Сильные духом

Глава 1

Шетландские пони были повсюду.

Они пощипывали траву среди ярких сооружений на детской площадке и жевали листья плакучих ив на берегу пруда, в котором плавали утки.

Три пони пробрались через отверстие в заборе из рабицы на футбольное поле и с аппетитом поедали газонную травку.

Одно животное зарылось мордой в остатки праздничного торта, еще одно брело к бассейну, волоча за собой баннер с надписью «С днем рождения, Уилсон Шмельски».

Со своей позиции на пешеходном мостике, пересекающем Пондвью, самый популярный городской парк Мейсона, Рори Адамс насчитал восемь пони.

И одного человека, который пытался их поймать.

– Ах ты, маленькое чудовище!

Девушка сделала выпад вправо, а пони убежал влево.

Будь на месте Грейси Дэй кто-то другой, Рори посмеялся бы над его затруднительным положением.

Вместо этого он нахмурился. С их последней встречи прошло много времени, но даже после телефонного разговора с ней он почему-то совсем об этом не думал. Он помнил ее дерзкой четырнадцатилетней девчонкой с пластинками на зубах, веснушками и торчащими коленками.

Он был на шесть лет старше Грейси, сестры его лучшего друга, и та не вызывала у него никакого интереса. Хотя в том возрасте его мало что интересовало помимо девчонок.

Ему было двадцать один год, когда он видел ее в последний раз. Они с Грэмом тогда собирались на службу в Афганистан. Глядя на него блестящими от ярости и слез глазами, Грейси сказала: «Я тебя ненавижу. Как ты мог его в это втянуть?»

Грэм начал спорить. В конце концов, это ему пришла в голову идея стать солдатом удачи, но Рори толкнул его локтем в бок, и он замолчал.

«Пусть лучше я буду злодеем в глазах твоей младшей сестренки», – сказал он Грэму, когда они остались наедине.

При воспоминании об этом Рори поморщился. Они с Грэмом присматривали друг за другом, прикрывали друг друга тысячи раз. Но одного-единственного раза, когда случилось непоправимое, было достаточно, чтобы все предыдущие оказались не в счет…

Прогнав мучительные мысли, Рори заставил себя сосредоточиться на повзрослевшей Грейси, ловящей пони.

Он увидел невысокую молодую женщину. Худую, но с красивыми округлыми формами. Ее золотисто-каштановые волосы в начале дня, несомненно, были аккуратно уложены, но из-за влажности и возни с животными от укладки почти ничего не осталось. Непокорные завитки рассыпались по ее обнаженным загорелым плечам.

На ней были элегантный кремовый сарафан с широкой юбкой и туфли на каблуке. Несомненно, этот наряд прекрасно подошел для детского праздника, который сегодня устроила ее фирма, занимающаяся организацией всевозможных мероприятий. Но вот для ловли разбежавшихся пони хуже одежды просто не найти.

Подол сарафана помялся, одна тонкая бретелька соскользнула с плеча. На высоких каблуках невозможно быстро бежать по траве. На первый взгляд пятно спереди на корсаже можно было принять за элемент декора. Но при внимательном рассмотрении Рори обнаружил, что, во-первых, грудь у нее сейчас значительно больше, чем в четырнадцать лет, и во-вторых, на корсаже у нее не украшение, а зеленая слюна пони с разжеванной травой.

– Ты знаешь, что делают с плохими лошадьми, глупое животное?

Все же в ней что-то осталось от четырнадцатилетней девчонки, которую он когда-то знал. Во всяком случае, сейчас Грейси больше похожа на ту девчонку, чем на спокойную, уверенную в себе женщину, какой она показалась ему во время их телефонного разговора.

– Мне нужно с тобой поговорить, – сказал он ей после того, как они обменялись вежливыми приветствиями. К этому времени Грэма не было в живых уже шесть месяцев.

Он хотел сказать ей правду.

«Я подвел его».

– Не понимаю, зачем мне с тобой разговаривать, – ответила она, и он почувствовал облегчение.

Он знал: говорить с ней о том, что произошло с Грэмом, будет нелегко. Он не из тех, кто прячется от трудностей, но в тот момент был благодарен ей за отсрочку.

