Бриллиант «Шах». Приключенческий роман

© Валентин Колесников, 2021

ISBN 978-5-0051-2080-9

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Бриллиант «Шах»

Повествование не претендует на точность рассказанных исторических фактов, встречающихся в изложении, действующие лица представлены в тексте, их фамилии и имена, вымышлены, совпадение случайно, совпадение.

Примечание автора.

Анонс

История эта началась в тот самый момент, когда я после окончания института, как молодой специалист попал на авиационный завод в качестве молодого технолога. Мне от родителя было сказано, что я перехожу на свои хлеба и теперь, что заработаю, то и буду иметь для своего существования в дальнейшем. В заводском цеху, в качестве инженера технолога зарплата в разы ниже рабочего станочника. И часто, когда я ходил со своими бумагами к рабочим в цеха, мне было неловко общаться с рабочим классом, так как чувствовалась разница в их статусе рабочего и моего нынешнего положения. Одним словом, и зарплата мизерная и презрение рабочих, считающих меня дармоедом на их шее.

Некоторые опытные станочники при случае говорили мне, что нам ни к чему ваша технология и эскизы, мы и так по чертежу можем выточить деталь. И даже я слышал разговоры в курилке, что лучше бы разогнать это цеховое тех бюро, а рабочим добавить зарплату и работа делалась бы в срок, и планы перевыполнялись, и премиальные каждый месяц были бы что надо. Короче говоря, уныние и разочарование моим нынешним положением висело Дамокловым мечом у меня над головой, как приговор, как небесное наказание, быть может, за мои грехи в прошлой жизни или за что-то еще. А ведь я был молод и меня интересовал противоположный пол. Время пришло заводить семью, жить полнокровной жизнью, иметь детей и быть счастливым. И каждый раз, просыпаясь в своей комнате, чтобы идти на завод, я чувствовал себя ничтожным малообеспеченным существом. Мой костюм был изношен, рубашка застирана и давно не сверкала белизной, так блестяще, как тогда, когда я защищал свой диплом на выпускном экзамене в институте, что сказать омоем галстуке и стоптанных туфлях. Общим полный абзац.

Из-за такого положения вещей мне не хотелось идти на работу, просиживать там свою молодую жизнь и наживать геморрой, как благодарность за сидящий вид деятельности. И вот однажды дождавшись обеденного перерыва, я выпорхнул голубем за проходную завода, рассчитывая, что вернусь к концу рабочего дня, как это часто делал наш начальник цеха, исчезая в рабочее время к любовнице. Кинотеатр Дружба находился через несколько остановок на метро. Я решил выйти из вагона там и уже у витрин кинотеатра увидел красочную рекламу фестиваля шедевров Индийского кино. Сегодня, как раз в это время начиналась демонстрация двухсерийного фильма Бродяга в главной роли Радж Капур. Я прикинул, что, просмотрев сеанс, как раз вернусь на завод к шестнадцати часам, а там полтора часа и конец смены. Фильм мне понравился мастерской актерской игрой Раджа Капура в роли Бродяги, который своим положением напомнил мою бедную и ничтожную жизнь. Но заряд неунывающей бодрости я как губка впитал в себя, и вдруг понял, что ничто так просто не дается, ничто не приносят нам на блюдечке с голубой каемочкой. И, что самое главное, за все надо бороться, преодолевая трудности и невзгоды. Возвращаясь на завод, я был полон жизни и надежд на лучшее, как будто в это самое время Радж Капур шел рядом со мной, отныне став моей Путеводной Звездой…

Глава первая

Итак, к заводской проходной я подошел ровно в 16—00. Поток рабочих выходивших в это время с проходов у кабинок вахтеров все возрастал, и мне не составило труда смешаться в этой толпе рабочего люда, и незаметно проскользнуть через турникет на территорию предприятия. День был теплый осенний, правда, на обсаженных каштанами аллеях уже не было опавшей листвы. Так как чистота территории всегда была идеальной и убиралась досконально, как и требовалось на столь известном во всем мире авиационном предприятии, выпускающем гражданские лайнеры. Деревья вдоль аллей стояли уже без листвы, одинокие желтые пятнышки их еще цеплялись за ветки верхушек, пытаясь продлить свою участь падения на асфальтированную дорожку. Вот по такой дорожке я шел к своему цеху с замиранием в сердце, а что же будет мне за самовольный уход? И я не ошибся. В бюро уже меня поджидал Виктор Иванович. Он только что вернулся из цехового архива технологий и держа в руках толстый альбом подшитых технологий ринулся в мою сторону.

– Я искал тебя по всему цеху, звонил даже в инструментальный цех оснастки, тебя нигде не было. Где ты был? – тоном, не терпящим возражений, нетерпеливо спросил он. Я же, опустив виновато глаза в пол, рассматривал его кроссовки, в которые он переобувался всегда, когда приходил на работу. В голове завертелись мысли о моих туфлях и о том, что металлическая стружка, от станков застрявшая в подошвах моей обуви портит паркет в нашей квартире, оставляя там глубокие царапины. Я не знал, что ответить моему руководителю, когда он повторил свой вопрос. Поднимая свои глаза, как загнанный зверек на безжалостного охотника сказал первое, что пришло на ум, сказал правду.

– Смотрел кино.

Технологи, что в это время были в бюро, захихикали, разозлив Виктора Ивановича, но на мое удивление он смягчился, ответил.

– Когда ты уходишь в конструкторский отдел, или к заводским технологам, или к программистам, да мало ли куда на заводе, всегда говори мне, чтобы я мог знать, где ты. В нашей работе разные случаи бывают, вот как сейчас. Аварийная ситуация по нашему изделию выпуска двадцатилетней давности. Надо произвести несколько деталей для его ремонта. Я просидел в архиве больше двух часов и вот держи техпроцесс.

Он протянул мне подшивку. Я взял толстый альбом с копиями технологий.

– И, что мне с этим делать? – деловито спросил его.

– Надо отнести к программистам, чтобы написали программу обработки на фрезерный станок с программным фрезерованием. Будешь с ними на связи, если возникнут вопросы, скорректируешь программу. Задача ясна?! – он сделал ударение на последнем слове в тон мне. Я пролистал альбом, затем деловито спросил: – Я не вижу здесь марки и параметров оборудования?

– Там все есть в конце. Выполняй! – Виктор Иванович снова сделал ударение на последнем слове.

– Есть выполнять! – ответил я, и услышал смешки сотрудников. Но слов, насмехавшихся надо мной я уже не улавливал, хлопнув дверью бюро, вышел на свежий воздух с толстым альбомом под мышкой…

Прошло четыре месяца моей работы в технологическом бюро механического цеха завода.

За это время я постепенно втянулся в производственный ритм и больше не вызывал усмешки сотрудников, когда по технологическим делам уходил по разным отделам обеспечения техпроцессов нашего механического хозяйства. И больше не бегал за проходную в обеденный перерыв, помня золотое правило, что раз не попался, второй раз обязательно влипнешь по самое не балуй в неприятности.

Однажды начальник цеха вошел к нам в бюро с молодым человеком и сказал:

– Виктор Иванович, принимайте нового сотрудника по оснастке и станочным универсальным приспособлениям. Его зовут Игорь Юрьевич, закончил в этом году Политехнический Институт по специальности эксплуатация и ремонт замков сейфов и замочного оборудования к ним, по квалификации инженер технолог. Его переводят к нам из конструкторского отдела главного технолога для работы по рационализации и изобретательству. Короче говоря, будет заниматься, как в нагрузку, к основной работе технолога еще и этим.

– Я, конечно, его приму, но Владимир Николаевич, куда я посажу нового сотрудника? – растерянно спросил Виктор Иванович.

– Я уже распорядился, зайдите в отдел контролеров там возьмете письменный стол, он у них занимает только место. Начальник отдела в курсе идите прямо сейчас.

Сказав это, Владимир Николаевич ушел к себе в кабинет.

– Валентин, – обратился Виктор Иванович ко мне, – пошли за столом для Игоря. Игорь, а ты присядь на место Валентина, пока мы тебе не внесем стол.

Отдел контроля находился напротив кабинета начальника цеха по коридору. Мы вошли в просторную комнату. Я сразу узнал тот стол, который предназначался новенькому сотруднику. С изрядным слоем пыли и пятен на поверхности дерматиновой в коричневых тонах столешницей. Похоже, было то, что на этом столе ели и закусывали, пили чай и кофе, разворачивали и заворачивали селедку и прочее съестное. Не моргнув глазом, главный контролер цеха Ковтун Александр Михайлович ткнул пальцем на стоявший в углу комнаты стол, сказал.

