернулся к болтовне, было на что отвлечься.
***
Глава 2
Окруженная горами, академия выглядела весьма внушительно. Высокие шпили вспарывали тяжелые облака, нависшие над зданием. И казалось, что с неба вот-вот польет дождь. В воздухе витал запах непогоды, грозы, опасности. И чем ближе были массивные ворота, ограждавшие территорию академии, тем сильнее нервничала Руфина.
Необъяснимое волнение охватило девушку. Вернее, Руфь все никак не могла выбросить из головы тяжелый взгляд незнакомца. «Псих» – так назвал его дядя Тео. И волчица была согласна с ним. Было что-то пугающее в странном мужчине.
Руфина вновь попыталась отвлечься, переключила внимание на кованную ограду и ворота, которые не спешили распахиваться перед автомобилем дядюшки Тео.
Волк поторопил охранника, посигналив пару раз.
По ту сторону кованной решетки появился широкоплечий верзила. Как и Псих, он был обнажен до пояса. Да и на лице оборотня сквозило недовольство, будто мужчина не был рад гостям.
– Поздно приехали, – рыкнул волк, скрипя тяжелым засовом, – Час назад ждали новичков.
– Не ворчи, Лютик, – фыркнул Тео.
– Людвиг! Я – Людвиг! – громче рявкнул оборотень, но машину впустил, а после – запер ворота.
Руфь торопливо оглянулась. Ей казалось, что кто-то следит за ней, сверлит затылок тяжелым взглядом. Бред! Наверное, она просто устала от перелета, пересадок и болтовни Мишки.
Тео припарковал автомобиль перед крыльцом, слева от главного входа.
Легко выпрыгнув из салона, волк потянулся, поправил шляпу и подмигнул Руфине.
– Студенты начнут подтягиваться завтра. Сегодня здесь только те, кто постоянно живет в АБВ, – пояснил дядя Тео.
– АБВ? – не поняла Руфина.
– «Академия Белых Вод», – пояснил дядя Тео и продолжил улыбаться, – хорошо, что успели до темноты. Есть время перед ужином осмотреть комнаты, ну и багаж распаковать. Лютик поможет с чемоданами.
– Людвиг! – недовольно прорычал волк, бесшумно появившийся за спиной Руфины.
Девушка испуганно вздрогнула. Надо же, верзила такой, а передвигается неслышно.
– У вас все здесь вот так ходят? – на всякий случай уточнила Руфь, раздеваться до пояса девушка не собиралась. Но нужно ведь познакомиться с правила заведения, чтобы максимально их все нарушить.
– Нет, только ребята из первой линии охраны, – пояснил Тео, – это те, кто прочесывают территорию за оградой. А Лютик у нас привратник.
– Людвиг! – вновь рявкнул волк и прихватил чемоданы прибывших студентов. – Показываю кампус один раз. Потеряетесь – ваши проблемы.
– Не обращайте внимание на манеры этого амбала, – махнул рукой Тео на удаляющегося Людвига-Лютика, – Бегите, детки, располагайтесь. А мы с Осом к начальству.
– Да-да, вспомним прежние времена, – закивал отец, улыбнулся Руфине и подмигнул, – Встретимся через часок в столовой. Договорились?
– А что, есть выбор? – фыркнула Руфь и поплелась за Людвигом-Лютиком, которые не особо церемонился с ее багажом. По крайней мере, колесико на кислотно-розовом чемодане уже отвалилось. Пришлось подбирать утраченную часть и послушно идти дальше.
– Руфина! Ты только глянь! Это же круто! Здесь учились наши отцы, а теперь и мы! – с восхищением тараторил Мишка.
– Миш, ты можешь просто идти и молчать? – вздохнула Фина, злясь и на парня, и на отца, и даже на Лютика, поломавшего ее чемодан.
– Как скажешь, любимая! – заулыбался Михаил, а Руфь закатила глаза.
«Любимая»! Пф, вот же сопливый романтик, а не парень.
Ощущение чьего-то взгляда, сверлящего затылок, усилилось. И волчице даже захотелось вырваться наружу, чтобы защититься от ненужного внимания. Или умчаться подальше из этого странного и пугающего места.
Резко обернувшись, Фина увидела смазанное движение слева. Они уже отошли на приличное расстояние от главного здания, по извилистой тропинке, уходящей к одинаковым одноэтажным домикам.
Наверное, это и есть те самые «шалаши» – так решила Фина. И не ошиблась.
Людвиг привел их к одному из домов, окрашенных в светло-желтый цвет. Точно такие же, но серые, располагались через широкую тропу. И в сторону одного из них охранник кивнул, отправляя Мишку туда.
– Валите, ваше благородие, в мужской кампус, – проговорил Людвиг. – Там встретят и разместят.
– Встретимся через час, да, малышка? – уточнил с улыбкой Миша и, перехватив прохладную ладонь Фины, коротко сжал ее. А потом, удивив девушку, порывисто поцеловал в щеку.