По спине Рори пробежала дрожь. То, что он испытывает, в психологии называется «синдромом выжившего», но в глубине души он считает, что ее брат не вернулся домой по его вине.

Каким-то образом то, к чему они поначалу относились как к приключению, стало для них обоих карьерой. Во время их третьей командировки в Афганистан Грэм получил пулю.

Рори до сих пор почти каждую ночь просыпался в холодном поту с бешено колотящимся сердцем.

Два мальчика-подростка. Он помедлил, потому что они были слишком юными. Затем отовсюду полетели пули. Он пригнулся и бросился в укрытие. Где Грэм? Вон там на земле. Он подполз к нему и затащил его в укрытие…

Кровь, так много крови.

На этом месте он всякий раз просыпался. В этом сне недоставало какой-то части, каких-то важных слов. Проснувшись, он отчаянно пытался их вспомнить, но у него ничего не выходило.

Сон никогда не давал ему ответов на вопросы, которые он постоянно себе задавал. Это были те мальчики? Они выпустили те пули? Мог ли он повести себя по-другому? Мог ли он заслонить Грэма собой и получить пулю вместо него?

«Присмотри за Грейси».

К просьбе умирающего нельзя относиться легкомысленно. Особенно если этот человек больше десяти лет был твоим лучшим другом.

Вернувшись домой шесть месяцев назад, Рори попытался выполнить его просьбу. Он дважды звонил Грейси и, признаться, оба раза почувствовал облегчение оттого, что она отказалась с ним встретиться. Мысль о том, что он должен рассказать ей, как все было, пугала его сильнее, чем ночные кошмары.

В его отсутствие бизнес, начавшийся с графического оформления гоночных автомобилей, который он основал вместе со своим братом, достиг небывалых высот. Навсегда покончив с военной службой и вернувшись домой, Рори обнаружил, что имеет в своем распоряжении значительные ресурсы, в том числе человеческие.

Одним из самых ценных его ресурсов, несомненно, является Брайди О’Митчелл. Официально она его личный секретарь, неофициально – его секретное оружие.

Брайди, невозмутимая ирландка средних лет, похоже, может сделать все, что угодно. Иногда Рори развлекался, придумывая для нее сложные задания.

«Я знаю, что уже поздно, но не могли бы вы достать полдюжины билетов на хоккейный матч, все билеты на который уже проданы?

Мне бы хотелось, чтобы на открытии австралийской туристической компании, для которой мы оформили автобусы, были два кенгуру и коала».

Собрать информацию о Грейси Дэй оказалось для Брайди делом пустяковым.

Как выяснилось, Грейси разорвала помолвку со своим женихом, которого Грэм терпеть не мог. Здесь, в Мейсоне, небольшом городке в Оканаганской долине в Британской Колумбии, ей принадлежит фирма «Лучший день в твоей жизни», специализирующаяся на организации праздничных мероприятий.

Эта фирма только что была выбрана для проведения акции по сбору средств для благотворительного фонда «Сильные духом», помогающего ветеранам-инвалидам и их семьям.

Основным источником доходов Грейс является организация праздников для детей политиков, бизнесменов, состоятельных врачей и юристов. Согласно отчету Брайди, она устраивает для детей вечеринки с клоунами, фокусниками, фейерверками и катанием на пони.

Грейси Дэй устраивает такие праздники, каких у него в детстве не было. Он не помнил, чтобы день его рождения вообще отмечали, за исключением того случая, когда его пьяная мать упала лицом в торт. Сколько лет ему тогда было? Кажется, шесть.

В общем, он в курсе того, что происходит в жизни Грейси Дэй. О сестре Грэма можно не беспокоиться. Она ни в чем не нуждается.

Но как он ни пытался убедить себя в том, что выполнил последнюю просьбу Грэма, ему это никак не удавалось. Ему нужно лично убедиться, что у Грейс все в порядке. В последний раз он звонил ей неделю назад.

Хотя она сказала ему, что у нее все отлично, что-то в ее голосе заставило его в этом усомниться. Он не понял, что это было. Может, некоторая натянутость? Осторожность? Может, у нее есть секрет, который она не хочет ему открывать?

Что бы это ни было, оно не дает ему покоя. Когда он был солдатом, внутреннее чутье не раз его выручало. Возможно, на этот раз оно тоже не ошибается.

