Скрытое от взора. Часть 1

ГЛАВА ПЕРВАЯ

29 июля. Поздний вечер. Центр Астрахани.

Стояла тихая безлюдная ночь. Все звуки города поглотила темнота, и только шаги Антона Ракова разносились по улице Чернышевского. Типичная в некотором смысле улочка старого купеческого города. Узкая, без яркого освещения. Секунду назад молодой человек тенью выскользнул из ворот Персидского подворья и настороженно огляделся по сторонам.

Антон направлялся к перекрёстку, когда из-за угла неожиданно появилась чёрная тонированная «Нива». Она возникла будто бы из ниоткуда, разорвав тишину рёвом двигателя, а уже через мгновение последовал свистящий звук торможения. Из салона выскочили двое мужчин: один высокий и мускулистый, второй – его полная противоположность, маленький и жилистый. Оба в новеньких, ещё точно не имевших криминального прошлого балаклавах. Всё происходило очень быстро. Мужчины за пару шагов оказались возле Антона. Удар биты по голове прервал все потоки его мыслей: об архитектурной привлекательности центра Астрахани, о безумной, только что сделанной находке, о комичном различии телосложений нападавших. Сознание Ракова погрузилось в темноту, а его тело – в багажник.

Тюнингованная «Нива» рванула с места. Звук ревущего двигателя быстро удалялся по закоулкам города, пока совсем не стих. Где-то жалобно заскулила собака. Перекрёсток, ставший на мгновение сценой для эпизода из второсортного российского сериала, снова погрузился в дремоту.

26 июля. Утро. Астраханский вокзал.

На привокзальной площади, как всегда, была суета. Местные провожали родственников и гостей города, кто-то уезжал сам. Маршрутчики и таксисты стояли кучками – пили кофе «три в одном», смачно плевали себе под ноги шелухой от семян подсолнечника. Между глотками остывшего напитка, беспричинной руганью и семечками делились последними важными новостями. Важными только для них, естественно.

Чёрное зеркало расплавленного на жаре асфальта отражало беспощадную липкую духоту. Июль без дождей – отвратное время года. Тот самый период в Астрахани, когда кажется, что солнце выжигает всё, даже душу. Местные, впрочем, к этому привыкли. Сквозь этот прожаренный воздух, между палящим светилом и размягчившимся асфальтом, удивительно лёгкой походкой шёл Антон Раков. Блогер только что сошёл с поезда. В городе он был впервые и по делу.

Идя вдоль здания вокзала, парень копался в среднего размера спортивной сумке. Его правая кисть была замотана эластичным бинтом. Травма особого дискомфорта ему уже не доставляла. Тем не менее именно правой рукой он аккуратно придерживал край сумки, а вот левой активно рылся внутри. Среди немногочисленных вещей наконец-то нашёлся его главный инструмент – видеокамера. Отработанными, уже машинальными движениями Раков откинул маленький мониторчик. Нажал кнопку записи. Направил объектив на себя, точно зная, какой ракурс будет сейчас пойман. Словно по щелчку сменив выражение лица на дежурное дружелюбное, он заговорил медленно и уверенно:

– Всем привет, на связи Антон Раков и канал «НЕЧТО УЖАСНОЕ». Странные запахи и зловещий вой собак по ночам – явный признак потусторонних сил. Древние артефакты, тайные подземные туннели. Астрахань безумно интересна. Тут легенды старинного города переплелись с современной реальностью. Люди здесь добрые и гостеприимные, так утверждают побывавшие здесь. Но нечто ужасное скрывает это место, и мы дадим бой всем секретам…

Антон сделал небольшую паузу. Профессиональная привычка. Когда наговариваешь текст на камеру, лучше после окончания повествования ненадолго замолчать и продолжить смотреть прямо. Мелочь, которая очень помогает во время монтажа. Не надо ловить момент для склейки. В эту же паузу можно прикинуть, всё ли правильно сказал.

– Так, вроде сойдёт, – вслух рассудил Раков и опустил камеру. И уже не глядя, нажал кнопку выключения. Быстрый натренированный взгляд Антона стал искать, с кем бы из местных – для дела и забавы ради – записать интервью, чтобы вышло что-то типа ненавязчивого разговора. В голове у него почему-то заиграла песня группы «Технология» «Нажми на кнопку, получишь результат…»

– Добрый день! Простите… – Антону не спешили отвечать. Мужчина сидел в наушниках и даже не смотрел в сторону приезжего. И обратил на него внимание только после демонстративно театрального кашля Ракова.

