Подмоченная репутация

Глава 1

– Очень рад тебя видеть, мой дорогой! Спасибо, что сразу пришел. Я знаю, ты очень занятой человек. – Бородатый гигант медвежьей хваткой сжал руку Нэша.

Нэш Тейлор-Грант коротко и приветливо улыбнулся в ответ:

– Никаких проблем. Лучше скажи, зачем ты меня позвал.

– Сначала попрошу мою секретаршу принести нам кофе.

– Спасибо, но я воздержусь, если не возражаешь. – Нэш нахмурился, снимая с себя дорогое пальто, а затем уселся в мягкое кожаное кресло, стоявшее возле полированного стола. – Ограничиваю потребление кофеина, – лаконично пояснил он.

Нэш познакомился с Оливером Бомарше не так давно, но за сравнительно короткое время понял, что этот богатый и успешный ресторатор может быть и хорошим другом. Нэш не только постоянно обедал в одном из двух лондонских ресторанов Оливера, но и рекомендовал их своим знакомым. И теперь, когда Оливер попросил его помочь ему, Нэш без тени сомнения заверил его в том, что он конечно же поможет, хотя и удивился такой просьбе, – ведь Оливер Бомарше был гораздо опытнее в своей области, чем Нэш.

Бизнес Нэша Тейлор-Гранта не случайно назывался «Минимизация ущерба». Нэш занимался тем, что оберегал репутацию известных клиентов от посягательств прессы, и сделал на этом целое состояние. Оливер Бомарше был уважаемым и известным человеком в сфере высококлассного ресторанного бизнеса и, насколько знал Нэш, не вовлекался ни в один скандал, способный подмочить его репутацию.

– Дело вот в чем. – Оливер водрузил свое большое внушительное тело на стул с гнутой спинкой и тяжело вздохнул. – Некто, о ком я очень забочусь, попал в ужасную ситуацию и нуждается в помощи. К сожалению, я ее оказать не могу и поэтому вынужден обратиться к тебе.

Нахмурив слегка выгоревшие брови и скрестив руки на груди, Нэш нагнулся вперед и внимательно взглянул на своего собеседника:

– Звучит весьма загадочно. Ты знаешь характер моей деятельности… Так чем я могу помочь?

– Девушка, о которой я говорю, – моя племянница… Единственная дочь моей сестры Иветты. Я забочусь о ней с самого детства. Ей было шесть лет, когда умер ее отец, и я в какой-то мере заменил его девочке.

– Но мне по-прежнему ничего не ясно, мой друг. – Теперь настала очередь Нэша тяжело вздохнуть.

При всем уважении к другу и желании помочь ему Нэшу надо было спешить – он обещал вернуться в офис в семь часов, а после этого у него назначен ужин с одним очень важным клиентом. Откинувшись на спинку кресла, он в нетерпении запустил руку в свои непослушные темно-русые волнистые волосы.

– А если я представлю ее тебе? Тогда, без сомнения, все станет ясно. – Тяжело поднявшись со стула, Оливер подошел к двери и рывком открыл ее. – Все в порядке, дорогая… теперь можешь войти, – тепло произнес он.

Брови Нэша еще больше сдвинулись. Он не знал, чего ожидать, пока в комнату не вошла черноглазая стройная брюнетка. И мгновенно кровь его наполнилась адреналином, будто он скатился с «американских горок» на рыночной площади.

Хотя лицо девушки было едва тронуто макияжем и она была одета в простой темно-серый, ничем не примечательный костюм, он мгновенно узнал ее. Фрея Карпентер – актриса, блиставшая на экране два года назад! Именно тогда и стали распространяться слухи о том, что она разводится с мужем и злоупотребляет алкоголем и даже, возможно, наркотиками. Нэш однажды встречался с ней на вечеринке, где собрались известные актеры, и, хотя Фрея выглядела тогда вполне трезвой, он удивился тому, насколько сильно выделялась она среди моря известных лиц, словно это мероприятие было для нее тяжелым испытанием и ей очень хотелось уйти отсюда. Нет, тогда она совсем не пила… Зато пил ее муж – так много, что скоро стал совершенно невыносим. Нэш тогда удивлялся тому, как такая талантливая и красивая девушка могла связаться с полным ничтожеством. Но если слухи о том, что Фрея и сама злоупотребляет спиртным, были верными, чего же требовать от такой женщины при выборе мужа?..

