Галактическая Коалиция. Часть 3

О Дипломатическом Корпусе и о Тайной Космической Программе и о многом другом.

Для землян наступила новая Эра, начался последовательный процесс вхождения землян в Союз Коалиции Высокоразвитых Цивилизаций Вселенной…И ещё о продвинутых технологиях, инопланетных многочисленных колониях на планетах Галактики Млечный Путь, а также и о новаторстве Дипломатического Корпуса, ставшего на защиту мира в Солнечной Системе, в этой серии книг …

Синопсис

Майор Орт доставил Кортеса Мигеля Альенте на корабль пришельцев, изложив им условия мирного решения их внедрения в Галактику Млечный Путь, добавив степень развитой инфраструктуры и достижений. После чего выдвинув свой ультиматум, покинуть Галактику с предоставлением коридора следования через плоскость рукавов скоплений звездных систем Галактики, в противном случае планета-корабль будет уничтожена, либо повреждена, что повлечет неминуемую гибель обитателей …

Две планеты близнецы Земля и планета Икс, две сестры движущие по одной и той же траектории и на одинаковом расстоянии по обе стороны Солнца. Куратор Солнечной Системы не зря обустроил свой кабинет в трудно доступных горах планеты Икс, оборудовав его лифтом-порталом с Дипломатическим Корпусом, в котором проживают служащие команды генерала Гаринова обеспечивающие охранные функции вверенной Союзом Галактики территории от непрошенных гостей … И о восстановления на планете Земля единой валюты обеспеченной золотом «Банка Древних Сокровищ», которое сейчас находится под надёжной защитой сил Коалиции Галактики Млечный Путь …

Елена Грацис и Евгения Кразимова приступили к освоению инопланетных технологий, привыкая к новым условиям и к головокружительным переменам, которые произошли с ними. Тем временем в Галактику Млечный Путь вторгается инопланетный корабль пришельцев с недобрыми намерениями к обитателям Солнечной Системы …

Глава 1

Из бара «COLIBRI» с бутылкой шампанского подруги вошли в комнату 514.

– Ох, Женька! – воскликнула в сердцах Елена, ставя шампанское на стол, – Я так понимаю, что Дмитрий Гаринов, мой названый генералом отец! Мой выходит не родной, а приемный отец Альберт Грацис?

– А я? – тупо, глядя на руки Елены, нервно теребящие пробку на бутылке, начала говорить Евгения, – Выходит я дочь Грациса, а мой не настоящий папа Дмитрий Кразимов, на самом деле не мой отец, и не сын дедушки Леонида Кразимова, а сын Алексея Алексеевича Гаринова. – Глухо говорила Женька. Елена такой еще не видела подруги с остановившемся немигающим взглядом созерцала на струйку шампанского вливающуюся из бутылки в фужер. Наполнив фужеры, Елена взяла в руки два прибора с напитком и подошла к сидевшей на койке подруге.

– Держи, и давай выпьем за наших родителей, которые нас не производили, а вырастили и за наших настоящих пап. – сказав это Елена одним махом осушила шампанское из бокала. А Евгения сидела молча, как манекен, с наполненным бокалом.

– Эй, Женька, ты, что не понимаешь, кто из живущих на земле подруг могут похвастаться, что у каждой из нас имеются по два родителя, а?! – она вдруг залилась веселым смехом, подбадривая подругу. – Ну же, выходи из штопора! Ха, ха!

– А, с кем не бывает! – Женька вскочила с койки, и выпив свой фужер, добавила, – Вот папаши, а, зато их у нас аж по два! – она обняла подругу смеясь радостно и весело, – сказала, – Так выходит, что мы с тобою, как родные сестры, и не только подруги?

– Конечно сестры, и наше место теперь здесь! – Обнявшись, они стояли по среди комнаты, и по щекам у обеих ручьями текли слезы… Его Верховенство Тео, наблюдавший за голограммой сцены разыгравшейся с женщинами, растрогался до глубины души и смахнул слезу с глаз, вспоминая своего непутевого сына Ареала, бесславно погибшего у него на глазах. Грустный вздох обронил Куратор Солнечной системы, до внутреннего телепатического слуха его донеслось: «Женька, давай ко сну, хватит уже пускать слезу. Завтра рано подъем, у нас первый учебный день у инструктора Кечо…».

На следующий день генерал вызвал к себе капитана Кразимова. Молодой человек явился в кабинет Алексея Алексеевича прямо из спортивного зала, где Кечо проводил занятия стрельб с Еленой Грацис и Евгенией Кразимовой.