Фина округлила глаза. Они, конечно, и встречаются, но чтобы вот так, на виду у других зануда-Мишка ни разу ее не целовал.
Колючий взгляд прожег затылок. И Руфине показалось, что она слышит волчий вой.
Нет, не показалось. Звук усиливался, а Людвиг оглянулся, вцепившись глазами в высокие деревья, растущие по внутреннему периметру участка.
– Живо в дом! – скомандовал охранник, – Располагайтесь. Приду, провожу в столовку.
Фина собиралась возмутиться, но Людвиг уже умчался. Причем в прыжке сменил облик, превратившись в крупного серого волка. Теперь понятно, почему охранники бродят по территории академии полуодетыми. Меньше мороки со шмотками.
***
Домик, в котором предстояло жить Фине, предназначался для двух студенток. Внутри помещение выглядело весьма интересно. В центре – небольшая гостиная, которая условно разделялась на две части и уводила в две спальные комнаты.
Руфина выбрала левую сторону. Судя по отсутствию вещей, соседки у нее пока нет. Если верить Людвигу, то все студенты появятся завтра. И это к лучшему, есть время осмотреться.
Руфь оттащила рюкзак и чемодан в левую часть «шалаша» и принялась разбирать вещи. Шкаф после нехитрых манипуляций оказался почти пустым. Вздохнув, Фина решила, что на первое время хватит. И потом, будет легче возвращаться домой, при условии, что ее исключат до наступления холодов. Иначе она отморозит хвост в этой глуши!
Занятая мыслями и осмотром своего нового, пусть и временного, жилища, Руфина автоматически распахнула окно в своей спальне. Девушке нравилось, когда ветер колышет занавески. А здесь – на удивление чистый воздух. Да и вид из окна, что уж скрывать, был изумительным.
При всей своей враждебности, вредности и негативном настрое, Руфина не могла отрицать очевидных вещей. Окрестности Академии поражали первобытной красотой и покоем. Казалось, что это место вросло в ландшафт. Даже шпили и башни главного корпуса не вредили, подчеркивая величие рукотворного архитектурного шедевра.
И вдруг через распахнутое окно донеслись звуки. Фина отчетливо слышала волчье рычание. Дикий хищник? Или оборотень?
Показалось, будто завязался бой. И совсем близко. Однозначно на территории академии. Метрах в двухсот от шалаша Руфины.
Фина высунулась в окно.
– Ни черта не видно! – прошипела девушка, на ходу сбрасывая обувь и одежду и стремительно направляясь к двери.
Оставшись в нижнем белье, Кьелл решительно выскочила на крыльцо. И уже там перекинулась в волчицу.
Девчонка не задумывалась над тем, что ее помощь будет лишней. Или и вовсе она помешает взрослым волкам. Ее тянуло на улицу, она и побежала.
Спустившись с крыльца одним прыжком, Руфина ощутила, как волной ее швырнуло обратно.
Заскулив, волчица тряхнула головой и вновь попыталась двинуться вперед. Казалось, будто она натыкается на невидимую преграду.
И вдруг из-за соседнего домика, медленно переставляя лапы, появился волк. В надвигающихся сумерках его глаза горели, точно два уголька. Угрожающие острые клыки мелькнули, они отчетливо виднелись даже на расстоянии.
Сердце Фины застыло в страхе.
Огромный волк, опасный, невероятно мощный. Пожалуй, он был даже больше отца. А Освальд Кьелл всегда считался самым крупным из всех известных Руфине оборотней.
Было ясно, что к Фине приближается совсем не дикий хищник, а оборотень в обличии волка. Безумные глаза выжигали в волчице дыру, а нос двигался, словно животное жадно ловило запах будущей жертвы.
Девушка попыталась подняться на лапы, но к дощатому крыльцу ее придавило силой. И только теперь Фина поняла, почему не может двинуться.
ОН держит ее.
Девчонка растерялась. Нет! Это же чистой воды бред! У нее уже есть парень! Милый и плюшевый Мишка, послушный и вполне себе адекватный. А не вот это… этот монстр! Чудовище!
Волк надвигался, не сводя взора с Фины. Девушка пыталась сопротивляться. Разорвать зрительный контакт. Скрыться в доме.
Зачем она так сглупила? Зачем перекинулась в зверя? Ведь теперь все инстинкты обострились, заглушили человеческий разум и волю. А сила самца давила на нее, зажимая в тиски.
Волк вдруг зарычал и прыгнул вперед, прямо к ней. Фина видела, как еще одна смазанная тень снесла волка в полете. Хищники сцепились, вгрызаясь друг другу в глотки.
Затаив дыхание, Руфина не сводила взора с двух равных по силе противников. И в одном из них девушка узнала отца.
Оборот произошел сам собой, и вот Фина стояла на крыльце уже в облике человека.
– Папа! – выкрикнула она.