– Чего?

– Подскажите, если не сложно, как мне добраться до гостиницы «Сюрпризная».

Местный почему-то еле заметно улыбнулся, когда услышал название гостиницы. И тут же, не раздумывая, ответил:

– Такси возьми и не парься.

– Пум пурум, – пропел Антон. – Тут такое дело, я привык пользоваться общественным транспортом.

– Чем?

– Общественным транспортом! – с какой-то вдруг появившейся резкостью повторил Раков. Возможно, от усталости с дороги. – Трамваи, троллейбусы, автобусы на худой конец…

– А-а-а-а-а, ты из этих, из просвещённых, – местному явно не понравился резкий тон назойливого парня, и он выразил своё недовольство тем же манером. – Понаехало туристов! Что ж сразу на рыбалку-то не умотал? Минуя город… – мужчина выпалил ещё пару стандартных недовольств и полез за сигаретой. Прикурил, сделал пару тяг. Раков решил безмолвно постоять и дождаться неминуемого продолжения. Какой-то реплики, которая точно должна последовать вот прямо сейчас.

– Короче, попробуй лучше наше местное развлечение. Ща идёшь на остановку, вон туда, ловишь маршрутку и едешь до своей гостиницы…

– Хм, спасибо. Попробую. – Антон понимал, что резкость его была беспричинной, и решил как-то выруливать ситуацию. – Может, какие-то достопримечательности посоветуете?

– А загуглить не судьба? – мужик продолжал злиться и курить.

– Так вы ж лучше гугла, точно, – лесть работает всегда. – Может, что-то необычное в городе у вас есть? А?

– Кремль посмотри… – лёд пока не растаял.

– О, круто! Обязательно посмотрю. Очень интересно посмотреть, какой он у вас необычный, – сквозь приветливую улыбку, пусть и не специально, но ехидничал Раков. Как там говорят: всяк кулик своё болото хвалит. В данном случае: всяк небольшой город свой кремль хвалит. Если, конечно, он у него есть. По версии астраханцев, кроме кремля достопримечательностей больше и нет никаких.

В итоге, видимо, природная харизма Антона и какое-то необъяснимое умение располагать к себе людей наконец-то сработали. Наигранная заинтересованность белокаменной крепостью стала решающей.

– О, тут, эт, дуб ещё есть, – память начала подкидывать мужчине и другие исторические объекты города. – Его вроде как Пётр Первый посадил. Он недалеко. В него ещё молния шарахнула, в 60-е, кажется, батя рассказывал. Уже не помню подробностей.

– Ну вот! А вы говорите, загугли. В интернетах такого не найдёшь. Спасибо! – Раков развернулся и пошёл прочь от собеседника. Заканчивать подобные разговоры он не умел. Когда-то давно он переборол в себе страх случайного общения с людьми, но не до конца. А сейчас очень хотелось выйти из беседы победителем и чтобы разговор не затянулся рассуждениями о погоде и власти. Раков бодро зашагал в сторону остановки. – А номер маршрутки какой? – бросил блогер уже через плечо.

– На них всё написано, главное, прочитать успеть…

Ракова ответ уже не интересовал… Всё, что он услышал от местного, было уже прочитано им при подготовке к поездке. Хотя, надо признать, заметка про дуб, посаженный Петром Первым, Ракова порадовала. Значит, мифы и городские легенды в народе ещё живут.

Раков, не останавливаясь, достал телефон. Кликнул по приложению любимой соцсети и начал записывать видео-сторис. Иногда он так делал. Без обработки и субтитров. Горячий привет подписчикам. Свою лень Антон оправдывал фразой «у меня такой формат, фанатам нравится». Хотя сейчас у его блога были не самые лучшие времена. И надо было бы стараться побольше. Преданные подписчики были всегда, но роста в целом никакого. Раков страдал от нереализованной мечты стать мегапопулярным. Но для этого нужно чем-то стрельнуть. Одним роликом хотя бы – но по-настоящему. Все нынешние достижения его не зажигали.

Секунду разглядывая своё лицо в экране телефона, Раков заговорил:

– Все-е-е-е-ем привет, ребятки. Я в Астрахани! Южной, колоритной и, надеюсь, очень мистической. Мне так не терпится окунуться в новые съёмки, поэтому запланировал себе кучу дел.

