Охота на авторитета

Глава первая

«Люблю грозу в начале мая…» В отличие от Тютчева Степан Круча грозу не очень-то любил. Сама по себе гроза не страшна. Так себе, пугало для слабонервных. А вот дождь – это неприятно. Особенно когда льет как из ведра. И еще за шиворот…

Пока Степан ехал в машине, ничего. А уже в Битове спустило колесо. «Волгу» повело в сторону, снесло на обочину. Машину он остановил. А что дальше? Запаска в багажнике есть. И колесо поменять не проблема. Но ведь это придется делать под проливным дождем. Не успеешь и глазом моргнуть, как промокнешь до нитки.

Машину можно закрыть и поставить на сигнализацию. И до места добраться на попутке.

Но не гиблое ли это дело ловить попутку под дождем?.. Степан посмотрел в зеркало заднего вида и вдалеке увидел микроавтобус. Что, если это маршрутное такси? Почему не воспользоваться, если есть свободные места…

Он всего лишь открыл дверцу да высунулся из машины с поднятой рукой. Этого хватило, чтобы водитель маршрутки нажал на тормоз. Степан забрал из «Волги» кейс с документами и пересел в «Газель».

Людей было мало – человек пять-шесть. Свободных мест хватало. Степан устроился на одиночном – у самой двери. Сразу за ним сидели два молодых человека. Они не обращали на него внимания. Да и ему до них не было дела. Но их разговоры…

– Да кто они такие – эти менты? Дармоеды!.. Я это, вчера иду, а ко мне один такой подходит. Харя во, задница еще больше. Документы спросил. Ну а у меня только студенческий билет. Ну он и спрашивает: «Не работаем, значит?» Не работаем, отвечаю. «Казенные деньги прожигаем?» Прожигаем, говорю. «Студенты мы, да?» Да нет, говорю, студент – только я…

– Ты ж на коммерческом учишься? Где ж ты казенные деньги прожигаешь?

– Так это ж анекдот такой, ты что, не понял? Менты работают? Не работают. За казенный счет живут? Живут… Теперь понял?

Степан в штатском. Был бы в форме, принял бы эту чушь в свой адрес. А так это беспредметный разговор. Но все равно очень неприятный.

– Теперь понял. Так то ж анекдот…

– А в жизни что, не так? Саню Гирина помнишь?

– Ну, помню.

– Так он недавно попал. Два каких-то козла в темном углу зажали, все деньги забрали да еще по голове настучали. Он в ментовку, так, мол, и так, меры надо бы принять. Ну, менты, как всегда, учудили. Кто эти двое, спрашивают. Саня плечами пожимает. А менты дальше. Адреса их, спрашивают, знаешь? Ну, Саню и прорвало – вы что, говорит, сдурели? Откуда я знаю, где они живут? Менты его за шкирку да в каталажку. Только к вечеру отпустили. Хорошо, что почки не отбили. А то это у них запросто. У них же работа «не бей лежачего»… А тех козлов даже искать не стали…

Степана так и подмывало заглянуть этому трепачу в глаза да спросить, где именно, в каком отделении это случилось. Наверняка бы тот стушевался. Потому что ничего толком не знает. Чью-то байку на язык подхватил и треплется теперь, как баба базарная…

Только Степан даже не шелохнулся. На каждый роток не накинешь платок. А потом, слухи на голом месте не рождаются. В семье, как говорится, не без урода. Особенно если семья большая и голодная. А разве в милиции сытно живут? Тысяча рублей в месяц – это что, деньги? Это даже не пособие. Скорее милостыня. Чем могло государство, тем и помогло… Платят копейку, а спрашивают на рубль. Прав у милиционеров нет, одни обязанности.

Обидно. Люди и в жару, и в мороз службу тянут, преступников отлавливают, жизнями своими рискуют, погибают. А их за это в народе хают, помоями обливают. Хотел бы Степан посмотреть на этого языкастого молодца в критической ситуации. Как пить дать, обделался бы, окажись перед лицом оборзевшего отморозка с заточкой в руке. И о «позорных» ментах в самых радужных тонах бы вспомнил. Зато сейчас он герой…

Вдруг «Газель» резко затормозила.

– Твою мать! – в сердцах крикнул водитель, выкручивая руль.

