Чародейка. Книга 2. Бремя власти

– Тогда не сможешь ни есть, ни пить, ни развлекаться… – усмехнулся в ответ Норлан, потом помолчал немного и добавил: – Чего ждешь? Наказывай.

– Да бесполезно это, я знаю, – Къяра скривила губы и отпустила кабалит на его шее, – знала ведь, что не надо идти сюда… и все равно пришла. Ты только больнее делаешь… Можешь не уходить никуда, я сама уйду… Есть еще одно место, где в отличие от тебя, меня будут рады видеть. Может, хоть там мне будет легче…

Она подняла руку, чтобы открыть арку, однако Норлан перехватил ее:

– Подожди. Расскажи, что случилось, возможно, я смогу помочь.

– От тебя помощи как от козла молока, ты можешь лишь больнее сделать. Я сама разберусь, – Къяра смерила его мрачным взглядом.

– Возможно, что как от козла, не спорю. Однако лучше бы ты рассказала. Ведь ты за этим пришла. Извини, я не сразу понял. Я обещаю, что выслушаю и не предприму ничего, чего ты не пожелаешь. И говорить тебе ничего, что может тебя обидеть, не буду. Сокровище мое, я действительно хочу помочь тебе.

– Норлан, я так боюсь рассказывать тебе… Хотя готовилась поговорить, это правда. Сначала к тебе пошла, а когда увидела, что тебя нет, струсила и решила сходить к Каю, чтобы потом ко мне не цеплялся. А затем решила проконтролировать парочку магов, чтобы тебя задобрить, но ты не оценил… тогда я по-другому к тебе подлизаться попыталась, но опять не вышло… и когда ты учеников пообещал позвать на ужин, я не выдержала. Разозлилась и решила, что точно говорить ничего не буду, а устрою представление…

– Все, моя Лаона, не оправдывайся и не бойся, все будет хорошо, я обещаю, – Норлан обнял ее, а потом подхватил на руки. – Куда отнести тебя, мое сокровище? Где ты хочешь поговорить?

– В спальню, – Къяра прильнула к Норлану и крепко обняла.

Усадив ее на большой мягкий диван, стоявший в углу спальни, Норлан сел рядом: – Рассказывай, что случилось.

– Ты знаешь, что у меня есть сестра? – осторожно взяв его руку в свои, тихо спросила она.

– Нет, первый раз слышу. Ты же в курсе, что обитель огорожена таким образом, что я не могу контролировать ни Лорен, ни пределы его, и знаю лишь то, что захочет рассказать мне Владетель или ты.

– Так вот у меня есть мать, которую я не видела всю мою жизнь до недавнего времени и сестра близнец. Она похожа на меня как две капли воды, только волосы золотые… – она осторожно стала перебирать его пальцы.

– Это интересно… И что дальше?

– Мать меня ненавидит, потому что именно ради меня мой отец пленил ее, убил ее отца и больше двадцати лет держал в заточении вместе с моей сестрой. В отличие от меня, мою сестру мать любит до безумия, поэтому избаловала до невозможности, и Инга не умела ничего до недавнего времени. Она кстати к магии сфер неспособна, в отличие от матери, которая неплохой маг. А неспособна, потому что в детстве мать надела на нее раскаленный браслет Рогнеды. Сейчас они обе мои служанки, на сестре мой кабалит, а на матери кабалит отца с моим обрамлением. В общем, все запутано и непросто. И рассказывать я не умею.

– Да баян из тебя неважный… – он усмехнулся и сам обхватил ее руки. – Не волнуйся ты так. Я же пообещал, что все будет хорошо. Поэтому не нервничай и расскажи подробнее.

– Зачем? Проблема не в этом, а в том, что моя сестрица переспала с моим супругом…

– У тебя есть официальный супруг?

– Да, мой двоюродный брат Лиат. Мальчишка младше меня на семь лет, ты должен помнить его, ты готовил его для меня… Он любит меня и предан, но сестренка решила пошутить, и он перепутал… В общем, сейчас в трансе он и моя мать, которые знают, что за этим должно последовать, ну и идиотка сестра, которой все объяснили… Я могла бы все скрыть, но на матери, как я уже сказала, кабалит отца, и как бы она не хотела, от него это она скрыть не сумеет. А эта кретинка, когда с ее головы шарф упал и Лиат ей подробненько рассказал, что их ждет, в первую очередь к ней побежала…

– Тебе кто об этом сказал?

