Минус два. Просветление. Том 7. Роман

Глава 84. Старик

Пока Полина спала, Андрей размышлял, беседовал с Адой, а затем почувствовал, что его ждут в подземном тоннеле. Он засомневался в своих ощущениях, поскольку поставил столь мощную энергетическую защиту, что преодолеть её вряд ли смогли бы даже Княгини. Впрочем, проверить было не трудно. Князь попросил Аду присмотреть за Полиной и спустился в подземелье, в очередной раз поместив себя в петлю времени. Однако перестраховка оказалась излишней, в тридцати метрах от входа в домик у Вулкана посередине тоннеля застыла… Олеся. Сердце Андрея защемило, он немедленно «выскочил из петли» и обнял женщину, изрядно её напугав.

– А я решила, что ты исчез, со мной не попрощавшись, – облегчённо прошептала она после поцелуя. – Нет-нет, конечно, ты нашёл бы минутку! Но мне нужно немного больше времени и… не для объятий и поцелуев. Я должна показать тебе одно место… Быть может, это поможет тебе…

– Пойдём! – просто ответил Андрей и протянул Лесе руку.

Она не ожидала, что уговорить упрямого Князя окажется так просто, но не стала удивляться, а повела его за собой. Вскоре Андрей понял, что Хозяйка Нового Княжества изучила подземные коммуникации Ультра-Новгорода лучше его самого… Они вынырнули на поверхность в толще крепостной стены на дворцовой территории. Быстро отыскав наружную дверь, Олеся довела Андрея до маленького здания с куполом, назначение которого оставалось для Князя неизвестным. Помнится, он спрашивал о нём Аду, но та ответила неопределённо… Леся легко справилась с огромным амбарным замком, завела Андрея внутрь и задвинула засов. Князь огляделся и застыл в недоумении. Кроме голых стен в двенадцатиметровом помещении ничего не было видно. Олеся включила карманный фонарик, но и он не позволил Андрею разглядеть хоть что-то интересное. Кольцо крышки уходящего в пол люка Князь заметил лишь в тот момент, когда Леся подвела его к нему и указала рукой… Оказавшись в подземелье, Андрей открыл рот от изумления. Олеся зажгла три восковые свечи, и в их мерцании взгляду открылся грот, уходящий за пределы подвала здания. В дальней части грота плескалась вода, а в ближней, прямо на скальной поверхности стен проступили рисунки, от которых у Андрея захватило дух. Он опустился на пыльную поверхность подземелья и стал изучать каждый рисунок внимательнейшим образом…

– Ты даже не представляешь себе, Лесенька, как помогаешь мне сейчас, – чуть слышно, будто опасаясь спугнуть тишину, проговорил Князь через два десятка минут. – Как ты отыскала это чудо?

– Не знаю… – пожав плечами, прошептала Олеся. – Меня потянуло сюда несколько дней назад… И не только меня!

– Кого же ещё? – с видимым интересом взглянул на неё Андрей.

– Ксению… Мы встретились у закрытой двери. Вскоре я разыскала у Ады ключ… Нам с Ксюшей не терпелось попасть внутрь здания, и пустота нас огорошила. А потом мы нашли люк!

– Удивительная история… – со странным облегчением вздохнул Князь.

Под пристальным взглядом Олеси он прикрыл рот ладонью, прошептал что-то неуловимое, разделся и погрузился в воду. При слабом освещении грота она казалась тёмно-коричневой, но оказалась чистейшей и… ледяной! Последнее обстоятельство удивило Андрея даже больше ещё одного странного факта. Он не смог нащупать дна, как ни старался…

– Ты… молишься?! – Леся наконец-то вспомнила слово, означающее тихий шёпот, который повторил Андрей, выбравшись из водоёма.

