Минус два *1. Роман

Глава 1. Старец

«Боже, зачем я проснулся?!» – подумал Андрей, силясь приподнять отёкшие веки. Утро? День? Точно – не вечер. Июньское солнце ярко освещало комнату, искрясь, блестя и отсвечивая на стёклах, посуде, полировке мебели. Это было нестерпимо, и Андрей спешно прикрыл глаза. Тупая боль ржавым гвоздём блуждала где-то в недрах черепной коробки… Понятно, что уснуть уже не удастся, но снова открывать глаза, а уж тем более подниматься, вставать… О, это решительно невозможно! И тут же, совершенно некстати, резко пересохло во рту. Жажда накинулась на него засохшей промасленной тряпкой. Пить! Но вставать?! Немилосердно костеря всех виноделов «от Адама до сегодняшнего срама»1, припомнив и старика Менделеева, Андрей с нечеловеческим стоном приподнялся и опустил ноги на пол. Только после этого он заставил себя снова приоткрыть глаза, да и то лишь настолько, чтобы хоть как-то ориентироваться в пространстве. Однако даже столь невеликое маневрирование собственным телом не прошло для него даром. Комната покачнулась и стала заваливаться на бок, в глазах потемнело, к горлу стало подкатывать… «Совсем худо», – подумал Андрей и, от напряжённой работы мысли ржавый гвоздь, поселившийся в его голове, впился в правый висок. Дабы безвременно не отправиться к праотцам, явно следовало более не думать и глаз не открывать. Кое-как встав на ноги, маленькими неверными шажками он донёс своё непослушное тело до ванной комнаты. На ощупь включил холодную воду на полную громкость и присосался к крану, больно ударившись зубами о металл… О, блаженство тепловатой, хлорированной водопроводной воды! Почти утолив нестерпимую жажду, Андрей с удивлением отметил, что источник не иссяк и сунул голову под струю. Колени его томно подогнулись, а глаза приоткрылись. В ванной комнате было чудесно: темно и прохладно. Решение остаться здесь навсегда, в крайнем случае, до заката солнца, пришло естественно и неоспоримо. Как вдруг со стороны кухни раздались звуки человеческой деятельности, перекрывшие мерный плеск воды и вялое течение мыслей.

«Галлюцинация!» – решил Андрей, но всё-таки приподнялся с такого сладостно прохладного и трепетно родного кафеля, шумно вздохнул и принялся себя ощупывать. На мокром от капающей с волос воды теле он нашёл главное. Главными были трусы. «Та-ак!» – заранее кривясь перед очередным укусом головной боли, сопровождавшим любую мало-мальски выдающуюся мысль, подумал он: «Кто же там засел, ей Богу?!» Что двигало мужчиной в этот момент – неведомо. Первые ростки любопытства, возрождавшиеся в слабом ещё теле и заново формирующемся мозге? А может быть, запрограммированный от рождения страх перед снующими тут и там матёрыми натовскими шпионами? Бог весть! Однако, приоткрыв дверь ванной комнаты настолько, чтобы просунуть красный и слезящийся от непосильной работы глаз, Андрей, с упрямством, достойным лучшего применения, принялся фокусировать взгляд на кухонном столе. Спустя некоторый, никем, к сожалению, не отмеренный исторический промежуток времени, цель была достигнута, но без особого результата. То есть, стол Андрей видел ясно, но на столе, за столом, под столом никого не наблюдалось. Зато с самим столом произошла необъяснимая метаморфоза. Даже по самым скромным расчётам, он обещал быть заваленным тарелками с остатками вчерашней закуски, опустевшими немытыми рюмками, объедками, окурками и прочими продуктами бурной человеческой жизнедеятельности. Однако же, сегодняшний стол сиял нездешней чистотой, посреди него возвышалась большая миска с невероятно овощным салатом, а рядом, на подставке, отдувалась явно только что снятая с огня и накрытая крышкой сковорода. Распространяющийся со скоростью запаха аромат заставил улыбнуться даже измождённый пищеварительный тракт трагически ослабленного тела. «Неужели я умудрился познакомиться с престарелой студенткой кулинарного техникума?!» – с детской непосредственностью прикинул Андрей. Он ещё раз тщательно себя ощупал и, решив, что думать всё равно больно и неэффективно, решительно выдвинул ногу за дверь.

