Цена её любви – 2

Пролог

На что мы готовы ради любимых?

Никто не станет измерять глубину своего чувства деньгами или благами. Так же, как и готовность к жертвенности.

Возможно ли изменить прошлое? Никогда! Мы можем лишь повлиять на будущее, если сумеем исправить настоящее.

Изабель вращала глазами, пытаясь хоть что-то разглядеть в окутавшей каюту тьме. Она находилась в каком-то вакууме, почти без звуков и изображений, лишь сладкий запах вампира и стук сердца того, за кого когда-то готова была отдать жизнь, за любовь к которому в итоге той жизнью и расплатилась. Но отчего же страх сковал грудь? И ярость возможной потери пронзила мозг? Почему она снова готова на всё, чтобы спасти его?

Любовь? Вместе с памятью о прошлом возвращались и чувства.

Ей сделалось невыносимо больно. Мёртвое сердце сжалось до такой степени, что достаточно лёгкого толчка, чтобы разорвать его пополам.

Зачем нужна вечность, если её не с кем разделить? Если последнюю надежду отыскать ребёнка сейчас разорвёт чья-то голодная пасть. Если предмет прежней любви – а теперь ненависти, дающей смысл и желание жить, – погибнет через какое-то мгновение.

И вдруг всё прояснилось, темнота отступила, но Изабель по-прежнему не видела Ричарда. Она парила в облаках, наблюдая за двумя отрядами людей, двигавшихся внизу. Первый, состоящий из нескольких рыцарей и вооружённых слуг, сопровождал карету; второй, во главе с огромным рыцарем, преследовал их. Но как определить, где Ричард? И почему она оказалась в воздухе над их головами?

Изабель, скосив глаза, увидела кончик чёрного вороньего крыла, её крыла! На мгновение ей сделалось страшно: что это? Что происходило с ней? Как она оказалась в теле ворона? Размышлять не было времени, но что она сможет сделать в туловище небольшой птицы?

Она заметила герб рода Бедфорд на крыше лёгкой кареты, подскакивающей на ухабистой дороге. Так вот кто удирает от преследования – отряд Ричарда. Теперь в голове билась лишь одна мысль: как ему помочь?

Изабель прочёсывала взглядом окрестности. В кустах между скал осторожно крались волки, – вот кем она хотела бы сейчас стать. Если бы только можно было с ними поговорить…

И снова темнота, и скрип деревянной обшивки стен каюты. И новый приступ отчаяния, душа рвалась на части. Она знала о происходящем сейчас в Испании с Ричардом, но что это давало ей?

Волки…

Изабель вскинула голову и взвыла – раненная в сердце волчица, теряющая щенка и надежды.

Она услышала ответный вой, где-то там, за темнотой, его подхватили волки. И новое просветление: теперь перед глазами мелькали огромные камни, бьющие по морде тонкие ветки кустарника. И острые края мелких камешков, впивающихся в подушечки широких, ударяющих по ним лап самки.

Она мчалась во главе волчьей стаи, втягивая ноздрями пропахший потом воздух. Стук сердца приближался, а вместе с ним и топот копыт, и лязг металла, и всхрап тяжело дышащих, испуганных лошадей, почувствовавших приближение хищников.

Раздираемое ненавистью сердце, полный боли взгляд – что это? Месть! Перед глазами мелькали образы: она лижет окровавленные острые мордочки, наполненные страхом и болью застывшие глаза… Её дети… Разрубленные ради забавы двое отбившихся любопытных малышей, волчата-полуярки.

Шерсть на загривке встала дыбом; она рычала, обнюхивая следы лошадиных копыт, запоминая сладкий запах убийцы, по которому большая стая рванула в погоню.

Мысли переплетались: вампирши – защитить, самки – выследить, выждать и, если удастся, убить, отомстить за погибших детей! Два разума в одном теле, общий враг и одно на двоих желание…

Смердящий запах людей, и лишь от одного исходил тот – непонятный, мёртвой плоти, смешанной с живой кровью. Странный аромат.

Ветер встал на сторону мстителей. Он дул в их сторону, не позволяя врагу обнаружить стаю раньше времени, наполняя горло желанием прыгнуть, вцепиться в блестящую глотку врага зубами, разорвать сухожилия, выпустить на свободу сладкую горячую жидкость. Но тут же другой разум приказывал волчице не делать этого: железо невозможно пробить клыками. Чтобы убить рыцарей, их нужно свалить, обездвижить, а для этого – напугать лошадей.

