Лекции по психологии индивидуальности

Спонтанность (лат. spontaneus – самопроизвольный) – характеристика процессов вызванных не внешними влияниями, а внутренними причинами [10. С. 429].

Условие – в отличие от причины, непосредственно направляющей процесс развития, составляет среду, которая содействует или противодействует развитию, обусловливая тем самым специфику развития [10. С. 474].

Принцип (лат. principium – основа, первоначало) – руководящая идея, логическое основание системы [10. С. 362], основополагающее теоретическое знание, не являющееся ни доказуемым, ни требующим доказательств [3. С. 363].

Идея (грен, idea – буквально: «то, что видно», образ) – обобщенный теоретический принцип, дающий определенный способ познания в объяснении сущности явлений [7. С. 153].

Другие статьи словаря: причинность [10. С. 364], Декарт Рене

[10. С. 108; 7. С. 95], Лейбниц Готфрид [10. С. 217; 7. С. 186], бессознательное [7. С. 38].

1.1. Психология толкования причинности

Путь к пониманию идеи спонтанной организации (термин взят из работы [9], где используется эквивалентный термин «идея спонтанной активности») лежит через преодоление бытовых и механистических образов причинности.

♦ Что такое бытовые образы причинности?

В детстве мы обычно объясняли причины происходящего действием какой-либо одушевленной причины.

Автор этих строк (в 5–6 лет) думал, что машины едут по причине того, что шофер вертит баранку «туда-сюда». Было также удивительно, почему кабина с шофером у грузовой машины находится впереди, хотя должна быть сзади машины, так как шофер, как (толкающая) причина движения, должен находиться позади, как будто толкает тачку?

Постижение принципа спонтанного движения дается не так просто, так как трудно преодолеть, казалось бы, очевидное, – если что-то движется, то обязательно существует внешняя одушевленная причина этого движения.

Аристотель в труде «Механика» сформулировал даже постулат одушевленной причины: «Движущееся тело останавливается, если сила, его толкающая, прекращает своё действие».

Тем не менее, школьное и высшее образование позволяют нам прийти к пониманию, что если что-то движется, не обязательно кто-то это движет, не обязательно должна существовать одушевленная причина движения.

♦ Что такое принцип спонтанного движения?

Допустим, мы преодолели бытовые образы одушевленной причинности, но после этого нами начинают владеть механистические образы неодушевленной причинности: мы не можем себе представить движение без какого-либо двигателя. Если мы преодолеем это представление, то мы поймем принцип спонтанного движения в механике.

Понимание закона инерции, или первого закона И. Ньютона, означает преодоление бытовой причинности и понимание принципа спонтанного движения.

Принцип спонтанного движения получил научную формулировку в форме первого закона Ньютона: «Если на тело не действуют другие тела, то оно находится в состоянии покоя или равномерного прямолинейного движения» (Википедия, см. «Инерция»).

Справедливости ради следует отметить, что Галилео Галилей до Ньютона высказывал подобное утверждение: «Я представляю себе, что тело пущено вдоль по горизонтальной плоскости; если бы все сопротивления были уничтожены, то его движение было бы вечно равномерным, если бы плоскость простиралась в бесконечность» ([1], см. «Галилей»).

Два примера на понимание принципа спонтанного движения:

а) Если в космосе толкнуть тело, то оно будет двигаться вечно (!?), без двигателя, пока не рассыплется.

Не знаю как вам, но мне это положение давалось не сразу, ибо трудно преодолеть бытовую причинность: «Как это так? Если в космосе тело толкнуть, то оно будет двигаться вечно(!), не нуждаясь ни в какой движущей силе, ибо мой бытовой опыт говорил мне: все, что двигается – его двигают, а если не двигают, оно стоит на месте.

Эта задача, хоть и с трудом, но понимается в рамках школьной программы по физике.

б) А вот задача сложнее, она на понимание принципа спонтанного движения. Спутники, оказывается, когда вращаются вокруг Земли по орбите, не «висят», а… вечно падают.

До сих пор очень много людей думает, что космические станции летают по орбите, не падая на Землю, только потому, что двигатели постоянно работают либо центробежная сила не дает им упасть. Тем не менее, эти ответы неверные. Закон физики утверждает, что на спутник действует только одна центростремительная сила – притяжение Земли (не считая ничтожно малого трения в слоях разряженной атмосферы), а центробежная сила действует на Землю. Поэтому спутник находится в состоянии вечного падения.

Если вы в школе решили эту довольно трудную задачу, значит, вы хорошо уяснили первый закон Ньютона, и вы ясно представляете принцип спонтанного движения: если что-то движется, вовсе не обязательно что-то это движет, вовсе не обязательно должна существовать неодушевленная причина движения.

