Замок Бэннетов. Фантастический триллер

© Татьяна Колфилд, 2025

ISBN 978-5-0051-9601-9

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Глава 1

Ранним утром над замком сгущался густой, серый туман. Солнце и не пыталось проглядывать в эти края, даже, если бы захотело пробиться сквозь плотную завесу, это место само по – себе было мрачным уголком, стоявшим на краю холма.

Вокруг все смолкло, птицы не пели своих песен, даже звери перестали рыскать по – округе. Ни травинки, ни листочка, не трепетали на ветру, замерли. Возле замка становилось хмуро и темно. Такое случалось в общем – то нечасто. Но когда все же происходило, то поднимался вихрь, который вырывал деревья с корнем из земли, и кружил их в воздухе. В зависимости от настроения одной обитательницы замка.

Она бродила по замку в одиночестве, и настроение было таким же мрачным, как и нависший над замком туман. Он кстати и был вызван ее скверным настроением. Она переходила из одной комнаты, в другую, в полумраке, потому что ставни на окнах были закрыты, а свечи погашены. Адель срывала свою злость на предметах, отшвыривая их руками. Громоздкие предметы интерьера ударялись о стены и с шумом падали на пол. А все потому, что накануне ее муж, Бартольд отложил долгожданную поездку, о которой Адель мечтала слишком долго, чтобы вот так вот смириться с этим. Она хотела отправится в путешествие, по миру. Объясняя это тем, что, когда родится ребенок, у них не будет такой возможности. Но вчера вечером ее муж сказал, что они отправятся немного позже, а не завтра, как и было ранее оговорено. Теперь же она вымещала свою злость внутри стен замка.

Этот грохот разбудил других обитателей этого замка. Первой вышла из своей комнаты Руперта, тетушка Бартольда Это была высокая, грозная с виду дама.

– Что это за ужасный рев? – она зевала и волосы ее были растрепаны после сна.

– Это плохое настроение моей жены опять разгуливает по всему дому.– из-за спины тетушки Руперты раздался голос племянника.

– Что произошло накануне? Я что – то пропустила? – Руперта подошла к зеркалу на трюмо, чтобы взглянуть на свое отражение.

Зеркало было чистым. Тетушка тяжело вздохнула, и провела рукой перед своим лицом. В зеркале появилась она сама.

– О, ужас! – она выпучила глаза, и начала переделывать свою прическу, забывая о том, что минуту назад хотела знать, чем вызвано скверное настроение Адель.

Бартольд, развернувшись на каблуках вышел из гостиной, отправляясь на поиски жены.

Замок начинал оживать.

– Адель! – выкрикивал он. – Адель!

Она появилась из библиотеки, с нахмуренным видом и сдвинутыми в кучу бровями. Выражение ее лица, при виде мужа стало еще мрачнее.

– Милая! Что за настроение? – он шагнул в библиотеку, но Адель высоко подняла голову, даже не взглянув на мужа, прошествовала мимо.

– Я слишком зла, чтобы обсуждать что – то! – выплюнула она эту фразу.

– Но радость моя?! Я хотел тебе кое – что сказать.

– Что же? – она остановилась, желая послушать что же это «кое – что»?

– Мне не нравится твое утреннее настроение! Поэтому мы не будем откладывать и отправляемся завтра! – последнюю фразу он произнес торжественно, и теперь замолчал.

Адель стояла к нему спиной, и когда он сказал, что они уезжают завтра, победная улыбка коснулась ее губ. Но когда она повернулась к Бартольду лицом, уже и следа не осталось, что она тихо радовалась маленькой победе.

Настроение Адель улучшилось и туман постепенно начал рассеиваться, восстанавливая привычный серый цвет вокруг. Солнечные лучи сюда не долетали.

