Линия огня. Жена для майора

Пролог

– Тина, думаю нам стоит продолжить разговор в более подходящей обстановке. Здесь становится слишком шумно.

Сглатываю сухой комок, пытаясь сохранять непринужденную улыбку. Неверное движение и за мою жизнь не дадут и ломаного гроша. Впрочем, уже сейчас она стоит немного.

– Разрешите? В дамскую комнату, на минутку.

Кокетливо веду обнаженными плечами и хлопаю ресницами.

Надеюсь, не переигрываю.

И молюсь, чтоб Самбурский сейчас ни о чем не догадался. Любой ценой надо дозвониться до моего жениха. Пусть придумывает что угодно, но вытащит меня из этого вертепа.

– Конечно, Тина. На этой территории вы в полной безопасности в любом месте. Можете даже не спрашивать.

Мило улыбаюсь и, прихватив лакированный клатч, сбегаю из ресторанного зала.

Сердце, словно раненый зверь, рвущийся на свободу. Как полоумное, колотится о ребра, заходится в панике.

Заскакиваю в дамскую комнату и спиной налегаю на дверь.

Надеюсь, камер здесь нет и никто сейчас не видит, насколько мне страшно.

Подхожу к зеркалу и всматриваюсь в свое отражение. У меня есть пара минут, чтоб побыть собой и дозвониться до этого ублюдка, Гаршина.

Чертова свадьба, которой не быть. Я наивно полагала, что могу выйти замуж за того, кого не люблю. Но это было до того, как я поняла, кто же на самом деле мой жених.

– Ненавижу тебя, – в отчаянии шепчу, слыша равнодушный голос автоответчика.

Ясное дело, перепугался так, что даже телефон выключил. На что я рассчитывала? Гаршин меня предал, бросив сейчас в самое пекло.

С каждой секундой стремительно тает надежда на то, что сейчас за мной приедут и выдернут из лап криминального авторитета Яши Самбурского.

Или просто Яго.

Именно под этой кличкой он и проходит во всех криминальных сводках.

Соглашаясь на эту идиотскую встречу, я не учла одного – нельзя было ни под каким предлогом встречаться на его территории. Да, я должна была заинтересовать его нашим проектом, предложить поучаствовать в финансировании "Скорпиона" на выгодных условиях.

Ну вот, предложила. Только вместо проекта, Яго выбрал меня.

Смартфон бесполезен, но запихнуть его обратно в клатч надо аккуратно. Место в нем уже занято компактным пистолетом. Которым я совершенно не умею пользоваться.

Да и что я могу? Застрелить Яго и выбраться живой из здания, в котором только по моим подсчетам – полтора десятка его лучших бойцов?

Еще раз бросаю взгляд в зеркало.

Заставляю себя снова принять уверенный и непринужденный вид.

Надежды выбраться живой – мало. Яго не привык к отказам, а в мои планы вовсе не входит стать для него развлечением на этот и несколько последующих вечеров.

Даю себе обещание.

Если выберусь живой, оторву голову Гаршину. А заодно разорву с ним помолвку. Ненавижу этого трусливого ублюдка, так легко подставившего меня.

За дверьми, в ресторанном зале певец–цыган слезливо затягивает «под чужую дудку и смеюсь, и плачу».

Слова сейчас точно про меня.

Впрочем, выбирать мужчин я так и не научилась. Гаршин – подонок, но по крайней мере с ним я застрахована от боли и разочарований. Которых хватило в прежних отношениях.

Снова выхожу в зал ресторана. Пафосно разодетые музыканты–цыгане начинают играть какую-то темпераментную и душевную зажигалочку. Но оценить музыку я сейчас не могу.

Сбежать бы.

Подсаживаюсь за столик к Яго и обмениваюсь с ним фальшиво-обворожительной улыбкой.

«Спрячь за высоким забором девчонку…» медленно и капельку слащаво затягивает прямо над ухом цыган с гитарой и вокруг раздаются аплодисменты.

Яго покровительственно улыбается и кивает исполнителю, чтоб тот продолжал

«… выкраду вместе с забором».

Снова аплодисменты, тонущие в гитарном переборе и бархатном вокале.

А я от всей души завидую той неведомой девчонке, которую могут вот так взять и выкрасть. Поменялась бы с ней местами. Но увы. Я точно знаю, что никто не придет мне на помощь.

Боковым зрением вижу, как Яго подзывает управляющего и что-то говорит ему на ухо. Тот кивает и на лице Яго появляется кривая ухмылка.