На кухне, прислонившись плечом к холодильнику, стоял и с интересом посматривал на Андрея мужчина, возраст которого не поддавался определению: русые волосы с сильной проседью; совсем уж седые, но весьма благообразные усы и борода; чёрные с блеском улыбающиеся глаза, окружённые множеством мелких лукавых морщинок. 50? 60? А может все 70 лет? От неожиданности Андрей рухнул на табуретку подле стола.

– Э-э-э… – хрипло протянул он, с трудом узнавая собственный голос: – Здравствуйте!

– Здравствуйте, молодой человек! – приятным, неожиданно свежим тенором откликнулся незнакомец, улыбаясь и продолжая вытирать вымытую до блеска рюмку невесть откуда взявшимся чистейшим полотенцем. Голосовые связки Андрея совсем уже собрались восстановить временно утраченную работоспособность, но мозговых импульсов не поступало. Ни одного! Пауза затягивалась. К счастью, на помощь пришёл гость: – Я тут похозяйничал немного. Подумал, что Вам утром, ну собственно, уже днём… будет трудновато. Да и организм потребует оперативного вмешательства.

Незнакомец поставил перед Андреем рюмку, достал из недр холодильника запотевшую бутылку «Столичной», быстрыми и точными движениями нарезал несколько ломтей мягчайшего, даже на вид, чёрного хлеба. В довершении действа, он снял крышку со сковороды. Оттуда выглянула румяная картошечка с золотистым лучком и грибочками. Рюмка была налита, Андрей только мотал в недоумении головой, и вдоль, и поперёк, и по кругу…

– А Вы? – прохрипел он.

– С удовольствием! – вторая рюмка появилась на столе и наполнилась в мановение ока. У ещё пять минут назад полуживого Андрея слюнки были готовы потечь изо рта.

Ах! Содержимое рюмки упало внутрь содрогающегося чрева. Но горячая картошечка, грибочки, сочный салатик сделали процесс мягким и чрезвычайно приятным. Вторая доза легла уже на специально подготовленное место…

– Спасибо! Это просто замечательно. Но, извините… – заговорил Андрей окрепшим голосом.

– М-да, я так и предполагал… – продолжил незнакомец. – Однако выпиваете, молодой человек!.. Меня вчера пригласил Станислав.

– Стас?

– Именно. Вас зовут Андреем, а меня…

– Воланд?! – выпалил Андрей и поперхнулся самым маленьким грибком.

– Эка Вы задвинули, ей Богу! Начитаетесь книжек, и мерещится всякое. Зовите меня просто Вадим Аронович.

– Угу, – произнёс Андрей, прокашливаясь, – и…

– Боже милосердный, да Вы совсем ничего не помните?! – ахнул гость. – Я снял у Вас комнату на полгода. Вон там, на полке лежит задаток.

– Комнату… На полгода? Класс! – пробормотал хозяин квартиры и посмотрел на полку, где и вправду виднелись краешки купюр. Как мало человеку надо, чтобы почувствовать, что жизнь налаживается!

За последний год в жизни Андрея произошло несколько событий, изменивших её до неузнаваемости, причём не в лучшую сторону. Сначала жена уехала жить к своей маме. Не то, чтобы семейные отношения полностью зашли в тупик. Они стали обременительными для всех. И сил, желания, любви для того, чтобы осмыслить, сделать выводы, смазать и заново запустить тонкий механизм взаимоотношений близких вроде бы людей, не хватило ни у него, ни у неё. Андрей приезжал в гости к тёще, жене и десятилетней дочери один-два раза в месяц. Разговаривали, смеялись, обсуждали новости… А вечером Андрей уезжал домой, без тоски и сожаления. Одиночества он не испытывал. Когда неподъёмными булыжниками наваливались воспоминания, обязательно приходил кто-нибудь из друзей со своими новостями, проблемами, эмоциями, бутылками… Выпить Андрей любил, но не часто, с хорошими людьми и под хорошую закуску. К сожалению, общение с друзьями редко позволяет решить проблемы, а после бурного, пусть и радостного, веселья непременно наступает похмелье…