Семья Бэннет проживала в этом замке тысячи лет, передавая его по – наследству. Они поселились в отдаленности, на много километров от города. Замок был окружении плотным кольцом деревьев и болотом, но по прошествии нескольких столетий, города потихоньку начали разрастаться, и теперь их замок был уже не так одинок, как раньше. В пяти километрах теперь соседствовал город. Жители более – менее терпели это соседство, не мешая друг другу. Но в один зимний день на город обрушился страшный снегопад. В этот момент Бартольд был в городе, и его тоже застал снежный вихрь, который мешал ему вернуться домой. Он стоял посреди дороги, смотря, как снег кружится в ночном небе, и раздумывал каким путем ему возвратится в замок. Он бы наверно стоял так всю ночь, но его отвлекла одна женщина. Она была в панике, и не знала к кому обратиться, потому что на улице они были одни, все остальные жители города заперлись в своих домах и носа не казали на улицу.

– Господин Бэннет! – кинулась она к нему, забывая про страх перед ним. – Господин!

Он опустил голову вниз, посмотрев на нее и вскинул бровь, ожидая от нее объяснений.

Женщина была сильно взволнованна, от этого у нее не получалось связывать слова воедино, и она говорила путано, с прерываниями.

– Там мои дети. Господин Бэннет. Их завалило. Этот снегопад пошел, и я их потеряла. Крики, они там. – при этом она цеплялась руками за край его пальто.

Он обдумывал несколько секунд, перед тем, как принять решение. Но вспомнив про свою возлюбленную Адель, они еще не были женаты, Бартольд сделал выбор.

– Где? – хрипло сказал он.

Женщина торопливо повела его в переулок.

Бартольд вытащил непоседливых мальчишек из завала, и передал их матери. Она горячо поблагодарила его. Бартольд лишь кивнул и незаметно исчез. С этого момента по городу пронесся слух, о поступке господина Бэннета. Жители передавали эту историю друг другу, и приходили к выводу, что обитатели замка на самом деле не такие уж и плохие. Иначе бы он не спас детей Жозефины. Это положило начало их дружбы, и теперь жители города стали относится с почтением к господам из замка, даже к слуге Генриху.

Он сидел в кабинете, за столом, когда почуял слишком сильный, настойчивый аромат еды, плывущий по-замку. Нос его зачесался. Бартольд подергал им, пытаясь избавиться от охватившего его зуда в носу. Тонкая струйка аромата повторила этот трюк заново. Залезая уже в другую ноздрю и щекоча его там.

– Право! Ну перестань! – взмахнул он рукой и струйка растаяла в воздухе.

Бартольд отложил книгу на дубовый стол и медленно поднялся с кресла. Пора идти завтракать.

В огромной столовой стоял длинный стол, за которым уже восседала вся семья. Дядюшка Фалберт и тетушка Руперта сидели справа, от камина. Родители Август и Лоретта по-левую сторону, как всегда рука об руку. Возле окна Адель, его жена и одно пустующее место, для него. Как только он ступил в помещение, все моментально повернулись в его сторону.

– Упс… Прошу прощения. Я читал наверху. – Бартольд тяжелой поступью прошел к своему месту.

На столе стояли блюда, но никто к ним не притронулся. Все ждали его. Бартольд первый взял столовые приборы, и остальные последовали его примеру, приступая к трапезе.

– Это ты послала аромат? – спросил он у Адель.

– Нет. – ответила ему.– Сегодня это была не я, точно!

– Странно. – отложил он вилку на край тарелки.

– Возможно он решил пошутить таким образом и отыскал тебя.

– Понятно! Значит не зря я его прогнал.

Тетушка Руперта повернула голову в сторону Адель и племянника, прокашлявшись она проговорила :

– Я слышала кто-то уезжает уже завтра?! Это так?

– Завтра? – повернула голову и Лоретта.– Мне никто ничего не говорил об этом!

– Да, это так! – невозмутимо ответила Адель.

– Но вы же хотели отложить путешествие? – сказала мать Бартольда и уставилась на него.

