Сказки из Диджитала

Тени над опенспейсом

Я пишу в необычайном расстроенном состоянии духа. Если ты читаешь это письмо, возможно, я уже выгорел. Вот уже месяц я каждый будний день посещаю офис без указания задач от моего непосредственного руководителя Алексея Николаевича. Дорогой друг, ты часто спрашиваешь меня, как мне новое место работы. Я долго собирался с силами и пытался понять, происходит ли это все в реальности или мне только кажется? Действительно ли мои рабочие дни окутаны туманом загадки и отсутствия внимания со стороны команды? Или все это лишь плод фантазий моего воспаленного выпуском из университета мозга?

Это письмо я выстрадал лишь для того, чтобы ты узнал о происходящем и помог мне со стороны посмотреть на мою работу. О, как я хочу оказаться неправым! Как жажду, чтобы моя деятельность была нормальной, полезной, значимой, а не иллюзией.

Все началось 4 октября, в прохладный, по-настоящему осенний день. Дорога на работу пролегала через живописный сквер со скромной центральной площадью, украшенной тяжеловесным каменным фонтаном в окружении деревянных лавочек с округлыми, будто растительного происхождения, ножками и спинками. Сам же офис располагался на пятом этаже монументально возвышающегося здания из стекла и бетона. Когда я подошел к главному входу и попытался взглядом объять всю его величественную стать, у меня захватило дух. Казалось, будто потусторонний кристал разрезал земную твердь, чтобы пронзить небеса, но остановился на полпути, отринув амбиции.

На входе меня встретила hr-менеджер, чье лицо не выражало абсолютно никаких эмоций, будто их смыли грязной болотной водой, попутно размазав черты лица.

– Денис? Здравствуйте. Меня зовут Ольга, мы с вами общались по поводу работы. Крайне рада вас видеть. Сегодня вам еще не подготовили пропуск, поэтому проследуйте за мной. До офиса можно подняться на лифте, на передней панели необходимо выбрать этаж и компьютер определит наиболее удобный для вас лифт. Но иногда тут случаются, как бы сказать, пробки из людей, поэтому порой быстрее подняться пешком по пожарной лестнице – она в конце лифтового холла. Ну, все, вот и наш офис. К сожалению, Алексей Николаевич сегодня на встречах, поэтому вам не удастся пообщаться. Зато будет время на обустройство рабочего места. Наш сисадмин Эдуард поможет вам разобраться с компьютером. Это ваш рабочий стол. Коллеги, поприветствуйте нашего нового SMM-менеджера Дениса. Пока он только на испытательном сроке, но, надеюсь, останется с нами навсегда.

Я стоял посреди просторного опенспейса с панорамными окнами во все стены. Света было так много, что он будто выжигал краски из всего окружающего, выбеляя канцелярию, мебель и даже самих людей. Поднялись два десятка усталых светлых глаз, безучастно смотревших сквозь меня.

– Привет, Денис! – прошелестело по опенспейсу. Возможно ли? Неужели люди на работе могут стать столь безвольными, что жизнь утекает из них, как вода сквозь пальцы?

Пока я размышлял о коллегах, Ольга уже исчезла. Мысли так глубоко меня поглотили, что я даже не услышал ее шагов, и без того тихих из-за мягких кедов. Мой рабочий стол не представлял из себя ничего хоть сколько-нибудь выдающегося. На темной столешнице, будто впитывающей в себя щедро разлитый по опенспейсу свет, меня ждали серый металлический ноутбук, подставка с черными ручками и блокнот в клеточку, видимо, чтобы я записывал все новые задачи.

– Это ты – Денис? – так громко кто-то спросил за моей спиной в этой гнетущей тишине, что я слегка подскочил от ужаса и нервно кивнул. – Добро пожаловать! Я Эдик, меня прислала Ольга, чтобы помочь тебе с компьютером. Все ок, ты подключился? – я снова кивнул, теперь увереннее. – Отлично, если появятся вопросы – ты всегда можешь найти меня в подсобке. Это самое спокойное и надежное место в офисе, сечешь?

Я ничего не понял, но снова кивнул ему в ответ. О, как я был глуп тогда. Нужно было сразу задать вопросы, разузнать больше о коллективе. Ведь Эдик, похоже, самый живой в этом сонном царстве. Но я был так сконфужен, так скромен, что просто согласился со всем и упустил такую ценную возможность.