Не сулящая мне ничего хорошего.

– Тина, пойдемте со мной. Тут шумно.

И это не просьба. Сейчас это уже приказ.

Иду за Яго и замечаю, как за моей спиной появляются два его охранника. Видимо, чтоб я не сбежала. Хотя, из этого вертепа еще сбеги, попробуй.

Поднимаемся на второй этаж и проходим в самый конец небольшого коридора. С каждым шагом, все яснее ощущаю беспомощность и страх. Холодею и дышу через раз. Мозг отказывается выдавать подходящие варианты.

– Входи, – вальяжно бросает Яго и открывает передо мной дверь.

Мгновенно отмечаю, что мы перешли на «ты». Значит, больше не получится оттягивать время на светские, любезные формальности.

– Может, меня неверно поняли… – робко пытаюсь отсрочить неизбежное, – но я обратилась к вам с деловым предложением.

– Ага, – плотоядно скалится Яго и властным кивком указывает мне на кровать, застеленную бархатным, алым покрывалом.

– Нет, так дела не делаются. Вы меня не поняли.

– Тина, я прекрасно тебя понял. Сейчас мы и решим, стоишь ты тех денег, которые просишь или нет. Я не привык платить впустую.

– Вы получите свой процент, это немалая сумма. И постоянная рента.

Торгуюсь, но похотливый блеск в антрацитовых глазах Яго убеждает меня в том, что слова бесполезны. Мечу короткий взгляд в сторону сумочки, но его тут же перехватывает Яго.

Понимаю, что спалилась и холодею.

– Что в сумочке? Записываешь наши разговоры?

Хватает клатч и вытряхивает его содержимое.

На пол с характерным звонким лязгом валится телефон и маленький пистолет.

Яго переводит на меня насмешливый взгляд и поднимает пистолет. С силой ударяет ботинком по экрану смартфона и его лицо в этот момент расплывается в блаженной улыбке.

– Глупо, Тина. Это было очень глупо. Теперь ставки повышаются. Ты должна меня убедить, как следует.

Молчу и делаю шаг назад. Исход этой сцены понятен нам обоим. Моих сил не хватит, чтоб сопротивляться Яго. Хрупкая девушка против накачанного двухметрового амбала? Нелепо.

Неожиданно в кармане пиджака Яго звонит мобильник.

– Да, – зло рявкает Яго в телефон и зыркнув в мою сторону, выходит из комнаты.

Дверь захлопывается и я слышу, как снаружи запирается на ключ.

«На пять замков запирай вороного...» горько шепчу в сторону закрывшейся двери.

Но жизнь – не песня. Увы.

Обхватив себя руками, сажусь на кровать и стараюсь не думать о том, что меня на ней ждет. Причем, в ближайшие минуты.

Перед глазами проносится вся моя жизнь. На долю секунды задерживаю в памяти того, кто мне подарил этот пистолет. Ненавижу и буду ненавидеть до последней минуты. Впрочем, осталось недолго…

Сквозь полураскрытое окно слышу гортанный голос Яго. С кем–то говорит на территории ресторана. Злится. Но даже не вслушиваюсь в слова, сейчас это уже не важно.

Неожиданно в комнате гаснет свет и по суматохе за дверью понимаю, что электричество вырубилось во всем ресторане. В следующую секунду где–то на первом этаже раздается такой грохот, что сотрясается кровать, на которой я сижу.

Подскакиваю с перепугу и в этот момент там же раздается второй взрыв.

Свет в комнате резко включается и кто-то быстро проворачивает ключ в замке. Дверь открывается и я на мгновенье забываю, как дышать.

Судьба забрала у меня пистолет, но только что столкнула с тем, кто его подарил мне восемь лет назад.

– Метелин? – зло цежу, пытаясь сообразить, откуда он тут взялся.

Впрочем, зная его – неудивительно.

В ушах все еще стоит грохот от пары разорвавшихся гранат, но на языке сейчас вертится одно единственное слово.

Ненавижу…

– Тина, – усмехается тот, по ком я сходила с ума – у тебя есть выбор. Либо сейчас уходишь со мной, либо выполняешь любые капризы Яго Самбурского.

Готова убить своего «спасителя», предлагающего такой вот выбор.

– Уходим, – бросает Метелин и, хватая меня за руку, выскакивает из комнаты.

