Фарс-мажор. Актеры и роли большой политики

АВТОР КНИГИ ВЫРАЖАЕТ БЛАГОДАРНОСТЬ И ИСКРЕННЮЮ ПРИЗНАТЕЛЬНОСТЬ

Абрамовичу Роману, Авену Петру, Акаеву Аскару, Аксенову Василию, Алекперову Вагиту, Алиеву Ильхаму, Алханову Алу, Андрияке Сергею, Анпилову Виктору, Ароновой Марии, Артякову Владимиру, Асмолову Григорю, аятолле Хомеини, Аяцкову Дмитрию, Бабакову Александру, Бабе Лене, Бабурину Сергею, Бакиеву Курманбеку, Балуевскому Юрию, Баррозу Жозе, Башмету Юрию, Бердымухаммедову Гурбангулы, Берлускони Сильвио, Тони и Шери Блэр, Богданчикову Сергею, Бондарчуку Федору, Бонет Пилар, Брегвадзе Нани, Бутману Игорю, Джорджу и Барбаре Буш, Быкову Дмитрию, Бюль-Бюль-оглы Поладу, Вайнштоку Семену, Ван Клиберну, Варенникову Валентину, Вексельбергу Виктору, Винер Ирине, Волошину Александру, Газзаеву Валерию, Гафту Валентину, Герасимову Евгению, герцогу Йоркскому, Гинеру Евгению, Говорухину Станиславу, Горбачеву Михаилу, Грефу Герману, Грызлову Борису, Гурченко Людмиле, Гусману Михаилу, Данелия Георгию, Дворковичу Аркадию, Демченко Альберту, Дерипаске Олегу, Джабраилову Умару, Дюрчаню Ференцу, Жженову Георгию, Жшунову Сергею, Жириновскому Владимиру, Жиркову Юрию, Захарову Марку, Зельдину Владимиру, Золотухину Валерию, Зубкову Виктору, Зыкиной Людмиле, Зюганову Геннадию, Иванову Виктору, Иванову Игорю, Иванову Сергею, Илларионову Андрею, Илюмжинову Кирсану, Иммельту Джеффри, Исхакову Камилю, Кадырову Рамзану, Караманлису Констаниносу, Карелину Александру, Карзаю Хамиду, Каримову Исламу, Карлу XVI Густаву, королю Швеции, Квашнину Анатолию, Кириенко Сергею, Киссинджеру Генри, Клаусу Вацлаву, Клебанову Илье, Клинтону Биллу, Ковалеву Николаю, Козаку Дмитрию, Дзюнъитиро Коидзуми, Кочаряну Роберту, Коштунице Воиславу, Кудрину Алексею, Куроедову Владимиру, Куснировичу Михаилу, Кустурице Эмиру, Кучерене Анатолию, Кучме Леониду, Лав Вагнеру, Лаврову Кириллу, Лаврову Сергею, Лазару Берлу, Литвиновой Ренате, Лужкову Юрию, Лукашенко Александру, Лукину Владимиру, Лукьянову Алексею, Любимову Юрию, Макаревичу Андрею, Макашову Альберту, Маккартни Полу, Матвиенко Валентине, Медведеву Дмитрию, Мердоку Руперту, Меркель Ангеле, Миллеру Алексею, Миронову Сергею, Михалкову Никите, Мордашеву Алексею, Назарбаевой Дариге, Назарбаеву Нурсултану, Немову Александру, Немцову Борису, Ниязову Сапармурату, Новикову Аркадию, Нургалиеву Рашиду, Окулову Валерию, Ольмерту Эхуду, Онищенко Геннадию, Павловскому Глебу, Памфиловой Элле, Патрушеву Николаю, Пауэллу Колину, Полонскому Сергею, Потанину Владимиру, Проди Романо, Прохорову Михаилу, Пугачевой Алле, Путину Владимиру, Пшчелу Роберту, Райс Корндолизе, Рахимову Муртазе, Рахмонову Эмомали, Рогозину Дмитрию, Родниной Ирине, Рязанову Эльдару, Савченко Ларисе, Саркози Никола, Селезневу Геннадию, Сечину Игорю, Слиске Любви, Слуцкой Ирине, Собянину Сергею, Солане Хавьеру, Строеву Егору, Суркову Владиславу, Табакову Олегу, Таничу Михаилу, Терешковой Валентине, Тимошенко Юлии, Тулееву Аману, Усманову Алишеру, Устинову Владимиру, Фетисову Вячеславу, Фоксу Висенте, Фрадкову Михаилу, Фрейндлих Алисе, Фридману Михаилу, Фурсенко Андрею, Хазанову Геннадию, Халонен Тарье, Хаматовой Чулпан, Яапу де Хооп Схефферу, Хоркиной Светлане, Христенко Виктору, Церетели Зурабу, Чавесу Уго, Черномырдину Виктору, Чилингарову Артуру, Чубайсу Анатолию, Чурову Владимиру, Шаймиеву Минтимеру, Шандыбину Василию, Шарону Ариэлю, Швыдкому Михаилу, Жаку и Бернадетте Ширак, Шойгу Сергею, Шредеру Герхарду, Ющенко Виктору, Язову Дмитрию, Яковлеву Владимиру, Якунину Владимиру, Януковичу Виктору… и другим 4675 героям, известным и безымянным, за неоценимую