– Лиат. Как только я вернулась, рассказал…

– Тебе дорога сестра? – он заглянул ей в глаза. В них плескалась боль.

– Я не хочу ее казнить…

– Понял, – Норлан кивнул и задумался, а потом попросил: – Расскажи мне подробно как к тебе мать и сестра попали.

– Ты думаешь, это подскажет выход из сложившейся ситуации?

– Возможно, и не подскажет, но чем большей информацией владеешь, тем больше шансов найти то, что ищешь.

– А что ты ищешь? – она высвободила руки и с надеждой посмотрела на него.

– Способ замять эту историю.

– Хорошо, – кивнула она и, вздохнув, тихо спросила: – Ты ведь знаешь, что я была Владетельницей у киритов?

– Да.

– Так вот, там я совершенно случайно повстречала колонну рабов, в которой была служанка моей матери. Сначала она приняла меня за нее, а потом сказала, что мой учитель Виард, похитил мою мать для моего отца, я отправилась к Виарду, потребовала объяснений и узнала, что кроме матери у меня была сестра-близнец. Попыталась узнать, живы ли они. Узнала… и как последняя дура решила вытащить их из заточения. Взяла из обители амулет, отправилась туда и столкнулась с матерью, которая не убила меня лишь потому, что оказалась слабей. А потом появился отец и потребовал либо казнить обеих, либо забрать себе. Как ты понимаешь, я выбрала последнее. Мать вначале просто трясло от ненависти, но когда я надела на нее обрамление, она стала на редкость ласкова и мила.

– А сестра? – уточнил Норлан.

– Инга, это вообще отдельная песня. Отец велел мне научить ее хоть чему-нибудь. Я старалась. И вроде бы даже сумела добиться чего-то. Инга научилась подчиняться, перестала все время ныть и капризничать. Стала хоть немного более самостоятельной и способной выполнять элементарные поручения… И у нас вроде даже отношения начали складываться, не ахти какие, но все-таки… Ненавидеть так точно она меня перестала… хотя может мне это только показалось. В общем, только все начало более-менее налаживаться, и тут она выкинула этот фортель. Наверное, я и сама виновата, так как позволила ей выбирать любых наложников, но мне и в голову не пришло предупреждать ее про Лиата, я знала, как он относится ко мне…

– Ты позволила ей использовать твоих наложников?

– Да, Норлан, позволила… Причем первого даже сама контролировала. Эта кретинка выбрала предводителя отряда гентаров, плененного киритами, которого я только-только научила подчиняться… Такого здоровенного воина-дикаря. Удовольствия ей это не доставило никакого. Скорее наоборот, хотя гентар максимально старался ее не обидеть. Я предложила ей выбрать кого-нибудь другого, но она была так напугана грубыми мужскими ласками, что не захотела. А потом устроила это. Она клянется, что все вышло случайно, но я знаю, как ей хочется оказаться на моем месте, причем не тогда, когда надо работать, а исключительно, когда можно расслабиться, поэтому эта так называемая случайность очень закономерна.

– Ты сканировала ее мысли?

– Да, но опосредованно, и в них такая каша… От испуга она уже и сама не знает что было, а что она сама себе навыдумывала, чтобы хоть как-то оправдаться… А подвергать ее направленному воздействию мне не хочется. По большому счету, как именно это произошло, никакой роли не играет.

Норлан опять надолго задумался, а потом спросил:

– Къяра, а как твой отец отреагировал на твой приход к матери?

– Нормально, он ждал меня, как потом выяснилось, то колье матери, с помощью которого я нашла ее, специально для меня оставил и даже учителя заставил солгать про него.

– Къяра, а вот про это поподробнее, пожалуйста.

– Виард сказал мне, что мать потеряла колье, когда он вез ее к отцу, а на самом деле она его не теряла, отец хотел, чтобы я нашла ее, и оставил колье в землях Треолов.

– Зачем ему все это было нужно?

– Хотел, чтобы я убедилась, что мать ненавидит меня, и что все мои попытки спасти и облагодетельствовать вредны как мне, так и окружающим. Когда я убедилась в этом, я приняла не только титул, но и покорилась. Норлан, он ждал именно этого… Он очень хорошо знает меня.