– Мы передумали. Уезжаем уже завтра.

– В этом доме все происходит тайно. Да и сам дом одна большая тайна! -недовольно пробурчала Лоретта.

В подтверждение ее слов, из камина раздалось чихание.

– Это Маки! – улыбнулась Адель, увидя вытянутые лица тетушки и свекра.

– Что такое Маки? – спросила Руперта.

– Это новый питомец. Не хочу его тревожить. Это мышь. – известила она их. -Так что не прихлопните, когда увидите его!

– Так на сколько вы покидаете замок? – спросила Лоретта.

– Лет на пятьдесят! – ответил ее сын.

Но увидя растерянное лицо матери, тотчас обратил все в шутку.

Адель пристально всех осматривала, прежде чем сказать им свою новость. Сказать по-правде ей доставляло удовольствие портить им настроение. Нет, она иногда с теплотой относилась к семье мужа, но такая натура ее характера, что она подпитывала себя страхом других и негативными эмоциями, без этого она была бы не Адель.

Как – только все затихли, она громко обратилась ко всем, через стол.

– Когда мы вернемся из нашего путешествия, – она с любовью посмотрела на Бартольда, – То нас навестят мои родители! Они прислали вчера письмо!

– Они приезжают? Сюда? – чуть – ли не с ужасом прошептала Лоретта. – По – какому поводу они нас посетят, ведь не прошло еще и тридцати лет, как они гостили в замке!

– Они были восемьдесят лет назад. – поправила свекровь Адель. – И заскучали.

Лоретта зашлась в кашле, не зная, что еще сказать. На ум не приходило ничего едкого.

У всех испортилось настроение.

Дело в том, что родители Адель были немного другими, нежели Бэннеты. От этого происходило недопонимание и соперничество. Казалось бы две семьи, старшего поколения терпели друг друга через силу. Целых восемьдесят лет, именно столько они были женаты с Бартольдом.

В столовую вплыл Генрих, слуга семьи Бэннет. Он жил в этом замке с самого юного возраста. Когда – то его нашли Лоретта и Август, одного младенца в лесу. Повинуясь странной силе, они пожалели его, и забрали в замок. Бартольда тогда не было еще и в помине, поэтому они растили Генриха, окружая его лаской, на какую были способны вампиры и заботой. Генрих жил здесь уже несколько сотен лет, и относительно был еще молод. Вернее в самом расцвете сил.

– Генрих, мы закончили трапезу! – оповестила слугу тетушка Руперта.

Генрих увидел, что практически все блюда пришлись семье по – вкусу. А ведь он сегодня решил приготовить по – новым рецептам. Ради этого он не спал уже несколько суток, ища в справочниках необычные рецепты всех стран.

Он галантно поклонился, выражая почтительность.

Август и Лоретта отправились на прогулку, в сад.

– Какой день! – сказала Лоретта

– Ты права!

Сухие деревья окружающие замок, закрученные, склонили свои ветви вниз, к земле, вокруг стояла глухая тишина.

Август остановился и принюхался к воздуху.

– Сегодня пахнет чем – то странным!

– Чем? – Лоретта опустилась на скамью.

– Болотом… Гарью… И чем-то еще… – он принюхался еще раз, но так и не смог определить.

Август сел рядом с женой, на скамью. Она была за огромной скульптурой, которую воздвигли в честь молодоженов. Теперь Бартольд и Адель были навечно запечатлены в камне. Их каменные рты широко улыбались, но улыбка Бартольда более походила на оскал. Людям эта скульптура показалась бы пугающей.

– Вот бы в замке появились дети? – мечтательно протянула Лоретта. – Они бы раскрасили наши дни.

– Дети…? -с сомнением сказал Август. – Не люблю детей! От них слишком много шума, который очень действует на нервы. Послушай лучше, как прекрасна эта тишина.

– А я была бы не против иметь двух, или трех внуков!

– Зачем столько непоседливых детей? – он ужаснулся.