Стоп запись. Опубликовать. Начать новую запись.

– Начало я уже запилил, кстати. По плану ещё пара локаций и встреча с одним из героев – моим фанатом и настоящим почитателем моего творчества. – Блогер сделал небольшой зум, чтобы в кадр попал мужчина на лавке. Тот, с которым он только что говорил. – Не то, что этот вот, – небольшая театральная пауза. – Ну что, поехали разгадывать все тайны этого городка?..

Стоп запись. Стикер голосования: да/нет. Опубликовать.

Ускорив шаг, Раков уверенной походкой отправился навстречу приключениям. И не слышал, как мужчина на скамейке, глядя в спину гостю региона, нервно подытожил:

– Эти блогеры все дебилы как один…

29 июля. Ближе к полуночи. Где-то.

С трудом вырываясь из глубин бессознательного состояния, Раков медленно открыл глаза и – ничего не увидел. Полнейшая темнота. Он поморгал. Только маленькие еле заметные полоски света сверху и снизу. Секундная паника, что зрение потеряно, сменилась осознанием того, что на глазах повязка. Раков медленно пошевелился, на всякий случай. Тело затекло от неудобной позы, но он его чувствовал. Полностью.

Неизвестный совсем рядом что-то перемещал и говорил вполголоса. Неразборчиво. Антон интенсивно поморгал, пошевелил веками, поморщил лицо. Наконец неплотная повязка сместилась, и он смог разглядеть окружающее его пространство.

Самый обыкновенный железный гараж. Металлические стены, окрашенные в серый цвет, ремонтная яма, закрытая досками. Масляное пятно на бетоне покрылось пыльным мхом. Гараж сняли недавно, и пустовал он без дела долго. Сняли точно не для хранения машины, а для цели, сейчас вполне понятной: держать Ракова на стуле связанным и допрашивать. Только вот зачем? Кому это нужно? Он же не какой-то либеральный журналист. Денег в долг большими суммами не брал, на злых и серьёзных дядек ничего не клеветал. Так, снимает развлекуху с претензией на мистику. Потому Раков сделал вывод самый очевидный – происходящее с ним в Астрахани в последние четыре дня не просто чертовщина и набор случайностей.

– Эй, глянь, он, кажись, очнулся.

Неизвестный подошёл сбоку и ткнул блогера в плечо.

– Ай…

– О-о-о-о-о, живой.

Раков, покрутив головой, настроил свою смотровую щель. Перед ним стояли двое мужчин. Один крепкий и высокий, второй маленький и щуплый. Оба всё так же в балаклавах. В голове Ракова сами собой всплыли два астраханских словечка: амбал и жидрик.

– Включи камеру, – сказал Амбал, то есть тот, что был большим и мускулистым.

– Ладно, ладно, – с неохотой ответил Жидрик, то есть щуплый.

– Может, объясните, что тут происходит? – захрипел Раков.

– Заткнись! – рявкнул Амбал. – Ну, что там? – обратился он уже к Жидрику.

– Всё, запись пошла…

– Значит, так. Давай ещё раз попробуем. Сейчас по порядку, без воды, рассказываешь, что делал, где был и так далее. Понял? – скомандовал Амбал. Крепышу явно нравилось играть в похитителя, а вот Ракову в пленника – не очень.

Антон окончательно пришёл в себя. И тут же встрепенувшееся сознание подкинуло сцену, которая, судя по всему, произошла не так давно. Было примерно такое же повествование. Раков стал задираться. Жидрик орал что-то, наверное, по-казахски. Явно ругался. Амбал отвесил смачную пощёчину. И Антон второй раз за ночь потерял сознание. Может, поэтому его сейчас так сильно мутило. Сотрясение мозга обещало стать своеобразным сувениром из поездки.

– Так, ребятки. Давайте без побоев, а то я тут только слюну смогу пускать.

– Ты приехал в город четыре дня назад, – не поддавался Амбал.

– Ага. Сначала я решил поговорить с кем-то из местных…

– Что дальше? Давай уже по делу! Хрен с ним с этим разговором.

