Сюрприз со вкусом страсти

SNOWED IN WITH

THE BILLIONAIRE

Все права на издание защищены, включая право воспроизведения полностью или частично в любой форме. Это издание опубликовано с разрешения Harlequin Books S. А.

Товарные знаки Harlequin и Diamond принадлежат Harlequin Enterprises limited или его корпоративным аффилированным членам и могут быть использованы только на основании сублицензионного соглашения.

Эта книга является художественным произведением. Имена, характеры, места действия вымышлены или творчески переосмыслены. Все аналогии с действительными персонажами или событиями случайны.

Snowed in with the Billionaire

© 2022 by Cara Colter

«Сюрприз со вкусом страсти»

© «Центрполиграф», 2024

© Перевод и издание на русском языке, «Центрполиграф», 2024

Пролог

Джейси Трембли закрыла дверь своей квартиры и, нахмурившись, посмотрела на плотный прямоугольный конверт в своей руке.

По опыту она знала, что заказным письмом никогда не приходит ничего хорошего. Ее решение о разводе, принятое несколько месяцев назад, тому подтверждение.

Она повертела письмо в руках. Оно было от юридической фирмы, о которой она никогда не слышала.

Очевидно, на нее подали в суд.

Джейси глубоко вздохнула. Кто мог подать в суд на учителя музыки?

Родители Джонни Джордана, конечно. Они доверили ей своего протеже. Четырнадцатилетний Джонни – блестящий музыкант, так и не поступил в Канадскую академию искусств, несмотря на почти идеальное исполнение дьявольски сложной пьесы Шопена, которую они репетировали для его прослушивания.

Нет, наверняка дело не в этом. Повертев конверт в руках, она обдумала другие возможности.

А как насчет аварии, в которой она помяла крыло машины? Джейси обменялась информацией о страховке с очаровательной пожилой женщиной, которая взяла на себя всю вину и призналась, что выехала с парковочного места, не глядя по сторонам. С тех пор прошло по крайней мере три месяца. Но это не значит, что та бабулька не умерла или не получила травмы, из-за чего теперь ее семья решила судиться.

С бешено колотящимся сердцем от бесконечных возможностей того, что ее жизнь пойдет кувырком, Джейси села в свое любимое кресло, которое в ее маленькой квартирке служило диваном. Белое, с принтом больших фиолетовых анютиных глазок. Она купила кресло после развода в тщетной попытке найти светлую сторону в неудачном браке.

Теперь ей не придется ни с кем советоваться о том, какую мебель покупать. Бывший муж, Брюс, редко хвалил ее и возненавидел бы это двухместное кресло: и его форму, и функциональность, и особенно яркий цвет.

Она решительно переключила свое внимание на письмо.

– Не на этой неделе, – твердо сказала Джейси. – Сейчас неподходящее время.

Она взяла недельный отпуск и отменила все занятия со своими подопечными. Учитывая неудачу с Джонни, который был ее самым многообещающим учеником, она сомневалась, что ей следует и дальше преподавать музыку.

Ее новая карьера начнется на следующей неделе. А на этой неделе она купила большое ведерко неаполитанского мороженого и новую удобную пижаму. Пижама, покрытая очаровательными мультяшными котятами, была, как и диван, заявлением о том, что ей наплевать на чужое мнение.

Джейси составила список фильмов, которые планировала посмотреть. Но она вычеркнула из него все романтические и грустные фильмы.

– Открой! – приказала она себе, смотря на письмо.

Наконец Джейси вынула из конверта один-единственный клочок бумаги и еще более громоздкий коричневый конверт.

Сюрприз!

Она побледнела, глядя на знакомый почерк.

«…и я знаю, что нет на свете человека, который ненавидит сюрпризы сильнее тебя».

Глава 1

– Уходи! – сердито крикнул Тревор Купер, лежа на диване. – Если ты принес пиццу, оставь ее у двери.

Пиццу он не заказывал, хотя, если подумать, не помешало бы ее заказать. Он наклонил голову, отводя взгляд от трех настенных телевизоров, где благодаря чуду современной электроники пристально следил за несколькими спортивными событиями одновременно.

Его огромная гостиная открытой планировки, столовая и кухня были завалены жирными пустыми коробками, провоцируя вопрос: может ли человек выжить, питаясь только пиццей?