– Разрешите войти, товарищ генерал? – сказал капитан, входя в кабинет.

– Да не надо церемоний, мы не считаемся военными, хоть и служим Коалиционному Союзу Галактики. Проходи присаживайся. – Указывая рукой на кресло у книжного шкафа. Дмитрий уселся у журнального столика и стал наблюдать за генералом. Гаринов достал из шкафа бутылку французского коньяка и две рюмки и поставил на столик, усаживаясь, напротив. Дмитрий, догадываясь о том, что речь пойдет не о служебных делах, с любопытством стал смотреть в глаза Гаринова.

– Вижу, что с нетерпением дожидаешься за чем я вызвал тебя к себе. – Начал говорить генерал, разливая ароматную жидкость в рюмки. Комната наполнилась при этом ароматами десятилетним выдержанным коньячным напитком.

– Прямо как из Нормандии доставили, как в былые времена, хоть и с репликатора в нашем кафе-столовой, вот попробуй, вкус идентично совпадает, я определил, что вкус немного даже лучше.

– Да отличный напиток. – Выпив коньяк ответил Кразимов.

– Я приготовил не откупоренную бутылку. Отвезешь ее в Ригу, передашь моему сыну и объяснишь ситуацию с исчезновением Лены и Жени. А то там уж волосы рвут на головах, как говорят. Твоя задача скорее примирить меня с сыном, если удасца, то я буду очень рад. Мне думается, что ты, сынок, найдешь слова для этого. Вот такая миссия тебе предстоит. Робот доставит тебя в Ригу и заберет после выполнения миссии. В добрый путь, сынок. Вот письма от Лены и Жени, передашь родителям, они описали в подробностях о себе здесь и о том, что у них уже есть достойная работа, которой могут гордится их родители… Дмитрий вышел из кабинета генерала переполненный возможностью повидаться с названным братом, и был горд доверием Алексея Алексеевича от его имени поговорить с братом об отцовских чувствах, переполнявших генерала к сыну. Перед отлетом в Ригу он решил заглянуть к Елене и Евгении. Взглянул на часы, убеждаясь, что девушки еще в спортзале, направился туда. Кечо встретил Кразимова младшего у двери стенда спортзала отделения для стрельбы недружелюбным окриком:

– Вы почему вламываетесь без предупреждения?! И где ваша воинская дисциплина?!

– Простите, господин тренер, но у меня поручение от начальника охранного ведомства Дипломатического Корпуса генерала Гаринова к вашим ученицам.

– Я не слышал от генерала Гаринова приказа принимать вас, капитан, тем более, что ваше время занятий истекло! – отчеканил тоном, не терпящим возражений тренер. Дмитрий повернулся кругом, направляясь к выходу. Кечо вдруг замер на месте, прислушиваясь.

«Кечо, говорит Тео, принимай капитана и без возражений, у него важное задание».

– Капитан! – окликнул его Кечо, – Мне поступил приказ не перечить вам. Можете дождаться женщин за дверью они сейчас выйдут к вам. Кразимов Младший остановился у двери лифта в ожидании. Через минуту девушки в зеленоватых защитных волновых спецкомбинезонах, облегающих их формы, появились перед капитаном, с любопытством молча рассматривая молодого человека. На широком поясе у каждой пристегнута кобура для лучемета. Дмитрий поздоровался и обратился к девушкам:

– Мне приказано навестить ваших родителей и объяснить, где вы и чем вы тут будете заниматься, так, что, если у вас есть что дополнить к письмам можете сказать мне я передам вашим семьям. – Убедительно, приветливым тоном в голосе сказал капитан.

– Вы знаете, Дмитрий, – стала первой говорить Елена, – мы с Женей решили все рассказать нашим родителям, кто наши отцы, и как мы хотим дальше жить и кого называть папой. Там в письмах, кстати, адресованных только нашим отцам, – подчеркнула Елена, – мы рассказали все, поэтому у меня просьба, вручить письмо только моему отцу…

– И у меня! – воскликнула Евгения, – Одна с Ленкой просьба, пусть наши отцы решают сами, как поступить с сокрытием наших матерей этой тайны от их мужчин.

– Милые дамы, – приветливо сказал Кразимов младший, – мне все понятно, это дела ваши семейные, и я должен поступить так, как вы пожелаете.

