Чародейка. Книга 2. Бремя власти

Глава 1

Къяра стояла перед зеркалом и терпеливо ожидала, когда Алика затянет шнуровку на корсете ее парадного платья. Алика уже вторую неделю исполняла обязанности ее личной служанки. Она следила за уборкой в спальне, приказывала подготовить для Къяры тот или иной наряд, помогала ей одеваться, причесываться и раздеваться. При этом она почти не разговаривала и не поднимала глаз. Изредка Къяра ощущала на себе брошенный украдкой ее злой взгляд, но, обернувшись, всегда видела лишь потупленные в пол глаза.

Делала Алика все очень медленно и не всегда аккуратно. Пару раз она обливала чаем наряды Къяры, и ту от переодевания спасало лишь то, что она с помощью магии могла восстановить свой костюм. Особенно медлительной Алика становилась если, как сегодня, знала, что Къяра торопится. Но Къяра изо всех сил старалась не показать, что спешит и злится. Она всячески избегала ситуации, в которой ей бы пришлось наказать Алику. Иногда ей казалось, что та откровенно провоцирует ее на это, но она сдерживалась и делала вид, что ничего не замечает.

Дверь личных покоев Къяры распахнулась, и на пороге появился Маграт:

– Радость моя, мне еще долго тебя ждать? Ты должна была быть в тронном зале еще полчаса назад…

– Я выбирала платье, – не оборачиваясь, ответила Къяра.

– Никогда раньше не замечал за тобой страсти к перебиранию нарядов и отсутствия пунктуальности. Что случилось?

– Ничего, отец. Ровным счетом ничего. Я лишь повзрослела и стала более женственной и, зная, что теперь должна соответствовать статусу Владетельницы больше внимания уделяю своему внешнему виду, чем раньше, вот и все. Надеюсь, ты извинишь мое опоздание? – дождавшись, когда Алика завяжет завершающий узел, она обернулась к отцу и мило улыбнулась.

– Ты знаешь, как я не люблю ждать, но с завидной регулярностью опаздываешь все последнее время. Сдается мне, дитя мое, что ничего ты не выбираешь, а порядок навести не можешь, и как мне кажется, совсем не в платьях…

– Отец, я понимаю, ты сердишься, но обвинять меня в том, что я не могу навести порядок, с твоей стороны, по меньшей мере, необоснованно. Исходя из чего, ты сделал такой вывод? Да, я опоздала… и действительно не первый раз. Но я же женщина, а не разводящий посты.

– Ты в первую очередь Владетельница.

– Именно. Поэтому я должна соответствующе выглядеть и имею право задержаться. Ты сам часто этим грешишь. Так что не драматизируй, ничего экстраординарного не произошло.

– Хорошо. Пусть так. Я всегда знал, что тебя не переспоришь. Подойдем к вопросу с другой стороны и сбросим карты. Тебя устраивает поведение Алики?

– А почему меня оно должно не устраивать?

– Ты посмотри на нее. Даже пока я стоял здесь, она двигалась как впавшее в анабиоз земноводное.

– Они не двигаются вовсе, отец. А она старается, и делает, по-видимому, максимум, на что способна.

– Ты думаешь, она способна лишь на это?

– Мне кажется, что да.

– Ах, тебе так кажется. Спешу заверить: тебе это кажется ошибочно. Эта милая женщина способна делать все быстро, четко и аккуратно. И я хочу, чтобы ты заставила ее вести себя именно так. А еще я хочу, чтобы вечером она пришла ко мне… и была очень послушна.

– Хорошо, отец. Как скажешь, – Къяра подошла к Владетелю и нежно тронула его за плечо. – Все будет так, как ты захочешь, только не надо нервничать и сердиться. Пойдем, я уже давно готова.

– Ты сделаешь это сейчас, – Маграт мрачно посмотрел на застывшую у стены Алику, а затем перевел взгляд на дочь.