На основе этого простого положения сформировалась классическая концепция причинности с тремя принципами: реактивности, каузальности и редукционизма (об этом позже). Эти принципы сыграли большую роль в науке, но сейчас все большую силу набирает новая концепция причинности, основанная на идее спонтанной организации, которую необходимо понять для понимания концепции «бессознательного» психического.

Для постижения идеи спонтанной организации следует преодолеть механистические образы причинности.

Преодоление концепции неодушевленной причинности означает понимание принципа спонтанного движения, а от этого один шаг до понимания идеи спонтанной организации.

♦ Что такое идея спонтанной организации?

Допустим, мы поняли принцип спонтанного движения и прекрасно знаем законы механики. Но чисто механистическое представление о движении позволяет рассматривать материю только как инертную субстанцию. А если материя инертная субстанция, то она должна согласно второму закону термодинамики стремиться от более организованного к менее организованному состоянию и в итоге – к абсолютному хаосу, который иногда называют «тепловая смерть Вселенной» (см. Википедия). Но если мы поймем, что вопреки второму закону термодинамики материя стремится наоборот: от менее организованного состояния к более организованному (т. е. обладает способностью спонтанной организации), то мы поймем идею спонтанной организации.

В античности идея спонтанной организации развивалась как идея «оживления» материи.

В учении об «Идеях» Платона материя еще инертна и «оживает» только под влиянием «Идей» извне.

Платон утверждает, что сама материя ничего не может породить. Она только «кормилица» или «восприемница», принимающая в свое лоно идущие от Идей световые истечения, так называемые эманации. Сила пронизывающего, сияющего света, исходящая из Идей, оживляет темную материальную массу, придает ей ту или иную видимую форму по образцу вечных и неизменно-прекрасных форм недоступного для грубого человеческого чувства мира Идей [5. С. 71].

Ученик Платона Аристотель в учении об «Эйдосах» дает принципиально иное толкование причины «оживления» материи.

Аристотель утверждал, что Идея присутствует в каждой материальной вещи, что идея слита с материей, находится внутри нее, а не в заоблачных высях, тем самым Аристотель свел идею на Землю, которую так любили и почитали греки [5. С. 72]. Причину жизни материи Аристотель видел в ней самой, т. е. материя сама обладает способностью спонтанного (без вмешательства «мира Идей» Платона) стремления к совершенному состоянию.

Итак, еще в античности Аристотель говорил о признании существования некой причины, которая является «причиной для самой же себя» [5. С. 330].

Для того чтобы почувствовать действие «причины для самой же себя», представим себе зерно, случайно рассыпанное по поверхности стола. Затем начнем постукивать по столу. Зерна, подпрыгивая от постукивания, начинают самоорганизовываться в какой-то рисунок. Это представляется парадоксальным в данном примере, но, если мы будем наблюдать организацию жизни на Земле с момента ее зарождения, сжав ее по времени до нескольких минут (как в быстром кино), то эта картина будет подобна самоорганизации зерен на столе.

Активность это не просто самодвижение (зерен), а именно самоорганизация, понимаемая как стремление от менее организованного состояния к более организованному.

Понять это положение – значит понять идею спонтанной организации, тем самым преодолеть механистическую концепцию причинности.

Следует отметить, механистическая концепция причинности часто присутствует и в современной психологии в виде формулы «стимул-реакция». Например, если что-то активируется (организуется), то обязательно требуют указать на причину активности (организации) в форме стимула, фактора, силы и т. и., хотя суть в том, что понимание жизни по формуле «стимул-реакция» не соответствует идее спонтанной организации.

Например, от создателя концепции физиологии активности Н. А. Бернштейна [7. С. 14], в которой он постулирует внутреннюю (спонтанную) активность элементов организма, образующих «модель потребного будущего», требовали объяснить как раз причины возникновения спонтанной организации: «Активность организма детерминирует поведение, но как возникает сама эта активность – эта проблема оказывается нерешенной» (цит. по [2. С. 241]).

Таким образом, организация на то и спонтанная, чтобы не требовать поиска причин своей организации.

♦ Основы концепции причинности для понимания «бессознательного».

Наиболее развитое толкование «причины для самой же себя» было дано в учении о монадах Готфрида Лейбница, которое в психологии воплотилось в концепцию «бессознательного».

Суть учения о монадах Лейбница заключается в том, что материя состоит из живых монад: минералы, растения, животные, которые спонтанно стремятся перейти от менее организованного состояния к более организованному; от состояния «сна» к состоянию «бодрствования». Минералы – как бы спящие монады, растения – дремлющие монады, животные – бодрствующие монады [3. С. 239]. Эти рассуждения, построенные в духе идеи спонтанной организации, привели Лейбница к иной, в отличие от механистической (построенной ранее Декартом), трактовке душевного мира, которая известна в психологии как концепция «бессознательного».

