Блондинка с пистолетом

Глава первая

Ночной шоу-разгуляй в самом разгаре. Кислотная музыка, лазерная светокакофония, народ медленно, зато уверенно становится на уши. Таблетку под язычок или порошок в ноздри – и вперед, колбаситься в чумовом танце. «Колесами» и кокаином Лариса не увлекалась, но и ее тоже тянуло на танцпол. Не так чтобы очень уж сильно, но дать нагрузку застоявшимся мышцам было бы неплохо. Только у нее сценарий, и она должна была восседать на высоком крутящемся стуле за стойкой бара и томным взглядом обозревать публику в поисках крутого сэра с крепко накачанным бумажником.

Сценарий есть, а вот плана как такового нет. Сегодня она проводит что-то вроде исследования на тему: «Поведение мужского индивидуума с пониженной социальной ответственностью по отношению к сексапильной особи противоположного пола в условиях клубной распущенности». Говоря проще, у нее сегодня свободная охота, и ее задача – вызвать на себя огонь полового агрессора. Она – агент женской сексуальной безопасности и в интересах службы готова рисковать не только жизнью, но и своим телом. А тело у нее, надо сказать, роскошное. Мужики пялятся на нее во все глаза, но что-то пока не находится желающих составить ей компанию. Вернее, желающих и озабоченных полным-полно, только вот смельчаки пока отдыхают. Как всякий огонь, женская красота не только притягивает, но и отпугивает. А Лариса могла по праву называться сногсшибательной красоткой, огонь ее обаяния на редкость яркий и обжигающий. Потому и боятся мужики опалить крылышки своего самолюбия. Не всякий может вынести такое унижение – получить от ворот поворот. Но это для людей с нормальной психикой. А маньякам и всяким там безбашенным мачо все равно. Эти атакуют нагло и бесповоротно, только таких пока не наблюдается. Но, как говорится, еще не вечер. Бал в самом начале, и свечам еще гореть и гореть…

Лариса физически ощущала, как стекают по ней мужские взгляды. А источник самого сильного и раздражительного излучения находился в непосредственной близости. Это был безусый отрок, чья худая плоская задница полировала барный стул по левую от нее руку. Юный сосед механически цедил через трубку дешевый коктейль и бессовестно пялился на соседку. Его липкий взгляд реверсировал по маршруту «лицо – ноги». Это было просто невыносимо.

– Прием у окулиста завтра, с десяти до четырнадцати ноль-ноль, – небрежно бросила она в его сторону.

Пауза.

– Что-что? – Наконец-то до юнца дошло, что фраза была предназначена персонально для его ушей.

– Глаза сломаешь, говорю.

– Чего?

– Я смотрю, тебе еще и уши проверить надо. Да, еще и к андрологу загляни, может, тебе консультация нужна.

– Какой андролог?

– Специалист по мужским проблемам. Ты хоть еще и не мужчина, но проблемы у тебя есть. Сколько раз в день мастурбируешь?

– Что?! – Отрок стал красным, как помидор.

И дурак бы понял, что Лариса задела его за живое.

– А ведь мастурбируешь. У онанистов волосы между пальцев растут.

– Волосы? – очумело протянул юнец и поднес к своим глазам растопыренную пятерню.

– Что, не растут? – хмыкнула Лариса. – Значит, ты еще не профессионал. Ничего, у тебя еще все впереди. Шел бы ты, а?

– Куда? – с идиотским видом спросил он.

– А туда… Повышать уровень профессионального мастерства. Я же всего лишь жалкое подобие твоей левой руки, а ты время на меня теряешь…

– Коза! – вспылил отрок.

Но продолжения не последовало. Потерянный и обескураженный, он сполз со стула. Лариса не стала провожать его взглядом. Категория юных рукоблудников ее не интересовала. Эти типы представляли опасность только для неодушевленных красоток с глянцевых фото эротических и порножурналов.