– Да хорошо, я и так стараюсь, меня, блин, не каждый день похищают… – Раков выдержал небольшую паузу и заговорил. – А вы знали, что в 1722 году вместе с императором Петром I в Астрахань прибыл Ефим Никонов? Любимчик царя и изобретатель первой русской подводной лодки. Его «Потаённое судно» все при этом считали шарлатанством. По тайному велению государя Ефим проводит исследования дна Волги в окрестностях города. В первое же погружение ему открылось нечто невообразимое…

Раков не успел договорить. Тело обожгло ледяной водой. Это Амбал, недолго думая, схватил приготовленное ведро и плеснул в пленника.

– Э, ты чего творишь, – возмутился Жидрик.

Раков жадно глотал воздух. Он не захлебывался, скорее, от неожиданного холода сжались лёгкие.

– Аххаха, круто!!! – вдруг развеселился Амбал. – Всегда хотел попробовать!

– Мужики, хорош!!! Что за стэндфордский эксперимент местного разлива, а? Вы чё устроили?

– В натуре, ты чё устроил? – Жидрик попытался толкнуть Амбала, но скорее сделал больно себе. – Ты фильмов пересмотрел, что ли?

– Ой, не разводи панику. Пусть всякую херню не городит. Я тут всю ночь зависать не собираюсь.

Амбал подошёл к Ракову и замахнулся для удара. Но остановился. Видимо, и сам понял, что слишком уж в роль вжился, и это до добра не доведёт.

– Блогер, вещай, как умеешь! С начала и дальше всё, как было. И давай без воды… – Амбал заржал во весь голос. – Без воды, ахаха. Смешно. Понял, да?

Кроме Амбала никто не смеялся. Жидрик почесал голову через балаклаву. Раков почему-то совершенно точно был уверен, что с ним будет всё хорошо. Но сколько его тут продержали, и когда он сможет вернуться к своему расследованию? Антон, кажется, впервые в жизни столкнулся со сверхъестественным, но на пути к раскрытию тайн встали парадоксально тупые обстоятельства.

ГЛАВА ВТОРАЯ

26 июля. День. Площадь Ленина.

Центральная площадь города с памятником Ленину на высоком постаменте встретила Ракова безлюдностью и парочкой бездомных собак, спящих в клумбе. Он вылез из такси, огляделся и пошёл к ближайшей скамейке в тени. Антон проматывал в голове будущие дела, обычно его выезды проходили по отработанному плану: запись с местным оператором заготовленных сцен и перебивок (это кадры города с провинциальным колоритом, зрителю нравится такое); ещё Антон записывал парочку интервью с «аборигенами» и делал небольшие видеозарисовки самостоятельно. Так набиралась основа для выпуска его шоу. Это примерно процентов шестьдесят. Параллельно команда на аутсорсе занималась созданием дополнительных материалов: заставки, графика, отбивки… Как раз сейчас было немного времени, чтобы созвониться и узнать, как продвигается их подготовка.

Антон достал телефон и нажал вызов. Пока шли гудки, с любопытством разглядывал памятник вождю пролетариата. Везде, где бывал за свою жизнь Раков, был след Ленина, Советской власти. Улицы, площади, заводы да пароходы. Но как показалось Антону, уместней всего Владимир Ильич смотрится именно в Астрахани. Всё-таки тут начинался род Ульяновых. Памятник Илье Николаевичу – отцу Ленина – в городе, к слову, тоже имелся. Антон даже начинал раскручивать эту тему. Правда, быстро понял, что коммунистический флёр его каналу пока не нужен.

Гудок. Гудок.

– Привет, Антош! – в трубке раздался милый знакомый женский голос. Это была сестра Ракова и по совместительству его верный помощник.

– Привет, Алис.

– Как доехал? Всё хорошо?

– Да, нормально, сойдёт. В целом пока скукотища… хотя, – Антон резко изменился в голосе. Такое происходило всякий раз, когда в голове Ракова возникала очередная гениальная идея. Сестра знала эту песню авантюр по нотам.

– Здорово… Я тебе оператора, если что, нашла, портфолио посмотрела, всё отлично. Предварительно задачи объяснила.

– Точно нормальный?

– Антош, ну что за вопросы? Говорю, всё хорошо. Контакт его отправила тебе в телегу. Он тебя будет ждать на месте. Не опаздывай только, ладно?

– Хорошо, хорошо… Удалось бы нам что-то провокационное сделать, да?

– Там, кстати, ролик, который ты оставлял на рендер, сохранился, – сестра продолжала игнорировать вбросы Ракова. – Перепроверь ещё раз текст и будем делать итоговый монтаж.