– Тихо ты! – охнул он и… улыбнулся. – Даже мысленно не произноси это слово. «Храм», «икона», «креститься», «молиться» – эти и многие другие слова находятся в нашем мире под запретом… Во всяком случае, так было всегда…

– Вот и Ксения сказала: «храм».

Андрей прощался с Олесей недолго, но с особенным чувством. Как ни горько было Лесе осознавать, что неведомые ей замыслы Князя не предполагают её непосредственного участия, Хозяйка Нового Княжества успокоилась. Поцеловав Андрея на прощание, она задержалась на несколько минут в подземном храме. Сначала Олеся оглядела грот и наметила места для больших стационарных подсвечников, которые она вознамерилась установить здесь. А затем она нашла на стене лик удивительно светлой женщины, встала перед ним на колени и сложила на груди руки…

– Вы собрались в пеший поход вдвоём с Полиной, Ваше Величие? – не удержалась от вопроса Ада ранним утром следующего дня. Она с сомнением взглянула на два рюкзака, содержимое которых помогала собирать Андрею сама, и рассудительно продолжила: – Во-первых, гулять по Трикняжию с незрячей женщиной – небезопасное занятие. Во-вторых, не менее половины подданных знают Князя в лицо, и тёмные очки не помогут Вам остаться неузнанным…

– Затемнённые очки – новый, модный тренд! – усмехнулся Андрей. – Мне приятно, что ты беспокоишься о нас… Но, поверь мне, те сложности, с которыми нам предстоит столкнуться, пойдут во благо. Я не хочу показаться тебе жестоким и неблагодарным, но не готов на многословные объяснения своих поступков… Не могу знать, когда состоится наша следующая встреча. Придётся подождать… или не ждать вовсе. Спасибо тебе за всё!

Ада поцеловала в щёку старавшуюся выглядеть бесстрастной Полину, а затем прижалась всем телом к Андрею, словно желая передать ему своё тепло… Несколькими минутами позже она смотрела вслед удаляющейся по подземному тоннелю странной паре. Пожилой мужчина с тяжёлым рюкзаком за плечами вёл за руку молодую женщину, несущую второй рюкзак, вполне посильный ей по весу. Оба в джинсовых костюмах, удобных кроссовках и тёмных очках. Последний предмет, и в правду, в одночасье стал модным аксессуаром. Ада начала носить затемнённые очки в знак солидарности с Андреем и скоро заметила, что так же поступили многие её знакомые…

Новая идея Князя – немедленно привести Полину в подземный грот, не принесла желаемого эффекта, но дала информацию к размышлению. Поля со страхом озиралась по сторонам, хотя могла видеть только глазами Андрея. Погружение в подземный водоём едва не довело женщину до истерики.

– Мне холодно, Андрей! – выкрикивала она. – Мне страшно…

– Не бойся, я тебя согрею…

Он тщательно вытер Полину полотенцем, прижал к себе, но её продолжало трясти. Перед тем, как выбраться через люк наверх, Андрей помог женщине одеться и… тайно перекрестил её. Он мог поклясться, что Полина не видела его жеста, но автоматически взвизгнула. Подобная реакция Поли стала для Андрея последней каплей, переполнившей чашу его терпения. Выйдя из здания с подземным гротом, он достал из рюкзака фляжку с коньяком, дал Полине сделать несколько глотков, обнял её за плечи и увёл с дворцовой территории. Пользуясь петлёй времени, никем не замеченные, они благополучно выбрались из Ультра-Новгорода и двинулись на юг, к побережью Моря Мрака.

Князю давно хотелось осмотреть южную оконечность Нового Княжества. Отпустив «хвост времени», он неторопливо шёл по пересечённой местности, придерживая спутницу за руку. Первым приятным для него открытием оказались несколько водоёмов с чистой голубой водой, попавшихся на пути из города. Четыре бассейна оказались сгруппированы на небольшой площади, среди каменных развалин на берегу реки Чёрный Волхов. Руины заинтересовали Князя, но заниматься их исследованиями, имея на руках ослепшую Полину, казалось занятием несвоевременным и легкомысленным.

– Интересно, а на противоположном, правом берегу реки тоже нет проблем с чистой водой? – размышлял Андрей вслух. – В любом случае, перспектива – умереть от жажды, нам не грозит. А вот запас сигарет у меня не велик… Бросить курить? Ну, это слишком даже для Князя!

– Вы совсем не хотите меня выслушать, Мессир? – тускло произнесла Полина. – Пока мы идём, я могла бы…

– Рассказывай, конечно, – не дождавшись окончания фразы, легко согласился Андрей.

Откуда ни возьмись появившаяся покладистость отца их дочери удивила Полю, но она решила воспользоваться случаем и немедленно начала свой рассказ.

«После твоего отъезда мы с Машей зажили светло и радостно, практически одной семьёй. К рождению Томочки готовились основательно. Маша настояла на том, чтобы мы с дочкой после выписки из роддома жили в её просторной квартире. Я не сопротивлялась, но напоминала ей твои слова о полноценной семье. Мы договорились: если у Марии появится мужчина, она будет жить с ним в моей «двушке». Новые знакомые мужского пола у неё появлялись, но серьёзные отношения не завязывались. Вскоре я поняла суть проблемы: после встречи с тобой Маша надеялась встретить мужчину, хотя бы отдалённо напоминающего ей отца…

Рождение Тамары стало настоящим праздником! У нас родилась чудесная девочка – здоровая и красивая, похожая и на папу, и на маму, только светлее нас обоих. Начались годы счастья. Я не преувеличиваю! Мы с Машей опасались только одного – избаловать нашу дочь. Но капризничать и требовать особого отношения к себе – это не про нашу девочку. В отсутствие младшей сестры или брата, с пятилетнего возраста она начала заботиться о птицах и животных. Сначала появилась канарейка, подаренная дедом Вадимом, затем подобранный в подъезде котёнок, позже специально купленный для неё щенок… Вместе с дочуркой и мы с Машей становились добрее, светлее, ярче, красивее. Да-да! Мужчины искали повода познакомиться с молодыми женщинами, гуляющими с маленьким ребёнком. Но мы только улыбались… Я? После тебя?.. Потенциальные кавалеры казались мне такими смешными!.. И, как я теперь понимаю, такое отношение к мужчинам меня в результате и подвело…

Тамара росла, пошла в школу и быстро взрослела. Я стала замечать, что со старшей сестрой ей интереснее, чем со мной. С годами эта особенность проявлялась всё отчётливее. Трудно не обращать внимания на то, что дочь постоянно твердит: «А у Маши другое мнение… А Машенька говорит иначе… А в больнице у Машули куда интереснее, чем в твоей юридической конторе…» Время от времени я начинала злиться, хотя и понимала, что обижаться на ребёнка глупо… К сожалению, на этом проблемы не закончились. Как ты и предполагал, в стране началось политическое противоборство на гендерной почве. Наша, чисто женская семья начала вызывать раздражение у некоторых соседей. Редкие поклонники Марии погоды не делали. Визиты деда Вадима, тем более… Когда Маше предложили полугодовую стажировку в Англии, я страшно расстроилась – чувствовала, что без неё произойдёт крупная неприятность. Видимо, и Тома ощущала нечто подобное. Она упрашивала Марию взять её с собой! Разумеется, это было невозможно… Не прошло и месяца с отъезда Маши, как на нашем этаже появился новый сосед. В это время мне стало казаться, что мои отношения с дочкой нормализовались. Правда, в силу возраста она не сидела дома: школа, курсы в медицинском институте, подруги… Но и со мной Тамара неплохо проводила время: вечерние посиделки с просмотром и обсуждением фильмов и книг, разговоры о жизни и близких людях; походы в театр и на концерты…»

– Обо мне не вспоминали? – поинтересовался Андрей.

– Я пыталась заговорить о тебе при каждом удобном случае! – вспыхнула Полина. – Но разговоры об отце повзрослевшая дочка не поддерживала. Создавалось впечатление, что начиная с возраста созревания, она слабо верила в сам факт твоего существования, несмотря на фотографии и наши с Машей воспоминания… По этому поводу Мария вечно улыбалась и утверждала, что таким образом у Тамары проявляется подростковый нигилизм.

– Понимаю, – кивнул Князь.

– А мне было сложно это понять, – мрачно откликнулась Поля и продолжила свой рассказ.

«Крайне неожиданно в нашей жизни появился новый сосед. Тома заинтересовалась им несмотря на то, что мужчина был ей не по возрасту – всего на три года моложе меня. Денис – высокий, крупный моложавый брюнет с хорошо подвешенным языком и тугим кошельком произвёл на дочку впечатление. А вот она ему была не особенно интересна. Денис использовал Тамару для того, чтобы подобраться ближе к её маме. Увы, наша дочь отказывалась в это верить. Не слушая меня, она зачастила к нему в гости, а когда я запретила ей посещать квартиру одинокого мужчины, начала приглашать его к нам. Денис и не думал отказываться, но сначала вёл себя вполне благопристойно. Он приносил цветы и подарки для Тамары и её мамы, заводил разговоры, интересные нам обеим… От подарков я, разумеется, отказывалась, но они оставались в квартире. Приглашения посидеть втроём в ресторане мною отвергались, но пару раз к восторгу дочери мы сходили на концерты модных музыкантов… Наедине с Томой Денис предпочитал не оставаться, что навело её на определённые мысли. Дочка стала отчаянно ревновать меня к предмету своего обожания. А Денис ловил моменты для того, чтобы говорить мне двусмысленности, а затем и вполне прозрачно намекать на своё желание, познакомиться со мной ближе. Сначала я посмеивалась, но вскоре прямо отказала ему… После этого он не появлялся у нас две недели. Тамара закатывала мне истерики до тех пор, пока я не отправила её на дачу к деду Вадиму, подышать свежим воздухом во время весенних каникул. Лучше бы я этого не делала! Под каким-то дурацким предлогом Денис появился в нашей квартире на следующий день после отъезда дочери. Мои слова его не убедили…»

– Он изнасиловал тебя? – заиграл желваками Андрей.

– Да… и не один раз… Денис стал вести себя нагло и грубой силой получал то, что хотел. Стоило мне упомянуть о том, что я замужем, как он немедленно поднял меня на смех! – в голосе Полины появились нотки отчаяния… «Ты можешь дурить кого угодно, только не меня, – говорил этот хам. – Муж и отец, которого можно увидеть только на фотографиях? Томка рассказала мне, как ты кормишь её прекрасными сказками о любящем папе. Тебе не удалось обмануть даже собственную дочь!..»

«С того дня моя жизнь превратилась в сплошной кошмар. Пока Тамара была за городом, Денис приходил ко мне и требовал исполнения своих липких желаний. Когда дочь вернулась, он изменил тактику и заставлял меня приходить в его квартиру. Как? Денис заявил, что стоит мне ослушаться его, моё место займёт Тамара!.. Я звала на помощь Вадима Ароновича. Но как только он появлялся, сосед исчезал, словно по волшебству. Это произошло несколько раз подряд и, по-моему, дед Вадим решил, что я обманываю его… Отношения с дочкой разладились совершенно… Единственным человеком, который поверил мне, оказалась врач-гинеколог Ганна, которую ты знаешь, как главу феминистской организации по имени Гамма. Она-то видела следы пламенной страсти Дениса на моём теле во всей красе! Через месяц, не дожидаясь возвращения Марии, я сбежала в частный дом Гаммы, прихватив с собой Тамару, несмотря на её отчаянные протесты… Подруга и заместительница моей спасительницы – Бета первое время не отпускала нас с дочкой ни на шаг от себя… А затем приехала Маша и… тоже не поверила мне! То есть сначала она меня выслушала, но переговорив с Вадимом Ароновичем и ни разу не встретив Дениса в нашем подъезде, Мария заинтересовалась, что думает о моей истории Тамара. Представляешь, что ей наговорила наша юная дочь? Она прямо заявила, что мать отбила у неё мужчину, развлекалась с ним на всю катушку и так надоела прекрасному Денису, что тот теперь от неё скрывается!.. Ты тоже не веришь мне?!»

– Полина! – простонал Андрей. – Даже если бы я вздумал не поверить тебе… Мне дано ЗНАТЬ, что ты говоришь правду.

– Спасибо тебе! – прошептала Поля.

– Не за что… – поморщился Князь. – Но ты же не собираешься прервать рассказ на этом месте?

– Разумеется, нет… – вздохнула она и продолжила повествование.

«Вскоре Тамара достигла совершеннолетия и сбежала от меня к Маше. Разумеется, она имела полное право на выбор собственного жизненного пути. Но что она при этом думала обо мне? Тома и слышать не хотела разумные доводы, не желала понять, что оказалась со мной в обществе феминисток из соображений собственной безопасности. Она утверждала, что отвергнутая Денисом мать нашла утешение в однополой любви и намеревалась превратить свою дочь в лесбиянку! Утешение? Приходя в себя после насилия со стороны мужчины, я оказалась в постели неравнодушных ко мне женщин. Бета – дама с характером и не привыкла к отказам, но меня она добивалась искренним сочувствием и лаской. Настойчиво добивалась, но без принуждения… А в постель к мудрой и заботливой Гамме я пришла сама… Мы жили втроём, но агитировать Тамару и в мыслях не было!..

Пару лет спустя Мария смогла взглянуть на мою историю другими глазами, да и Тома, кажется, стала осмотрительнее и мягче в оценках. Постепенно наши отношения нормализовались, мы стали встречаться, общаться… К несчастью, обстановка в стране накалилась до предела. Победа в «гендерной войне» оказалась на стороне сторонников однополых отношений, в Москве, по крайней мере. Гамма занялась политической деятельностью. Будучи третьим человеком в нашей организации, и я была вынуждена принимать участие в её работе. В тот момент мне многое перестало нравиться и в наших личных, и в общественных отношениях. Для того чтобы очутиться в рядах общества, новеньким приходилось пройти через постель одной из нас, как минимум…»

– Отличная причина, чтобы оказаться в наших краях, не правда ли? – пожал плечами Князь.

– Да… – Полина задумалась. – Когда-то я уже слышала подобную фразу… не так давно, но до того, как попала сюда, к тебе. Не могу вспомнить, кто её произнёс?

– Вспомнишь, когда придёт время, – неожиданно мрачно отреагировал Андрей. – Закончить твоё повествование я попробую сам. Итак… С тех пор, как ваша организация ввязалась в серьёзные политические игры, Тамару и Машеньку ты не видела. Попытки разыскать их не увенчались успехом. А ваше «добровольное спортивное общество» серьёзно схлестнулось с аналогичным сообществом… как бы мужчин…

– Это не смешно, Мессир! – вскрикнула Поля. – Последнее, что я помню… Мы с Гаммой и Бетой едем на переговоры с этими… мальчиками…

– Всё уже позади… – вздохнул Андрей и дотронулся до женской руки. – Полина-Полина… Что же там с вами сделалось? Или ты у меня такая дура? Знаешь, я понял, что мне с тобой делать – пороть, пока не вправлю тебе мозги!

– Всё, что угодно, – без улыбки отозвалась она, – только не пытай меня… равнодушием…

– Это не равнодушие, – отдёрнул руку и холодно произнёс Князь. – Это моя… ненависть… к самому себе. Мне нельзя было впускать тебя в свою жизнь.