– Легко. Но только тогда мне надо будет сначала вновь переодеться, потом выполнить твое приказание, а затем вновь надеть это платье. И учти, магию использовать я не буду, чтобы проверить действительно ли она сможет помочь мне одеться быстрее. Так что если ты согласен подождать еще часа два, а то и три, скажи. И я займусь этим прямо сейчас.

– У тебя полчаса. Нас ждут послы.

– Ну уж нет, – Къяра сурово нахмурилась, и скулы ее напряглись. – Я согласна выполнить твой приказ, но мне потребуется столько времени, сколько я сказала! Согласен ждать – жди. Если согласен ждать ты, то и послы подождут, никуда не денутся. Не согласен – идем сейчас, а твой приказ я выполню позже. И это мое последнее слово.

– А ты научилась быть жесткой, – усмехнулся Маграт и нежно коснулся щеки дочери. – Хорошо, моя радость, ты знаешь, что я не люблю ждать, пойдем, потом с ней разберешься.

– Как скажешь, – губы Къяры тронула ироничная усмешка.

Маграт, укоризненно покачав головой, вышел за дверь, и Къяра последовала за ним.

Вернулась в свои покои Къяра уже под вечер, знаком подозвала Алику и, дождавшись, когда та приблизится, рукой приподняла ее подбородок и заглянула в глаза.

– Не сделаешь то, что сказал отец, накажу Ингу. Причем накажу так, что мало не покажется. Поэтому сейчас пойдешь к отцу и будешь вести себя так, чтобы у него не было причин жаловаться на тебя.

– Причем здесь Инга? – хрипло, прерывающимся голосом спросила Алика, пытаясь отвести взгляд.

– Не причем. Но какое это имеет значение? Я сказала, что накажу ее, значит, накажу именно ее.

– Мерзкая тварь, – Алика злобно посмотрела на нее.

– Еще раз так назовешь, или скажешь что-то подобное, Инга недели две подняться не сможет, – не отводя взгляда, бесстрастно пообещала Къяра.

– Оставь в покое мою дочь, она ничего тебе не сделала. Хочешь наказать, накажи меня.

– Ее наказание подействует на тебя сильнее, я знаю это.

– Ты права. Ведь это я лишила Ингу возможности как претендовать на престол, так и противостоять твоей магии. Она беззащитна, и теперь ты можешь воспользоваться этим. Тебе мало, что ты ее превратила в свою рабыню, ты теперь еще и беспричинно мучить ее собираешься?

– Конечно. Ты маг, Алика, и должна знать, что маги всегда используют слабые стороны, и у них нет кодекса чести. Поэтому не надо стараться искать во мне то, чего не может быть по определению. Если ты хочешь защитить Ингу и хоть как-то исправить то, на что обрекла ее, будешь беспрекословно слушаться, или же будешь после каждого твоего проступка наблюдать за ее наказанием.

– Ты бессердечна, – Алика судорожно сглотнула и потупилась.

– А ты думаешь, сердце может быть у того, кто был с детства лишен ласки и любви матери? – усмехнулась Къяра и отпустила ее подбородок. – Иди к отцу, он ждет тебя. И не забудь то, что я сказала.

Алика вошла в покои Маграта, и охранники закрыли двери у нее за спиной. Тот поднялся ей на встречу, и Алика преклонила колени.

– Моя госпожа велела мне придти к Вам, мой господин.

– Великолепно. И что еще она тебе велела?

– Беспрекословно слушаться.

– Она наказала?

– Нет. Лишь пообещала наказать Ингу, если я не буду слушаться.

– И ты не возразила?

– Я пыталась… по-разному… но она осталась при своем решении.

– Жаль. Я надеялся, что ты окажешься умнее и сообразительнее.

– Сожалею, что разочаровала тебя.