Короткие переговоры с самцом-альфой – и вот они уже на пару мчатся по обе стороны от чёрного как смоль жеребца предводителя нападающих. Рык приказа остальной стае – и зубы самца впиваются в глотку вороного и тут же отпускают, но цель достигнута. Жеребец встаёт на дыбы, самка рвёт жилы его задней ноги – и конь заваливается на бок, ломая хребет, погребая под собой всадника.

– Волки! Волки! Дьявольское проклятье!

Ржание лошадей, вскрики и стоны людей, звон металла, рычание нападающих и поскуливание раненых волков заполнили воздух. Серые хищники рвали в клочья упавших воинов и не сумевших удрать лошадей.

Но самку гнал не голод; она прыгнула на предводителя. Это именно его запах остался на месте гибели детей, и он может разрушить её будущее. Она вцепилась клыками в забрало и подняла его вверх. Взгляды двух хищников встретились…

Вампир…

Изабель зарычала, оскалила пасть. Вот она – угроза жизни графу Бедфорд.

Вампир выдвинул клыки и рыкнул в ответ. Взгляд красных глаз испепелял сверхумное животное, а ещё его запах… Себастьян потянул ноздрями. Ошибиться было невозможно, волчица пахла вампиром!

Он вытянул правую руку из-под жеребца и достал кинжал. Изабель в два счёта просекла все его движения, разгадав намерения. Как бы ни хотелось ей повредить вампира, она понимала, что лишь зря потеряет время. Убить его в волчьем обличье ей не удастся. А вот он…

Она представила на мгновение, что сделает вампир, освободившись от придавившей его туши, и, отпрыгнув в сторону, коротко взвыла, призывая стаю к бегству. Волки в недоумении последовали за самцом, на ходу ворчащим на самку. Животные стремительно улепётывали в направлении спасительных скал, успокаивая себя тем, что обязательно вернуться на дорогу позже…

Де Аро выбрался из-под жеребца, со злостью оттолкнув мёртвое тело в сторону. Но тут же поспешил взять себя в руки и огляделся по сторонам. Почти все нанятые им разбойники были мертвы: тут и там валялись оторванные части тел людей, кишки и кровь смешались с дорожной пылью. Вспоротые брюшины лошадей исходили паром. Запахом смерти заполнился воздух. Горло сдавила жажда.

Себастьян зарычал от переполнявшей его злости и бессильной ярости. Сукины волки! Откуда они взялись на их головы, и кем была самка альфы?

Он не выполнил задание Повелителя, хотя, если побежит, то легко догонит кортеж, но… В голове тут же всплыл самый главный приказ: ни при каких обстоятельствах не открывать своей сущности! Нарушить его – значит обречь себя на верную смерть. Уж лучше они разработают другой план, как достать графа Бедфорд.

Глава 1.1

Возвращение назад, сопровождалось пронзительной болью. Каждая частичка плоти ныла и покалывала. Голову, словно обручем бочку, стянуло болезненными спазмами.

Она билась в судорогах, чувствуя, как чьи-то руки придавливают её тело к постели. Темнота рассеялась – Изабель увидела перед собой встревоженное лицо Дерика. Монах, не поднимая головы, отдал приказ:

– Господин капитан, покиньте каюту и пригласите её служанку. Баронессе намного лучше, но боюсь, что придётся растереть её водой с уксусом. Не беспокойтесь, это не одержимость, прости меня Боже, – Дерик отпустил Изабеллу и перекрестился, – демоном, а всего лишь приступ «падучей». Бедняжка, наверное, подхватила в одном из портов лихорадку, спаси её Господь и Пресвятая Дева Мария.

Вампирша дождалась, пока за капитаном закроется дверь, и быстро задала вопрос:

– Что случилось? Почему вы в моей каюте?

– Сначала ты ответь, отчего выла и скулила так громко, что переполошила экипаж корабля вплоть до капитана? Со стороны всё походило на приступ одержимости!

Изабель присела на узкой шконке.

– А ты поверишь?

– Тебе? Да я только и занимаюсь, что чуть ли не каждый день принимаю на веру новые способности бывшей белошвейки. Что произошло на этот раз?

– Я находилась в теле волчицы!

Дерик покачал головой, тяжело вздохнув.

– Ну, и скажи на милость, что ты в нём делала?

– Спасала Ричарда!

Бывший крестоносец откинул капюшон и, приподняв левую бровь вверх, устало улыбнулся.