С появлением в его квартире Старца, как он сразу обозначил квартиранта, жизнь Андрея снова сделала крутой вираж в неведомую сторону. Лишь единожды ещё собралась у него привычная весёлая компания, в которой Вадим Аронович вовсе не выглядел лишним, но… Впоследствии друзья уклончиво поясняли, что им неудобно беспокоить такого серьёзного и немолодого мужчину своими загулами. Андрея стали чаще приглашать в гости, забывая «деда», а сам Андрей постепенно привык изредка зазывать друзей в небольшие ресторанчики или кафе на необязательные праздники, дружеские вечеринки и т. п. Благо, его материальное положение ощутимо улучшилось. Помимо щедрой оплаты за проживание, Старец предложил Андрею работу. Сначала предложение постояльца было встречено со скепсисом. Андрей привык к своему НИИ, где занимался уже никому не нужной в этой стране разработкой радиоэлектроники и получал за это мизерную зарплату. Вадим Аронович, напротив, щедро платил за несложные, в основном курьерские услуги. Сначала Андрей пытался совмещать их выполнение с основной работой, затем взял в НИИ отпуск за свой счёт, а позднее и вовсе уволился…

Дед производил впечатление человека основательного, аккуратного в быту, суждениях и поступках, надёжно стоящего на своих немолодых ногах, но при этом не занудливого. Собеседником Аронович оказался замечательным. Вдвоём они частенько засиживались под рюмку хорошего коньяка до поздней ночи… В жизни Андрея появилась неторопливая размеренность, естественная для сорокалетнего мужчины, годы безумных шалостей и экспериментов которого уже позади. У близких Андрея, напротив, начали происходить бурные жизненные коллизии. Его младший брат Стас разошёлся с очень подходившей ему, казалось, женой, встретил новую, весьма напоминавшую прежнюю, молодую женщину. Он сменил работу и окунулся в нескончаемую череду пьянок и сомнительных авантюр. С братом они виделись редко… Жена Андрея неожиданно завела себе другого мужчину, потребовала официального развода, который вскоре и получила. Посиделки у тёщи стали редкими и натужными. Даже дочь, всегда приветливая с отцом и открытая до непосредственности, некстати вступила в бесшабашный подростковый период, интересы в котором не пересекаются с желаниями и мнением родителей… Андрей расстраивался по поводу близких, но Старец не давал ему горевать. Вадим Аронович любил повторять, что многое в жизни предопределено у каждого человека, что до глупости случайные события, как правило, происходят закономерно, но самые важные, ключевые решения принимает или не принимает сам человек, а дальше… Дальше жизнь покажет. Андрей осознавал, что подобные умозаключения «деда» созвучны его невысказанным мыслям и жизненным принципам.

Сильно поднявшийся уровень благосостояния позволил Андрею приобрести старенький, но бодрый «Volkswagen», весьма облегчивший его новую работу, и современный компьютер, позволявший выполнять поручения Старца по сбору, сортировке и хранению разнообразной информации. Не вдаваясь сначала в суть деятельности деда, со временем Андрей пришёл к выводу, что Вадим Аронович занимается какими-то специальными вопросами социологии и психологии, причём вхож в самые высокие круги, и к мнению Старца прислушиваются весьма солидные мужи. Уточнять у Ароновича, кем тот является по положению и званию, Андрею было неудобно. «Минимум профессор, а то и академик на пенсии, консультирующий за хорошие деньги богатых, но сирых, – рассуждал он. – Не моего ума это дело…» Новейший персональный компьютер предоставил Андрею и другие возможности. В свободное от работы время он увлёкся плодящимися с кроличьей неутомимостью компьютерными играми, в том числе и с эротическим уклоном. Новое увлечение своего помощника и квартиродателя Вадим Аронович не одобрял, утверждая, что Андрею следует искать удовольствия и удовлетворение в реальном мире и, в особенности, не уклоняться от женского общества. Тот отнёсся к этой мысли скептически, если не сказать наплевательски.

Однажды неугомонный Старец даже пригласил к ним в гости весьма миловидную особу лет тридцати пяти, представив её, как дочку приятеля. Недурная собой барышня оказалась ещё и умненькой, и они втроём провели прекрасный вечер с домашним ужином и литературно-философской беседой. Однако гостья не пробудила в Андрее эротических фантазий, он проводил её до дома на такси и только. Через неделю женщина сама, как видно по наущению деда, позвонила Андрею и пригласила выпить где-нибудь по чашечке кофе. Он не захотел огорчать ни барышню, ни Старца, и встреча состоялась… Как ему показалась, женщина ждала от Андрея решительных действий, мужских, пусть и не вполне пристойных, предложений, но так и не дождалась. Сердцу не прикажешь, а мужчине, не имеющему желания, тем более…

– У нас сегодня званый обед? Запахи слышны от лифта! – Андрей разувался в прихожей и через открытую дверь в комнату с удовольствием рассматривал как-то особенно вкусно, даже утончённо накрытый стол. Так умел только Аронович, которого хозяин квартиры уже давно незаметно даже для себя переименовал в Хароныча. Однако в глаза он не обращался к «деду» таким образом, дабы не обидеть.