– Супер, сейчас сразу гляну… – Антону надоела эта игра в серьёзный разговор. В их семейном подряде было два полюса: Раков с причудами и демонстративно дурашливый, а вот Алиса, наоборот, – собранная и вечно деловая. Она была огнём в камине, который давал свет и тепло, а он – ветром, который свежим воздухом врывался в открытую входную дверь.

Пришло время для порыва, и Раков без предупреждения выдал свою идею:

– Прикинь, у них здесь, оказывается, в турсезон, да и не только, какая-то беда с мусором по берегам. Он повсюду…

– Антош, ты главное не забудь, что у тебя сегодня после съёмки ещё встреча вечером, – магия Антона не подействовала. – А после всех запланированных дел, конечно, с нетерпением жду твои идеи по мусору… Пока-пока.

Раков даже не пытался успеть что-то ещё вставить в разговор. У Алисы всегда был наготове громоотвод от безумных затей брата. И в этот раз он идеально сработал.

– Ладно, глянем, что там по тексту, – Раков снова говорил вслух. Эту свою дурацкую привычку, как и напевать не самые свежие песни в любой непонятной ситуации, он хорошо знал. И расставаться с ней не собирался.

Текст (1) для ролика про Астрахань.

Каспийское море – территория загадок и древних тайн. Учёные ломают голову уже не один десяток лет: как и почему происходят изменения уровня воды Каспия? И ответ кроется в науках не естественных, а сверхъестественных. Каспий – это родина сомов-исполинов, которых Водяные по всей Руси использовали в качестве ездовых питомцев. Поговаривают в народе, что из-за перемещений этих крупных рыб постоянно в былые времена менялся уровень воды.

В период царствования Ивана Грозного случилась трагедия: один из сомов, которого прозвали «батюшка» за выдающиеся размеры, уснул по пути. Избыточный вес слишком быстро утомил рыбу, и сом остановился в районе нынешней Астрахани.

На старых картах отчётливо видно, как неожиданно в пределах будущей Астрахани появляется остров… Именуемый теперь «Городской».

Название, к слову, взялось неспроста. Именно на спине спящего сома-батюшки изначально была построена первая военная крепость. И именно этот исторический факт потом будет переработан на сказочный лад Петром Ершовым в произведении «Конёк-горбунок».

Антон довольно заулыбался. В голове заиграла песня Муслима Магомаева «Синяя Вечность»: «О море, море! Преданным скалам ты ненадолго подаришь прибой. Море, возьми меня, в дальние дали – с парусом алым вместе с собой!»

Раков предвкушал отличный ролик. Главное, чтобы алгоритмы соцсети чётко сработали, и все старания отбились просмотрами. Но об этом он решил помечтать позже. Сейчас важнее было дать обратную связь. В переписку полетели короткие сообщения:

«Всё круто!»

«Мне нравится»

«Пришлите потом итоговый вариант»

«Надо добавить, что Грозный покорил Астраханское ханство, чтобы владеть фермой сомов-исполинов!!!!!!»

26 июля. День. Возле Старого моста.

Раков давал последние указания оператору. Его звали Илья, он был астраханцем. И ничего не знал про канал «Нечто ужасное». Антон даже на секунду расстроился, когда услышал это. С важным видом рассказал вкратце о своём проекте. Ведь сестра-то уж точно написала все вводные. И мягко намекнул оператору, что будет славно, если он хотя бы парочку выпусков посмотрит. Так он лучше будет понимать, как и что снимать. Илья только кивал – он был немногословным.

– Смотри, там будет вставка про сома-батюшку, а сразу после, через эффект в кадре, появляюсь я. Понял?

– Ну да… Давай снимать, – спокойно ответил Илья.

Быстрый поиск нужного ракурса. Парочка прогонов текста. Раков кивком показал, что готов. И получил аналогичный ответ, что запись пошла.

– Почему сом-батюшка так и не проснулся, нам только предстоит выяснить. Но присутствие могучего исполина почему-то привлекло в реки огромное количество рыбы. А она в свою очередь привлекла сюда людей. На месте, где землю разрезали сотни проток, ильменей и болот, разрастался город. Но природа каждый раз напоминает о своей сути. Стоит в Астрахани пройти небольшому дождю, дороги превращаются в полноводные реки. Ведь они и были на их месте. Земля помнит…

Раков замолчал, но продолжал какое-то время чуть с хитрым прищуром глядеть в объектив камеры.