Не прошло и минуты, как место подле нее занял половозрелый крендель с наглым прищуром.

– Привет! Скучаем? Жизнь не в кайф? А как насчет повеселиться? – Он с ходу обрушил на нее град вопросов.

Лариса скользнула по нему пренебрежительным взглядом. Всем своим видом она давала понять, что этот парень заинтересовал ее не более чем на ноль целых три десятых процента, и то со знаком минус. Хотя на самом деле он был достоин куда большего внимания.

Одет он был прилично – добротный летний костюмчик, дорогие часы, золотая печатка, модная прическа. Все в стиль и в цвет. Только вот фейсом паренек явно не удался. Грубые черты, поросячий нос, маленькие глаза. Видимо, не в ту очередь встал, когда Создатель смазливые лица раздавал. Зато часики урвал… Но, похоже, его нисколько не смущало несовершенство собственного фасада.

Недостаток внешности он компенсировал наглостью и нахрапистостью.

На Ларису он смотрел так, будто она уже выписала ему пропуск в свою постель. Он уже строил далеко или, вернее, глубокоидущие планы. И, возможно, даже не подозревал, что его ждет такое же глубокое разочарование. Поэтому пока что ухарски улыбается. Но его настроение резко изменится, когда Лариса даст ему понять, что ее «шапка» не по его «сеньке». Вот тут-то и вылезет наружу вся его скрытая половая агрессия. Того-то Лариса от него и ждала… Да, она сексуальный провокатор, но что поделаешь – работа такая.

– Чего скучаешь, спрашиваю?

Свой вопрос он сопроводил легким хлопком по ее плечу. Или у него с хорошими манерами большие проблемы, или он таким образом хотел ее взбодрить, но в любом случае Ларисе это не могло понравиться. Она едва сдержалась, чтобы не пнуть его в ответ.

– Скучаю, потому что ты здесь, – недовольно поморщилась она. – Как только ты свалишь, мне сразу станет весело…

– Я не понял, ты что, меня гонишь? – От возмущения парень изменился в лице.

– Если ты не понял, я тебе ничем помочь не могу. Я тебе не справочное бюро…

– Грубишь, подруга.

– Я тебе не подруга.

– Слушай, я чего-то не пойму, ты сюда зачем пришла, сниматься? Так вот я тебя снимаю. Чем ты недовольна?

– Если я снимаюсь, то не в твоей картине. Ты не мой режиссер.

– А я не режиссер. Я это, типа продюсер. В смысле спонсор… Слушай, ты мне нравишься. И я готов проспонсировать, э-э, наш совместный проект…

Ему явно понравилось образное сравнение собственного сочинения.

Глаза светятся, улыбка до ушей. А изо рта – амбре гнилых зубов вперемешку с запахом «Орбит» – свежая мята».

– Я в порнофильмах не снимаюсь, – съязвила Лариса.

– Зачем порнофильмы? Нормальное кино снимем, про любовь. Это, как его, лав стори, да?

– У тебя бюджета на лав стори не хватит.

– Откуда ты знаешь, какой у меня бюджет? Поехали со мной, да, я тебе покажу, какой у меня бюджет… Слушай, а может, ты конкретно снимаешься, да? Двести баксов за ночь нормально?

– Достал…

– Сейчас достану. Достану и покажу. – Парень полез за бумажником.

Похоже, он не притворяется – он в самом деле идиот.

– Ты меня достал! – оскорбительно усмехнулась Лариса.

Она нарочно шла на обострение ситуации. Этот парень не входил в разряд типичных сексуальных маньяков. Но его скрытая агрессия несла в себе угрозу для женской безопасности как таковой. И в случае, если он поднимет на нее руку, его придется обезвредить и наказать, чтобы на всю жизнь запомнил. И Лариса готова была преподнести ему такой урок.

– Слушай, ты как разговариваешь? – вскипел парень. – Ты, коза, вообще хоть знаешь, с кем ты разговариваешь?

Он стремительно терял над собой контроль. Все его дерьмо лезло наружу как на дрожжах.

– Не знаю и знать не хочу.

– А это ты зря так сказала! Это ты зря… Короче, цыпа, даю тебе один шанс. Или ты сейчас едешь со мной, или ты пожалеешь, что на свет народилась…

– Я уже жалею, – презрительно фыркнула она. – Смотрю на тебя и жалею. Жизнь таким кошмаром кажется. Ты в фильмах ужасов сниматься не пробовал?

– Ты че, ухи поела? – окончательно вышел из себя нахал.

– Я сейчас позову охрану.

– Какая охрана?! – нервно развеселился он. – Ты че несешь? Да я здесь всех построю!.. Короче, коза ты драная, даю тебе последний шанс!

– Засунь себе этот шанс знаешь куда!

Лариса запросто могла сказать что-то в этом роде. Но эту фразу произнесли чужие уста. И притом женские.

По другую руку от грубияна стояла и в упор смотрела на него брюнетка с хищным заостренным носиком. Злости в ней не было, но в глазах на всю ширину был развернут лозунг: «Феминистки всех стран, соединяйтесь!»

– А это что за чудо? – удивленно и в то же время насмешливо посмотрел на нее наглец.

– Ты сам чудо, – невозмутимо парировала дева. – На букву «м»…

– Я не понял, это что, наезд?

– Ты не понял другого, – презрительно усмехнулась брюнетка. – Не нравишься ты этой девушке. Рылом не вышел…

– Вот-вот, – улыбнулась Лариса. – Фейс-контроль не прошел…

Она не нуждалась ни в каком заступничестве. Но все же было приятно осознавать, что, помимо нее, в этом клубе есть женщина, готовая дать отпор самцу-грубияну. Феминизм – это не просто движение, это еще и образ жизни.

– А фейс – это очень важно. Хочешь сохранить свой фейс в целости, вали отсюда…

– Ни фига себе наезды!.. – ошалело протянул парень. – Ты вообще кто такая?

– Вали отсюда, тебе сказали!

Брюнетка вела себя грубо. Но и сама Лариса в этом отношении не сахар. К тому же клин вышибают клином.

– Ну вы, бабы, совсем охренели. На мужиков как с добрым утром наезжаете… А может, вы того! – паскудно улыбнулся нахал. – Это, мы не рокеры, не панки, мы простые лесбиянки, да?

– А если да, то что?

Поворот неожиданный. И неприятный. У Ларисы не было никакого желания завести себе подружку-лесбиянку. С ориентацией у нее пока что все в полном порядке, и хаоса ей не надо.

– Понятно! – развеселился парень.

– Ну, если понятно, то давай испаряйся. И живенько, на раз-два!

– А мне по уху, что ты говоришь. Сама свалила, на раз-два… Раз!..

– Два! – продолжила счет брюнетка.

Парень и моргнуть не успел, как кубарем слетел с барного стула и растянулся на полу. А ведь ничего такого, казалось бы, незнакомка и не делала. Так, просто рукой слегка повела. Но Лариса-то видела, что все далеко не так просто. Судя по всему, брюнетка знала толк в боевых искусствах. Воинственная феминистка. Или просто лесбиянка…

– Ты че, в натуре!.. – поднимаясь с пола, взвыл грубиян.

В запале он набросился на брюнетку с кулаками. О чем тут же пожалел. Молниеносная подсечка, четкий удар на добивание, и самец затих на полу. Ни шума, ни пыли. Но к месту событий уже подтягиваются крепкие парни в черных костюмах. Охранники. Но незнакомка ничуть их не боится.

Красотой она не блистала. Черты лица мелкие, лисьи, узкий нос, заостренный книзу подбородок, глазки как пуговки. Зато волосы роскошные – стрижка «каре» смотрелась идеально. И фигура у нее отменная. Длинные стройные ноги, затянутые в черные, плотно облегающие штаны. Короткий топик выставлял напоказ плоский, в меру рельефный животик. Кожа чистая, гладкая. Тонкая талия, небольшой, но высоко поднятый бюст. И запах дорогого мужского одеколона. Мужского!..

– Что здесь происходит? – строго спросил охранник.

– Уберите это барахло! – невозмутимо потребовала брюнетка.

Всем своим видом она показывала, что не потерпит возражений. Ее властный тон и непоколебимая уверенность произвели на охранников сильное впечатление.

– Где вы раньше были? – с презрительной насмешкой добавила она. – Этот баклан к девушкам пристает, а вам хоть бы хны. Или у вас только мужиков защищают? Может, это гей-клуб?

Ее издевательский тон окончательно смутил охранников. Они молча привели в чувство поверженного грубияна и куда-то его увели.

– Такие вот казусы, милашка! – усаживаясь на освободившийся стул, покровительственно посмотрела на Ларису незнакомка. – Привет, я – Нинель!

– Я тебе не милашка, – беззлобно огрызнулась Лариса.

– Да? Но выглядишь ты очень мило. Тебе, наверное, часто говорят, что ты очень красивая?

– А тебе не все равно?

– Зубки показываешь? – усмехнулась Нинель. – Показывай, показывай. Зубки у тебя тоже очень красивые…

– И острые.

– Острыми зубками ты мужиков пугай. А меня кусать не за что. В смысле, некуда…

Не так уж и трудно было догадаться, что имеет в виду эта бестия.

Вернее, вводить ей-то как раз и нечего…

– Тебе, наверное, часто говорят, что ты очень пошлая? – ей в тон парировала Лариса.

– Бывает, – насмешливо повела бровью Нинель. – Но вообще-то я не пошлая, а очень даже милая. Хочешь в этом убедиться?

– Тебе не кажется, что ты ошиблась адресом?

Такого с Ларисой еще не было. Охотилась на сексуального маньяка, а нарвалась на агрессивную лесбиянку. В принципе эти особи угрожают женской безопасности, но у Ларисы не было никакого желания связываться с ней. Можно было бы спровоцировать Нинель на сексуальное насилие, взять с поличным. Но это же курам на смех. И судьям тоже…

– Ты хочешь дать мне адресок? – томно повела глазами Нинель.

Натуральная кобла, то бишь активная лесбиянка. Ларисе было неприятно сидеть рядом с ней.

– С какой это стати?

– Ну, во-первых, мы бы могли подружиться…

– А во-вторых?

– Ну а во-вторых, вокруг столько сволочей. Это я о мужиках… Или тебе нравится, когда тебя грязно домогаются?

– А ты сама как думаешь?

– Я думаю, что нет.

– Вот и оставь меня в покое.

– Ты хочешь сказать, что я грязно тебя домогаюсь? Это вместо «спасибо»?

– За что «спасибо»?

– Как за что? Я избавила тебя от этого свинорылого козла, а ты даже отблагодарить меня не хочешь…

– Уж лучше этот свинорылый козел, чем ты…

– А чем я тебе не нравлюсь? – поджала губы Нинель.

– В том-то и дело, что ничем.

– Зато ты мне нравишься. – В ее голосе звякнули угрожающие нотки.

– А мне нравятся мужчины.

– Всем женщинам нравятся мужчины. Но девяносто процентов из них хоть раз в жизни занимались сексом с женщинами…

– Ты вот так прямо предлагаешь мне заняться с тобой сексом? – возмущенно повела бровью Лариса. – Ты вообще в курсе, что такое рамки приличия?

– В школе проходили. Но я этот урок прогуляла. Пришлось брать дополнительный урок. Училка у нас была молодая, смазливая. Она сначала показала мне свои рамки, а потом их раздвинула, чтобы показать свои приличия…

– Может, ты заткнешься? – недовольно поморщилась Лариса.

– Дерзишь, девочка! – прошипела Нинель.

– Я уже не девочка, и не надейся… Все, достала! Ищи «приличия» в другом месте, а меня оставь в покое…

– Я тебе мешаю?

– Мешаешь.

– И чем же я тебе мешаю? Мужиков снимать?

– А хотя бы и так.

– А зачем тебе мужики? Только не говори, что тебя интересует исключительно секс. Я же тебя насквозь вижу, девочка. Ты же ищешь спонсора, только не говори, что это не так… Хочешь, я стану твоим спонсором?

– Я хочу, чтобы ты оставила меня в покое.

– Не получится. Ты меня очень волнуешь, детка. Поэтому и приходится быть такой навязчивой…

– А ты не парься, крошка. Попробуй найти себе что-нибудь попроще…

С этими словами Лариса поднялась со своего места и направилась к выходу из клуба. Охота не удалась: в сети попала дичь не той ориентации, и вытряхнуть ее никак не удается. Нинель оказалась липкой, как скотч, и была только одна возможность избавиться от нее – уйти самой. Что Лариса и сделала…

Глава вторая

Будильник зазвонил ровно в шесть. Лариса по инерции соскочила с кровати, и только на полпути в ванную до нее дошло, что торопиться-то некуда. С сегодняшнего дня у нее законный отпуск. Целых полтора месяца ничегонеделания. Кайф!.. Она снова упала в постель, блаженно потянулась. Пару часов можно всласть поспать, затем она с удовольствием перенесет свое свободное тело за компьютерный стол. Кофе, жвачка, виртуальные геймы до рези в глазах. Ну, еще спортивный зал, чтобы держать себя в форме, – но и это за счастье. Так что, считай, план отпуска расписан до мелочей…

Лариса уже погружалась в сон, когда зазвонил телефон. Это был не сотовый, который лежал под рукой, трезвонил стационарный аппарат. Поэтому пришлось подниматься и тащить себя в прихожую.

– Ларка, привет! – услышала она в трубке знакомый, но уже слегка подзабытый голос школьной подружки.

– Лизка, ты точно с приветом, в такую рань звонить…

– А, понимаю, ты не одна, и он злится…

– Не угадала, я-то как раз одна-одинешенька. Но он в самом деле злится. Сон мой злится…

– Так ты спала? Отлично! Значит, у тебя отпуск! – обрадовалась Лизка.

– «Пять» с плюсом за сообразительность, и «неуд» за ранний звонок. Но я сегодня на редкость великодушная, поэтому прощаю…

– Я тоже сегодня великодушная, поэтому тебе и звоню. Я как знала, что ты одна и в отпуске! Я, между прочим, тоже в таком же положении!

– Ты в положении? Залетела, что ли?

– Дура! Тьфу-тьфу! Я тоже в отпуске, и тоже без мужчины… Ларка, как у тебя с деньгами?

– С этого бы и начинала…

– Ларка, ты чего, думаешь, я у тебя денег хочу перехватить? Нет, я просто хочу знать, потянешь ты путевку…

– Какую путевку?

– Ну не на тот свет же.

– Спасибо, утешила.

– Ларка, давай на море махнем, а?

– Я уже махнула. Рукой на это самое море махнула. Мне и в Москве хорошо…

– Ларка, у тебя что, крейзи? Какая Москва? Июль месяц, жара, миазмы, маразмы. Да отсюда бежать надо… В общем, так, ничего не знаю, а я беру на тебя путевку. Готовь тысячу зеленых!

– Сколько?

– Тысячу долларов, ты что, неграмотная?

– Я понимаю, что долларов. А за что, может, у тебя хватит духу мне объяснить?

– Еще как хватит! Значит, слушай. Пятизвездочный пансионат с полной инфраструктурой, две недели отдыха, все условия, ну, про боев я и не говорю, без них, по определению, не отдохнешь… Короче, две недели райской жизни. И всего тысячу долларов…

– А не слишком ли дешево для пяти звезд?