– Когда он обнаружил, что ты взяла амулет Ксинона, он сказал мне одну фразу, которая несколько заставляет усомниться в правдивости версии о ненависти твоей матери. Он сказал: «раз она ушла три часа назад, может быть поздно», это вылетело у него неосознанно, он проговорился. И это значит, он хотел контролировать происходящее, и боялся, что что-то пойдет не так… К тому же я чувствую какие-то нестыковки вначале твоего рассказа. Понимаешь, появление твоей матери, причем именно ненавидящей тебя, целесообразно настолько, что заставляет задуматься в правдивости всей истории, а если я найду скрытое дно, то возможно у тебя появится шанс торговаться с отцом, чтобы он согласился сохранить в тайне то, что произошло… Во-первых, зачем сложности с колье, когда можно было дать тебе просто считать информацию… А во-вторых, почему он не снял с твоей матери кабалит, не потому ли, что боится, что ты сможешь читать ее мысли?

– Колье… Он хотел, чтобы учитель солгал мне, и я убедилась, что доверять нельзя никому. А кабалит не снял, потому что у матери есть тайная сущность, и он не хотел, чтобы я узнала о ней. Только я узнала это и так… И в общем-то именно после этого она стала мила и покорна. Она очень боится, что об этом узнает еще кто-нибудь.

– Что за тайная сущность?

– Это и моя тайна, – Къяра улыбнулась, – она же моя мать.

Норлан задумчиво помолчал некоторое время, а потом даже пальцами прищелкнул от озарившей его догадки:

– Не может быть! Хотя почему: не может? Ведь именно это и объясняет все… И твою выдержку, и выносливость, и честность, и любовь к природе и ко всем тварям… Как же я раньше не догадался? Къяра, твой отец – гений. Он ведь даже пропорции идеально рассчитал… лишь на четверть, значит можно как-то влиять…

– Благодарю, мне очень приятно, что он гений… может, и мне что-то перепало, отец все-таки, – усмехнулась Къяра.

– Ты зря иронизируешь. Он пытался создать идеальное создание, и ему это, по-моему, удалось.

– Да неужели? Ты считаешь меня идеальным созданием? Зная твое презрительное отношение ко всем тварям, как ты их называешь, я поражена.

– Къяра, драконы высшие создания и не имеют к тварям ни малейшего отношения.

– Расскажи это моей матери, а то она готова лучше умереть, только чтобы никто не догадался о том, какая кровь течет в ее жилах.

– Къяра, это ее проблемы. Как я понимаю, у тебя их нет.

– Правильно понимаешь… Я горжусь этим.

Норлан улыбнулся, снова помолчал и задумчиво проговорил:

– Теперь я понимаю, зачем твоя мать надела на твою сестру браслет Рогнеды. Ее внутренней сущностью уже никто не сможет воспользоваться. Кстати, твоя мать не может ненавидеть тебя. Для драконов родственные узы святы.

– Однако она ненавидит.

– Къяра, а где колье, по которому ты нашла мать?

– Я отдала его отцу.

– Зачем? Ведь это вещь твоей матери?

– Во время встречи с ней мне было не до колье, она даже на амулет Ксинона своеобразно прореагировала: «убью тебя, и он моим станет», какое уж тут колье… А потом отец сказал, что оставил его для меня и забрал.

– Он сам забрал его?

– Да, забрал, как только увидел у меня в руках, сказав, что мать его не теряла, а он давно взял его у нее, а Виарда заставил рассказать мне сказку.

– Къяра, это был преобролит.

– Ты шутишь?

– Я уверен на сто процентов.

– Я бы не стала ее заставлять надеть его…

– Скорее всего, она не знала о том, что это будет, и что это принесешь ты. Но догадывалась, что в случае ее неповиновения, он способен сотворить с ней такое. Это была страховка.

– И что это нам дает?

– Во-первых, можешь расслабиться по поводу твоей матери, она не ненавидит тебя, а во-вторых, сокровище мое, тонко сыграв на этом, ты сможешь уговорить отца забыть эту некрасивую историю, которую так хочешь замять… Но только если сама первая расскажешь о ней и при условии, конечно, что сделаешь все, чтобы она не стала достоянием гласности.

– Ты умеешь быть великодушным.

– Нет, сокровище мое. Я с громадным удовольствием отправил бы на плаху твою сестру, да и мать тоже… Их наличие лишь свяжет в будущем тебе руки… Однако, я пообещал помочь, и сделал это.

– Как же ты умеешь все обесценить.

– Ты хочешь, чтобы я лгал тебе?

– Нет, не хочу… я люблю тебя таким, какой ты есть, – Къяра обняла Норлана, притянула к себе и поцеловала.

– Это лишь благодарность за сдержанное обещание? – Норлан с усмешкой отстранился.