ПОМОЩЬ В ПОДГОТОВКЕ ЭТОЙ КНИГИ

От издателя

Каждая хорошая книга уникальна по-своему. Эта – вдвойне. Во-первых, здесь собрано все лучшее, что Андрей Колесников опубликовал за восемь лет работы в ИД «КоммерсантЪ». Но это не просто «The Best of Андрей Колесников». Это цитаты, яркая коллекция небольших эпизодов из жизни политиков, чиновников и «простых людей» – артистов и художников, спортсменов и болельщиков, антиглобалистов и автомобилистов. Едкие, саркастичные и абсолютно неполиткорректные комментарии Андрея срывают флер сакральности с тех, кто занимает высокие посты, и политический пафос превращается в пустой фарс, а бронзовый монумент – в глиняного истукана. На таком фоне особенно ярко выделяются редкие, но бесконечно лиричные миниатюры.

Во-вторых, это не просто книга. Это – спектакль. Да, мы приглашаем вас в театр, где режиссером – Андрей Колесников. Разве большая политика – не сцена? А улица? Пляж? Стадион? Везде разыгрываются свои комедии, драмы, трагедии. Надо только уметь это видеть. Андрей – умеет.

Итак, звонок, и мы заходим… в гардероб, естественно. Театр начинается с «Вешалки», и наша книга тоже. Оцените «Декорации» – мы очень тщательно их подбирали – пока те, кто не был достаточно предусмотрителен, отсчитывают купюры на «Лишний билетик».

В главной роли – наша «Прима», господин Путин. Вместе с ним – блестящий ансамбль «Приглашенных звезд» – господа Буш и Меркель, Янукович и Лукашенко и другие в ранге не ниже глав государств. Тем, кому достались «Роли второго плана» или «Массовка», огорчаться все равно не стоит. На сцене место найдется всем – даже лабрадору Кони.

В «Антракте» не забудьте заглянуть в буфет – там тоже есть на что обратить внимание – и обратно, в зал. Оцените прекрасно поставленные «Дуэты» и короткие реплики типа «Кушать подано» – они исключительно к месту. На «Галерке» свистят? Не страшно – на всех не угодишь. Самые преданные поклонники нашего театра не смогут пропустить и его «Гастроли», куда бы ни отправилась труппа – главное, быть в курсе последних новостей, о которых всегда сообщит «Афиша».