Видимо, может.

Даже когда этого не хочет. Потому что два года назад в этот самый день смысл его жизни исчез.

Стук повторился, но уже настойчивее. Когда постучали в третий раз, он взглянул на свою обнаженную грудь и низко висящие на бедрах пижамные штаны и прошел по комнате. Глупо открывать дверь полуголым, особенно в таком престижном жилом районе, как этот. Распахнув дверь, он предположил, что пришла маленькая девочка с улицы, продающая печенье для скаутов. Но, как оказалось, это была не девочка-скаут с широко открытыми глазами, а нечто похуже.

– Джейси? – Он мысленно выругался. Если и был тот, кого он не хотел видеть, будучи растрепанным, небритым и полуголым среди бела дня, так это она.

Хотя он беспокоился не столько о своей внешности, сколько о доме. Внешняя территория, конечно же, усиленно охранялась. Сторожка, видневшаяся вдалеке, была оформлена в зимнем стиле и напоминала кукольный домик. В центральном рукотворном озере, на которое выходил фасад его дома, фонтан заменили на экстравагантную ледяную скульптуру в виде медведицы гризли, которую тащат за собой два детеныша.

– Тревор, – сказала Джейси Трембли.

Повисла неловкая пауза.

– Охранник из сторожки мне не звонил, – произнес он, понимая, что упрекает Джейси.

– Интересно, – мягко сказала она. – Я подумала, что твой телефон сломался, выключен или лежит на дне озера.

– Невозможно заказать пиццу без телефона.

– Курьер приезжает на такси? – спросила она. – Наверное, поэтому меня пропустили в ворота.

Она шагнула в сторону и прищурилась, глядя в сумрак у него за спиной. Тревор уловил неодобрение в ее взгляде и скрестил руки на обнаженной груди.

– Можно войти?

– Нет! – Если она не понимает язык его тела, значит, придется ей грубить.

Он не хотел, чтобы она видела его жилище. Она может подумать, что он оскверняет дом мечты Кейтлин.

Тревор ненавидел неожиданные вспышки воспоминаний. И особенно сегодня. Он представил себя и Кейтлин, впервые входящих в этот дом. Ее широко распахнутые глаза, взволнованный смех и слезы радости.

Говорят, что тяжелее всего пережить первый год после смерти любимого человека. Тревор сомневался, что это правда. Говорят, время лечит все раны, но и в это он не верил.

– Тебе надо было позвонить, – сказал он, хотя, несмотря на беспорядок в доме, не мог отрицать связи с Джейси Трембли.

– Я пыталась, – произнесла она и вздернула подбородок. – Видимо, ты используешь телефон только для заказа пиццы.

Да, его телефон уже пару дней настроен на голосовую почту. И сообщения он не проверял.

– Могла бы догадаться: если я не отвечаю на звонки, значит, ни с кем не хочу общаться.

Джейси вздрогнула, и Тревору стало совестно. Она жила более чем в трех тысячах миль от Калгари, в Торонто. Очевидно, она приложила огромные усилия, чтобы быть с ним в эту ужасную вторую годовщину.

Она была единственной из всех его друзей и родственников, кто никогда не уклонялся от обязанностей. Она отказалась от своих музыкальных клиентов и бросила мужа, чтобы быть рядом со своей лучшей подругой – женой Тревора – в те последние недели, когда та умирала от рака. Благодаря Джейси Кейтлин была дома до самого конца.

Тревор впустил Джейси. Даже под курткой, которая выглядела недостаточно теплой для холодной погоды, она казалась худее, чем прежде. Она коротко остригла светлые волосы, и те, постепенно отрастая, торчали во все стороны. Ее уши, открытые благодаря новой прическе, были аккуратными, как у куклы, и розовыми от мороза. Несмотря на январский холод, она не носила шапку. Со стрижкой под ежик ее глаза казались огромными, а черты лица задорными.

Она слегка накрасилась, но он заметил веснушки на ее дерзко вздернутом носу.

Зачем Джейси приехала?

Она явно устала. В глубине ее зеленых глаз видна неутолимая печаль.

Ему стало еще более стыдно за свое резкое приветствие. Внезапно он понял, как рассердилась бы на него Кейтлин, если бы узнала, как тот принимает ее самую дорогую и верную подругу.