– Надеюсь, Дима, вы все поняли? – многозначительно глядя на Дмитрия сказала Елена.

Дмитрий распрощался с девушками, и приступил к выполнению деликатной миссии…

Модуль приземлился возле железнодорожного вокзала Риги в невидимом пространстве для сновавших туда-сюда людей по вокзальной площади. Робот МБ-20, мило улыбаясь сообщил своему пассажиру, что они прибыли к месту назначения.

– Благодарю тебя за любезность! – сказал Дмитрий, и добавил, – Ты, конечно, знаешь, нашу

технику связи и, пожалуйста не проявляйся без надобности в видимом пространстве.

– Конечно, господин капитан, скорее это вы говорите себе, чем мне. – Невозмутимо отвечал робот с милой улыбкой на бесстрастном лице, – У вас есть пульт управления связи, и вы с его помощью можете легко связаться со мной и при необходимости исчезнуть в видимом и в невидимом пространстве, как и выйти из него. – Ответил МБ-20.

– Да, да, конечно, – перебил говорливого робота капитан, – ну так до скорой встречи?

– Не пуха, ни пера! – бодрым голосом с улыбкой отвечал МБ-20…

С выдвижной лесенки модуля Кразимов младший спрыгнул на росшую везде траву в невидимом пространстве, где в проявленном мире находилась площадь и, щелкнув пультом управления возник среди пешеходов на вокзальной площади перед самым входом в вокзал железной дороги Риги. Дмитрий заранее изучил это место и знал направление движения к городскому метро, чтобы добраться до жилого массива, где был дом, в котором проживала семя его сводного брата… Тем временем у четы Кразимовых в Риге три дня по тому произошли события, которых супруги никак не ждали. Рано утром, когда супруги мирно спали с мечтою о предстоящем время провождении в отпуске, куда, согласно производственного графика Дмитрий Кразимов ушел в очередной отпуск, раздался назойливый телефонный звонок. Кразимов, он же Гаринов младший, сонно потянулся к смартфону, что звенел на столике у постели. Жена во сне, повернулась спиной и продолжала спать. Дмитрий взял трубку и выбрался с постели, осторожно ступая по мягкой поверхности паласа, выскользнул из спальни, плотно прикрывая за собой дверь.

– Здравствуйте Дмитрий Леонидович, это охранник ведомственной дачи из Киевской области Андрей Иванович.

– Здравствуйте, Андрей Иванович! Что вы в такую рань? – настороженно спросил.

– Не знаю, что и сказать, я по поводу вашей дочери и ее подруги, вы просили сообщать если что случается.

У Дмитрия полезли в голову не хорошие мысли, прогоняя их, Дмитрий выкрикнул:

– Да говорите же, что с девушками стряслось?!

– Вчера рано утром они собрали в впопыхах чемоданы, и, что есть духу бросились бежать к автобусной остановке. Я в этот день дежурил на пропускном пункте. Вышел, чтобы узнать, что стряслось, но девушки так быстро убежали по тропинке через поле к Житомирской трассе, что в сторону Киева. Я застыл на месте, и вдруг откуда не возьмись огромный желтый шар появился в небе, прямо над ними. Выпустил яркий луч и по этому лучу втянул девушек во внутрь и скрылся, словно ничего и не было.

– Вы думаете, что говорите?! – в сердцах застонал, в крайнем расстройстве Дмитрий, – Я вынужден немедленно прилететь и разобраться с этим! Ждите меня, я только забегу в управление компанией и мигом к вам.

– Да, да. Я с места не сдвинусь буду ждать вас на месте в дачном поселке…

– И еще, не сообщайте об этом происшествии никому, если хотите оставшееся время прожить на пенсии и ни о чем не заботится. Вы не представляете, как это опасно, ожидайте меня, максимум три дня, если я не появлюсь, можете забыть об этом происшествии!

– Как скажете Дмитрий Леонидович, как скажете!

– Дима, что там случилось, на тебе лица нет? – встревожено спросила жена, открыв дверь спальни.

– Свари, пожалуйста кофе, Хельгочка, а я в душ, затем на кухне все тебе расскажу. – И чтобы не сболтнуть ничего лишнего Дмитрий быстро ушел в ванную. В ванной он продумал, что сказать жене. Умывшись, с дрожащими руками вытер лицо, и выбежал к одежному шкафу. Быстро оделся, взглянул на часы на стене, было уже 8:30. С кухни доносился аромат кофе. Ничего не подозревающая жена, позвала его на кухню. Когда он вошел в костюме и галстуке, с крайним удивлением спросила:

– Ты куда?!