– Нет… это проявление тщательно скрываемых мною чувств, под благовидным предлогом благодарности, – Къяра вновь притянула его к себе, но Норлан отстранился.

– Сейчас не время, сокровище мое… тебе надо идти. Чем быстрее ты поговоришь с отцом, тем у тебя будет больше шансов замять то, что произошло. Иди.

– Ты великолепен, я люблю тебя, – улыбнулась Къяра, поднялась с дивана и, открыв магический переход, исчезла в нем.

Глава 5

Маграт был в своих покоях вместе с молоденькой наложницей. Он сидел, откинувшись на подушки большого дивана, в то время как расположившаяся на его коленях девушка с пышными формами и огненно-рыжими длинными кудрями умело ласкала его.

В это время в углу сверкнула арка магического перехода и из нее появилась Къяра.

– Отошли ее, отец, – холодным и мрачным тоном произнесла она, кивнув на наложницу.

– Пошла вон, быстро! – приказал той Маграт и резко столкнул с колен. Девушка упала, потом проворно вскочила и опрометью выбежала из зала.

Владетель поправил свой расшитый золотом бархатный халат, поднялся и, бросив на дверь магический занавес, повернулся к дочери:

– Что-то произошло?

– Пока не знаю…– все тем же тоном проронила она. – Покажи мне колье Алики.

– Норлан подсказал? – Владетель покачал головой. – Ну да, других вариантов нет. Вот ведь скотина, мало ему, что тебя получил… – он поморщился. – Ну и ты конечно хороша… рассказать все ему, это ж додуматься надо было. Я, конечно, понимал, что ты у меня девочка без комплексов, но чтобы до такой степени…

– Так ты покажешь мне колье?

Они стояли друг напротив друга, и Къяра сверлила его испытующим взглядом.

– Зачем? Я и так подтвержу тебе, что это именно то, о чем ты думаешь, – Владетель усмехнулся.

– За что ты так со мной? Ты совсем меня не любишь?

– Я очень люблю тебя, дитя мое, но мне надо было, чтобы ты вернулась и приняла титул.

– Докажи, что любишь!

– Я всегда боялся этих слов… и никогда не давал тебе воспользоваться ими.

– Ты получил то, что хотел… Получил ложью и подлостью. Я усвоила твой урок и теперь поняла, что, не проверяя действительно нельзя верить никому, даже тебе… Поэтому требую доказательств.

– Ложью? В чем я солгал тебе, дитя мое? – Маграт вновь усмехнулся. – Во время нашей встречи в покоях Алики, я не сказал тебе ни слова лжи… Да, я подготовил ее, и она вела себя так, как велел ей я. Это было не особенно честно с моей стороны, но и ложью это назвать нельзя.

– Зато подлостью можно! – Къяра нахмурилась. – И теперь я хочу знать: ты хочешь, чтобы я вела себя с тобой также или ты хочешь сохранить между нами отношения, построенные на той любви, о которой ты всегда говорил, и той, которая до сих пор живет в моей душе несмотря ни на что?

– Ты знаешь ответ. Поэтому лучше скажи: что конкретно ты хочешь от меня? – Владетель тяжело вздохнул.

– Хочу, чтобы ради меня ты нарушил то, что тебе столь дорого: имидж и свои устои… У меня и повод прекрасный для этого есть. Не особо серьезный, но затрагивающий твои принципы.

– И после этого все останется так, как было? – Маграт не сводил с нее пристального взгляда.

– Не совсем так, – Къяра неожиданно ласково улыбнулась. – Я надеюсь, что после этого ты сможешь чаще говорить мне о своей любви, да и я с большей искренностью отвечать тебе взаимностью.

– Хорошо, я согласен, радость моя… Я выполню любое твое желание.

– А если их будет два?

– Хорошо, пусть два, какая разница, – пожал плечами он. – Сейчас ты все что угодно можешь потребовать и в одном. Ты ведь из-под контроля стремишься вырваться. Не так ли, радость моя? Ты опрометчиво пообещала его мне, а теперь хочешь избавиться.

– Отнюдь… Я лишь хочу, чтобы ты перестал контролировать мою личную жизнь.

– Если ты согласишься принять еще одного выбранного мной для тебя супруга, то без проблем. Я и так почти не вмешиваюсь…

– Еще одного? Зачем тебе это?

– Я планирую решить кое-какие территориальные проблемы, и свадьба была бы лучшим выходом, чем война.

– Я должна буду подчиниться ему?

– Ни в коем случае… Это он подчинится тебе.

– Тогда, как ты говоришь: без проблем.