– И почему меня это не удивляет? – Он присел на край кровати. – Куда твой драгоценный граф вляпался в этот раз?

– Его хотели убить!

– Что в том странного? Его все хотят убить – даже я. – Дерик усмехнулся в ответ на рык Изабеллы: – Успокойся. Разве способен рыцарь разбить сердце дамы? Так кому ещё он перешёл дорогу?

– Я же сказала, не поверишь!

– Неужели он тоже стал волком? – рассмеялся вампир. – Вы вместе гадили на кустики, помечая территорию?

Белошвейка опять зарычала. Дерик умел всё что угодно превратить в балаган. Она стукнула кулаком по постели и прошипела сквозь зубы:

– Порой мне хочется тебя убить!

– Ну, для этого тебе придётся встать в очередь. – Он внимательно посмотрел во встревоженные янтарные глаза: – Так кто же тот грозный убийца?

Изабель выдохнула, прежде чем произнести:

– Вампир!

– Вот в это на самом деле верится с трудом… – лицо Дерика вытянулось от удивления.

Он надолго погрузился в себя, что-то обдумывая; Изабель не решалась прервать затянувшееся молчание, пока в дверь не постучали.

Вампир вскинул голову и громко спросил:

– Хлоя, это вы? – хотя точно знал ответ на свой вопрос.

Дверь уже отворилась. Узкий проход заполнило пышное тело блондинки, протирающей заспанные глаза.

– Я самая. – Она окинула взглядом тесную каюту и уставилась на баронессу: – Что за переполох? Что случилось-то?

Дерик поднялся с постели и приблизился к красотке, не позволяя той ввалиться в каюту.

– Произошло многое, весь экипаж на ногах, разве что кроме вас с Барни! Надеюсь – при землетрясении или потопе вас не придётся долго будить? И запомни наконец: не «что случилось», а «звали, ваша милость» или «госпожа», на худой конец!

Хлоя обезоруживающе улыбнулась:

– Да полно вам, на людях стану вести себя по-другому.

– А мы что, не люди?

Девица, видевшая до момента, когда её разбудили, бесцеремонно вырвав из страны грёз, чудесный сон, улыбнулась. Минуту назад она гордо шла под венец с внезапно получившим титул лорда Фергисоном. А потому находилась в прекрасном расположении духа и ответила шуткой:

– Нет! Вы – наша нежить, – тихонько рассмеялась блондинка, – Ваше Преосвященство!

Дерик вскинул взгляд к потолку и, перекрестившись, пробормотал:

– Господи, дай мне сил не поубивать всех родственников Блер к концу путешествия!

Хлоя враз прекратила смеяться и, подбоченившись, вперила в вампира грозный взгляд:

– Только попробуй тронуть Барни! Не посмотрю, что ты друг сестры Гиона. Выбью зубы под самый корень, не то что кровь сосать, кашу во рту мять нечем станет!

Теперь уже смеялась Изабель. Бывший крестоносец выставил резцы клыков и, моментально сблизившись с Хлоей, сдавил рукой пухлую шею.

– Ещё раз услышу угрозу в свою сторону – переломаю твою белую шейку по одному позвонку, и хруст хрящей покажется мне славной музыкой.

Блондинка дождавшись, пока Дерик опустит руку, ответила:

– Не очень-то испугал. Смотри, подкараулим, когда уснёшь, и навалимся всем гуртом – похрустишь тогда ты у нас. – Блондинка, сплюнув на пол, добавила: – Пугальщик мертвячий!

Изабель уже не смеялась, её сотрясала истерика. Напряжение последних дней, страх за жизнь графа, пережитая погоня, бой в волчьем теле и смех сделали своё дело. Она высвобождалась от пережитых эмоций.

Глаза служанки наполнились страхом. Она, запинаясь, спросила недавнего врага:

– Чего это с ней?

Дерик прижал к груди содрогающееся в конвульсиях тело вампирши и приказал бунтовщице:

– Быстро принеси воду с уксусом или розовой эссенцией!

Та беспрекословно выскочила за дверь. Жизнь Изабеллы была слишком дорога Хлое и её родственникам.

***

Ричард не оглядывался. Он слышал вой волков и топот копыт некоторое время, а затем все звуки погони исчезли. Граф не стал останавливаться, возблагодарив мысленно Господа за спасение. Что-то задержало разбойников, и он был несказанно рад этому.

Ещё немного – они достигнут цели. Дорога уже не петляла и стала намного шире. Вдали показались крыши домов. Кортеж приближался к Бильбао.