Чтобы открыть компьютер, мне потребовалось собрать все внутренние силы. Я не знал, что могло ждать меня там: путь к мечтам или величайшее ужасающее разочарование в себе и профессии.

В почте меня уже ждало первое письмо. Алексей Николаевич приветствовал меня и прислал несколько файлов для ознакомления: красивые, даже, пожалуй, вычурные презентации про маркетинговую стратегию, позиционирование и голос бренда. Тогда на какое-то время я смог ощутить уверенность в себе, чувство, что моя жизнь изменится. Я изменюсь. Я действительно найду здесь то, что так долго искал, к чему стремился всем сердцем годы учебы в мрачном и скучном университете и месяцы безликих стажировок.

День с документами прошел стремительно. Я не понял, когда включили пепельно-белые лампы дневного света, а приход вечера заметил только по закату, кроваво-красной волной разлившемуся по офису.

На следующее утро меня снова встретила Ольга, но уже с электронным пропуском, чтобы впредь я мог приходить самостоятельно. Когда она подносила мою карточку к турникету, я заметил легкий тремор ее тощей руки со вздутыми венами. На экране охранника загорелось мое фото, но я точно помню, что не присылал его коллегам. Этот снимок стоял на аватарках в Facebook и ВКонтакте. Весь последующий день я не мог отогнать от себя мысли, что они нашли мои странички, которые я вел под другим именем. Ты же знаешь, я использую там фамилию матери, а не отца. Неужели они теперь следят за мной, а фото на пропуске – лишь знак, которым они сообщили мне об этом. Завуалированно обозначили, что мне нужно быть осторожным и внимательным и остерегаться, публикуя контент. Наверное, так чувствует себя мышь в поле ночью, когда в отдалении слышит уханье филина. Ну, вот и все.

Но оставался ничтожный шанс, что я все-таки запамятовал и прислал фото при трудоустройстве или прикрепил его к резюме. Эта мысль стала спасением для моего встревоженного разума, хрупкой соломинкой, за которую я хватался для нескольких минут спокойствия в побеге от навязчивых мыслей о слежке.

– Доброе утро, дорогие коллеги!

– Доброе… – донеслось будто издалека. За моей излишней жизнерадостностью скрывалась настигшая паранойя. Но что было за их молчаливостью? Было ли там что-то спрятано или зияла бесконечная темная пустота?

На почте ждало новое письмо от Алексея Николаевича: он снова сожалел, что наше личное знакомство отложилось на день, и сообщал, что сегодня я могу продолжить изучать документы и, если есть вопросы, попробовать найти ответы на них в интернете. Он предполагал, что так мое погружение в работу пройдет еще продуктивнее, ведь я смогу походя изучить конкурентов, и уточнял, хватит ли мне на это пару дней.

Два дня! Целых два дня только для изучения документов и поиска ответов в сети. Я надеялся, что сразу начну готовить посты для социальных сетей, параллельно разрабатывая свою SMM-стратегию. Но вместо этого почти всю первую рабочую неделю я буду изучать, погружаться и смотреть.

До конца недели я так и не познакомился с Алексеем Николаевичем. Каждый день дела не давали ему доехать до офиса и пообщаться со мной лично. Но я был занят изучением презентаций и составлением вопросов, поэтому дни проходили достаточно насыщенно, хоть и однообразно. В 9 утра я пикал бейджиком на турникете, в 9:05 открывал ноутбук, в 17:55 закрывал его, за весь день поднимаясь от рабочего стола только налить кофе и пообедать. Я так и ни разу не пообщался с коллегами, которые даже между собой не обменялись и парой фраз за неделю, только усердно стучали по клавиатуре.

В понедельник утром у меня уже был готов конспект по презентации, обогащенный данными из интернета и аудитом конкурентов, а также скромный список оставшихся вопросов, который я направил Алексею Николаевичу на почту.

Я был уверен, что сегодня мы точно пообщаемся лично. О, как я ошибался! Как был неправ! На почте снова ждало письмо. «Как жаль… не приеду в офис…»

Но в этот раз с письмом я получил надежду! Алексей Николаевич предлагал вместе пообедать, чтобы познакомиться, в приятном ресторане в Москоу Сити. Наконец-то я смогу лично поговорить с ним, задать накопившиеся вопросы и получить задачи, которые раскроют мой карьерный и профессиональный потенциал. Так скоро начнется настоящая работа, которую я так искренне и беззаветно ждал, а дни будут проходить с большей пользой и значением для компании и для меня лично. Конечно, мне пришлось бы потратить прилично времени на дорогу, но это время Алексей Николаевич тоже считал рабочим.

