- -
- 100%
- +
Глава 1
Ева вышла из такси.
Огромный ворон с громким карканьем сорвался с ближайшего дерева и, рассекая чёрными крыльями воздух, полетел в сторону Красной площади.
Она вздрогнула.
– Чтоб тебя! Напугал! – И замерла возле шлагбаума дома Сталинской архитектуры.
Приехала раньше времени. Антон обещал встретить, но уже десять минут как сбрасывал вызов. При одном воспоминании о нём тает сердце.
Осталось совсем немного и они станут мужем и женой. Заявление неделю как лежит в ЗАГС-е, назначена дата регистрации. Родители начали понемногу готовиться к торжеству.
Проходя мимо салона свадебных платьев, с завистью смотрела на витрины. Дорогие её семье не по карману. Антон купит сам. Кольца выбрали. Осталось лишь оплатить. Она покрутила на тонком пальчике помолвочное колечко с небольшим бриллиантом.
Сегодня вечером знакомство с его отцом, в чьей квартире он живёт последние два месяца. Неожиданный папочка возник из далёкого прошлого. Умер муж Надежды Павловны, оставивший по завещанию бизнес и почти всё имущество родной дочери.
Так Антон узнал, что рождён от совсем другого мужчины. Пришло время родного папочки содержать мать наследника.
– Ничего не потерял! – смеялся он, воспоминая о человеке, воспитывавшем с рождения. – Не оправдал его ожиданий? Срать! Родной тоже крутой!
Антон только что не потирал руки, планируя будущее под крылом нового родственника.
– Устроит к себе в клинику, как окончу университет. А там уж я расстараюсь, и всё у нас будет! – он кивал на кабинет отца, который несколько раз пытался вскрыть. – Не представляешь, какие там крутятся деньги! Для супербогатых клиентов. Зайти невозможно без специальных пропусков в каждое отделение, – он подмигнул, покрутив перед лицом синий кусок пластика. – Подрезал у него универсальный, на всякий случай.
Ева представляла другое. В кармане осталась последняя тысяча, нужно срочно найти работу. Два месяца назад закончила медицинский колледж, но никуда не могла устроиться. В услугах сиделки дочь подопечной старушки тоже больше не нуждалась.
Она тяжело вздохнула. Мысли, что придётся для начала поработать не по профессии, приходили всё чаще.
– Хоть санитаркой полы иди мыть, чтоб быть на виду, если освободится место.
Все проблемы отходили на второй план при воспоминании о любимом Антоне. Пухлые губы расплылись в улыбке.
Совсем чуть-чуть и она станет женщиной. Его женщиной. Обещал, что этот день она никогда не забудет. Внизу живота сладко тянуло. Жар накатил волной, стоило вспомнить о поцелуях и ласковых руках на теле.
Знай он, каких усилий стоит сдерживать себя, не стал бы психовать, всякий раз получая отказ. Минет и то с презервативом.
Однажды данное слово нарушить не смеет. Клятва, в которой пообещали друг другу с сестрой-погодкой выйти замуж девственницами. Цена нарушения – обещанная богу смерть.
Ева набрала Катю. Та тоже не брала трубку. Значит, не отпустили с последней лекции. Смартфон полетел в сумку. Очень жаль, хотела познакомить её с женихом.
Она вздохнула и отправилась к нужному дому. Под ногами хлюпали остатки недавнего дождя. Тонкое пальто прикрывало лучшее платье из небогатого гардероба. На ногах новые туфли на каблуках и тонкие колготки.
Сегодня она собиралась дольше обычного, хотелось понравиться старшему Зарипову. Интересно посмотреть, похож ли на него Антон.
Знакомая консьержка кивнула, пропуская девушку, несколько раз приходившую с сыном хозяина сто двадцать пятой квартиры.
– Ваш парень дома, проходите.
Ева с нетерпением дожидалась лифта, придумывая слова приветствия.
Первое впечатление самое запоминающееся. Нужно подать себя в лучшем свете.
– Давайте знакомиться, я Ева! – репетировала она, подавая для поцелуя ладонь невидимому высокому мужчине с чуть выпирающим брюшком и полноватым лицом, ассоциируя незнакомца с собственным папой. – Или лучше поздороваться?
Лифт дёрнулся пару раз и замер на лестничной площадке пятого этажа.
Ева расстегнула пальто, почувствовав, как от волнения начинают мокнуть подмышки.