Нэш приподнялся со стула и протянул гостье руку для приветствия. Он сразу же понял, зачем ей нужна его помощь. Два года назад репутация Фреи Карпентер была подорвана обвинением в злоупотреблении наркотиками и алкоголем. Тогда же Фрея прошла через ужасный развод, подробности которого описывались во всех средствах массовой информации. Это стало для нее настоящей пыткой. В результате Фрее отказались дать роль в одном многообещающем фильме: продюсеры решили, что ей нельзя доверять. Бывший муж, оставивший ее ради забеременевшей от него девятнадцатилетней топ-модели, громогласно рассказывал всем о том, что она алкоголичка и наркоманка. Затем, где-то около года назад, поползли слухи о том, что актриса погибла в автокатастрофе.

Вспоминая замкнутое лицо Фреи Карпентер на той вечеринке, когда ее муж шокировал всех своими пьяными выходками, Нэш пришел к заключению, что за этой историей кроется нечто, о чем широкая публика даже не догадывается. Молодая женщина, стоявшая перед ним, возможно, и потерпела крах в личной жизни, но все еще оставалась актрисой, сыгравшей несколько звездных ролей. Она даже пару раз блистала на сцене серьезного лондонского театра, заслужив похвалу критиков, поэтому ее вряд ли можно было назвать безмозглой красоткой. И уж совсем непонятно, зачем она связалась с таким подонком, как Джеймс Фрезер. Неделю назад пополз слух о психическом нездоровье актрисы, и теперь у нее на пороге с утра до ночи толпились журналисты. Люди шептались о том, что Фрея Карпентер окончательно потеряла форму и уже вряд ли появится на сцене или на экране.

Да. Теперь Нэшу стало ясно, почему знаменитой племяннице Оливера Бомарше срочно потребовалась помощь такого, как он.

– Фрея, познакомься, это Нэш Тейлор-Грант, – представил его Оливер.

Молодая женщина устало протянула ему свою прохладную ладонь, и Нэш увидел, что она вздрогнула, когда он пожал ей руку, словно контакт с другим человеческим существом был подобен для нее укусу пираньи. Ощутив смутную тревогу, он все-таки изобразил на лице улыбку.

– Мы встречались прежде, мисс Карпентер… давно, на вечеринке. Не думаю, что вы запомнили меня…

– Ваше лицо показалось мне знакомым… хотя, признаться, я не помню ту вечеринку.

Быстро отдернув руку, она отвела глаза и опустилась на стул рядом со своим дядей. Движения ее были легкими, даже грациозными. Мужчины расселись по своим местам, и Оливер Бомарше серьезно взглянул на Нэша.

– Ты, наверное, уже понял, почему мы нуждаемся в твоей помощи. Я никогда прежде не говорил тебе о своей родственной связи с Фреей, потому что в первую очередь заботился о неприкосновенности ее личной жизни, – сказал он, с улыбкой взглянув на замкнутую, неразговорчивую племянницу. – Но теперь Фрея вновь желает заняться своей карьерой после того тяжелого испытания, через которое она прошла. Вот только она не может продвинуться вперед, ведь ее бывший муж вредит ей на каждом шагу. Посмотри, что происходит сейчас, например! Ей приходится сидеть дома взаперти, как в тюрьме, ведь в прессе появились сообщения о том, что она сошла с ума, и я не сомневаюсь ни минуты – грязные слухи были распущены этим никчемным, презренным…

– Мистер Тейлор-Грант, пожалуйста, не думайте, что я обвиняю своего бывшего мужа во всех своих неудачах, – тихо вмешалась Фрея, и ее завораживающий, слегка глуховатый голос произвел на Нэша такое воздействие, что волосы зашевелились у него на затылке. – Я полностью отвечаю за то, что со мной произошло. Но дядя считает, моя репутация нуждается в поддержке. Если же вы спросите мое мнение, то, думаю, мне лучше скрыться на время где-нибудь, пока все не забудут об этой истории. – Ироническая улыбка тронула печальные губы, которые в то же время выглядели невероятно сексуальными.

С минуту Нэш смотрел на них, словно загипнотизированный, затем прокашлялся.

– Полагаю, люди, которые читают газеты или смотрят новости по телевизору, не будут отрицать, что ваша репутация действительно… несколько подорвана, мисс Карпентер. Тем не менее… я уверен, многие сочувствуют вам.

Тень страдания мелькнула на ее поразительно красивом лице. Хрупкие плечи напряглись под простеньким жакетом, и карие глаза возмущенно взглянули на Нэша.

