Дочь убийцы

– Да, так оно и есть. Сначала я снимаю дамочек в постель, затем – на камеру, – проговорил парень, нахально глядя на Элен.

– А если у меня ну очень крутой папочка? Зашкварит он тебя на камеру задом наперед.

– Зубов бояться – в рот не ходить.

– Жаль.

– Мне тоже.

– Жаль, что со мной у тебя ничего не выйдет.

– Ну да.

– Нет у меня никакого папочки, – заявила Элен и качнула головой.

– Ты проститутка? – спросил Антон, внимательно глядя на нее.

– Почему это проститутка? – возмутилась она.

– Правда глаза колет, не так ли?

– Может, у меня родители?..

– Может?.. Проститутка ты. Или типа того, – поднимаясь с дивана, проговорил он.

– С тебя сто тысяч, – заявила Элен и кивком показала на музыкальный центр. – Или просто сотри все.

Может, она и проститутка, но Денис очень расстроится, если Антон сольет компромат на нее.

– Незачет, – выдал парень.

– Что незачет? – спросила Элен и настороженно глянула на него.

Не нравилось ей это зловещее затишье, на фоне которого звучал его голос.

– Не убедила и не объяснила. Зачем ты меня сняла? – Он стоял на прямых ногах и пристально смотрел ей в глаза.

– Я тебя сняла?

– Кто тебя нанял?

– Да иди ты!

– А ведь я тебе почти поверил. Думал, на ловца и дичь бежит.

– Зверь.

– Зверь – это ты, а мне нужна дичь.

– Какой же я зверь?

– Кто тебя нанял?

– Слушай, а может, ты и правда маньяк? – сказала Элен и стала подниматься.

Тут Антон вдруг схватил ее за горло и впечатал головой в подушку.

– Я не маньяк, – сказал он, наложил одну ладонь на другую и принялся душить Элен.

Она хрипела, пытаясь вырваться, но Антон лишь улыбался, насмехался над ее жалкими потугами.

– Маньяк обязательно убьет, а я могу пощадить. Если правду скажешь.

Элен и кивнула, и моргнула, соглашаясь на правду. Она прожила короткую, но очень насыщенную жизнь. С ней много всего было. Ее насиловали, убивали, стволом пистолета в ухо тыкали, нож к горлу приставляли и петлю на шее затягивали. След глубокий остался. Элен даже переживать стала, думала, не пройдет. Сейчас могли появиться синяки.

Умереть она почему-то не боялась. Ее пугало возможное объяснение с Денисом. Увидит следы на шее, заподозрит в неладном.

Антон убрал руки, отошел от нее на шаг.

– Ну ты и придурок! – откашлявшись, проговорила она.

– На кого работаешь?

– Ни на какого я не работаю.

Приток свежего воздуха подействовал на сознание женщины как свежее моторное масло на двигатель. Элен скривила губы, насмехаясь над собой. Ее напугали следы на шее, а как быть с тремя презервативами в подарок?

«Антон истоптал меня, как стадо слонов. Неужели Денис это не почувствует? Вот за что нужно было переживать», – подумала она.

– Не работаешь, значит. Ну и хорошо! – произнес он, смахнул со спинки кресла мужской халат, снял с него и сложил вдвое пояс.

– Ничего хорошего! – пробурчала Элен.

Она не пыталась бежать. Во-первых, бесполезно. Во-вторых, этим она еще больше разозлит Дениса.

– Давай, колись, кого я должен бояться? – спросил он, глядя на нее как ковбой на лошадь, которую нужно заарканить.

– Он назвался Митей, – ответила она и пожала плечами. – Сказал, что ты обидел очень уважаемого человека.

– Кого конкретно?

– Не знаю.

– Понятно.

Антон вздохнул, сожалея о своем решении. Элен ему соврала. Он должен был наказать ее за это, запросто мог убить. Достаточно было посмотреть ему в глаза, чтобы понять всю реальность такого трагического исхода. Еще Антон жалел Элен и заранее выражал ей свое сожаление.

Он ловко накинул ей пояс на шею, осталось только затянуть удавку. Тогда Элен и слова не успеет произнести. Все закончится очень быстро.

– Мотыль! – успела выкрикнуть она.

Этого хватило, чтобы удавка снова превратилась в обычный пояс от халата, который Антон стал наматывать себе на кулак. А она вдруг поняла, что сама может ударить его, причем в то самое место, которое отличает дедушек от бабушек.

Элен находилась в удобном положении и быстро выбросила из-под себя ногу. Но Антон уловил момент, ловко ушел от атаки и схватил ее за ступню.

– Это все? – спросил он.

– Что все?

– Где нож или цианистый калий?

– Зачем цианистый калий?

– Так ты же сказала, что Мотыль тебя заслал. – Он продолжал держать ее за ногу, разглядывая лак на ноготках.

Элен мельком подумала о том, что маникюр у нее свежий, показать его не стыдно.

– Какой Мотыль? Я хотела сказать, что ты ведешь себя как мотылек-однодневка. Сегодня порхаешь, а завтра все, каюк.

– Не надо меня лечить. Я знаю, кто такой Мотыль, – сказал Антон и ласково провел пальцами по стопе, рассматривая поднятую ногу по всей длине.

Он любовался открывшимися видами, но при этом готов был дернуть за ногу со всей силы, так, чтобы кости голени отошли друг от друга. После этого Антон мог отрезать ей голову.

Элен охватил животный страх.

– Я не собиралась тебя убивать! – прохрипела она.