– Только этого не хватало. Прекрати нервничать! – приказала она себе и шагнула к отделанной морёным дубом преграде, приготовившись жать на кнопку звонка.
К удивлению дверь оказалась чуть приоткрытой. Ева улыбнулась, ожидая сюрприз. Наверное, консьержка предупредила. Она стянула пальто и бодро шагнула за порог. Вместо аромата от букета цветов в нос ударил странный травяной кисловатый запах.
Никто не встречал. Ева удивилась, обнаружив на полке с обувью туфли сестры. Она повесила пальто рядом с курткой Кати, бросила сумку на тумбу и, не разуваясь, пошла на звуки музыки.
Неприятное предчувствие беды скрутило живот, холодными щупальцами расползаясь по венам. Почему сестра оказалась здесь раньше неё? Не предупредила, не отвечает на звонки. Где отец Антона?
Сердце остановилось, пропуская удар от увиденного кошмара. Захотелось умереть прямо здесь и сейчас.
Ева, широко распахнув глаза, смотрела, как в спальне, на огромной кровати Антон трудится над пищащей от удовольствия сестрой. Никакого сопротивления или следов борьбы. Катя отдавалась осознанно. Это не могло быть первым разом. Слаженные движения. Стоны. Шлепки тел и едкий запах, что слышался ещё в коридоре. Лёгкая тошнотворная дымка заполняла комнату.
Ева прислонилась головой к косяку не в состоянии вымолвить слово.
– Ты скоро…
Мычание закатившей глаза сестры.
Довольное рычание жениха:
– Как всегда, супер…
И дёргающиеся в пароксизме тела двух самых любимых людей.
– Как ты… – Она обращалась сразу к обоим, с трудом продавливая слова через сжатое горло: – Как… Вы… Могли…
– О, Евка! – осоловелый взгляд Антона прошёлся по фигурке застывшей в дверях невесты. – Мы не ждали тебя так рано… – он рассмеялся дебильным смехом. – Чего застыла, проходи, присоединяйся. Может, дашь, наконец? Устроим весёленький тройничок.
Она смотрела в испуганные глаза, такого как у себя цвета.
Боль, обида раздирали душу. Губы дрожали, проговаривая немые упрёки. По щекам текли слёзы. Любимица родителей, лучшая подруга, которой доверяла все тайны, вонзила нож в сердце.
– Кать, как ты могла?
Та, закусив пухлую губу, помолчала несколько секунд и ответила с вызовом, оставаясь придавленной худым телом чужого жениха.
– Я люблю Антона, – провернула она лезвие измены. – Мы встречаемся уже несколько месяцев. Я тебе его не отдам!
Смотреть дальше на праздник предателей не было сил.
Ева не помнила, как выскочила из квартиры. Она неслась вниз по лестнице не в силах ждать лифт. Каблуки стучали по бетонным ступеням. В висках пульсируя, билась кровь, отдаваясь шумом волн в ушах.
Она не слышала, что кричала вслед консьержка, не видела людей возле подъезда. Всё вокруг превратилось в одно большое разноцветное пятно. Быстрее, быстрее, удрать как можно дальше! Избавиться от запаха марихуаны и секса, забивших нос.
Визг тормозов, запах горелой резины, удар, боль и провал в спасительную темноту…
– Твою мать! – высокий, рано поседевший мужчина выскочил из «БМВ». – Откуда ты взялась?
Он склонился над появившейся из ниоткуда, молоденькой девушкой в грязно-розовом платье в пайетках. Раздетая, с заплаканным лицом, разметавшимися по асфальту густыми тёмными волосами.
Чуткие пальцы пробежали по худенькому телу, ощупывая ноги, руки, голову.
– На первый взгляд целая, слава Богу! – он постучал ладонью по щекам. – Девушка, очнитесь!
Обрамлённые длинными ресницами веки затрепетали и распахнулись.
Мужчина отшатнулся, сражённый ярко-голубым цветом огромных глаз.
– Вы меня слышите? Скажите что-нибудь.
– Больно, так больно… Катя нарушила клятву… Холодно… – большие глаза с безысходностью смотрели в лицо дьявольски красивого незнакомца. – Я умерла и попала в ад? – прошептала она очень тихо и снова провалилась в беспамятство.
– Этого ещё не хватало! Только попробуй! – он осмотрелся по сторонам.
До ближайшей лавки дальше, чем до двери машины. Платье девушки на глазах превращалось в мокрую тряпку, обтягивая идеальные формы стройного тела.