– Я не нуждаюсь ни в чьем сочувствии, мистер Тейлор-Грант! И с психикой у меня все в порядке! Да, я злюсь, но, согласитесь, у меня есть право злиться! Послушайте… все, что я хочу, – это снова жить своей собственной жизнью, безо всякого вмешательства в нее посторонних. Можете представить себе, каково это – быть преследуемой стаей охочих до сенсаций и жареных фактов журналистов и фоторепортеров? Если у меня и случился срыв, кто может обвинить меня в этом?

– Никто вас в этом не обвиняет! – возразил Нэш.

– С другой стороны, почему люди должны испытывать симпатию к женщине, которая, как они считали, имела все, а затем потеряла, потому что позволила рухнуть своей личной жизни? Может, они считают, что я заслужила это?

– Я не соглашусь с тем, что автомобильная катастрофа и клевета со стороны того, кто когда-то любил вас, – это то, что вы, так сказать, «заслужили»…

Слова его, как сабля, словно разрубили ее пополам, и Фрея долго не могла прийти в себя от боли. Тейлор-Грант ошибался – Джеймс никогда не любил ее! Да, он говорил ей страстные слова, твердил о том, что безумно любит ее, – и она тогда поверила ему! Но вскоре Фрея обнаружила, что ложь и обман очень легко даются Джеймсу, особенно когда служат удовлетворению его грязных амбиций. И все же в глубине души Фрея не могла не признать, что слишком легко поверила ему.

– Фрея? – Добрые глаза дяди с тревогой взглянули на нее.

Он так заботился о ней, и она не хотела, чтобы ее проблемы причиняли ему сердечную боль.

– Со мной все в порядке, правда… Но…

Взглянув на Нэша, она ощутила на себе пристальный взгляд его голубых глаз – и эти глаза, казалось, проникали в глубину ее души.

Может, он хочет извлечь из произошедшего с ней какую-то выгоду? Актерское ремесло научило Фрею осторожности: в одну минуту можно было подняться на небеса, а затем рухнуть на землю, утыканную раскаленными гвоздями. Дядя иногда так доверчив… Давно ли он знает этого гуру по связям с общественностью? – гадала она. Но она точно видела этого Нэша раньше…

И вдруг Фрея вспомнила их встречу. Вспомнила она и то, какое впечатление он произвел на нее. Он был тогда небрежно элегантен, необыкновенно красив и обладал завораживающей сексуальной аурой. Фрея вспомнила и красотку, которая сопровождала его. На ней было такое узкое и обтягивающее платье, что Фрея не понимала, как можно в нем дышать, не то что двигаться. Красотка весь вечер не отходила от своего кавалера, с обожанием глядела на него, словно в зале больше никого не было. Фрее больно было смотреть на столь откровенное проявление чувств, ведь ее собственный супруг, которого ни в коей мере нельзя было назвать «обворожительным», выставлял на посмешище и себя, и ее.

Сейчас, глядя на Нэша, сидевшего напротив нее, она подумала о том, как легко было бы поддаться его обаянию и рассказать ему все… Раскрыть постыдные подробности неудачного брака, признаться в ошибках, которые она совершила.

– Мне кажется, это напрасная трата времени, – продолжила Фрея. – Я не тороплюсь снова становиться центром всеобщего внимания, мистер Тейлор-Грант. Не утверждаю, что больше не хочу работать в кинематографе, но теперь я уж точно не намерена терпеть подобное бесстыдное вторжение в мою жизнь!

– Смею заметить, мисс Карпентер, вы и далее будете вынуждены делать это.

– Не понимаю, о чем вы говорите?

– Ну… – Нэш закинул ногу на ногу. На нем были безупречные темно-синие брюки от Армани. – Пока пресса и публика судачат о вас, пока ваш бывший муж подкармливает их ложными слухами, полагаю, вам не удастся это игнорировать. Вы когда-нибудь делали публичные заявления о том, что сообщения вашего бывшего мужа – ложь? – спросил он. – Насколько мне известно, вы не опровергали слухи о том, будто сошли с ума… и некоторые другие.

Лицо ее вспыхнуло, когда она поймала на себе его взгляд – еще более пристальный, чем прежде.

– Вы имеете в виду недавний оскорбительный намек насчет моей сексуальности? Думаете, кто-нибудь поверил в этот вульгарный бред?

Нэш промолчал. И хотя щеки Фреи слегка порозовели, он решил, что причина тому скорее гнев, чем смущение. «Молодец! – подумал он. – Если эта женщина все еще находит в себе силы бороться после того, что сделал ее муж, значит, она добьется успеха».