– Ну так это же не заграница, это наши радёмые черноморские здравницы. Думаешь, я сама не понимаю, что пять звезд – это слишком. Ну, может, одну-другую звездочку и подрисовали. Но Алка там в прошлом году отдыхала, говорит, что классно. Она там такого кекса себе нашла, он ее потом всю осень уже здесь, в Москве, по дорогим ресторанам возил…

– А сейчас уже не возит?

– Прошла любовь, завяли помидоры. И кекс тоже засох… Ну да ладно, Алка – это Алка, а мы – это мы… Ну так что, путевку на тебя брать?

– А черт с тобой, бери! – решилась Лариса.

В конце концов, Лизка права, чего париться весь отпуск в душной Москве, если есть возможность подкоптиться в лучах южного солнца.

И кексы – это не так уж и плохо. Курортный роман с классным парнем – в этом есть что-то волнующее. А если подвернется какой-нибудь урод, так это легко решаемая проблема… Лариса поймала себя на мысли, что начинает думать об отпуске, как о продолжении своей работы.

Трудоголизм – это диагноз, и от него нужно избавляться. И лучшее средство от этого – солнце, воздух, вода и полное отсутствие маньяков. К сожалению, этих особей сейчас как собак нерезаных. Но если она перестанет быть ловцом, то и зверь на нее бежать не будет. Так что есть возможность отдохнуть…

Энергичная Лизка подобрала две горящие путевки. И с билетами на поезд тоже разобралась. Взяла два люкса, триста баксов за два места.

– Дорого, конечно. Но других мест не было, только СВ, – объяснила она.

– А может, просто комфорта захотелось? – усмехнулась Лариса.

Разумеется, половина из этой суммы оплачивалась из ее кармана.

Впрочем, она не возражала. Деньги есть, так чего их жалеть?

– Ну, комфорта всегда хочется. Только я бы лучше купе взяла. С мальчиками бы поехали…

– Ага, с мальчиками. Мальчик лет пяти и папа с мамой…

– Мамы меня не интересуют. Да и папы тоже. Тем более, которые в купе ездят. А вот которые в СВ… Может, нам соседи интересные попадутся… – Лизка мечтательно закатила глаза.

Она не ошиблась. Соседей мужского пола в вагоне хватало. Два перезрелых джигита, дедушка-ветеран с малолетним внуком, два прыщавых тинейджера с ранцами и толстобрюхий дядя с пивной бутылкой в зубах. Были и женщины, но Лариса и Лизка затмевали всех. Только вот дедушку они заинтересовать не смогли, потому как на их груди не красовались орденские планки, да и по возрасту они не никак не могли быть ветеранами 3-го Белорусского фронта. Тинейджеры обратили на них внимание, но по-своему. Ларису они проводили любопытными взглядами, правда, их больше интересовала не она сама, а ноутбук, который она несла в руке. Может, у них тоже был компьютер, и они не прочь были перебросить провод в ее купе, чтобы поиграть с ней в войнушки по локальной сети. Кстати, было бы неплохо…

Пивной дядька также с любопытством смотрел на их с Лизой ношу.

Но, видимо, он не услышал звона бутылок в их чемоданах, поэтому и разочаровался в них как в потенциальных собутыльниках. И только у двух джигитов воспламенились взгляды и потекли слюнки при виде женской красоты. Но лучше бы они были слепыми или импотентами, а лучше и то и другое.

Лизка как ошпаренная заскочила в купе и, едва Лариса зашла туда вслед за ней, с грохотом закрыла дверь на защелку.

– Сейчас припрутся, – манерно ужаснулась она. – Знаешь, с чего начнут? «Девющьки, заходите к нам, да, бюдет хаш, да, бюдет немного шампаньского, да. Харашо бюдет, посидим, отдохнем, да…» Ты не поверишь, но они всерьез думают, что русские бабы за кусок хлеба продаются. По своим судят, что ли?