Ненавижу…

Глава 1. Идеальный шторм

Двумя днями ранее

Осоловело таращусь на график дел до конца дня. Определенно, в сутках должно быть не двадцать четыре часа, а минимум – тридцать шесть. Когда все успеть?

Ничего вычеркнуть нельзя, половину задач надо было закрыть вчера. То есть, еще пару недель назад. Но кое-то пользуется тем, что у нас скоро свадьба и откровенно забивает на общее дело.

– Тиночка, не планируй на сегодня ничего важного, хорошо?

Вздрагиваю от вкрадчивого голоса моего жениха.

– Серёж, ты специально подкрадываешься так тихо? До припадка довести меня хочешь?

Стараюсь сдержать подкатывающее раздражение.

– Ну ты слишком много работаешь, – парирует Гаршин и обходит меня сзади.

Чуть прохладные и влажные ладони ложатся мне на плечи.

Гаршин пытается массировать мою шею и разминает затекшие плечевые мышцы. Но получается больно и совершенно бесполезно.

– Серёж, мне работать надо. Давай вечером.

Пытаюсь скрыть очевидное.

Мне неприятны его прикосновения. И я не просто ничего не чувствую. Как раз, в этом-то и проблема.

Я чувствую. Отвращение. Острое желание вырваться и стряхнуть с себя его липкую энергетику.

Отдергиваю плечи и чуть подаюсь вперед.

– Все, хватит. Пожалуйста, мне надо работать.

Понимаю, что Гаршин так просто не уймется. И наперед знаю все его ходы. Мысленно вычеркиваю еще десять минут из своего плотного графика.

– Тина, – мягко и едва слышно произносит Гаршин, садясь передо мной на корточки, – у нас серьезная проблема. Так ведь? Что происходит? Не надо все валить на работу. Да, я вижу, что ты устаешь. А с этим «Скорпионом» так вообще – с головой зарыться можно. Но мы ведь тоже существуем и у нас большие проблемы.

Слышу «мы» и едва удерживаюсь от саркастичной ухмылки.

Но все слишком сложно и обсуждать это сейчас с Гаршиным я не собираюсь.

– Молчание – знак согласия? – пытается отшутиться мой жених и грустно улыбается.

В целом, нашкодивший щенок и то выглядит в разы брутальней, чем тот, за кого я собираюсь замуж.

Две недели до свадьбы, а я нервно обдумываю варианты переноса торжества.

Нет, так не годится.

Возможно, это тот случай, когда хвосты надо рубить вместе с попами.

Но не сейчас.

Мне только выяснения отношений не хватало именно в тот момент, когда проект по изучению возможностей манипулирования общественным мнением, уже почти запущен.

«Скорпион» – мое детище.

Гаршин в нем – финансовый директор и сейчас мне меньше всего нужны выяснения отношений с ним.

– Работы – валом, только не сегодня, – пытаюсь увильнуть от свидания и такой несвоевременной романтики.

А заодно – от неуклюжей попытки Гаршина меня поцеловать.

– Ничего не планируй на вечер, любимая, – повторяет Гаршин и загадочно улыбается, – у меня приготовлен сюрприз. Тебе понравится.

Вздыхаю и пытаюсь выдавить из себя улыбку. Гаршину хватает и такого ответа.

Чмокает меня в губы и выходит из кабинета.

Пробую на вкус его поцелуй и ничего не чувствую.

Для наших с ним отношений – это нормально. Но как давно это стало нормой для меня?

Видимо, с того момента, когда я поняла одну простую вещь. Ничего не чувствовать – это безопасно.

– Тина, можно тебя?

В дверях кабинета показывается курчавая голова Андрюхи, отвечающего за общение со СМИ.

– Да, что-то случилось?

Андрюха просто так не беспокоит. Тем более, чтоб с личной беседой…

– Если коротко, то мы в любой момент перестанем быть монополистами на рынке. Вот, гляди сюда.

Андрюха кладет передо мной рабочий планшет и открывает один из новостных сайтов. Наш, региональный. Конкуренты так близко? Интересно, кто бы это мог быть…

Быстро пробегаю глазами по пресс-релизу и чувствую, как в крови закипает злой кураж.

Бесит, всё бесит.

Столько времени потрачено на вывод «Скорпиона» на рынок.

И в результате все тянется настолько медленно, что ушлые конкуренты дышат в затылок.

Пока мы телимся, кто-то уже в паре шагов от победы.

От нашей победы. Нет – от моей.