– И как запахи? – хитро улыбнуться Старец.

– Изумительные! Возбуждающие аппетит и фантазию, а также внушающие жизненный оптимизм… Кто у нас сегодня будет?

– Эко тебя проняло. Мой руки не торопясь, мне нужны ещё десять минут и… Будем вкушать! И никакой не званый обед, и никого мы не ждём. У нас сегодня праздник, который касается только тебя и меня…

– Праздник? – Андрей просунул голову на кухню и с удивлением взглянул на Старца.

– Ты же не старый ещё, а память… Сегодня полгода, как я у тебя живу! – Хароныч окатил Андрея весёлыми искрами своих удивительно молодых глаз.

– Да-а?.. И правда! Полугодовщина! Ух, отметим! – отправляясь мыть руки, Андрей ещё раз глянул на стол, накрытый в комнате жильца, и снова удивился. Стол был сервирован на двоих, что вполне совпадало со словами деда, но… Хароныч всегда ставил лишний комплект приборов «для дорогого хужетатарина», а нынче третьи столовые приборы отсутствовали. Сегодня застолье обещало быть особенным, камерным, исключительным…

Пиршество удалось на славу. За первой плавно последовала вторая бутылка водки, но под дивную и обильную закуску опьянение почти не чувствовалось. Зато разговор шёл открытый и душевный. За шутками, прибаутками и обсуждением свежих новостей и милых старостей время летело незаметно. Андрей чувствовал, что самое интересное Хароныч оставил на десерт. Предчувствие его не обмануло… Восхитительно ароматный кофе пили в комнате у Андрея. По случаю праздника тот открыл припрятанную бутылочку коньяка «Courvoisier», который они с наслаждением потягивали, расположившись в креслах по сторонам от журнального столика.

– Ты ничего не надумал относительно моей просьбы? – мимоходом поинтересовался Хароныч.

– Ну-у… Думал я на эту тему, но…

– Что же, ни одного достойного кандидата для познавательного, хотя и ответственного путешествия?

– Да у меня и друзей-то настоящих трое-четверо, сами знаете… А у них семьи, дети, работа… А Ваш знакомый? Такой задумчивый… Ростислав?

– Вот именно – задумчивый. Весь в себе. Ты же понимаешь, что толку от него будет мало. Точнее совсем не будет… А ты не разговаривал со своим младшим братом? Может быть он?

– Брат? Стас? Он… средний.

– У тебя есть другой брат? – изумился Хароныч.

– Другого нет… – развёл руками Андрей.

– Вот как… Понимаю…

– Да Вы бы и сами могли поговорить с ним. Это же Стас привёл Вас ко мне полгода назад… Правда, он этого почему-то не помнит.

– Пьяный был, вот и не помнит… Не важно. Приятный молодой человек, не глупый, кажется, довольно энергичный…

– Мне тоже многое кажется, когда дело доходит до него… Впрочем, о чём тут рассуждать? Ему сейчас некогда. У него семья!

– Так он же вроде бы не женат нынче? – снова удивился Старец.

– Кажется (вот видите, опять кажется!) ещё нет, но семья есть… сегодня, – язвительно отвечал Андрей. – А завтра окажется, что и нет никакой семьи, зато послезавтра снова будет. Однозначно!

Хароныч взял паузу, задумался, наблюдая, как Андрей выпускает изо рта ровные колечки табачного дыма… Не оставалось сомнений, что тема разговора не исчерпана. И действительно, вскоре Старец вздохнул и продолжил:

– Эх… У каждого свои тараканы… Но нам это не подходит. Налей-ка ещё коньячку!

– С удовольствием! Хорош, правда?! А Стас… Не годится он для ответственного поручения… А почему – «нам»?

– Конечно, нам. Я говорил уже, да всё мимо ушей… Ты – тоже лицо заинтересованное. Дело-то нужное и важное! Для меня, конечно, в первую очередь, но и для тебя… Деньги, опять же, не малые… Мне туда нельзя, может ты?

– Ох, Аронович! Я же к Вам всей душой, но… Куда-то за тридевять земель, киселя хлебать… Мне и здесь хорошо, а всех денег не заработаешь.

– Лишними не будут… – упрямо гнул свою линию Старец. – Да и развеешься, мир посмотришь…

– У-у… Плавали – знаем… Потом это ведь надолго? Как Вы без меня?