– Ах, вот в чём дело, – опустила голову Полина. – Ты лгал мне. Тех чувств, что я питаю к тебе с первой встречи, ты не испытывал ко мне ни одной минуты. В отличие от меня, ты не желал появления нашей дочери… Так? Но даже если сейчас ты ответишь утвердительно, я не поверю. Лучше убей меня, но не ври!

– А я и не лгу тебе, – по-прежнему спокойно, но мягче и теплее ответил Андрей и закурил. – Я предчувствовал, что за короткое счастье придётся дорого заплатить. Но тогда мне и в голову не приходило, что цена окажется столь непомерной. Оказавшись в шкуре Князя Тьмы, я многое осознал… В те прекрасные дни в Москве к тебе приходил… почти ангел, что бы там не говорил дед Хароныч. Ты зачала ребёнка от светлого существа, Полина!.. Я сдуру решил, что исполнение желания вдохнёт в тебя новую жизнь. Ты не должна была остаться в одиночестве! Я не имел права оставлять тебя, должен был что-то придумать… Но что? Как? Я не всесилен, Полина! А они воспользовались твоим одиночеством…

– Кто «они»? Ты хочешь сказать, что Денис – не стечение мерзких обстоятельств?! Но, тогда… Сейчас это не важно, – ослепшая женщина протянула Князю руку. – Если ты не хочешь убить меня здесь, тогда пойдём дальше…

Они продолжали свой путь к истоку чёрной реки, с интересом осматривая окрестности. Глядя на мир глазами Андрея, Полина не могла видеть только его самого, пока Князь не подошёл вплотную к черной жиже небольшого залива и, сняв тёмные очки, посмотрел на своё отражение. Поля ахнула и покачнулась. Она «увидела» сплошь седого, шестидесятилетнего мужчину, лицо которого изрезали глубокие морщины.

– Что с тобой случилось?! – Полина принялась трясти Андрея за рукав. – Когда я видела тебя до того момента, когда… потеряла зрение, ты выглядел совсем иначе!

– Людям свойственно меняться… – пожал плечами Князь. – Не внешне, так внутренне… Не внутренне, так внешне…

– Процесс… необратим?

– Пока человек остаётся человеком, всё возможно. Только фарш невозможно провернуть назад.

– Андрей… А мы… ещё люди?..

Князь странно посмотрел на Полину и оставил её вопрос без ответа… По берегу они дошли до истока реки, остановившись лишь однажды, у голубого озера с руинами небольшого здания поблизости. В мире номер ноль река Волхов вытекала из озера Ильмень, чтобы через две с четвертью сотни километров доставить свои воды в Ладожское озеро. В сумеречном мире Трикняжия Чёрный Волхов проистекал из Моря Мрака. Берега над черной жижей здесь были неровными, достаточно высокими, испещрёнными расселинами, кавернами и небольшими пещерами.

Андрей почувствовал присутствие людей поблизости и замедлил шаг. Ментальное сканирование позволило ему сделать вывод, что в сотне метров на запад, на берегу моря, у входа в пещеру расположился мужчина с двумя женщинами. Наполовину сократив расстояние до их пристанища, Князь остановился, присел прямо на землю, усадил Полину рядом и разъяснил ей обстановку.

– Туристы? – удивилась она.

– Хиппи, – усмехнулся он. – Эта троица приехала в Новое Княжество на давно закончившийся шестидневный праздник, но решила не возвращаться домой. Жить и работать в Ультра-Новгороде они тоже не захотели, а поселились здесь. Отдыхают в своё удовольствие…

– Как же они живут? – недоумевала Полина. – Чем питаются?

– Чистая вода поблизости имеется, а пищу они готовят самостоятельно, – пожал плечами Андрей. – Объяснять долго, сама увидишь…

– Ты планируешь познакомиться с ними?

– Конечно. Не зря же мы оказались рядом?