Спектакль окончен, опускается «Занавес». Кто-то получит свою порцию оваций, а кто-то – помидоров. Такова жизнь. Жизнь – это театр.

Александр Соловьев. Редактор-«сценограф».

От автора. История пазла

Просто поразительно, сколько всего я успел написать за такое короткое время. За каких-то восемь последних лет. Если из одних только коротких цитат получился такой том.

У меня был учитель в журналистике, человек, которого я любил и люблю: Александр Михайлович Мостовщиков. Он мне часто говорил, когда в отделе информации «Московских новостей» сокращал очередную мою заметку:

– Да не убивайся ты так! Войдет в полное собрание сочинений.

И вот случилось наоборот. Из собрания сочинений были выбраны цитаты, вернее, вырваны – мною самим.

Господи, зачем я, который всегда боролся, борется (и будет, Васильев, бороться!) за каждую строчку в репортаже, довел их редакторскую идею до абсурда и сократил свои же заметки до одного абзаца, до одной строки, до одной фразы, до одного слова?

Во-первых, для того, чтобы это не посмел больше сделать никто, кроме меня. Я считаю, что тема закрыта.

И вот теперь я с чистым сердцем могу сказать, что на самом деле только полноценный репортаж может дать исчерпывающее представление о действительности.

А о чем же могут дать представление цитаты?

О том, что за кулисами этой действительности. Но для этого придется поработать. Основная часть работы уже сделана. Но и вам кое-что осталось, чтобы сложился именно ваш пазл. Чтобы у вас, когда вы закроете эту книгу, вдруг возникло именно ваше собственное понимание. И буквально ведь из ничего!

Да, вам сначала покажется, что чаще всего достаточно одной цитаты, чтобы понять все не только про тот день, когда произошло событие, а и про целый сезон, а может, и про все до обидного быстро истекшее (вернее, утекшее) десятилетие. Ну да, это должна быть хорошая цитата. А что, разве их тут нет?

Но это будет слишком просто.

Потому что одна цитата – еще не весь пазл. А я утверждаю, что из этих цитат каждый может попытаться сложить свой паззл. И у каждого получится свой месяц и свой год из случившегося с ним. И десятилетие, если что, тоже.

Я, когда сам складывал свой пазл, который перед вами и называется «Фарс-мажор», честно говоря, не ожидал, что все так получится. Мне вообще-то, ей-богу, кажется, что чуть не все из этого написал в газетных репортажах в «Коммерсанте» не я, а какой-то другой человек. Потому что я-то просто забыл про это. Так и происходит, когда пишешь про Путина, про Медведева и про огромное количество других людей считай что каждый день.

Наверное, поэтому в этих цитатах и есть смысл. Наверное, именно потому, что они честные (а это так, потому что соврать просто не было времени), они имеют право на существование в таком виде.

Они имеют право на то, чтобы складывать их них пазлы, из которых состоит жизнь.

И я вот думаю теперь только о том, получится ли хоть одна цитата из этого предисловия.

Вешалка

часть 1

Церемония второй инаугурации Владимира Путина была короткой. Президент даже не стал надевать тяжелую цепь, символ власти. И правильно: без скипетра она вообще не смотрится.

К вам в форточку никогда не влетала шаровая молния? Тогда я вам просто расскажу, как в афинский «Bosco-дом» глубокой ночью, под утро даже, после соревнований приехала Светлана Хоркина.

Умный еврей Берл Лазар, когда я спросил его, о чем он говорил с президентом Бушем, пожал плечами:

– Видите, солнце зашло? Все, суббота началась. Так что хватит работать!

Хоть кто-то еще понимает, что ответ на вопрос – это серьезная работа.

Оказаться в толпе антиглобалистов – нелегкое испытание для человека. Прежде всего, конечно, хочется их всех помыть.