– Ты мне здесь, конечно, хорошо помогаешь, не спорю… Но там… – Вадим Аронович умел быть настойчивым, когда того требовала ситуация: – Это особый случай! А надолго ли, от тебя будет зависеть в немалой степени. Может, ещё так понравится, что уезжать не захочешь!

– Что-то сомневаюсь я…

– А ты не сомневайся. Финансовые условия шоколадные… Эх, хорош коньячок у тебя!.. Какие условия? Так-с. В качестве аванса получишь кругленькую сумму, как всё сделаешь – три таких же кругленьких… Командировочные? Ха-ха-ха… Там будешь на полном довольствии!

– Это как же? Типа, всё включено, – усмехнулся Андрей, – или как при коммунизме?

– Почти. Банк «Last Credit» тебе известен? Нет? В тех местах он – ведущий. У тебя будет карта, безлимитная.

– Как так «безлимитная»? Неограниченный лимит кредита?!

– Почти… Чтоб ты не пугался, применим стандартную оговорку – «в разумных пределах». Хотя… Самолёт ты там всё равно купить не сможешь.

– Самолёт? Смешно! А машину?..

– Автомобиль, да хоть квартиру, если понадобится… Для начала возьмёшь в аренду. Понравится – купишь!

– А кто кредит отдавать будет? Фирма, говорите?.. Ох, что-то не нравится мне всё это… – покачал головой Андрей. – А что сделать-то надо? Конкретно.

– Вот это – правильный вопрос! – воскликнул дед. – Нужно найти человека. Необходимо найти!

– Имя, возраст, род деятельности?

– Имени я не знаю. Да-да! Возраст может быть любой, да и как он выглядит сейчас мне не известно. А вот род деятельности, как ты сформулировал, однозначно известен. Он библиотекарь или архивариус, последнее слово сейчас не в ходу, но… И знать его могут именно, как библиотекаря.

– Вот те на… – изумился Андрей. – Что у них там один библиотекарь на всех, что ли?

– А где их нынче много? Да и не до библиотек там народу, есть чем заняться.

– Курорт какой-то?

– Можно и так сказать… – задумчиво проговорил Хароныч: – Зона освобождения от здешних забот!.. Одним словом, искать следует по кодовому слову «Библиотекарь».

– Найти человека на курорте, не зная его имени и внешности… Пол тоже неизвестен, я правильно понял? По-моему, миссия невыполнима!

– Я и не говорю, что будет легко. Но, во-первых, тебя никто сильно не торопит: поиски можно и нужно вести обстоятельно. Во-вторых, буду связываться с тобой, подскажу что-нибудь дельное, а то и новая информация появится. И, в-третьих, это ещё и путешествие в мир экзотический, чрезвычайно интересный и необычный до уникальности!

– Что же такого уникального на этом курорте? – с сомнением пожал плечами Андрей. – Молочные реки, кисельные берега?

– Начнём с таких мелочей, как все лучшие напитки и яства мира, приготовленные настоящими профессионалами. Ты оценишь. Комфорт на высшем уровне! Хорошо? Ах, ещё хочешь… Пейзажи уникальные, ты таких не видел, могу поручиться. Впрочем, это дело вкуса, но развлечения!.. Ух! Даже рассказывать не стану, сам узнаешь… А какие там женщины! Учитывая твою полную платёжеспособность, оттянешься по полной. Так, кажется, нынче говорят?

– Женщины? Женщины – это прекрасно! Только… Ну их!

– Ты это что? Ты же их любишь и ценишь, или уже нет? Там и мужчины тоже… – ухмыльнулся Вадим Аронович.

– Тьфу на Вас! – скривился Андрей. – Женщин я, конечно, люблю. Но последнее время на эту любовь сил многовато уходит… И моральных, и физических. Пока настроишься, узнаешь поближе, пока разогреешься и почувствуешь, пока заведёшься…

– Да ты никак ослаб, милок? – улыбнулся «дед».

– Может и так, всё-таки уже не мальчик. Просто мне пора найти одну, которая… Ну, единственная, что ли…

– Может быть, может быть… Только не спеши. Торопиться не надо! Как говорил один мудрец: «Второй раз жениться? Да лучше я сопьюсь!»2

– А не он же говорил: «Не пью – не тянет»? Тогда я знаю этого мудреца и, пробовал его рецепты… Не помогает!

– В таком случае, тебе просто необходима эта поездка. Кстати, потенция там зашкаливает у всех!

– Прямо-таки у всех? – хмыкнул Андрей. – Не может такого быть!