– Этого мало, любушка моя, – Маграт жестко взял Алику за волосы и запрокинул ей голову. – Если ты в ближайшее время не вынудишь ее наказать тебя, я заберу у нее Ингу, и ты знаешь, что я с ней сделаю…

– Ты же видишь, я старалась. Однако девочка приняла решение и теперь вряд ли от него отступится. Не будет она меня наказывать. Можешь хоть сейчас забирать Ингу, я уже и так сделала все, что могла для нее… больше у меня сил нет.

– Никак ты сломалась?

– Да. Сегодня я услышала такие слова, причем от обеих, после которых не мудрено сломаться. Я перепутала детей, Маграт. Я не выбирала, думая, что успею обеих лишить способности к магии, и этим обрекла каждую на страдания.

– Ничего ты не перепутала. Встань, – Маграт отпустил волосы Алики, дождался, чтобы она поднялась, и продолжил: – Ты выбрала неосознанно, поступив так, как всегда. Инга с самого начала была тебе дороже… Ты даже кормила ее всегда первой.

– Нет. Не дороже. Она была слабее, так как родилась второй, и капризнее. Я знала, Къяра сможет подождать, а Инга не будет. Я жалела Ингу и, наверное, взяла ее первой, так как знала, что сил у меня вначале будет больше, чтобы быстрее снять боль и утешить.

– Вот и я про это. Именно только из Къяры и могла получиться великолепная Владетельница.

– Только ей это не надо… Я же вижу.

– Ей, может, и не надо, но она способна на это. И этого достаточно. Она стала могущественным магом, сильным воином и будет прекрасной Владетельницей.

– Ты сделал ее еще и воином?

– Не я. Это сделал Виард. Я лишь отдал ее ему на время, – усмехнулся Маграт.

– Так он жив? И как он принял мою девочку?

– Отвратительно. Он отыгрался на ней за все, в чем обвинял меня. Она с трудом выжила.

– Бедное дитя… Как же я перед ней виновата. Ты изверг. Зачем ты это сделал?

– Зачем? Странный вопрос. Чтобы сделать сильной, не боящейся ничего и способной вынести все. И она стала такой. Это ты вырастила капризное, ничего не умеющее и ни к чему неприспособленное существо, она переступит через тебя и даже не задумается. Ты ей нужна лишь затем, чтобы исполнять ее прихоти и защищать от всевозможных неприятностей.

– Ты прав, ты абсолютно прав. Я отдала ей всю любовь, на которую была способна, а оказалось, что она ей была не нужна. Она хотела лишь власти.

– Она не понимает через что надо пройти, чтобы ее получить. Она вряд ли бы выдержала то, что пришлось вынести ее сестре… Неужели ты не могла объяснить ей это?

– Чужие трудности всегда кажутся мелкими, зато свои мелочи чрезвычайно трудными. Она не знает, как учат магов, и от чего я уберегла ее.

– Что ж ты не рассказала?

– Это надо не рассказывать, это надо испытать… А подвергнуть ее воздействию сфер я не решилась. Боялась упреков, что, лишив ее этих возможностей, напрасно мучаю. Видимо зря. Теперь же исправлять что-то поздно.

– Думаешь?

– Уверена. Я упустила время. Да и бессмысленно сейчас это. Поэтому можешь забирать Ингу, лучше сразу, пока Къяра действительно не начала ее наказывать. Заставлять Къяру наказывать меня я в любом случае не буду. Ей и так нелегко. Ты окружил ее лишь ненавистью и злобой. А девочке необходима любовь.

– До чего ж ты упряма. Что ж ты не согласилась на предложение Къяры, раз так о ней печешься? Ведь ты же не могла не почувствовать, что шанс сбежать у вас был.