Едва только поезд тронулся, в дверь постучали. Лизка сначала перекрестилась и только потом открыла дверь. Но вместо джигитов увидела тетеньку-проводницу в форменном чепчике. Полторы сотни за уже постеленное белье – и счастливого пути.

– Был у меня один татарин, – закрывая дверь, сказала Лизка. – Вроде бы все нормально было. Цветы, подарки, рестораны. А потом ко мне переехал. В ванной по часу сидел, в «обсерватории» еще больше, по телевизору только футбол и смотрел. Да если б только это!

Работать, говорит, не хочу, любить, говорит, хочу. Я буду деньги зарабатывать, а он дома сидеть – манты лепить. Манты, они, конечно, вкусные. Но от них толстеют… В общем, выгнала я его… И вообще, не везет мне на мужиков. Только козлы и попадаются, один другого козлее. И не влюбишься. А говорят, любовь зла…

– А она что, добрая?

– Да она вообще никакая!.. А-а, ладно, будем надеяться на лучшее. Может, на курорте повезет…

– Ну да, курортные романы, они самые долговечные, – усмехнулась Лариса.

– И как ты угадала? Был у меня один такой романчик. Аж на полгода затянулся. Дима из Владивостока, не наездишься, так мы с ним все это время телефонным сексом занималась. Кстати, тарифы за услуги связи еще те, так мы по-кроличьи, быстро-быстро, раз-два – и оргазм. Шучу, конечно. Какой там оргазм по телефону… Ничего, что я тебя такой пакостью загружаю?

– А ничего, что я к тебе боком?

Лариса удобно разлеглась на полке. После суеты с посадкой было в удовольствие полежать немного на спине.

В дверь снова постучали. В этот раз Лизка не перекрестилась перед тем как распахнуть дверь, а напрасно. В купе втерся джигит с орлиным носом. За ним еще одно дитя гор, хлопает ресницами, как крыльями, только взлететь не может.

– Здравствуйте, девушки, здравствуйте, хорошие! – с мажорной ноты начал первый орел.

– Никакие мы не хорошие! – отрезала Лизка.

– Вах-вах, зачем так говорить, да? – придурковато засокрушался джигит. – Хорошие вы, это я вам говорю, да. И мы хорошие. Девушки, заходите к нам, да. Хаш будем кушать, да. Шампанское есть, да. Хорошо будет, отвечаю, посидим, да, отдохнем!..

Ему и невдомек, что он в точности повторяет слова, которые только что говорила Лизка. Поэтому он и не понял, почему девушки вдруг схватились за животики.

– Я что-то не так сказал? – смущенно пролепетал он. – Может, мы к вам?

– Не надо к нам! – сквозь смех сказала Лизка. – У нас хаш нет, и шампанское прокисло…

– Зачем прокисло, мы со своим?

– Знаем мы ваше шампанское. Сначала шампанское, а потом натурой расплачивайся.

– Зачем расплачиваться? – плотоядно облизнулся джигит. – Надо по согласию, тогда совсем хорошо будет, да…

– А ты кто такой будешь? – спросила Лизка.

– Я – Малхаз, да, а моего брата Шалва зовут.

– Чем занимаешься, Малхаз?

– Фирма у нас своя! – Грузин гордо выпятил грудь. – Оптовые поставки, да!

– Торгаш, что ли?

– Зачем торгаш? Говорю же, фирма своя…

– Извини, Малхаз, я спортсменов люблю. Они такие сильные. И военных тоже. Они такие мужественные. А еще индейцев обожаю, они такие напористые. Был у меня один такой герой. Мастер спорта майор Чингачгук… Ты же не мастер спорта?

– Зачем мастер спорта? Я и без мастер спорта все могу!

– А ты милиционеров любишь? – спросила Лариса.

Ее уже утомил этот цирк.

– Милиционеров?! – встрепенулся джигит. – Зачем милиционеров? Чуть что, сразу милиция!