– Да, нормас! – одобрил дубль Илья и опустил камеру.

– Так, смотри, после будет небольшая вставка с затопленными дождевой водой дорогами, и потом в кадре снова появляюсь я. Надо ракурс немного поменять, чтобы в кадр мост попадал.

– Ага…

Оператор включил запись.

– В 1952 году через Волгу построили мост, который теперь называют Старый. Таким образом решили закрепить хвостовой плавник сома, который стал подавать признаки пробуждения. Инженеры умышленно сделали мост разводным, ведь иногда гигантская рыба шевелит хвостом…

Пауза.

– По моей части тут всё, сделай кадров десять подсъёмки, – Раков ляпнул число наобум. – Чтобы было чем меня перекрыть на монтаже.

– Хорошо.

Илья сделал пару панорамных кадров по всей длине треугольных железных конструкций, снял разводную часть моста и – крупно – бетонные утяжелители.

– Погнали дальше…

26 июля. День. Новый мост.

Волны медленно облизывали песок городского острова. Антон шёл вдоль береговой линии. Людей на пляже было немного, а те, что были, особо не обращали на него внимания. Только один-единственный пристальный взгляд ловил каждое перемещение съёмочной группы. Какой-то человек сидел на корточках за первой линией небольших кустарников и изредка делал фото происходящего.

– Тут ничего особенного, через монтажную склейку перемещаемся на новую локацию, а повествование продолжается.

– Я готов.

– О! Начни с волн, которые набегают на песок, а потом медленно поднимай камеру на меня. Ок? – Антон ждал ответа.

– Да, давай. Снимаем.

Раков на секунду поднял голову, как это делают школьники, вспоминающие стихотворение, и начал:

– В 1988 году ниже по течению от Старого моста построили ещё один, который получил название Новый. Он окончательно зафиксировал рыбу на месте.

– Снято… Там немного в начале камера дёрнулась, но это не страшно.

– Точно? Переснять мне будет как бы проблематично.

– Да-да, всё ок.

Но Антон, зная распространённый среди видеооператоров пофигизм, решил, что лучше переснять. Так и сделали. Правда, не с первого раза. Примерно на четвёртый дубль всё получилось так, как хотелось Ракову.

– Дальше у меня небольшая фраза, её снимаешь крупным планом, чтоб только моё лицо в кадре было. А потом постепенно отъезжаешь, там дальше сообразишь.

– Ага…

Настройка фокуса. И съёмка продолжилась.

– Но и это ещё не всё. Прямо сейчас мы с вами попробуем услышать дыхание сома исполина! Его сонное посапывание! – Антон присел на колено и медленно опустил голову. Его ухо было максимально близко к песку. И в таком положение он пробыл секунд 30. Они тянулись целую вечность. Но только для оператора и того, кто наблюдал из-за кустов. А вот в голове Антона картинка красиво уходила в затемнение, и буквально на мгновенье, еле уловимо, мелькал кадр с лежащим на дне огромным сомом. Раков даже мысленно заулыбался. Он всегда чётко представлял, как отснятый материал будет склеиваться в единое полотно. И сейчас получилось очень сочно и интригующе. В его голове уж точно.

– Всё, – бойко вскочил на ноги Антон, – тут можешь особо не снимать. Один общий план сделай. Мост, он и в Африке мост.

– Только на этом всегда пробки, – осведомлённо заметил оператор.

26 июля. Вечер. Возле бара «Хоппер».

Антон ловил телефоном удачный кадр, чтобы записать очередное видео-сторис для своей странички в социальной сети. На улице уже смеркалось. И оставалось всего минут десять-пятнадцать, чтобы поймать классный свет.

– Ну что, ребятки, работа кипит. Мы много всего отсняли. Сейчас у меня будет первая встреча. Вот Илюха, кстати, мой оператор. – Раков отвел камеру от лица таким образом, чтобы за его плечом было видно Илью. Тот никак не отреагировал. – В общем, поехали пилить контент дальше…

ГЛАВА ТРЕТЬЯ

26 июля. Вечер. Возле бара «Хоппер».

Илья пятился назад, держа в руках камеру на стедикаме. Немного прихрамывая, перед ним шёл Раков. Пару дублей назад он подвернул ногу на неровно уложенной тротуарной плитке.