В будний московский день 23 июля пляж Академических прудов в Москве был переполнен. Я увидел человека в высоких сапогах, голого по пояс, который выходил, искупавшись, из воды с книжкой в руках. 33 богатыря не годились ему в подметки. Я был, не скрою, потрясен этой картиной. Она по своему эффекту даже превосходила другую, пятилетней давности, когда известный публицист и писатель Дмитрий Быков на моих глазах вынырнул со дна Женевского озера с новеньким спортивным велосипедом в руках.

Здание штаб-квартиры Евросоюза, где прошли переговоры Россия – ЕЭС, по всему периметру надежно оцеплено колючей проволокой. Вообще-то в этом был смысл: рядом в сквере за полчаса до начала саммита собралась большая группа чеченцев. Они получили от властей Брюсселя разрешение на митинг.

Мимо по другую сторону ограждения прошел член российской делегации Владимир Лукин из «Яблока». Некоторые чеченцы узнали его и начали звать к себе. Я догнал господина Лукина и сказал, что его ждут люди.

– Да хрен с ними, – беззаботно ответил он. – Где тут вход, вы не в курсе? Президента надо встретить.

На самом верху главной достопримечательности Астаны, мемориального комплекса «Астана-Байтерек», в издали похожем на золотое яйцо стеклянном зале стоит машина исполнения желаний. Все очень просто. До обидного просто. Настолько, что даже странно, как до такой очевидной вещи не додумались Зураб Церетели с Юрием Лужковым. Внутри медного полушария находится слепок человеческой ладони. Современники, лояльные нынешней казахстанской власти, предполагают, что это ладонь самого Нурсултана Назарбаева. Но есть и другие мнения. Так, независимые новейшие историки Казахстана считают, что это может быть и ладонь прораба-турка, который решил таким беспроигрышным образом отметиться в вечности.

Так вот, если вы, оказавшись в яйце, вложите свою ладонь в медную ладонь прораба, то должна заиграть музыка небесных сфер. Все, машина исполнения желаний в рабочем состоянии. В этот момент надо успеть загадать желание. И следует постараться, чтобы это не было желание поскорее выйти наружу.

Мировые лидеры готовились к фотографированию, примеряя перед зеркалами длинные непромокаемые плащи и шляпы. Шляпы надели все, кроме филиппинки госпожи Арройо, но не все остались довольны увиденным в зеркалах, поэтому договорились сняться на публике без шляп и выглядели на фотографии как команда дружных мусорщиков после утомительной, но приносящей радость и удовлетворение работы. С особым сожалением шляпу перед выходом к фотографам снял Джордж Буш. Правда, один из азиатских лидеров все равно вышел сниматься в шляпе, и ни у кого не поднялась рука снять ее с него.

Встречи в Представительском кабинете Кремля проходят в строгом соответствии с протоколом. Протокол заключается в том, что два лидера должны одновременно войти в Представительский кабинет, остановиться ровно в середине этого кабинета и по возможности крепко пожать друг другу руки. Изменить этот протокол нельзя. Его можно только нарушить.

– Очень рад вас видеть, – сказал президент России. – Вас, по-моему, можно называть министром иностранных дел Евросоюза.

– Называйте меня Хавьер, – улыбнулся господин Солана.

Представляя фильм «Звезда и поэт», посвященный Сергею Михалкову, один из авторов сценария Анатолий Ермилов честно сказал:

– Михалков – это яркий пример человека, который никогда не был в противоречии с историей своей страны.

Руководители Совета Федерации – люди прямого действия. Если они видят фотокорреспондента, то они уверены, что он должен их сфотографировать. Если он их не фотографирует, они понимают: значит, пока не может. Другого разумного объяснения тому, что объектив фотокамеры не направлен на них, они найти не могут – и готовы подождать. Но до бесконечности они ждать не готовы. Если они видят, что фотокорреспондент и не собирается их фотографировать, они сами скажут, что ему нужно делать.

– Фотографируй нас! – сказали фотографу «Российской газеты» два члена Совета Федерации.