Крытая повозка с Гвен то и дело подскакивала на кочках, но графиня, её дуэнья и служанка не издавали ни звука. Все понимали степень нависшей над ними опасности. Самым большим желанием путешественников было поскорее убраться из Испании.

Кортеж несколько снизил темп перед городом, быстро пронесся по узким улочкам, разгоняя криками зазевавшихся прохожих и отгоняя хлыстами яростно брешущих на незнакомцев собак.

Запахи города наполнили лёгкие ароматами свежего хлеба, жареных сардин, тушеных овощей, заставив желудки путешественников требовательно урчать. Выделению слюны не могла помешать вонь, исходящая от фекалий и тухлого мусора, цветными лужицами подсыхающих на плотно утоптанной земле.

Лишь перед самым портом Ричард разрешил лошадям перейти на шаг. Он высматривал флаги, развивающиеся над несколькими судёнышками, пришвартованными у почерневшего деревянного пирса, надеясь увидеть принадлежащие Англии. Он замер и, открыв забрало, несколько раз моргнул, прежде чем поверил глазам. Над одним из бортов судна, готового к отплытию – о чём говорили поднятые паруса, – колыхался сине-красный герб рода Бедфорд.

Ричард направился прямиком к кораблю, в который раз благодаря Господа за спасение жизней вверенных ему людей. Видимо, дама Удача опять повернулась к путешественникам передом.

У борта суетились матросы, подавая трап. Граф подъехал к широкой деревянной лестнице и, не дожидаясь пажа, с трудом спешился. А поднявшись на отдраенную до блеска палубу, тут же попал в объятия счастливо улыбающегося сенешаля.

– Господин лорд, как же я рад вас видеть!

– Что вы делаете в порту, сэр Арчибальд?

– Ваша матушка послала меня со срочной миссией больше двух недель назад. Нас изрядно потрепал шторм, пришлось заходить в порт Франции для срочного ремонта.

– Но сейчас всё в порядке? Вы собирались отчалить, не отыскав меня?

– Что вы, мой господин! Нас предупредила о вашем скором прибытии посланная вами леди.

Ричард удивлённо поднял брови:

– Какая леди?

– Сеньорита де Аро!

Теперь лицо Бедфорда выражало полное недоумение.

– Графиня Мария Диас де Аро?

– Нет, милорд, Джейн де Аро, – удивился верный друг и слуга реакции хозяина.

Сенешаль заметил, что граф побледнел. Он растерянно проговорил:

– Я сделал что-то не так? Разве не вы её посылали?

Ричард справился с волнением и отдал приказ:

– Всё так! Немедленно грузите лошадей и готовьтесь к отплытию.

– Уже всё готово. Как только загрузим – снимемся с якоря, благо прилив начинается.

Бедфорд ответил, направляясь в сторону кормы:

– Прикажите приготовить каюту для леди Пембрук.

– Уже сделано. И на этот счёт были переданы ваши указания.

Граф обернулся:

– Тогда распорядитесь помочь подняться дамам на борт!

– Хорошо, милорд!

Ричард кивнул капитану и, указав рукой на флаг с изображением фамильного герба, потребовал немедленно заменить его на любой другой. Рыжеволосый мужчина выпучил глаза от удивления, но расспрашивать ни о чём не стал, коротко ответив:

– Будет исполнено, милорд!

Старый морской волк никогда не доверял женщинам. Одежда сеньориты выглядела более чем неприглядно: вымазанные грязью ботинки, зелёное пыльное платье и не по сезону лёгкая накидка. Он на всякий случай задал вопрос, мучавший после посещения судна странной леди:

– Как скоро мы выходим в море?

– Тотчас же, как погрузим лошадей.

И снова в ответ на приказ господина, не любившего повторять дважды, прозвучало короткое:

– Да, милорд! – но про себя капитан подумал, что в пору его молодости знатные леди имели более здоровый цвет лица и не выглядели оборванками, прошагавшими не одну милю пешком…

Граф свободно вздохнул, наполняя морским воздухом лёгкие. Наконец-то он и его семья находились на куске английской территории, снять с которой его никто не посмеет, а это означает – свобода!

В желудке требовательно заурчало. Ричард усмехнулся непристойным звукам и приказал поднявшемуся на борт пажу:

– Нам давно пора обедать! Накроешь стол для всех в моей каюте и принеси побольше вина или, если отыщется на корабле, бочонок с чем-то покрепче!