Но Тревор злился не на Кейтлин. И не на Джейси. Он был зол на весь мир. Он чувствовал бессилие и ярость из-за неспособности что-либо изменить.

Его нынешний мир – темное пространство, в котором он находился и в котором пытался занять себя компьютерными играми и просмотром телевизоров, – был не тем миром, куда можно было пригласить Джейси, независимо от ее благих намерений.

Он пригладил рукой волосы:

– Слушай, сегодня не лучший день.

– Думаешь, я не знаю, что сегодня плохой день? – недоверчиво и раздраженно спросила она.

Джейси не уходила. Она не стала ждать его объяснения или приглашения, а положила руку на его обнаженную грудь. Ему показалось, что прикосновение обожгло его. Разве ее рука не должна быть холодной, если она была на улице без перчаток?

Прежде чем он успел придумать отговорку, Джейси оттолкнула его в сторону. Учитывая ее невысокий рост, она обладала шокирующей силой. Он впервые заметил довольно пугающую деталь. Один из чемоданов на колесиках тащился за Джейси, как послушный щенок, пока она заходила в дом.

Остановившись, она огляделась. Темные задернутые шторы, коробки из-под пиццы, смятая одежда на полу и пыль.

Он неохотно закрыл дверь из-за холодного воздуха, ворвавшегося следом за Джейси, потом повернулся и уставился не на нее, а на ее чемодан.

Он не совсем понимал, что означает появление Джейси Трембли в его доме с таким чемоданом.

Хотя был почти уверен, что его ждут неприятности.

Джейси глубоко вздохнула, когда ее глаза привыкли к сумраку внутри дома. Там было душно и пахло отвратительно.

Судя по тому, как выглядело жилище Кейтлин, было очевидно, что Тревор окончательно вымотался. Хотя она знала: он выдерживал испытания, выходящие за пределы того, что может вынести любой другой человек.

Несмотря на нынешнее состояние жилья, у Джейси было ощущение возвращения домой. Она провела здесь так много времени! Дом напоминал, скорее, особняк из фильма или со страниц журналов.

Архитектурный стиль представлял собой смесь современности и консерватизма. На первом этаже была открытая планировка, обзор шел от входной двери до задней части дома. Огромные окна во всю стену были в обоих концах помещения. Обычно через передние окна с видом на озеро лился ослепительный свет. Теперь они были закрыты тяжелыми портьерами.

Кейтлин удалось сделать похожее на пещеру пространство уютным и гостеприимным благодаря неожиданному использованию цвета и текстуры. Секционный диван бирюзового цвета и стулья с розовыми акцентами привлекали внимание к камину из бразильского камня.

Гостиная плавно переходила в столовую с большим деревянным столом, привезенным из двухсотлетнего фермерского дома. За столом помещалось двадцать человек.

Дальше была кухня, чьи современные линии резко контрастировали со старым столом. Белые нижние шкафы, много мрамора и нержавеющей стали. Кресла с мягкой розовой обивкой у стола-острова и еще больше окон с видом на бассейн и площадку для гриля.

Но сегодня ставни на этих окнах закрыты.

В помещении всегда пахло гвоздиками – цветами, которые обожала Кейтлин. Тревор приносил ей букеты по нескольку раз в неделю, особенно когда та заболела.

Дом всегда был великолепным, роскошным, но в то же время молодым, веселым и полным энергии. Он воплощал идею Кейтлин об идеальной жизни.

Теперь жилище указывало на то, что все временно. Дом превратился в грязную холостяцкую квартирку, полную коробок из-под пиццы и носков на полу. Наверное, там валяются даже трусы Тревора. Джейси отвернулась.

У него было три телевизора! Один над каминной полкой, а два других – по обе стороны от первого, на уродливых регулируемых подставках. Вокруг телевизоров красовались спутанные электрические провода.

Телевизоры заменили коллекцию великолепных черно-белых свадебных фотографий Кейтлин, которые когда-то висели над камином. Среди коробок из-под пиццы, на плите из дерева манго, служившей кофейным столиком, лежали засохшие растения и джойстики для игр.

Большой стол был завален бумагами. Великолепная чаша из дерева коа, привезенная Тревором и Кейтлин из медового месяца на Гавайях, была почти не видна из-за окружавшего ее мусора. Кухонный стол был заставлен покосившимися стопками посуды и грязными стаканами.