Откуда-то спереди доносился треск автоматных очередей. Степан попал под вектор центробежной силы, которая вжала его в боковую стенку салона. Но при этом он сумел глянуть на дорогу и увидел неподалеку белую «шестерку». Она стояла на перекрестке шоссейной и проселочной дорог. И преграждала путь шикарному «Ланд Крузеру». Джип намеревался выехать на шоссе. Но автоматные очереди уже остановили его, загрузили свинцом.

Водитель «Газели» развернул микроавтобус в нескольких метрах от «шестерки». И уже жал на газ. Все правильно. Крути педали, пока не дали.

Степан выскочил из машины на ходу.

Плевать, как люди относятся к ментам. Пусть менты плохие, но за чужими спинами не прячутся.

В джип угодила граната из автоматного подствольника. Вспышка света, грохот, клубы дыма. Едва ли в нем кто-то уцелел. Киллеры сделали свое дело. Сейчас «шестерка» включит форсаж и исчезнет в неизвестном направлении. Если получится…

Верный «макар» уже в руке, патрон в патроннике. Прорезь прицела через мушку совмещена с задним левым колесом «шестерки». Можно сразу стрелять на поражение. Завалить киллеров, и вся недолга. Но ведь джип расстреляли на его территории. А кто, как не Степан, заинтересован в раскрытии преступления? Куда легче выйти на заказчика через живого киллера, чем через мертвого. Поэтому гадов нужно брать живьем. Легко сказать, когда у них автомат, а у тебя всего лишь «мухобойка»… А делать все равно надо…

Степан пробил колесо с трех выстрелов. Но «шестерка» продолжала набирать скорость. Киллер вышиб заднее стекло, и на Степана уставился автоматный ствол. Пришлось швырнуть тело в сторону. Кувырок через голову, перекат. Пули взбили пыль в полуметре от Степана. Еще кувырок, снова перекат. А вот и кювет, в котором можно спрятаться. Отсюда можно и стрелять.

Но стрелять больше не пришлось. Пробитое колесо стащило «шестерку» в кювет. Но и это было еще не все. Взрыв страшной силы разобрал ее на запчасти вместе с пассажирами. Хорошо, Степан был далеко. Иначе бы досталось и ему. Ударная волна была достаточно мощной, чтобы оторвать голову. Зато не повезло другим. В момент взрыва мимо «шестерки» проезжала «Нива». Машину опрокинуло, вынесло на встречную полосу, по которой мчался тяжело груженный «КамАЗ». Только по счастливой случайности обошлось без столкновения…

Подбитый джип пылал, как факел на ветру. Однозначно, пассажиры в помощи не нуждаются. И с киллерами все ясно – и мокрого места от них не осталось. Возле «Нивы» уже копошились дальнобойщики, вытягивали из салона израненного, но живого водителя. Да-а, дела…

Степан спрятал пистолет в кобуру. И направился к маршрутке, в которой он оставил свой сотовый телефон вместе с кейсом. Нужно было срочно звонить в отдел… Дождь продолжал лить как из ведра. Но Степан этого даже не замечал.

Парень смотрел на него очумевшими от ужаса глазами. Когда его душа уходила в пятки, вместе с собой она забрала и всю краску с лица.

– Что, страшно? – насмешливо спросил Степан.

Парень кивнул. Его дружку также было не по себе. Но этот держался куда лучше. Его не трясло, глаза из орбит не лезли. На Степана он смотрел с уважением и даже восхищением.

– Свидетелем пойдешь.

– К-каким свидетелем? – выдавил из себя трепач.

– Ты же видел, как расстреливали джип. Видел, как я стрелял в «шестерку»… Все ты видел. Как взорвалась, тоже видел….

– Н-не видел… Н-не видел я ничего…

Парень усердно мотал головой.

– Вот, значит, как, – с нескрываемым презрением посмотрел на него Степан. – Как милицию хаять, так тут мы первые. Тут мы герои. А как жареным запахло, тут сразу моя хата с краю. Ничего не видел, ничего не знаю. И штанишки свои обкаканные сам просушу…

Степан мог бы продолжать в том же духе. Да только не хотелось сотрясать воздух перед этим ничтожеством. К тому же показания этого сморчка не больно-то ему и нужны. Хватало водителя и пассажира с переднего места. В отличие от этого страуса они голову в песок прятать не собирались.

– Я все видел, – сказал второй парень. – И могу засвидетельствовать, что вы использовали оружие правомерно и в целях задержания предполагаемых преступников…

Все это было сказано быстро, четко и без запинки. Так мог говорить человек с юридическим образованием.

Степан поощрительно посмотрел на парня.

– Ваша фамилия?