Он улыбнулся поравнявшемуся с ним барону, ведущему под руку бледную, еле переставляющую ноги Гвен. Граф поцеловал холодные пальчики невесты.

– Всё позади, дорогая, больше нам ничего не угрожает. Прости за спешку. Я распорядился насчёт отдельной каюты для тебя. Будешь обедать со всеми? Или пусть подадут еду в постель?

Брюнетка слабо улыбнулась и, покачнувшись, повисла на руке Кевина, так и не успев ответить. Ричард подхватил безвольное тело невесты и направился прямиком к каютам, на ходу отдавая распоряжения служанке и пажам:

– Принесите тёплого вина с мёдом и жаровню с углём. Она замёрзла. И не забудьте переодеть леди Пембрук во всё сухое. А ещё позовите судового лекаря, если таковой тут имеется.

Из глаз дуэньи потекли слёзы, она скривила губы, собираясь разрыдаться, но граф Бедфорд на корню оборвал «мокрые» намерения:

– Прекратите немедленно! Если ещё и вы грохнетесь в обморок, то я не буду столь милосердным, как с невестой. Велю выбросить вас за борт, для принятия освежающей ванны, или оставлю на берегу со столь милыми сердцу земляками-испанцами.

Дуэнья шмыгнула носом, размышляя, шутит ли сейчас граф, и ей всё-таки можно предаться любимому занятию, или же всерьёз намерен воплотить в жизнь страшные угрозы. Ричард решил прервать раздумья необходимой подруге детства женщины, добавив для верности:

– Те, кто за нами гонятся, будут очень рады принять вас в свою компанию!

Пожилая дама рванула вперёд, распахивая двери ближайшей каюты и пропуская графа с драгоценной ношей на руках внутрь.

Ричард уложил девушку на постель и склонил голову к бледным губам, прислушиваясь к ровному дыханию невесты.

– Всё в порядке. Думаю, она просто очень устала и провалилась в глубокий сон.

Дуэнья накрыла подопечную толстым одеялом, пообещав:

– Я буду за неё молиться! Клянусь – милая девочка больше никогда не увидит моих слёз!

Бедфорд подавил улыбку, ответив:

– Очень на это надеюсь!

Он покинул комнату, давая возможность дуэнье и служанке раздеть Гвен, распорядившись дать ему знать, как только она проснётся.

Кевин топтался у двери. Губы барона, сжатые в тонкую полоску, побелели; желваки на скулах ходили ходуном. Ричард догадывался, о чём сейчас думал брат. Он похлопал его по наплечнику.

– В этом нет твоей вины, мы все стали жертвами вероломной интриги! Гвен просто устала, ей нужен хороший отдых! Снимай доспехи, переодевайся и приходи в мою каюту – нас ждёт обед.

– Если бы всё было так, как ты говоришь…

– Так и есть! Она скоро поправится и обретёт былую форму. Морской воздух поможет в этом!

– Я буду молить Господа.

– Обязательно! Только давай сначала набьём утробы сытной едой и напьёмся!

Кевин качал головой, но не покидал импровизированный пост. Граф вынужден был толкнуть упрямца в плечо, чтобы сдвинуть с места.

Глава 1.2

– Не разочаровывай нашу девочку. Вот уж кого она точно не хотела бы видеть, так это барона-монаха! Для молитв у нас есть духовник. Если не будешь хорошо питаться, то в первом же бою сложишь голову. Не думаю, что Кевин-мертвец понравится Гвен больше служителя Господа!

– Ты всегда умеешь найти нужные слова. – Вздохнул блондин, сдвинувшись с места.

– За это качество Винс и пожелал сделать меня зятем!

Кевин отступил на шаг и ухмыльнулся:

– Я уже говорил тебе, что вот это мы ещё посмотрим!

Ричард рассмеялся.

– Ну, наконец-то! Таким ты мне нравишься больше, и, думаю, леди Пембрук тоже!

– Ты понимаешь, что я ей нравлюсь?

– Конечно! Она всегда любила играться с пёсиками!

Братья успели хорошо закусить и изрядно выпить, прежде чем по их приказу в каюту пришёл сэр Арчибальд.

Старший Милтон пригласил распорядителя присесть за стол, разделить трапезу. Сенешаль отказался от угощения – он не был голоден в отличие от господ, а от вина у него всегда начиналось несварение и мучили колики.