И они развернулись к нему вместе со стульями, на которых сидели.

Космическая деликатность фотографа господина Завражина состояла в том, что он несколько раз передернул затвор фотоаппарата и поблагодарил сенаторов за любезность (которую он им оказал).

– Не «спасибо», – практически хором ответили они ему, – а ты у нас в Совете Федерации бываешь?

– Бываю, – вздрогнул фотограф.

– Ну вот, туда фотокарточки и принесешь.

– Скажите, сколько бы вы продержались против Ямасита-сан? – спросил я.

Ямасита-сан – двукратный олимпийский чемпион по дзюдо в абсолютной весовой категории. Господин Путин часто видится с ним.

– Против Ямаситы? – переспросил господин Путин. – Пока он меня не догнал бы.

Я обратил внимание, как некоторые спортсмены перед входом на олимпийский стадион на церемонию закрытия Игр на ходу машинально разминаются, словно перед выходом на старт.

После «Виртуозов Москвы» вышел Юрий Башмет со своими музыкантами. Эти люди в черном, став за своим маэстро, прижали к стене музыкантов господина Спивакова с их инструментами с таким видом, словно всем должно стать понятно: а вот появились люди, которые покажут, как надо играть.

Одной из первых в Александровский зал (он был выбран залом ожидания, здесь накрыли столы для фуршета, а залом заседания был выбран Георгиевский) вошла певица Алла Пугачева. Она отказалась разговаривать с журналистами, сославшись на то, что ей необходимо побыть одной. Вопрос, стоило ли для этого приходить на заседание Общественной палаты, певице никто не задал: таким людям в нашей стране верят на слово.

Экономический форум деловых кругов – совсем не тавтология. Мог быть, например, политический форум деловых кругов – и никто бы не удивился. И «гражданский форум деловых кругов» – звучит еще более интригующе. Но нет, это был экономический форум деловых кругов.

Попадая в резиденцию «Дяоюйтай», круги расходились по воде, в которой бизнесмены чувствовали себя как рыбы.

Первым в небольшой кабинет 1-го корпуса Кремля зашел начальник экспертного управления президента РФ господин Дворкович. При его появлении глава Федерального агентства по управлению ОЭЗ Юрий Жданов, привстав со своего места, протянул ему руку. Тот тоже привстал со своего места, но они так и не дотянулись друг до друга. Господин Жданов сел на место донельзя расстроенный. Про господина Дворковича ничего такого сказать было нельзя. За этими маневрами внимательно наблюдал сидевший за столом молодой человек лет, по-моему, 23. Это был глава татарского агентства Тимур Шагивалеев. Проанализировав эту драму, он достал из кармана пиджака большой бумажник и, покопавшись в нем, вытащил свою визитку. Он изучающе поглядел на Аркадия Дворковича, покрутил ее в руках – и не отправил ему. Она у него была одна, и тратить ее вхолостую он был не намерен.

Валентина Терешкова находится не в том возрасте, чтобы скрывать его. Более того, она имеет веские основания гордиться им, потому что выглядит на пару десятков лет моложе, что в ее возрасте только на первый взгляд имеет непринципиальное значение.

Первый день саммита стран «восьмерки» начался с рабочего пленарного заседания. Мы встали перед самым входом в здание, где должно было начаться заседание. Лидеры по идее подъезжали к этому зданию на электромобиле, делали полукруг почета и вставали у входа, где их уже с нетерпением ожидал гостеприимный хозяин мира, президент Соединенных Штатов Америки.

Первым он сам на электромобиле и появился. Его машина, выкрашенная в цвета национального флага (за рулем он был лично), влетела на круг перед домом на большой скорости. Мог ли господин Буш въехать солидно и не спеша? Нет, не мог бы, так как очень, видимо, хотел произвести впечатление на публику (тем более что публика, по приблизительным подсчетам, составляла около миллиарда телезрителей по всему миру)? Проезжая мимо нас, повернул к нам голову и громко крикнул:

– Hi, everybody!

