Проект "Миры пяти солнц". Раскачивая равновесие. Эпизод 5

Глава 1. Что стоит изменить свое решение?

Постепенно город засыпал, тишина опускалась на его улицы. Горожане заканчивали ужин и ложились спать. Не все, конечно.

Одинокая женская фигурка, закутанная в плащ неслышно, скользила по улицам, дальше от оживлённого центра в сторону окраин, туда где был полицейский морг. Инка поморщилась, некромант опаздывал. Хотя это было не удивительно, он никогда не приходил вовремя, сколько Киллари с ним общалась.

Угол дома и забора создавал глубокую тень, так что встав туда, инка оказалась практически не видна для кого бы то ни было, и принялась ждать.

Ожидание затягивалось. Киллари уже стала злиться, когда дверь морга, расположенного рядом с городским кладбищем, открылась и, в освещённом проёме, возник силуэт в широкополой шляпе с маской ворона на лице. Это, без сомнения, был Прогис.

– Заставляет себя ждать… – прошипела сквозь зубы инка, выходя из тени и направляясь к человеку, стоящему на пороге.

Вокруг была тишина, никто не сунется ночью на кладбище. Женщина остановилась, ожидая, когда некромант отойдёт с дороги и пропустит ее.

– Жертвой будет местный смотритель, – маска искажала голос Прогиса, делая его грубым и чуть хриплым. – Я терпеть не могу этого святошу, как и он меня.

– Одной жертвы хватит? На нас вы потратили с десяток, – за Киллари закрылась дверь. – Хотя тут времени прошло совсем немного.

– Хватит, – отозвался некромант, направляясь в глубину здания по длинному тёмному коридору. – Присцилла умерла недавно, да и в ней самой столько некроэнергии, что Грань её не очень-то и сдержит.

Она беззвучно передвигалась, следуя за ним, и словно знала, где находится тело дочери. Кем для неё была дочь? Это сокровенное знание хранилось так глубоко, что иногда Киллари сама забывала, что для неё значит ребёнок.

– Ну тебе лучше знать, как это происходит. Просто искать вторую жертву и прерывать ритуал так себе идея.

Прогис резко свернул в сторону, и они оказались в длинном зале, освещённом тусклыми газовыми фонарями, в свете которых стояли длинные ряды столов с укрытыми простынями телами.

В зале было холодно и присутствовали признаки скоротечного боя – несколько пронзённых ледяными иглами тел и забившийся в угол смотритель мертвецкой. Руки его были связаны, правая нога распухла от гангрены – явный признак попадания некроразряда. Он с ужасом в глазах следили за вошедшими и что-то шептал. Скорее всего, это было какое-то заклинание, но димеритовый ошейник блокировал магию.

– Я беру этого, а ты тело дочери, – некромант махнул в сторону столов. – Третьей в левом ряду.

Инка кивнула и пошла к указанному столу. Она замерла перед ним, протянув руку, чтобы сдёрнуть простыню, но никак не могла решиться сделать это и увидеть своего ребёнка мёртвым. Глубоко вдохнув, Киллари резким движением скинула ткань на пол.

– Тамая, – женщина прошептала имя, которая дала дочери при рождении, – девочка моя.

Киллари аккуратно поправила волосы девочки, которая, казалось, просто спала. Вот сейчас, смотря на свою дочь, инка что-то почувствовала. Наверное, впервые с того самого дня, когда увидела дымящиеся руины своего поселения, тела отца и тех, с кем она росла. Это чувство шевельнулось где-то глубоко внутри и которое было пока ей непонятно. Оно заставляло усомниться в решении, принятом раньше.

Тряхнув головой, инка отогнала ненужные мысли и переживания. Она закутала девочку в простыню и подняла её на руки.

– Мы можем отсюда идти?

– Можем, – кивнул Прогис. – Здесь недалеко есть склеп, который мэр отдал мне для практики и ритуалов дознания. Он подойдёт для наших целей.

Некромант не стал объяснять, что его искусство было ещё одним, дополнительным рубежом защиты при масштабном нападении на город извне. При необходимости Прогис мог поднять несколько десятков неупокоенных, и повести их на атакующих.