– Нет?

– Я всего лишь должна была узнать про деньги.

– Какие именно?

– Ты ему должен, и он хочет знать, как ты будешь с ним расплачиваться.

– Я ему должен?

Антон продолжал гладить ее ногу. Его движения были мягкие, нежные. Они возбуждали женщину даже сквозь страх смерти.

– Ты проиграл шестьсот сорок тысяч.

– Где проиграл?

– В казино.

– Я не играю в казино.

– Но Мотыль сказал…

– Кто такой Мотыль?

– Как это кто? Ты же сказал!..

– Я взял тебя на пушку, – заявил Антон и усмехнулся.

От возмущения Элен дернула ногой, за которую он ее держал. Он разжал руки, и нога, лишенная опоры, устремилась вниз. Элен не успела напрячь мышцы, и пятка больно впечаталась в пол.

– Кто такой Мотыль? – спросил парень.

– А ты хорошо поройся в памяти. Может, ты кувыркался здесь с его подружкой?

Насколько знала Элен, у Мотыля не было жены, но это не исключало сердечного увлечения, над которым и мог надругаться Антон. В свой постели, перед видеокамерой.

– У него свое казино?

– Подпольное.

– Это понятно.

– Катраны, девочки, наркотики, мафия!

– Ты должна была со мной решить?

– Пока только собрать информацию.

– Значит, он сказал, что я ему должен? – ущипнув себя за подбородок, спросил Антон.

– Сказал, – подтвердила Элен этот факт.

Видимо, Мотыль не хотел посвящать ее в пикантные подробности, поэтому придумал версию, которая показалась ему правдоподобной. Антон действительно мог проиграться в казино.

Возможно, Мотыль жил с женщиной, которую считал непорочной. На самом же деле она совсем не прочь была закрутить на стороне, нарвалась на Антона и на его видеокамеру. Мотыль ненавидел ситуации, которые выставляли его лохом.

– А мог бы просто убить, – проговорила она. – Сразу.

– Мог бы?

– Легко! Если бы ты обидел его лично. Но вполне возможно, что тебе подвернулся кого-то из его дружков.

У Мотыля действительно были друзья и деловые партнеры, которые могли бы обратиться к нему за содействием. Не исключено, что он даже получил заказ на Антона. Очень может быть, что уже завтра Элен получит команду его исполнить. Тактика простая. Сначала разведка, потом нападение.

Или же Мотыль и вовсе не собирался нападать на Антона. Он велел женщине присмотреться к нему, узнать, кто за ним стоит. Может, ему интересна была сама схема, по которой тот работал. Заодно ему нужно было привести в чувство Элен, которая заплесневела, как он считал, без реального дела. Вот Мотыль и отправил ее к Антону. И ему польза, и ей не скучать.

– Будем гадать на кофейной гуще, – сказал Антон.

– Но я и правда мало что знаю.

– Ты не поняла. Я предложил тебе кофе, – сказал он и вышел из комнаты.

Элен осталась одна. Она, конечно же, могла этим воспользоваться, достать из своей сумочки яд или даже небольшой пистолет. Именно этого Антон и ожидал от нее. Где-то на шкафу находилась видеокамера, через которую он вроде бы мог наблюдать за Элен. Но на самом деле этот парень видел ее в зеркало, вмонтированное в дверцу того же шкафа. Через это же зеркало Элен и заметила его самого, но виду не подала.

Не было у нее никакого яда, которым она могла отравить Антона, как и оружия. Это его успокоило. Он действительно налил ей кофе, угостил ее сигаретой. С каким же удовольствием она затянулась.

– Как ты меня нашла? – спросил Антон, выдув дым ей в лицо.

– Мотыль адрес дал.

– Надо менять хату.

– Надо менять профессию.

– А если дела идут хорошо?

– Они уже идут плохо. Даже очень. Особенно если ты обидел Мотыля лично.

– А у него мафия?

– У Мотыля есть люди, которые могут порезать тебя на мелкие кусочки и спустить в унитаз.

– Что же мне делать?

– Не знаю.

Антон крепко задумался и не заметил, что выкурил сигарету до самого фильтра. Запахло жженым. Только тогда он выкинул окурок в мойку, выразительно посмотрел на Элен.

– Ты не должна была говорить мне про Мотыля, – не в бровь, а в глаз сказал парень.

Элен нахмурилась. Она действительно сдала Мотыля, а такое не прощается. Антон прекрасно это знал.

– Однако Мотыль ни о чем не узнает. Если ты поможешь мне, – проговорил он.

– Как я могу тебе помочь?

– Мы с Мотылем могли бы поладить. Любой косяк имеет свою цену. В денежном эквиваленте.

– Возможно. Хорошо, я поговорю с ним.

– Я могу на тебя положиться? – Он смотрел ей в глаза, как будто хотел околдовать, заворожить ее.

– Не в прямом смысле, – заявила Элен и внимательно глянула на него.

Похоже, Антон хотел повторить пройденное, а она совсем не прочь была поддаться соблазну. Элен не знала, чем закончится вся эта бодяга. Не исключено, что ей не удастся пережить грядущий разговор с Мотылем. Если так, то почему бы не получить удовольствие перед смертью?

– И в прямом тоже, – сказал Антон и взял ее за руку.

Она не стала вырываться, но заявила:

– Эй! Ты уже получил все свои подарки!

Он усмехнулся, поднялся со своего места, присел перед ней на корточки, поднес губы к уху и прошептал:

– А мы без презерватива.