– Что будем делать? Могу подготовить несколько инфоповодов и быстро раскидать их по новостникам. Но по факту, нам профита от этой возни будет мало. Просто засветимся, но не более.

Беру несколько секунд на обдумывание. Итак голова уже дурная, а тут такие новости.

– Так. Андрюх, готовь пару–тройку новостей. Раскидай их, чтоб завтра-послезавтра уже все появилось в СМИ. Профита нам и в самом деле не будет, но хотя бы покажем конкурентам, что в курсе их действий.

– Понял, – коротко кивает Андрюха и выходит из кабинета.

Откидываюсь на мягкий подголовник кожаного кресла.

Легонько стукаюсь затылком о кожаную обивку. Как будто пытаюсь встряхнуть мысли и заставить их вертеться быстрее. Еще быстрее.

Слишком ме-дле-нно, слишком…

Деньги, все эти чертовы деньги. Если б у нас сейчас была необходимая сумма, хрен бы кто дышал нам в затылок. Я полгода выписывала такой план, с каким нам ни один конкурент не страшен.

Мы – монополисты. И мы в результате можем ставить любой ценник на наши услуги. Крупные корпорации будут выстраиваться в очередь именно к нам. Но на это нужна определенная сумма.

Коротая должна была быть на наших счетах уже месяц назад.

И Гаршин отвечает за это головой.

Стоит подумать о нем, как сознание ледяной волной обжигает злость. Ярость от того, что по чьей-то нерасторопности, мы теряем «Скорпиона». Вот прямо в эту минуту и теряем.

И хватит лукавить с собой. Сегодня от Гаршина тоже несло едва заметным запахом алкоголя.

Стоит ли удивляться отсутствию нужного результата…

От таких вестей точно не получится никакой работы. Особенно в офисе. Если Гаршин еще раз только сунется сейчас в мой кабинет…

Короче, чтоб до греха не довел, решаю забрать ноут и поработать из дома.

Уже в машине немного успокаиваюсь и завожу двигатель. Надо прийти в себя. Не хватало еще попасть в аварию из-за собственной невыдержанности.

Вместо поездки домой, прокладываю маршрут к побережью.

В сторону диких пляжей.

Середина декабря. В это время прибрежную кромку терзают самые свирепые, черноморские штормы.

Наплевав на все правила скоростного режима, как угорелая, мчу через весь город к съезду на дикий пляж. К счастью, в этом направлении дорога совершенно свободна.

Не решаюсь выйти из машины, но подъезжаю к асфальтной границе, за которой начинается дикий галечный пляж. Отрешенно гляжу на огромные, бурые волны, обрушивающиеся на волнорезы. Отчаяние захлестывает.

Я сама рушу свою жизнь. Не хочу так больше.

Сегодня же ставлю Гаршина перед фактом – мы разрываем помолвку. Со «Скорпионом» справлюсь сама. У меня хватит сил. Нет права на осечку.

Гаршин был моей попыткой убедить себя, что можно выйти замуж за человека, просто потому, что с ним спокойно.

И почти удавшейся попыткой убежать от себя. От повторения боли прежних отношений. После которых я зареклась влюбляться.

Любовь – это очень больно, особенно когда предают.

Я наивно полагала, что смогу убедить себя в том, что смогу выйти замуж за Гаршина. Брак – это стабильность. А эмоций мне за десятерых хватило в прошлых отношениях.

Рома… Уверена, он счастлив. Без меня.

Мысль об этом причиняет резкую боль, перехватывает дыхание.

В опасной близости от меня, через бетонное перекрытие обрушивается особенно яростная волна. Моя «Киа» содрогается всем корпусом от ударной волны. Становится страшно. Но, как под гипнозом, я продолжаю смотреть на шторм.

Раньше и в моей жизни был такой же, непрекращающийся шторм.

Жизнь с Романом Метелиным была именно такой.

Штормящей, настоящей и полной адреналиновой одержимости.

За которую пришлось расплатиться слишком дорогой ценой.

Но глядя на штормящее море, я отчетливо понимаю – пресная жизнь с Гаршиным мне и даром не нужна. Вздохнув, снова завожу двигатель и разворачиваюсь в сторону города.

Романтического вечера не будет.

Надо поставить Серёжу перед простым фактом.

Я разрываю нашу помолвку.

Глава 2. Для охотника стать следом

Открываю входную дверь и уже с порога понимаю, что вечерок меня ждет – не из легких. И уж точно не из приятных. Но именно это еще больше укрепляет меня в принятом решении.