Вот и сейчас он призвал двоих из них, и пара крепких трупов, появились из дверей, выходящих на кладбище, подхватили верещащего служителя и поволокли прочь.

– Может целитель я и посредственный, но некромант хороший, – Прогис подошёл к Киллари и протянул руки. – Давай помогу.

Инка поколебалась, отдавать ли дочь. Посмотрев на мужчину, она вздохнула и передала ребёнка.

– Осторожнее, – Киллари в очередной раз показалось, что дочь просто спит. – Знаешь, для посредственного целителя ты сделал так, что к моему приходу твоя девушка ещё была жива. А это чего-то да значит.

– Недостаточно, но, спасибо, – отозвался некромант, аккуратно прижимая к себе тело Присциллы. – Идём. Время уходит, а ритуал не короткий.

– Ты прав, не будем терять времени. Кстати, а это, случайно, не склеп Йоханссонов тебе выделил мэр?

Глава 2. В свете Тиаресс

Со злости Вилльдара громко хлопнула дверью в свою комнату. Все её надежды на то, чтобы отоспаться или отдохнуть пошли насмарку. Кому в здравом уме понадобится посреди ночи пробираться в городской морг, чтобы осматривать дохлую девчонку? Пусть она хоть тыщу раз смешанное дитя из легенд.

– Спесивые идиоты! Г-р-а-а, – в сердцах выкрикнула Дара, хватая припрятанный меч Присциллы и пытаясь соорудить что-то похожее на ножны, чтобы носить оружие за спиной.

Женщина думала о том, что ей точно пригодится меч, раз уж ей придётся идти в компании пьяных тупиц, к числу которых она причисляла и наследного князя империи Рос, и полицейского, и уж тем более четырехрукого старика, пусть он и омолодился после смерти Георга Крафта. Вдобавок Вилльдара зарядила револьвер некроманта и убрала его в карман юбки на случай, если хоть кто-то из её спутников что-то против неё попробует предпринять.

В парокате Крам мутило от алкогольных испарений от Маза и Ант Ана. Все мысли женщины сводились лишь к тому, как она, демон побери, их всех ненавидит. Мерзкие мужланы, теряющие самоконтроль при первой же выпитой рюмке или завидев оголённое декольте. Надежда на сон и отдых таяли с каждой минутой. Дара понимала, что если Присцилла окажется той Помесью, то, скорее всего, никакого трупа они не найдут. Ведь у дитя из легенд сердце справа, а юную мисс Крафт насадили на рукоять меча левой половиной грудной клетки.

Крам нервно перебирала шёрстку своей кошки, которую она ни за что бы не оставила в приюте. Из-за насмешки Рэдла Дара рассказала не всё, что слышала о древнем поверье, и теперь женщина с каждой минутой беспокоилась всё больше, хоть и не показывала вид. Матушка Эслава говорила: «…у Помеси силы прибудут с мнимой смертью…» Если это правда, то поможет ли оружие?

А вот весело болтающему с князем Анатолию Мазаеву под конец пути, уже перед самым моргом в голову пришла очень странная для него мысль: «И зачем я так нажрался?»

Всю свою карьеру благодаря техно-магическим разработкам графа Вредена он мог употреблять алкоголь литрами и не пьянеть. Лишь лёгкое чувство эйфории навещало его буйную голову, не мешая осознавать оперативную обстановку вокруг. Двигательные рефлексы всегда оставались в норме, чего сейчас он уже про себя сказать не мог. «Ну и фиг с этими рефлексами! Хотя…» – Тилоп ощутил странную приятно-сладкую, тягучую тоску, подкрадывающуюся к его сердцу снизу. Он взглянул на Вилльдару. Тоска усилилась, но Тилоп не стал гнать её из своего сердца. Слова песни одного старого водевиля, что был популярен во времена его молодости, заиграли в его голове: «Не говорите мне прощай, я помню, как мы повстречались. Я целый день провёл в печали, ноги коснувшись невзначай…». «Ноги? Руки! А нет, всё же ноги!»