И сразу на душе стало как-то легче.

Эффектно притормозив (одну ногу он опустил до земли, еще не остановившись, – это считается признаком мастерства у таких ездоков), он вышел из машины.

Следующим (и тоже за рулем) появился канцлер ФРГ Герхард Шредер. Он был в легкой рубашке, без галстука и даже без пиджака. Господин Шредер тоже шел на предельной скорости и чудом вписался в поворот. У него явно шалили нервы.

Премьер-министр Италии Сильвио Берлускони приехал уверенно и спокойно. Он не давил ни на газ, ни на тормоз. Водить электромобиль – вот истинное призвание этого человека.

Новый премьер-министр Канады Пол Мартин пришел пешком. В этот же день у Владимира Путина состоялась двусторонняя встреча с господином Мартином.

Не понимаю, о чем можно говорить с человеком, не способным приехать на заседание на электромобиле.

Но тут я увидел, что пешком идет ко входу и премьер-министр Великобритании Тони Блэр. Впервые этот человек позволил себе проводить самостоятельную политику, по смыслу противоположную действиям президента США.

Еще через три минуты на электромобиле к крыльцу подъехал премьер-министр Японии господин Коидзуми. Он, единственный из всех, занял заднее сиденье электромобиля.

Если бы это был заезд на время, его выиграл бы Владимир Путин.

Рано утром в оздоровительном комплексе «Дагомыс», увидев незнакомого юношу, я, похолодев, понял: «Наши» в городе. Как определить, что это был «наш» человек? Очень просто: если, пока ты ждешь лифта, беззаботный юноша в маечке и шортах успевает, отойдя на полминуты к себе в номер, превратиться в преуспевающего функционера в недешевом костюме с горящим пропагандистским взором, то, значит, он приехал, как выяснилось, на совещание топ-менеджеров ОАО РЖД.

Раздался характерный стук в микрофон. Так председательствующий прерывает оратора, нарушившего регламент. Все сразу приняли к исполнению и замолчали. Выяснилось, что в микрофон хвостом постучала лабрадор Кони.

– Я начинаю работать, а зал вздыхает – уа! Я гингеры делаю – уа! – рассказывал гимнаст Алексей Немов. – И чувствую, я со стороны на робота Вертера похож! Лечу! Уа!

– Ты такое когда-нибудь делал?

– Шесть перелетов в мире никто не делает.

– А ты?

– И я никогда не делал.

– Что, за это выше баллы ставят?

– Да не уверен.

– Тогда зачем?

– Гимнастика должна быть перелетной! Ты в цирке был когда-нибудь? – спросил он. – Гимнастов там видел? Вот это гимнасты! Они летают! Гимнасты должны летать! Над перекладиной надо летать! Можно и по-другому работать. Так многие работают. Но гимнастика! За нее не должно быть стыдно!

Издалека видно человека, выросшего в роскоши и неге. Эта демонстративно гладкая кожа, эти волосы, которые укладываются и подвиваются ежеутренне, эта походка… Короче говоря, лидер парламентского большинства Ливана Саадеддин Харири выглядел на миллиард долларов. Зато у президента России страна больше.

Премьер-министр Черногории Мило Джуканович так вошел в переговорную комнату, так поздоровался с Владимиром Путиным, так сел, так положил ногу на ногу и так улыбнулся журналистам, что я вздрогнул и захотел пересмотреть «Однажды в Америке». Так входили, здоровались, сидели и улыбались журналистам герои этого фильма, начинающие бизнесмены, люди непростой судьбы, заработав свой первый миллиард.

В совещании координационного совета правоохранительной системы по борьбе с коррупцией участвовал весь цвет правоохранительной системы страны: прокуроры, милиционеры и журналист Александр Хинштейн.