– На работе чрезвычайная ситуация, срочно вызывают. Когда разберусь доложу тебе, Хельгочка все, что там такое. Давай кофейку хлебнем, мне еще рано туда, сказали к девяти явится. Ну немного опоздаю, мне позволено, можно.

– Ты раньше никогда не опаздывал.

– Дорогая, я ведь в отпуске, мне можно. Пока доеду, так к девяти двадцати и явлюсь.

С беспокойными мыслями Гаринов младший ехал в главный корпус авиационной корпорации в акционерное управление президента объединением ремонтных заводов авиационной техники. По дороге, за рулем новенького «BMW», он связался с президентом Отто Крамарем.

– Алло, Крамар на связи!

– Это Кразимов, генеральный инженер.

– А, Дима, ты же в отпуске, что-то случилось?

– У меня важное происшествие в семье, нужно срочно встретится, поговорить.

– Где ты сейчас, кстати, я хотел с тобой тоже поговорить, но только после отпуска, но случай выдался, как ни как кстати. Так что приезжай, я уже в кабинете жду.

Крамар с приветливой улыбкой на полном холеном лице открыл массивную дверь своего кабинета:

– Входи, входи, Кразимов!

Дмитрий насторожился этой любезности, так как знал Крамара, как скупого угрюмого человека, о котором обычно говорят «сам себе на уме», и вместе с тем, блестящего руководителя с феноменальной памятью, которая ему помогала в работе сложным техническим участком международной корпорацией, в которую превратилось производственное объединение Советских авиационных ремонтных заводов, когда Советская Латвия и Советская Украина превратились в самостоятельные страны.

Дмитрий вошел в кабинет и увидел незнакомого молодого человека, любопытно рассматривающего вошедшего.

– Знакомьтесь, Дмитрий Леонидович перед вами Сикорский младший. Отец купил контрольный пакет акций нашей корпорации и рекомендовал своего протеже на ваше место генерального главного инженера, прошу любить и жаловать.

– Простите, а, как же я, моя должность? – с крайним возмущением спросил Кразимов.

– Вы уволены по собственному желанию, я уже подписал Ваше заявление, что хранилось у меня в вашем личном деле. У вас два месяца чтобы найти новое место работы. И письма я вам рекомендательные дам, как самому дисциплинированному и исполнительному сотруднику. – С улыбкой и, как показалось Дмитрию, с какой-то сатанинской нежностью говорил Отто Крамар, словно заблудшую душу приглашая в ад… Кразимов-Гаринов младший протянул сидевшему на кресле президента корпорации руку, глядя в хитрые и колкие глаза Сикорского, который даже не подал ему руки для знакомства, не то, чтобы назвать свое имя. Неловкая пауза затягивалась. Крамар в это время достал из посудного шкафа третий бокал для коньяка и налил полный двадцатилетней выдержки французского коньяка, придвинув к Дмитрию. Кразимов машинально выпил до дна, не скривившись, под удивленный взгляд Сикорского. Затем, ни слова не говоря вышел из кабинета не попрощавшись. Крамар проводил его взглядом с еле заметной улыбкой на щекастом ухоженном лице…

Глава 2

Дмитрий не помнил, как вернулся домой, благо деньги на отпуск у него были в количестве достаточном. И он решил разобраться со сложившейся ситуацией сам, не посвящая жену в свалившиеся на его голову неприятностями. И первое, что пришло на ум, это то, что ему сказал охранник. И тут мелькнула мысль о том, что у него есть этот незнакомый молодой мужчина, когда-то в детстве уговаривающий его признать своим отцом. Он стал гнать эту мысль от себя изо всех мил делая беззаботное лицо перед Хельгой, которая уже появилась в дверях квартиры.

– Ну, рассказывай, что там стряслось?

– Крамар назначил на мое место исполняющим обязанности, на время моего отпуска, они там обмывали и мой отпуск, и его назначение.

– Постой, это тот плешивый пенсионер, которому год до пенсии работать?