– Римский Юлий Цезаревич…

– Как-как? – слегка опешил Степан.

– Фамилия – Римский. Зовут – Юлий. Отчество – Цезаревич… Вы, наверное, решили, что я шучу… Если бы шутил…

Похоже, парню вовсе не нравилась эта древнеримская катавасия с фамилией-именем-отчеством. Но из песни, как говорится, слов не выбросишь.

– Адрес?

Парень жил в Битове.

– Учишься?

– На юрфаке учился.

– Закончил?

– Отчислился.

– Бывает… Где работаешь?

– Частное детективное агентство «Юлиан».

– Даже так?

– А что, плохо? Да вы не бойтесь, я вам конкуренцию не составлю. У вас свой хлеб, у меня свой…

– Да я и не боюсь… Получается, ты у нас частный детектив.

– Красиво сказано, – усмехнулся парень. – Детектив – это вы. Убийства, стрельба, расследования. А у меня так… Жена следит за мужем, муж за женой…

– И как успехи?

– Да пока получается…

– Тогда желаю удачи…

Внешне парень довольно привлекательный. Но эта сторона медали для женщин. Степану же он понравился другим. Юлий производил впечатление сильного и волевого человека. Чем-то он действительно был похож на древнеримского императора. Только при этом в нем не просматривалось никакого чванства и зазнайства. Приятный молодой человек с открытой душой и приличными манерами. Хотя при этом простаком его никак не назовешь.

Впрочем, Степану абсолютно все равно, какой он, хороший или плохой. Главное, что может подтвердить правомерность применения оружия. Короче говоря, Степану теперь есть чем прикрыть свою задницу.

Сначала прибыли гаишники. Затем появилась «Скорая». Пожарные тоже приехали. Но тушить им было уже нечего. Джип выгорел дотла вместе со всеми, кто в нем находился. А от «шестерки» осталось пустое место.

Федот и Эдик также не заставили себя долго ждать.

– Кулик оперативно-следственную организует, – сообщил Комов. – Когда-нибудь будут…

– Из ГУВД тоже будут, и из РУБОПа нагрянут, – добавил Савельев. – Уже звонили…

– Когда приедут, тогда и поговорим. А пока надо установить, кто был в сгоревшем джипе. И по «шестерке» пробить…

– Так гаишники этим занимаются, – сказал Эдик.

– А ты им навстречу. Возьми дело под контроль. Чтобы без волокиты…

– Понял…

Савельев исчез. Степан остался наедине с Федотом.

– Меня интересует один момент. Почему «шестерка» взорвалась?

– Может, гранаты рванули? – пожал плечами Комов.

– Вряд ли. Тут нужен как минимум ящик гранат…

– А если мина? Если машина была заминирована… На всякий случай заминировали. Не было бы тебя, Степаныч, киллеры бы спокойно ушли. А ты им колесо прострелил, в кювет вот загнал. И за жабры мог бы взять…

– А через исполнителей можно выйти на заказчика. Ты это хотел сказать?

– Ну да… Киллеры под колпаком были. Кто-то следил за ними. И как только машина в канаве оказалась, мину сразу привели в действие. Это ж как два пальца об асфальт. Нажал на кнопку – и нате вам результат…

– А на кнопку кто-то нажал… – задумчиво проговорил Степан.

Эта мысль уже приходила ему в голову. Жаль, что мысля пришла опосля. Надо было сразу оглядеться окрест. Где-нибудь недалеко могла стоять машина, из которой следили за «шестеркой», из которой и приводили в действие механизм самоликвидации. Надо было сразу отсканировать эту машину… Хотя винить себя не стоит. Ну, вычислил бы Степан эту машину. Ну, попытался бы ее догнать… Даже если бы он догнал преступников, пульт дистанционного управления он бы не нашел. Тут действовали профи.

Глава вторая

Майор Кораблев держался подчеркнуто важно. Как-никак, представитель отдела по раскрытию заказных убийств. Только что-то не получалось у него возвыситься над подполковником Кручей. Форсу много, а толку мало. Степану достаточно было посмотреть на него сверху вниз тяжелым, чуть насмешливым взглядом – и вся бравада с майора слетела, как пух с тополей. Хорошо, этот пух не вызывал у него аллергию. Потому разговор начался с дружеской ноты.

– Ну, что там у вас новенького? – спросил Степан.