Их обступили люди.
– Я видел, она сама бросилась под машину, – утверждал пенсионер с тростью.
– Я тоже могу подтвердить. Видела всё. Но во дворе нужно ездить ещё тише!
– Пронеслась мимо нас как бешеная! – непонятно к кому относилось.
– Почти раздетая в такую погоду. Может, пытались изнасиловать?
– Одежда то целая и синяков нет.
– Она попала под машину или выскочила из неё?
– Вызывайте скорую и полицию!
Мужчина нахмурил лоб. Сейчас начнётся… Свидетели разделятся на два лагеря. Те, кто только что подошли, обязательно обвинят его.
Он бросил взгляд на автомобиль. Небольшая вмятина на капоте почти не пострадавшей «Бэхи», а вот с виновницей происшествия ничего не понятно. Деваться некуда. Он просунул руки под хрупкое тело и вытащил виновницу шухера из грязной лужи. С платья и отливающих каштановым волос тонкими струйками потекла вода.
Брутал скривился, брезгливо вытянув руки, но вслух произнёс ровным, спокойным голосом:
– Не нужно никого вызывать. Я врач! Отвезу её в свою клинику. Осмотрят лучшие специалисты и, если необходимо, госпитализирую.
Глава 2
– Рустам Каримович, куда её?
Совладелец и директор загородной элитной клиники стоял в приёмной с девушкой на руках, в ожидании бегущего навстречу медбрата.
Костюм всё равно безнадёжно испорчен. Весит неожиданная ноша всего ничего. Он не ощущал тяжести, чувства жалости, вины и страха за её здоровье – только раздражение.
Все планы расписанного поминутно дня летели коту под хвост.
– Придёт в себя: к гинекологу, КТ, МРТ. Полное обследование и обязательно пригласить психолога. Хочу знать, какого чёрта она кинулась под мою машину. Обязательно забор всех анализов. Оформляйте в стационар на три дня, – он уложил живую ношу на кушетку. – Хочу иметь на руках железобетонные доказательства, что час назад не произошло ничего навредившего здоровью спящей красавицы.
Раздражение вызывало не только испорченный костюм от любимого кутюрье. Грязь в салоне автомобиля, сбитое расписание дня, возможность влепить ему иск об утрате трудоспособности, но и запах случайной жертвы.
Не аромат свежести недорогих духов, а возбуждающий запах кожи, волос незнакомки, на которые она их нанесла.
Брутал, не знающий отбоя от женщин, почувствовал влечение к грязной сумасшедшей, решившей, что он привратник ада. Содержимое боксеров плевать хотело на чужие взгляды, живя отдельно от аналитического ума хозяина.
– Дорогой, ты решил вернуться? – аппетитная блондинка с зелёными глазами повисла на мощном плече. – Очень рада! – Она опустила взгляд вниз. – Вижу и ты мне тоже… – И зашептала в ухо, касаясь чувствительной мочки накачанными губами: – Готова помочь прямо сейчас!
Он свёл брови, решая, что лучше: ходить со стояком или отсос поднадоевшей любовницы? Вопрос на всякий случай:
– Пациенты не ждут?
– Я быстренько! – она улыбалась, кокетливо облизывая губы. – Заведующая терапией может позволить себе перерыв с вкусняшкой, – Короткий халатик лопался на груди пятого размера.
Рустам усмехнулся, взирая на плоды трудов лучших пластических хирургов клиники. Плоть не отреагировала. Оставалось надеяться на огромный опыт.
– Марья-искусница!
– А то…
Хватило пятнадцати минут, чтобы отпустить работать первоклассного терапевта. Та не торопилась покидать уютный кабинет шефа.
Она присела на край стола.
– Может, встретимся вечером? Посидим где-нибудь? Могу приготовить у тебя дома что-нибудь вкусненькое, если не хочешь идти в ресторан.
Холодный взгляд получившего своё самца.
– Слишком много вопросов и предложений. Знаешь, почему я до сих пор не женат? Люблю иногда спать один, наслаждаться безмолвием дома. Сегодня произошло много событий. Хочу отдохнуть. Сейчас должен заняться девушкой, что привёз.
Она не спрашивала, где босс подобрал оборванку, всё равно не ответит.
– А после?
Рустам скривился. Неужели непонятно всё объяснил? Не хотелось посылать напрямую. Выручил звонок Давида. Друг вёз на очередной осмотр жену, готовящуюся к рождению однояйцевых близнецов.