Перед тем как отправиться в Пондвью, он сказал своей секретарше:

– Моя компания является одним из спонсоров организации «Сильные духом». Мне нужно срочно поговорить с Грейс Дэй.

Испытал ли он чувство вины, когда солгал Брайди насчет цели этой встречи? Нет. Оно преследует только чувствительных людей, к которым он не относится. После того, что довелось ему испытать сначала в родительском доме, а затем на поле брани, ничто не могло задеть его за живое.

Но гибель Грэма…

Прервав ход своих мыслей, Рори сосредоточился на Грейс. Она подкрадывалась к толстому черно-белому пони, который наблюдал за ней уголком глаза.

Животное оказалось умнее и хитрее, чем можно было предположить, глядя на него. Когда Грейс попыталась схватить пони, он отскочил в сторону, затем повернулся и злобно посмотрел на нее, жуя траву.

Рори поморщился, когда ее каблук застрял в земле, рыхлой от недавнего полива, и ее бросило вперед. Каблук оторвался от туфли с громким треском.

Ее терпение лопнуло. Рори обнаружил, что улыбается, когда она сняла испорченную туфлю и швырнула ее в пони. Животное взбрыкнуло, и туфля пролетела мимо.

– Из плохих лошадей делают корм для собак! – крикнула она. – Ты бы хотел стать завтраком датского дога?

«Ваши манеры, мисс Дэй, не соответствуют вашему наряду», – подумал он.

По правде говоря, Грейси, которая швырнула туфлю в пони, нравится ему больше, чем та, что с такой холодностью отвечала на его телефонные звонки, и та, что устраивала праздники для избалованных детей богачей.

Ему так много известно о настоящей мисс Дэй, что она пришла бы в ужас, если бы узнала об этом. Солдаты коротали время за игрой в покер и разговорами о семье и девушках. Грэм не пользовался особой популярностью у девушек, поэтому рассказывал Рори в основном о своей сестре.

«Грейси никогда не дает волю своим эмоциям. Знаешь, она в детстве постоянно носила с собою картинку с изображением ярко-красного «феррари». Как она стала такой закоснелой? Зачем ей выходить замуж за скучного бухгалтера, который вряд ли когда-нибудь купит себе спортивный автомобиль? Он ездит на машине, похожей на развалины экономкласса из агентств по прокату».

Словно желая доказать, что ее брат ошибался насчет того, что она закоснелая и скучная, Грейси сняла вторую туфлю и швырнула ею в удаляющегося пони. Затем с ее губ сорвалось словечко, которое часто используют солдаты, но которое вряд ли можно услышать на детском празднике в богатом доме.

Рори почувствовал, что его губы начинают растягиваться в улыбке. Все же он понял, что для разговора с Грейси сейчас не самое подходящее время. Он мог бы прийти ей на помощь и спасти положение, но он уже давно не верил в то, что может быть героем. Кроме того, Грейси не захотела бы, чтобы он видел ее такую.

Уязвимую. Потерявшую контроль над ситуацией. Нуждающуюся в помощи.

К тому же он совсем ничего не знает о лошадях. Даже о таких маленьких.

Но оставить ее в затруднительном положении было бы слишком жестоко с его стороны. Память о Грэме не позволит ему этого сделать. Будь даже на месте Грейси другая женщина, Грэм не одобрил бы, если бы он бросил даму в беде.

Тогда Рори вспомнил про свое тайное оружие. Достав из кармана мобильный телефон, он набрал номер Брайди и поморщился, услышав после первого гудка: «Да, мистер Адамс?»

Он много раз говорил своей секретарше, чтобы она обращалась к нему менее официально, но та и слышать ничего не хотела. «Мистер Адамс, вы исполнительный директор очень успешной компании», – отвечала она ему всякий раз укоризненным тоном.

– Брайди, будьте так любезны, найдите кого-нибудь, кто может поймать нескольких убежавших пони, – произнес он в трубку.

Если его просьба и удивила Брайди, она не подала виду. Она внимательно выслушала подробности и заверила его, что найдет нужного человека.

Рори решил, что не будет задевать гордость Грейси и незаметно уйдет в глубь парка, но Грейси неожиданно повернула голову и уставилась прямо на него. По выражению ее лица было ясно, что она его узнала.