– Поняла. Девочка прошла так, что даже информационную сферу не потревожила. Я ее не почувствовала, пока перед собой не увидела. А ведь я ждала ее. Да и амулет она с собой принесла… К тому же она сильнее тебя. Но я слишком хорошо тебя знаю… Ты в любом случае превратил бы нашу жизнь в кошмар, даже если бы у нас все получилось. И еще… Къяра уже прошла весь путь к престолу. Уводить ее тогда, когда до него остался лишь шаг, сделать напрасными все пройденные ею муки и страдания? Зачем? Чтобы на старости лет гордиться, что она все бросила к моим ногам, хотя я это не заслужила? Слишком много было против и ни одного за. К тому же у тебя не могло не быть еще одного козыря в рукаве. Иначе ты не был бы ты. И не ждал бы ее прихода, а всеми силами препятствовал ему.

– Умница. Козырь был. Зная мою дочь, я не мог не подстраховаться.

– И какой?

– А ты не догадываешься?

– Скажи! – скорее потребовала, чем попросила Алика. Ее большие голубые глаза сделались еще больше и стали полны страха и неверия.

– Догадалась, – рассмеялся Маграт.

– Ты знаешь? Не может быть! Ты бы не смог поступить так! Это невозможно… – Алика схватила Маграта за руку и заглянула ему в глаза: – Скажи, что это не так!

– Любушка моя, я знал это с самого начала, поэтому и выбрал тебя. И поступил бы я именно так. Неужели ты до сих пор не поняла, что, идя к цели, я не остановлюсь ни перед чем? Только чего тебе сейчас-то пугаться? Ты же не нарушила договор.

– Что это было?

– Твое колье. Она отдала бы его тебе… и ты бы его надела.

– Я не стала бы его надевать. Я ведь знала, что его забрал ты, и отказалась бы его надеть.

– Надела бы. Это сейчас ты знаешь, чем тебе это грозило, а тогда ты и не догадывалась, что я знаю твою тайну, и не почувствовала бы ничего. А если бы все-таки не надела, сославшись, что оно побывало в моих руках, то тогда, моя милая, она бы перестала тебе верить.

– Почему?

– На тот момент она верила больше Виарду, а его я заставил солгать ей, что ты спрятала его, когда он вез тебя ко мне.

– Я бы поговорила с ней и объяснила, что она может ошибаться.

– Она бы тебе даже вида не подала, что перестала тебе верить. Ее научили свои выводы держать при себе. Ты бы и не догадалась, что в ее душе поселилось маленькое неверие в твои слова. А маленькое недоверие влечет за собой большие неприятности, которыми я умею пользоваться… Тебе ли не знать.

– Как она могла ему верить больше?

– Он ее учитель, он сделал из нее воина, он ей никогда не лгал. Она знает, что он любит ее. Теперь любит, пообщавшись с ней долгое время, он полностью пересмотрел к ней свое отношение. В нее невозможно не влюбиться… Да и смысла лгать ей, с ее точки зрения, у него даже и быть не могло. И наконец, она сама к нему очень привязана… он дорог ей.

– Она к нему привязана? После того как он мучил ее так, что чуть не убил?

– Она умеет прощать. Она видела, что он бесхитростен и честен. Она ценит эти качества. И потом с ней поступали даже жестче, чем он. То, что вынесла она, даже представить трудно… Но она твоя дочь и это объясняет многое.

– То, через что ты заставил пройти ее, ужасно, – Алика отпустила руку Маграта и потупила взор, потом помолчала и еле слышно произнесла: – Раз ты все знаешь… и даже колье мне подготовил… Я хочу знать: ты сделаешь это?

– Нет. Пока ты будешь покорна, бояться тебе нечего.

– Пока… – губы Алики предательски дрогнули, и она судорожно сглотнула, борясь с подступившими слезами. – Хочешь опять держать меня в страхе?

– А с тобой иначе нельзя, милая. Ты упряма и своевольна.

– Надевай! Надевай его хоть сейчас! У меня нет больше сил, бояться тебя… Я устала и не хочу так жить! Хочешь иметь вместо меня дрессированное чудовище и подарить ей, пожалуйста… – в ее глазах заблестели слезы.

– Вы только посмотрите на нее… «устала она». Слов нет. Ты двадцать два года жила в свое собственное удовольствие, хотя не заслужила ни дня такой жизни. После того как я надел на тебя кабалит, я и пальцем тебя не тронул. От чего ты устала? От того, что две недели общаешься с собственной дочерью, которая не смеет тебя даже наказать? Совесть поимей, разбрасываться такими словами. Ты же не совсем маг, совесть у тебя должна иметься… вон у дочери твоей, правда, только у одной, ее хоть завались… хотя она маг в гораздо большей степени.

– Прости. Я погорячилась. Что ты хочешь?

– Пока ничего, кроме того, что уже просил тебя сделать.

– Да не будет она этого делать, пока у нее Инга. Даже если я демонстративно не буду обращать внимание на то, что она ее наказывает. Къяра уже поняла, что это будет игра и постарается переиграть меня. Ты не должен был отдавать Ингу ей, если хотел заставить играть в игры со мной.

– Давай оставим тему, что я должен был делать и что нет.

– Да, конечно. Извини.

– Хорошо, я временно заберу у нее Ингу, – Маграт перехватил ее взволнованный взгляд, – не бойся, не трону я ее, но ты приложишь все силы, чтобы ваши отношения с Къярой перешли на другой уровень.

– Скажи ей, что сегодня с тобой я была непокорна.

– Ты действительно хочешь мне отказать? – Маграт притянул Алику к себе и крепко сжал в объятьях.

– Ну разве я осмелюсь, мой господин, – усмехнулась она.

– Я когда-нибудь, кроме того, первого раза, заставлял или принуждал тебя к чему-то?

– Ты умеешь спрашивать так, что отказывать тебе не смеет никто.

– Никто? Ты ошибаешься, твоя дочь отказывала мне и не раз…

– Она сильнее меня… ты сам сделал ее такой.

– Но лишь благодаря тебе… Твоя тайная сущность, любушка, позволила ей стать такой, – Маграт жадно припал губами к губам Алики, и она ответила на его поцелуй.

Утром Маграт распахнул дверь покоев дочери, втолкнул в нее Алику так, что она, пролетев пару метров, упала к ногам Къяры, стоящей у зеркала, и жестко потребовал: – Приведи мне Ингу.

– Доброе утро, отец, – Къяра улыбнулась и склонила голову.

– Приведи мне Ингу, – вновь жестко повторил Маграт.

– Владетель, Вы явно сегодня встали не с той ноги. Неужели я не дождусь от Вас даже пожелания мне доброго утра?

– Мне повторить еще раз? – не меняя тона, спросил он.

– Ты хочешь, чтобы тебе привели ее прямо сейчас? – удивленно спросила Къяра.

– Да. Пошли за ней.

– Хорошо, – Къяра вышла и отдала распоряжения слугам. Вернувшись, она удивленно посмотрела на отца и на Алику, неподвижно лежащую на том же месте, где упала.

– Отец, что случилось, объяснить можешь?

– Могу. Твоя рабыня смеет мне перечить. Надеюсь, другая окажется более сговорчивой.

– Ты что-то хочешь от меня? – губы Къяры исказила презрительная усмешка.

– Да. Я заберу Ингу, а ты разберешься с ней, – Владетель кивнул на лежавшую на полу Алику.

– Хорошо, как скажешь, – кивнула Къяра.

В это время двое охранников ввели Ингу.

– Пойдешь со мной! – приказал ей Владетель и вышел из покоев Къяры. Инга, испуганно оглянувшись на Къяру и мать, лежавшую на полу, молча последовала за ним.

Къяра наклонилась над Аликой и рукой приподняла ей голову:

– Чего ты добиваешься? Это ведь ты устроила… Я давным-давно не видела отца таким злым. До моего появления ты была с ним покорна и, как мне показалось, тебе в голову не приходило перечить ему. Ты решила проверить будет ли он теперь наказывать тебя, и если нет, то как умею наказывать я? Да? Не жалко себя, хоть бы Ингу пожалела… Общаться с ним в таком настроении опасно для жизни. Зачем тебе все это?