Первым расспросы начал Ричард:

– Сэр Арчибальд, я хотел бы узнать, как здоровье леди Бедфорд. Как обстоят дела в графстве? И что за секретную миссию вы должны были выполнить в Испании?

Сенешаль рассказал, что происходило в последнее время в замке и окрестностях графства, чётко следуя инструкциям Жаклин умолчать обо всём, что слышал о белошвейке. Мало ли о чём шепчутся слуги – всё это сплошная неправда. Изабель Блер и так принесла много бед её мальчику. Она выбрала Додсона и, бог с ней, пусть будет счастлива с кузнецом, а графа ждёт свадьба с леди Пембрук! Зачем мучить девочку видом наложницы во дворце?

Сенешаль мало что понял из того разговора, но на всякий случай наложил запрет на язык произносить ненавистное для леди Бедфорд имя.

Он достал из кошеля две ладанки, передавая вместе с ними просьбу Жаклин сыновьям: надеть и не снимать обереги, приготовленные старой Тильдой. Леди Бедфорд будет намного спокойнее знать, что милые сердцу дети находятся под надёжной защитой.

Кевин с Ричардом переглянулись. Сверхопека, и некоторые причуды матери, казалась им порой переходящей многие границы, но такую заботу не принять невозможно. К тому же о волшебных руках старой кормилицы они знали не понаслышке – сами не раз испытали на себе силу её мазей и настоек. Разрезы, полученные в войнах и на турнирах, затягивались на глазах, не оставляя даже рубца на месте ранения. Их отец дожил до почтенных лет тоже во многом благодаря умению старой служанки варить лечебные отвары, дарящие телу молодость.

Братья одновременно протянули руки к маленьким мешочкам и надели ладанки на шеи.

– А что ещё передавала матушка? Кевин покрутил головой, привыкая к раздражающей кожу верёвке. Как долго носить её подарок?

– Всегда! – Сенешал попеременно смотрел братьям в глаза. – Она просила вас дать слово, что не снимете защиту до возвращения в родовой замок.

Граф ответил за обоих:

– Хорошо, если от них будет прок! Нам не помешали бы обереги месяцем ранее. Смотришь, сумели бы избежать многих неприятностей.

Сэр Арчибальд в очередной раз извинился:

– Простите меня! Этот проклятый шторм…

Ричард похлопал его по плечу.

– Ладно, не винитесь, на всё воля Божья, значит, так оно и должно быть! Живы, здоровы – и за это надо возблагодарить Господа и матушку – её молитва нас защищает! – Он поднялся из-за стола. – Выйду на палубу, разомну кости.

Граф улыбнулся сенешалю, желая подбодрить, но следующие слова сами сорвались с губ, открывая душу:

– Ваш рассказ навлёк непонятную тоску. Мне отчего-то стало неспокойно.

Корабль, лавируя меж скал, выходил в открытое море. Мелкие буруны разбивались о тяжёлый борт. Тюки с шерстью так и не были выгружены. Но сейчас для графа Бедфорд потеря прибыли от непроданного товара была наименьшим злом…

Фигура огромного рыцаря, восседавшего на гнедом жеребце, ясно выделялась на фоне заходящего за горы оранжевого диска солнца.

Он провожал взглядом корабль, покидавший залив под португальским флагом, но тонкое чутье вампира невозможно обмануть. На борту судна находился граф Бедфорд, погоня и поимка которого теперь надолго станет его заданием и головной болью. Ему не хватило какого-то часа, а теперь всё может затянуться на долгие месяцы.

Де Аро оглянулся назад, пытаясь определить, в какой стороне находится его замок, и с тоской прошептал:

– Я скоро вернусь, любимая…

***

Изабель стояла на носу судна, всматриваясь в приближающийся берег. Она наблюдала за весёлой игрой дельфинов, уже долгое время сопровождавших корабль. Гладкие скользкие тела серого цвета высоко выпрыгивали из воды, резвясь и играя в искрящихся золотом лучей заходящего солнца водных бурунах, двумя волнами расходящихся от носа. Они с лёгкостью обгоняли разрезающий форштевнем водную гладь корабль.

Баронесса опиралась на согнутую в локте руку Гиона. Брат с восторгом смотрел на морских обитателей.

– Гляди, какие быстрые, даже страшно, что кто-то из них может не успеть отплыть – и поранится, или погибнет.

– Этого не случится.

– Почему ты так уверена? – Гион развернулся полубоком, чтоб видеть лицо сестры.

– Просто я знаю, – она усмехнулась. – Зверь всегда рассчитывает свою силу.