Разорвать эту чертову помолвку.

Из кухни доносятся негромкие звуки музыки. Какой-то заунывный индийский мотивчик. Тоскливо и монотонно вздрагивают струны танпуры и все это, очевидно, призвано меня как-то расслабить.

Релакс, одним словом. И неочевидный намек на то, что после романтического ужина, мы займемся тантрическим сексом. Правда, от тантры там – только индийская музыка фоном и удушающий аромат сандала с корицей.

Ну и здравствуй, мазь от ушибов наутро.

В случае с Гаршиным, все эти любительские эксперименты с камасутрой обычно доводят только до одного.

До бытового травматизма.

– Тиночка, – елейно приветствует Сережа и прижимает меня к себе, – а у меня уже все готово. Так хорошо, что ты пораньше освободилась.

– Сережа… – вяло протестую, машинально оценивая обстановку.

Осекаюсь. Понимаю, что не сейчас. Уж точно не в прихожей.

– В спальню пока не входи, там тебя ждет сюрприз.

Не сомневаюсь.

Разуваюсь и иду на кухню. Первым делом, приглушаю этот бомбейский медляк, никак не располагающий к романтике.

– Не нравится? Мы другое поищем, сейчас, – угодливо бормочет Гаршин и что–то выискивает в плейлисте своего смартфона.

– Сережа, оставь как есть. Мне все равно, что там играет.

Но тлеющие ароматические палочки лучше загасить. Пока я не начала задыхаться. Дым с корицей моментально вызывает слезы, горло начинает першить.

Под видом индийских благовоний, кто-то начал приторговывать боевыми отравляющими газами? Все может быть…

– Ну что не так?

Сережа садится напротив и смотрит то на меня, то на бутылку шампанского. Еще не открытую.

– Надо поговорить. И лучше сейчас.

Секундная пауза. Но дальше тянуть – смысла нет.

– Сережа, я разрываю нашу помолвку, – выпаливаю на одном дыхании и внимательно жду реакции.

Гаршин молчит. На какой-то момент просто замирает, стараясь не встречаться со мной взглядом. Медленно берет в руки бутылку шампанского и с шумом открывает ее.

Остолбенело гляжу на него и пытаюсь понять, что происходит. Зная его, я заранее была настроена на истерики, оскорбления и упреки. А тут…

– Шампанское – для праздников. И для особых поводов. У нас сейчас вроде бы – ни того, ни другого. Так?

Гаршин криво усмехается и по-прежнему избегает со мной зрительного контакта. Разливает шампанское по бокалам. Замечаю, как его рука дрожит и пенный напиток переливается через края бокалов.

– За честность, Тина. И за откровенность.

Поднимает свой бокал и чокаясь с моим, стоящим на столе, выпивает свой залпом.

– Мы даже не поговорим?

Вот тут уже начинаю недоумевать. Да и слегка задето самолюбие.

– А о чем говорить? Ты все решила? Как всегда. Молодец. И знаешь, Тина, я уже привык. Временами мне кажется, что ты – не женщина. Слишком сильная. Нет в тебе никакой … хрупкости, что ли. Рассуждаешь, так временами, как будто мужчина тебе не нужен.

Фыркаю. Уж что, а с ориентацией у меня – полный порядок. И мужчин я люблю.

– Сережа, давай в фарс не превращать. Дело не в сильных и слабых. А в любви. Или ее отсутствии. И нет, я не люблю тебя.

– Думаешь, не знаю?

Откровенная обида сквозит в голосе Гаршина. Понимаю, неприятно такое слышать. Но лучше сейчас. Для нас обоих лучше.

– Сережа, ты хороший. Но этого ведь недостаточно.

– А чего достаточно? Что такого есть у Романа, чего нет у меня?

Зло сощуриваюсь и мой взгляд падает на отблески пламени свечей на хрустале моего бокала. Перед глазами на долю секунды появляется Метелин, и вся та боль, которую он принес в мою жизнь.

Медленно беру свой бокал и тоже выпиваю залпом. Перевожу взгляд на Гаршина и сталкиваюсь с откровенным интересом в мутновато-голубых глазах.

– Сережа, давай ставить точки цивилизованно. И по поводу Романа, очень прошу. Перестань копаться в моей личной жизни. И в тех подробностях, в которые я тебя не посвящала.

В которые я никого не посвящала.