Хотя, честно говоря, Нэш все еще не мог понять, почему она позволила такому ничтожеству, как Фрезер, распоряжаться своей жизнью и своей карьерой. Как люди заблуждаются, когда дело касается личных отношений… Они более тщательно выбирают себе машину или дом, чем спутника жизни!

Решив оставить эти мысли при себе, Нэш приступил к делу. Он не сомневался в том, что в его силах восстановить репутацию Фреи. Он уже помог многим людям. Но он возьмется за дело лишь при одном условии: отныне она должна вести себя безупречно.

– Ну, я уверен, вам не надо объяснять: пресса может легко манипулировать людьми, заставляя их поверить во что угодно. – Нэш слегка пожал широкими плечами, обтянутыми прекрасно сшитым пиджаком. – Я считаю, прежде всего вы должны положить конец этому «вульгарному бреду», как вы точно выразились. Для этого вам надо спокойно, но твердо опровергнуть каждое слово, сказанное вашим бывшим супругом.

– Нэш прав, Фрея. – Оливер своей большой ладонью сжал ее хрупкую руку. – Джеймсу сошли с рук грязные делишки, но это не может так продолжаться! Если ты не думаешь о себе, подумай о своей бедной матери, Фрея! Что ей пришлось пережить! – Черные глаза Оливера гневно сверкнули, когда он взглянул на Нэша. – У моей сестры произошел нервный срыв из-за того, что случилось, – пояснил он. – Она невинно пострадала! И где справедливость? У Джеймса Фрезера нет совести, нет никаких моральных принципов! Он нисколько не раскаивается из-за того, что причинил такой вред нашей семье, и продолжает творить все, что хочет! Даже пресса на его стороне! Он очернил репутацию Фреи, опустошил ее счета, постоянно лгал в суде. Один известный журналист с готовностью обеспечил Фрезера безжалостным адвокатом из Америки, желающим сделать себе имя на этом разводе. И даже после этого Фрезер не остановился, а продолжает ей вредить!

Комната, казалось, слегка покачнулась, хотя Фрея чувствовала себя хорошо. Но когда она услышала об этих ужасных, почти невероятных событиях из уст своего дяди, ей захотелось спрятаться где-нибудь на необитаемом острове и оставаться там, пока ее все не забудут, до конца своей жизни… «И почему я была так слепа, почему сразу не разглядела истинную сущность Джеймса? – вновь задала она себе мучительный вопрос. – Почему так легко поверила его лжи?» И снова ей пришлось признаться самой себе, что в ее падении был виноват не только бывший муж. Некоторая часть вины лежит и на ней. Если бы она сама не убедила себя в том, что чувства Джеймса были искренними… Но она так отчаянно хотела любви!..

– Итак… – Откашлявшись, Нэш ослабил узел своего шелкового галстука и быстро взглянул на часы. – Полагаю, мой друг, лишь твоя племянница может решить, что ей следует делать дальше. Если вы хотите, чтобы я помог вам, мисс Карпентер, я вам помогу. Но с одним условием: вы должны согласиться повиноваться мне, и беспрекословно! – Взглянув на Фрею, он увидел тоску в ее темно-карих глазах, и теплая волна сочувствия накрыла его. «У нее нет выбора. Ей придется пройти через ад, – подумал он. – Хотя, судя по ее виду, она и сейчас в аду…» – Мисс Карпентер?..

– Это заявление для прессы, которое вы предлагаете мне сделать… Вы поможете мне написать его?

В ее темных глазах мелькнула нерешительность, и Нэш выпрямился в кресле. Он почувствовал удовлетворение, что эта женщина готова положиться на него.

– Конечно. Если вы решили воспользоваться моими услугами, мисс Карпентер, обещаю вам – я сделаю все, что в моих силах.

– Тогда я согласна. – Подняв руку, она убрала шелковистые локоны, упавшие ей на лоб, и вид у нее был такой же серьезный, как и в тот вечер, когда Нэш впервые увидел ее. Кажется, она собиралась с силами мужественно встретить то, что ожидало ее впереди, и, трепеща, готовилась снова отдать свою жизнь на растерзание журналистам.

Оливер перегнулся через стол и пожал руку Нэшу:

– Спасибо тебе, мой друг. Я знаю тебя не так давно, но верю – ты человек благородный и честный. Фрее необходима поддержка такого человека. Эта ситуация убивает ее.

