Если бы не было войны. Сборник рассказов и стихов

Историю нельзя менять, ее надо сохранять

Позади школа и ЕГЭ. В Университете мне понравилось больше. Это были самые насыщенные и интересные студенческие годы учебы, которые пронеслись незаметно. Впереди, меня ждут выпускные экзамены и защита дипломной работы. А дальше, трудоустройство.

Я пока не могу представить, где могу работать после университета. Но точно знаю, что хочу плотно заниматься наукой, историей. На сегодняшний день, несколько предложений уже есть. Все они по-своему интересные. Параллельно, я являюсь координатором руководителя поискового отряда «Вымпел». Мы занимаемся поиском захоронений периода Великой Отечественной Войны, работы в архивах и установлением имен погибших, розыском родных, восстановлением могил и памятников, установлением истины и сохранением истории.

Эх, переживания за предстоящие экзамены переношу с трудом. На протяжении всей учебы в школе, получал положительные оценки. А предмет истории, для меня самый важный. Даже участвовал в нескольких исторических олимпиадах. Но всегда имел свое личное мнение на все исторические события. Подвергал сомнению исторические факты, искал информацию в архивах, анализировал и сопоставлял. И этим самым, выводил из себя школьного учителя-историка Василия Ивановича. А тут университет. Все по-другому, серьезнее, фундаментальнее. Преподаватели все именитые, с учеными степенями. Многие участвовали в разработке и написании учебников по истории и другим не менее важным дисциплинам. С нашими преподавателями, мы съездили в несколько археологических экспедиций. И эти годы, для меня стали самыми интересными и продуктивными, по части получения новых знаний и опыта.

Одно было невозможно – я не мог спорить с преподавателями из университета и впитывал каждое их слово. Школьный учитель, совсем другое и я буду его помнить долго. В конечном итоге, старый учитель, признал во мне знатока истории. Но это счастливое время, наступило после успешной сдачи выпускных экзаменов. А до экзаменов, Василий Иванович, старался меня дезориентировать. Он придумывал различные ухищрения, каверзные вопросы и ситуации. Я стойко переносил все его провокации. Мои одноклассники, не поддерживали меня и считали зазнайкой, выскочкой и даже «ботаником».

Обидно было, не скрываю. Но кто делает историю? – спросите вы. А историю делают энтузиасты, так сказать «ботаны», которые шаг за шагом, изучают свой предмет. Мне не стыдно, что я знаю историю своей страны, не хуже, чем мой учитель. Возможно, учитель, где-то знает не все. Это мое личное мнение. Но он хотя бы не говорил,

– Я знаю свой предмет чуть хуже, чем Бог. А вы (ученики) знаете мой предмет не выше, чем «хорошо» – хвастался Геннадий Владимирович, наш учитель по химии.

А пока, приближался мой выпускной экзамен по истории и защита дипломной работы. Я планировал стать специалистом в этой области. Мне нравилось копаться в старых книгах, архивах библиотеки. Всегда старался докопаться до истины. С этими самыми мыслями, я ложился спать. И долго не мог заснуть, так как повторял исторические даты мировых событий.

Сегодня с грустью осознаю, что историю Великой Отечественной Войны, пытаются переписать по-иному. Но я постараюсь, приложу все усилия, чтобы этого не произошло. Трагедия войны и ее жертв должна стать стойкой памятью для молодого поколения. Ни кто, не вправе менять историю, в свою пользу. Каждый должен, осознавать свою роль в сохранении памяти о Великой Отечественной Войне.

Меня ужасало кошмарное количество жертв этой войны. Зачем столько убийств, геноцида, материальных и душевных потерь? Как этого можно было избежать? Я часто перечитывал военные хроники тех лет. Копался в архивах, перед каждой курсовой работой и дипломом. Главное не забыть и помнить подвиг советского народа и других государств, боровшихся против фашизма. Ни кто не забыт, ни что не забыто. А ведь ход истории Великой Отечественной Войны, мог пойти другим путем…

Все началось не так

Вот, наконец, наступил день сдачи экзамена по истории. Я сильно переволновался, но сдал экзамен на «отлично». Впереди защита дипломной работы по этому предмету. Поэтому, после экзамена, встретился с другом, и мы решили, немного расслабиться в баре. Слава богу, что защита дипломной работы будет через день.

Когда я открыл глаза, что-то меня насторожило. Мне показалось, что мое состояние и внешний антураж, вводят меня в состояние диссонанса. Тогда, я их закрыл и попытался пошевелиться. Руки и ноги двигались, голова, что-то думала. Но, перед моими глазами, представилась странная картина, когда я открыл их снова,

– Вроде, я находился не в своей комнате? – продолжал мысленно рассуждать,

– Итак, вчера я пил пиво с другом и не помню конец дня, когда лег спать? – в очередной раз попытался проанализировал события минувшего дня.

– И что же меня смутило? – сам себе задал вопрос и попытался ответить себе же,

– Комната ведь не моя, – с испугом удивился я, но сразу, же поступил ответ,

– Хватит притворяться, это твоя комната, – издевалось мое Я.

Все мысли перемешивались, в голове какой-то винегрет. Сразу выделилась одна мысль,

– Сегодня я в очередной раз встречаюсь с приятелем.

– Вставай, тебя уже ждут, – опять зазвучал голос внутри,

– Сегодня важная встреча с другом. Для него особенный день. Ты не имеешь права опоздать на встречу, – голос в голове стих, наступила тишина. Я все же встал с кровати и понял,

– Ты дома, – чужой голос в голове почему-то меня убедил. Но тело, глаза, уши не хотели этого осознавать. И только, когда в дверь комнаты постучали, я ответил,

– Да, да, сейчас я открою.