Джейси почувствовала Тревора у себя за спиной, повернулась и посмотрела на него. Казалось невероятным, что он может выглядеть так ужасно и одновременно соблазнительно.

Он сильно изменился. Два года назад Тревор был опрятен и гладко выбрит даже в самые тяжелые дни, поддерживая иллюзию о том, что он не погибнет из-за любви к Кейтлин. Теперь густые волосы Тревора оттенка темного шоколада сильно отросли и спутались. На затылке красовался длинный вихор. Джейси сказала себе: она всего лишь заботится о вдовце своей лучшей подруги, поэтому ей захотелось пригладить его волосы руками.

Черная щетина резко подчеркивала его высокие скулы и ямочку на подбородке. Он напоминал проходимца, а не сверхуспешного бизнесмена, которым был.

Джейси оказалась в замешательстве. Наверное, ей не стоило приезжать. Тревор не хочет, чтобы она была рядом с ним.

Ну, она тоже не желает здесь находиться. Могут начаться неприятности, не последняя из которых связана с тем, что Тревор привлекает ее как мужчина.

Вспомнив о письме, Джейси глубоко вздохнула и скрестила руки на груди, демонстрируя решимость.

– Надень рубашку! – сказала она ему. – Ты похож на модель с календарей.

Он явно не привык к тому, чтобы ему указывали, что делать, особенно незваные гости в его собственном доме.

– Какие календари? – Его недоумение казалось искренним.

Она вздохнула:

– Ну, например, с обнаженным до пояса пожарным, который держит на руках щенка далматинца. Средства от продажи таких календарей идут в местную больницу.

Он смотрел на нее пристально и с легкой насмешкой, словно знал о ее секретном запасе подобных календарей.

– Слушай, – сказал Тревор и подошел к двери, будто собираясь ее открыть. – Я знаю, ты считаешь, что делаешь доброе дело, и мы можем поддержать друг друга во вторую годовщину. Но ты ошибаешься. Телефонного звонка, как в прошлом году, было бы достаточно.

Не было смысла напоминать ему, что он не отвечает на звонки.

– Жаль, что ты зря потратила время, – сказал он. – Мне никто не нужен.

Глава 2

Выражение лица Тревора было непроницаемым и неподвижным. Проделав долгий путь, Джейси чувствовала, что будет намного легче выпорхнуть за дверь, чем остаться.

Можно попросить Тревора вызвать ей такси, вернуться в аэропорт, купить себе что-нибудь поесть. Прежде она редко настаивала на своем, предпочитая уступать.

Но сейчас ее держит чувство долга перед Кейтлин.

– Мне тоже никто не нужен, – смело заявила Джейси. – Я вполне способна, как и ты, переносить боль утраты в одиночестве.

Он удивленно поднял бровь, когда она согласилась с ним, нащупал рукой дверную ручку и повернул ее.

Джейси убрала коробку из-под пиццы с бирюзового дивана и осторожно села на него, стараясь не вляпаться в жирное пятно. Запах был интригующим и совсем не отталкивающим, как она ожидала.

– Надень рубашку, а потом поговорим, – настаивала она.

Удивленный, Тревор вышел из комнаты. У Джейси появилось достаточно времени, чтобы подготовиться к его возвращению. Она взволнованно встала и открыла тяжелые портьеры. Свет, отражавшийся от чистого снега, хлынул в комнату.

Вид был ошеломляющим: озеро и ледяные скульптуры, а далее зыбь и снежные предгорья, окаймленные величественными Скалистыми горами. В такой солнечный день горы казались обманчиво близкими, словно до них можно было пешком добраться примерно за час. Во время своего первого визита в Калгари после того, как Кейтлин обручилась с Тревором и переехала туда, Джейси решила, что прогулка в горы – лучшее начало дня.

Она изумилась, поняв, что на самом деле горные пики находятся более чем в часе езды от дома. Казалось, чтобы добраться до них, потребуется несколько дней.

Хотя Джейси знала, что ей не следует быть такой самонадеянной и надо позволить Тревору сидеть в темноте, она открыла задние ставни.

Двор был уже не таким красивым, как летом, когда там отмечалось новоселье. Бассейн засыпан снегом. Из гидромассажной ванны слили воду.