– Что вы говорите, дядя Оливер! Вы знаете, это не так! – Вскочив, Фрея взглянула сначала на Оливера, затем на Нэша. – Мистер Тейлор-Грант, мне хотелось бы прояснить с самого начала – в моей жизни за последние два года произошло несколько тяжелых событий, одно из них, самое незначительное, – пара сломанных костей в автомобильной аварии, но я не нахожусь в таких обстоятельствах, которые «убивают меня». А если бы и находилась… Я не нуждаюсь в поддержке, как выражается дядя. Я гораздо сильнее, чем выгляжу, и если я смогла выжить, пройдя через все это и не лишившись рассудка, то смогу жить и дальше без всякой посторонней помощи!

– Ну, я, как и ваш дядя, надеюсь, что вам больше не придется пережить нечто подобное, мисс Карпентер. Когда вы сделаете заявление прессе, мы быстро поможем вам восстановить ваше доброе имя и снова заняться карьерой.

Мужчина, сидевший перед ней, так уверенно произнес эти слова, что впервые за много лет что-то дрогнуло внутри нее: сердце стало таять, освобождаясь от корки льда, и в душе вспыхнула искра надежды.

Когда дядя предложил ей встретиться со своим другом, известным специалистом по связям с общественностью, она решила, что это ничему не поможет. Но теперь, лично встретившись с Нэшем Тейлор-Грантом, она почувствовала в нем силу и надежность, в которых так нуждается всякий, кто попал в беду…

Откинувшись на спинку кресла, она разгладила свою юбку. Ей хотелось уцепиться за краешек той надежды, которая уже мелькнула перед ней. Снова взглянув на сильное и красивое лицо Нэша, она встретила взгляд его голубых глаз, в которых сверкнуло такое пламя, что Фрея с изумлением ощутила всплеск желания, подобного которому до сих пор не испытывала.

– Если вы действительно можете все это сделать… – слегка пожав плечами, произнесла Фрея, вдруг испугавшись, что он понял, какое воздействие оказал на нее его пристальный и жгучий взгляд. – То я буду вам очень признательна, мистер Тейлор-Грант.

– Зовите меня просто Нэш. Если мы собираемся вместе работать, условности нам будут просто мешать. Согласны?

Глава 2

Отменив все встречи, запланированные на вечер, Нэш вернулся домой, чтобы сосредоточенно поработать в тишине. Необходимо изменить общественное мнение в пользу Фреи Карпентер, а для этого надо действовать быстро. Откровенно говоря, ее слишком говорливый бывший муж долго имел преимущество. Настала пора восстановить равновесие. Просмотрев несколько фильмов с участием Фреи, Нэш пришел к выводу, что она – блестящая актриса, и было бы несправедливо лишить публику удовольствия видеть ее.

Ее дядя был его другом, и Нэш очень хотел ей помочь. Кстати, узнав о том, что Фрея – племянница Оливера Бомарше, он испытал шок. Оливер за все время их знакомства ни разу не упоминал о том, что у него есть знаменитая племянница.

Прикусив кончик шариковой ручки, Нэш нагнулся вперед, внимательно вглядевшись в цветное фото, лежавшее на его столе. Эти темные с поволокой глаза будто околдовывали его. Любой мужчина мог забыть обо всем, когда заглядывал в них слишком глубоко… Экзотический разрез этих глаз делал их незабываемыми. И когда они появлялись на большом экране, разве кто-то мог устоять против них? На фотографии, лежавшей перед ним, Фрея улыбалась, но во всем ее облике ощущались ранимость и чувствительность, которые мог не заметить только слепой. Есть лица и люди, которые ничем не запоминаются, но Фрея точно к ним не относилась. Женщина, в которой сквозила такая изысканная чувственность, создана, чтобы кружить голову. Надо же было случиться, чтобы ей так не повезло в личной жизни.

С явной неохотой отложив в сторону фотографию, Нэш стал читать об истории ее скандального развода, а также последние статьи в гламурных журналах, в которых обсуждалась ее личная жизнь, и читал их более внимательно, чем ученый, знакомящийся с результатами самого скрупулезного исследования…

В комнате было холодно, на улице шел мелкий дождь, но Фрею не волновало ни то ни другое. И почему это должно ее волновать, когда небо и так уже обрушилось на нее? Наступил вечер, снаружи потемнело, но Фрея, забившись в угол когда-то роскошного дивана, не могла встать, чтобы включить свет. У нее не было сил. Поджав ноги под длинную широкую юбку, которую носила с мешковатым свитером, она обхватила колени холодными руками. Ей бы хотелось сжаться в комок, накрыться одеялом с головой, но Фрея была слишком утомлена даже для этого. В руках у нее был любимый роман – тайное средство, которое она использовала, когда наступали тяжелые времена, – но строчки расплывались перед глазами. Мысли ее были заняты совсем другим.