Заказным убийством занимались все кому не лень. И Генпрокуратура, и РУБОП, и «заказники». Все они как бы на передовой. А Степан так себе, второй эшелон. Такое положение дел его не устраивало. Но он стремился быть на острие событий. И при этом не собирался оттеснять в сторону того же майора Кораблева. Лавры победителя мало его волновали. Куда важней раскрыть преступление. Не важно как, с кем-то на паях или собственными силами.

– Ну, то, что личность убитого установили, ты знаешь, – начал Кораблев.

Степан кивнул.

В сожженном джипе нашли обгоревшее тело бизнесмена Тельцова. Состоятельный господин. Свое собственное кожевенное производство, швейные мастерские, фирменные магазины. Трехэтажный дом на Глубоком озере, две виллы в Греции, несколько машин – все германского производства. И молодая жена – фотомодель по статусу и по призванию.

– И про личность в курсе, – кивнул Степан. – И по бизнесу кое-что пробили…

– Насчет бизнеса мне бы хотелось кое-что уточнить. А именно насчет «крыши»…

– Спрашивай. Отвечу.

– Насколько нам стало известно, бизнес Тельцова контролировал некий господин Сафронов…

Кораблев как-то странно посмотрел на Степана.

– Да, он самый. Между прочим, мой старый знакомый, – понимающе усмехнулся Круча. – Заметь, не друг, не приятель. А просто знакомый. И далеко не самый приятный. Но что поделаешь, жизнь нынче такая, бандитов приручать надо, чтобы не проказничали. Оттого и цацкаться с ними приходится… Я вижу, тебе интересно знать, не было ли конфликта между Сафроновым и Тельцовым…

– А то.

– Не было конфликта. Тельцов исправно платил по счетам. И для господина… гм, бандитского господина Сафронова он был тем самым золотым тельцом… Кстати, должен тебе сказать – Сафрон начал собственное расследование…

– Это он тебе сам сообщил?

– А вот этого я тебе не скажу.

– Секрет фирмы?

– Что-то вроде того… Но информация точная и лично у меня сомнений не вызывает… Так что шерше ля фам.

– Что? – не понял Кораблев.

– Ищите женщину, как говорят французы… Насколько я знаю, у господина Тельцова была молодая красивая жена. Лизой, кажется, зовут. Я бы и сам ею занялся. Да разве ж вы дадите. Со всех сторон ее окружили… Что-нибудь выяснили?

– Интересуешься?

– Еще как… Ну так что?

– А ничего. Эта Лиза рыдает дни и ночи напролет. Не выходит разговор.

– Горе может быть показным. Повод, чтобы уйти от разговора…

– То-то и оно…

– Мне тут сорока одна на ухо напела, что Тельцов не очень-то дружно жил с молодой женой. Скандалы в семье были.

– У нас такая же информация. Но это же чисто бытовые скандалы. На почве ревности.

– Кто кого ревновал?

– Жена мужа. Этот Тельцов был настоящий кобель. Ни одной юбки не пропускал…

– А Лиза? У нее с моралью все в порядке?

– Не знаю, как раньше, но в браке она вела добропорядочный образ жизни…

– Охотно верю. Но это не повод скидывать ее со счетов.

– Не повод. Тем более что после смерти мужа она наследует все его состояние.

– О! А что нам говорит статистика по раскрытию заказных убийств?

– То самое и говорит. Большая часть преступлений совершается на почве раздела имущества… Только мы пока не рассматриваем госпожу Тельцову всерьез.

– Почему?

– Слишком круто все завязано. Киллеры с автоматами, гранатомет. Самоликвидация. Слишком все серьезно. Тут действовали профессионалы. Их почерк. Или бандитская группировка. Или даже чисто киллерская… Вряд ли со своими связями Тельцова могла бы выйти на такой уровень… Нас сейчас куда больше конкуренты Тельцова интересуют. В последнее время у него появились проблемы со сбытом товара.

– Да, рынки сбыта – это серьезно, – кивнул Степан. – И конкуренты – тоже серьезно. А там, где бизнес, там и бандиты…

Но Тельцову из списков подозреваемых выбрасывать никак нельзя, мысленно добавил он. Шерше ля фам – это тоже очень серьезно.

После разговора с Кораблевым Степан собрал свою гвардию. Рома Лозовой в отпуске. Остались Федот Комов, Саня Кулик и Эдик Савельев – они и за себя, и за своего бездельничающего друга.

Степан выложил на стол папку с методическими рекомендациями по расследованию заказных убийств.

