Кобра клана Шенгай. Императрица
- -
- 100%
- +
Однако я точно слышала звук. Да и девочки, судя по их выражениям лиц, тоже. Поэтому ничего не оставалось, как только замереть и… как следует присмотреться.
Некоторое время ничего не происходило. Но в какой-то момент из странного аппарата возле окна, полностью состоящего из стеклянных колб и трубок, потянулся синий дым, и именно тогда я увидела очертания человеческой фигуры.
Мисаки выдохнула за моей спиной. Ага, тоже увидела.
Человек шагнул к нам. Свет выхватил сапфировые массивные браслеты, в которых, кажется, полыхало пламя, а потом – вышитых на рукавах кимоно драконов. Зажатую в пальцах кисэру. Пальцы, кстати, длинные, исчерченные множеством шрамов. Кажется, они образовывают целую сеть. Я слышала, что только безумный артефактор будет испытывать все на себе. И, видимо, столкнулась как раз с таким.
Медленно подняв глаза, посмотрела ему в лицо и немного растерялась. У него была белая кожа. Слишком белая для жителя Тайоганори. Мне ещё таких не встречалось. Прямые волосы стянуты в низкий хвост. Только вот они тоже были оттенка жемчуга. Откуда такое?
Черты лица, кстати, вполне наши. Только ощущение, что кто-то стер все цвета с этого человека. Даже глаз был блекло-серый. Таким бывает пасмурное небо, которое ещё не решило, позвать солнце или же уступить дождю?
Нет, я не оговорилась. Глаз, а не глаза. Потому что синяя повязка скрывала второй. Травма? Результат неудачного эксперимента? Врожденный дефект?
Впрочем, это не моё дело. И что-то я слишком долго пялюсь на него. Это, минимум, неприлично. Аска, возьми себя в руки.
– Приветствую госпожу Шенгай, – произнес он.
От звука голоса я невольно вздрогнула. Ощущение, что кто-то ударил в громадный колокол на башне храма Ошаршу. Низко, долго, пробирает до костей. Словно мы оказались где-то в пустом помещении, где голос эхом отлетает от гладких стен.
Только вот… мы в лавочке, в которой столько всего, что и продохнуть сложно.
Значит, дело в чем-то другом.
– Приветствую, Мастер Хидеки, – ответила я.
Наш поклон произошёл одновременно. Он даже приложил руку к груди. Только вот почему меня не покидает ощущение, что я что-то упускаю? По виду всё нормально. Спокоен. Ведет себя с уважением. Но есть что-то…
– Мой брат сказал, что вы сможете мне помочь.
– Зависит от того, что вы пожелаете, – сказал Хидеки, пряча кисэру в карман широких штанов. Странный фасон, тоже ранее таких не видела. – Но постараюсь сделать всё, что в моих силах.
– Тогда… где бы мы могли это обсудить?
Он внимательно посмотрел на меня, потом перевел взгляд на девчонок. И на мгновение серый глаз стал ещё светлее. Практически белым.
Я невольно сжала лямку сумки. Миг – и всё по-прежнему. Нет, наверное, освещение такое. Всё, как и было. Это местечко явно балуется обманом зрения. Может быть, какой-то специальный артефакт, который не дает рассмотреть комнату больно любопытным клиентам?
– Прежде чем мы отойдем побеседовать, я бы попросил ваших спутниц остаться здесь и не пытаться последовать за нами, – сказал Хидеки.
Я приподняла бровь. Это что-то новенькое. Ну-ка, вспоминай, Аска, говорил ли Ичиго, что этот артефактор с прибабахом? Нет. Не было. Но я и не спрашивала. Поэтому теперь вот такой сюрприз.
– Мы не будем мешать. – Харука чуть прищурилась. – Аска не скрывает от нас…
– Я рад, госпожа, что между вами нет секретов. Однако я работаю только один на один.
«А моль-то с характером, – отметила я. – И ещё каким. Даже не поднял голоса, но Харука смотрит так, будто залепил ей пощёчину».
Манер Хидеки я не одобряла, но в то же время чувствовала, что лучше сделать так, как он говорит. Интуиция подсказывала, что не стоит покидать это место, пока не добьюсь своего.
– Вы правы, Мастер Хидеки, – сказала я, привлекая к себе внимание. – От Мисаки и Харуки у меня действительно нет тайн. Но если это важно, то мы выполним ваши требования.
Я кинула на девчонок предупреждающий взгляд. Спокойно-спокойно. Не пытаемся пыхтеть, как чайники, и что-то пробовать расколотить. Ну, хамоват, ну что поделать. Посмотрим, что он умеет.
Хидеки ничего не ответил, только дал знак следовать за ним и резко развернулся, да так, что по спине хлестнул белый хвост. А длина-то до пояса. И можно разглядеть несколько мелких косичек, в которые вплетены синие ленты. Любопытно, что это за мода? Какой-то из малых народов?
Я молча последовала за Хидеки, с каждой секундой понимая, что в этот раз встретилась с человеком, которого пока что не могу отнести ни к одной из этнических групп империи. И это до цуми интриговало. Теперь я точно не уйду отсюда, пока во всем не разберусь!
Некоторое время мы шли по узкому коридору, который был освещен только парой ламп на стенах. Судя по холодному огню, это какие-то камни, накачанные рёку. Хорошая идея, кстати. Может быть, зря я поспешила и сделала с Эйтаро то, чего приличные девушки не делают? Наделали бы всяких камушков, развесили по Краю Гроз – работали бы на освещение городов по ночам. Сплошная польза!
Мастер Хидеки не смотрел на меня и ничего не говорил. А я не пыталась задавать вопросы. Только рассматривала его. Надо же… Рукава кимоно у́же, чем обычно. Но при этом ощущение, что они сшиты из какой-то плотной ткани, в которой можно запросто сделать множество внутренних кармашков.
Спина расшита водяными драконами. Работа явно сложная, над этим одеянием сидели долго. Стоило тоже много. Вот как. Хидеки предпочитает качественные красивые вещи. Похвально.
Раздался смешок.
– Вам нравится?
У него на затылке глаза, что ли?
Я тут же одернула себя. Глупости какие. Особенно учитывая, что у него всего один глаз.
– Да, – тем не менее дала честный ответ. – Это красиво.
– Госпоже Аджуни была бы очень приятна ваша оценка, – сказал он ровным голосом и толкнул темную дверцу. – Прошу.
Мы оказались в аккуратном чистом… рабочем кабинете. Никакой загадочности, никакой мистической атмосферы. Разве что освещение, как и в лавке. Кажется, Хидеки не любит яркий свет. Но это мы переживем.
Стол, стулья, сундук, шкаф, стеллажи. Видны сложенные стопкой чертежи. Часть стола заставлена непонятными мне кристаллами, чем-то похожими на те, что мы используем для связи.
Я заняла место за столом. Хидеки сел напротив. Никакого чая и сладостей. Только деловой разговор. Мастер явно предпочитает обговаривать дела именно так.
Решив, что не стоит тянуть, я просто раскрыла сумку и по очереди достала предметы, которым хотела бы дать вторую жизнь.
Перстень Сузуму Юичи. Украшения Сакура-онны. Кость Тэкео Шенгая.
Каждый из них ложился на стол с глухим стуком, нарушая повисшую тишину. Мастер Хидеки не проронил ни слова. Только смотрел блеклым глазом, по которому невозможно было что-то прочесть. А потом достал из рукава кисэру и закурил. Трубка, кстати, была сделана из какого-то светлого материала и покрыта золотистой краской. И… он не подносил к ней огня. Вообще. Я наивно полагала, что их делают лишь из дерева, а смесь нужно обязательно поджечь.
Дым пошёл сам. Мне до ужаса захотелось протереть глаза. Никто так не закуривал: ни директор Тэцуя, ни Джаргал. Тут тоже дело в артефакторских штучках?
Хидеки склонился над предметами на столе, втянул воздух, словно хотел что-то определить по запаху.
– Интересно. И что бы вы хотели, Аска?
– Мне нужно, чтобы это защищало меня и от людей, и от цуми, – сказала я. – У меня есть рёку. Много. Эти предметы должны её держать. Заплачу, сколько скажете.
Хидеки задумчиво провел пальцами по перстню мёртвого колдуна.
– Клановая реликвия, – произнес он. – Чужого клана. Не боитесь?
– Пусть боятся меня, – криво улыбнулась я.
Как ни странно, Хидеки улыбнулся тоже. Только вот что-то было в этом от удовольствия маньяка, который увидел судьбу своей жертвы. Он перевел взгляд на спицу Сакура-онны. Чуть склонил голову, прикрыл глаз.
Удивительное дело, ресницы у него пепельно-серые, длинные, загнутые, как у девушки. Правда, ничего девичьего в облике нет. Эти ресницы странно подчеркивают его нехарактерную красоту. И, назвав его молью, я несколько погорячилась.
– Это не человеческое.
– Верно, – кивнула я. – Но эта вещь передана добровольно. Поэтому она моя.
– Она не защитит, но сможет стать угрозой для ваших врагов.
– Годится.
Наконец-то Хидеки взглянул на кость. Некоторое время он ничего не говорил. Дважды поднимал на меня взгляд и снова опускал. Молчал. Делал это молчание таким выразительным, что хотелось, будто маленькой девочке, тут же сознаться во всех прегрешениях. Только вот их нет.
– Человеческая.
Всего одно слово. Но при этом сказанное таким тоном, что у меня по коже пробегает морозец. Слава всем богам, что мне удается сохранить невозмутимость.
– Человеческая. И я даже знаю, чья именно. В своё время она мне очень помогла.
Хидеки коснулся кости указательным пальцем, провел с какой-то особой нежностью. Да что же с ним такое?
Уголки его губ чуть дрогнули в улыбке.
– Это будет чудесное оружие, госпожа Аска Шенгай. Оно прекрасно проткнет сердце того, кого вы выберете.
– Звучит почти как брачная клятва, – пробормотала я. – Только… нетипичная.
Хидеки улыбнулся:
– Давайте будем откровенны друг с другом. Вы сюда пришли не за красивыми словами и привычными вещами. Вы хотите что-то иное…
Последнее слово кажется не произнесенным человеческими губами, а дуновением ледяного ветра, которые подул между голыми скалами. И будто вокруг всё вмиг оказалось во власти чудовищного холода, который сковал по рукам и ногам. На улице лето, а здесь будто середина зимы. Как… любопытно. Просто до безумия, от которого я нахожусь всего в нескольких ри.
Но… всё дело в том, что Хидеки прав. Я сюда шла именно за этим. Мне не нужны обычные кинжалы. Мне не нужна ещё одна катана. Нет потребности в том, что можно купить в любой лавке. Это должно быть нечто, что заставит его величество императора Шунске Кса-Карана навсегда забыть о своём превосходстве.
– Сделайте невозможное, Мастер, – произнесла я, складывая руки на груди.
Блеклый глаз внезапно вспыхнул бесконечной синевой.
Глава 3
– Нет, ну что он из себя возомнил! – возмутилась очередной раз Мисаки и поставила глиняную чашку на стол с таким стуком, что на нас обернулись посетители закусочной, находившиеся в зале.
Я с укором посмотрела на подругу. Мисаки тут же сердито заправила за ухо выбившуюся из прически прядь и пробурчала:
– Прошу прощения.
После посещения лавки Мастера Хидеки я затащила девчонок в уютное заведеньице прямо в том же квартале. Здесь не было роскоши столичного центра, а скорее местечко было для тех, кто живет неподалёку. Деревянный домик, пять столиков, стойка для тех, кто хочет выпить что-нибудь охлаждающее, и отличный вид на горы. Пусть окно небольшое, но смотрится очень душевно. А когда ещё и налетает ветер, то колышет традиционные занавески норэн – двери днем тут не закрывают.
– Он – странный, – задумчиво произнесла Харука, крутя чайничек так, чтобы можно было рассмотреть роспись со всех сторон. – Стоишь рядом, и ощущение, что рядом никого нет.
Я ничего не сказала, только бросила взгляд в сторону кухни, где жилистый мужчина в коричневом фартуке колдовал над нашим омурайсу. Всё же пока ехали сюда, пока общались с Хидеки, пока ещё проехались по Кисараджу – надо подкрепиться. Заодно и не влетать потом к Ёсико со страдающим видом и стоном: «Ваша наследница умирает от голода. Ей нужна микстура под названием суп».
К тому же посидеть и послушать, что скажут подруги про мастера, тоже очень полезно. Я видела ещё в лавке, что обеим он не понравился. Чем потом они явно поделились с нашей охраной. Парни не лезли, глупых вопросов не задавали, однако то и дело косились на лавку Хидеки.
– Аска, а что ты молчишь? – Мисаки посмотрела на меня. – Ты действительно хочешь, чтобы этот человек что-то делал?
– Ему доверяет Ичиго, – сказала я и откинулась на спинку стула. – У меня нет причин сомневаться в выборе брата.
– Это так, – медленно произнесла Харука, – только вот…
И умолкла. Я не торопила. Пусть как следует обдумает и скажет. А там уже сравню с собственными впечатлениями.
Что интересно… бывает, встречаешь человека, который по всем параметрам должен раздражать и отталкивать, но… ничего подобного. Ты видишь, что он где-то переступает грань. Где-то ведет себя хуже, чем Ши, требующий завтрака, но при этом у тебя не вызывает это отторжения. Наоборот, даже нравится. Словно глоток свежего воздуха. Иногда так хочется послушать треск рамок, которые тебя окружают, и получить от этого искреннее удовольствие.
Кстати, бывает же и наоборот. Человек вроде бы и вежлив, и обходителен, и внимателен, а единственное твое желание: с размаху ударить так, чтобы больше не смел приближаться. Иррационально. Где-то вне рационального мышления.
Хидеки… возмущал своим поведением. Но в то же время я не чувствовала какой-то исходящей от него угрозы. Точнее, не чувствовала её в свою сторону. В том, что с Мастером Хидеки надо ухо держать востро, сомнений не было.
– Только вот что? – всё же не выдержала я. – Харука, ты не уснула?
Она покачала головой, даже не подумав обидеться на подколку.
– Аска, я раньше не пересекалась с артефакторами. Возможно, они все такие. Всё же их товар всегда пользуется популярностью. А если мастер опытный, то и подавно. Но этот…
Хозяин закусочной подошёл к нам с подносом, на котором находились три тарелки с омурайсу, палочки и соусы. Я с блаженством втянула аромат. Все же какой-то гений придумал однажды обжаренный рис и курицу завернуть в омлет. Получилось потрясающе вкусно. Такую еду не подадут на важном приеме, но насытит она прекрасно. Омурайсу, видите ли, всё равно: бедняк ты из рыбацкой деревеньки или император Тайоганори.
Некоторое время мы просто молча ели. Все же до цуми люблю такие вылазки, когда можно выдать себя за обычную горожанку и среди всех насладиться обычной жизнью. Это, кстати, полезно: так можно отслеживать настроение среди людей, что немаловажно для нас с Ичиго.
Да, я не скрываю, что являюсь наследницей клана. Однако далеко не всем простым людям интересно, как я выгляжу. К тому же никто не ждет, что Аска Шенгай в простой одежде зайдет в маленькую закусочную, чтобы насладиться омурайсу.
– Однажды я слышала от Сату любопытную легенду, – наконец-то произнесла Харука.
Так, созрела! Отлично!
Я тут же превратилась в слух, зная, что абы что Харука говорить не будет. Легенда от Сату? Это что-то новенькое.
С удивлением поняла, что не против была бы повстречать где-то эту змеюку. Зараза ещё та, но при этом честная, и на неё можно положиться. Куда её теперь закинуло-то? Неплохо было бы пересечься снова.
– О чем? – уточнила Мисаки.
– Про народ, который очень давно жил на территориях клана Икэда, – произнесла Харука, подхватывая палочками кусочек курицы и ловко макая его в соус. – У них были белые волосы, белая кожа, и глаза напоминали небо в жару без солнца.
Я чуть нахмурилась. Ничего подобного не слышала. Но, правда, никогда особо и не интересовалась легендами земель Края Неба. Поэтому не упускаю ни детали.
– Они назывались широй.
Нет, название точно ни о чем не говорит. Я перевела взгляд на Мисаки. Судя по её округлившимся глазам, тоже слышит в первый раз.
– Вы чего? – спросила Харука, сообразив, что мы не проронили ни слова.
– Продолжай, – велела я.
Она хмыкнула:
– Хорошо. Сату говорила, что широй были народом-оборотнем. Они могли принимать облик водяных драконов, воздушных змей и… кого-то ещё, сейчас не вспомню. При этом, если погибало одно из обличий, человеческое или животное, неважно, то широй мог жить в оставшемся.
Я приподняла бровь. Однако… чего только не бывает. Достаточно удобно. И враг не уйдет от расплаты, и можно попытаться построить новую жизнь.
Как это, конечно, делать в обличии дракона или змея, я не представляла, но не сомневалась: это лучше, чем ничего.
– Как интересно, – наконец-то прокомментировала я и вернулась к еде. – Есть ли какие-то официальные упоминания о широй?
– Тут надо только искать, – протянула Мисаки. – Ибо звучит и правда, как красивая легенда.
– Кодай-но тоже были легендой, – заметила я и подула на кусок омлета.
Надо же, время идет, а остывать не спешит. Это вам не зима в столовой, когда надо есть очень быстро, чтобы еда не обрела температуру каменной лестницы, ведущей к школе Годзэн. И это несмотря на то, что мы там не замерзали.
Мисаки и Харука переглянулись. Да уж. Тут мало что возразишь. Ибо события последних недель показали: ничему не верь. Особенно тому, что не видела сама. Поэтому широй могут быть такой же «легендой», как и раса Крылатых.
Еду мы закончили снова в задумчивом молчании. Что-то разговоры не особо клеятся. Наверное, устали, пора возвращаться. Там меня ждут книги по праву и политике, да и здесь я тоже кое-что прикупила, надо будет изучить. Кажется, скоро я просто превращусь в большую знайку, которая сможет умничать не только про эпоху Гэдо, но про Ками, Дамэ, Синдзё, Уйко… и не только. Но вот будет ли с этого толк?
Парни уже поели и, поймав мой взгляд, встали и направились к коням. Пусть подготовятся, сейчас поедем.
К нам снова подошёл хозяин и поклонился:
– Надеюсь, вам все понравилось?
– Было замечательно, – искренне ответила я и отдала ему отсчитанные ше. – Постараемся к вам зайти ещё.
– Для меня это большая честь. – Улыбка в темных глазах, поклон чуть ниже, чем принято для обычных людей.
Узнал. Понял, кто перед ним. Но при этом не стал устраивать театральное представление, чтобы впечатлить посетителей. Какой… мудрый человек. Надо будет присмотреться к нему повнимательнее. Сейчас такая жизнь, что нельзя… упускать интересных людей.
Девчонки вышли из закусочной первыми. Я немного замешкалась, потому что рассматривала одну из статуэток с пузатыми духами счастья и богатства. Какие миленькие штучки.
Внезапно кто-то толкнул меня. Вход в закусочную был слишком узким. Двоим просто не разойтись. Я покачнулась. Чьи-то руки крепко ухватили меня и не дали упасть.
– Прошу прощения.
От голоса я вздрогнула. Шиматта! Не может быть!
Мужчина уже был возле стойки, где готовил хозяин. Черный плащ с капюшоном скрывал его с ног до головы. Но голос! Клянусь щупальцами Ши, это же учитель Коджи!
Я кинулась к нему, но кто-то перехватил меня за руку. Обернулась, рядом стояла Харука:
– Аска, там собирается дождь, нам лучше выезжать.
– Да, сейчас! – Я бросила взгляд на стойку и… никого не увидела.
Быстро осмотрела помещение. Нет, никого. Да что ж такое… От злости захотелось что силы треснуть кулаком по стене. Это был он. Точно он!
Снова я осталась с носом.
– Две минуты, – бросила я Харуке и приблизилась к стойке. – Хозяин, сейчас возле вас был гость. Не подскажете, где он?
Мужчина посмотрел на меня с искренним удивлением:
– Госпожа, о чем вы? Все, кто сделал заказ, находятся здесь. – Он рукой обвел пространство. – К сожалению, это все, где я могу разместить клиентов.
Некоторое время мы просто молча мерились взглядами. Я чувствовала, что правды в его словах нет. Но в то же время не могла требовать обыска закусочной. Если мне показалось, что это Коджи, то быстро разлетится новость, что наследница ни с кем не считается и самодурствует всласть, пока её старший брат находится на пути к императору.
Если же это на самом деле Коджи… То я могу его сейчас вспугнуть. Нельзя так.
Кошмар, думаю уже о поимке учителя, словно какого-то преступника.
– Надеюсь, это так, – произнесла я, дав понять хозяину, что поверила.
Главное, не переиграть. Потому что вон как смотрит.
После чего вышла на улицу и взглянула на небо. И правда… дождь собирается. Ехать в такую погоду не слишком хорошо, с другой стороны, тучи идут не к поместью. Так что должны проскочить.
Оседлав Мадоку, я ещё раз взглянула на закусочную. С виду тихое непримечательное местечко. Что тут может быть? И какие дела связывают хозяина и Коджи?
– Едем? – уточнила Мисаки.
– Едем, – кивнула я.
Мы тронулись всей группой, оставляя за спиной квартал Синих Звёзд. Я больше не оглядывалась, полностью погрузившись в собственные мысли. Кажется, судьба подбросила мне ещё одну загадку, с которой надо разобраться. Что ж, если хотят, чтобы я побыла белочкой, щелкающей тайны-орешки, то почему бы и нет? В этом лесу жизни точно не соскучишься.
Тем временем Мастер Хидеки обещал мне через два дня выполнить заказ. Пусть он много не сказал, но было видно: огонь интереса зажёгся. Явно любит заказчиков, которые пагоды без крыши.
Я пришпорила Мадоку и помчалась, вырываясь вперед.
Кажется, меня ждет нечто удивительное. Не подведи меня, одноглазый артефактор.
Глава 4
В лавке каллиграфа господина Омацу прохладно, пахнет бумагой и бамбуком. У него просто страсть к бамбуковым фонтанчикам, которые расставлены по всему помещению и наполняют мягким журчанием всё помещение.
Его новый помощник, худой угловатый юноша с огромным шрамом на щеке, сидел за столом и старательно переписывал текст с дощечки заказчика. Работы было много, поэтому господин Омацу искренне радовался, что в жаркую пору нашел себе подмастерье. Парню, конечно, ещё учиться и учиться, но потенциал большой. А ещё порой кажется, что он привык к другому стилю, более простому и отрывистому. Совсем нехарактерно для каллиграфов.
На что Джиро, так ученик представился, назвавшись бесклановым, сказал, что он работал на почте, а там ждали не красоты, а скорости.
Иногда господин Омацу задумывался, к какой народности все же принадлежит его ученик? Вроде бы и обычный тайоганориец, но вот разрез глаз… уже, чем у жителей центра страны. Чья кровь течет в его венах? Кого-то из малых народов? Или же дело в крови клана Икэда, о котором многие не хотят вспоминать? Для тех, кто из него вышел, это больно. Для тех, кто уничтожал, пустая победа. Тем, кто не принимал никакого участия, и вовсе оставалось только отводить глаза и молчать.
Господин Омацу взял чайничек и разлил чай. Отличный. Зеленый. Ему привозят специально из Чань-Хан-Го – родины предков его матушки. Там чай особенно хорош, потому что страна огромна, вершины тянутся прямо к небу, а солнце ласковое и не жадное.
Вот с жасмином, например, чудное сочетание. Успокаивает и делает разум ясным.
Господин Омацу взял чашечку и вдохнул чудесный аромат. Обернулся, чтобы убедиться, что Джиро ещё не пришёл: помощник несколько часов кряду уже сидел, сгорбившись над бумагой, и работал над заказом. Порой он заправлял выбившуюся из хвоста черную прядь рваным резковатым движением. В такие моменты господину Омацу казалось, что это как-то неправильно. Что движение какое-то неправильное, надуманное, будто не принадлежит юноше вовсе.
Но что за глупость? Движения – не коллекция вееров, они не могут принадлежать или нет.
Джиро пошёл в соседнюю лавку за продуктами. Пока вернется, чай остынет. Ну да ладно, можно заварить ещё, а этот – допить. Джиро – хороший парень, он очень старается. О таком помощнике можно только мечтать. А что молчаливый и отстраненный – это не беда для каллиграфа. Ему надо быть сосредоточенным. Так что тут всё в порядке.
Господин Омацу допил чай и пошёл за добавкой. Можно ещё посидеть немного, а потом снова браться за работу.
* * *– Такого я не ждал, – заметил Сант, пристально разглядывая Эйтаро. – Маскировка на высший балл.
Эйтаро усмехнулся уголком губ, шрам уродливо изогнулся, превращая эту улыбку в предвкушающий оскал хищника.
– Именно поэтому я так и сделал. Никто не должен ждать. Особенно император и его двор.
Сант кивнул. Он и сам-то замаскировался, закутавшись в подранную одежду, но вот Эйтаро сумел впечатлить. Узнать в этом человеке блистательного Сокола императора было невозможно.
– Ну я понимаю, что лицо – грим, но походка и телосложение как?
Эйтаро крутанул запястьем, черное облачко рёку лениво обвило его кисть.
– Это все благодаря силе. Я сам не подозревал, как можно много сделать, когда ты практически всемогущ.
Прозвучало громко, потому что ресурс был огромен, но управлять им полностью Эйтаро не мог. Нужны были годы обучения, чтобы всё освоить. Поэтому он мог только выхватывать какие-то куски и экспериментировать. Вот с внешностью получился огромный рывок с места.
Сант это прекрасно понимал, поэтому не задавал лишних вопросов. Зато сказал:
– Я рад, что ты в Шиихоне.
– Я тоже, – кивнул Эйтаро. – Тут пока безопасно. И гораздо удобнее держать ситуацию под контролем. Хотя, конечно, вам наверху всё виднее.
Сант поморщился, словно оказался в трущобах.
– Ещё как. Все готовы впиться в глотки друг другу. Вчера к ночи прибыл Ичиго Шенгай. Пока что не совсем понятно, чего добивается император, но, чую, дело ничем хорошим не закончится.