– Август, ты не понимаешь всей прелести. Они бы доставляли нам радость, как Бартольд в детстве. – ударилась она в воспоминания.

– Барти доставлял радость? Насколько я помню это был непослушный, безумный ребенок. Хорошо, что он быстро вырос, и перестал доставлять проблемы.

– Ты как всегда ворчишь! – Лоретта отвернулась от мужа.

– Давай послушаем тишину? – предложил Август, вглядываясь куда – то вдаль.

Глава 2

Адель упаковывала чемодан, и с нежностью складывала свои платья, любовно проводя рукой по мягкой ткани. Все ее платья были либо черного, либо красного цвета, но до того красивыми, что любая модница устроила бы бой, из – за таких винтажных нарядов. Платья Адель украшала шнуровка или золотистая тесьма по краям лифа и рукавам, или пышные рукава-колокола. Она и сама была в восторге от них.

Наконец она добралась и до другой части гардероба, и уже переминала в пальцах поля своих многочисленных шляп. Перед ней встал сложный выбор; взять их все или выбрать две – три.

За спиной скрипнула дверь. Она не стала оборачиваться, зная, что это Бартольд.

– Сложный выбор? – ему хватило доли секунды, чтобы оценить сомнения жены.

– Да, не знаю сколько брать! Или может быть все? – она задумчиво вертела их перед собой.

Бартольд шагнул к кровати, где были выложены дюжины шляпок, и найдя среди них одну, протянул жене.

– Вот! Возьми вот эту!

Это была его любимая шляпа. Он и познакомился так с Адель, когда на ней одета была эта шляпка. С огромными полями, закрывающие пол-лица, придавали таинственность ее обладательнице.

Адель бережно уложила ее в чемодан, и чмокнула мужа в холодную щеку.

Внизу послышался грохот.

– Что это? – отбросив чемодан на кровать, она резво направилась посмотреть, что происходит внизу.

– Я думаю, что ничего серьезного. – Бартольд был абсолютно спокоен. – Это наверно дядюшка ставит свои эксперименты.

Но Адель его уже не слышала. Взмахом руки она распахнула тяжелую дверь спальни и вышла в коридор второго этажа.

За ней наблюдала она же сама, с картин. Глаза двигались по-направлению к лестнице, и стали на место, когда потеряли Адель из виду. Минуя гостиную, коридор, столовую, она очутилась еще в одной комнате, большой зале. Там уже собралась компания Бэннетов, включая и слугу Генриха. Бартольд бесшумно появился рядом с женой.

Оценив нанесенный ущерб комнате, Адель грозно уставилась на виновника этого разгрома. Дядюшка Фалберт стоял еле живой, под взглядом ведьмы, и пытался вымолвить хоть какое-то оправдание :

– Ммм… Понимаешь… Неудачный эксперимент. Я сейчас это все соберу, подремонтирую, а вечером попробую заново. Мне кажется, я забыл вставить одну деталь.

– Нет! В замке больше не будут проводиться никакие опыты! – глаза Адель сверкнули. У вас есть лаборатория на задворках!

Адель с гневом посмотрела на дядюшкино изобретение. По – виду походил на костюм, со странным сосудом для головы. Он постоянно что – то изобретает, проводит опыты, все взрывается, портит мебель.

Адель это надоело. Для этих целей и построили лабораторию, которая пустовала, пока Фалберт разрушал замок!

Август и Лоретта только вошли в замок, после долгой прогулки и пропустили все самое интересное.

– Фалберт опять взялся за свое? – хохотнул Август.

– Посмотрите! – ахнула свекровь Адель. – Он разнес мой любимый шкаф!

– Не только шкаф! Часть стены треснула, с краю ковра прожжённое, черное пятно, и оно еще дымится! – перечисляла Адель.

Весь пол был завален книгами, потому что шкаф развалился надвое.