– Замечательно. Так что ты конкретно хочешь от меня?

– Мой супруг изменил мне с моей сестрой, и я хочу, чтобы все это прошло для них без всяких последствий.

– Понял… – Владетель мрачно хмыкнул. – Оригинально, конечно, но это действительно твоя личная жизнь, разбирайся в ней сама. Устраивает тебя, что твой супруг спит с твоей рабыней, пожалуйста, – потом внимательно посмотрел на нее и спросил: – Что еще ты хочешь от меня?

– Обними и поцелуй меня… Больше ничего.

– Радость моя, ты меня удивляешь… – Владетель прижал дочь к себе и нежно поцеловал. – После сегодняшних обвинений я не предполагал, что тебе может этого захотеться.

– Отец, я люблю тебя, – Къяра прижалась к нему и сама нежно обняла. – К тому же ты подарил мне необыкновенную любовь…

– Не думал, что ты будешь столь откровенна. Тебе хорошо с ним?

– Очень редко… он еще жестче, чем ты. И ни в чем не идет мне навстречу. Но полюбить кого-то еще я вряд ли смогу.

– Ни в чем? Но ведь это он подсказал тебе, чем меня можно шантажировать.

– Я заставила… он поверил, что я уйду навсегда.

– А ты бы ушла?

– Да.

– Тогда не поверил, а увидел… это разные вещи.

– Он тоже не верит, не проверяя…

– Он идеален для тебя.

– Я знаю, – улыбнулась Къяра, помолчала немного, а потом осторожно разжала руки и высвободилась из объятий отца.

– Расскажи мне о матери, – попросила она, усаживаясь на большой диван, с которого поднялся Владетель.

– Спроси у нее сама.

– Я не смогу… Уже не смогу изменить сложившиеся между нами отношения. Да и не хочу… Мне так легче.

– Разумно, – Маграт, сев рядом с дочерью, ласково обнял ее, и она тут же доверчиво положила голову ему на плечо.

– Я узнал, что Алика наполовину дракон совершенно случайно… И меня охватило безумное желание иметь от нее наследника. Я обратился к звездам, а потом мне поймали гарпию, и она предсказала мне наследницу от нее. И вообще много чего наговорила… Одним словом я послал за Аликой Виарда, а сам пленил ее отца, а потом казнил его и поработил его владение, сделав своим пределом. В первую же ночь, которая была очень благоприятна для этого, я овладел Аликой. Утром она стала моей законной супругой. А потом случилось то, чего я впоследствии избегал всю жизнь… Я полюбил ее.

– Ты любил ее?

– Да, радость моя. Она была очаровательна и даже ее ненависть ко мне не портила ее. Я выполнял любые ее прихоти, за исключением одной – я не отпускал ее. А уйти сама она не могла, мешал браслет Рогнеды. Ее бесило, что она не может использовать магию, но я, пользуясь, что нет Виарда, надевшего на нее браслет, умело обходил все ее требования немедленно его найти. Я думал, что пройдет время, родится ребенок, и она смирится и успокоится, но оказалось, что ошибался. Родились две девочки, и Алика стала бояться, что одну из них я убью. Эта мысль превратилась у нее в навязчивую идею. Она практически не оставляла вас ни на минуту и не подпускала меня к вам. А потом устроила побег с Виардом. То, что я успел вовремя, было сказочным везением… Но в этом мире ничего не бывает случайным. Это было предопределено.

– Раз предопределено, значит, мог бы и не торопиться, – усмехнулась Къяра.

– Нет, дитя мое. Торопиться было необходимо. Невыполняемые предопределения рушат все… и начинается новый виток. Тебе ведь Норлан рассказал, как решил отказаться от своего предопределения и бросил трон?

– Да, он рассказывал… Кстати, он требует от меня выполнения моего долга даже более сурово, чем ты.

– Я догадывался, что так и будет, – улыбнулся Владетель и погладил дочь по голове. – Что ты еще хочешь знать?

– Почему ты не убил тогда мать? Не смог?

– Именно потому, что почувствовал: могу, поэтому и не убил…

– Ты убил любовь, – грустно проговорила Къяра.

– Да, дитя мое, именно. У меня изменилось отношение к ней, и она это почувствовала и испугалась… и за себя, и за Ингу, да и за тебя тоже. Она долгие годы исполняла любые мои прихоти, надеясь, что если я буду благосклонен к ней, то обеспечу беззаботную жизнь Инге и возможно что-то расскажу о тебе… Она ждала и боялась каждого моего прихода одновременно.