Предвкушая встречу, я спланировал, когда мне нужно выдвигаться, чтобы попасть в ресторан вовремя. За десять минут до моего выхода, пришло новое письмо: срочная рабочая встреча, наш обед придется перенести на среду. Если есть вопросы, лучше прислать их на почту. Я был расстроен и почти разъярен. Разве мог кто-то так сильно пренебрегать моим опытом, моими знаниями, способными сделать социальные сети компании еще эффективнее? Как это вообще возможно? Но у меня не было выбора: я поблагодарил Алексея Николаевича в обратном письме и отправил зафиксированные вопросы – «Спасибо, отвечу в ближайшее время».

До заката я так больше и не получил писем от руководителя. Мне оставалось только надеяться, что это скоро случится, и продолжить изучение конкурентов.

Дни сменяли друг друга слишком медленно. Несколько раз раз за две следующие недели я даже видел Алексея Николаевича, но все же не смог поговорить. Он размазанным пятном проскакивал в свой кабинет и так же незаметно пропадал оттуда. Казалось, что я выдумал его. Как и с коллегами – они так и остались белесыми пятнами за рабочими столами. Я никогда не видел, чтобы они приходили на работу или уходили с нее, и даже был готов поставить под вопрос реальность происходящего. Но вовремя пришедшая на карту зарплата развеяла мои сомнения в существовании работы. В итоге за неполный месяц работы я подготовил SMM-стратегию, посты на несколько недель и даже иллюстрации к ним – спасибо Эдику за установку фотошопа. Пока он возился с моим компьютером я попытался с ним поболтать, но Эдик, по собственному признанию, ненавидел опенспейс, поэтому моментально сбежал в свою каморку, будто его и не было.

Когда прошли 30 дней в новой компании, я в расстроенных чувствах и смятении пришел к HR-менеджеру, обсудить мою роль в этой компании. У меня, любителя кейсов и историй успеха просто не укладывалось в голове: как за целый месяц работы я мог не сделать ничего сколько-нибудь ценного и важного для компании. У меня не было цели изменить мир или взорвать интернет своими концепциями. Я просто хотел качественно выполнять работу. Но ее, кажется не было.

– Я думаю, вы недооцениваете свой вклад в продвижения бренда, – терпеливо парировала Ольга. – Если вас пригласили на работу, значит и нужда в вас есть, и задачи. У Алексея Николаевича сейчас действительно плотный график. Но, насколько я знаю, сегодня у него запланирована встреча с вами. Как раз для обсуждения итогов месяца. Я зайду за вами после обеда.

Как я был счастлив услышать это! Ты, мой друг, возможно, даже не представляешь, сколь просто осчастливить человека всего навсего разговором, лишив до этого такой возможности. Как пес воодушевлен любым объедкам после долгого голода, так и я возрадовался лишь от мысли, что наконец-то смогу обсудить свою работу с начальником и получить столь необходимую мне обратную связь. До самого вечера я в предвкушении пересматривал документы и собирал вопросы.

В 17:50 я снова получил письмо.

Десяток бокалов спустя

Она не помнила, сколько этот корпоратив уже идет. Может быть, всего час, а может быть, целую вечность. Внутренние часы безбожно врали, секунды то растягивались до бескончности, то сжимались до вспышки. Всему виной были его глаза. Взгляд, который она так отчаянно пыталась поймать.

В этот день Лина как никогда радовалась, что в их компании работает всего сотня человек, и так просто пересечься с кем-то из соседнего отдела. Работай она в холдинге, ее ждало бы в разы больше страданий: выискивать среди тысяч человек того, кто, возможно, даже не знает о твоем существовании.

Хотя в их коллективе почти все друг с другом знакомы, все равно оставалось надеяться только на случай. Он уже много раз сводил их вместе с Иваном. Чаще всего на кухне, когда они, не сговариваясь, одновременно приходили к кофе-машине и неловко переминались с ноги на ногу, пока одному из них нацедится кружечка. Лина вообще не очень-то любила кофе и пила его только из-за слишком острого недосыпа. Но эти их случайные встречи были ей жизненно необходимы.