Гаршин обновляет шампанское в бокалах. Мне – хватит. Не собираюсь я больше поддаваться на его провокации.

– Хорошо, значит хочешь цивилизованно?

Пытаюсь предугадать, по какому месту сейчас придется удар. Внутренне полностью готова к упрекам и монологам о том, сколько он со мной времени потерял впустую. Включая и секс.

– Тина, насколько тебе дорог «Скорпион»?

Вкрадчивость в голосе Гаршина вкупе с самим вопросом – пугает.

– Что ты задумал? Сережа, «Скорпион» – мое детище. И ты только что сам сейчас сказал про цивилизованное расставание.

– Ты так плохо обо мне думаешь? – с деланной обидой ухмыляется Гаршин и, как ни в чем не бывало, приступает к поеданию овощного карри.

Кивает на мою тарелку с едой, но аппетита у меня нет. Сколько раз я говорила, что терпеть не могу карри. В последнюю нашу встречу мне просто не хочется напоминать об этом в сто первый раз.

– Спасибо, не голодна. Так что со «Скорпионом»?

За свой проект я готова драться. Во всех смыслах.

– Ну …– тщательно прожевывая гороховый стручок, тянет Гаршин, – я все-таки остаюсь финансовым директором. Вернее – оставался им.

– В смысле – оставался?

– Тина, ну нет нам смысла дальше работать. Я слагаю полномочия и завтра же пишу заявление. Ты подыскиваешь другого, более подходящего кандидата.

Делает многозначительную паузу и выжидательно смотрит на меня. Видимо, ждет, что я оценю эту двусмысленность.

– И когда ты принял это решение?

– Да вот, прямо сейчас. Тина, что бы ты не думала обо мне, не надо приписывать мне того, чего нет. Мне будет больно видеть тебя каждый день, зная, что мы не вместе. Больше не вместе.

Вздыхаю. Тяжело ставить точку, даже если нет чувств. Где-то даже жаль Сережу.

– Ладно. Так и что дальше?

– Мой тебе прощальный подарок. Или считай это моей отработкой перед увольнением.

– Давай к делу, – нетерпеливо одергиваю этот поток пафосных фраз.

– Я нашел инвестора. Причем, сразу ключевого. Он согласен вложиться в проект, предварительно на наших условиях. Но ты тоже с ним должна встретиться.

На секунду задумываюсь. Вполне логично, что надо встретиться. Глухой, едва слышный голос интуиции подсказывает, что этого делать не стоит. Но умом я понимаю – надо.

– Что за инвестор?

Вот чую подвох именно в этом месте. Профессиональная чуйка, а попросту – встроенный дерьмометр – меня еще ни разу не подводили в рабочих вопросах.

– Яша Самбурский, – переходит на шепот Гаршин и с какой-то странной улыбкой пристально смотрит на меня.

– Яго? Ты с ума сошел?

Поперхиваюсь, срочно запивая кашель шампанским.

– Нет, – все так же вкрадчиво, но уже более уверенно возражает Гаршин, – серьезно, Тин. Да, нашим… вернее, твоим «Скорпионом» заинтересовался Яго. Ему знаешь ли, лишний легальный источник больших денег не помешает.

Замолкаю. В этот момент на телефон Сергея приходит сообщение. Тот прочитывает его и я вижу, как губы моего бывшего жениха кривятся в подобие улыбки.

– Так что ответить? Вот он, ждет ответа на его приглашение.

– Что? Приглашение? Куда?

– К нему, в казино «Фанкони». Завтра в шесть вечера. Так, ладно, сейчас…

Пикнуть не успеваю, как Гаршин что-то коротко выстукивает в сообщении и отправляет адресату.

Ну и дела. Зашибись, азбука Морзе.

Сережа откладывает телефон и накладывает себе вторую порцию карри. К своей не притрагиваюсь. Аппетит теперь пропадает основательно.

Сунуться в логово Яго Самбурского? Даже самый отбитый на всю голову смельчак до такого не додумается. Впрочем, кое-кому удавалось…

Из-за работы я что-то пропустила и у Гаршина в каком-то месте нежданно отросла храбрость?

Горько усмехаюсь и допиваю остатки шампанского в своем бокале. Внимательно смотрю на Сережу, но тот просто спокойно продолжает уплетать карри. Ничего подозрительного. И уж точно ему ничего не должно быть известно о той давней заварухе, в которой Метелин едва не убил Яго.