– Да, – задумчиво кивнула Поля. – Я помню, что ты не веришь в случайности… И кем же ты представишь меня и себя?

– Бывшим Вершителем, например… – усмехнулся Андрей. – Выжившим из ума стариком, путешествующим по Трикняжию со своей рабыней.

– Рабыней? – переспросила Полина. – Значит, Ада оказалась права…

– Нет, – оборвал её Князь. – Ты спросила, кем я тебя представлю. Мой ответ тебя не устроил? Придумай другой, свой!.. Я нарушил закон – украл Испытуемую, не дождавшись окончания её Испытания. Вероятно, тебя не хватятся, но… Кем ты желаешь предстать перед незнакомцами? Незрячей Графиней, ничего не смыслящей в сумеречной жизни? Дамой из свиты Князя, которая бродяжничает в компании седого старика?

– Нет-нет… Просто я ничего не понимаю. Кто я? Что я делаю рядом с тобой? Ведь я не нужна тебе…

– Знаешь… Я сейчас сам себе не нужен, а ты… Вероятно, тебе на роду написано терпеть от меня… И, тем не менее, мы едва начали своё путешествие, а ты уже всё решила, и за себя, и за меня…

– Путешествие?!

– Долгое и странное… Оно и покажет, кто ты и кто я теперь.

Андрей поднялся на ноги, но Полина остановила его.

– Постой! Ты сказал, что представишь меня рабыней…

– Ах, да, – вздохнул Князь и полез в карман рюкзака. – Если недостаточно слова, можешь надеть на шею этот ремешок.

– Он такой же, как у Катрины? – интонация фразы оказалась столь странной, что Андрей не разобрался в гамме чувств женщины. – Тётя Катя рассказывала о Ритуале…

– Да ну?

– Да, – уверенно кивнула Полина. – А мне ты просто сунул в руки ошейник?! Для нашего похода нужна «как бы рабыня Поля»?

– Ритуал – это таинство, пусть и тёмное, – раздражённо ответил Князь. – Оно не может происходить без серьёзной причины… Какая ты рабыня? Достаточно того, что ты – моя ослепшая… жена.

– Я – твоя жена? – ахнула Полина.

– Ты забыла как, благодаря стараниям Вадима Ароновича, выглядит твой паспорт? Разве в нём имеется запись о разводе?

Андрей понимал, что Полина, пусть и считает себя преступницей, обижена на него, но ничего не мог поделать с собой. Он не мог соединиться с ней, несмотря на то что перед ним стояла красивая, стройная брюнетка, вызывающая желание физической близости…

Через несколько минут ходьбы, глазами Князя они оба увидели трёх людей, сидящих за импровизированным столиком рядом с входом в пещеру. Люди были босы. Мужчина носил джинсы и рубаху всех цветов радуги. Женщины щеголяли в сногсшибательных нарядах из цветных лоскутов… «Мир вашему дому!» – крикнул Андрей издалека. «Хозяева дома» растерялись и напряглись. Но хорошенько рассмотрев пару в джинсовых костюмах, мужчина поднялся навстречу и протянул Андрею руку: «Мы будем рады добрым гостям!»

Вскоре вся странная пятёрка сидела у входа в обжитую пещеру. Люди пили самогон, закусывали его гречневой кашей с говяжьей тушёнкой и хлебом, разговаривали, смеялись. Хозяева называли себя английскими именами. Красавец-брюнет Элвис – высокий голубоглазый мужчина лет тридцати пяти. Мэрилин – эффектная двадцатипятилетняя блондинка с богатым бюстом. Тридцатилетняя Джейн производила не столь яркое впечатление, несмотря на красивые тёмно-рыжие волосы и прекрасные синие глаза. Именно она показалась Андрею интеллектуальным центром компании. Полина назвалась собственным именем. Андрей назвался «Стариком», что вполне соответствовало его облику и не вызвало удивления у новых знакомых.