Рустам ответил, помахав блондинке ладонью в сторону двери.
Маша обиженно надула губки и с неохотой вышла из кабинета.
Он выдохнул. Завершил разговор, быстро разделся и отправился в душ смывать грязь. В шкафу ждали пара отглаженных до идеала костюмов и дюжина свежих сорочек на замену.
Через полчаса Рустам стоял перед постелью «спящей красавицы».
Чёрная бровь взлетела вверх. Он с удивлением проговорил медсестре:
– Она так и не пришла в себя?
– Рустам Каримович, пациентка спит.
– Что?
– Спит!
Он вскинул взгляд в потолок. Сумасшедшая идиотка дрыхнет в одноместной палате премиум класса, сутки пребывания в которой стоят семьсот с лишним евро. Золотой сон. Он мысленно выругался и направился к выходу, поручив:
– Как только проснётся, сообщите мне.
Медсестра наклонилась над обмытой, переодетой в сорочку шатенкой.
– Похоже, собирается сделать это прямо сейчас. Веки трепещут. Разбудить?
– Не надо, я сам! – он склонился над бледным лицом жертвы неизвестных обстоятельств. – Вы меня слышите?
Едва различимое:
– Да…
Вызвало вздох облегчения.
– Можете открыть глаза?
– Да… – она с видимым усилием разлепила веки и тут же сомкнула.
Рустам напрягся. Снова их цвет заставил отпрянуть. Совсем как море с высоты у Лазурного берега. И волнующий запах кожи.
Он до боли сжал челюсти. Плоть начала оживать. С этим надо что-то делать.
Рустам с неприязнью взглянул на «беду», свалившуюся на его седую голову.
– Вы помните, как попали под мою машину?
Излишне жёсткий тон заставил незнакомку сжаться и распахнуть глаза. Она словно ребёнок натянула тонкое одеяло выше носа.
– Я?.. под машину?.. – с искренним недоумением.
Он нахмурился. Не хватало амнезии.
– Вы ничего не помните?
Она сглотнула комок. Пролепетав невнятное:
– Помню.
– Что именно из последнего? Почему оказались на улице в одном платье? —в голосе незнакомца слышалось неприкрытое раздражение. – Ваши имя, фамилия, телефон, документы где?
– Разделась… – Ева не могла понять, в чём провинилась перед властным мужчиной в белом халате. – Сумочка с паспортом и смартфоном осталась там же.
Если он врач, то она звезда подиумов. Но пока предлагали лишь подработку эскортницей.
Глава 3
Рустам тяжело вздохнул. Вытягивая по одному слову, можно разговаривать бесконечно долго.
– Где и когда, а главное, почему вы разделись? – двойственность слов заставила выдуть воздух через губу.
Голубоглазка лежала под одеялом не только без пальто, но и без платья. Лучше бы он об этом не думал. Чёртово желание путало мысли. Раздвинув ноги на столе его кабинета, она смотрелась бы великолепно.
– Пришла в гости.
– К кому?
– Отцу моего жениха.
Руслан усмехнулся. В голове моментально возникла ещё одна развратная картинка. Престарелый козёл в тёмной прихожей лапает девочку младше своего сына.
– И что там случилось? – в этот раз он рычал, проклиная то, что с ним происходит.
Она закрыла глаза, натянула одеяло до макушки и прошептала со слезами в голосе:
– Не хочу говорить об этом.
Рустам чувствовал, что ещё немного и сорвётся. Невозможность контроля приходилось компенсировать злостью.
– Ваши хотелки дорого стоят, – проворчал он через губу.
– Для кого?
– Для меня!
Она выползла из укрытия.
– Почему? – и только теперь соизволила оглядеться.
Бежевые стены. Большая плазма на противоположной стене. Диван, обитый натуральной светлой кожей, такое же кресло. Столик с двумя стульями по бокам. Керамическая кадка с цветущей орхидеей перед диваном. И ни с чем не сравнимый, чуть уловимый запах больницы.
Ева предпочла снова закрыть глаза. В такой роскошной палате за время учёбы и практики она не была никогда. На ум пришли рассказы о клиниках для ВИП клиентов, сама которые видела только на фотографиях да в мечтах. Стоимость пребывания в них исчислялась астрономическими суммами. А если ей сделали операцию?
Она сглотнула слюну, пообещав невыполнимое:
– Я всё оплачу, – твёрдо уверовав, что сделает это, даже если придётся продать почку.