Из-за двери, показалась красивое лицо блондинки. Она улыбнулась и спросила,

– Милый, собирайся быстрее, тебе надо идти, – молодая женщина скрылась за дверью, в темноте коридора,

– Какая красивая жена у меня, – сделал комплимент сам себе и встал с кровати. Мой взгляд остановился на мужчине, который смотрел на меня из зеркала. Это был тип с карими глазами, брюнет. На вид, ему около тридцати пяти лет. Щетина на лице трехдневной давности. Вид, ужасный. Себя я не узнавал. Когда, я начал двигаться, объект в зеркале повторил все мои движения. Я остановился и опять повернул голову к зеркалу,

– По-видимому, это мое отражение, – подумал я. Почему-то такая мысль привела меня в неописуемый ужас. К тому же сильно болела голова. Я присел, естественно мужчина по другую сторону отражения тоже присел напротив меня.

– Ну, и кто ты такой? – спросил я свое отражение.

– Ты Генри-алкоголик, – улыбнулось мое отражение в ответ.

– Ничего себе поворот судьбы, – удивился я.

– Итак, что тут происходит? – опять обратился к своему отражению в зеркале.

Мужчина повертел пальцем у виска и сказал,

– Давай иди уже, тебя ждет друг. Меньше надо пить. Почти месяц ходишь в этот бар после работы и никогда не задавал таких глупых вопросов, – прозвучали в мозгу упреки моего отражения. После этих слов мне стало как-то стыдно. Я заподозрил, что тихо схожу с ума,

– Говорила мне мама, что пиво размягчает мозги и отшибает память, – с этими словами я вышел из комнаты и обомлел. Это была не моя квартира. Но вместе с тем, я осознавал, что проживаю в ней не первый год,

– Какое-то раздвоение личности. Кому рассказать, не поверят, – сделал я такой вывод. За этими мыслями я не заметил, как позавтракал и вышел из дома. Сегодня не надо идти на работу, – вспомнил я. Хорошо, что пивнушка была совсем рядом. Пока шел, рассуждал сам с собой о себе,

– Почему я раньше не познакомился с этим другом? Я родился в Кёнигсбронне в 1907 году и до 1936 года проживал в этом же городе. После школы поступил в Университет, по окончанию которого попал на военную фабрику в качестве инженера-токаря. А в 1936 году на фабрике встретил Георга, который трудился подсобным рабочим. И это была очень тяжелая работа, которая забирала все силы. Подружились мы не сразу. Прошло много времени, прежде чем наши интересы сошлись в одной точке. Тем более что рабочий день длился почти 12 часов. Сил и времени, не оставалось ни на что. Но приятель, находил время, встретиться со мной, пообщаться и попить пива.

Иногда я задавал себе один и тот же вопрос,

– Почему друг не работает инженером?

– Ведь он умный человек и у него золотые руки, – рассуждал я и продолжал,

– Но по каким-то причинам был подсобным рабочим. Георг, нехотя делился своим прошлым и настоящим. Но как-то раз, за кружкой пива, он все, же немного рассказал о себе. Его рассказ впечатлил меня, и я проникся уважением к этому человеку,

– Я родился 4 января 1903 г. в вюртембергском городке Хермаринген в семье лесоторговца и крестьянина Людвига Эльзера и его жены Марии. Отец хотел, чтобы я унаследовал его профессию, но меня тянуло к рабочим специальностям. В 7 лет я поступил в народную школу в Кёнигсбронне, а в 1917 г. стал учеником токаря на металлургическом заводе, правда, через 2 года из-за слабого здоровья вынужден был уйти оттуда. В 1919 г. я стал изучать столярное ремесло, и с 1922 по 1925 годы работал столяром и мебельщиком в различных столярных мастерских Кёнигсбронна, Аалена и Хайденхайма. В последующие годы поиски работы часто заставляли меня переезжать с места на место в районе Боденского озера на самом юге страны. Я работал на часовой фабрике в Констанце, где блестяще освоил это ремесло. Затем отправился на несколько лет в Швейцарию, где снова взялся за столярное дело, – приятель выпил очередную кружку пенного напитка и заказал новую. А я подумал,

– Какая же интересная жизнь у этого человека, – подумал я. Нам принесли по очередной кружке пива, и друг продолжил свой рассказ о себе. За непродолжительное время, я вроде узнал про него много интересного. Георг всегда был немного сам по себе, но это не мешало ему любить людей и дружески общаться с ними. Он состоял в фольклорном клубе, научился играть на цитре и контрабасе, записался в музыкальный клуб. Очень любил природу, вступил в местное отделение Общества друзей природы и часто принимал участие в его собраниях. Эльзер состоял в профсоюзе работников деревообрабатывающей отрасли, а в 1928 г. коллега по работе уговорил его вступить в Союз красных фронтовиков – антифашистскую организацию, созданную компартией, но уже в следующем году Георг покинул ее ряды. Верующий протестант, он не разделял взгляды компартии, хотя и голосовал за нее на выборах до 1933 г., надеясь, что это поможет как-то сдержать неумолимый подъем германского фашизма и отстоять экономические интересы рабочих. В 1930 г. подруга Матильда Нидерманн родила ему сына Манфреда, но совместная жизнь не сложилась. Георг и Матильда расстались, – вспоминал я его рассказ, пока ждал очередную кружку пива. А приятель, что-то рассказывал дальше,