– Читай устав на сон грядущий, – нравоучительно изрек он и впился взглядом в первый лист. – Та-ак, что там у нас?.. Ага… Необходимо выяснить данные о поведении потерпевшего перед убийством… Та-ак, служебная и общественная деятельность, поведение в быту, интимные и иные связи… Вот с интима и начнем. Говорят, наш Тельцов был жутким бабником… Кулик, ты, кажется, собирался побеседовать с его любовницей…

– Уже, – кивнул Саня.

– Ну и что интересного выяснил?

– Да ничего особенного… Эта дамочка натуральная пустышка. В голове только деньги, машины, косметика, шмотки. Она и на хахаля своего лишь с этой колокольни и смотрела. Дарит подарки – хороший. Не дарит – плохой… Он уже ничего ей подарить не может. Потому она и недовольна…

– А раньше? Раньше была довольна?

– Еще как! Тельцов ей квартиру купил, машину, содержал… И не одна она такая. На своих подружек Тельцов тратился прилично. Его жена была этим очень недовольна…

– Не отсюда ли ноги растут? – риторически спросил Степан. И снова погрузился в дебри сыскной науки. – Та-ак, что там у нас дальше?.. Необходимо установить, кому была выгодна, желательна его смерть. Рекомендуется проверить, не было ли конфликтов у погибшего с лицами из его окружения. Не было ли у него завистников или конкурентов по месту работы… Так, это мы выясним… Дальше. Ага, снова любовная петрушка. Необходимо выяснить, не является ли потерпевший субъектом ревности, неразделенной любви… Снова на жену стрелки показывают… Что там еще? Не участвовал ли потерпевший в каких-либо неблаговидных действиях, дележе нетрудовых доходов, не обидел ли кого, не уличил ли кого в преступной деятельности… Может, наш Тельцов уличил в преступной деятельности господина Сафронова?

– Преступная деятельность у Сафрона на лбу написана, – хмыкнул Федот. – Поэтому Тельцов и отстегивал ему исправно, точно и в срок…

– Конфликты с лицами из окружения покойного, неблаговидные действия и дележ нетрудовых доходов… Этим сейчас наш доблестный Кораблев вплотную занимается.

– И Сафрон, – подсказал Эдик.

– Очень своевременное уточнение, – кивнул Степан. – Сафрон этого дела так не оставит. Будет рыть бивнем землю и искать свой желудь. Только как бы нам не подгадил… Кстати, Сафрон и женой Тельцова заняться может. А у него, как известно, весьма специфические методы дознания. Это нам мадам Тельцова может пускать слезы в глаза. А с Сафроном эти заморочки не пройдут. Если, конечно, Кораблев его к ней подпустит. А он может и не подпустить. И правильно, между прочим, сделает… Так, чему нас там дальше мудрые мужи учат?

– Мудрые теоретики, – с сарказмом заметил Кулик. – Кабинетные пинкертоны…

– Посмотрим, посмотрим… Вот, слушайте. Между прочим, очень интересная мысль. Читаю. Лицо, к которому обращается наниматель, не всегда отвечает согласием. Случается, что нанимателю приходится обращаться с такой просьбой поочередно к нескольким лицам. Поэтому в процессе поиска исполнителя преступления необходимо попытаться выявить всех лиц, которым предлагалась роль наемника… Возьмем за основу Тельцову. Допустим, она решила избавиться от мужа. С чего она начнет? Насколько я знаю, киллерские конторы не вывешивают объявления в газете…

– Мир не без добрых людей. Подскажут… Добрые люди, ау, где вы? Отзовитесь!

– Не отзовутся, не жди. Добрых людей искать надо. Боюсь, нам придется этим заняться…

Работа долгая и муторная. Но Степан нутром чуял, что она принесет результат.

– Рукоплескать мне не надо. И дифирамбы петь не обязательно. А вот выслушать меня стоит…

Эдик Савельев сиял как медный котелок. Похоже, принес в своем клюве важную новость.

– Яволь, мой капитан. Давай выкладывай, что там у тебя.

– Ничего особенного. Просто вышел на одно частное сыскное агентство…

– Под вывеской которого скрывается частная киллерская фирма, так? – в шутку предположил Степан.

– Не знаю, но очень может быть… Агентство «Юлиан».

– Что-то знакомое.

– Римский Юлий Цезаревич, ты его должен знать.

– Римский? Который Юлий Цезаревич?.. Ну, конечно, знаю. Он у нас свидетелем по делу проходит…

– А по совместительству – частный сыщик. Спец по грязному семейному белью.