– Ну не скажи, заслуженный доктор технических наук с массой изобретений. Ну да ладно, давай лучше подумаем, куда махнуть провести отпуск? – далее разговор вертелся вокруг этой темы до темна… И уже лежа в постели, Дмитрий дал волю размышлениям, что же делать в сложившейся ситуации, хоть подсознательно, каким-то третьим чувством он осознавал, что терять самообладание не следует, приняв за правило пословицу: «Утро вечера мудреней» … В постели он старался лежать тихо, чтобы не разбудить жену. Тягостные мысли роились хаотичным клубком в голове, не давая уснуть. Незаметно подкрался сон и вначале Дмитрий еще не осознал, что спит, когда увидел перед собой седого старца с бородой и серыми большими и добрыми глазами, который улыбаясь говорил ему на непонятном языке, но он понимал этот язык и понимал, что говорил старец: «Я Тео, Верховный Куратор Солнечной Системы в Коалиционном Союзе высокоразвитых цивилизаций галактики Млечный Путь. Ты не должен переживать за свою дочь и ее школьную подругу Елену Грацис. Они сейчас приняты на работу в Дипломатический Корпус Представительства цивилизации планеты Земля в отряд твоего отца Генерала Гаринова Алексея». «Тео, вы плод моего воображения, я, что схожу с ума от потери дочери и работы!» – отвечал Дмитрий старцу. Старец добродушно улыбнулся и продолжил: «Сегодня ты получишь от своего названого брата Дмитрия доказательство моих слов, не беспокойся ни о чем» – образ старца медленно растворился и исчез. Дмитрий вздрогнул, открыл глаза, взглянул на циферблат наручных часов, подсвеченные стрелки показывали 4:00. Сон, как рукой сняло. Он понял, что от этого сновидения не уснуть. Осторожно выбрался из постели, и бесшумно вышел на кухню. Чтобы чем-то занять себя, стал заваривать кофе. Затем в сваренный кофе в дымящейся в чашке добавил коньяк. Присев за кухонным столом стал собирать мысли в логическую цепочку, сопоставляя события, тянувшиеся с его детства. В памяти возник настоящий отец добродушный полный человек в генеральской форме, улетевший тогда на летающем космическом объекте с его теперешним приемным отцом Леонидом Кразимовым, а через день или два, он уже не помнит сколько времени прошло, вернулся молодой человек лет двадцати пяти, точно такой же, как в молодые годы, сошедший с солдатской фотографии, и стал уверять, что это он, его отец! Дмитрий обхватил руками голову, опираясь локтями в стол. Таким его застала Хельга, обеспокоенная отсутствием.

– А, пропажа моя на кухне? – она подошла к мужу и обняла его сзади, прислонившись щекой к колючим щетинкам мужа, – Ну же пошли в постельку, мой мальчик, до утра еще далеко, я совсем замерзла. – Дмитрий послушался жену. Осторожно встал со стула, обнял любимое создание, и вскоре они вернулись в постель. Дмитрий ощутил какое-то успокоение от увиденного сна и тепла любимой жены, что так благотворно разогнала расстроенные чувства. К нему вернулось умиротворение… В этот день у Хельги было веселое настроение. Она мечтала куда ни будь уехать из города, подальше от городской суеты, лишь бы остаться на едине с мужем и не думать ни о чем. Ни о Диминой работе, ни о его командировках и возвращениях за полночь из разных производственных совещаний и его нервотрепках из-за производственных отношений между рабочими в это время неспокойных перемен. Они долго перебирали дома отдыха, туристические фирмы, спорили, но так и не определились с поездкой, пока Дмитрий вдруг не предложил улететь на ведомственную дачу под Киевом. Он сообразил, что слухи о его увольнении еще не дошли до тамошнего руководства, тем более, что сам Крамар сказал ему, что он еще в отпуске, и только после отпуска он будет официально уволен. На что жена ответила:

– Да, конечно, там всегда тихо и уютно, помнишь, как нам было чудесно тогда, когда ты стал генеральным главным инженером и мы впервые с Женькой там отдыхали. Да, кстати

Как она там? Давно звонков не было, Дима позвони ей сейчас, предупреди, что мы будем вместе отдыхать.

– Да, да. прямо сейчас… – Кразимов не договорил, раздался звонок в дверь.

– Кто бы это мог быть? – спросила спонтанно жена. Ответа не последовало, Дмитрий молнией бросился к двери, предвкушающий скорейшее решение вещего сна. В дверях стоял Дмитрий.

– О! Ты не представляешь, как я рад тебя видеть?! – братья обнялись, выбежавшая в коридор Хельга, застыла в изумлении, увидев картину своего мужа в объятьях незнакомого мужчины.

– Кто это?!