Летняя кухня была закрыта, а под пагодой уже не было глубокой и удобной садовой мебели.

– Что ты наделала?!

Рычание Тревора заставило ее обернуться.

Из-за лучшего освещения он выглядел еще привлекательнее. Его волосы сильнее вились и были влажными после душа, а лицо гладковыбритым. К сожалению, рубашка, которую он надел, не стерла воспоминания о том, как он выглядел обнаженным по пояс. Потертые джинсы облегали его мускулистые ноги, а аромат одеколона – чистый и терпкий – ворвался в комнату вместе с ним.

Ей не нравилась его соблазнительность. Конечно, она знала, что он привлекателен, но он всегда был для нее только мужем ее лучшей подруги.

Наплевав на его неодобрение по поводу ставен, Джейси вздернула подбородок:

– Я впустила немного света. Нельзя игнорировать такие красивые виды из окна.

– У меня болят глаза, – сказал он, театрально опуская веки.

– Не притворяйся вампиром, которого убивает свет.

– Мне нравится темнота.

– Я заметила.

Он огляделся и раздраженно скривился:

– В темноте не видно пыли и мусора. И телик лучше смотреть в темноте.

Наверное, она перегнула палку, открывая шторы.

Джейси понимала, почему Кейтлин послала ее к своему мужу. Даже два года спустя Тревор вел себя как раненый медведь, прячась от солнца.

Но надо помнить: раненые медведи чрезвычайно опасны.

– Зачем ты приехала? – спросил он хриплым от злости и боли голосом.

Поскольку он не собирался ее приглашать, Джейси собралась с духом и прошла мимо него в гостиную, где уселась на диван. Тревор последовал за ней, плюхнулся в розовое кресло напротив нее, перекинул длинную ногу через подлокотник и уставился на Джейси – нетерпеливо и раздраженно.

– Кейтлин прислала мне письмо, – тихо сказала она.

Мрачные морщинки вокруг рта углубились. Он нахмурился.

– Оттуда, где сейчас Кейтлин, письма не приходят.

– Поверь, это был неожиданный сюрприз. Я получила его несколько дней назад. Должно быть, она оставила инструкции адвокату. Приурочила письмо к… Ну, ты понимаешь.

На его лице читались шок и боль.

– Она прислала тебе письмо, – спокойно произнес он.

– Если бы она прислала его тебе, то ты вряд ли сейчас сидел бы в Торонто на моем диване.

Джейси вдруг стало интересно, понравится ли Тревору ее диван. Безумие какое-то. Хотя вся ее миссия – абсолютное безумие.

– Как ты отреагировал на розовые кресла? – спросила Джейси.

Тревор был сбит с толку из-за неожиданной смены темы. Он посмотрел на подлокотник кресла, на котором лежала его нога, и выражение его лица смягчилось.

– Я их возненавидел, – отрезал он. – Но я видел, что Кейтлин светится от восторга, показывая их мне. Она так хотела, чтобы они мне понравились. И они мне просто понравились.

От ужаса у Джейси сдавило горло. Слова Тревора помогли ей осознать недостатки собственного брака.

Тревор насупился, словно раскрыл государственную тайну.

– Ладно, – сказал он, расправляя плечи. – Зачем Кейтлин написала тебе письмо?

Джейси глубоко вздохнула:

– В письме говорится, что она не хочет, чтобы мы с тобой хандрили всю жизнь.

Он вздрогнул и отвел взгляд.

– Она хорошо изучила нас, Тревор, – тихо произнесла Джейси, пытаясь передать любовь, которую почувствовала в том письме. – Она знала, что мы просто перестанем жить.

– Я живу, – сказал он, но Джейси заметила, сколько горя в его голосе. Казалось, он вообще не хотел жить.

– По-моему, она догадалась, что мы забудем про радость и откажемся от развлечений.

– Я развлекаюсь. Три телевизора и диета из пиццы. Ты шутишь, что ли? Я могу смотреть три отдельных спортивных события одновременно. – Он прищурился, глядя на нее и бросая ей вызов.

– Я пытаюсь сказать, – Джейси еще тщательнее взвешивала слова, – что Кейтлин знала: предоставленные самим себе, мы утонем в болоте отчаяния.