Тот, второй волк застыл, повернув массивную морду на звук девичьего голоса. Руфина знала, что длинные рыжие пряди плотно опутали ее тело, закрывая от жадных, одичавших, безумных глаз. Ей нужно бы убежать от него, но ноги сделались ватными.
Руфина точно под гипнозом смотрела в желтые глаза хищника, в которых плескался огонь, сродни адскому пеклу. Пламя бушевало, выжигая все ее мысли.
Отец резко перекинулся и уже держал противника своими ручищами, обхватив за огромную шею.
Руфина не слышала, но видела, как шевелятся губы отца. Он говорил с волком? Слов не разобрать! Но, кажется, они проникали в сознание незнакомца.
Облизнув острые клыки, волк негромко заскулил. И отец тут же разжал руки, освобождая проигравшего соперника.
Проиграл ли?
Почему-то Руфина не сомневалась, что волк поддался ее отцу. Подчинился.
Фина нырнула в домик за одеждой. Торопливо натянув свитер и впрыгнув в джинсы, девушка вернулась на крыльцо.
Волка уже не было.
Освальд Кьелл о чем-то негромко переговаривался с Людвигом и Тео, надевая протянутую другом одежду. И стоило Фине приблизиться, как папа замолчал и ободряюще улыбнулся.
– Ну, что, малышка, проголодалась? Здесь на ужин подают вкуснейшее жаркое, которое я когда-либо ел, – легко и весело проговорил отец, а Фина прищурилась.
– Па! Ты только что дрался с волком! Какой может быть ужин??? – воскликнула девушка.
Отец, улыбаясь, подхватил волчицу под локоток и отвел обратно к крыльцу.
– Значит, так, дочь, – негромко, но весьма серьезно проговорил папа, – пока ты не обживешься здесь, никаких оборотов. Ясно? Ходишь, учишься, общаешься со студентами только в облике человека. Это важно. Пообещай!
– Пап, это ведь бред! Как я без волчицы, а? – насупилась Фина, но во взоре отца не было и капли смеха, скорее волнение, беспокойство за нее, а потому девушка сдалась. – Хорошо, па.
Руфина вздохнула, а отец вновь заулыбался. Только взгляд девушки замер на длинной и довольно глубокой царапине, оставшейся на шее отца после драки с неизвестным оборотнем.
Пару сантиметров и папа был бы серьезно ранен. Кровь лилась бы рекой. Выходит, тот волк действительно поддался отцу?
– Кто это был? – негромко все же спросила Руфина.
– Где? – отец сделал вид, что не понял.
– Па! – вспыхнула девушка, а щеки от негодования сравнялись с цветом ее бронзовых волос.
– Не бери в голову. Людвиг, Тео и парни за тобой присмотрят, – подмигнул папа и «тонко» намекнул на отсутствие некоторых деталей в гардеробе дочки, – тапки не забудь. Не хватало мне еще слушать от матери твоей, как тебя тут заморозили и наградили насморком.
Руфина наклонив голову, вздохнула. Пальцы успели замерзнуть на холодных камнях тропинки. Пришлось возвращаться в дом за обувью. На самом деле, отец был прав. Руфина – неправильная волчица. Вся ее родня могла смело щеголять босиком по снегу, а Фина всегда мерзла. Даже волком не могла долго находится в заснеженном лесу. И возвращаясь с охоты, долго отогревалась, а, бывало, и чихала часами напролет.
По возвращении Тео и Людвига девушка не застала, а вот отец ждал ее, задумчиво вертел в руке небольшой листочек, сорванный с ближайшего дерева.
Встретив взгляд дочери, Освальд прищурился.
– Пообещай мне, Фина кое-что, – негромко потребовал отец, а Фина согласно кивнула, – никогда не поддавайся чужой воле. Делай то, что велит твое сердце, девочка. Хорошо? Даже если будет трудно. Поняла?
Руфина закивала. Уж упрямства ей не занимать, это факт. И никто не сможет заставить ее что-либо сделать насильно.
Волчий вой донесся до ушей Фины. Протяжный, тоскливый, полный отчаяния и боли.
Сердце екнуло в груди, и девушка обернулась. Понимала, что тот волк уже далеко. Просто ветер донес его вой через расстояние. И стало зябко от мысли, что ему больно.
Прав отец, нельзя пока перекидываться в волчицу. Нельзя привлекать к себе внимание самца. Так, человеком, намного безопаснее.
***
Глава 3
Он заставлял свое тело двигаться. Переставлял непослушные лапы, утопал в опавшей листве и сырой земле. Не разбирая дороги, просто бежал вперед, понимая, что только так он сможет уберечь ее от опасного и безумного зверя.
От самого себя.
Луна уже была высоко над головой, пряталась в облаках. В груди клокотало рычание и вой. Он не стал сдерживать рвущихся звуков. Прикрыл глаза и отпустил свою душу в полет. Казалось, что его швыряли порывы ветра. Волчий вой разлетался по лесу, звенел, ударяясь о скалы.