И всё же мистер Мазаев любовным эгоизмом не страдал. Он внимательно, насколько позволял пьяный туман, вглядывался в лицо этой прекрасной женщины, считывал её эмоциональный гнев, и понимал, что именно он их сближает. Он вспомнил себя в начале карьеры, вспомнил, как физические метаморфозы нанесли ему такие душевные травмы, что эмоциональная дистанция с женщинами стала его защитой. У него не было проблем со жрицами любви, но духовная близость поначалу оставалась нереализованной потребностью. Он всю жизнь стремился к её реализации. Он знал, как это нелегко. Он знал, что это возможно. Он знал, что это счастье.

Из прекрасных грёз его вывел голос берендея:

– Морг! Станция конечная, телега дальше не идёт.

Тилоп с удивлением обнаружил, что уснул, и что все его спутники в свете фонарей движутся к серому кирпичному зданию. Старик вскочил и шатаясь засеменил следом.

На дворе была глубокая ночь и мирные обыватели должны спать в своих постелях. С небес лукаво светила Тиаресс, одна из двух лун, видимая глазу в это время года. Она освещала городское кладбище, морг и приехавшие парокаты с выпавшими из них берендея и людьми. Одни осматривали местность, другие что-то обсуждали.

Первым к моргу направился один из берендеев. Двухметровый, закованный в механизированную броню детина с показной неуклюжестью протопал к двери и постучал костяшками увенчанных длинными когтями пальцев. Вернее, стукнул он лишь раз, и дверь распахнулась.

– Это не я ломал! – с какой-то растерянностью и некоторой обидой сказал оборотень обернувшись. – Она была открыта…

– Прохор, блин! – всплеснул лапами второй берендей. – Опять силу не рассчитал, олух косолапый?

Эти двое оборотней, были отцом и сыном, младший, ещё до конца не приспособился к промежуточной между человеком и медведем форме и потому был объектом постоянных насмешек.

– Погоди ворчать, Феофан, – вмешался в их разговор князь. – Прошка действительно ни при чём. Дверь просто открыта. Что странно…

– Ох, не лез бы ты тогда туда, барин! – отозвался старший берендей, но с дороги Ант Ана отступил.

Князь, правда, далеко не пошёл. Стал при входе и, выставив перед собой руку ладонью вперёд, склонил голову набок, словно прислушиваясь.

– Я ничего не чувствую… Сердец внутри не бьётся, а воздух пропитан запахом мертвечины, – он обернулся на спутников. – Может кто-то ещё попробует понять, что там внутри?

Вилльдара, нахмурившись, стояла чуть в стороне от мужчин и размышляла о том, как лучше поступить. Чутьё ей подсказывало, что здесь творится что-то странное и нужно быть начеку.

– Подождите, – окликнула Дара своих спутников и опустила кошку на землю, предварительно лёгким движением руку изменив конфигурацию на ошейнике. – Права может безопасно пройти внутрь. Если нас кто-то там ждёт – мы узнаем.

Крам показала пальцем на кошку, а затем на свой правый глаз, не объясняя, как они связаны.

– А может, я туда сначала внутрь чугунный утюг со взрывчаткой закину? – Мазаев, как мог, старался быть полезен, оглядел окружающих, понял, что у него не получилось, и замолк.

– А вообще, идея очень интересная, – задумчиво сказала Вилльдара.

– Это частная городская собственность! – возмутился Рэдл. – Всё бы вам, росам, взрывать и крушить…

– Но, но… – погрозил ему пальцем Ант Ан. – Не нарывайтесь, граф на разборки в стиле «агрессивной дипломатии» в довесок к дуэли.

Фредерик Рэдл лишь фыркнул.

– Раз возражений нет, – подытожила Вилльдара и, придерживая подол платья, аккуратно опустилась на левое колено.

Женщина что-то неразборчивое прошептала и погладила кошку по голове, после чего Права крадучись проскочила в приоткрытую дверь морга. А Крам встала и, прикрыв ладонью правый глаз, сосредоточенно стала смотреть прямо перед собой.

Мужчины замерли и внимательно следили за женщиной: Ант Ан надеялся на успех затеи, Рэдл пренебрежительно ухмылялся, Маз проверял свежее ли у него дыхание, а берендеи хмурились, скрестив руки на груди.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.