– Ерунда какая-то. – Тревор скользнул взглядом по беспорядку, теперь резко освещенному светом, льющимся из окон. Судя по всему, он осознал, что в самом деле живет в болоте. – Но чего она от нас хочет? Прошло два года, а я до сих пор не знаю, как жить дальше. Если бы я знал…

Его боль была такой же сильной, как и любовь к Кейтлин.

– Прочти ее письмо. – Джейси встала, положила письмо ему на колени и снова села на диван лицом к нему. Она наблюдала за Тревором, пока он разворачивал лист бумаги.

Сначала его лицо смягчилось, потом ожесточилось. Дочитав, он отложил письмо в сторону и пригладил рукой влажные волосы. Глубоко вздохнув, он пристально посмотрел на Джейси.

– Она знала, что мы будем грустить, – сказала ему Джейси и мягко прибавила: – Она просто хочет, чтобы с нами все было в порядке.

– Ну, это невозможно.

Джейси протянула ему второй конверт:

– Нам надо отнестись к этому как к шансу жить дальше и открыть ту радость жизни, которую она нам подарила.

Тревор бросил на нее мрачный и страдальческий взгляд, а потом высыпал содержимое конверта себе на колени. Рассматривая предметы, он становился все суровее.

– Нет, – наконец сказал он.

Именно такую реакцию ожидала Джейси. Она и сама сначала так отреагировала.

– Поездка на лыжный курорт? – Тревор насмешливо фыркнул. – Поездка в «Лунный свет» на три дня? Это даже не обсуждается.

– Ладно, – покорно произнесла она.

– Мы с Кейтлин познакомились на лыжной горке.

– Я знаю, – сказала Джейси и продолжила, несмотря на ярость Тревора: – Я помню, как она рассказывала мне, что случилось худшее из возможных. Что она влюбилась в лыжного бомжа.

Он едва заметно улыбнулся.

– Мы впервые поссорились, – вспоминал Тревор, – когда она узнала, что я не лыжный бомж, а хорошо оплачиваемый инженер.

– Ты был не просто успешным инженером, а известным магнатом.

– Я сделал себе хорошее имя, но я не магнат.

– Миллиардер? – мило спросила она.

Он сердито посмотрел на нее, но не стал отрицать.

– В любом случае Кейтлин злилась на тебя не потому, что ты сказочно богат и знаменит. Она сердилась, потому что ты наврал ей.

Тревор помолчал.

– Вы с ней говорили об этом?

– Конечно!

Он подумал, потом вздохнул.

– Именно после той ссоры я понял, что женюсь на ней. Она полюбила меня до того, как узнала, кто я. Меня впервые полюбили не за деньги. И я убедил ее простить меня.

– Она знала, что катание на склонах – твоя слабость.

– Моя самая большая слабость – Кейтлин.

Джейси старалась не плакать. Сегодня два года, как она потеряла лучшую подругу. Кроме того, слова Тревора, как меч, пронзили ее собственное чувство неудачи и разочарования после развода.

Грустно, что у ее лучшей подруги и Тревора не было счастливой жизни, которую они заслуживали.

Ее губы дрожали, в глазах стояли жгучие слезы.

Она взглянула на Тревора. Он явно испугался, что она расплачется.

Тревор выругался себе под нос, закрыл глаза и сложил руки на животе. Открыв глаз, он бросил на Джейси умоляющий взгляд, потом снова закрыл его.

– Пожалуйста, не надо, – прошептал он.

– Я стараюсь. – Она сильно прикусила внутреннюю сторону щеки и дважды сглотнула. К счастью, она успокоилась. – Все в порядке, – сказала Джейси чуть дрожащим голосом.

– Я не поеду в «Лунный свет», – повторил он терпеливо и со стальной решимостью.

«Лунный свет» был очень известным горнолыжным поселком недалеко от городка Банф в Скалистых горах. Тревор открыл глаза и взглянул на открытки, бумаги и билеты, которые вывалились из конверта ему на колени.

Он взял открытку и посмотрел на нее:

– Я не поеду завтра. У меня дела.

Его дела – телевизоры и игровые приставки, расставленные перед ними, – насмехались над его заявлением.

– И я завтра не поеду, – с облегчением ответила Джейси. – У меня тоже дела.