– Избавьте меня от этой рухляди. И место, и пространство и вообще портит вид моего дизайна внутреннего убранства.

– Спасибо Александр, избавляем тебя вот с Валентином.

Мы взяли стол и вынесли в коридор. Затем Виктор Иванович побежал в сторону своего бюро и сказал Игорю, чтобы тот стал на двери, придерживая ее, пока мы вносим стол. Мы благополучно установили стол у задней стены комнаты нашего технологического бюро.

– Пойди в цех, – начал говорить Игорю Виктор Иванович, – там, у фрезеровщиков возьмешь ветошь и ведро с водой. Обустроишь свое место.

Игорь, встряхивая своей кудрявой головой, вышел и через некоторое время появился с ведром с водой и ветошью. Принялся приводить свой стол в порядок. Спустя неделю его работы в отделе в среду он подошел ко мне и сказал.

– Валентин, пойдем, покурим, что ли?

– Да я не корю и никогда не курил.

– Я общим тоже не курил никогда и не курю.

– Ну, то выйдем, «покурим»? – улыбаясь, спросил и я его.

Мы вышли на лестничную площадку к курительному месту. В консервной банке полно окурков. Некоторые из окурков еще дымились. Я оперся спиной и локтями о перила и вопросительно взглянул на Игоря.

– Меня почти каждый день начальник цеха долбит рационализаторскими предложениями. Почему нет заявок, почему мы должны плестись в хвосте соревнования коллективов. Что мне делать?

– Игорь да нет проблем. Ну, хочешь, я тебе набросаю несколько хоть сейчас.

– Ты же знаешь, что за внедрение положено вознаграждение и еще и благодарность от имени цеха.

– Ну, благодарности, думаю, не дождемся, а вот вознаграждение будет, я уже знаю, мне в бухгалтерии, куда я носил бумаги, женщины говорили об этом. Так что давай оформляй. Я уже и эскиз подготовил.

– Это в нашем цеху?

– Конечно. Ты лучше скажи, за что тебя сюда закинули в этот цех?

– Понимаешь, там я познакомился с одной классной девушкой, Аллой. Она работает конструктором и кажется, влюбилась в меня?

– Извини за нескромный вопрос, а откуда ты взял, что девушка вот так взяла и влюбилась?

– Короче я у туалета, ну там на пятом этаже, где совмещенный женский и мужской.

– И, что? – в нетерпении спросил я.

– Короче мы стали целоваться. А тут главный технолог завода выходит из мужской части туалета и засекает нас. Вот я теперь здесь, Алла со мной не разговаривает, бросает трубку и в отделе, куда я несколько раз заходил, бросает работу и убегает, куда глаза глядят, то в библиотеку за справочниками, то в бухгалтерию, то еще куда-то. Вот меня сюда и выперли. Я навел справки об Алле, оказалось, что она дочь директора нашего завода видимо папа крепко поговорил с дочерью. – Вздохнул Игорь.

– Ну, ничего не дрейф. – Парень явно был не в себе, и чтобы его отвлечь, я сменил тему, сказав: – А что это за такая специальность такая интересная у тебя?

– Какая специальность такая? – удивленно спросил Игорь.

– Ну, что связано с замками сейфов? Правда, что ты можешь открыть любой замок?

– Ну не каждый замок поддается, а вообще могу. У меня был случай, хочешь, верь, хочешь, нет, но я пару раз открывал замки одним прикосновением. – Здесь Игорь явно лукавил, так как замок таким способом можно открыть лишь с помощью приборов отмычек, работающих на нетрадиционном виде энергий известной древним и ушедшим цивилизациям, жившим на земле в незапамятные предыдущие всемирному потопу времена. Конечно, я знал, что рано или поздно у нас состоится такой разговор о замках. И я подготовился, купил на раскладке в переходе к метро замок и неделю уже носил его в кармане, дожидаясь случая переговорить с Игорем на эту тему. Я достал из кармана замок.

– Вот попробуй, без ключа открыть.

Игорь взял в руку замок, положил его на раскрытую ладонь своей правой руки. И замерев, стал внимательно смотреть на блестевшую поверхность корпуса. Замок, вдруг щелкнув, выбросил закрывающую скобу из корпуса. Глаза мои не верили в это увиденное событие.