– Он не сделает ей ничего… она его дочь, – тихо проговорила Алика, потом еще тише спросила: – Я могу подняться?

– Можешь, – Къяра отпустила ее голову и выпрямилась, – Хочешь сказать, что он забрал ее, чтобы вынудить меня наказать именно тебя? Это ты его так разозлила специально, а потом сказала, что наказывать я собираюсь Ингу, а не тебя, чтобы ее из-под удара вывести?

Алика поднялась, зло взглянула на Къяру, потом отвела взгляд и ничего не ответила.

– Понятно, – протянула Къяра. Ее губы скривила мрачная усмешка, а в глаза стали жестокими и холодными. Она взмахнула рукой, устанавливая по периметру комнаты непроницаемый магический барьер и в упор посмотрела на Алику.

– Как ты, надеюсь, уже поняла, я очень не хотела наказывать тебя. Но ты постоянно вынуждаешь меня. Можешь сказать, зачем?

Алика склонила голову и молчала.

– Здесь одно из двух, – продолжила Къяра, – или отец каким-то образом заставляет тебя это делать. Тогда скажи, и я сделаю так, чтобы он был доволен, не причиняя тебе никакого вреда. Или же я настолько ненавистна тебе, что ты даже не можешь контролировать свои поступки. Но в этом случае ты должна осознавать, что ничем хорошим для тебя это не закончится.

Алика презрительно усмехнулась, но ничего не ответила.

– Жаль, что ты не хочешь разговаривать, – мрачно произнесла Къяра, – я надеялась, что у тебя хватит здравого смысла обсудить со мной наши взаимоотношения до того, как я начну использовать в качестве аргумента силу.

– Хочешь использовать силу против матери, что ж используй… Во-первых, ты сильнее, а во-вторых, я не посмею противиться, раз произнесла зарок…

– Матери? Ты себя называешь моей матерью? Так учти, я тебя ей не считаю. В моем понимании мать не та, что родила, а та, что выкормила, выходила, воспитала и самое главное, та, что любит. Вот для Инги возможно ты и мать, а для меня родившая меня женщина. Когда я узнала о тебе, узнала, что ты хотела лишить меня моих способностей, я всячески оправдывала тебя в своих глазах, объясняя это тем, что ты хотела оградить меня от выпавших на мою долю испытаний. Я была готова пожертвовать ради тебя всем: любовью отца, моим пределом, в котором хотела укрыть вас от него… я ожидала найти разъединенную любовь. А нашла двух особ женского пола снедаемых злобой, жаждой власти и ненавистью. Нашла ту, которая при первой же встрече, не раздумывая, хотела меня убить, лишь бы досадить тому, кто оказался сильнее ее и получил от нее все, что хотел. Нашла тебя… и для меня ты не мать. Поэтому если еще раз услышу из твоих уст это слово в отношении меня, а не Инги, вырву тебе язык. Поняла? – Къяра жестко схватила Алику за подбородок и заглянула ей в глаза.

– Поняла, госпожа, – сквозь зубы, нехотя проговорила она.

– Замечательно, – произнесла Къяра, не отводя взгляда, хотя глаза Алики были полны такой злобы, что Къяре казалось: еще немного, и она в ней захлебнется. – А теперь я хочу знать: ты будешь послушна или мне надо заставлять тебя быть такой?

– Ты думаешь, что сможешь заставить? Заставить, когда на мне кабалит твоего отца? Нет, госпожа. Ты ничего не сделаешь… тебе придется просить отца.

– Несмотря ни на что мне жаль, что тебе придется убедиться на собственном опыте, что это не так.

Къяра отпустила подбородок Алики и взяла рукой охватывающую ее шею цепочку-кабалит, затем рукой медленно провела вдоль всей цепочки. Тут же под ее рукой возникло серебристое свечение, и под цепочкой появился широкий кожаный ошейник с металлическими шипами. Къяра убрала руку и, кивнув на зеркало, тихо произнесла: – Иди, посмотри внимательно, что на тебе, а потом мы продолжим разговор.