Братья перестали тискать друг друга, муж радостно объявил жене:

– Хельгочка, знакомься это мой исчезнувший брат тоже Дмитрий и тоже Кразимов, я показывал тебе наш семейный альбом, помнишь?

– Да, но там вы оба дети, а тут… – Хельга не успела договорить, как муж добавил, хлопая брата по спине:

– Не знакомый дядька, да?! – братья дружно засмеялись радостно, как в детстве, – Давай, жена накрывай на стол, тут у брата прекрасный коньяк и информация о наших детях.

– А, что-то случилось с ними?

– Все отлично, я вам доложу. – Вмешался Дмитрий Кразимов младший-гость – Только нам надо присесть, информации очень много, половина из которой секретна.

– Тогда, за стол, скорее пошли! – скомандовал хозяин.

Гостя повели на кухню, снабдив тапочками. Хельга принялась готовить закуски. Дмитрий-гость достал из дорожной сумки двадцатилетней выдержки французский коньяк «Napoléon», и поставил на стол, со словами:

– Подарок генерала и твоего отца Гаринова Алексея Алексеевича, прими и признай его своим отцом, забудь эту глупую и детскую выдумку, вот за это и выпьем эту бутылку отменного коньяка и забудем ваши раздоры! – высказался одним махом все что думалось Дмитрию Кразимову-настоящему своему названому брату Дмитрию Гаринову-настоящему. За столом воцарилось напряженное молчание. Хельга застыла с блюдом нарезанной ветчины, которую несла на стол. Дмитрий Гаринов, вдруг очнулся первым и бодрым голосом, обращаясь к жене с улыбкой:

– Дорогая, давай ставь на стол, считай, что с этой минуты я обрел отца, я всегда был уверен, что он мой отец, особенно во взрослом совершеннолетии, но мне неловко было и стыдно, поэтому и хотелось уехать скорее подальше из дома, но, как ни крути, а от себя не уйти. Дорогой брат, это, какое-то проведение, что ты здесь, открывай коньяк и разливай по коньячным бокалам в этот знаменательный день, можно сказать в день моего нового рождения, я приобрел отца и свою настоящую фамилию Гаринов, да будет так! – Два Дмитрия и Хельга дружно в их руках прозвенели бокалы за этот знаменательный тост. А, гость продолжал, – Итак я уполномочен сообщить Вам, что с Вашей дочерью Хельга Евгенией и с твоей дочерью Дима Еленой, все как нельзя хорошо…

– Ты, что-то путаешь брат? – возмутился Гаринов Дмитрий, Хельга залилась пунцовой краской при этом. Гаринов взглянул на супругу и сказал ей, – Хельгочка, милая, если ты что-то знаешь, то говори мы все тут не чужие друг другу люди, и я тебя не брошу ни при каких обстоятельствах.

Хельга нервно бросила вилку на блюдо с ветчиной вскочила со своего места и выскочила из-за стола в коридор. Гаринов бросился за ней следом.

– Ну, что ты? – Обнял жену, стал утешать, – Мы оба виноваты с тобой. У вас с Альбертом все равно ничего бы не сложилось, я это все прекрасно понимаю. А Марина его любит, ты это знаешь не хуже меня, правда же? Так что все у нас будет в порядке, ничего менять не будем, будем жить, как и жили без семейных перемен и глупых разбирательств.

– О! Дорогой мой, я так благодарна тебе за это. С меня, как глыба тяжелая с плеч свалилась, и я стала вдруг другой. Спасибо тебе! – Хельга нежно поцеловала мужа в губы. И они вместе вошли в кухню к гостю. Гаринов с приветливой улыбкой взглянул на брата:

– Ну, Димка говори о наших детях, что там еще ты интересное привез?

– Еще вот два письма от ваших детей. – Гость порылся в сумке, которая стояла рядом с ним, достал два письма вручил Хельге письмо от Евгении, Дмитрию от Елены Грацис.

– О, нет, нет, – запротестовал Гаринов, – это для семейства Грацис, пусть разбираются со своей дочерью сами, если можно ты отправь Альберту почтой. – возвращая конверт.

– Ну да конечно. Но первым делом мне надо представить тебя твоему настоящему отцу – Ответил гость, спрятав письмо в дорожную сумку. Хельга одобрительно посмотрела на мужа и стала жадно читать письмо. Каждый раз отрываясь от чтения и вскрикивая от удивления: – Ничего себе! Вот это, да-а!?