– Как ты это сделал? – удивленно спросил я.

– Каждый замок – это личность и характер. Я мысленно спросил его помочь мне открыть.

Он исполнил мою просьбу.

– Нет, не может этого быть?

Игорь вдруг рассмеялся, затем сказал:

– Вот потрогай мою ладонь. – Он протянул мне свою правую руку ладонью, на которой только что лежал замок. Я прикоснулся к его ладони и ощутил горячее тепло, исходившее с открытой кисти. А Игорь протянул мне свою левую руку, предлагая потрогать и ее. Я невольно взял его за левую руку, она была холодна как лед. Он продолжал говорить:

– В первых замок до конца не закрыт. Во-вторых, от нагревания на ладони его дужка нагревается быстрее и расширяется на сотые доли миллиметра, выталкивая себя из захвата механизма в корпусе. В институте мы часто показывали этот фокус девушкам и те думали, что тут учатся одни маги. Это простой замок и фокус работает. Если говорить откровенно, то только умением и владение техникой открытия замков можно вскрыть любой сейф.

– А ты, что можешь?

– Ты знаешь, я с детства фанат замков. У меня целая коллекция старинных замков и новейших все стены увешаны в моей квартире. Мой дед и мой прадед были мастера замочных дел. И дед меня научил кое-чему, что бы я следовал семейной нашей традиции.

– И ты, правда, можешь открыть любой сейф?

– Легче всего открывать электронные замки сейфов. Это самые примитивные замки на свете. Защита паролями ничего не дает и взламывается, как семечки без проблем.

– Да ты потомственный взломщик сейфов, и до сих пор тобой не заинтересовались компетентные люди?

– Просто меня никто не знает, медвежатников узнают все, кто заинтересован взломом истинно по почерку и только. Если бы я открыл с десяток сейфов, был бы зафиксирован мой почерк теми, кто следит за конкуренцией в своем умении.

– А чем отличаются медвежатники друг от друга?

– Одни открывают сейфы путем высверливания нужных отверстий на крышке замка и уже там отмычками вскрывают замок. Другие подбирают пароли электронными устройствами, и спокойно набрав пароль, открывают сейф. Но все это требует времени. Я же открываю сейф, затрачивая минимум времени наборами магнитов и инструментами, доставшимися мне от потомков с незапамятных времен. Например, – Но Игорю не удалось закончить, на площадку внезапно вошел Виктор Иванович.

– А, вот вы где? Хорошо, что далеко не ушли. Немедленно зайдите в бюро. Там аварийная ситуация с фрезерным станком, где-то захомутали программисты, надо разобраться.

И мы ушли в цех к фрезеровщику разруливать хомут. Причина была не серьезная. Программистка перепутала допуски и, выяснив в чем тут дело, мы быстро исправили программу. Станок заработал правильно, и детали шли одна в одну точно по технологии…

В конце недели Игорь пригласил меня к нему в гости в субботу. Была пятница конец рабочего дня. И я уставший сел в вагон метро и уехал в свою сторону, Игорь ушел на противоположную платформу метрополитена. Домой я добрался спустя 45 минут и ужин, разогрев в микроволновой печке, приготовленной матерью, которая уже спала в своей комнате, с аппетитом принялся за еду. Запив чаем с молоком побрел в ванную. Из последних сил, так хотелось спать, принял душ, который меня взбодрил. Сон куда-то отступил, и я решил еще «полистать» почту в ноутбуке. Меня интересовал там заработок, и на мои запросы в Google приходило множество предложений, которые с каждым днем росли снежным комом и все, как под копирку, были пустышками, выкручивая и изощряясь только в том, чтобы продать методику приносящую прибыль. Убедившись в несерьезности предложений, я удалил все письма из своей почты, и решил, что завтра предстоит встреча с Игорем и, что надо как следует выспаться, ушел спать…

Глава вторая

Еще снег не выпал, но морозный день щекотал ветром щеки. Дом Игоря стоял раньше на окраине города в старинном особняке трехэтажного дома, но теперь это чуть ли не городской центр. Игорь рассказывал мне, как его найти, сказал, что весь особняк когда-то принадлежал его предкам, но после революции их переселили на второй этаж, а третий и первый перешли в ведение городских властей…

На улице имени знаменитого летчика Чкалова стоял этот дом, где жил Игорь. Недалеко был университет имени Т. Г. Шевченко. Архитектура дома поражала своей отличительной внешностью от новостроек, окружавших особняк домов. Этот трехэтажный дом был выложен из красного и прочного кирпича в стиле замка в миниатюре. Крутая кирпичная лесенка вела на второй этаж, а первый располагался в полуподвальном помещении. Жильцы третьего этажа проходили через второй этаж лестничным маршем уже внутри здания. Я поднялся к двери и позвонил. Игорь открыл мне.

– Проходи, вот тут тапочки и сразу на кухню. – Приветливо встретил меня он.

– Спасибо, Игорь.

Я снял обувь и уже в тапочках прошел к нему на кухню. На столе стояла бутылка красного вина Каберне из завода Коблево и две тарелки яичницы.

– Ты живешь один? – спросил я.

– Да, дед и бабушка давно умерли, оставив мне эту квартиру. Мать живет отдельно со своими неудачными замужествами, я вырос с дедушкой и бабушкой без отца, который меня вообще знать не желает. Так что в детстве я вечно возился с замками, на радость деда, а бабушка рассказывала мне такие чудесные сказки, каких нигде и никогда я не находил ни в одной библиотеке.

– Да, интересная у тебя жизнь.

– Да я хотел тебе рассказать и показать удивительные приборы отмычки, работающие на нетрадиционном свойстве энергии. Эти устройства сконструированы так, что энергия концентрируется на концах зубцов отмычки и возникающая сила притяжения вытаскивает механику замка в открытое положение.

– Это не вероятно! – воскликнул я. – И точно не может быть такого, мне не верится.

– Может. Эта энергия аккумулирует антигравитационную составляющую, и механизм замка зависает как бы в невесомости. Затем другая отмычка создает магнитную составляющую и замок открывается как бы сам собой не зависимо от того защищен он паролем или нет, так как при работе антигравитации электроника блокируется и перестает работать.

С этими словами он извлек из шкафчика набор металлических отмычек с блестевшими отполированными шарами на концах державок.

– Вот в этих шарах спрятаны манипуляторы, способны извлекать из эфира энергию и превращать ее в то, что я тебе рассказал.

– Невероятно Игорь?

– Это досталось моему деду от его допотопного прадедушки. Эти отмычки творят чудеса. Нет такого суперсовременного замка, чтобы они не смогли открыть.

– А ты не пытался патентовать эти отмычки?

– Чтобы меня объявили сумасшедшим и заперли в психиатрическую лечебницу?

– Да, ну и дела. – Протянул я, не совсем еще осознавая, что за этим последует еще.

– Давай, Валентин, выпьем за знакомство и скрепим нашу дружбу этим прекрасным вином. – С этими словами, Игорь откупорил бутылку, разлил в бокалы, сверкающего, как рубин вина, и мы выпили, закусив яичницей.

– У меня тут есть еще прекрасный кофе Арабика в зернах. Сейчас я смелю и заварю крепкий напиток, а потом я покажу тебе настоящие мои апартаменты, что досталось мне в наследство.

– Да, это какие-то сказочные видения и сказки, в которые хочется верить.

– Поверь, эти знания, и воплощение этих знаний тщательно скрывают сильные мира сего. Ибо то, что можно черпать электричество из эфира просто так бесплатно подрывает их владычество над миром.

– Да, кто ты такой, Игорь Юрьевич?

– Мой дедушка много чего рассказывал мне о той сверх цивилизации, что была уничтожена глобальной катастрофой, и о том, как удалось спастись моим предкам и выжить затем среди тьмы, последовавшей за потопом. Я покажу тебе все это, и ты увидишь своими глазами.

Игорь разлил кофе в чашки, запах крепкого напитка распространился по кухне, а напиток взбодрил своей изысканной и утонченной красотой, что творит сознание, обостренное бодростью.

– Давай пойдем в мои настоящие апартаменты, я расскажу тебе о том, что недоступно другим.

Он подвел меня к стене, на котором висел портрет его дедушки, затем из связки отмычек выбрал одну из них и шаром прикоснулся к стене. В стене стало расти темное пятно на том месте, куда был приложен шар, образовываясь во все увеличивающееся отверстие. Когда овальное отверстие замерцало цветами побежалости, как от поверхности разлитого машинного масла на солнце, и стало совсем большим в рост Игоря, он сказал.

– Теперь пошли за мной. – И первым шагнул в эту мерцающую паутину. Я двинулся следом и очутился в освещенном лестничном марше, ведущим куда-то вниз. Перед тем, как двигаться за Игорем я обернулся, входа за моей спиной уже не было. Виднелась стена из красного кирпича, точно такого, каким был выложен дом и лестничный марш ведший вниз.…

Мы шли ступенями все ниже и ниже пока не уперлись в тупик. Плита из черного гранита преграждала путь дальше. Игорь остановился и стал говорить.

– В те времена на земле остались две цивилизации Гиперборейцы, к которым принадлежим, и мы и Атланты, которые были огромного роста от трех до трех с половиной метров. Эти две цивилизации жили, не вмешиваясь, в дела друг друга. Торговали, вели мирный образ жизни. Может, ты знаешь, что за Солнцем есть заселенная планета потомками смешанной расы Атлантов и Гиперборейцев. Эта планета в полтора раза больше Земли и Луна сохраняет стабильное равновесие между этой планетой и землей и поэтому вращение планет вокруг Солнца не нарушается, и столкновения не может быть.

– Зачем ты мне все это рассказываешь? – в нетерпении спросил я, предвкушая, что за этой гранитной плитой спрятана какая-то тайна.

– Чтобы ты понял всю трагедию, произошедшую с нашими с тобой предками. Туда, куда мы сейчас идем, чтобы ты ориентировался правильно и разумно.

– Ладно, Игорь, я может и нетерпелив, присутствие духа не буду терять, идет?

– Идет. Но выслушай, пожалуйста. Итак, эти две сверх цивилизации жили дружно. Летали на соседнюю планету, вели торговлю. На Марсе тоже била ключом жизнь. Была еще одна планета Фаэтон и Венера, куда расселились потомки Гиперборейцев и Атлантов. Но вдруг появились на межзвездном корабле захватчики. Их корабль был соразмерен с нашей Землей. Им нужны были ресурсы, которые они получали из молодых планет, путешествуя во вселенной от галактики к галактике. Поскольку эти захватчики были опытнее в своем образе жизни, и добыче средств существования с молодых планет началась экспансия Солнечной системы. В итоге Фаэтон был разрушен, что привело к цепной реакции стабильно работающей Солнечной системы. Кроме того, три луны Земли от возмущения исчезнувших гравитационных сил Фаэтона, стали нестабильны. И луна Фата постепенно приближалась к Земле, грозя катастрофой глобального масштаба. Мой предок узнал, чем грозит в скором будущем падение Фаты на Землю и видел, что элитные круги Гиперборейцев ведут интенсивную подготовку, создавая укрытия для себя. Так глубоко под Землей были созданы целые города для ограниченного числа людей. Для доставки строительных материалов и всего необходимого был проложен тоннель поезда, по которому, везли туда снаряжение и технику. Моего предка пригласили для устройства замков шлюза, в случае наводнения. Он оборудовал герметику убежища, перекрыв вход в созданный подземный город. Руководил земляными работами и устройством вентиляционных камер, которые в любой момент можно было надежно закрыть. Одну такую камеру он подвел под свой дом и соорудил хранилище для своей семьи. После выполненных работ с моим предком был, расторгнут контракт, и он вернулся сюда в этот им созданный особняк. И в один из страшных дней Апокалипсиса привел свою семью вот сюда, что спасло наш род от уничтожения в этой войне галактических захватчиков, когда Фата врезалась в Землю.

– Так я и не совсем понял, что твой предок построил этот дом? – с интересом спросил я.

– И дом, и убежище для семьи скрытно от элит Гипербореи, которые привлекали его к разбивке и сооружению шлюзов и вентиляции подземного города. Который, кстати сказать, был разрушен захватчиками в ходе последовавшей ядерной войны. Эти две цивилизации были полностью уничтожены ковровыми ядерными бомбардировками. Затем после войны захватчики принялись за масштабную добычу полезных ископаемых на летающих перерабатывающих заводах. Отвалы переработанных руд видны в виде пустынных песков, даже не пощадили дно мировых океанов, оттуда тоже черпались руды, превращаясь в выбросы песка, которым заваливалась буйная растительность по всему миру и плодородные почвы с руинами оплавленных ядерными взрывами стен городов, которые сейчас археологи откапывают в разных местах. Однако нам пора идти дальше…