– Какой же ты жестокий…

– Разве? Лучше было казнить ее на площади?

– Она не изменила тебе.

– Она сделала хуже… она бежала и, между прочим, не одна.

– Ладно, ты был добр к ней и милостив, – иронично хмыкнула Къяра.

– Ни то, ни другое. Я прагматично выбрал наиболее выгодное для меня решение в тех обстоятельствах. И хочу, чтобы так научилась поступать ты. Но, к сожалению, до сих пор большинство твоих решений продиктовано чувствами, а не разумом…

– Большинство… – Къяра скривилась, отстраняясь от отца, – ну ты и скажешь… Один случай из тысячи, когда я поступила не как злобный тиран, а прислушалась к чувствам и пожалела.

– Лишь потому, что знаешь, что за твоей спиной стою я и не позволю тебе вести себя иначе. Но даже при всем этом ты умудряешься идти наперекор моей воле.

– Отец, ну могут у меня быть хоть маленькие слабости?

– Могут, но только если ты готова в любой момент от них отказаться.

– Хорошо, поняла. Я и так уже отказалась практически от всего.

– Отказываться без особой необходимости не надо … лишь будь готова это сделать.

– Давно готова, от всего отказаться готова… Даже от жизни.

– А вот это явно лишнее! – тут же жестко прервал ее Маграт. – Твоя жизнь – достояние Империи, и не тебе расшвыриваться такими словами!

– Ладно, не будем больше об этом, – Къяра поморщилась. – Лучше скажи: почему мать так стыдиться и скрывает, свою вторую сущность?

– Она и дракон два разных существа… Она боится его.

– Откуда ты знаешь?

– Я долго разговаривал с Орестом перед его казнью, и ему пришлось все подробно рассказать мне про собственную дочь.

– Почему?

– Во-первых, я умею очень хорошо спрашивать, а он был не дракон, чтобы оставлять мои вопросы без ответа. А во-вторых, он, поняв, чего я добиваюсь, хотел предостеречь меня и отговорить от того, что я задумал.

– И что он рассказал тебе? – во взгляде Къяры читалось неподдельное любопытство.

– Ты ведь знаешь, что маги уничтожили всех драконов, пользуясь их честностью, неумением лгать и тем, что клятва дракона для него священна. Так вот, когда-то давно Орест пленил одного из последних: молодого дракона, оказавшегося особой женского пола, и в отличие от остальных сумел надеть на нее кабалит. Держа ее в своем замке, он был очарован ее могуществом, силой и магией. И захотелось ему наследника владеющего силой и магией дракона, но умеющего лгать и иметь человеческий облик… Как ты понимаешь, дракон отвергла все его притязания, для нее он был лишь мучитель с помощью лжи и обмана пленивший ее. Он силой овладел ей, но когда пришел срок рождения наследника, дракон порвала все цепи, удерживающие ее, и бросилась на Ореста, и тому пришлось убить ее с помощью кабалита. Однако он не растерялся и, разрезав дракона, достал еще живого ребенка. Это была Алика. Он скрыл ее происхождение, убив всех, кто мог знать или догадаться об этом, пощадив лишь доверенного слугу, не раз помогавшего ему в трудных ситуациях и очень преданного.

– Это от него ты узнал их тайну?

– Конечно, моя радость, ты необычайно сообразительна. Ну так вот. Орест представил Алику дочерью от одной из своих наложниц, умершей родами и воспитывал ее. А примерно лет в шесть решил посмотреть, может ли его девочка владеть образом дракона. Дал ей амулет и научил, что надо делать. Результат поразил его. Девочка перевоплотилась, но перевоплотилась в совершенно параллельное существо, которое не помнило из того, что знала Алика ничего. Орест понял, что проиграл, и то, что он задумал, провалилось. Ложью и обманом Оресту удалось заставить дракона перевоплотиться обратно в дочь. После этого он, уничтожив амулет, начал внушать Алике, которую очень любил, страх и отвращение к этому живущему в ней дракону, чтобы она и помыслить больше не смела когда-нибудь повторить перевоплощение. Эта тайна, должна была сойти вместе с ней в могилу. Однако небеса распорядились иначе…

– Отец, а как ты думаешь, мне подвластен образ дракона?

Маграт пристально посмотрел на сидящую рядом с ним дочь. Глаза ее возбужденно горели, щеки пылали, а пальцы нервно вцепились в обивку дивана. Он удовлетворенно хмыкнул и тихо спросил: