Мертвые берут наличными
- -
- 100%
- +
– Господин Ким! Здравствуйте, господин Ким! Это снова Ан Хэён! Я помню, вы сказали, что мой пушистый пирожочек ушла на перерождение! Но я изнемогаю от беспокойства, кем она теперь родится?! Вдруг это будет что-то гадкое или страшное?! Конечно, Суна не может стать каким-нибудь крокодилом, если только существует божественная справедливость. Я уже поставила сотню свечей за ее успешное рождение милой доброй собачкой, самой красивой на свете, какой она была для меня. Но, господин Ким, вдруг там, наверху, что-нибудь не так поймут?! Вы не могли бы погадать и определить, кем она родится? Лучше всего узнать заодно и район, чтобы я могла там почаще прогуливаться, ну вы же понимаете…
Джувон вздохнул еще раз. Прости, Суна, кем бы ты ни собиралась стать! Придется тебе родиться чем-то очень, ну просто очень миленьким! Надо, пожалуй, посмотреть предложения собачьих питомников, чтобы через положенное время аккуратно отправить аджумму по нужному адресу. Конечно, он выберет питомник с лучшей репутацией и самими славными собачками!
В конце концов, аджумма Ан ему уже дорога как родная тетушка, и если в ее жизни появится возрожденная Суна, это вполне может обеспечить им с аджуммой еще лет пятнадцать-двадцать семейного счастья с еженедельными гаданиями. На здоровье Суны, на удачу, на встречу с подходящим хвостатым поклонником…
Ким Джувон поднял взгляд к белому потолку своей уютной съемной квартирки и вознес горячую молитву за аджумму… Потом снова взялся за «мышку». Назначить встречу с господином Джу по поводу рабочего контракта. Удержать на сайте Хан Соын, целых три расклада сразу – это дело серьезное, клиентка должна понимать, что ему следует подготовиться. Кстати, не хочет ли она заказать особенный ритуал на привлечение в свою жизнь истинной любви? Это недешево, потому что нужны свечи ручной работы, ароматические масла непременно из Индии и сложная подготовка… Конечно, хочет? И цена не имеет значения?
Прекрасно, у него как раз имеются нужные свечи, последняя партия, и все остальное доставят через… полтора часа. Все это время уважаемой госпоже Хан следует провести в ванной для очищения тела и души, а потом он ждет ее. И пусть добавит в воду масло мирта и полыни, ровно по полторы капли каждого! Если вдруг ошибется с дозировкой, ритуал может подействовать не так хорошо, как полагается. Особенную молитву он сейчас пришлет ей на почту, ее нужно прочитать девять раз и ни в коем случае при этом не думать о своих бывших, чтобы не привлечь их энергию!
Ни одна девушка не может целых полтора часа не думать о своих бывших, если ей сказали этого не делать. Конечно, Хан Соын заявит, что уж ей-то это удалось! Но пусть тогда не обижается, если после ритуала истинная любовь запоздает или окажется не совсем истинной. А вот не надо обманывать гадателя…
Распихав самые неотложные дела и обеспечив себе расписание до вечера, Джувон клятвенно пообещал аджумме немедленно озаботиться перерождением Суны. Вот прямо сейчас воскурит благовония и выйдет в потусторонний мир, чтобы лично за всем проследить!
Вместо этого, отключив камеру и поставив статус «работаю в привате», он переключился на другую вкладку – самую привычную и любимую! Так, лапша с говядиной, маринованные стрелки чеснока, кимчи двух… нет, трех видов! А это что, акция на перепелиные яйца «драконий жемчуг»? Две порции он точно съест! И на ужин заказать еще что-нибудь, чтобы потом не отвлекаться. Чачжанмен прекрасно подойдет. Да, будет изумительно. Сегодня он точно заслужил побаловать себя чем-то особен…
Порыв ледяного ветра пронесся по комнате, и Джувон с удивлением покосился на закрытое окно, а потом на кондиционер. Сломался, что ли? Вот некстати. На улице снова духота, словно вчерашний дождь испарился, не долетев до асфальта, а ведь ливень был настоящим, эталонным, можно сказать…
Снова повеяло холодом. Неприятным, каким-то промозглым, липнущим к коже. Джувон передернул плечами, подумал, не сменить ли рубашку, эта совсем не защищает от сырости. И, пожалуй, нужно позвонить в сервисную службу, а уже потом заказывать еду. Кстати, к еде хорошо бы добавить парочку напитков. Что-нибудь согревающее, а то он как-то нехорошо замерз, даже познабливает. Соджу выпить, что ли? У него перерыв, а в перерыв можно, так ведь?! Исключительно ради здоровья!
Он потянулся к телефону, пытаясь вспомнить, сохранял ли в контактах номер сервисной службы. Новенький мобильник, купленный всего неделю назад – спасибо, дорогая Суна! – вдруг мигнул экраном и потух. При почти полной зарядке, Джувон ее недавно проверял! А потом по черному стеклу побежала серебристая пленка, стремительно скрывая его под собой. Ким Джувон ошалело потрогал стекло пальцем и отдернул, обжегшись. Нет, погодите…
Он осторожно прикоснулся к телефону еще раз и понял, что тот не горячий, а ледяной. Серебристая пленка – изморозь!
Да что же это творится?! На неисправный кондиционер уже никак не спишешь!
Монитор заморгал следующим и под жалобный треск из колонок погас. Джувон должен был испугаться, он сам прекрасно это понимал, но через изумление и нараставший страх отчетливо пробивалась злость. Что это за дешевый ужастик со спецэффектами прошлого века?! Если сейчас еще и дверь заблокируется…
Замок в коридоре громко щелкнул – в тишине, наступившей, когда колонки вдруг смолкли, это прозвучало омерзительно громко.
Джувон осторожно отодвинулся от стола, приготовившись вскочить с кресла – любимого эргономичного кресла, заботливо облегающего спину и все остальное, с массажем, датчиком температуры и еще кучей встроенных функций, дорогого, как космический корабль, кредит еще полгода платить… Глянул на встроенный в подлокотник экран – датчик температуры сошел с ума, показывая то африканскую жару, то арктический холод.
Ага, значит, вся техника в квартире вышла из строя разом. Интересно, соседям так же повезло? И что это вообще происходит?!
«А я ведь не смогу ни выйти, ни позвать на помощь, – пришло ясное осознание, что проблема только начинается. – Звукоизоляция в здании отличная, мобильник отключился, замок заблокировался. Остается только кричать в окно, если удастся его открыть. Соседи справа и слева точно работают до вечера, там в квартирах никого нет. А тех, кто сверху и снизу, я не знаю, вроде кто-то новый въехал…»
Ледяной ветер снова пронесся по комнате, возникнув из ниоткуда, зашуршал страницами брошенного на столе журнала, свалил стакан с ручками, потрогал неплотно закрытые жалюзи, что-то прошептал на ухо… Прошептал?!
Выскочив из кресла, Джувон стремительно обернулся. За спиной – никого! Но ощущение чужого присутствия не проходило! По спине, взмокшей под тонкой белой рубашкой, будто пробежало огромное насекомое. Или кто-то провел холодными пальцами, быстро-быстро ими перебирая.
– Покажись! – громко сказал Джувон, ища взглядом хоть что-то, способное сойти за оружие. – Кто ты? Или что ты такое?!
Вместо ответа – еще один пронизывающий ледяной шквал, будто он не в запертой квартире на восьмом этаже, а стоит на берегу океана. И, как назло, ничего тяжелого или острого под рукой. Вот как-то не рассчитывал Ким Джувон, профессиональный гадатель и специалист по эзотерике, что эта самая эзотерика на самом деле существует! Тем более, что она явится лично за ним… Отличное чутье на неприятности много раз выручало Джувона и помогало избежать с этими самыми неприятностями личной встречи. Сейчас оно подсказывало, что вряд ли к нему в гости заглянула собачка Суна.
Джувон метнулся к стеллажу с реквизитом для ритуалов, лихорадочно вспоминая, что у него там есть подходящего. Ну, если допустить, что там вообще что-то работает… Свечи, ароматические масла, соль… Может, лучше в кухню за набором ножей?! Еще вроде молоток для отбивания мяса был, но поможет ли он против ледяного ветра и отключения техники?!
Словно отвечая на его вопрос, воздух посреди комнаты замерцал, и из него соткалась фигура. Незнакомая женщина, невысокая и худощавая, одетая во что-то длинное, вроде купального халата, уставилась на Джувона явно мертвыми глазами. Тусклыми, будто затянутыми пленкой, и все-таки неестественно темными на абсолютно белой коже. Моргнула раз, другой, повела носом, словно принюхиваясь…
Джувон успел понадеяться, что она его просто не видит! Но тут женщина уставилась прямо на него слепыми буркалами и выдавила хриплым, но вполне различимым голосом:
– Это ты виноват.
– Ни в чем я не виноват! – возмутился Джувон, запоздало осознав, что стоит помолчать, но профессионально подвешенный язык оказался быстрее. – Послушайте, госпожа как-вас-там, вы точно ошиблись! Я вас первый раз вижу и ничего плохого вам не сделал!
«Ничего плохого… не сделала… Я не виновата… Я никогда не делала ничего плохого…» – всплыло вдруг в памяти.
Ким Джувон охнул и поспешно зажал рот ладонью, потому что призрак, на мгновение отвернувшийся от него, тут же дернул головой на звук. Точно! Вот почему он ее не узнал! Потому что видел всего пару минут, да и то на маленькой аватарке. Там она была в деловом костюме и выглядела очень прилично! А сейчас волосы растрепаны, ворот халата сбился, открывая шею ниже ключиц, никакого макияжа… Если у призраков есть правила этикета для явления людям, госпожа О Чжонсу – спасибо отличной памяти на имена, опять же профессиональной! – явно ими пренебрегала.
– Я правда не виноват… – уже тише и жалобнее заверил ее Джувон. – Слушайте, ну с вами же явно было не все в порядке! Я не стал тянуть из вас деньги и направил к врачу. Я просто должен был так поступить, понимаете?!
«Она все-таки убила себя, – лихорадочно быстро мелькнуло в мыслях. – То ли вышла в окно, как собиралась, то ли еще как-то исполнила задуманное. Следов травмы нет, но откуда мне знать, должны ли они быть на призраке? Откуда мне знать, как вообще выглядят призраки?! Их же не бывает!»
– Это ты виноват, – упрямо повторила госпожа О Чжонсу. Подумала несколько мгновений и уверенно добавила: – Врач – тоже. Я просила помощи. Я говорила, что он приходит… что хочет плохого… Я так боялась!
Она вдруг всхлипнула, и Джувону стало ее жалко. Бедняга. Если она покончила с собой в момент помрачения руссудка, это ужасно несправедливо!
– Я очень боялась, что он меня убьет, – продолжил призрак. – И знаешь, что? Именно это он и сделал! – рявкнула она.
Ее рот, обычный рот женщины немного в возрасте, с узкими не накрашенными губами, вдруг неестественно растянулся, показав игольчатые зубы, которые госпожа О Чжонсу облизала слишком длинным белесым языком.
Похолодев от ужаса, Джувон влип спиной в стену, осторожно пытаясь протянуть руку и нащупать хоть что-нибудь… Крошечные статуэтки божков, коробочка разноцветных шелковых ленточек – ага, очень поможет! Благовония… их еще зажечь надо, и вообще они подобраны для удачи в делах и любви! Может, предложить госпоже О начать новый бизнес, вдруг отвлечется?!
– Это вы оба виноваты… – прошипел тягучим хриплым голосом призрак. – Он убил меня и теперь пойдет за остальными. Вы мне не поверили… Врач, таблетки… Я просто хотела помощи… Я что, так много хотела?!
Рука нащупала шкатулку с освященной в храме солью. Там, где это было можно, Джувон никогда не врал клиентам! Если в прайсе указано, что масло из Индии, а соль освященная, значит, так оно и есть. Даже сам ездил освящать… Потому что работу следует делать честно… по возможности. Неважно, что сам он в эти ритуалы никогда не верил, есть же такая штука как профессионализм…
– Я убью вас, – очень спокойно, даже обыденно пообещала госпожа О, и вот тут Джувону стало по-настоящему страшно.
Таким тоном говорят самые убедительные вещи. Например, что страховка закончилась неделю назад, а сегодня ты залил соседей, и ущерб нужно оплатить. Или что анализы, которые наконец-то сдал отец, показали что-то нехорошее, нужны дополнительные исследования, нет-нет, беспокоиться рано, просто пройдите в кабинет главного врача и подпишите нужные бумаги… Или что тебя вот-вот убьют. Именно так. Он сразу ей поверил.
– Я же не знал! – отчаянно выдохнул Ким Джувон. – Послушайте, давайте я закажу для вас поминальную службу? Или передам что-нибудь… У вас же есть родственники или… близкий человек? Я могу им что-то сказать, если хотите…
– Остановите его, – так же ровно и четко велела госпожа О, и стало понятно, что при жизни у нее наверняка были подчиненные, которые слушались ее безоговорочно. Попробуй тут не послушаться. – Или я вас убью. Заберу с собой так же, как он забрал меня.
И начала таять в воздухе.
– Кого остановить?! – заорал Джувон. – Кто вас убил?! Имя хоть скажите! Где его искать? И как останавливать?!
Вопросы остались без ответа. То ли у призрака кончился оплаченный приват, то ли возникли помехи на линии, но госпожа О Чжонсу исчезла, оставив пронизывающий холод и липкую дрянную сырость, от которых Джувон покрылся мурашками. Рука, в которой он сжимал горстку освященной соли, разжалась, и соль высыпалась на пол. Запахло добавленным в нее благовонием – сладкий нежный аромат почему-то показался гнилостным.
– Ну и что я теперь должен делать? – прошептал Джувон, глядя, как снова бодро мигает монитор, и на нем возникает знакомая картинка доставки еды. – Кого искать? И… что там она еще говорила? Что убьет нас? То есть меня и психиатра, до которого успела добраться? Прекрасно, просто восхитительно! Как раз психиатру эту историю самое время рассказать! Здравствуйте, аджосси, меня зовут Ким Джувон, я гадатель, и меня преследует призрак нашей общей клиентки! Нет-нет, спасибо, лечение не нужно! Кстати, она к вам после своей смерти не заглядывала?
Напряжение и страх прорвались истерическим смешком. Джувон сполз по стене и уселся на пол, уставившись на кучку соли рядом со своей рукой. Его била дрожь, хотя в комнату медленно возвращалась нормальная температура. Заработал кондиционер, замигала иконка рабочего сайта. Что за… Ах да, назначенное время привата!
Ну что ж, убьет его призрак или нет, а квартиру оплачивать нужно. Джувон поднялся, вытер мокрый холодный лоб и поплелся к столу, прикидывая, что должен продержаться до вечера. Карьера господина Джу, три поклонника Ким Соын и, конечно, счастливое перерождение собачки Суны. А в перерывах придется искать новости о смерти госпожи О Чжонсу, вдруг там промелькнет имя ее психиатра. Прекрасное расписание!
И в этот момент зазвонил телефон. Джувон тоскливо вздохнул, увидев незнакомый номер, но взял трубку.
– Алло? Господин Ким Джувон? – послышался низкий мужской голос. – Меня зовут Ли Ёнчжу. Я психиатр и хотел бы с вами поговорить про вашу клиентку О Чжонсу.
Джувон чуть не выронил мобильный.
Глава 4
Несколько часов назад
Ли Ёнчжу всегда считал, что психика – вещь структурированная. Даже в самых хаотичных состояниях, даже в психозах и кошмарах можно отыскать механизм, причину и уязвимость. В этом была его вера, его опора – и, пожалуй, его защита.
Но в ту ночь всё пошло наперекосяк.
Он заснул на диване в кабинете среди запахов кожаных папок, старого кофе и сандалового диффузора.
День выдался тот еще. Сначала – пожилой профессор с прогрессирующей деменцией, который настаивал, что кто-то подменяет книги у него на полке каждую ночь. Потом молодой айтишник с обсессивно-компульсивным расстройством, который протирал руки спиртом каждые три минуты и просил «выключить мысли» в его голове. А ближе к вечеру – парень с острым психозом, утверждавший, что в его квартире поселился дух, который «смотрит сквозь потолок».
Ёнчжу всё это зафиксировал. Рационализировал. Медикаментозно поддержал.Психиатрия всегда казалась ему наукой о том, как объяснять ужас. А когда ужас объяснили, то он теряет свою власть. Страшнее всего всегда то, что не находит объяснения.
Он не включал свет. Любил темноту. Успокаивала.
Первые странные звуки появились около двух ночи. Щелчки. Едва слышные, но настойчивые. Енчжу подумал, что это техника – в кабинете часто щёлкал кондиционер, когда менялась температура.
Потом – лёгкий стук, будто костяшки пальцев касаются стекла. Снова. И снова.
Он открыл глаза. И сразу понял: что-то не так.
Комната была слишком… тёмной. Не привычной ночной темнотой, а как будто в воздухе висела сажа. Словно всё вокруг стало на тон темнее.
Енчжу медленно сел. В груди появился неприятный холодок. Противный такой.
Стук повторился.
Он поднял глаза. За окном, за которым не было даже карниза, кто-то стоял. На четвёртом этаже. Снаружи. Ка-а-ак?
Фигура была темной и неподвижной. С наклонённой головой и вытянутыми руками. Ладони прижимались к стеклу.
Онемев от ужаса, Ёнчжу смотрел на существо. Дыхание застряло в горле.
Существо за окном подняло голову. Женщина. Белое лицо. Очень знакомое лицо. Он ее уже видел. И не где-то, а в собственном кабинете. Глаза большие, полные тьмы и неподвижные. И рот, прошитый чёрными нитками. Восемь стежков.
Захотелось нервно засмеяться, что сейчас он обратил внимание на такие детали.
Губы женщины вдруг шевельнулись – стежки исчезли как дым.
Енчжу не слышал ни звука – и именно это было самым страшным.
Как в кошмаре, он вскочил с дивана и бросился к двери, выбежал в коридор. Свет включился с задержкой. Тишина. Покой. Никого.
Он не помнил, как оказался внизу, на первом этаже клиники. Только потом понял, что шел босиком – обувь осталась наверху. Сердце колотилось в горле.
«С ума сойти можно», – подумал он, проведя ладонями по лицу.
Что это было?! Он хотел позвонить в полицию, но что сказать? Что увидел призрака в окне своего кабинета? Что призрак был копией мертвой О Чжонсу? Бред. Психиатр, который сошел с ума. Замечательно.
Умывшись, Енчжу вернулся в кабинет и огляделся. Ничего не напоминало о произошедшем. Что ж, наверное, приснилось?
Но внутренний голос настойчиво утверждал, что это не так. Ехать домой было слишком поздно. Почти час прокрутившись на диване, Ёнчжу с трудом уснул, а на следующий день, вернувшись из клиники, вспомнил кое-что сказанное О Чжонсу и забил в поисковик: «Гадание по видеосвязи. Корейские экстрасенсы».
Десятки ссылок. Лженаука. Магазины камней. Обереги.
Дичь какая-то. Но людям нравится. Что поделать?
Вспомнив еще одну подробность, Енчжу изменил запрос и мгновенно отыскал «Дом Солнца, озаряющего душу».
Минималистичный дизайн, даже какие-то ироничные описания. Онлайн-консультации. Трансляции. Расклады. Прямые эфиры. Для такого сервиса выглядит, можно сказать, прилично. Среди всего фальшивого здесь сквозило что-то живое. Странное, конечно, ощущение.
Енжчу скользнул взглядом по списку гадателей. Ким Джувон. Вот он!
И нажал на кнопку «Связаться», сообразив, что впервые в жизни позвонил тарологу. Кажется, он все же сошёл с ума.
***
Кафе Ли Ёнчжу выбрал подальше от основного городского трафика, и заведение оказалось удивительно несовременным, небольшое, с тусклым светом, запахом карамельного сиропа и глухими стенами, как будто специально для признаний в вещах, о которых стыдно говорить вслух. И абсолютно пустое, если не считать бариста за стойкой.
Ким Джувон пришёл вовремя. Не раньше, не позже, а в ту самую минуту, когда Ёнчжу уже хотел достать телефон и убедиться, что всё это было ошибкой. Однако таролог вошел в кафе ровной, удивительно спокойной походкой, так аккуратно одетый, словно явился на собеседование.
Пока он шел к столику, Ёнчжу присматривался к нему, словно к очередному клиенту при первой встрече. Ким Джувон оказался высоким, стройным, на несколько лет моложе самого Ёнчжу и гораздо моложе, чем на фотографии с сайта. В лице Джувона было что-то от актёров эпохи немого кино – выражение, которое можно читать, будто книгу, но полностью смысл уловить не удается, словно книга написана плохо знакомым языком. Чёрные волосы аккуратно зачесаны назад. Линия скул четкая, будто вырезанная лезвием. Полные губы. Внимательные карие глаза. В них не было ни хитрости, ни снисходительности, наоборот, светилась какая-то внутренняя теплота.
Ёнчжу сразу это отметил. И именно это его поразило. От человека такого рода занятий, практически профессионального мошенника, он ждал фальши, игры, показного шоу. А получил обычный доброжелательный и внимательный взгляд. Джувон смотрел на него так, словно они встретились не впервые, а уже были знакомы.
«Наверное, это часть его имиджа, – подумал Ёнчжу. – Отработанная стратегия по вызыванию доверия у клиентов. Как у меня самого… Любопытно посмотреть на это со стороны, но обманываться мнимой искренностью я точно не собираюсь!»
– Господин Ли Ёнчжу? – уточнил таролог, подходя к столику.
– Да.
– Я – Ким Джувон.
– Присаживайтесь.
Ёнчжу махнул рукой в сторону стойки, подзывая официантку.
Через некоторое время на столе стояла чашка с золотистым напитком и вторая – с чёрным кофе. Рядом на блюдцах пара маленьких пирожных: матча и черный кунжут.
Джувон молчал, не спешил, не задавал вопросов. Он сидел, чуть наклонившись вперёд, как будто ждал, пока собеседник сам решит выговориться. Неторопливо отпивая кофе, ломал пирожное ложечкой, но не ел, что явно выдавало нервозность.
– Знаете… – начал Ёнчжу, выпрямившись и пристально глядя в чай, – я никогда не думал, что стану говорить это вслух. Тем более… здесь. Тем более вам.
Джувон посмотрел на него чуть настороженно, чуть подозрительно. Ну да, не лучшее вступление.
Ёнчжу замолчал, не зная, с чего начать. С диагноза самому себе? С описания призрака? С О Чжонсу?
– Не спешите, – сказал Джувон, и это прозвучало как вежливое «расскажите», весьма искренне. – Иногда сама мысль, что тебя кто-то слушает без ожиданий, уже облегчает дело.
Он произнёс это таким же тоном, каким Ёнчжу сам говорил с пациентами. Мягко и чуть тише, чем обычно. Это показалось столь забавным, что Ёнчжу едва не усмехнулся.
«Мне кажется, я видел мёртвую женщину», – почти сорвалось с губ.
Но в этот момент в его кармане завибрировал мобильный, и Ёнчжу взял трубку. На дисплее отразилось: «Инспектор Нам Чжэу».
Извинившись, он принял вызов.
– Господин Ли, – послышался уже знакомый голос инспектора, негромкий и как будто усталый. – Скажите, могут ли быть подвержены психическому расстройству люди в одном коллективе?
– Что вы имеете в виду? – озадачился Ёнчжу.
– Дело в том, что у госпожи Ха Суджин недавно случился приступ. Она начала неадекватно вести себя. Стала кидать вещи, кричать о призраке, который ей угрожает, и хотела выпрыгнуть в окно. Хорошо, что это случилось, когда рядом были ее сослуживцы – они успели поймать госпожу Ха Суджин и отправить в клинику. После чего позвонили мне, потому что я просил знакомых О Чжонсу сообщать, если в ее бывшем окружении случится что-то странное.
– О Чжонсу? – эхом повторил Енчжу и заметил, что Ким Джувон, явно настороживший уши, чуть не выронил чашку из длинных гибких пальцев.
– Да, все верно. Ха Суджин – коллега покойной О Чжонсу, – подтвердил инспектор.
* * *
Ли Ёнчжу, психиатр, назначивший ему встречу, отключил мобильник, положил его на стол и посмотрел на Джувона. Лицо его напоминало наглухо закрытый сейф – наверняка внутри что-то безумно интересное, но только для тех, у кого есть ключ или коды доступа, остальным же только и остается, что смотреть на непроницаемую дверцу.
Ким Джувон вздохнул и подумал, что вряд ли этот человек настроен к нему доверительно. Психиатрия – серьезная официальная наука, а то, чем занимается Джувон, в глазах большинства людей не что иное, как шарлатанство. И если уж совсем честно, девять из десяти коллег Джувона это мнение блестяще подтверждают.
«Собачка Суна, – напомнил он себе в легком приступе самокритики. – И еще много-много таких случаев! Но вот с госпожой О я поступил как честный человек – и что из этого получилось?! Сижу вот теперь, смотрю на этого психиатра, который почему-то больше напоминает полицейского или частного детектива, и изо всех сил пытаюсь не трястись от ужаса, когда вспоминаю вчерашний день…»
– Господин Ли, – сказал он вслух, постаравшись вложить в свой тон всю уверенность, которую только смог изобразить. – Я прекрасно понимаю, как это прозвучит, но мы с вами в одной лодке. Давайте я начну, раз кому-то все равно придется это сделать. Вчера со мной случилось нечто, разом изменившее мой взгляд на мир. Нечто… невероятное. Невозможное. Ненормальное. И если я не ошибаюсь, у нас… похожие проблемы. Госпожа О, верно?
Он неловко двинул десертной ложечкой, и она звякнула по блюдцу. Пирожное, которое еще недавно выглядело аппетитно, окончательно превратилось в размазанную кашицу, и одно это наглядно показывало, как нервничает Джувон.
Ли Ёнчжу, пристально глядевший на него в упор, моргнул… Сейф не открылся, но Джувону показалось, что он услышал тихий щелчок – механизм сработал, открыв первый замок из множества.
– Госпожа О, – негромко уронил психиатр, подтверждая, и опустил ресницы.
На его неподвижном лице это смотрелось так же выразительно, как у кого-то другого энергичный кивок.