Именно поэтому Лейбница считают родоначальником теорий, строящихся на представлении о «бессознательном», следовательно, отстаивающих приоритет активности психики [7. С. 187].

Таким образом, мы познакомились с основными этапами приближения к пониманию причин душевных явлений, с позиций идеи спонтанной организации.

1) Мы начали с преодоления бытовой причинности: если движется, то необязательно кто-то движет.

2) Затем уяснили для себя принцип спонтанного движения в механике: если движется, то не обязательно что-то движет.

3) В завершение, мы заложили основы для понимания концепции причинности на основе идеи спонтанной организации: если организуется, то не обязательно кто-то или что-то это организует, оно самоорганизуется.

Эта концепция причинности долгое время существовала лишь на философском уровне (Сократ, Платон), а в психологии царила картезианская (Рене Декарта) стратегия поиска причин. И лишь учение о «живых монадах» Готфрида Лейбница дало импульс создания новой концепции причинности в психологии, на основе которой родилась концепция «бессознательного». На этой концепции остановимся более подробно.

1.2. Основы концепции «бессознательного»

Концепция «бессознательного» предполагает существование так называемой «невидимой психики», именуемой сфера «бессознательного».

«Бессознательное» мыслится не как пассивный склад информации, которая ассоциативным способом выдергивается потоком мысли и попадает в сознание, а как активный будущий океан, каждый элемент которого спонтанно стремится из состояния «сна» в состояние «бодрствования», из глубин «бессознательного» на поверхность сознания.

Поэтому сущностные Силы, образующие «Ядро» человеческой индивидуальности, также являются активными элементами океана «бессознательного». Следовательно, чтобы понять индивидуальность человека, надо понять главные Силы, образующие «Ядро» душевного мира (рис. 1).

Рис. 1. Схема концепции «бессознательного»

♦ Что такое «невидимая психика»?

Представьте себе, что сны – это как звезды на небе, днем их не видно, а ночью они загораются таинственным мерцающим светом. Звезды днем – это как «невидимая психика»: их не видно, но они есть.

Потом узнал, что до меня подобный образ нарисовал индийский философ Рамакришна: «Ночью на небе видно много звезд, но они исчезают, когда восходит солнце. Можно ли сказать, что днем на небе звезд нет? Так что, о человек, если не видишь Бога в дни своего неведения, не говори, что Бога нет».

Представление о «невидимой психике» зародилось в полемическом диалоге Лейбница с последователями Декарта.

Утверждение Декарта о том, что «психика=сознанию» имеет ряд следствий. Одно из них – это то, что животные не имеют сознания, следовательно, не имеют психики и, следовательно, они подобны бездушным автоматам.

Но, к счастью, слухи о том, что человек так уж сильно отличается от животных слишком преувеличены. Лейбниц был первым, кто опровергал формулу Декарта и доказывал, что «психика>сознания». Тем самым Лейбниц одушевил животных, сделав плавным эволюционный переход от животного к человеку.

При отсутствии сознания, согласно Лейбницу, продолжается незаметная деятельность психических Сил, тем самым он ввел понятие о «бессознательном» психическом: «Убеждение в том, что в душе имеются лишь такие восприятия, которые она создает, является величайшим источником заблуждений» [4].

Таким образом, если у вас прошла головная боль, когда вы выпили таблетку анальгина, то, по Декарту, проблема решена: нет боли – нет проблемы. Но, по Лейбницу, это «величайший источник заблуждений», ибо голова продолжает болеть, но в «невидимом мире», со всеми вытекающими последствиями. «Боль – это сторожевой пес здоровья», – говорили древние греки.

Образы «сцены» – сознания и «подвала» – подсознания (или «бессознательного») – часто используются в качестве трактовки двух сфер душевного мира человека – «видимой» и «невидимой» (рис. 1).

Концепция «бессознательного» существовала и до Фрейда. Например, историки развития концепции «бессознательного» [14. С. 190] пишут, что Фрейд в последнем классе гимназии штудировал учебник по психологии, который был поистине энциклопедией идей Иоганна Фридриха Гербарта, который, в свою очередь, был страстным последователем Лейбница.

Практическую значимость концепция «бессознательного» приобрела, начиная с работ Зигмунда Фрейда и его учеников А. Адлера и К. Юнга. Именно Фрейд наиболее ярко использовал представление о «невидимой психике» для трактовки возникновения неврозов и поиска путей их исцеления.

В трактовке неврозов с точки зрения концепции «бессознательного» встает главный вопрос – какие Силы считать главными для здоровой организации душевного мира человека. Если эти Силы подавлены, то возникает расстройство психики, следовательно, стратегия исцеления неврозов строится как восстановление приоритета этих Сил.