Еще пару раз он приходил поговорить к ее соседке по опенспейсу и стоял болезненно близко к девушке. Настолько, что плечом она ощущала его тепло. И каждый раз оказывалось, что во всем отделе ответы на его вопросы знала только Лина.

А почти за месяц до корпоратива Лина вышла курить со своей коллегой Аней не на задний двор, а на передний, где в тот момент Иван как раз поджигал сигарету.

– Привет, Ваня! Ты знаком с нашим проджектом Линой? Не уверена, что вы могли пересекаться по работе, – чрезмерно жизнерадостно сказала Аня. Конечно, Лина уже давно знала его имя, поэтому с особой тревогой ждала ответ. Вдруг он ее не запомнил? Тогда будет обидно. Но намного хуже, если он ее запомнил. Ведь это подвесит в воздухе немой вопрос: «Почему?».

– Нет-нет, мы как раз пересекались по работе пару раз – при перезапуске сайта, – ответил Иван. Это оказался лучший ответ из возможных, ведь он оставлял пространство интерпретации, легкую, но не гнетущую загадку. После этого к кофемашине, у которой они уже оба ожидали случайные встречи, добавилась курилка. Официальное знакомство будто разбило ледяную стену между ними. Теперь Лина и Иван точно не могли считаться чужаками.

К корпоративу они уже даже начали немного общаться. О работе, погоде и странных новостях. Их приятельство сложилось так, что они знали, когда снова случайно встретятся, будто чувствовали заранее, но не знали любимые фильмы друг друга.

В ресторане, где столы ломились от еды, но уже начались танцы, Лина парня уже давно не видела. Она кружилась на танцполе и хохотала с подругами, беззаботная и легкая, на самом деле пытаясь найти Ивана. Он будто пропал, но ведь не мог он уехать, веселье в самом разгаре!

– Лина, пойдем подышим! – заорала ей на ухо Аня. Прихватив одежду из гардероба, девушки вышли на улицу.

С неба валил холодный пепел и делал ледяную почву столь плодородной, что фонари распускались золотыми астрами. Сугроб зыбучими песками утягивал старшего аккаунт-менеджера, которому коллеги уже вызвали такси. Он кричал о помощи, а младшие сотрудники, подхватив его подмышки, тянули из снежного плена.

Аня затянулась и отвернулась от этой картины.

– Слушай, меня ты не обманешь. Ты напряжена. А когда люди выпивают столько шампанского, они на такое не способны, – слишком прямо начала она.

– Да все со мной в порядке. Просто этот диджей… ну просто безнадежен. Лободу? В этом году включить? Ну, чувак, ты серьезно?

– Так, стоп! Лобода всегда актуальна. Притормози.

– Мы работаем с тобой бок о бок два года, а я только сегодня узнала, что у тебя совсем нет вкуса, – засмеялась Лина. В этот момент сзади раздался грохот, джунам все-таки удалось вытащить старшего товарища из сугроба ценой собственного равновесия. И все трое, недовольно крехтя, поверженными кеглями перекатывались с бока на бок на дорожке.

– Угостите сигареткой? – прозвучало у Лины за плечом, но будто из самой стратосферы.

– Конечно, держи, – Аня протянула Ивану свои серьезные солидные Dunhill.

– Я думала, ты уже уехал, – выпалила Лина, и подруга взглянула на нее с подозрительным прищуром хищной птицы.

– Нет, мне пришлось отойти, чтобы передать ключи от квартиры. На территорию парка машины не заезжают, к сожалению. Да и не только к моему, – бросил он, поглядывая на незадачливую команду аккаунт-менеджеров.

– Я так рада… Я думала, ты уже сбежал… Можно? Можно я тебя обниму? Просто хочу убедиться, что ты не моя пьяная галлюцинация. Что может быть страшнее, чем допиться до белочки на корпоративе! – нервно начала Лина. Она не могла признаться, что на самом деле до чертиков боялась, что Иван сбежит с этого корпоратив, и девушка не сможет флиртовать с ним, оправдывая отчаянное поведение бесконечной чередой бокалов, использовать выпивку как повод для решительных действий. Даже самой себе она не могла честно сказать, что сейчас ей просто нужно было дотронуться до него и ощутить его запах, пробивающийся сквозь рубашку и смешивающийся с алкогольными парами. Впереди несколько рабочих дней окрашенные зеленью похмелья, и, если не сейчас, то следующего шанса ждать ей придется больше месяца.