Она выпрямила спину, сложила руки на груди и гордо подняла подбородок, – в общем, сделала все, чтобы перестать быть похожей на женщину, которая только что швыряла туфли в пони и выкрикивала непристойные ругательства.

Сделав глубокий вдох, Рори испытал то же ощущение в груди, которое его охватывало всякий раз перед вступлением в бой, и направился к Грейси.

Он остановился перед ней.

Неужели ее губы всегда были полными и чувственными? Такими, какие любой мужчина захотел бы накрыть своими?

Разумеется, он этого не хочет. Грейси – младшая сестра его покойного друга.

Но она больше не девочка-подросток. Она женщина. Красивая и, похоже, не очень счастливая.

Немного помедлив, он поднял одну туфлю и протянул ей:

– Привет, Грейси.

Грейс Дэй удивилась тому, как приятно прозвучало ее уменьшительное имя.

Часть ее хотела снова его услышать. Только от ее брата, а не от Рори Адамса.

Она взяла у Рори свою туфлю, и их пальцы случайно соприкоснулись. При этом ее словно током ударило, и, чтобы скрыть от него свое потрясение, она наклонилась, чтобы надеть туфлю.

Прошло восемь лет. Почему он не облысел и не растолстел? Почему судьба не могла дать ей небольшую передышку?

Собрав остатки самообладания, она выпрямилась и поправила бретельку сарафана, упавшую с ее плеча.

Она осознала, что Рори Адамс стал еще привлекательнее. Он всегда выделялся среди сверстников высоким ростом. Только в двадцать лет из-за худобы он выглядел немного долговязым, а сейчас перед ней стоит мужчина в полном расцвете сил с широкими плечами и хорошо развитой мускулатурой.

Спортивная рубашка с коротким рукавом открывает загорелые руки с внушительными бицепсами, шорты цвета хаки отлично сидят на узких бедрах, позволяя любоваться его длинными сильными ногами.

Его лицо тоже изменилось. В худшую или в лучшую сторону, она не могла сказать. Оно стало другим. Юношеский задор исчез вместе с дьявольским огоньком, который когда-то горел в его ярко-зеленых глазах.

Сейчас в уголках его глаз были лучики морщинок, которые говорили о том, что ему приходилось много времени проводить на солнце. Линии подбородка и рта стали более твердыми и выразительными. Одним словом, это было лицо воина. Человека, который многое пережил, защищая интересы своей родины. В глубине его глаз она увидела тени, которых там не было раньше.

Рори Адамсу удалось пережить то, рядом с чем праздничные вечеринки, которые она организует, кажутся чем-то поверхностным и незначительным.

Ее взгляд задержался на его густых волосах цвета темного шоколада, блестящих в лучах июльского солнца. Когда она видела его в последний раз, они были очень короткими, поскольку ему предстояло нести службу в суровых условиях азиатской страны.

Сейчас прическа Рори больше напоминала ту, которую он имел до своего поступления на военную службу.

Семья Рори переехала в их район во второй половине последнего учебного года Грэма. После окончания школы они оба некоторое время работали в фирме, занимавшейся ландшафтным дизайном. Это было до того, как им взбрело в голову ехать спасать мир.

Сейчас его волосы даже длиннее, чем в те беззаботные дни. Они прямые, но, падая на воротничок рубашки, слегка завиваются.

Грейс подозревала, что все, кто увольняется с военной службы, начинают отращивать волосы, радуясь долгожданному освобождению от дисциплины.

Но даже такая прическа не делает его меньше похожим на воина. Нетрудно себе представить его с мечом в руке и с волосами, развевающимися на ветру.

Рори Адамс принадлежит к числу тех мужчин, которые заставляют женщину чувствовать себя слабой. Ей так и хочется прижаться к его твердому телу, потереться щекой о его колючий от щетины подбородок, ощутить вкус его губ на своих губах.

Он всегда вызывал у нее такие ощущения. Даже много лет спустя рядом с ним она чувствует себя беспомощной и униженной, как в четырнадцать лет, когда так отчаянно его любила.

Тогда Рори не видел в ней женщину. Она была для него всего лишь назойливой младшей сестрой лучшего друга.

С того момента, как Рори впервые ей позвонил шесть месяцев назад, она знала, что из их встречи ничего хорошего не выйдет.