В холле российского посольства в США встречи с приехавшим в Америку Владимиром Путиным дожидались многие достойные люди страны. Среди них был Василий Аксенов. Он стоял немного в сторонке.

– Наверное, не попаду сегодня к президенту, – поделился он своими впечатлениями. – Там такая толкотня…

Между тем речь президента Василию Аксенову очень понравилась.

– Он вообще очень сильно вырос. Я помню, как год назад он встречался с этим Ким Чен Иром… Потом в эту Ливию ездил…

– Да он не ездил…

– Ну все равно, хотел, наверное, поехать… Направленность во внешней политике была совсем другая. А теперь! За год он что-то понял…

– В общем, нравится вам наш президент?

– Да, не буду этого скрывать. Ведь мог бы и полоснуть… А не полоснул…

– Бритвой-то по глазам? Вы что имеете в виду? Внешнюю политику или внутреннюю? Кого мог полоснуть?

– Я все имею в виду.

Жирную черту под событиями того дня подвел Эрнст Неизвестный, тоже всласть наговорившийся с Владимиром Путиным:

– Он мне очень понравился. Очень!

– Вы же не любите КГБ, в котором он работал.

– Но он же не из тех, кто сажал Сахарова и преследовал меня. Он из других, и он мне очень понравился.

– Что-то он всем тут нравится. Вот мне это не нравится.

– А мне он понравился еще до того, как всем понравился!

В Кремле проходило заседание нового кабинета министров.

Я жадно все искал и искал глазами знакомые лица – и не находил некоторых из них. Не было ни и. о. министра культуры Михаила Швыдкого, ни и. о. министра труда Александра Починка. Не было и. о. министра иностранных дел Игоря Иванова! И Игоря Юсуфова, и. о. министра энергетики, тоже не было. Впрочем, в какое-то мгновение мне показалось, что вот же он, господин Юсуфов!

Но я ошибся. Это был не Игорь Юсуфов. Это был Сергей Лавров, до сих пор бессменный представитель России в ООН. Но что же это они все так друг на друга похожи! Игорь Юсуфов на Сергея Лаврова, Игорь Иванов на Михаила Швыдкого, Михаил Швыдкой на Михаила Фрадкова… Так ведь когда-нибудь и сами запутаются.

Возможно, вы никогда не были в Министерстве иностранных дел на Смоленской площади. Но вы наверняка проезжали мимо этого амбициозного высотного здания в центре Москвы. Я тоже раньше не был. Но мне всегда было интересно посмотреть, что у него внутри.

И вот вчера я увидел. Там, внутри, Советский Союз.

Некоторые люди, если очень хотят казаться незаметными, могут казаться незаметными даже на приеме в их честь.

Патриарх Алексий II обращается к Владимиру Путину исключительно «Ваше превосходительство». Он выстрадал право так титуловать президента в многомесячных дискуссиях со службой протокола российского президента.

Впрочем, епископ Читинский и Забайкальский Евстафий называет президента России «Вашим высокопревосходительством» вообще без каких-либо консультаций со службой протокола.

Чернокожие сотрудники службы безопасности в белых перчатках копались в дамских сумочках с энтузиазмом застигнутых врасплох кроликов.

На открытие нового моста через Неву собралась вся петербургская элита. То есть приехал и президент России.

– Бронза, титан, корпус из нержавеющей стали, – монотонно перечислял где-то рядом Зураб Церетели. – Хороший памятник будет. Прочный.

На похоронах Егора Яковлева было очень много людей. Кто-то сказал: «Все пришли. Водяное перемирие».

Юлия Тимошенко показывает себя предельно функциональным политиком. Ничего личного. Ничего святого.

Генеральный директор ВГТРК Олег Добродеев дышал свежим воздухом на территории Кремля. Он находился там, где в этот момент был нужнее всего, – рядом с президентом, но не в опасной близости от него.