– Да неужели?
Усмешка в зелёно-карих глазах мужчины в белом халате показалась знакомой. Где-то она видела её раньше. Холод узлом в животе. Неприятно засосало под ложечкой. «Совсем как у Антона». Хотелось заплакать.
– Не надо! – лоб седовласого красавчика с молодыми глазами покрыли морщины, взгляд стал недовольным. – Вы так и не сказали, чем закончилась встреча с отцом жениха. От него вы бежали?
– Нет!
Рустам выдохнул, покачивая головой. Мозг начинал закипать. Похоже, сумасшествие голубоглазки заразно. При этом член рвался из штанов даже на её голос. Поставить бы это невинное чудо и отжарить по полной. Может тогда его отпустит спермопередоз, а она начнёт говорить внятно?
– Хотя бы фамилию перепугавшего вас монстра скажете? – если имело место изнасилование важно знать для полиции.
Она хлопала длинными чёрными ресницами в знак согласия.
К сожалению, телепатией он не обладал. Ещё немного и они начнут моргать вместе. Возможно, на одной кровати. В психиатрическом отделении.
Он простонал, до чёртиков мечтая принять на грудь грамм двести виски со льдом. На ум пришла фраза из «трёх мушкетёров»:
– Имя, сестра, имя!
– Зарипов…
Рустам почувствовал, как глаза полезли на лоб. Он задыхался от злости, выговаривая короткое:
– Что-о-о?!
Медсестра вытаращила глаза, уставившись на грозного шефа, о неуёмной мужской состоятельности которого в клинике ходили легенды.
В дверях, уронив челюсть, застыла любопытная Маша.
Ева с испугом смотрела на властного красавчика, в обтянувшем широкие плечи халате. Он нависал над кроватью скалой, придавливая мощной энергетикой.
На врача незнакомец походил меньше всего. Скорее бандит или глава мафии. Прожигающий насквозь, всезнающий, надменный взгляд. Холодный контроль с превосходством. Такой отнимет жизнь, не раздумывая.
– Рустам Каримович Зарипов, – пробормотала она, заикаясь от страха, и нарвалась на взрыв эмоций.
Раздутые ноздри тонкого носа гневно трепетали. Презрительно приподнятая верхняя губа, обнажила в оскале ровные белые зубы. Складки между бровями.
– Я первый раз в жизни увидел тебя два часа назад, валяющуюся в грязной луже! – выговаривал он с непонятной ненавистью. – Кто тебя подослал и зачем? – Жесткие губы скривились набок. – Сразу подумал, что длинноногую куклу подсунули конкуренты!
Очень злой взгляд на сучку, вызывающую кучу желаний, решившую подвести его под статью. Есть свидетели, которые с удовольствием подтвердят, что он сбил жертву насилия намеренно!
Её вещи в данный момент находятся в его квартире. Локация телефона с последними вызовами там же.
Сейчас он хотел её не лечить, а придушить!
Глава 4
Ева металась взглядом по комнате, подбирая слова. Её за пятнадцать минут общения успели избить взглядом, распять и обвинить во всех смертных грехах. Хотелось провалиться сквозь землю. Исчезнуть навсегда. Жаль, что нельзя вернуться в прошлое и прожить первый день знакомства по-другому. Разве что…
Ева посмотрела в окна здания напротив, определяя высоту этажа, на котором находится.
Губы дрожали. Она до сих пор не могла прийти в себя после предательства жениха и сестры. Картинка «любви» двух близких людей маячила перед глазами, а тут…
Рустам проследил за взглядом. Ярость накрыла новой волной. Она решила не только погубить его имя, но и доставить хлопот клинике?
Несколько шагов к огромному оконному проёму с натёртыми до блеска стёклами. Мощная спина перекрыла подход к быстрой смерти. Леденящим голосом повторил предупреждение:
– Только попробуй! Прикажу, тебе вколют слоновью дозу транквилизаторов, – сверлящие глаза из карих превратились в чёрные. – Забудешь не только как тебя звать, где разделась, находишься, но и писать под себя три дня будешь, пока не вывезут за территорию клиники в кресле! – Он наклонил голову, повторив по слогам: – Кто тебя подослал и зачем?
Ева собралась, проталкивая через пересохшее горло:
– Я ни на кого не работаю! В вашей квартире живёт мой жених… – она осеклась, переходя на писк, чувствуя, что ещё чуть-чуть и забьётся в истерике, – бывший жених. Мы должны были сегодня с вами познакомиться! Я приехала на встречу.