– Я тебя когда-нибудь обманывал? – обиделся Старец. – Вот так-то… Кстати, медицина там замечательная, а в интимной области особенно. Здоровье поправишь по всем направлениям и, к тому же, за счёт фирмы!

– М-да… Звучит заманчиво…

– Ещё бы! – с улыбкой вальяжно потянулся Хароныч. – Полный шоколад! И всего-то надо – найти Библиотекаря и отдать ему вот этот медальон.

– Ну да, – задумался Андрей, взяв в руку и рассматривая странный выпуклый рисунок на металлическом диске, надёжно прикреплённом к очень прочной цепочке того же благородно-серого металла, – найти и передать… Почему бы и нет?.. А когда ехать-то нужно?

– Согласен? – улыбнулся Старец. – Ай, молодец! Сейчас мы за это по рюмочке, и…

Глава 2. Отель

«То ли серое небо на душу мне давит,

То ли нежности рук остро мне не хватает…

Только это не всё…»

Тэсиро

Хорошо выспавшийся Андрей открыл глаза и задумался: «Хорошо мы вчера посидели. Разговор получился толковый, неторопливый, обстоятельный. Да и выпили изрядно, а голова совсем не болит, даже странно… И ничего странного в этом нет, просто и закуска отменная, и разговор умный! Только как заснул, не помню, и что-то ещё было важное… На что-то важное я решился. Принял-таки решение, которое многое может изменить?» Андрей повернул голову вправо и понял – многое действительно изменилось. Обстановка изменилась точно. Из окна, полуприкрытого шторами, истекал тусклый, странный тёмно-сиреневый свет. Да и само окно оказалось не на своём месте… Он был не дома! «Вот тебе на! Вот тебе и не напился… Куда это меня занесло?» – Андрей попытался разглядеть что-тоещё в почти полном мраке, а затем принялся осторожно ощупывать руками незнакомый окружающий мир. Скоро его усилия увенчались успехом. Рука наткнулась на шнур, оказавшийся электрическим проводом, а на нём быстро отыскался выключатель. Висевшее над изголовьем бра осветило небольшую спальню. В неярком розоватом свете Андрей разглядел пару кресел, комод, туалетный столик и огромное зеркало напротив, в котором отражался он сам, возлежащий на кровати чудовищных размеров. Несмотря на придававшие комнате уют обои с витиеватыми узорами и прекрасно подобранные в тон обоям тяжёлые шторы, был в этой обстановке особенный дух. Андрей приподнялся и сразу обнаружил рядом, на туалетном столике, старинный дисковый телефонный аппарат и, здесь же, под стеклом, список телефонных абонентов: «Точно – гостиница! Но как?..»

Он встал с постели, надел лежавшие на одном из кресел рубашку и джинсы. Пол в комнате покрывал чистый и весьма изящный ковёр, по которому было приятно ступать босиком, в чём Андрей убедился, направляясь к двери. За ней стоял полумрак. Ощупью нашёлся выключатель, но свет загорелся за соседней дверью. Открыв и её, он оказался в совмещённой с туалетом большой ванной комнате, приятно удивившей чистотой и свежестью. Складывалось впечатление, что сантехнику здесь установили буквально на днях. Сама же ванна могла легко вместить не менее трёх желающих поплескаться в воде людей среднего телосложения. Оставив вход в ванную комнату открытым, чтобы осветить внешнее пространство, Андрей вступил во вторую комнату, оказавшуюся просторной гостиной, совмещённой с кабинетом. Отель, по всей видимости, был не из дешёвых. От этой мысли он принялся ощупывать собственные карманы и, к своему ужасу, ничего в них не обнаружил. Однако все эти мысли убежали прочь, стоило зажечься под потолком бронзовой люстре в старинном стиле. Взгляд упал на предметы, лежавшие на большом письменном столе: мобильник Андрея, сигареты с зажигалкой и, ярко блеснувшая золотом, пластиковая карточка. Судорожно икнув, он взял карточку в руки и с недоумением принялся её рассматривать. На ней обнаружились выпуклый шестнадцатизначный номер, его собственное имя на латинице, а поверху —набранная готическим шрифтом надпись «Bank Last Credit». Андрей рухнул на стул, непослушными руками достал сигарету из пачки и закурил: «Этого не может быть! Ну да, я принял решение… Согласился поехать, но!.. Уже приехал? Как?! Я же ничего не помню!.. Ну, совсем ничего! Так не бывает…»