– У каждого свой хлеб…

Степан хорошо помнил этого «римского» парня. Бывший студент с юрфака основал частное сыскное агентство и назвал его в свою честь. И это агентство, оказывается, занималось делами мадам Тельцовой. Что это, совпадение или закономерность?

– Я тут прикинул палец к носу, – сказал Эдик. – «Шестерка» с киллерами взорвалась. А как? Вроде бы через пульт дистанционного управления. А кто держал этот пульт? Римский, он же как бы рядом тогда был…

– А ведь ты прав, – встрепенулся Степан.

И тут же охладил свой пыл.

– Хотя нет, ты как раз и не прав. Этот парень на маршрутном такси ехал. В момент преступления он мог быть очень далеко от места. Это случайность, что он оказался рядом… Нет, случайность это. Случайность. Как и то, что я сам оказался в этой маршрутке… Так что ты там насчет грязного белья говорил?

– Разведка донесла, что Тельцова за мужем через этого Римского следила. И весьма успешно…

– Разведка какого ранга? ЦРУ или МИ-6?

– «Барабан-8». Или «Стукачи на службе у прогресса».

– А прогресс– это мы. Мне очень нравится ход твоей мысли. Но еще больше нравится агентство «Юлиан». Или не нравится. Ладно, на месте посмотрим…

Глава третья

Агентство – чересчур громкое название для самой обыкновенной двухкомнатной квартиры, где обитал бывший студент. Дверь открыл он сам. Без всяких вопросов. Просто взял и открыл. Но цепочку не снял.

– Вы? – слегка опешил он.

– А что, кого-то другого ждал? – пытливо посмотрел на него Степан. – Войти можно?

– Да, конечно…

Парень не стал держать их с Эдиком на пороге, впустил внутрь. Ничего особенного, квартира как квартира. Разве что одна комната отведена под кабинет. Стол, кресло, продавленный диван, книжный шкаф. Ну и офисные причиндалы – старенький компьютер, телефон, принтер. Даже факс.

– Догадываешься, зачем мы пришли? – спросил Степан.

– Догадываюсь, – кивнул Римский.

Степан внимательно смотрел на него. Искал фальшь в его взгляде.

– Ну и зачем?

– Я же прохожу как свидетель.

– По какому делу?

– Как по какому? По делу о заказном убийстве.

– А откуда ты знаешь, что убийство на шоссе было заказным?

– В джип стреляли из автомата, из гранатомета. Дураку же ясно, что это заказуха…

– А если это просто пьяная братва стволы отстреливала?

– Ну, вам видней…

– Нам-то видней. Потому мы здесь… Кого убили, знаешь?

– Нет.

Слишком быстро ответил парень. И во взгляде что-то дрогнуло.

– Сергей Тельцов, это имя тебе о чем-нибудь говорит…

– Ну а как же? Мой клиент… Вернее, не он, его жена…

– Елизавета Тельцова?

– Ну да…

– Жена против мужа, так?

– Ну а что тут такого, если жена хочет знать, с кем гуляет муж?

– И с кем сейчас гуляет Тельцов?

– Он… Он уже не гуляет. Отгулял… Его убили…

– Да что вы говорите? Кто ж это его…

– Да ладно вам с вашими подковырками, – обреченно махнул рукой Юлий. – Вы все знаете… И я знаю… Елизавета мне звонила, все рассказала…

– Зачем же тогда соврал?

– Не хотел афишировать наши с ней отношения… Но вы спросили про нее. Я понял, что вы в курсе…

– Про какие отношения ты говоришь?

– Я имею в виду деловые отношения.

– И давно между вами такие… э-э, деловые отношения?

– Да нет, я бы не сказал. Месяца три, может, чуть больше…

– Тут одна закавыка, парень. Ты нам уже один раз соврал…

– Ну так это же из деловых соображений.

– А мне плевать на твои соображения. В общем, хочу тебя предупредить. Если ты не хочешь окончательно изменить мое хорошее к тебе отношение, ты больше не должен врать. Или тебе все равно, как я к тебе отношусь?

Парень чувствовал себя виноватым. И было видно, что он мысленно проклинает себя за опрометчивость.

– Нет, не все равно, – выдавил он из себя. И потупил взгляд.

Понимает, что плохим к себе отношением может нажить кучу неприятностей.

– Тогда я хочу слышать от тебя правду и только правду… Как ты познакомился с Тельцовой?