Чёрные брови полезли вверх.
– Я никому ничего не должен! Встреча? – Большие плечи приподнялись, в глазах полное недоумение. – В первый раз слышу о невесте сына. Какая женитьба, он на кусок хлеба не в состоянии заработать! – Усмешка скривила жёсткие губы. – Не прокатит твоя легенда! Говори правду!
Ева на время потеряла дар речи. Как не знает о невесте сына? Не должен был с ней знакомиться? Антон скрывал от родителей их отношения? Тогда для чего был весь этот спектакль с любовью и ЗАГС-ом?
Она сомкнула веки. Есть предел черноты, в которую её сегодня окунули? Где дно? Лимит грязи за всю жизнь выпал на этот день?
Горячие слёзы потекли по щекам. Сердце билось, как у пойманной птички. Душа металась по клетке лжи. Желание умереть крепло. Её растоптали ещё раз, в этот раз не поступками, а словами. Мозг отказывался верить в происходящее. Целый год жила в выдуманной Антоном реальности, ни о чём не догадываясь! Она с трудом пролепетала:
– Это и есть правда!
Маша получала удовольствие, глядя на ярость в глазах любовника. Она далеко не дура, как считает Рустам и давно поняла, что его отношение к ней совершенно расходится с её чувствами к самоуверенному до одури себялюбцу. Анализировать укол ревности в сердце станет потом.
Сейчас девочка делала то, о чём Мария мечтала последний месяц. Доводила холоднокровного красавчика до бешенства. Жаль, что у бедняжки нет под рукой, чем швырнуть в холодное лицо пресыщенного женской любовью брутала. Но это можно исправить. Идеальным будет травма упрямой головы, а уж она сумеет утешить шефа.
Блондинка подошла к столу под испепеляющим взглядом шефа и налила воды из графина.
– Рустам Каримович, девочка не может говорить. Может, дадите несчастной прийти в себя?
Ева впилась губами в протянутый стакан, залпом осушая тёплую жидкость.
Директор клиники рыкнул:
– Мария Захаровна, вас разве не ждут дела?
Она мило улыбнулась, поправляя белую шапочку, прикрывающую роскошные пышные локоны, в которые он так любил зарываться, «имея» её сзади.
– В данный момент они в этой палате. Пациентку разместили в моём отделении.
Ева с благодарностью смотрела на человека, решившего ради неё спорить с монстром.
Рустам выдул ноздри. Что? Бунт на корабле? Голубоглазка прислана разрушить размеренную до каждого вздоха жизнь? Подобные бунты нужно пресекать в зародыше.
Он рявкнул, указывая на дверь Маше и медсестре.
– В своей клинике я буду определять, кому и где находиться!
На сердце бедняги стало немного теплее. Хоть одна добрая душа рядом, пусть теперь и за дверью, но на крик в случае чего точно придёт. Незримая поддержка придавала уверенности.
Рустам сложил на груди ручищи, чесавшиеся сомкнуться на горле предмета ненависти.
– Теперь мы одни. Не стоит разыгрывать спектакль со слезами. Меня женскими штучками не пробить! – Он шагнул в направлении кровати: – Рассказывай, как есть на самом деле.
– Не верите мне, позвоните Антону!
– С удовольствием сделал бы это с твоего телефона, – он усмехнулся. – Жаль, ты удачно забыла его в моей квартире!
Ева чувствовала, как вместе с большим человеком вновь надвигается волна животного магнетизма. Она как кролик перед удавом заглядывала в бросающий несправедливые обвинения рот.
Властные губы, взгляд, каждая чёрточка красивого лица. Глаза, горящие холодной ненавистью.
Хотелось забраться под одеяло с головой, чтобы не видеть посланника дьявола. Ледяной, давящий комок в груди, животе. Тонкие пальцы вцепились в край иллюзорной защиты.
Хищный взгляд предугадывал каждое намерение распластанной на постели жертвы.
– Ничего, что я перешёл на «ты»? – он сдёрнул мягкий плед на пол и замер, наткнувшись глазами на то, что оно прикрывало.
Вместе с волной, ударившего в ноздри притягательного аромата открылось то, что невыносимо захотелось потрогать. Воздух стал осязаемо вязким. Кровь жаркими волнами пульсировала в венах, питающих пах. Он усилием воли одёрнул потянувшуюся вперёд руку.