Мрачная решимость в его голосе навела ее на мысль о том, что он хочет рассказать ей вещи, которые она пока не готова услышать. Возможно, она вообще никогда не будет готова их услышать.

К тому же она думала, что встреча с Рори заставит ее желать невозможного. Она никогда раньше не видела Рори без своего старшего брата Грэма.

Брата, который никогда не вернется домой.

Она думала, что встреча с лучшим другом Грэма усилит боль утраты, которая за последние месяцы немного притупилась.

Когда-то она считала, что Грэм начал подвергать свою жизнь опасности по вине Рори, но потом поняла, что ее брат делал то, для чего был рожден. Рисковать жизнью, защищая интересы своей страны, – таков был его собственный выбор.

Но если Рори хочет думать, будто она все еще считает его виноватым в случившемся, она не станет ему мешать, если это поможет сохранить эмоциональную дистанцию между ними.

Потому что, глядя сейчас на Рори, Грейс испытывала не боль утраты, а нечто совсем другое. Оказалось, что ее желание нравиться ему не исчезло вместе с пластинками, которые она когда-то носила для исправления прикуса. Это потрясло ее.

Грейс моргнула, затем еще раз.

– Меня никто так не зовет. Никто не называет меня Грейси.

Она подумала, что это прозвучало как-то глупо. Ей совсем не хочется, чтобы Рори заметил, как действует на нее.

Почему она не могла просто сказать: «Привет, Рори. Рада тебя видеть»? Почему не могла надеть маску искушенной, уверенной в себе женщины, которая до сих пор всегда ее защищала в трудных ситуациях?

Потому что он появился в самый неподходящий момент. В процессе погони за сбежавшими пони ее сарафан испачкался, каблук сломался, заколка для волос потерялась.

Знай она, что ее отрицательный ответ его не удовлетворит, она бы пригласила его в свой офис на главной улице Мейсона, которым так гордится. Там бы она точно не потеряла над собой контроль.

– И как же тебя называют?

От его низкого, бархатного голоса по ее спине пробежала дрожь.

«Мисс Дэй» прозвучало бы комично сейчас, когда она, грязная и растрепанная, балансирует перед ним на одной ноге, не имея ничего общего со спокойной и прагматичной деловой женщиной, какой хотела бы перед ним предстать.

– Грейс.

– А-а.

Ей не понравилось, как он на нее смотрел. Пронизывающий взгляд его зеленых глаз словно снимал с нее покров зрелости и успешности, обнажая беззащитную неуклюжую девчонку, которая когда-то была в него влюблена.

– Грэм был единственный, кто меня так называл. Все остальные звали меня Грейс. Даже родители.

– Грэм и я, – напомнил он ей.

«Грейси-Фейси, колючая роза, мальчишек целует, и те льют слезы…»

В тех редких случаях, когда Рори Адамс ее замечал, он беспощадно ее дразнил.

Но тот парень с беспечной улыбкой перестал существовать. Почему глупая девчонка, которая все еще живет внутри ее, не может сделать то же самое?

– Как дела? – непринужденно спросил Рори.

Он вел себя так, будто проходил мимо и случайно встретил ее. Разумеется, это не так. Он пришел сюда специально, несмотря на то что неделю назад она сказала ему, что не хочет его видеть.

Ей следовало догадаться, что в этом отношении Рори Адамс не изменился. Что он по-прежнему не принимает «нет» в качестве ответа. Тем более от женщин.

– Так же, как когда ты мне звонил неделю назад, – упрямо сказала Грейс. – Замечательно.

Она солгала. Ее ответ далек от правды настолько, насколько это возможно.

– Если не считать разбежавшихся пони, – сухо заметил Рори.

У нее возникло такое чувство, что он не поверил ей ни на секунду.

Неужели он не видит, что ее сарафан сшит из дорогого тонкого льна, а туфли куплены в фирменном магазине? Что она уже взрослая и не нуждается в том, чтобы он помогал ей преодолевать жизненные трудности?

Которых на данный момент у нее предостаточно.

– У меня все замечательно, – повторила она.

– Ты выглядишь обеспокоенной, – сказал Рори мгновение спустя.

После этого он сделал странную вещь – поднял руку и прижал большой палец к ее лбу. К тому месту, где начали залегать складки с того момента, как в ее жизни появились Серенити с Такером и пони.

На мгновение ее охватило желание прижаться щекой к его ладони и принять все то, что он ей предлагает. Ей нужно кому-то довериться, поделиться с кем-то своими переживаниями.

Ей давно следовало положить конец своим безнадежным иллюзиям. Разрыв ее помолвки должен был стать последней каплей.

«Он стал последней каплей», – твердо сказала себе Грейс. Ее бизнес – это все, что сейчас имеет для нее значение.

Она больше не будет ни к кому привязываться. Больше никому не позволит причинить ей боль. Она поклялась себе в этом, когда два года назад ее жених Гарольд бросил ее.

Сейчас у нее такое ощущение, будто кто-то хочет проверить ее клятву на прочность. Сначала в ее жизни появилась Серенити, а теперь вот в нее вернулся Рори. Ей хочется узнать его мнение о Серенити… и прижаться щекой к его щеке.

Когда он ей позвонил, она поначалу собиралась задать ему несколько вопросов, но в конце концов решила этого не делать.

Скептицизм, который выражали его черты, подтвердил, что она приняла правильное решение.

Он убил ее надежду прежде, чем она успела полностью сформироваться.

Надежда очень хрупка. Для нее она, возможно, даже опаснее, чем любовь. Но ни на что не надеяться было бы подобно смерти, правда?

Все же она не собирается возлагать свои надежды на Рори Адамса, как бы велико ни было искушение все ему рассказать, чтобы не быть такой одинокой.

Осознав всю опасность подобных мыслей, Грейс убрала его палец со своего лба:

– Меня ничто не беспокоит.

Нет смысла рассказывать ему, как долго она строила свой бизнес. Одного инцидента, подобного этому с пони, может оказаться достаточно, чтобы испортить ее профессиональную репутацию.

К счастью, к тому моменту, когда пони разбежались, вечеринка закончилась и большинство маленьких гостей уже направлялись к дорогим родительским машинам. Остается надеяться, что работники парка не придут сюда до того, как она уладит проблему с животными.

Ведь это на данный момент ее единственная проблема, правда?

– Разве вместе с пони не должен был приехать человек, который присматривал бы за ними?

Ах да, есть еще одна проблема. Она хочет сохранить в секрете личность хозяйки пони.

– Этот человек оказался… э-э… некомпетентным.

Грейс ослепительно улыбнулась, но Рори нахмурился. А она-то хотела, чтобы он прочитал в ее улыбке, что это всего лишь временное затруднение, с которым она справится. Надеялась, что он не заметит тревожный взгляд, который она бросила в сторону парковки.

Хорошо, что автоприцеп, в котором привезли пони, стоял в тени тополей в дальней части парковки. Грейс не хотелось бы, чтобы дети увидели, в каком ужасном состоянии он находится.

– Может, нам лучше встретиться при других обстоятельствах? – произнесла она, надеясь, что Рори уйдет.

Но он молча уставился на то место, где стоял прицеп. Грейси встала перед ним, чтобы загородить ему обзор, зная, что это бесполезно, поскольку он намного выше ее.

Ни один человек на вечеринке не упомянул о прицепе, словно гости его вообще не видели.

Но большинство людей не похожи на Рори. Он стал человеком, который ничего не упускает из виду. Из рассказов Грэма она знала, что жизнь солдата зачастую зависит от его наблюдательности.

Обойдя ее, Рори направился к обшарпанному прицепу для лошадей. Он был выкрашен в красно-коричневый цвет, который почти скрывал ржавчину. Сбоку виднелась поблекшая надпись «Верховые прогулки с Серенити».

Рори обернулся. Его глаза сузились.

– Что она здесь делает?

Он узнал прицеп. Он знаком с Серенити. Это то, чего боялась Грейс, или то, на что она надеялась?

Глава 2

– Рори, ты ее знаешь? – спросила Грейс, ковыляя за ним в одной туфле. – Ты знаешь Серенити?

Увидев неподалеку вторую туфлю, она подняла ее и надела. Затем, поскольку на одной был каблук, а на другой не было, она сняла обе.

– Мы встретились случайно много лет назад, – ответил он, обернувшись, затем добавил: – Смотри под ноги, здесь повсюду экскременты.