А что, если она сделала большую ошибку, согласившись сделать заявление для прессы, как предложил ей Нэш? А что, если это привлечет к ней еще больше нежелательного внимания? Даже сейчас вокруг дома рыскали два-три фоторепортера, надеясь увидеть ее.

Вернувшись к мысли о том, что ей необходимо сделать публичное заявление, Фрея громко застонала. А если ее слова неправильно истолкуют? Или она начнет путаться, и тогда все решат, что она действительно не в себе, как и утверждал Джеймс?..

Наверное, она – та яркая звезда, что блеснула, но очень быстро погасла, перейдя в разряд «бывших». Уткнувшись подбородком в колени, Фрея крепко зажмурилась и пожелала, чтобы окружающий мир исчез. Но, как бы она этого ни желала, мир не мог исчезнуть. Он по-прежнему окружал ее, пусть и лишенный красок, когда она снова открыла глаза.

Дядя искренне хотел ей помочь. Она знала это. Он верил в нее даже тогда, когда никто не верил. Он хотел, чтобы она снова снималась и не зарывала в землю талант, которым наградил ее Бог. Но, несмотря на свое вчерашнее смелое заявление о том, что она не сломлена и не нуждается ни в чьей помощи, сегодня Фрея совершенно упала духом. Ее терзал страх и жалость к себе. Она хотела только одного: спрятаться от всех.

Раздался звонок в дверь, эхом разнесшийся по тихому дому, и Фрея, подняв голову, в панике откинула волосы с побледневшего лица. Спустив ноги с дивана, она внезапно пошатнулась. Холод, проникший в комнату, и ужас, сковавший сердце, заставили дрожать все ее тело. В последнее время к ней могли прийти только дядя и мать: у Фреи больше не было ни агента, ни менеджера, а большинство «друзей» куда-то исчезли после того, как бывший муж публично опозорил ее. Но дядя и мать всегда звонили ей, предупреждая о своем приходе. Ужаснувшись при мысли о том, что это может быть очередной продажный репортер, надеющийся застать ее врасплох, – а подобное случалось слишком часто, – Фрея осторожно прошла по покрытому ковровой дорожкой коридору, тихо ступая босыми ногами, и прищурилась, вглядываясь в высокую широкоплечую фигуру, маячившую за темной стеклянной дверью.

На секунду она замерла, охваченная страхом.

Когда, наконец, Фрея смогла пошевелиться, она поспешила обратно в гостиную, осторожно подошла к окну, приподняла жалюзи и взглянула вниз. При виде мужчины, стоящего на широких ступеньках, с мокрыми от дождя волосами, в дорогом черном кашемировом пальто, ее сердце подскочило куда-то к горлу.

«Нэш! Вероятно, дядя достаточно доверял ему, чтобы дать мой адрес, – подумала она, – но почему он предварительно не позвонил мне?» Оттолкнув от себя жалюзи, словно они вдруг превратились во что-то неприятное, Фрея нервно разгладила помятую юбку. Пытаясь справиться с ужасом, охватившим ее при мысли о том, что ей снова придется с кем-то разговаривать, она сделала глубокий вздох. Боже! Неужели ей суждено прятаться от мира в своем доме всю оставшуюся жизнь? Но ведь дом – это убежище, а не тюрьма!

Губы ее пересохли, во рту возникло ощущение, что туда набилась пыль. Запустив пальцы в свои вьющиеся черные волосы, Фрея приняла решение. У нее нет выбора, она должна с ним поговорить. Вчера она согласилась сделать заявление для прессы, поэтому не может сказать ему сейчас, что передумала. Если она попросит его уйти, он подумает, что она – ненадежный человек и ей нельзя доверять.

Неохотно открыв дверь, Фрея поправила мешковатый бежевый свитер, скрывавший ее фигуру, и встретила пристальный взгляд голубых глаз.

– Вы не предупредили меня о вашем приходе, – укоризненно произнесла она. И хотя эти слова формально свидетельствовали о том, что она владеет ситуацией, мужество покинуло ее, когда она взглянула на своего гостя.