Алика взглянула в зеркало, дотронулась рукой до ошейника и внимательно ощупала его, потом обернулась к Къяре. Ее глаза были полны непонимания и страха: – Это невозможно! Как ты это сделала?

– Возможно. Для меня мало что невозможно, – Къяра усмехнулась. – А сделала просто… при помощи магии, ты же видела. А теперь попробуй догадаться, что я сделаю дальше.

– Возьмешь мою руку и заставишь дернуть кабалит отца, после чего он сам, ударной волной затянет твой.

– Ты сообразительна. Правильно. Я поклялась отцу не снимать его кабалит, а то, что не буду надевать свой, не обещала, – усмехнулась Къяра. – Поэтому вопрос: сама это сделаешь или мне все же надо тебе помочь?

– Я не буду это делать! – Алика отступила к стене и попыталась руками разъединить ошейник и цепочку. Однако ей это не удалось, они будто сплавились вместе. Тогда она попыталась применить магию, но применять магию к кабалиту было нельзя. Он тут же активизировался и сжался на ее шее плотным кольцом. Вскрикнув, Алика упала на пол, и тело ее свела судорога.

– Успокойся и расслабься! – Къяра склонилась над ней, одной рукой приподняла голову, а другой провела по шее, превращая свой кабалит в обрамление уже имеющейся у Алики цепочки, а затем стала медленно поглаживать по плечам, снимая своей магией последствия сильной ударной волны. – Перестанешь сопротивляться, и все пройдет, ты же знаешь.

Постепенно судороги у Алики прошли, а тело расслабилось. Она подняла глаза на Къяру и очень тихо прошептала:

– Как же я тебя ненавижу…

– Я это уже поняла, – Къяра отпустила ее голову и поднялась. – Хотя это очень странно… Ты должна была быть другой. Судя по твоей сущности. Вставай.

– Что ты имеешь в виду? – Алика тяжело поднялась и вопросительно посмотрела на Къяру.

– Только то, что сказала. Твое поведение противоречит твоей сущности, твоей второй сущности. И это странно.

– Какую мою сущность ты имеешь в виду? – голос Алики стал хриплым, и говорила она с трудом.

– Ту, которую ты скрываешь, – усмехнулась Къяра. – Теперь я понимаю, чем ты меня наградила, и за что тебя выбрал отец, а так же почему он отказался снимать с тебя кабалит. Ты ее стыдишься и похоронила в себе. А зря, в ней было много хорошего… Она мне нравится гораздо больше, чем то, что я вижу перед собой.

– И что ты собираешься делать?

– Ничего особенного, – пожала плечами Къяра, – сейчас ты поможешь мне причесаться, причем быстро и аккуратно, а потом я уйду до вечера. И ты останешься здесь, как обычно, за хозяйку, а вечером отправишься к отцу и постараешься его ублажить.

– Я не про это… – Алика нервно сглотнула. – Что ты собираешься делать исходя из того, что узнала обо мне?

– Ничего я не буду делать. Успокойся. Иди, помоги мне причесаться и можешь отдохнуть. Отец ведь тебе вряд ли ночью выспаться дал, да и следующей точно не даст…

– Прекрати изображать участие и заботу. Я все равно не поверю. Я понимаю, что ты хочешь, чтобы я стала доверять тебе и, стремясь не потерять твое расположение, из кожи вон лезла, стараясь услужить. Так вот, этого не будет, не старайся.

– Не хочешь из кожи вон лезть – не лезь. Но исполнять приказы, причем быстро и четко, я тебя заставлю, – жестко сказала Къяра. Рукой захватив цепочку на шее Алики, она резко потянула ее на себя. – Я не только уговаривать умею, но и заставлять. Поверь мне. А если через десять минут ты не сделаешь мне прическу, сможешь лично в этом убедиться. Понятно?