– Тогда я ваша коллективная галлюцинация. Да еще и таксиста, который забирал ключи, – его зубы быстро блеснули под нервной улыбкой, и лицо тут же приняло совершенно серьезное выражение. – Но, если честно, не стоит.

– Почему?

– У меня есть девушка. Я отдавал ей ключи, ведь свои она забыла дома. Мы с ней… типа… живем вместе.

Прогрохотал гром, и все вокруг озарила вспышка холодного света молнии. На слишком затянувшееся мгновение деревья, ресторан и коллеги стали мертвенно-бледными, будто подпитав молнию своей жизненной энергией. Если бы не гром, возможно, все вокруг услышали бы звон разбитого сердца Лины. Или это просто кто-то уронил бокал, ослабевшими от испуга пальцами.

– О, вау, не знала. Но это лишь дружеское объятье, не думала ничего такого, – Лина почти растворилась, развеялась холодным ветром по парку от стыда.

– Ребят, а вам не надоело мерзнуть? Как насчет того, чтобы вернуться в ресторан и согреться чем-то погорячее шампанского? Если вы понимаете, о чем я! – отвлекла всех Аня.

В зал они вернулись в самый неподходящий момент. Ведущий решил провести конкурсы. Слишком неожиданно для Лины, которая несколько раз уточняла у подруги-HR, точно ли это будет нормальный корпоратив без унизительных конкурсов, в которых примет участие только пьяная бухгалтерия и чрезмерно активный отдел продаж. Инь и ян любой компании. И каждый раз та отвечала: «точно, не переживай, все будет супер». А вот и конкурсы!

Ведущему нужны были желающие, три человека. Пока все отделы неуверенно мялись, и руки подняли только пьяные локальные активисты, местный шоумен решил вызвать «провинившихся опаздунов». И отказ он просто не слышал, будто все сопротивления – не больше, чем шум волн. Теперь Ане, Лине и Ивану предстояло угадать популярные песни. И вот они уже стоят перед коллегами.

Все взгляды в зале были моментально обращены к конкурсантам, ведь что может быть более притягательным, чем неподходящие люди в неподходящем месте? Если бы Аня, Лина или Иван были любимцами коллег, то у них оставался шанс на сочувствие, была уверена девушка, но сейчас она чувствовала холодные уколы чужих глаз на себе. В ушах загудел поезд метро, стремительно отправляющийся с платформы, хотелось только скорее бежать. Но ретироваться и просить замену на активистов из зала означало бы категорическое признание собственной трусости и вечное сочувствие коллег. Оставалось только глубоко вдохнуть и внимательно слушать музыку.

Стартовый трек оказался настолько неблагозвучным, что девушка даже не сразу поняла, что там поется не мат. Она, в целом, не сразу поняла, что там что-то поют. Даже когда Лина готовила план очередного проекта, она не напрягала мозг так сильно, как в этом конкурсе.

– Клава Кока, – первой выкрикнула ответ девушка.

– В нашем конкурсе исполнителя недостаточно. Нужно еще правильно назвать трек. А пока у всех равные возможности победить! Или проиграть, ха-ха, – едко парировал ведущий.

Коллеги из зала наперебой выкрикивали ответы, заглушая друг друга. Пьяная толпа распалилась, многие хотели подчеркнуть свою эрудицию на фоне участников конкурса, но только не оказаться на их месте. Больше всего старалась активистка из маркетингового отдела, которая была возмущена и все повторяла: «Катастрофа! Катастрофа». Лина тоже была расстроена своим публичным позором, но не настолько же терять голову.

– Катастрофа! Трек Клавы Коки называется Катастрофа! – закричала Аня. Первый же бал у Лины отобрали. Ей показалось, что она сразу поймала на себе несколько взглядов, в которых смешались усмешка и осуждение. И с этого момента конкурс не сулил ни веселья, ни победы.

Публичный позор продлился меньше, чем думала Лина. И во всей ситуации ей удалось найти плюс: Иван рядом. Когда конкурсантов наконец-то отпустили со сцены, Лина возмущённо высказала Маше, той самой подружке-HR, свое недовольство конкурсом.

– Ты мне соврала, – почти кричала Лина.

– Я обещала, что не будет унизительных конкурсов, а не конкурсов вообще, подруга! – ответила Маша с ехидной улыбкой.