К счастью, убытки были не настолько серьезными. Бывали разрушения и пострашнее. Руперта, жена Фалберта охала и ахала, пока на нее не прикрикнула Лоретта :

– Хватит ныть, Рупи! Скажи Фалберту, чтоб отныне проверял свои игрушки подальше от этого места.

Генрих подошел к Адель, и тихонько проговорил, чтоб кроме них никто не услышал :

– Госпожа Бэннет. Можете не волноваться за замок. Я прослежу, чтоб в ваше отсутствие все было спокойно.

– Спасибо, Генрих. Ты единственный здесь разумный… – она запнулась. Кто он? Не колдун, не человек, не вампир. Спросить ей было неудобно. – Вообще один разумный – это ты!

– Спасибо. – он опустил смущенный взгляд в пол, добавляя. – Я лично займусь ремонтом в зале!

Адель ушла, повторяя про себя: «Не забыть спросить у Бартольда, кто – же Генрих».

Прозвенел колокольчик. Это означало, что пришло время ужина. Таким образом Генрих оповещал всех обитателей замка, что еда уже подана. Фалберт находился в лаборатории, поэтому звона колокольчиков слышать не мог. За ним отправилась Руперта.

Август и Лоретта спустились вниз между первым и вторым звонком. Младше поколение Бэннетов уже стояли в холле, с чемоданами наготове. Лоретти очень удивилась, что дети собираются уехать, даже не поужинав.

– Я говорил тебе, что все пойдет не так! – вмешался Август, своим ворчливым тоном. – Что будет, когда появятся дети… Страшный кавардак!

– Папа! Хорошо, мы поужинаем, а потом уедем! – Бартольд виновато посмотрел на жену, и поставил чемодан на ковер.

«Я так и знала!» – Адель хмыкнула про себя.

Вчетвером они направились в столовую. Раздался второй звонок.

– А где Фалберт и Руперта? – увидела Лоретта пустые стулья.

– Теперь и эти куда-то провалились! – ворчал Август. – Воцарится хаос!

Третий звонок.

– У меня слюни текут, как есть хочется! – жадным взглядом впился в кровавый стейк Август.

Адель подкатила глаза кверху. Иногда это семейство бывало невыносимым.

Двери распахнулись. В столовую вошли недостающие участники ужина, которых с нетерпением ждали голодные уже вампиры. Фалберт погруженный в свои мысли, он казалось бы вообще не понимал, зачем его сюда привели. Все его мысли занимали изобретения.

– Что Фалберт? – усмехнулся Август – Не доделал ли ты еще свой чудо -костюм?

– А? – встрепенулся его брат

Август махнул рукой. Что толку – то спрашивать.

Все немедленно приступили к ужину. Огромные часы, висящие над камином, пробили восемь ударов.

– О… Нам уже пора! – посмотрела Адель на стрелки часов, по – форме напоминающих летучих мышей.

– Да, милая. Только доем. – Бартольд сметал со стола все, что видел.

– Ты нам-то хоть оставь! – пододвинул тарелку со стейками поближе к себе Август, и заслонил ее рукой от взгляда сына.

Адель улыбнулась. Ее веселило скупердяйство свекра. И вообще он ей нравился больше всех. Август всегда был честен, и брюзжал.

Бартольд наклонился, поднимая чемодан. Его тень плясала на стене, в отблеске лампы. Когда он распрямился, его силуэт остался на стене, и начал двигаться сам по – себе. На это никто из семьи Бэннетов не обратил внимания. Тень проскользнула в гостиную, тихо крадясь, чтобы ее не заметили, укрываясь в темноте, куда не попадал отблеск света. Злорадно посмеиваясь над своим хозяином. Пусть знает, как уезжать далеко от дома.

Бартольд и Адель с облегчением вышли за дверь замка, свободно вздыхая.

– Наконец-то мы остались только вдвоем! – подал он руку жене.

– Как свеж ночной воздух! – она седа в дилижанс и с удовольствием откинулась на спинку сиденья, приготовившись к путешествию.

Как-только Бартольд уселся и захлопнул дверцу, дилижанс рванул с места и покатил на огромной скорости во тьму.

Глава 3

– Тишина! – протянул Август, сидя в кресле.

– Ты совсем не скучаешь по детям? – удивилась Лоретта.

– Нет! Чего по ним скучать? Они же все равно вернутся! Хоть какое – то время мы побудем в тишине. Адель со своими заклинаниями создает слишком много суеты. Замок пляшет под ее дудку, как будто он подчиняется ей! – смотрел Август на огонь, и ему казалось, что тот ему корчит рожи. – Вот что значит жить с ведьмой!

– Но так стало значительно веселее. – спорила с ним жена. – Твой братец устраивает намного больше беспорядков!

– Еще один, на мою голову! – Август зевнул.

В углу притаилась тень, и наблюдала за отцом хозяина. Она придумывала, каким образом его напугать, и выжидала, пока он останется один.

Лоретта просматривала городскую газету и делилась своим мнением с мужем.

– Август, смотри, у горожан радостное событие!

– Какое же?

– Они выиграли первое место в туре за самые лучшие овощи.

– Какая чепуха! Им что больше нечем заняться?!

– Август, ну это же люди! Относись к ним снисходительно. – она перелистнула следующую страницу. – А вот еще! Тут говорится, что скоро завершится постройка нового почтового отделения.

– Зачем им столько почты? – Август недоумевал.

– Не знаю. В том году это были конюшни.

– Это было не в том году, Лоретт! – он посмотрел на нее, через очки. – Почему ты постоянно путаешь даты?!

– Мне кажется это было не так давно!

– Нет, прошло уже сто лет!

– Неужели? – удивилась она. – А сколько же Бартольд отсутствует?

– Бартольда и Адель нет в замке уже три года! Опять ты во всем запуталась. -менее ворчливо добавил Август.

Лоретта углубилась в чтение дальше, и дошла до последней страницы. Она ее заинтересовала больше всех, потому что на ней разместилась черно – белая фотография неизвестного предмета. Выше, большими буквами шел заголовок;«Фортепиано Бабкока.»

Лоретт принялась читать статью, и после этого зачитала ее и мужу.

– Это называется Фор – те – пиано! – повторила она по – слогам.

– Я понял, как он называется, понял! – заворчал Август. – Читай дальше.

– А все!

– Дай я посмотрю. – посмотрю он взял у нее газету, и долго рассматривал фотографию.

– Ну что?! – нетерпеливо произнесла Лоретт.

Ей вообще показалось, что Август заснул, так он сидел над газетой и не шевелился.

– Я вот что думаю! По прошествии столетий многое изменилось, и если бы несколько веков назад люди продвигали свои открытия, то мир бы сейчас был не тем. Но человеческий мозг устроен так, чтобы сделать что – то ему нужен толчок, нужна идея, а этого раньше не было. Не было толчка, потому что было еще не время, чтобы человечество перешло на новый этап развития.

– А теперь?

– А теперь самое то. Вот смотри, Лоретт, изобретения людей польются один за одним, как из рога изобилия. Они будут фонтанировать новыми идеями, это лишь начало. Все это умело поставленная цель, но не людская!

Тень притаилась в темноте, заслушавшись Августа, что забыла зачем она прячется в углу.

– Август, нам нужно обязательно приобрести это творение! – Лоретт загорелась этой идеей.

– Не знаю… Не люблю шум!

– Ты слишком постарел! – укорила его жена, поднимаясь с кресла.

Ее влекло к музыкальным инструментам, потому что она любила музыку, любила веселье, праздники, а Август не разделял ее интересов, становясь все ворчливей и ворчливей.

Она оставила его одного в гостиной и направилась в игральную комнату. По -мере того, как она шла, Лоретта обращала внимание на унылую и приходящую в упадок от времени обстановку, стены. Да что стены, крыша прохудилась, и временами третий этаж заливало водой. Все – таки этот замок был очень старинный, и ему уже требовался ремонт, иначе он развалится пока они будут спать. Лоретта пришла в другое крыло замка, его редко кто посещал. Обитателям замка хватало и левого крыла, то крыло было значительно больше, поэтому избрано для проживания. Эта же часть, куда зашла Лоретт была благополучно забыта. Она поднялась на второй этаж по порожкам и оказалась в мрачном коридоре, куда не проникал свет от луны. Гулкий пол разносил шаги хозяйки до самого конца, извещая всех, что кто – то идет. Доспехи, стоящие около стены, как стражники чуть склонили свои головы, приветствуя хозяйку. Лоретт в ответ тоже им выразила почтение кивком головы, и прошла дальше, сворачивая налево. Самая первая комната это была игральная, а несколько других бывшие хозяйские комнаты, и гостевые. В конце коридорчика вела лестница на третий этаж, она была укрыта от глаз, и с первого взгляда казалась неприметной. Из семьи Бэннетов туда никто не заходил, оно принадлежало не им. Третий этаж правого крыла полностью принадлежал призракам и летучим мышам. Никто и понятия не имел, как они уживались друг с другом, но разногласий никто никогда не слышал.

Между вампирами и призраками был уговор, ни те, ни другие не переходили границ своей территории. Соответственно призраки не имели права спускаться со своего третьего этажа на нижние, и бродить по замку.

Лоретта открыла двери игровой и ступила в залу. В этой большой комнате теперь хранились инструменты, да бальные платья. Несколько столетий назад в этой самой зале устраивали балы. Ах, какие они были роскошные, Лоретт с Августом молодые, собирали друзей, а те в свою очередь приводили новых друзей – вампиров, играла музыка, все танцевали…

Еще это крыло у Лоретты было связано с воспоминанием из молодости, до замужества. Их приютили Бэннеты, когда семья Лоретт бежала от инквизиторов, и укрыли в этом замке, куда никто не мог добраться. Правое крыло занимали они, вплоть до замужества на Августе. Когда родился Бартольд в эту часть дома стали заходить все реже и реже, отпала необходимость в проведении балов, Бэннетам было не до этого, а их друзья разлетелись по миру.

Август остался один, медленно погружаясь в сон. Перед глазами предстало несчастное фортепиано, и всплыли слова Лоретты;«Хорошо бы установить такое в холле.»

Тогда Генрих смог бы играть после ужина красивую мелодию. Раньше мы с Лоретт танцевали, может и сейчас бы смогли. – ударился в воспоминания Август. – Лоретта одевала самые модные бальные платья, лицо прятала под черной вуалью. Как она была молода и прекрасна. А я ведь тоже был молод и широкоплеч. На мне даже сюртук рвался, так могучи были мои плечи. Мы праздновали Хэллоуин, устраивая людям такие развлечения, что у них волосы вставали дыбом на затылках. Вот, один случай, когда мы заманили детей на край города, неподалеку от старого кладбища и полчища летучих мышей устроили представление. На крики детей сбежались взрослые, с огнем и разогнали бедных мышек, которые тоже хотели веселья. Тогда мои друзья вампиры пошутили над взрослыми, выходя из-за деревьев. Их вид напугал взрослых людей. Еще бы! Ведь вид вампиров был не здоров, мертвенно -бледные лица, с белоснежными острыми зубами, которые ярко выделялись при отблесках огня. Они обнажили свои клыки и двинулись в сторону людей. Это тех испугало. Мы так хохотали над их страхом, как они спешно уволили детей и сами убегали. Нам не было нужды гнаться за ними, мы не питались кровью людей. Это делали только больные психопаты думающие, что они вампиры. Ах, как мы были молоды и не понимали, что ради своих шуток и веселья не стоит показывать людям свое обличье.