– Это слишком хитро даже для тебя! – Продолжала кипеть от негодования Лина.

– Но я же HR, я должна уметь манипулировать смыслами и создавать правильное впечатление. Хуже меня только пиарщики, – подмигнула девушка.

Пока Лина возмущалась и спорила с Машей, Иван опять пропал из ее поля зрения. «Неужели все-таки уехал после такого унижения?», поймала себя на мысли Лина. Она уже собиралась снова проталкиваться через толпу коллег на улицу и бежать к проезжей части, когда кто-то схватил ее за руку. Девушка хотела закричать, когда увидела, что это Денис, фронтенд-разработчик из смежного отдела.

– Не дергайся, я не о работе хочу поговорить! Может, потанцуем?

– Это было неожиданно. Не в плане предложения, а то, что ты меня за руку схватил.

– Извини. Так что на счет потанцевать? Но обещаю, если наступлю тебе на ногу, я извиняться не буду, а в понедельник сделаю вид, что был слишком пьян и ничего не помню!

– После этого конкурса я не совсем готова возвращаться на танцпол. А то, знаешь, начнутся вьетнамские флешбеки.

– А, точно. Не подумал про это. А, может, хочешь кальян покурить на веранде?

– Это типа сигарной комнаты?

– Да, и там тоже пока только парни, как я понимаю. Слишком мало среди девушек оказалось любительниц кальяна, – в ответ Лина только быстро кивнула. Покурить в тепле – прекрасная идея.

Еще лучше было только то, что на веранде она нашла Ивана. Он как раз передавал трубку от кальяна коллеге-верстальщику и тут же осушил остатки «отвертки» в стакане. После чего начал продвигаться к входу обратно в зал. Или, точнее, к бутылкам. Насколько Лина знала, Ваня всегда любит выпить, а стресс из-за конкурса, похоже, только усилил алкогольную жажду в его душе.

– Ты сегодня бегаешь от меня весь вечер? – спросила его Лина.

– По-моему, ты просто дофига на себя берешь, – ответил Иван и скрылся в веселой толпе.

– Чо происходит? – нервно и немного расстроено обратился к девушке Денис.

– Похоже, что ничего. Давай лучше протиснемся к кальяну.

Разговор с Денисом совсем расклеился после этого. Парень пытался рассказать о новом детективном сериале – по его мнению, беспроигрышная тема – или обсудить совершенно бесталанного диджея, который сводил треки, будто ластами. Но тут же неловко замолкал, когда понимал, что Лине кальян намного важнее него.

Оставалось только встроиться в ужасно унизительное обсуждение женщин на корпоративе: продажники и программисты пытались составить рейтинг самых обтягивающих платьев, подразумевая то, что под ними. Не выдержав, Лина просто ушла. Если трезвой у нее еще хватало сил на споры и защиту чести всего женского рода, то сейчас лезть в это совсем не хотелось.

Ни на веранде, ни в зале она не увидела Анну, зато успела заметить, как Иван уже дрожащими руками намешивает себе очередной коктейль. И, судя по слишком бледному цвету, водки там было явно больше, чем сока. Лина, может быть, и подошла бы к нему, как ни в чем не бывало, но сейчас собиралась найти подругу. Скорее всего, та опять ушла курить.

У гардеробщицы уже закончилась смена, поэтому все забирали и вешали вещи сами. Лина долго не могла найти свою куртку и залезла слишком глубоко в узкий и темный гардероб. Она уже поняла, что пуховик висит где-то ближе к выходу, ведь не могли же его так глубоко затолкать другие курильщики, когда ее талию обхватила чья-то сильная рука и резко притянула к себе.

– Привет, пупсик, – влажно прошептал кто-то на ухо. Одной этой фразы хватило, чтобы узнать старшего менеджера по продажам: молодого, бойкого и не по годам усатого.

– Привет, Семен, – грубо ответила она.

– О, черт! Я думал, ты Таня! Мы договорились тут встретиться. Не подумай!

– Таня? Она ж замужем! Да и ты женат, блин!

– Когда это кому-то мешало? Что было на корпоративе – остается на корпоративе!

Лина даже не стала отвечать, чтобы не впадать в чтение моралей. Она сейчас не сформулирует, а он не поймет. И тут ее куртка засияла путеводным маяком у самого входа.